![](/files/books/160/oblozhka-knigi-plyaska-zmey-si-363936.jpg)
Текст книги "Пляска змей (СИ)"
Автор книги: Марк Боровски
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 24 страниц)
Глава 28. Певец (Сара)
1
Во рту настолько мерзко, что и удавиться впору. Язык печёт, словно бы я выпила через чур горячего чая и обожглась. В желудке – боль соседствует с тошнотой.
Сестра сказала, что боль эта благостная. Мол вытерплю ее, и получу силу… Да только нужна ли мне сила, что способна лишить разума?
Растекаясь по венам, Волдоар заставляет мою кровь чернеть. И тогда я чувствую веселье, его веселье – злобное и яростное… Точно так же, как я пытаюсь подчинить это существо, оно пытается подчинить меня. Оно старается ослабить мой разум болью, оно заполняет его злым весельем…
Когда мы убегали от младенцев, мне было так больно, что я даже не заметила, как Алиса упала. Марк тоже не заметил. Так бы мы и бежали вперед, если б не Амелия. Ее шипящий голос, в какой-то момент, заполнил пространство внутри моего черепа: “Мы позади, Алиса упала! Возвращайтесь-с-сь… Ш-ш-ш-ш… Быс-с-с-стрее…”
Мы вернулись. И в этот самый момент Волдоар вновь попытался взять контроль надо мной. Да только я ему не позволила… Мне было так больно, и весело, и яростно. Но я обратила все это на него – и боль и ярость и веселье. Я ударила по Волдоару его же оружием, и он притих на время, сделавшись смирным, будто котенок. Тогда я обнаружила, что могу взять часть его силы, но лишь часть… Это и дало мне возможность помочь Алисе…
Однако, потом боль все же вернулась, еще сильнее чем прежде, а вот ярость с весельем начали угасать…
Как невыносима эта боль! Она лишает всяких сил. Хочется просто лечь во мраке, свернуться калачиком, и тихонько скуля забыть обо всем, кроме нее… Но надо идти.
Марк прогнал младенцев. Он пропустил через себя столько силы Асху, что едва не умер… Но младенцы непременно вернутся, и, конечно-же, вновь попробуют напасть. Поэтому надо идти…
Алисе, которая шла прямо за мной, тоже было не сладко. После всего того, что произошло в гроте, девочка совершенно обессилила. К тому же, дыхание у нее было скверным… Легкие Алисы не в порядке, это точно. Время от времени я слышала, как она начинает задыхаться…
Проходы лабиринта сделались более узкими, поворотов и развилок стало куда меньше. Я знала, что совсем скоро мы должны выйти к черной реке.
Вскоре, боль в желудке приобрела приступообразный характер. Она то утихала на несколько секунд, то вспыхивала вновь, заставляя меня морщиться и тихонько стонать сквозь зубы. Однако, к моему облегчению, с каждым разом эти вспышки были все менее чувствительными. Возможно, со временем боль и вовсе исчезнет.
Волосы Марка, густые, темные и растрёпанные… Когда я была маленькой, то у отца волосы были точно такими же… Отец всегда казался мне очень сильным человеком. Сильным не только в физическом смысле, но и в духовном. Чуть позже я поняла, из чего проистекает эта сила – из эгоизма и увлеченности. Доктор Григорович был всегда сосредоточен только на своих идеях, и только на своих целях. Он мало времени уделял семье, да и вообще, мало времени уделял чему-либо, кроме своей “работы”. Да… Он называл это “работой”. Но неужто, действительно, все это он делал лишь для одного себя? Неужели может человек быть настолько эгоистичен? Хотя… Опять-таки, он пытался вылечить маму. Но неужто не было никакого другого способа?! Зачем же, он превратил ее в то, во что превратил?
Тяжелые, темные мысли… Стоит ли думать обо всем этом сейчас? Нет. Сначала нужно выбраться из под земли. А потом уж все остальное…
Силуэт Марка в синем сумраке… Мой племянник шел вперед уверенно и быстро. Однако, вдруг остановился…
– Что это? – Услыхала я его голос.
– Что такое, Марк? – Спросила я.
– Что-то приближается. Маленькое и…
– Это младенец?
– Нет. – Марк покачал головой. – Оно не позади нас, но движется нам навстречу. И оно вовсе не на потолке…
В следующее мгновение, гибкая тень бесшумно метнулась по полу, прямо между ног Марка. Двигалась эта тень ко мне. Я отступила на шаг, всматриваясь в нее… Действительно маленькая, и почти сливается с окружающим сумраком. Мягкие лапы, острые ушки… Да ведь это же…
Увиденное заставило меня отступить на шаг назад. Тень остановилась и громко мяукнула. Челюсть моя отвисла…
Водя хвостом из стороны в сторону, передо мной сидел черный кот, которого я закопала в землю еще вчера днем…
Ошибки тут быть не могло. Конечно, черных котов полным-полно на свете. Да только этот – всего один. Я помнила его еще дрожащим тощим облезлым котенком, которого подобрала на улице осенью, много лет назад… Я вырастила и выкормила его, и ни с каким другим ни за что бы не спутала… Да вот только, вчера днем Марк сломал этому коту шею, и когда туман ушел, я лично зарыла в саду маленькое окоченевшее тельце…
Теперь же…
– Я же убил тебя, паршивец. – Удивленно проговорил Марк, подходя к коту. – Я помню, как захрустели твои кости под моими пальцами. Но, ты похоже не сдох, или сдох, но ожил по какой-то причине… И что же теперь, опять вцепишься мне в шею?
Кот повел ухом, потом склонил голову на бок, и наконец спокойно повернулся к Марку.
– Хм… А глаза то у тебя совсем не такие, как вчера. – Задумчиво пробормотал мой племянник. – Я ведь помню, каким ты вчера был… Подожди-ка… Сиди смирно, ладно!
– Не трогай его, Марк. – Вырвалось у меня. – Не… не убивай.
– Я не собираюсь убивать его, Сара. – Марк коротко взглянул на меня, после чего опустился рядом с котом на корточки, и осторожно прикоснулся ладонью к его голове. – Я лишь хочу проверить, кто же это на самом деле…
После этих его слов, кот зажмурился и тихонько засопел. Спустя какое-то время, Марк вымолвил удивлённо:
– Ну и дела… Интересно, интересно. – Он убрал ладонь с головы кота и поднялся на ноги, потом посмотрел на меня. – В теле кота теперь заключена душа твоего мужа, Сара.
Эти слова казались настолько невероятными, что едва не исторгли у меня смех.
– Душа… моего… мужа?! – Слабо переспросила я. Каждое слово давалось мне с огромным трудом.
– Асху позволил мне проникнуть внутрь этой милой косматой головки, и узнать, все то, что я хотел узнать. – Начал объяснять Марк. – Еще совсем недавно, тело кота было занято темной сущностью – мелким духом, прислужником Волдоара. Как раз таки этот дух и срастил шейные позвонки, которые я сломал… Темная сущность реанимировала кошачье тело, и устремилась к своему хозяину – Волдоару. Однако… Кто-то изгнал эту сущность, и помог душе твоего мужа занять тело кота. Твой муж, Сара, к сожалению не может говорить с тобой, находясь в этом теле. Но, я уловил его мыли, почти все… Он рад уже тому, что просто может быть рядом с тобой, и оказывать тебе посильную помощь. Ему и этого вполне достаточно, такая судьба его устраивает…
Кот отвернулся от Марка, и вновь посмотрел на меня, пристально, и не моргая… Желудок мой пронзил очередной болезненный спазм. Словно бы нож в живот воткнули, да еще и покрутили… Я поморщилась, но глаза оставались сухими. Теперь, даже боль не способна выдавить из меня слез…
Душа моего мужа в коте… Чем дальше продолжается эта история, тем больше в ней безумия… Неужто, все на самом деле так? Сердце в груди перестало биться на несколько секунд, потом заколотилось вновь. Кот, между тем, принялся мурлыча тереться о мои ноги.
– Хе-хе… – Подала голос Амелия. – Вот так да! Душа человека в теле животного. Хоть мой голос и весел, но даже мне здесь становится грустно… Ведь такая душа не сможет долго сохранять человеческое сознание. Она неизбежно трансформируется, перестроится под новую оболочку… Но, большая часть воспоминаний и привязанности все же останутся. Твой муж попрощался со своей человечностью, ради того, чтобы быть с тобой, Сара. Это… удивительный поступок. Видать он любил тебя очень сильно…
– Да, любил… – Угрюмо вымолвила я, потом присела на одно колено и принялась гладить кота. – Мы оба любили друг друга. Очень сильно. И от этого еще больнее… Неужто мать права, и итог любви – это всегда боль?
– Не всегда, я думаю… – Прошипела Амелия. – Вот допустим, если ты умираешь раньше своего любимого, и сразу отправляешься в сияющий промежуток. Тогда больно лишь ему, а тебе нет. Лучший вариант – это если вы умираете вместе, в один день, в одну минуту, и в одну секунду. Но, такое случается редко. Подобная смерть для влюбленных – большая удача. – Сестра умолкла на пару мгновений. – Довольно… Марк! Кто изгнал темную сущность из кошачьего тела, и помог заселиться туда душе мужа моей сестры?
– Сильный друг. – Ответил Марк. – Это все, что мне удалось уловить. Хотя, нет… Не все. Голубые птицы на черном плаще. Этот друг был одет в черный плащ, с вышитыми на нем голубыми птицами.
– Вот как! Хе-хе… – Амелия вновь усмехнулась. – И с чего бы это она решила нам помочь?
Я продолжала гладить кота, а все слова, пролетали мимо меня, почти не соприкасаясь с моим сознанием. Ощущая под пальцами теплую кошачью шерсть, я вспоминала. Вспоминала своего мужа таким, каким он был при жизни. Не столь высоким, как Артур – муж Амелии, но рост его для меня совсем не был важен. Когда я впервые повстречала этого человека, я даже не думала, что за достаточно короткое время он станет частью меня. Он действительно стал частью меня, дал мне свою фамилию – Кински, а потом умер… Долго я не могла смириться с этим. А потом еще и Амелия с Артуром, я ведь тоже тогда была уверенна, что они погибли, хоть тел в сгоревшем доме и не было найдено. Я сидела, день за днем, долгими вечерами у окна, и размышляла, почему вокруг меня люди постоянно умирают. Все кого я люблю, и даже те, кого не люблю. В детстве, смерть для меня была лишь сказкой. Одной из страшных сказок. В детстве я верила в свое бессмертие. Но жизнь заставила меня поверить в смерть, как бы это абсурдно не звучало… Наверное с каждым так, сначала ты считаешь себя вечным, а потом жизнь заставляет тебя поверить в смерть.
Кот мурлыкал под моей ладонью… Мужчина на белой постели много лет назад, небритый, с исхудавшим лицом и потухшими глазами.
Или совсем недавно…
Мужчина стоящий на коленях, в красной комнате, оплетенный красными нитями. Он говорил со мной, а потом умер, опять. Нити принялись душить его, а в конце концов разорвали на части… Сколько раз мой муж умирал? Сколько боли он успел испытать?
Я думала об этом, но глаза мои оставались по-прежнему сухими. Но я непременно поплачу, только не сейчас… Только не сейчас…
2
Бесчисленные темные коридоры… Почему путь так долог? Когда мы пробирались по лабиринту, с братом Алисы, то преодолевали расстояние между реками за более короткое время. Теперь же… Может, мне это лишь кажется, но лабиринт стал больше, запутанней…
Черный кот не отставал от меня. Он передвигался грациозно и бесшумно. В то, что внутри кошачьего тела заключена душа моего мужа, мне до сих пор не верилось. Мне не верилось в это, мысли об этом вызывали у меня боль, и все же, я хотела верить…
Темный узор на стенах напоминал мне о Волдоаре. Когда Волдоар завладевает мной, или же, когда я сознательно использую его силу, моя кожа окрашивается похожим узором. Вены, сосуды и капилляры, взбухают под ней черными каналами… Тогда и сердце в моей груди бьется совсем по-другому: сильно, яростно и быстро.
Я боюсь Волдоара. Боюсь того, что он может сделать со мной, и с людьми, которые мне дороги… Но мама сказала, что человеческая воля всегда была сильнее Волдоаров. Я стараюсь постоянно держать эти слова в голове, не забывать о них. Моя воля сильнее, чем его воля. И даже боль меня не сломит… К тому же, мама сказала, что я должна его подчинить, ведь смерть подбирается ко мне, и только лишь он может уберечь меня от этой смерти.
Последователи тайных учений издревле подчиняли себе Волдоаров, дабы обрести силу. А чем я хуже? Я смогу! У меня получится! Ведь я, все-таки, дочь своего отца, а его воля сильна, в этом сомнений быть не может. Пусть он и не очень хороший человек, но в силе его воли я никогда не сомневалась…
Что за страшный лабиринт… Он полон жутких звуков, полон слуг демона, из которых мне пока что довелось увидеть лишь зловонного черного червя облепленного человеческими лицами, да мертвых младенцев. Но других слуг я и видеть не хотела. Все, чего я хотела, это убраться отсюда. И… Наверное, поспать хотя бы немного. Ведь усталость уже начинает потихоньку одолевать меня. Усталость, и жажда.
Шипение… Сначала я услышала именно его. Шипение испаряющейся крови темных существ. А потом мы вышли, наконец, к черной реке. Как и прежде, эта река текла вглубь по наклонному туннелю. Но вот только теперь, мост, по которому мы могли бы перейти реку, был разрушен…
Я увидела это сразу же. От моста остались лишь два обломка, один из которых, нелепым каменным отростком, торчал на нашем берегу, а второй на противоположном. Плохо дело…
– Вот и сказочке конец… – Проговорила, где-то позади, Амелия. – А кто это здесь фонари зажег?
Фонари? Действительно… А я ведь даже и не обратила внимание на то, что вокруг сделалось гораздо светлей. Старинные фонари, со свечками внутри, лепились к стенам двумя ровными рядами, слева и справа от реки, по всей протяженности тоннеля. Эти фонари, выглядели так, будто бы висели тут уже тысячу лет, не меньше… Все покрытые паутиной, заржавленные и с мутными стеклами. Когда мы с братом Алисы пробирались здесь в прошлый раз, я не увидела эти фонари, потому что они не горели, но сейчас, кто-то зажег их…
Кот принялся озабоченно тереться о ноги Марка. Марк взглянул на него.
– Хочешь мне сказать что-то?
Мой племянник присел, и вновь опустил ладонь коту на голову.
– Друг значит? – Марк улыбнулся. – Это друг зажег фонари. Голубые птицы на черном плаще – это он, или нет, даже она… Мост разрушен, но есть другая дорога, подольше, но и поинтересней.
– Поинтересней? – Хмыкнула я. – По моему, Марк, все и так очень уж интересно. Куда интересней?
– Нам сейчас надо идти направо, вглубь, держась русла реки, и не сворачивать в боковые тоннели… – Продолжал Марк, не отрывая руки от головы кота. – Потом… Плывущая черепаха? Что за плывущая черепаха? А на другую сторону реки нам и не надо. Мы не должны подниматься здесь наверх. Там огонь, смерть… Красная змея.
– Красная змея? – Неожиданно переспросила Алиса. – Я знаю одну красную змею. Предводительница Аканху – особого военизированного отряда Григоровича. Все в Аканху носят демонические маски.
– Да… – Марк кивнул. – Я вижу… Красный демон. Синий демон. Оранжево-черный демон, и еще белый жнец. И… человек в противогазе. Военный?
– Возможно, кто-то из псов Григоровича. – В голосе Алисы звучала паника. – Они все же пришли за мной! Люди Григоровича! Да к тому же еще и Аканху! Господи… – Девочка едва не срывалась на плач, и вновь начала задыхаться. – Аканху очень опасны! С ними так просто не сладить.
– Как и с нами. – Амелия положила руку ей на плечо. – Все мы изменились Алиса, и при случае, хоть что-нибудь сможем им противопоставить. Ты теперь не одна, и мы не дадим тебя в обиду. Да и к тому же, мы сейчас попросту уйдем от них, обведем их вокруг пальца. Верно, Марк?
– Верно. – Марк выпрямился. – Значит, направо, вдоль русла реки… Хорошо.
В этот раз, кот побежал первый, Марк следовал за ним. Вокруг было жарко и душно, шипение реки казалось не менее неприятным для слуха, чем многоголосый плач мертвых младенцев. Этот плач впервые раздался над красной рекой, и полностью утих лишь тогда, когда Марк с помощью силы Асху прогнал маленьких чудовищ…
Невольно вдыхая горячий пар, я почти не смотрела по сторонам, ведь приступообразная боль в желудке, хоть и не столь сильная как прежде, все же не переставала терзать меня… Тем не менее, обернуться мне все-таки пришлось, когда плач младенцев зазвучал вновь…
Они вернулись! Я взглянула на потолок и увидела над рекой десятки, сотни, тысячи движущихся в нашу сторону крохотных серых тел. Перебирая своими ручками и ножками, младенцы, кроме плача, издавали еще множество отвратительных звуков, наполняющих мое сердце страхом и омерзением… Заползая с потолка на стены, маленькие чудища сшибали фонари, от чего в туннеле начало делаться темнее…
– Вернулись… – Моя сестрица Амелия очень любила озвучивать очевидное. – Они вернулись. Вот маленькие твари!
– Здесь нет узора на стенах. – Произнес Марк, и я впервые уловила нотки страха в его голосе. – Я не смогу отогнать их.
– С-с-скверно, Марк, с-с-скверно… – Амелия шипела не хуже черной реки. – Значит нам опять придется играть с ними в догонялки.
– Что за вонь? – Вдруг спросила Алиса. – Разве младенцы так воняли?
Тут почуяла и я… Сладковатый запах мертвечины, смешиваясь с горячим паром, наполнял туннель.
Младенцы, все как один, внезапно остановились, умолкли на несколько мгновений, после чего заголосив пуще прежнего, бросились наутек. Вопящей, серой, шевелящейся массой, они вновь стремительно отдалялись от нас. Некоторые из младенцев, по ходу движения, срывались с потолка и падали в шипящую черную реку… Они бегут… но в этот раз не от сияния Асху…
– А вот и он… Точнее оно. – Голос моей сестры сливался с шипением реки. – Главный из прислужников демона, его дитя… Я так надеялась, что мы все же не повстречаемся с ним.
Я знала, о ком она говорит. Ведь вонь эту чуяла не впервые…
На противоположной стороне реки, из круглого зева одного из множества туннелей, медленно выползал огромный черный червь… Алиса рядом со мной выдохнула шумно и прерывисто, после чего зажала нос рукой.
Тело, длинное и склизкое, влажно поблескивая в свете фонарей, шуршало по камню. Из черной плоти выступали белые лица, непрестанно гримасничающие, словно ожившие театральные маски. Абсолютно у всех лиц глаза закрыты, но гримасы меняются непрестанно…
– Но ведь он же не сможет пересечь реку… – Пробормотал Марк. Или сможет?
– Кто знает, на что он способен. Мне лишь ведомо, что он сильнее всех других слуг демона вместе взятых. – Вымолвила Амелия.
Червь вытягивался и сокращался, выползая из липкой тьмы тоннеля…
Какая же вонь! От него пахнет, как от ямы заполненной гниющими трупами, как от разрытой братской могилы… Если бы в желудке моем было хоть что-то кроме Волдоара, то меня бы непременно вырвало.
– Нам надо уходить… – Вымолвила я повернувшись к сестре. – Почему мы стоим и наблюдаем за всем этим?! Надо уходить!
– Ты права, сестрица. – Амелия кивнула.
– Уходить? – Вдруг донесся до меня голос, низкий, оглушительный, и невероятно тяжелый. – Куда это вы собрались уходить?
Этот голос словно бы пригвоздил меня к полу, лишив всякой возможности двигаться. Все что мне удалось, это лишь медленно развернуть голову обратно к червю, черное тело которого уже перестало вытягиваться и сокращаться. Червь замер, но одна из масок открыла глаза и теперь говорила с нами:
– Вы никуда не уйдете. Вы – мои слушатели. Едва лишь я родился, мать нарекла меня Певцом, и заставила выучить сто песен. Я хотел бы, чтобы вы услышали их все.
– А-амелия. – Выдавила из себя я, вновь попытавшись повернуть голову к сестре, однако шейные позвонки мои словно заржавели…
– Сто песен… – Продолжал Певец. – Я хотел бы, чтобы вы услышали их все. Однако, вы слишком слабы. Я вижу, вижу… Белокожая, с черной кровью, сможет услышать лишь двенадцать. Та, внутри которой Волдоар, выдержит двадцать пять. Дитя с Асху способно познать тридцать моих песен, прежде чем лишиться силы и жизни… А вот второе дитя… Я чувствую силу матери в ее волосах, но это не важно, второе дитя самое слабое, оно умрет после шестой песни. Умрет… Насчет человеческой души в теле животного и говорить не стоит… Вы все умрете, и тогда я выучу еще пять песен.
– Скверный концерт нас ожидает… – Шипение Мии заполнило мою голову. – Все очень скверно. Я тоже не могу пошевелится, сестренка. Никто не может, даже Марк.
Вспышки боли в животе прекратились. Волдоар затих. “Он тоже боится!” вдруг поняла я. Волдоар боится Певца!
– Слушайте же песнь первую! – Громогласно вымолвило белое лицо. – Предрассветную…
Слово автора, о том, что продолжение непременно следует…
Итак, первую книгу в цикле “Время Тумана” я решил окончить именно здесь.
Почему здесь? Не слишком ли обрывочно? Да… немного обрывочно…
Да только вселенная этой истории неудержимо ширится в моей голове.
Появилось еще множество героев, и множество сюжетных линий, которые идут параллельно с линией основного сюжета.
Я очень хочу прописать все это глубоко и качественно. По ходу повествования мне вновь придется заглянуть в прошлое. Возможно, даже отступить немного назад во времени…
То, что вы прочитали в этой книге, лишь ничтожно малый кусочек громадной картины, и я непременно хочу показать вам эту картину целиком…
Именно поэтому, я вынужден взять небольшой перерыв, дабы хорошенько все обдумать, и сделать вторую книгу куда круче и полнее первой…
А пока что, это лишь своеобразное завершение начальной сюжетной арки.
Аканху, наконец, добрались до поселка. Ева с Амелией освободили свою мать. Каждый из героев прошел через изменения, физические и духовные. Далее, история пойдет совсем иным путем… А вот каким, это вы вскоре увидите.
До скорой встречи, мои дорогие друзья, и не забывайте носить маски, ведь туман ядовит…