Текст книги "Паслён (ЛП)"

Автор книги: Майкл Коннелли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)

11

БАДДИ КАЛЛАХАН БЫЛ одет в белую рубашку с черным галстуком-бабочкой и подходящим жилетом, готовый к ночной смене в баре КЧМ[15]15
  Клуб «Чёрный Марлин»


[Закрыть]. Стилвелл обошел стол и занял место Крейна, предпочитая позицию, излучающую авторитет. Каллахан вошел в кабинет и остановился, увидев Стилвелла там, где он привык видеть Крейна.

– Закрой дверь, Бадди, и присаживайся, – сказал Стилвелл.

Каллахан сделал, как ему велели. Стилвеллу показалось, что тот прожил нелегкие шестьдесят лет, и его красноватое лицо с «винными цветами» и раздутый живот это подтверждали. Усевшись, он молчал, не спрашивая: «В чем дело?» Видимо, Крейн уже намекнул ему, о чем пойдет речь. Стилвелл продолжил:

– Я сержант-детектив Стилвелл из департамента шерифа, – начал он. – Расследую кражу ценного объекта из клуба. Знаешь, о чем я говорю?

– Да, я в курсе, – ответил Каллахан. – Эта статуя стояла тут все время, что я здесь работаю.

– А это, как мне сказали, почти тридцать лет.

– Двадцать восемь, если точно. Дольше всех, кроме некоторых членов клуба.

– Полагаю, Бадди – не настоящее твое имя. Мне нужно твое полное имя для…

– Нет, я – Бадди. Так записано в свидетельстве о рождении. Моя мать была большой фанаткой Бадди Гая. Ты, наверное, о нем не слышал.

– «Черт возьми, у меня блюз». Я знаю Бадди Гая.

– Вот так-то. И, прикинь, мое полное имя – Бадди Гай Каллахан.

– Круто, – Стилвелл улыбнулся и продолжил беседу. – Так, Ли-Энн Мосс, что можешь о ней рассказать?

– Она была из тех, кто нацелен на выгоду. Я сразу сказал Крейну, что она – плохая новость.

– «На выгоду», «плохая новость»… о чем это ты?

– С первого дня она пыталась подцепить членов клуба. Искала себе богатого папочку.

– Она работала у тебя?

– По выходным. Обслуживала ланч, а потом переходила в бар по вечерам. Тогда она была под моим началом, и я сразу раскусил ее игру. Она не могла поставить напиток на стол, не схватив кого-то за плечо или не коснувшись руки. Это было очевидно. Я сказал ей прекратить. Она не послушала.

– И ты доложил мистеру Крейну?

– Не только я. Некоторым членам клуба это не нравилось. Они жаловались.

– Значит, некоторым членам это нравилось?

– Не могу сказать.

– Или не хочешь?

– Я продержался здесь двадцать восемь лет не потому, что болтал о членах клуба. И вообще, это не связано с тем, что ты расследуешь.

Стилвелл кивнул.

– А ты, Бадди? Ли-Энн когда-нибудь хватала тебя за плечо или касалась руки?

– У меня не тот банковский счет для этого.

– Тебя это задело?

Каллахан громко рассмеялся. Слишком громко. Стилвеллу показалось, что он задел его за живое.

– Нет, меня это не задело, – сказал бармен. – Я повидал таких, как она, за эти годы и сумел удержать свой член в штанах, если ты к этому клонишь.

– Ты женат, Бадди? – спросил Стилвелл.

– Уже нет. Пробовал, но не срослось. Но я не ловлю рыбу у своего причала.

– Мистер Крейн думает, что Ли-Энн украла статую, уходя. Ты видел ее в последний день?

– Конечно. Я сам сказал ей, что босс хочет ее видеть.

– Когда это было?

– Как только она пришла. Опоздала на подготовку, как обычно, где-то в десять пятнадцать.

– Значит, ты был здесь так рано. Я думал, ты управляешь баром.

– Так и есть. Но по субботам в сезон у нас много работы, особенно когда сезон в разгаре. Бар открыт, когда работает ресторан.

– Какие у тебя обязанности как менеджера бара?

– Прославленный бармен. Я отвечаю за инвентарь и обслуживание, но и стою за стойкой – пять вечеров в неделю.

– Держу пари, такая женщина, как Ли-Энн, с ее манерами, собирала кучу чаевых. Кто-то ей завидовал? Ты, например?

Каллахан снова рассмеялся, его лицо покраснело, а нос стал еще пурпурнее.

– Ты что, не готовишься к делу? – сказал он. – У нас в клубе нет чаевых. Членам клуба запрещено их давать. На каждый счет накидывается двенадцать процентов. Они идут в общий фонд, который в конце месяца делится поровну между всеми сотрудниками. Эта девчонка жаловалась на деньги. Это полная противоположность тому, что ты думаешь, детектив.

Он произнес последнее слово с двойной порцией сарказма. Стилвелл пропустил это мимо ушей и задал следующий вопрос:

– Почему она жаловалась, если все получают равную долю?

– Потому что доля зависит от количества смен. Она работала три-четыре смены в неделю. Те, кто работает полный день, получали больше в конце месяца.

Стилвелл кивнул, показывая, что понял, и сменил тему, надеясь, что резкий поворот выбьет Каллахана из колеи.

– Что ты сказал ей в тот день, после того как Крейн ее уволил?

– Ничего. Я не видел, как она уходила. Она, наверное, не хотела, чтобы кто-то ее видел. Поэтому и вышла через парадный вход.

– Откуда ты знаешь, что она вышла через парадный?

– Потому что, если бы она прошла через кухню или ресторан, мы бы ее увидели.

– «Мы»?

– Все знали, что ее увольняют. Других причин вызова к боссу не было.

– Кто из членов клуба жаловался на нее?

– Жалобы шли к мистеру Крейну. Спроси у него.

– Где Ли-Энн Мосс жила на острове?

– Без понятия.

– Она с кем-то из персонала дружила? Может, с кем-то снимала жилье?

Каллахан покачал головой, будто разговаривал с ребенком.

– Ты не понимаешь. Ее здесь никто не любил. Никто не мог понять, зачем ее вообще наняли, кроме того, что она была красоткой. Но никто бы не пустил ее к себе жить. Это исключено. Мне пора вниз. У меня поставки. Был насыщенный уик-энд.

Каллахан встал, чтобы уйти.

– Сядь, Каллахан, – сказал Стилвелл. – Мы еще не закончили.

Каллахан медленно сел обратно, на его лице промелькнула злость. Ему не нравилось, когда им командуют. Стилвелл закончил допрос, но не собирался позволять Каллахану диктовать условия. Он сменил тон на более дружелюбный, надеясь, что это заставит Каллахана продолжать говорить.

– Спасибо за сотрудничество, – сказал он. – Последние вопросы, и ты сможешь заняться своим инвентарем. Что, по-твоему, Ли-Энн сделала со статуей черного марлина?

– Откуда, черт возьми, мне знать? – сказал Каллахан. – Наверное, она в ломбарде в Лонг-Бич. Но я тебе скажу, она украла эту штуку не для продажи. Она украла ее, чтобы показать средний палец этому месту.

Стилвелл кивнул, будто Каллахан сказал что-то важное.

– Последний вопрос, – сказал он. – Где, по-твоему, сейчас Ли-Энн?

Он внимательно смотрел в глаза Каллахана, ища признаки колебания или лжи.

– То же самое, – сказал Каллахан. – Откуда, черт возьми, мне знать?

Стилвелл долго молчал, надеясь, что разгневанный человек перед ним скажет что-то еще. Но Каллахан выдержал его взгляд и больше ничего не сказал.

– Ладно, мистер Каллахан, мы закончили, – сказал Стилвелл. – Можешь идти.

– Давно пора, – буркнул Каллахан.

Он встал и подошел к окну, чтобы взглянуть на гавань. Затем повернулся и бросил на Стилвелла холодный взгляд, прежде чем направиться к двери.

Стилвелл подождал, и через несколько минут в кабинет вернулся Крейн.

– Как дела с Бадди, сержант? – спросил он.

Стилвелл встал, чтобы вернуть кресло законному владельцу.

– Он был полезен, – сказал он.

Он достал из кармана визитку и положил ее на стол.

– Думаю, на данный момент у меня достаточно информации, – сказал Стилвелл. – Если вспомните что-то еще, что может помочь, вот мои контакты. Я сам найду выход.

– Я могу проводить вас, – предложил Крейн.

– Не стоит. Спасибо за сотрудничество.

– Спасибо вам, сержант. Надеюсь, вы вернете нашу статую. Ей место здесь.

Стилвелл остановился у двери кабинета, вспомнив кое-что, и повернулся к Крейну.

– Знаете, вы сказали, что, увольняя Ли-Энн, вы выбрали время, когда в клубе было мало членов. На случай, если она устроит сцену.

– Да, верно.

– Тогда почему вы не проводили ее до двери? Чтобы убедиться, что она не устроит сцену или не сделает ничего лишнего?

– Очевидно, мне следовало это сделать, но у меня был звонок от члена клуба, и я должен был его принять.

– Это было так важно, что вы позволили ей уйти без присмотра?

– Сержант, каждый звонок от члена клуба здесь важен.

– Понял. Спасибо.

Стилвелл прошел по коридору, где находились четыре гостевые комнаты, по две с каждой стороны. Дверь одной из комнат была открыта. Стилвелл заглянул внутрь и увидел женщину в униформе горничной, заправляющую кровать. Комната выглядела скромно обставленной и простой. Он понял, почему члены клуба предпочитали каюты на своих яхтах.

Стилвелл спустился по лестнице и заглянул в обеденный зал. Люди в красных жилетах, белых рубашках и черных галстуках-бабочках накрывали столы приборами и бокалами, готовясь к обеду. В дальнем конце зала находился бар. Темное дерево, зеленые стеклянные лампы в банкирском стиле над полками с бутылками прозрачных или янтарных ликеров. Пока он стоял там, он увидел, как Каллахан вошел через дверь, которая была кухонной, как предположил Стилвелл, и прошел за стойку. За ним следовал молодой парень, несущий что-то тяжелое, его руки были вытянуты, но кисти находились ниже уровня стойки. Он повернулся, поднял руки и высыпал полную бадью льда в контейнер за стойкой. При этом его хватка ослабла, он переборщил с движением, и лед каскадом скользнул по стойке и рассыпался на пол перед ней.

– Черт возьми! – заорал Каллахан. – Ты, тупой придурок, убери это! Мы вот-вот откроемся.

Парень выглядел ошеломленным, будто это был не первый раз, когда он получал словесную взбучку от босса. Он развернулся и поспешил обратно на кухню. Каллахан взглянул в обеденный зал и заметил, что Стилвелл видел его реакцию на разбросанный лед. Он гордо кивнул, будто говоря, от одного менеджера к другому: «Вот так мы это делаем».

Стилвелл развернулся и покинул клуб.

12

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ВЕРНУТЬСЯ в участок, Стилвелл зашел в магазин хозяйственных товаров и морских принадлежностей на Марилла-авеню. Управляющим там был Нед Браунинг, и Стилвелл знал его по сообщениям о кражах из магазина. Браунинг находился в задней комнате, проводя инвентаризацию лодочных подушек.

– Сержант Стил, как дела?

– Неплохо, Нед. А у тебя?

– Тело в воде. Жуткое дело. Ужасно.

– Да.

– Хочешь посмотреть мои записи о недавних продажах якорей?

Стилвелл удивился.

– С чего бы это? – спросил он.

– Потому что утром тут был Дензел Абботт, – сказал Браунинг. – Заказывал новые воздушные шланги и фильтры. Рассказал мне о девушке, обмотанную в якорную цепь.

– Сделай одолжение, держи это при себе.

– Без проблем.

– Так, ты продавал якоря недавно?

– Это бы тебе день сделало, да?

– Сделало бы.

– Ну, извини. Якоря у меня нечасто покупают. Большинство лодок приходят сюда уже укомплектованными.

– Я так и думал, что это маловероятно.

– Просто чтобы ты знал, сегодня уже кто-то спрашивал про якоря.

– Кто?

– Детектив шерифа с материка, парень по имени Эхёрн. Я сказал ему то же, что и тебе. Якоря у нас есть, но их нечасто берут.

Стилвелл удивился, что Эхёрн проявил такую инициативу в самом начале расследования.

– Он спрашивал о чем-то еще? – спросил он.

– Нет, – сказал Браунинг. – Только про якоря.

– Ладно. Эхёрн просил позвонить ему, если кто-то придет за якорем на двенадцать фунтов «Hold Fast»[16]16
  Быстрый зацеп


[Закрыть]?

– Нет, он этого не просил.

– Тогда звони мне, если такое случится.

– Договорились.

Стилвелл направился к выходу, но, проходя через магазин, вспомнил кое-что и вернулся. Браунинг был там же.

– Нед, ты продаешь ручные пилы? – спросил он.

– Конечно, – сказал Браунинг. – Какую тебе надо?

– Для резки ПВХ, стекловолокна. Что-то в этом роде.

– Четвертый ряд.

Стилвелл вернулся и нашел отдел с пилами. Ему понадобилось всего несколько секунд, чтобы заметить упаковку с пилой, похожей на ту, что он изъял. В комплекте шли два запасных лезвия. Он снял упаковку с крючка и вернулся в подсобку, чтобы поговорить с Браунингом в третий раз.

– Ты знаешь, кто такой Оскар Терранова, Нед? – спросил он.

– Конечно, знаю, – сказал Браунинг. – Его все знают.

– У него есть счет здесь?

– Счет? Нет, у нас нет счетов. Хочешь что-то – покупай. Никакого кредита. Это сделка с дьяволом – гоняться за людьми, чтобы они оплатили счета.

– Можно как-то проверить, покупал ли он такую упаковку недавно?

– Если платил наличными – нет. Если кредиткой, можно посмотреть транзакции, но это займет время.

– Вы ищете по имени клиента или по товару?

– По товару проще. У нас цифровая инвентаризация. Можно посмотреть продажи конкретного товара. С кредиткой сложнее.

– Хорошо. Меня интересует, кто покупал такую пилу за последние, скажем, шестьдесят дней.

– О'кей.

– Сколько это займет?

– Дай пару дней. Это связано с обезглавливанием бизона? Это ею орудовали? – Он указал на пилу.

Стилвелл не удивился, как быстро слухи разлетаются. Авалон – маленький городок, и все, кажется, знают дела друг друга задолго до того, как они появляются в «Колл».

– Слушай, Нед…

– Знаю, знаю. Держать при себе.

– Пожалуйста.

– Без проблем. Позвоню, когда проверю.

– Спасибо.

На улице Стилвелл посмотрел на часы. Вскрытие тела женщины из воды было еще через несколько часов. Он достал телефон и позвонил Таш.

– Думаешь, я смогу взять у вас монитор и посмотреть записи с камер гавани за начало месяца? – спросил он.

– Должно быть без проблем, – сказала она. – Я тебя подключу. У нас тут тихо.

– Принести тебе ланч?

– Было бы здорово. Из «Голубой Розы»?

– Конечно. Что хочешь?

– Курицу-молé[17]17
  Курица в соусе молé


[Закрыть], пожалуйста.

– О'кей, скоро буду.

После звонка Стилвелл позвонил в «Голубую Розу Мэгги» и заказал еду на вынос. Пока заказ готовили, он вернулся в участок, чтобы проверить, как дела у Мерси. Помощник шерифа Ильза Рамирес была в комнате отдыха, склонившись над бумагами.

– Сержант, – сказала она. – Я только что приняла заявление о пропаже человека, о котором, по словам Мерси, ты спрашивал на днях.

– Кого? – спросил Стилвелл.

– Генри Гастона? Он работает механиком в гараже для каров в одной из туркомпаний.

Стилвелл почувствовал глухой удар в груди и замолчал, переваривая новость.

– Кто сообщил о пропаже? – наконец спросил он.

– Его жена, – сказала Рамирес. – Говорит, он не появлялся дома с утра субботы.

– Что случилось в субботу утром?

– Ничего необычного. Она сказала, что он пошел на работу, потому что один из каров для туров сломался, а заменить ее не могли, так как все кары и туры были забронированы на выходные. Он сказал, что вернется через пару часов, но так и не пришел.

– Ты принимала заявление по телефону или лично?

– Лично. Я ездила к ним домой на Тремонт.

– Ты спрашивала, не пропали ли его вещи?

– Нет, я не подумала…

– Он мог сбежать. Вернись туда и осмотри дом. Спроси про его вещи. Проверь, не собирал ли он сумку.

– Но зачем ему сбегать и не сказать жене?

– Не знаю, сделал бы он так или нет, но в пятницу я дал ему время до среды – до завтра – чтобы прийти и поговорить о деле с бизоном. Он мог испугаться и удрать. Или он действительно пропал – в смысле, пропал не по своей воле.

– Ого.

– Да. Так что займись этим, а я проверю гараж.

– Принято.

Она встала и вышла из комнаты. Стилвелл повернулся и увидел Мерси за ее столом.

– Мерси, есть что-нибудь в соцсетях про Ли-Энн Мосс? – спросил он.

– Нашла ее в Инстаграме, – сказала Мерси. – Ее профиль давно не обновлялся. Хочешь, я тебе его отправлю?

– У меня нет Инстаграма. Можешь распечатать?

– Думаю, да. Может занять немного времени.

– Ладно. Я еду в район опреснения, проверить гараж.

Сев в «Гатор» и направившись к месту работы Гастона, он позвонил Таш.

– Таш, тут кое-что всплыло, и я не смогу приехать какое-то время, – сказал он. – Но еду я заказал. Сможешь забрать?

– Сейчас не могу уйти, – сказала Таш. – Попробую отправить Хайди.

Хайди Аллен была секретарем в офисе начальника порта. Она также была тетей мэра, что беспокоило Таш. Она подозревала, что мэр поставил Хайди, чтобы следить за внутренними делами одной из самых важных и заметных служб Авалона.

– Извини за это, – сказал Стилвелл. – Я приеду посмотреть камеры, как только разберусь с этим делом.

– Что случилось? – спросила Таш.

– Пропал человек. Расскажу позже.

– Ладно. Я сохраню твой ланч теплым.

Он уже был высоко на Ригли-роад, перевалив через гору. Воздух был свежим и чистым, и вид на залив портила только дымка смога, висевшая над материком, как предупреждение. Стилвелл часто приезжал сюда, чтобы обдумать свое окружение и вспомнить, что он оставил в том грязном воздухе. Это всегда укрепляло мысль, что иногда не знаешь, что ищешь, пока не найдешь.

На Каталине он нашел хорошее. Он нашел Таш и нашел смысл в своей работе. Сначала он возражал против перевода, но теперь знал, что никогда не захочет вернуться. Он был дома.

В гараже для каров ворота были опущены, и не было никаких признаков активности. Стилвелл вылез из «Гатора» и подошел к пешеходной двери справа от ворот. Она была заперта, так что он постучал. Подождал и постучал снова. Над дверью была камера. Он посмотрел на нее, предполагая, что кто-то внутри наблюдает за ним. Он смотрел в объектив не мигая несколько секунд, прежде чем повернуться.

Когда шел обратно к своему кару, за спиной открылась дверь. Он обернулся и увидел Оскара Терранову, стоящего в дверях, опирающегося на косяк.

– Ты спугнул моего механика, Стилвелл, – сказал он. – Теперь мне придется искать нового.

– Я его спугнул? – сказал Стилвелл. – Или это ты?

Терранова не ответил. Стилвелл подошел ближе и встал так близко, что Терранова отказался от своей расслабленной позы и отступил на полшага.

– Мне плевать, где ты его спрятал и что с ним сделал, – сказал Стилвелл. – Это ничего не остановит. Здесь это не закончится.

– Посмотрим, – сказал Терранова.

– Да, посмотрим. Береги себя, Бэби Хэд. На твоем месте я бы нашел хорошего адвоката – одного из тех скользких парней с материка. Он тебе понадобится.

– Да, но я не ты, верно? Так что вали отсюда и вали нахер.

Стилвелл кивнул, отметив, что это уже второй раз за день, когда ему сказали «вали нахер». Он воспринял это как хороший знак на нескольких уровнях.

13

ЭНЧИЛАДА СТИЛВЕЛЛА ИЗ «Голубой Розы Мэгги» давно остыла, когда он добрался до башни начальника порта на пирсе. Таш разогрела её в офисной микроволновке, и он взял её на бумажной тарелке к столу, где она установила экран с трансляцией с камер, направленных на гавань с восьми разных ракурсов.

– Приступай, – сказала Таш. – Ищешь что-то конкретное?

– Хочу проверить позапрошлые выходные, – сказал Стилвелл. – Посмотреть, какие лодки приходили и уходили.

– Чёрт. Я забыла составить для тебя тот список. Прости. Просто была так занята до сегодня.

– Ничего страшного. Видео покажет мне, а потом у меня могут быть конкретные вопросы.

– Ты уверен?

– Уверен.

– Ну, дай знать, если я могу ещё чем-то помочь.

– Вообще-то, вот вопрос: сколько причалов у клуба «Чёрный Марлин»?

– У них восемь буёв прямо за клубом. Красные – все их. Плюс у них есть свой причал, и они могут ставить там от двух до четырёх лодок, в зависимости от длины. Обычно они держат эмбаркадеро открытым для высадки и посадки.

– Эмбаркадеро?

– Крытый причал сбоку от клуба. Те, кто использует буи, приплывают на шлюпках к боковому причалу, и там есть вход прямо в ресторан клуба.

– Понял. Я видел это сегодня утром, когда был там. Значит, их члены регистрируются у вас, когда заходят и выходят из гавани?

– Должны. Это лучшая практика, чтобы мы знали, кто здесь, но так бывает не всегда. У них есть члены, которые считают себя выше правил.

– Богатые парни – понял. У вас есть список членов клуба?

– Не совсем, но я могу просмотреть журналы и дать тебе имена лодок, которые используют их буи. У меня будут имена некоторых владельцев. Это самые активные члены. Если у нас нет данных, можно запросить регистрацию у штата.

– Если найдёшь время, это очень поможет.

– Думаешь, они как-то связаны с женщиной, которую нашёл Дензел? Я думала, этим делом занимаются с материка.

– Так и есть.

– Но ты всё равно его расследуешь?

Таш не выглядела обеспокоенной, лишь любопытной, что он затеял.

– В клубе сообщили о крупной краже в выходные, – сказал Стилвелл. – Пропала ценная скульптура, и менеджер там считает, что её украли в те выходные, которые я хочу посмотреть.

– Но это не то, что ты на самом деле расследуешь, верно?

– Э…

Стилвелл замялся. Она хорошо его знала, но ситуация была такой, что говорить о теории дела или о риске, который он брал, расследуя дело, от которого ему неоднократно велели держаться подальше, было слишком рано.

– Неважно, – сказала Таш. – Я знаю, ты не можешь говорить, что делаешь. Оставлю тебя с этим. После праздничных выходных здесь так тихо, что у меня даже есть время поработать над тем списком для тебя.

– Спасибо, Таш.

Она незаметно коснулась его руки, отворачиваясь. Хайди Аллен сидела за соседним столом, и этот робкий жест был пережитком времён, когда они скрывали свои отношения.

Стилвелл принялся за работу. На экране отображались прямые трансляции с восьми камер. Перемещая курсор на любой квадрат, он мог кликнуть и увеличить изображение на весь экран. Также он мог убрать квадраты с ракурсами камер, которые его не интересовали. Он сократил поиск до четырёх камер, три из которых захватывали хотя бы часть кольцевого причала клуба «Чёрный Марлин» и восьми их буёв.

Окно поиска позволяло Стилвеллу ввести конкретную дату и вернуться к выходным, когда Ли-Энн Мосс уволили из клуба. Он начал воспроизведение с четырёх ракурсов камер с восьми утра той субботы.

Он установил воспроизведение на четырёхкратной скорости, но затем посчитал и понял, что просмотр всех выходных всё равно займёт несколько часов. Он увеличил скорость до двенадцатикратной. Процесс всё ещё был долгим, и он знал, что, возможно, придётся делать это по частям, когда будет время. Он смотрел, как разные лодки и паромы сновали туда-сюда по гавани. Когда лодка причаливала к «Чёрному Марлину» или швартовалась к одному из их буёв, он замедлял воспроизведение до реального времени, чтобы внимательно изучить активность на лодке и причале.

Стилвелл не заметил ничего подозрительного в светлое время суток в субботу, когда, по словам Чарльза Крейна, Мосс уволили. Он включал воспроизведение на высокой скорости в тёмное время и смотрел, как отражение луны быстро двигалось по водам гавани.

Затем он остановил воспроизведение, потому что ему показалось, что он заметил необычное движение на воде. Он кликнул на ракурс камеры, дающий самый полный обзор клуба «Чёрный Марлин», и перемотал видео назад. Он посмотрел снова в реальном времени и увидел, как небольшая рабочая лодка вышла из-под крытого причала на северной стороне здания. Фигура на корме лодки управляла румпелем, соединённым с подвесным мотором. Лодка пересекла воду до первой линии буёв и исчезла между большой океанской яхтой и двухмачтовой парусной лодкой.

Стилвелл отметил время внизу экрана. Было 3:13 утра в воскресенье. Он закрыл этот канал камеры и вернулся к полному экрану с четырьмя видами камер, с которых начал. Он проверил каждый ракурс, чтобы найти лучший угол на пространство между двумя судами, где исчезла рабочая лодка, но ничего не нашёл.

Он вернулся к первому ракурсу и снова его расширил. Он включил воспроизведение на четырёхкратной скорости и смотрел, ожидая, когда появится рабочая лодка. Прошло двадцать пять минут по счётчику времени, прежде чем она вышла из-за двух больших лодок и направилась обратно к клубу. Стилвелл увеличил изображение рабочей лодки, но изображение потеряло чёткость, и фигура, державшая румпель подвесного мотора, осталась неопознанной.

Стилвелл позвал Таш и попросил её посмотреть на кое-что.

– Что такое? – сказала она.

Стилвелл указал на экран.

– Эти две лодки, – сказал он. – Как мне их идентифицировать?

– Ну, кеч легко узнать, – сказала Таш. – Это «Изумрудное море». Другую мне нужно посмотреть в реестре. Это позапрошлые выходные?

– Да, три тринадцать утра воскресенья, восемнадцатого.

– Дай мне пару минут, я найду.

– Откуда ты знаешь, что это «Изумрудное море»?

– Потому что оно здесь часто. Владелец любит оставлять его и ездить туда-сюда на пароме.

– То есть оно стоит там пустое, когда его нет?

– Большую часть времени, да.

Стилвелл встал и посмотрел в окно башни в сторону клуба «Чёрный Марлин». «Изумрудного моря» там не было.

– Когда оно покинуло гавань? – спросил он.

– Вчера.

– Ты назвала его кечем. Что это точно значит?

– Двухмачтовый парусник – это кеч.

– Я не особо разбираюсь в парусниках. Кому он принадлежит? И откуда он?

– Из Марина-дель-Рей, а владелец – Мейсон Колбринк. Говорят, он крупный адвокат с материка.

Стилвелл кивнул. Он знал, что она говорит о Марина-дель-Рей в Лос-Анджелесе.

– Наверное, занимается корпоративным правом, – сказал он. – Я о нём не слышал.

– Говорят, он на пенсии, – сказала Таш. – Но я не думаю, что членство в «Чёрный Марлин» и сорокафутовый кеч можно получить, занимаясь уголовной защитой.

– Скорее всего, нет. Откуда ты знаешь, когда он здесь, на лодке?

– Потому что мистер Колбринк всегда регистрируется у нас. Гавань не разрешает использовать причалы для хранения. Только для активного плавания. Он нарушает это, оставляя свой кеч здесь на недели, поэтому всегда хочет, чтобы мы знали, когда он здесь и использует его. Считает, что это всё оправдывает.

– Понял. Это записано в реестре? Его приходы и уходы?

– До некоторой степени. Мистер Колбринк немного скрытен в этом плане.

Стилвелл сел обратно перед экраном и указал на «Изумрудное море».

– Можешь сказать, был ли Колбринк здесь в выходные семнадцатого? – спросил он.

– Я проверю это и найду название и владельца другой лодки, – сказала Таш. – Это весело.

– Что?

– Быть частью расследования.

Стилвелл смотрел, как она возвращается к своему столу. Ему было неловко вовлекать её в свою работу. Последнее, что ему нужно, – чтобы его девушка считала эту работу весёлой и хотела участвовать. Реальность такова, что ты никогда не знаешь, когда звонок, стук в дверь или нажатие клавиши могут принести смертельную опасность. В прошлом году в Лос-Анджелесе была история о так называемой любительнице-детективе, которую застрелили в чулане её домашнего офиса[18]18
  Очевидно, речь идет о Коллин Хаттерас из романа Коннелли «Ожидание».


[Закрыть].