Текст книги "Девятый муж не нужен (СИ)"

Автор книги: Мила Морес

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц)

Мила Морес
Девятый муж не нужен

Глава 1

Я танцую стриптиз на столе. Хмурое офисное здание скупо поддерживает моё сумасбродство. А мужчины, приодетые в дорогие костюмы, восторженно свистят и аплодируют. Они не замечают, что при этом я выкрикиваю далеко не милые словечки в адрес одного известного «костюмчика».

Что довело добропорядочную двадцатидевятилетнюю девушку до подобного? Вероятно, утреннее падение головой об лёд, а ещё… жених, который, как оказалось, давно женат и благополучно воспитывает двух детишек.

А ведь до сегодняшнего дня в моей жизни всё было прекрасно. Любимое дело – выпечка тортов на заказ, жених – по уши влюблённый в меня бизнесмен.

Семь лет благородный Димочка метался между сверхважной работой и мной – наивной девочкой, живущей в другом городе. Семь лет. Семь счастливых лет. Семь чёртовых лет жестокого обмана.

Продолжаю свой истеричный танец. Босые ступни щекочет грубая шерсть, и на миг перед глазами мелькает решётка, а под ногами появляется шкура.

Я танцую на медвежьей шкуре. Ха-ха! Разум спешит удалиться. Ему не нравится, что милая девочка, каковой я всегда была, превратилась в мстительную стерву. А я просто-напросто хочу оттанцевать свою боль. Вытоптать. Пусть даже на шкуре.

Голова совсем отказывает. Я ведь знаю, что никакой шкуры на столе, на который я с разбегу запрыгнула, не было.

– Нам нужна надежда… Маленькая, хрупкая надежда…

Вместо музыки в ушах звучат мужские голоса. Под ногами всё отчётливее проступает шкура.

– Маленькая, хрупкая надежда…

Встряхиваю головой, раскрываю глаза. А лучше бы зажмурилась навеки. Лучше бы пряталась под веками, лишь бы не видеть идеального Дмитрия Николаевича, спешно входящего в зал под руку с женой. Всего пара мгновений – и он бежит ко мне, подчёркнуто бережно снимает со стола.

– Надя! Что ты делаешь, чёрт возьми?! Оденься сейчас же! – великодушный Дмитрий накидывает на меня свой пиджак, стягивает его на груди, где уже разодрано платье. – Успокойся, Наденька, мы всё решим. Я не знал, что Лиза тебе напишет, прости, – целует меня в макушку, прижимает к себе. За его плечом стоит жена, но никак не реагирует.

– Отпусти меня, – вырываюсь из рук, которые семь лет были моим щитом. – Отпусти! – бью в грудь, но он лишь сильнее прижимает меня к себе.

Будто и нет никого вокруг. Нас только двое. Димочка меня любит. Вон как обнимает, ласкает, успокаивает. Ему плевать на подчинённых, на законную жену, он любит меня. И я люблю его. Отчаянно люблю. Только не прощу. Никогда не прощу.

Это моя подруга, Женька, может так – простить даже после того, как узнала, что её парень переспал с двоюродной сестрой. А я нет. Измена, ложь, предательство – пути назад нет.

– Маленькая, хрупкая надежда…

– Он третьи сутки бормочет. Никто не откликается.

– Пора признать, что никто не придёт. Мы сами по себе.

– Нужно придумать, как выбраться.

– Маленькая, хрупкая надежда… Всего одна.

Голоса не смолкают, звучат в моей голове, и я отрываю висок от идеального пиджака, оглядываюсь. Подготовленный для корпоратива зал мерцает, и в секундной вспышке я вижу клетки. Множество клеток со всех сторон. В каждой из них кто-то сидит. Я не вижу фигур, но точно знаю, что это живые люди. Вспышка исчезает, и я смотрю на жену Дмитрия. Она мне мило улыбается, немного сочувствует, но больше всё же презирает.

Вчера я получила сообщение от этой особы. Она написала мне не претензию, а миролюбивое предложение обменяться отпусками. Она очень хочет полететь на Мальдивы весной, потому что осенью уже была там. А на эту весну Дима запланировал поездку со мной. Лиза решила договориться напрямую. Вот так просто: «Привет! Я жена Димы. Ты не против полететь на Мальдивы осенью, а не весной?».

Вот только мне он никакие Мальдивы не предлагал! Говорил, что у него бизнес-поездки осенью и весной.

– Отпусти меня, – скидываю мужские руки, а заодно и пиджак, шагаю, не видя ничего перед собой.

– Надя! Ну куда ты в таком состоянии? – обхватывает за плечи, а я не сбавляю шаг, наоборот, уже бегу, а мужская рука меня не отпускает. Пиджак снова оказывается на моих плечах.

Мгновения кажутся мучительной вечностью. Мир перед глазами плывёт и дрожит. Снова клетки, голоса, неприятный гул и вскрики. Верчу головой в стороны, быстро, быстро, ещё быстрее. Мир вращается, освещение меняется, цепкая рука меня не отпускает, голос Димы теряется в шуме.

– Надежда… Маленькая, хрупкая надежда…

– Никто не придёт, Бес, не трать силы.

– Отпусти, отпусти, отпусти меня!!!

Но Дима держит, прижимает меня к холодной стене. Разорванное в порыве отчаянья платье не защищает от холода, пиджак висит тяжким грузом.

– Всё будет хорошо, Наденька. Мы всё наладим. Лиза не против наших отношений. У неё тоже есть кто-то на стороне. Я собирался тебе всё рассказать. Сама подумай, у нас ведь не будет полноценной семьи. Ты не можешь забеременеть уже семь лет.

Дима целует, обнимает, я колочу его из последних сил.

– Помогите… Пожалуйста…

Я почти вырвалась из-под Димы. Сумела сделать шаг в сторону и расцепить его руки. На попытки меня удержать, отвечаю нервными махами руками. Наши ладони сцепляются, размыкаются, я шлёпаю совсем по-девчачьи.

В нашу бойню руками вмешались две огромных татуированных лапищи. Мельком подумалось, что вот так проявляется удар головой об лёд – мерещится что-то невозможное. Но нет… Руки вполне реальные. Красивые, рельефные, кажущиеся лучшей бронёй. Они вылезли из-за решётки, резко дёрнули Диму за голову и приложили к бетонной стене.

Глухой стук вместе с вибрацией прозвучал так внезапно, что я содрогнулась. Дима обмяк и завалился на пол.

– О господи… – закрываю рот ладонью.

Татуированные руки сместились, проникли между другими прутьями, обхватили меня за талию и потянули на себя. Я зажмурилась, ожидая ощутить боль, но вместо этого, непостижимым образом просочилась сквозь решётку вместе с двумя мощными, почти медвежьими, лапищами.

Огромный мужчина прижимает меня спиной к себе, а я не дышу и не моргаю. Всё оборвалось. И в то же время в груди разрастается облегчение, потому что я вырвалась из Диминых рук. Слишком долго они были для меня родными. Ещё немного, и я поддалась бы на уговоры. «А что тут такого? Подумаешь, у него жена и двое детей! Я ведь и правда не могу родить… Кому я такая нужна? А Дима меня любит».

– Тише, тише, пуговка. Не плачь, – шепчет мужской плавящий голос. – Никто тебя не обидит. Можешь стоять? Я отпущу, только не падай.

Татуированные руки размыкаются, за спиной не ощущается опоры, и я заваливаюсь назад. Так бы и упала, если бы не медвежьи лапки. Теперь они держат меня под спину, а я вишу так, словно меня наклонили в танце. Надо мной склоняется жутковатое лицо с кудлатой бородой. Мне бы кричать и молить о пощаде, но совсем не страшно. Может, потому, что сквозь толщу растительности на меня смотрят проникновенные синие глаза. А может, мне попросту всё равно, что будет дальше с моей жизнью.

– Присядь здесь, пушинка, – пододвигает для меня кресло, усаживает в него. – Не бойся меня. Ты не местная, я правильно понимаю?

– Н..н..не зн. на..ю.

– Я должен взглянуть на твой корпс. Покажешь?

– Ч..ч..то?

– А, ладно. Одним глазком.

Мужчина-горилла поднялся с корточек, подхватил меня за талию, сделал моим безжизненным телом сальто по воздуху, откинул рваное платье с задницы, уверенно стащил трусики, погладил область копчика.

Я от страха забыла, как меня зовут. В горле пересохло до одеревенения.

Не прошло и тридцати секунд, как меня водрузили в то же кресло, попутно вернув бельё на место и оправив ткань платья. Даже разрезы на нём стали меньше, а может, мне это причудилось.

– Светоч, – прошептал мужчина, и со всех сторон послышались тихие вздохи и волновой шёпот.

Мы сидим в маленькой комнате, скромно обставленной немногочисленной мебелью. Единственное кресло отдали под мою пристыженную задницу. Мохнатый незнакомец снова присел на корточки, немигающе смотрит мне в лицо.

– Светоч явился в теле женщины, – слышу второй голос, и звучит он грозно-сурово, но с насмешкой. – В виде того, чего нам не хватает, а? Дар, давай уже, попробуй угощение!

Апатично поворачиваю голову на голос. В дверях, приложившись к косяку, стоит устрашающей величины мужчина, криво и хищно улыбается, крутит в зубах соломинку.

– Зов всё-таки сработал. Он был прав, – отвечает татуированный.

– Хорошенькая малышка. Зайдёшь ко мне? – подмигивает суровый, и я стопроцентно знаю, что означает его предложение.

– Это не женщина, – звучит третий голос, и на одной из стен в тот же миг появляется окошко, из него смотрит худое мужское лицо. – Светоч бесполый. Но лучше бы явился в виде птицы. Эй, кроха? В птицу превращаться умеешь? Звать-то тебя как?

Вопросы пропускаю мимо ушей. Две стены меняются, открывая взору ещё пару крохотных комнаток. Все обставлены невиданной мебелью, в интерьере неуловимо скользит что-то неуместное. В первой ковёр странно подогнут, во второй сюрреалистичное бра, в третьей – цветок из вазона хрупкими листьями тянется к мужчине.

Перед глазами мелькают вспышки, и я вижу совсем другую картину. Вместо роскошной комнаты – клетка. Вместо цветка, ковра и бра – цепи на решётке. На мужских шеях кольца – отнюдь не украшения.

– Вы что… преступники?

Глава 2

Три пары мужских глаз скрестились на мне, а головы синхронно качнули, отвечая на вопрос отрицательно. Картинка снова стала миролюбивой и вполне симпатичной. Уютная комнатка, изрядно заросшие мужчины, взгляды, фиксирующие мои выделяющиеся из-под потрёпанного платья груди.

– Можно мне воды? – спрашиваю, немного придя в себя.

– У кого-нибудь есть вода? – крикнул тот, кого назвали Дар – татуированный тип с бородой.

Поблизости послышался шорох, несколько мужских голосов долетели до нас, будто эхо, а в следующий миг из дверного проёма выплыл стакан, по воздуху приблизился ко мне. Это подтвердило, что моя кукуха поехала. Но я, как само собой разумеющееся, отпила воды. Всего полстакана налили, ну хоть так.

– Спасибо, – ставлю стакан на низкий столик, опасливо смотрю по сторонам. – Скажите… – прокашливаюсь, чтобы придать голосу уверенности, а внутренностям – храбрости. – А что вы сделали с… – моим Димой? Подлым ублюдком? Ничтожным двоеженцем? Гнусным обманщиком? – С тем… С моим…

– О, не волнуйся, очухается. Уже немного треплется, – Дар кивнул на стену, и снова как по волшебству перегородка исчезла, показывая бетонный коридор и валяющееся недалеко от решётки тело. Только ничего похожего на трепыхание я не заметила. Будто там лежит не живой человек, а труп.

– Перейдём к делу, – послышался авторитарный голос из глубины.

– Может, сначала расслабимся? – оттуда же донёсся ещё один мужской голос, но прозвучал он мягко и весело. – Сил набраться не помешает. Красотка, зайди в пятую комнату! Слышишь?

– К делу, – настойчиво повторил предыдущий, и у меня по коже пробежали колющие мурашки.

– Я не понимаю, что здесь происходит, – несмело поднимаюсь, опасаясь, что меня пинком опрокинут на ковёр. – Но мне уже пора домой. Спасибо за… гостеприимство… Я пойду, – разворачиваюсь вокруг своей оси, пытаюсь отыскать, куда собственно идти, но не вижу ни одного выхода, кроме того, в котором застыла мощная мужская фигура. Неуверенно иду в том направлении, и мне дают дорогу.

– Вонтер к вашим услугам, госпожа, – отвесил шутливый поклон.

На стене сбоку появилась дверь, и я вошла в неё, надеясь, что впереди выход, но вместе этого, прошла в третью клетку. Молодой мужчина, лежащий на полу, быстро поднялся, учтиво поклонился и представился:

– Джаймир, – его глаза недоверчиво сощурились.

Криво улыбнулась в ответ, шагнула в спасительную дверь, которая снова повела меня вбок. То ли надо мной издеваются, то ли тянут время. Я выписываю зигзаги или блуждаю в лабиринте. Чисто теоретически представляю, что клетки стоят в два ряда, и меня нелинейно водят из одной в другую.

В очередной клетке около уютного дивана сидит огромный гепард, дружелюбно мурлычет. Рядом с ним удивительно красивый гладкобритый парень.

– Тройсен, – узнаю худощавое лицо, мелькнувшее в маленьком окошке.

Моя жалкая улыбка могла бы означать «Приятно познакомиться», но на деле она равна «Выпустите меня отсюда!».

– Ну наконец-то, – прозвучал над ухом весёлый голосок, и две руки потащили меня сквозь стену. – Априоль к вашим услугам.

И пока я пыталась опомниться, чертовски красивый негодяй наклонил меня, впился губами в мой рот, залез вовнутрь языком, своевольно обшарил. Я для приличия стукнула по мужскому плечу, сделав попытку освободиться.

Не сказать, что мне прям не нравится, что меня нахально и чувственно исследуют. Надо ещё уметь так целовать, тем более, когда второй язык пребывает в негодовании и не отвечает взаимностью.

– Фух, – Априоль поставил меня на ноги, и я покачнулась. – Роскошное тело, – обвил рукой талию, второй нагло ощупывает груди, проникает под обрезки платья.

– Отпусти женщину, Априоль! – с вялой просьбой сказал кто-то поблизости, и развратник нехотя отошёл, подтолкнул меня под ягодицы, и я по инерции пролетела сквозь решётку.

– Геликус, – представился мой благородный спаситель.

Таковым он был всего несколько мгновений. А сразу после нагло обшарил меня огромными лапищами, пожмакал груди и бёдра, залез между ягодицами и тщательно исследовал копчик.

– Может, уже хватит? – осмелилась задать вопрос. – Что вы там ищете? Третьего входа у меня нет.

Геликус нахмурился, поправил на мне платье, и в этот момент я чётко увидела его лицо. Над бровью и на скуле несколько следов от широких когтей. Причём это уже не свежая рана, а шрам, только почему-то не блёклый, а почти коричневый. Словно кровь запеклась и спустя время осталась на месте рассечения кожи.

Геликус заметил мой внимательно-испуганный взгляд и отступил, но было уже поздно. Мои нервы окончательно сдали.

За что мне это? За что такому красивому парню этот шрам?

Из глаз градом покатились слёзы. Я упала на колени, закрыла лицо руками. Горько рыдаю из-за собственных бед и несправедливости мира.

– Ты что с ней сделал? – спрашивает новый голос.

– Да ничего… Ещё раз перепроверил, нет ли корпса. Мало ли как они его маскируют…

– Дарисвальд проверил. Тебе мало?

– Пощупать хотел, так бы и сказал, – весело ответил Априоль.

– Да я… – попытался оправдаться Геликус. – Эй, кроха, ты чего? – моей головы коснулась мужская рука. – Испугалась меня? Прости. Странный нам достался светоч. Они же бесчувственные вроде? Ты кого вызвал, Бес?

– Я призывал всех, – ответил уставший голос. – Вряд ли она пришла на зов. Это не наш светоч, очевидно ведь.

– Девушка без корпса. Откуда она здесь?

– Что ты меня спрашиваешь? У неё и спроси.

Я перестала рыдать. Поспособствовал этому мужской разговор. Когда рядом кто-то общается о своём насущном, как-то исчезает настроение для самобичевания. Вот если бы жалели меня, то я бы ещё полдня рыдала. А они о каких-то корпсах и светочах.

– Милашка, вернись к Джаю, с ним тебе поспокойнее будет, – мужские руки бережно втолкнули меня в соседнюю клетку.

– Ты кем будешь, кроха?

Поднимаю заплаканные глаза, смотрю снизу на широкоплечего мужчину. Стоит сказать, он приятно радует взгляд. Да и все предыдущие, через чьи покои-клетки я прошла.

– Меня зовут Надя.

– Надя? – моё имя прокатилось эхом по всем клеткам.

– Да… Надежда. А что здесь вообще происходит? Я только что в офисном здании была… на корпоративе. А тут…

– Надежда…

– Вот тебе и раз…

– Одна маленькая надежда, так ты причитал, Бес? Получай. Девчонка нам определённо поможет! Откуда ты её вызвал, чёрт тебя загреби?

– Он загребёт меня только вместе с тобой, Джай! А откуда вызвал, не знаю. Я призывал всех подряд. И это сработало! Так что закрой свой рот и продолжи опрос! Теперь у нас есть Надежда. И если она здесь, значит, скоро мы будем на свободе.

– Итак, найдёныш, скажи-ка нам, откуда ты, какими силами обладаешь и как ты связана с Айнхаллой? А слёзки утри, крошка. Мы не звери. Некоторые слегка озабочены, но ты привыкнешь. Давай я тебе помогу.

Джаймир поднял меня, накинул на тело мягкое покрывало с запахом лимона, приобнял за плечи. Несколько секунд мы стояли чрезмерно близко друг к другу, и я непривычно отчётливо слышала неровное чужое дыхание. Так, словно оно моё собственное.

– Я не могу ответить на ваши вопросы, – неуверенно поднимаю голову, утыкаюсь глазами в мужской подбородок, рассматриваю губы. Широко раскрывающиеся ноздри втягивают мой запах, и мне становится стыдно, потому что я наверняка пахну не васильками. Всё-таки я успела немало натанцевать, пока не появился Дима.

– Где твой дом, Нэйдин? – Джай подкинул мой выбившийся из причёски локон.

– На улице Светлой, – зачем-то отвечаю правдой. – Только я из другого города. Два часа на электричке от столицы. Мне скоро обратно надо. Если опоздаю на последний поезд, придётся ночевать на вокзале. А там бомжи… Холодно и…

– На электричке? – новый голос прозвучал где-то за спиной, и я резко обернулась.

За невидимой перегородкой стоит смазливый парнишка, переминается с ноги на ногу, теребит пальцы. Только стоит он не в соседней клетке, а через одну.

Мне вдруг стало неловко и страшно. Это юное божество тоже в заточении. Тяжело смотреть, а ещё необъяснимо больно.

– За что ты здесь? – спрашиваю его.

– За то же, что и остальные, – пожимает плечами и переводит взгляд выше. – Она с Земли. Электричками там называют подобие наших эхолайзеров. Только там менее эстетично и более шумно. Мне доводилось пару раз на них ездить.

– Землянка? – вмешался тот самый Бес.

Его резкий голос проник под кожу, сбил моё дыхание и заставил сердце юркнуть в пятки. И в этот же момент я увидела его. Мужчину из грёз. Именно таким мне представлялся каждый герой в любовных романах, именно таким в мечтах был герой моего сердца. С виду несокрушимый, уверенный в себе, привлекающий внутренней энергией и за секунду вгоняющий в краску. Рядом с таким опасно, потому что он слишком хорош. Но это только внешность. А вот взгляд говорит больше. Бес смотрит так, будто я совершила преступление, и презумпции невиновности для него не существует.

– Меня зовут Эндрай, Надя. Ты попала в Айнхаллу, – говорит смазливый юноша. – Раньше это был наш мир, но его захватили. Ты должна помочь нам выбраться.

Визуалы мужчин

Глава 3

Всё то, что я увидела в новом месте, избавило меня от сомнений – я попала в другой мир. А мужчины, находящиеся в предельной близости, это подтвердили. Они уверены, что мне под силу решить их проблему, а я пытаюсь их убедить, что я самая обычная раненая девчонка.

Беспокоит меня и то, что где-то неподалёку валяется Дима. Я не должна о нём переживать, но мысли всё же возвращаются. Я не могу просто вычеркнуть его из памяти, стереть из сердца. Я ведь любила его семь лет. Мы были идеальной парой. Правда, только два дня в неделю. Он приезжал ко мне в среду после работы, а потом в субботу. И я считала, что мне повезло. Вот такой у меня прекрасный мужчина, что даже после работы едет ко мне час на машине, лишь бы побыть рядом.

Я была уверена, что всё свободное время он посвящает мне. Сейчас понимаю: дурой была. Все давно заподозрили неладное. Ведь по-хорошему, Дима мог пригласить меня переехать к нему. Я намекала, а он всё говорил, что нужно подождать. Вот он закроет ещё один проект, сможет купить нам дом, тогда мы будем жить вместе.

– Нэйдин, ты поняла, что нужно сделать?

– Нет, – отвечаю вяло.

– Ты ни с чем его не перепутаешь. Все сосуды выглядит одинаково. Прозрачная колба, внутри голубое свечение. Тебе нужно её разбить. Чтобы найти нужный сосуд (их наверняка в хранилище будет много), ты должна произнести наши имена. Ты всех запомнила? По старшинству: Дарисвальд, Вонтер, Десидер, Геликус, Джаймир, Тройсен, Априоль, Эндрай. Та колба, которая будет светиться ярче остальных, принадлежит нам. Её и нужно разбить.

– Я не понимаю… Причём здесь я? Я вообще кондитер. Какой из меня сыщик? Да и страшно это всё. А ещё там… Дима. Он меня не отпустит. А я не хочу его видеть. Мне больно, понимаете? Смотрю на него и плакать хочется. За что он так со мной? Семь лет жизни отнял… Кому я теперь нужна? Мне уже двадцать девять! Я и мужчин, кроме него, не замечала. Вся жизнь ради него. Подстраивалась, хотела соответствовать его уровню. А он…

– Тише-тише, Нэйдин, не плачь, – говорит Джай.

– Давай уже иди сосуд искать, – бурчит Десидер. – Развели тут салон соплей…

– Да утешить её надо! – кричит позитивный Априоль. И пожалуй, мне сейчас действительно лучше находиться около него.

– Нэйдин! Я тут ещё разок приложил твоего горе-ухажёра, – гремит из первой клетки Дарисвальд. – Он полежит часик. Ты успеешь прошмыгнуть.

Подпрыгнула, бегу через клетки, хочу выскочить наружу, но татуированные руки перехватывают, и я висну на них.

– Зачем вы его так?

– Жалеешь, пуговка? Он тебя до истерики довёл, а ты… Эх, женщина. Не выходи пока. Давай ещё раз план проговорим. Ты всё запомнила? Теперь ты новенькая горничная. Тебя прислали недавно. Скорее всего, видя твою форму, никто вопросов задавать не будет. Всем встречным женщинам кланяйся. С горничными дружи. Они расскажут, где, что лежит. Тебя интересует хранилище с сосудами светлых духов. Именно светлых. Поняла? Они голубые. Если увидишь серые сосуды, не прикасайся к ним, а ещё лучше – беги от них.

– Одежду не забудь, – подсказывает из второй клетки Вонтер. – Наша магия слишком слаба сейчас, потому твой наряд продержится не более двенадцати часов. Попроси выдать тебе сменную одежду, так будет проще. Собери волосы в пучок, не показывай кудри. Постарайся не выделяться. Называйся именем Нэйдин. Звучит по-здешнему, никто не подкопается. Там, где не знаешь, что делать, следи за остальными и повторяй.

– С такой внешностью и не выделяться? – Априоль снова шутит. Я не вижу его лица, но чувствую смешок так, будто он звучит за моим ухом. – Красотка нам досталась в помощницы. Братцы уже поплыли, даже о кровном договоре забыли. Клятву возьми, Дар!

– Да, он прав, – Дарисвальд проговорил несколько иностранных слов, уколол свою руку и капнул кровью на мою ладонь. Настолько жутко, что я поморщилась. – Нэйдин, отныне ты наш светоч – магический проводник и помощник. Ты должна делать всё, что мы потребуем.

– Что? – отрываю взгляд от стекающей алой капли. – Я не согласна.

– Как это не согласна?

– Я не буду делать всё, что вы мне прикажете. Я вас даже не знаю. В последний раз, когда я доверилась мужчине, вышло сами знаете что. И теперь я должна поверить восьмерым, сидящим в клетках с ошейниками. Вдруг вы головорезы и насильники? И я должна вам помогать? Ещё и поклясться? Нет уж, – смахиваю каплю. – Никаких клятв давать не буду.

– Ладно. Обойдёмся без клятвы. Можешь идти, Нэйдин. Мы тебя не держим.

Стена, сквозь которую я прошла в первый раз, стала прозрачной, и меня подтолкнули в спину. Я вышла в прохладный коридор, с содроганием посмотрела на скрючившегося в странной позе Диму. Отметила с облегчением, что он дышит. Мне бы остаться равнодушной, но я не могу. Отчего-то думаю не о себе, а о двух детях, которые у него остались. Им ведь нужен отец. Всем нужен. Мне ли не знать, каково это – расти без отца.

Шагаю вперёд. По обе стороны клетки. В каждой из них с трудом распознаётся мужское тело. Лица безучастные или вовсе скрытые. В некоторых клетках не чувствуется даже дыхания.

Между тем осматриваю себя. От порванного платья не осталось и следа. Теперь на мне чёрно-белая форма с рюшами. Грудь слишком обтянута, почти навыкате. Светлые кудряшки упали на плечи, и я своевременно вспоминаю команду, что волосы нужно собрать. Комкаю их на голове, приближаясь к окошку с ярким светом. К нему ведут каменные ступеньки.

Значит, узников держат в подвале.

Нужно понять, кто здесь друг, а кто враг. Те восьмеро в клетках похожи на нормальных. Подумаешь, чуток облапали. В остальном всё в порядке. Они ведь могли меня там и значительнее потрепать.

Выхожу в светлый коридор, и тут же оказываюсь захвачена под руку другой девушкой в форме служанки.

– Ну где ты ходишь? Не время сейчас развлекаться! Ты же новенькая, да? Нам сообщили, что сегодня прибыло шесть молоденьких гесейр. Ты на каком году сейчас? – окидывает меня взглядом. – Совсем крошка, да? Я вот уже на пятом. Ещё столько же, и я перейду на уровень бека. Мечтаю, конечно, об альме, но до него ещё дожить надо. Ты не расслабляйся, на дламе тоже неплохо живётся. Только тебе будут поручать самую неприятную работу. Если будешь послушной, всё пройдёт гладко. Да не волнуйся ты так! Здесь все добрые! Я тебе позже покажу, к кому стоит ходить. Сама лучше в подвал не спускайся. Там столько гневных личностей! Ой, а тебя как зовут? Меня Эльтика.

– Нэйдин, – отвечаю неуверенно.

– Нэйдин. Сейчас пройдём по комнатам. Там влажная уборка. Сегодня вообще лёгкий день. Вот завтра будет сложновато. Начнётся эстрата. Зато это интересно. Потом обязательно сходим вниз. Ох, я в предвкушении! Это лучшие дни в нашей работе! Кстати, хозяйка не против. Официально, конечно, об этом не сообщала. Саида вообще не любит говорить с челядью, но условия работы здесь хорошие. Тебе повезло, что ты попала сразу в главный замок. Я до этого три места работы сменила. И вот, наконец, я здесь.

– А можно где-нибудь помыться? – спрашиваю, когда Эльтика, наконец, замолчала.

– Ну конечно! – потащила меня за руку вглубь коридора, втолкнула в широкое помещение. Внутри столько пара, что так сразу и не разберёшь, что тут происходит.

– Привет, Лорс! – звонко крикнула Эльтика, и из облака пара показался симпатичный парень с полотенцем на плече. Остальные части его великолепного тела полностью открыты. – Как сегодня настроение у Саиды?

– Злится, но в целом жить можно, – ответил Лорс и так же голышом вышел из банной комнаты.

Меня же Эльтика подтолкнула в спину. Я прошла мимо необычных душевых, осмотрела штук пять голых мужских задниц, в одной из кабинок обнаружила два сплетённых тела. В мозгу отпечатались сокращающиеся мужские ягодицы и запрокинутая женская голова.

Свободной оказалась кабинка сразу за той, в которой активно соединяется парочка. Никого не смущает происходящее. Для них это норма жизни.

– Новенькая, что ли? – спрашивает приятный мужской голос, и я оборачиваюсь, смотрю на парня-красавчика. Он будто сошёл с обложки журнала. – Я Эрнис.

– Нэйдин, – отвечаю с улыбкой и стараюсь не опускать взгляд туда, где торчит грозное мужское достоинство.

– Потрахаемся? – спрашивает буднично и делает шаг ко мне.

– Нет, – нервно машу головой.

– Уже трахалась? Эх, жаль. Не успел я. Ну в другой раз, значит, – отходит к другой кабинке. – Эльти, трахаться будешь? – спрашивает так, будто чай предлагает.

– Ну давай, – соглашается моя новая знакомая, и уже через минуту страстно постанывает. Её пальцы скользят по запаренному стеклу, разделяющему наши кабинки. Эрнис усердно вколачивается в хрупкое женское тело, громко стонет.

За этим действом я не могу начать мыться, хотя одежду уже сняла. Стоны и шлепки звучат со всех сторон. Хочется заткнуть уши, но я, наоборот, прислушиваюсь, а потом и присматриваюсь. И самой вдруг хочется. Хочется, чтобы вот так страстно имели и меня.

– Фух, что за чушь, – смахиваю наваждение.

Быстро моюсь, повернувшись к проходу спиной. Проводя между ног пальцами, понимаю, что я возбудилась. Да ещё и так сильно, что хочется тереть там как можно дольше. До самого оргазма. Но я ведь не совсем из ума выжила? Мастурбировать в общественном душе…

Боже, а что же мне делать, если они всё время будут вот так?

За стеклянной стенкой, наконец, закончили, то бишь, кончили. Теперь смеются, шуточками обмениваются. И ясно сразу, ничего кроме вот этого быстрого перепиха у них нет. Как так вообще можно? Я до двадцати девяти лет спала только с одним мужчиной.

– Не думай, Надя…

– Что ты говоришь, Нэйдин? – голая Эльтика подошла к моей кабинке, вытирает волосы. – Эрнис хороший парень, ты зря отказалась. Он умеет доставить удовольствие. В следующий раз соглашайся. Это редкий случай, когда ему хочется. Обычно он на этаже альма. Неудивительно, да? Хорош ведь. Спасибо, Эрнис. Спускайся к нам ещё! – кричит в спину уходящему парню.