Текст книги "Паслён (ЛП)"

Автор книги: Майкл Коннелли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)

42

СТИЛВЕЛЛ ДОЖДАЛСЯ, ПОКА вернётся домой, чтобы позвонить Коруму на мобильный. Он не хотел связываться с Эхёрном и Сампедро и не был уверен, что сможет сдержать гнев, если заговорит с кем-то из них. Было слышно, что Корум за рулём, когда ответил.

– Я знал, что ты позвонишь, – сказал капитан вместо приветствия. – Хорошая работа с Истербруком.

– Вы шутите? – сказал Стилвелл. – Я не думаю, что он убил Ли-Энн Мосс, и я сказал этим двум идиотам об этом утром.

Долгое молчание повисло, пока Корум обдумывал это, а Стилвелл слушал звуки дорожного движения через телефон.

– О чём ты говоришь, Стил? – наконец сказал Корум. – Они сказали, что это была твоя наводка. Они поехали туда, а парень повесился.

– Самоубийство не доказывает, что он её убил, – сказал он. – Была записка?

– Никакой записки. Но были фотографии жертвы – фотографии в спальне, как мне сказали.

– И что, это их доказательство, что он её убил?

– Они сказали, что она использовала его ради денег. Она была «плохой новостью».

– То есть мы виним жертву.

– Это не для публики. Я просто говорю, как есть. Она его использовала, он это понял, сорвался и в итоге убил её.

– Парень был в неё влюблён, да. Он сам мне это сказал. Сказал, что они планировали взять его лодку и уплыть на Таити. Я сказал этим парням, что он не тот, но его нужно официально допросить, взять мазок и проверить алиби. У него было алиби. Это полная чушь, капитан. Эхёрн вешает на него убийство. Всё как в прошлый раз.

– Нет, Стил, это не так, и тебе стоит быть осторожнее с этим. Я спас твою работу в первый раз. Во второй раз не смогу.

– Вам придётся отозвать этот пресс-релиз, капитан.

– Стил, дело закрыто. Мои парни оформят документы и передадут их прокурору для подписи. А ты возвращайся к своим делам на острове. Понял?

Входная дверь открылась, и Таш вошла с двумя пластиковыми пакетами с продуктами из «Вонс». Она замерла, увидев его лицо. Она беззвучно спросила: «Ты в порядке?» Стилвелл кивнул в ответ, хотя был далёк от этого.

– Я хочу услышать, как ты это скажешь, Стил, – сказал Корум. – Ты понял?

– Я понял, – сказал Стилвелл.

– Хорошо, тогда, думаю, мы закончили. Я только что приехал домой и не хочу тащить это дерьмо в свой дом.

– Ладно. Спокойной ночи, капитан.

– Спокойной ночи, Стил.

Стилвелл отключился. Таш поставила пакеты на кухонный стол и начала их разбирать.

– Жареный сыр и чили, – сказала она. – Еда для души. Подойдёт?

– Подойдёт, – сказал Стилвелл.

– Что случилось?

– Чёртов Эхёрн.

– Что с ним?

– Это как дежавю. Он вешает убийство не на того парня. Он такой чертовски некомпетентный, а капитану плевать, потому что он получает лёгкое закрытие сложного дела. А тем временем кто-то уходит от ответственности за убийство.

Таш остановилась с банкой фасоли в руке.

– Что ты собираешься делать, Стил?

– Пока не знаю… но я не могу сидеть сложа руки.

Он схватил ручку своего чемодана и закатил его в спальню. Открыл его на кровати и начал распаковывать, возвращая неиспользованную одежду в ящики и на вешалки в шкафу. На середине процесса его телефон зажужжал – звонок с номера, который он узнал.

– Чего тебе, Эхёрн?

– Хочу знать, какого чёрта ты сказал капитану, что мы обвинили не того парня.

– Ты так и сделал, Эхёрн. Ты сделал то, что всегда делаешь. Выбрал лёгкий путь. Но это был неправильный путь.

Эхёрн рассмеялся.

– Знаешь, что это? Ревность. Я думал, ты будешь рад, что мы поделились с тобой заслугами, но нет, ты хочешь…

– Ты что, не понимаешь, идиот? Он не тот парень.

– Это ты так говоришь.

– Ладно, в вашем пресс-релизе сказано, что она с ним расставалась. Откуда ты это взял, Эхёрн? Потому что меньше двадцати четырёх часов назад он мне ничего об этом не говорил. Он только рассказывал, как она уволилась с работы на острове, чтобы они могли уплыть на Таити.

– Значит, он тебе сказал. Он тебе соврал, Стиллборн, и ты не можешь смириться с тем, что купился на это с потрохами.

– Ты вообще проверял его алиби? Знаешь что, неважно. Я уже знаю ответ. Ты ничего не сделал. Ты приехал к нему домой, нашёл его мёртвым и подумал: «Можно быстро закрыть это дело». Ты надул пресс-релиз, как и всё дело. Ты просто надеялся, что это правда. Но это херня, как и ты сам.

– Херня это ты, Стиллборн.

– Нет, знаешь, кто я? Я тот, кто найдёт настоящего убийцу.

– Стилвелл, тебе лучше не…

Стилвелл отключился. Он поднял руку, чтобы швырнуть телефон в стену, но в последний момент сдержался, когда в комнату вошла Таш.

– Ты в порядке? – спросила она.

– Нормально, – сказал он.

– Что происходит?

– Ничего.

Он сунул телефон в карман.

– Ты всё ещё хочешь, чтобы я готовила ужин? – спросила Таш.

– Конечно, – сказал Стилвелл. – Я уже голодный.

– Тогда открой бутылку вина. Мне нужен час.

– Красное или белое?

– Красное.

– Замётано. Как только закончу здесь.

Она вышла из комнаты. Стилвелл застегнул пустой чемодан и поставил его на полку в шкафу, затем сел на край кровати и попытался взять себя в руки. Нужно было выбросить Эхёрна и Сампедро из головы и сосредоточиться на деле, а не на их предательстве Ли-Энн Мосс. Потому что это было именно предательство священной связи между жертвой и теми, кому поручено искать для неё справедливость. Стилвелл закрыл глаза и пообещал себе, что не сделает того же.

Его телефон коротко зажужжал в кармане, сигнализируя о текстовом сообщении. Он достал его, ожидая сообщение от Эхёрна. Но это была Моника Хуарес.

Мы в деле. Он придёт в 10. Без адвоката – пока. Ты будешь?

Стилвелл набрал короткий ответ.

Буду.

43

ХУАРЕС УДАЛОСЬ ЗАБРОНИРОВАТЬ отдельную комнату для того, что она назвала Стилвеллу «обсуждением» с Оскаром Террановой. Стилвелл напомнил ей, что, хотя ордера или обвинений против Террановы пока нет, он разыскивается для допроса по делу об убийстве. Он сказал, что не может обещать не арестовать его, в зависимости от того, как пойдёт беседа. Хуарес же напомнила Стилвеллу, что он освобождён от службы, и арест, скорее всего, приведёт к внутреннему расследованию и дисциплинарным мерам за нарушение приказов и политики департамента.

– Мы просто побеседуем, – сказала Хуарес. – И он уйдёт отсюда, когда закончим.

– Он вообще знает, что я здесь буду? – спросил Стилвелл.

– Я сказала ему, что мне нужен следователь на встрече.

– Но ты не сказала, что это я.

– Нет, это будет сюрприз.

– И не из приятных.

Стилвелл ожидал, что Бэби Хэд развернётся на сто восемьдесят градусов, как только увидит его в комнате.

– Какой у нас лучший сценарий? – спросил он.

– У него должны быть доказательства, – сказала Хуарес. – Нельзя, чтобы это было просто «он сказал, она сказала». Такое мы даже не будем подавать.

– Ты ему это уже сказала?

– Да. Он сказал, что у него есть кое-что, что нам понравится.

– Ну, он…

Он замолчал, когда телефон Хуарес зажужжал. Она ответила, выслушала, затем сказала, что сейчас заберёт своего посетителя.

– Поехали, – сказала она, направляясь к двери. Её голос звучал неуверенно. Она нервничала, и Стилвелл понимал почему. Терранова уже оставил на ней шрам на всю жизнь. Никто не знал, как он поведёт себя, если в ближайший час что-то пойдёт не по его.

Комната не была похожа на типичную комнату для допросов в участке шерифа. Её в основном использовали для переговоров между прокурорами и адвокатами защиты. Стол, за которым сидел Стилвелл, был из чистого, отполированного лаком дерева, не испещрённого следами пота и слёз обвиняемых.

Дверь открылась, и первой вошла Хуарес, за ней Оскар Терранова, одетый в белёные брюки и незаправленную рубашку «Tommy Bahama» с синими попугаями на жёлтом фоне. Но, сделав два шага в комнату, он увидел Стилвелла и замер.

– Что он тут делает? – сказал он. – Это не остров.

– Я сказала, что на встрече будет следователь, – ответила Хуарес.

– Да, но не он, – сказал Терранова. – Это не катит.

Как и предсказывал Стилвелл, он повернулся к двери.

– Сядь, Оскар, – сказал Стилвелл. – Уйдёшь – нарушишь соглашение. У меня там снаружи помощники шерифа, которые схватят тебя и посадят в камеру. Хочешь этого?

Терранова обернулся и посмотрел на Хуарес за подтверждением.

– Оскар, сядь, пожалуйста, – сказала она. – Я думаю, единственный способ уйти сегодня свободным – это сдержать наше соглашение. Так что сядь и расскажи, что у тебя есть. Если это так же хорошо, как ты сказал, проблем не будет.

– К чёрту всё это, – сказал Терранова.

Но он подошёл к столу, резко выдвинул стул и сел напротив Стилвелла.

Хуарес села рядом со Стилвеллом.

– Как мы договорились, мы не будем это записывать, – сказала она. – Мы просто поговорим и выслушаем друг друга. Ты сказал, что не причастен к преступлениям, недавно произошедшим на Каталине, и можешь это доказать. Это твой шанс.

Терранова откинулся на стуле, положив одну руку на стол и постукивая пальцами по дереву, словно обдумывая ставку в покере. Наконец он заговорил.

– Ладно, вам нужно знать, что я полностью чист по поводу Гастона и тому, что случилось с твоей подружкой, Стилвелл. Это кто-то другой заправлял делами и ничего мне не говорил. Этот сукин сын Спивак – его человек, не мой.

Хуарес посмотрела на Стилвелла и слегка кивнула, передавая ему инициативу.

– Кто заправлял делами? – спросил он.

– Это мой козырь, el jefe[32]32
  Вождь, босс – исп.


[Закрыть]. Я не раскрываю его, пока все не пойдут ва-банк.

– То есть?

– То есть я хочу гарантированную сделку без тюремного срока. Как вы собирались дать Генри Гастону, чтобы добраться до меня.

– Мы не заключаем сделку, пока не узнаем, что у тебя есть. Хватит вилять, Оскар. Я знаю, что твой молчаливый партнёр – мэр Аллен, и отпечатки твоего корпоративного адвоката повсюду в сделке с Большим Колесом. Почему бы тебе не начать с того, как вы с мэром связались.

Стилвелл не сводил глаз с Террановы, ища реакцию. Терранова не показал удивления, что Стилвелл знает о нём и Аллене.

– Да, у нас есть дела, – сказал он. – Я заработал немного денег дома и приехал на Каталину, чтобы их вложить. Хотел открыть легальный бизнес, знаешь, так что я сделал домашнюю работу и увидел, что там нужны гольф-кары и туры. Я подал заявку на лицензию, и тогда встретился с ним.

– Из-за твоей заявки на бизнес-лицензию?

– Ага. Я быстро с ним познакомился, и он сказал, что лицензию на оператора можно получить за три года или за три месяца, в зависимости от того, как я хочу это провернуть.

– Он хотел взятку.

– Я просто называю это ведением бизнеса. Всегда все хотят кусок от хорошего дела. Я не против, знаешь. Я говорю: идите навстречу, чтобы двигаться дальше.

– Ты знал, что это дорога с двусторонним движением. Заплатишь парню, и потом у тебя будет на него рычаг.

– Точно, именно так.

– Ты вёл записи об этих… транзакциях?

– Скажем так, у меня достаточно, чтобы договориться. Хотите моей помощи – держите меня подальше от камеры, навсегда.

– Если всё, что у тебя есть, – это мэр, берущий откаты с мелкого туроператора, то мы закончили, Оскар. Это расследование убийства, а не мелкое дело о коррупции. Но я могу подвезти тебя в центр, где с тобой хотят поговорить.

Терранова улыбнулся, словно он единственный в комнате знал настоящую подоплёку.

– О, большой человек, – сказал он. – Думаешь, ты такой умный и крутой. Знаешь что, если бы у тебя не было этого значка, между нами всё было бы по-другому, Стилвелл.

Стилвелл просто смотрел на него, и их взгляды скрестились в обоюдной ненависти. Хуарес прервала момент.

– Оскар, он прав, – сказала она. – Расскажи нам об убийстве Генри Гастона. И помни, всё, что ты нам скажешь, бесполезно, если не можешь это подтвердить.

– Я сказал тебе по телефону, – сказал Терранова. – Я могу подтвердить каждое чёртово слово. У меня есть документы и записи. Хочешь послушать, что у меня есть, Стилвелл?

– Да, – ответила Хуарес. – Хотим.

– Ладно, тогда, – сказал Терранова. – Дам вам небольшой образец.

Он опустил руку под стол, чтобы залезть в карман. Стилвелл вскочил со стула, готовый броситься через стол. Терранова тут же поднял руки.

– Расслабься, чувак, – сказал он. – Просто лезу за телефоном.

– Медленно, – сказал Стилвелл.

Он остался стоять, пока Терранова доставал телефон и поднял его, показывая, что это не оружие. Стилвелл сел обратно.

– Что ты собираешься нам показать? – спросила Хуарес.

– Ничего я вам не покажу, – сказал Терранова. – Послушайте это.

Терранова открыл приложение для записей и включил явно записанный телефонный разговор. Стилвелл узнал голоса Террановы и Дугласа Аллена, начиная с того, как мэр ответил на звонок:

– Алло? – сказал он.

– Какого чёрта ты сделал? – спросил Терранова.

– Я сказал тебе никогда не звонить на этот номер.

– К чёрту, это одноразовый телефон. Какого хрена, чувак? Я только что узнал, что Гастон мёртв в чёртовой камере.

– Он собирался тебя сдать. Я не был готов к такому риску. Я за тобой присматривал.

– Теперь ты втянул меня в убийство, чувак. Тебе следовало поговорить…

– Мне не нужно с тобой ничего обсуждать или согласовывать. Понял? И больше не звони больше на эту линию.

Звонок закончился. Терранова ввёл команду в телефон и бросил его на стол.

– Стерто, – сказал он. – Хотите это, у моего адвоката есть копия. Не получите, пока не договоримся.

Стилвелл взглянул на Хуарес, чтобы проверить, ответит ли она, но она казалась ошеломлённой. Было ясно, что Терранова всё ещё держит её в своих руках. Это подсказало Стилвеллу, что ему нужно сохранить контроль над допросом.

– Что насчёт похищения Таш Дано? – спросил он. – Что Аллен тебе об этом сказал?

– Ничего, – сказал Терранова. – Я узнал об этом из новостей.

– Это не ты звонил Спиваку в трейлер той ночью?

– Не я. Я с ним ни разу не говорил. Как сказал, он был человеком мэра, не моим. Я к этому тоже не причастен.

– Чушь. Её схватили, потому что думали, что рукоять пилы всё ещё на острове, а не в лаборатории. Эта информация пришла от тебя, так что не пытайся прикинуться невинным. Всё это произошло из-за тебя.

– Ну, может, да, а может, и нет. Но если ты хочешь пойти этим путём, твоя подруга-прокурор здесь тоже в цепочке виновных. Если это всплывёт, не знаю, как лягут карты.

Терранова всё тщательно продумал. Стилвеллу пришлось бы пожертвовать Хуарес, если бы он попытался преследовать его за похищение Таш. Это было невозможное решение, так что он пока отложил его.

– Расскажи о Спиваке, – сказал Стилвелл. – Если это всё была игра мэра, откуда он его знал?

– Насколько знаю, они давно знакомы, – сказал Терранова. – Мэр использовал его раньше. Он был как телохранитель по найму, готовый сделать всё, что нужно.

– Включая убийство? – сказал Стилвелл. – И нападение на помощника шерифа, чтобы попасть в тюрьму и совершить убийство?

– За правильную цену можно заставить людей сделать что угодно, – сказал Терранова. – Не говори мне, что ты этого не знаешь, помощник шерифа Ду-Да.

Терранова уставился на него, и Стилвелл увидел угрозу в его глазах. Затем лицо Террановы расплылось в улыбке.

– Так у нас сделка или что? – сказал Терранова. Он посмотрел на Хуарес за ответом.

– Какую сделку ты хочешь? – сказала она. – Ты совершил серьёзные преступления. Ты не можешь ожидать…

– Я получу золотой парашют, – сказал Терранова. – Вот что я получу. Никаких обвинений и никакого тюремного срока, или сделки не будет. Пробуйте взять меня, и посмотрим, как это обернётся без свидетелей и с… скомпрометированным прокурором.

В комнате повисло долгое молчание. Стилвелл не знал, стоит ли отвечать, потому что золотые парашюты – это территория Хуарес.

– Мы ненадолго выйдем, – наконец сказала Хуарес. – Сиди здесь, Оскар.

– Я никуда не собираюсь, – сказал Терранова. – Пока.

Стилвелл последовал за Хуарес. Она закрыла дверь комнаты для допросов, и они отошли на несколько шагов по коридору, чтобы их шёпот не услышали. Хуарес заговорила первой.

– Ну, что думаешь? – спросила она.

– Не могу представить, что он уйдёт чистым, – сказал Стилвелл. – Это меня бесит.

– Это может быть единственным выходом.

– Мне это не нравится.

– Никому не нравится. Но выбора может не быть. Эта запись сама по себе – твёрдое доказательство, и он говорит, что у него есть ещё. Мы говорим о коррумпированном мэре, который заказал убийство.

– И Бэби Хэд во всём этом замешан.

– Может, и так, но у него козыри, и у нас может не быть выбора.

– Да, ты, кстати, одна из этих карт.

– Думаешь, я этого не знаю? Не волнуйся. Как только мы это переживём – если переживём, – я уйду в отставку и больше никогда не ступлю в зал суда.

Стилвелл отошёл на мгновение, чтобы подумать и сбросить гнев. Он заставил себя сосредоточиться на текущем, а не на прошлом. Он вернулся к Хуарес.

– Ладно, – сказал он. – Что ты будешь делать, поведёшь его к большому жюри?

– Возможно, – сказала Хуарес. – Но это выше моего уровня. Мне нужно ехать в центр и выяснить, как они хотят это разыграть.

– Когда?

– У меня сегодня нет суда. Могу поехать, как только мы его отпустим.

– Что ты им скажешь?

– Что этот парень пришёл с твёрдыми доказательствами, что мэр Авалона коррумпирован и, вероятно, заказал убийство свидетеля по делу против него. Скажу, что наш живой свидетель сам преступник, но он поделится убедительными и неопровержимыми доказательствами, включая записи, которые перевешивают его собственные преступления.

Стилвелл просто кивнул. Он не был счастлив, но так обычно и проходят дела. Люди заключают сделки, предают свои лояльности, чтобы спасти свою шкуру. Полной справедливости никогда не бывает. Но если Бэби Хэд получит свой золотой парашют и останется в деле на острове, Стилвелл знал, что когда-нибудь в будущем у него будет шанс добраться до него. И тогда истинное правосудие восторжествует.

44

ВЕРНУВШИСЬ НА ОСТРОВ, Стилвелл попытался позвонить Таш, но она не ответила. Он предположил, что она либо всё ещё злится, либо находится вне зоны действия сети. Или и то, и другое. Накануне вечером, после того как Стилвелл рассказал ей о своей встрече утром в суде Лонг-Бич, она ушла из его дома к себе. Они только что доели её домашний чили и жареные сырные сэндвичи. Она встала из-за стола, бросила тарелку и миску в раковину и пошла в спальню за своим чемоданом. Её последними словами, когда она выходила за дверь, было, что она едет в кемпинг без него, и если он действительно хочет, может присоединиться к ней позже. Он крикнул ей вслед, что так и сделает.

Стилвелл действительно хотел к ней присоединиться, но сначала нужно было сделать свою работу. Отметившись в участке и отмахнувшись от вопросов о том, вернулся ли он на службу, он взял «Джон Дир» и поехал в «Сэндтрэп», чтобы узнать, работает ли Лесли Снид. Был пик обеденного наплыва, но он не увидел её среди официанток. В конце концов, он спросил у проходящей мимо официантки, на смене ли Снид, и та ответила, что по вторникам у неё выходной.

Через десять минут он постучал в дверь квартиры Снид и застал её дома. Когда она открыла дверь, оттуда пахнуло марихуаной, что напомнило Стилвеллу её заявление о том, что она трезвая с тех пор, как переехала на остров. Возможно, для неё курение травки не считалось.

– Поздравляю, – сказала она.

Стилвелл был озадачен.

– С чем? – спросил он.

– Вы раскрыли дело, – сказала Снид. – Я видела это в новостях.

– Хм, на самом деле, я здесь именно поэтому. Полная история ещё не раскрыта, и я хотел спросить, не поможете ли вы с расследованием.

– Ну, они сказали, что тот парень, который это сделал, покончил с собой.

– Это не вся история, Лесли. Если можно войти, я хотел бы объяснить, что вы можете сделать, чтобы помочь с делом.

Снид оглянулась в квартиру и, казалось, заколебалась. Стилвелл быстро заговорил.

– Не знаю, слышали ли вы, но клуб «Чёрный Марлин» удвоил сумму вознаграждения. Теперь это двадцать тысяч. Приличная сумма.

– Чёрт, это много.

– И у меня есть идея, как вы можете получить их все.

Она отступила, пропуская его внутрь. Они прошли в маленькую гостиную.

– Что мне нужно сделать? – спросила Снид.

– Я хочу, чтобы вы отправили сообщение и назначили кое-с-кем встречу.

– И куда мне идти на встречу?

– В тот самый «Зейн Грей».

– Я, типа, приманка?

– Да, но я буду там, и вы будете в безопасности. Если он появится, я его возьму.

– И если я это сделаю, вы выдвинете меня на полное вознаграждение?

– Таков уговор. Если всё пойдёт так, как я думаю, вы получите всё.

– Ладно, я в деле.

45

ЛЕСЛИ СНИД ОТПРАВИЛА сообщение Чарльзу Крейну в три тридцать, назначив встречу через два часа в баре «Зейн Грей», где всегда проходил вечерний счастливый час и гарантировалась безопасность в толпе. Это дало Крейну достаточно времени, чтобы сходить в банк и снять то, что в её сообщении называлось задатком за её молчание. Крейн никак не подтвердил получение сообщения, но тот факт, что он не спросил: «Кто это?» и не ответил, что это неверный номер, подсказал Стилвеллу, что тот, возможно, заглотил наживку.

Эти два часа также дали Стилвеллу время добраться до отеля и заручиться поддержкой менеджера, Фреда Неттлса, в своём плане. Ему нужно было попасть в бар до его открытия и спрятать направленный микрофон со склада оборудования участка между бутылками бурбона на полке напротив барного стула, где будет сидеть Снид.

Сообщение, которое Стилвелл составил и заставил Снид отправить Крейну, содержало явную угрозу:

Я знаю, что это был ты. Она рассказала мне о вас двоих. Думаешь, шериф передумает насчёт убийцы, когда я ему расскажу? Есть награда, так что предложи мне что-то получше. Принеси задаток за моё молчание в «Зейн Грей» в 5:30. Не опаздывай. Если не увижу тебя, звоню копам.

К 5:15 Стилвелл занял позицию в офисе отеля перед экраном, разделённым на две камеры, показывающие бар в лобби. За двумя столиками сидели пары, а Лесли Снид сидела одна у стойки напротив ряда бутылок бурбона, перед ней стоял бокал совиньон блан. В пяти стульях от неё сидел Старки, писатель, который на прошлой неделе был замешан в вызове по выселению. Теперь, похоже, он снова был в милости у отеля в финансовом плане и оставался писателем-резидентом.

Стилвелл отодвинул кресло от стола к окну, из которого открывался хороший вид на Чаймс-Тауэр-Роуд, поднимающуюся от гавани. Это был не единственный путь к «Зейн Грей», но, скорее всего, Крейн выбрал бы его от клуба «Чёрный Марлин» – если вообще собирался прийти.

Видеопоток записывался, как и микрофон, спрятанный между бутылками «Blanton’s» и «Pappy Van Winkle». Стилвелл слушал через наушники, подключённые к беспроводному рекордеру, как Старки пытался завязать разговор со Снид. Стилвелл показал ей фото Крейна из файла ДТ[33]33
  Департамента Транспорта


[Закрыть], чтобы она знала, с кем встречается, и Старки явно не был им. Она сказала Старки, что кого-то ждёт, и он оставил её в покое.

Стилвелл снова проверил дорогу и не увидел поднимающихся каров. Он начал думать, что Крейн всё-таки не клюнул и просто проигнорировал сообщение от Снид. Он задумался, не ошибся ли он насчёт Крейна. Он вспомнил менеджера бара, Бадди Каллахана. Он был одним из сотрудников клуба, которые, по словам Крейна, жаловались на флирт Ли-Энн с членами клуба. Может, сообщение нужно было отправить ему?

Телефон Стилвелла зажужжал, и он увидел, что звонит Хуарес. Он ответил.

– Я занят, – быстро сказал он. – Могу перезвонить через час или около того?

– Конечно, – сказала Хуарес. – Просто хотела сообщить, что завтра всё на мази.

– В смысле? Что на мази?

– Оскар предстанет перед действующим большим жюри в центре.

– Так скоро? Нам не нужно время на подготовку? Ты знаешь, что он скажет?

– Я весь день общалась с его адвокатом. И с Секцией общественной честности[34]34
  Секция уголовного отдела Министерства юстиции США, занимающаяся борьбой с политической коррупцией на всех уровнях государственного управления путем судебного преследования коррумпированных федеральных, государственных и местных выборных и назначенных государственных должностных лиц.


[Закрыть]. Поверь, мы готовы. Мы будем добиваться обвинения против Аллена в сговоре с целью совершения преступления, а Оскар будет не привлечённым к ответственности соучастником.

– И всё?

– Начнём с этого. А дальше добавим подстрекательство к убийству, а также обвинения по делу Дано.

– Какие ещё доказательства есть у Террановы?

– Его адвокат проиграл мне по телефону ещё одну запись. Она лучше той, что Оскар показал нам. Она о похищении Таш, и Оскар говорит Аллену, что тот перешёл черту и что он не хочет в этом участвовать. Аллен признаётся. Говорит, что устал разгребать ошибки Оскара и что единственный способ добраться до тебя – через Таш. Это золото, Стил. Мы его взяли.

Стилвелл кивнул. Хотя убийство Генри Гастона было более тяжким преступлением, он хотел, чтобы кто-то ответил за похищение Таш. Похоже, Аллен подойдёт для обоих.

– Не привлечённый к ответственности соучастник, – сказал он. – Значит, Бэби Хэд получает золотой парашют. Твои боссы с этим согласны?

– Он пока уходит, – сказала Хуарес. – Все здесь это одобрили. У него будет официальная сделка до того, как он даст показания.

– И никакой справедливости за убитого бизона.

– Ну, по крайней мере, не сегодня. Но служится большему благу. Или, лучше сказать, бóльший злодей будет повержен.

Стилвелл не был так уверен. Он снова посмотрел в окно и увидел кар, поднимающийся по холму. У неё была характерная бордово-белая полосатая крыша, совпадающая с навесом над задней палубой клуба «Чёрный Марлин». Крейн ехал.

– Мне пора, – сказал он.

– Ты нужен мне завтра, чтобы выступить перед большим жюри, – сказала Хуарес.

Стилвелл подумал о Таш, которая одна кемпингует где-то у Ту-Харборс.

– Во сколько? – спросил он.

– С утра пораньше, – сказала Хуарес. – Они соберутся в десять.

– Ладно. Где это?

– Здание уголовного суда, комната три-ноль-восемь. Она не подписана, так что просто жди меня в коридоре. Сначала ты, потом Оскар, и этого должно хватить.

– А что с Таш?

– Мы обсуждали её, и завтра она нам не нужна. Но если дело дойдёт до суда, она точно понадобится. Она будет эмоциональным ядром дела, и присяжные её полюбят.

Стилвелл понял и знал, что ему придётся убедить Таш дать показания и подготовить её к суду.

– Ладно, а что с Корумом? – спросил он. – Его ввели в курс?

– Он следующий в моём списке, если ты не хочешь это сделать.

– Нет, спасибо. Как сказал, я сейчас занят.

– Хорошо, я ему позвоню.

– Есть повестка для меня на завтра?

– Хм… нет. Я рассчитывала, что ты явишься добровольно. Мне правда нужно оформлять повестку?

– Это поможет с Корумом, раз я вроде как освобождён от службы.

– Поняла. Завтра утром у меня будет повестка. Мне нужно, чтобы ты провёл большое жюри через всё дело, начиная с того, как ты вручал ордер на обыск в гараже для каров.

– Началом было обезглавливание бизона.

– Ты понял, что я имею в виду. Так что, мы в порядке?

– В порядке. Увидимся завтра в десять.

Стилвелл отключился и отошёл от окна, чтобы его не заметили, когда Крейн припарковал кар КЧМ и пошёл к лобби отеля. Стилвелл вернулся к креслу перед экраном и надел наушники. Пора начинать шоу.

Посещаемость счастливого часа в середине недели оставалась низкой, что было на руку Стилвеллу. Он слышал болтовню между барменом и Старки, хотя они не попадали в зону действия микрофона. Их взаимная фамильярность подсказала Стилвеллу, что Старки редко пропускает счастливые часы в отеле.

Нервная энергия заставила Стилвелла встать, пока он смотрел на экран. Он думал о том, чтобы попросить одного из не дежурных помощников шерифа быть в баре для подстраховки, но отказался от этой идеи, опасаясь, что Крейн может знать, кто из помощников работает на острове. Он был один, и, хотя находился всего в одной двери от бара, должен был быть готов двинуться, если Крейн решит как-то угрожать Лесли Снид.

Точно в срок Крейн вошёл в бар через лобби, огляделся, оценил пары за двумя столиками и двух человек, сидящих через три стула у стойки. Он занял место между ними и сказал что-то тихим голосом Старки, что Стилвелл не расслышал. Но ответ Старки был слышен.

– Извини, приятель, я играю за другую команду.

Старки принял слова Крейна за приставание. Крейн отмахнулся и повернулся к Снид. Его голос снова был слишком тихим, чтобы Стилвелл мог разобрать. Скрытый микрофон был направлен прямо на Снид, но Крейн стоял в двух стульях от неё. Её голос прозвучал чётко.

– Точно, – сказала она. – Ты принёс мне что-нибудь?

Крейн переместился на стул рядом с Снид и сел. Он подозрительно взглянул на Старки, а когда повернулся обратно, перед ним оказался бармен, чтобы принять заказ.

– То же, что у неё, – сказал Крейн.

Бармен снял винный бокал с верхней полки и пошёл к холодильнику для вина. Снид смотрела, как он уходит, и в тот же момент Крейн сделал движение, проведя одной рукой по её спине, а другой – по передней части её свободной блузки.

– Эй! – резко сказала Снид.

Бармен обернулся, чтобы посмотреть, что за шум. Крейн поднял руки ладонями наружу.

– Мне нужно было проверить, – сказал он Снид. – Дай мне свой телефон.

– Я не дам тебе свой телефон, – сказала Снид.

– Я проверю твой телефон, или разговора не будет. Хочешь денег или нет?

– Ладно.

Снид открыла маленькую сумочку, лежавшую на стойке рядом с её бокалом. Она достала телефон и передала ему. Это был ход, который Стилвелл предвидел и подготовил ответ.

– Разблокируй, – сказал Крейн.

Он поднял телефон, и Снид ввела пароль. Крейн начал просматривать её приложения. Бармен поставил перед ним бокал вина и отошёл. Крейн наконец нашёл приложение для голосовых заметок, открыл его и увидел, что идёт запись.

– Любительница, – сказал он. – Думаешь, я глупый?

Он остановил запись, удалил её и положил телефон на стойку.

– Думаешь, можешь так меня провести? – сказал он. – Ну, пошла ты, милая. Разговор окончен.

Он встал и оттолкнул стул ногой.

– Уйдёшь – пожалеешь, – сказала Снид, мастерски произнеся фразу, которую дал ей Стилвелл.

Крейн остался стоять, но не двинулся к выходу. Он наклонился к Снид, явно пытаясь запугать молодую женщину.

– Чего ты хочешь? – спросил он.

– Я сказала, чего хочу, – ответила Снид. – Хочу денег. И ещё я решила, что хочу работу в «Чёрном Марлине». Я устала обслуживать туристов и потных гольфистов, которые думают, что они остроумные. Хочу того, что было у Ли-Энн.

– Или что?

– Или я позвоню Стилвеллу, тому парню из службы шерифа, который приходил спрашивать про Ли-Энн, и расскажу, что она мне сказала утром перед тем, как её убили. Я как-то упустила эту часть, когда он приходил.

– И что именно она сказала?

– Что она собиралась встретиться с тобой, чтобы забрать свои деньги и сказать, что увольняется из клуба… и бросает тебя.

Это была ещё одна фраза, которую дал ей Стилвелл – предположение, основанное на том, что он узнал в ходе расследования. Реакция Крейна здесь определит, есть ли основания для дела.

– Ты врёшь, – сказал Крейн. – И ты это знаешь.

– Правда? – возразила Снид. – Она жила со мной, тупица. Я уверена, она тебе это говорила. И она только позволяла тебе её трахать, чтобы сохранить работу и зацепить одного из тех богатых придурков, вроде Истербрука. Тем утром она шутила, что бросает тебя. Сказала, что ты отвратительный и что ты не примешь это спокойно. Похоже, ты не принял.