![](/files/books/160/oblozhka-knigi-plyaska-zmey-si-363936.jpg)
Текст книги "Пляска змей (СИ)"
Автор книги: Марк Боровски
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 24 страниц)
– Ты! – Алиса удивленно и вместе с тем яростно посмотрела на него. – Ты ударил меня, ублюдок! Зачем… Зачем ты сделал это? И… Господи, Марк! Твои глаза! Они светятся!
– И вправду светятся? – Слегка улыбнувшись, спокойно спросил Марк. – Ну извини меня, Алиса. Просто ты мешала мне в той комнате, поэтому я и ударил тебя. Извини, больше я постараюсь такого не делать.
– Извини?! – Прошипела Алиса, будто злющая кошка. – Извини?! Ну конечно, ты такого больше не сделаешь. А если сделаешь, то я обещаю, что прикончу тебя! Я уже устала получать по лицу от всяких…
Тут речь ее оборвалась… Девочка так и застыла с открытым ртом, смотря на своего мертвого брата, что неожиданно материализовался перед ней.
– Марк больше не ударит тебя. – Однорукий мальчик улыбнулся. – Точно тебе говорю, больше подобного не будет…
– Ты! – Повторила Алиса пораженно смотря на него. – Но ты же умер! Я ведь видела, как чудище притворившееся нашим отцом оторвало тебе руку. Ты умер!
– И именно поэтому я здесь.
– Я, верно, все еще сплю!
– К счастью уже нет. – Сказал подошедший Марк. – Мне удалось разбудить тебя. Но твои волосы… Они несколько осложняли задачу.
– Мои волосы? – Алисы посмотрела на свои волосы, которые продолжали шевелиться. – Это мои волосы?!
– Верно. – Брат Алисы вновь улыбнулся. – Ты все еще можешь управлять ими?
– Я… я не знаю.
Только тут я заметила, что звон полумесяца утих, и обернулась на мать. Черно-белая женщина, с выражением искреннего удивления на лице, смотрела на Марка.
– Ты разорвал связь… Ты лишил меня моей марионетки!
– А ты думала, я попытаюсь убить ее? – Марк холодно усмехнулся. – Ну тогда бы я точно умер, ведь она и вправду была куда сильнее меня. Ее удар сломал мне пару ребер, но сейчас, благодаря Асху, они вроде бы восстановились. И все же… Попади этот удар мне в голову, и все закончилось бы иначе…
– Ты действительно сын змеи…
– Да… Я сын змеи. А еще я не так глуп, как ты думаешь.
– Я больше ничего не думаю о тебе! Кроме того, что ты мертвец… Вы оба с девчонкой мертвецы. Ваши роли в этой пьесе отыграны!
Черно-белая женщина сузила губы, будто бы желая засвистеть, и в воздухе перед ее лицом начал расти матовый темный шар… Вокруг остро запахло озоном. Дело плохо, поняла я… Этот шар прикончит их обоих, а может быть и меня…
– Убегайте, Марк! – Закричала я племяннику. – Она собирается убить вас!
Но было поздно. Моя мать надула щеки, и шар со скоростью, наверняка не меньшей, чем скорость пули, метнулся к детям. Однако цели своей он не достиг.
Волосы Алисы все разом собрались в толстый тугой жгут, который отбил страшный снаряд, запустив матовый шар обратно, в его же создательницу. Шар, окруженный всполохам молний, врезался черно-белой женщине прямо в лицо… Я ожидала услышать грохот, но грохота не последовало, ожидала увидеть яркую вспышку света, но и вспышки не было… Шар, не произведя не единого звука, взорвался пронизанной молниями тьмой…
Черно-белая женщина не закричала. Лишь голова ее отдернулась назад, а потом вновь возвратилась на место.
– Что ты сделала… – Произнесла она ошеломленно и задумчиво. – Ты… Да как ты посмела?! Ты же не более чем марионетка… Марионетка!! Вот какой была твоя роль!!
– Я вырвалась за пределы роли… – Вымолвила Алиса. – И не играю больше в твои глупые игры.
Один из красных светящихся рогов, украшавших голову моей матери, теперь отсутствовал. Вместо него остался лишь коротенький тускнеющий пенек с обломанными острыми краями. Также, на лице матери не хватало теперь одного глаза. Лишь черная рванная дыра дымилась на том месте, где он еще совсем недавно был. Однако присмотревшись, я заметила, что дыра эта начинает постепенно зарастать…
– Теперь я убью вас всех… – Пробормотала моя мать. – И даже тебя, Сара. Такой боли мне давно никто не причинял… А я ведь все еще немного люблю тебя, Сара. Я обнаружила в себе это чувство сегодня… Не хотела в него верить но… Как же тут не поверишь? Поэтому, я и предложила тебе стать такой, как я… Ведь ты и вправду моя любимая дочь.
– Любовь ведет к страданиям, забыла? – Напомнила я ей.
– Верно… – Черно-белая женщина рассмеялась. – В который раз это подтверждается… И все-таки любовь, это странная штука… Какую бы боль она не причиняла, но даже демонам иногда хочется любить… И это мучительней всего. Посмотри на эту девочку, Сара.
Я взглянула на Алису. Волосы той распушились, словно пытаясь скрыть от черно-белой женщины свою хозяйку, однорукого мальчика, и Марка. Может и мне укрыться за этим волосяным щитом? А как же моя сестра? Неужто, ей все-таки суждено умереть? Неужто, она исчезнет навсегда?
– Должно-быть, твои волосы впитали часть ее силы. – Медленно проговорил брат Алисы. – Ваша с ней связь разорвана, но волосы каким-то образом сохранили эту силу в себе… И теперь, ты можешь ими управлять, точнее управлять силой демона заключенной в них. Твои волосы способны проводить, поглощать и аккумулировать энергию подобную этой… Вот в чем их особенность!
– Думаю, это заслуга доктора Григоровича. – Ответила Алиса. – А я то все думала, добился ли он хоть чего-нибудь, мучая меня? – Она прервалась вдруг, а потом заговорила быстро, со слезами на глазах. – И все же, брат! Я не могу поверить, что ты сейчас стоишь предо мной. После того, как чудище оторвало тебе руку, я лично видела, как вся кровь вытекла из твоего тела, как глаза твои остекленели, как…
– Я умер. – Остановил ее мальчик. – Я действительно мертв. И этого уже не изменить. Но, я умер самым счастливым человеком в мире! Я ведь спас тебя! Сумел это сделать! И мог ли я мечтать о большем счастье?! Думаешь я улыбался просто так? Умирая, я был счастлив. Может-быть я и родился в этом мире лишь для того, чтобы однажды спасти свою сестричку. И я выполнил свое предназначение. А умерло лишь мое тело. Но дух мой продолжил существовать в сумеречном промежутке. Во Время Тумана я всегда следил за тобой… И знаешь… Глаза у тебя все такие же голубые, ничуть не потускнели… Ты стала намного старше, но глаза у тебя остались прежними. Это глаза нашей матери, и я бы целую вечность смотрел в них…
– Глаза… – Алиса громко всхлипнула. – Я ведь в первые годы так скучала за тобой… Но потом привыкла. А… А можно обнять тебя? У меня вообще получится?
– Если не боишься… Сейчас, я до какой-то степени материален.
Она обняла его, не только руками, но и волосами. Красно белый кокон на секунду сомкнулся вокруг них, а потом вновь раскрылся.
– Господи, брат, ты отдал за меня жизнь в том тумане…
– И я ни о чем не жалею… И… когда все закончится, я хотел бы… Я хотел бы всегда быть с тобой, и поэтому… Когда все закончится, позволь своим волосам поглотить меня! Я думаю, так можно сделать. И тогда моя сила, сколько бы во мне ее не осталось, станет твоей.
На это Алиса ничего не ответила, лишь зарыдала, совсем как маленькая девочка.
Моя мать покачала головой…
– Дети… Вся сила, которая здесь есть, принадлежит мне, или будет принадлежать в самое ближайшее время. – Черно-белый полумесяц вновь зазвенел. – Пьеса близится к финалу. Я завершу ее, и разрушу весь этот чертов театр!
Пол под моими ногами задрожал. Откуда-то сверху, мне на голову посыпались мелкие камешки… Алиса медленно поднялась на ноги и посмотрела на Марка, а потом опять на своего брата. Красно-белые волосы великолепным ореолом плясали вокруг ее головы.
– У нас ведь есть какой-то план? Верно? Или мы просто так умрем, даже не сопротивляясь?
Марк рассмеялся.
– Мы вообще не умрем. По крайне мере я… – Глаза его сияли. – И да, я ведь теперь, благодаря Асху, знаю намного больше. Я знаю, как остановить этого демона. Полумесяц над ее головой, вот сосредоточение ее силы… И мне бы только добраться до него. Твои волосы понадобятся мне, Алиса. Твои волосы и сила Асху во мне… Я намерен сделать этот полумесяц чисто-белым!
Глава 15. Темный промежуток (Ева)
1
– Все в порядке, Ева? Что-то вы притихли.
Голос О’Шея был полон насмешливого любопытства.
– Все отлично… – Протянула я.
Красная, оскаленная демоническая маска, смотрела на меня из сумрака моего собственного сознания, а я смотрела на нее… Эту маску я впервые одела после того, как основала Аканху, и как разобралась с теми предателями, что задумали убить доктора Григоровича… Давно это было, и почему же именно сейчас я вспомнила об этом?
Запах мокрой травы смешивался с запахом хонков – тонким мускусным ароматом, что невыносимо привлекал меня. Но все портила вонь их пауков. От этих тварей разило как от дохлых собак. Но чувствовала это, похоже, только лишь я…
Анка, жутко довольная, ехала верхом на пауке. И куда только весь страх ее подевался? Она даже свою оранжево-черную маску сняла, дабы отведать походных хонковских лепешек, которыми ее любезно угостил один из подчиненных О’Шея. Едва лишь откусив кусочек от первой лепешки, Анка подняла глаза к небу и прослезилась.
– Господи… сейчас я как никогда ощущаю близость рая! Эти лепешки превосходны! – Потом она обернулась к хонку, угостившему ее. – Как тебя зовут?
– Ардал. – Ответил тот. Рога этого хонка были толстыми и желтыми, загнутыми в стороны.
– Да ради таких лепешек, я бы даже замуж за тебя вышла, Ардал! – Воскликнула Анка. – Они же просто чудо!
– Мы – хонки, стараемся не брать себе жен из рода людей. Хотя, признаться честно, в истории нашего народа подобные случаи бывали.
Анка тряхнула своими пшеничными косичками, и шумно выдохнула.
– Ох Ардал… Не воспринимай все мои высказывания так серьезно.
– Как скажете…
Я задумчиво смотрела на этих двоих…
Небольшое войско хонков, поделенное на два отряда, продвигалось через травяной океан, распугивая какой-то неведомой магической силой туман вокруг себя. Оборачиваясь назад, я отлично видела, как туман вновь густел за последними рядами этого войска…
Морок следовал за нами по пятам… Но над головами нашими, словно разорванное на тысячи кусков, голубое небо пробивалось сквозь тяжелую серость…
О’Шей шел рядом со мной, покачивая, изредка, своими великолепными черными рогами. Я и не знала даже, что у всех хонков рога разноцветные. Наблюдая за ними, я видела владельцев голубых рогов, белых, черных – как у О'Шея, желтых – как у Ардала, зеленых, оранжевых, красных, бирюзовых, серых, розовых и еще множества других цветов и оттенков… Лишь глаза у хонков светились все одинаково – синим.
Внезапно, О’Шей поднял правую руку вверх, и его маленькое войско остановилось… Я хмыкнула, и заинтересованно посмотрела на хонка, который задумчиво нюхал воздух. Следуя его примеру, я сама принюхалась, и с трудом различила едва уловимый запах гари… Что это может так пахнуть? Особенно сейчас, когда туман вокруг, и все покрыто мельчайшими капельками влаги…
С каждым мгновением запах становился все сильнее. Откуда он? Я осмотрелась по сторонам, вытягивая шею, но абсолютно нигде, даже за пределами хонковского войска не увидела ничего горящего…
Земля под моими ногами содрогнулась, и в этот же миг вокруг стало стремительно темнеть… Сильвия застыла в нескольких шагах от меня словно вкопанная, потом тоже начала вертеть головой из стороны в сторону.
– Только не это… – Услыхала я ее голос, приглушенный маской. – Только не это… Быть не может!
Запах гари сделался невероятно сильным, и густая тьма поглотила мир… Но вдруг, во тьме этой повсюду зажглись многочисленные костры. Они просто выступили из нее множеством полыхающих точек, ничуть ее не разогнав… Да и можно ли подобную тьму разогнать хоть чем-то? Она почти осязаема, и так тяжела…
Костры горят, глаза хонков светятся в непроглядном мраке. Я не вижу их высоких фигур, вижу лишь глаза… А где-то над головою раздается шум множества крыльев.
Какой ужас! Эта тьма похлеще ядовитого тумана будет. И костры… Кто зажег их?
Переключившись на инфракрасное зрение, я увидела войско хонков… Тепла от них исходило гораздо меньше, чем от людей. Но они хотя бы испускали тепло. В отличии от костров… Костры, будто бы и вовсе не существовали. Однако, возвратившись к обычному зрению я вновь увидела их…
Сменив еще несколько раз зрение с человеческого на змеиное, я смогла понять, что хонки стараются держаться подальше от несуществующих костров. Они… Они остерегались их.
Вдруг, земля снова задрожала, и тьма начала отступать. Я выдохнула напряженно сквозь респиратор своей маски… Свет возвратился и шум крыльев над головой утих, а костры погасли, будто их и не было… Мы снова находились в сером поле, и запах гари постепенно улетучивался. Но вот только теперь, во многих местах я видела целые участки почерневшей травы… Но трава эта совсем не выглядела выгоревшей, она… ее словно попросту покрасили в черный цвет.
– Что это было?! – Спросила я у О’Шея.
Тот посмотрел на меня серьезно.
– Толчок совмещения, волна… Вам известно о промежутках мироздания? Промежутках, между священной пустотой?
– Кое-что я слышала об этом… – Задумчиво пробормотала я. – Читала в одной дурацкой книжке, в библиотеке клиники Григоровича. Древняя терминология, осколки старой религии… Да… Есть множество промежутков, но основных четыре. Светлый промежуток – это якобы измерение людей. Сумеречный промежуток, что-то вроде мира мертвых, мира призраков. Темный промежуток – мир демонов и темных существ. И сияющий промежуток – где обитают светлые существа и очистившиеся человеческие души.
– Все верно. – О’Шей удовлетворенно кивнул, после чего сделал своему войску знак двигаться дальше. – Постарайтесь обходить области черной травы. – Посоветовал он мне. – Стебли этой травы острее любой бритвы, и ядовиты. Я надеюсь, что не только вы, но и ваши спутники прислушаются к моему совету.
Я быстро передала информацию о черной траве Сильвии, Роману и Габриэлю, Анка вроде и так все слышала, к тому же, едет она верхом на пауке, которого направляет Ардал, и потому сильно беспокоиться о ней не стоит.
– Промежутки. – Продолжил О’Шей. – Это действительно грани мироздания. Но мы с вами живем в страшное время, Ева. И происходящее сейчас, я имею ввиду туман, и то, что вы только что видели, является следствием совмещения промежутков. Все грани мироздания медленно но верно смешиваются… Только что вот темный промежуток мелькнул, а туман – есть промежуток сумеречный.
Хм… Неужто все и вправду так? Но это значит, что назревает самый настоящий апокалипсис… Я вновь подняла взор к серо-голубому небу. Как интересно и волнительно. И страшно… Да, этого нельзя отрицать. Темный промежуток действительно напугал на меня. А уж об Анке и говорить нечего… Та ехала на своем пауке жутко бледная, и глаза ее смотрели в никуда. Эх… что-то она сдает в последнее время. Как в клинику вернемся, нужно будет немного поработать над ней… Укрепить ее дух. Впрочем… Когда мы, наконец, доберемся до поселка, я дам ей повеселиться вволю… Это должно поднять ее настроение.
– Значит, грядет что-то вроде конца этого жутко скучного мира? – Я улыбнулась под маской, обращаясь к О’Шею. – Значит уже и не так скучно, а интересно… Интересно!
Хонк рассмеялся, и я не могла не отметить, насколько белые у него зубы. Отбеливает он их чем-то что ли?
– Да… – Ответил он смеясь. – Очень интересно. Интересно жить во времена гибели мира… Еще каких-нибудь лет десять, и я думаю, все решится. Но… Может это вовсе и не гибель, а рождение нового порядка?
– И что же это за порядок такой будет?
– Этого ни вам ни мне знать пока не дано, но если нам удастся выжить в грядущем безумии, может быть мы его и увидим…
– Новый порядок?
– Новый порядок…
Я делала шаг за шагом, обходя черную траву… Итак, совмещение. Григоровичу наверняка будет интересно узнать об этом. А может, он уже и знает. Но я все же скажу ему. Я добуду для него эту девчонку – Алису. Вернусь вместе с ней в клинику, расскажу Григоровичу о совмещении и разоблачу Линду. Впереди столько всего замечательного. Но главное, как и сказал О’Шей, выжить… не помереть ненароком во время всего этого безумия. А то ведь обидно будет…
2
Трава… То черная, то серая, обесцвеченная губительным туманом сумеречного промежутка. Черную траву я старательно обходила, также как и все мои спутники… Если верить словам О’Шея, то стебли этой травы не только острее лезвия бритвы, но и ядовиты. Однако, смертелен ли этот яд? Ведь яды бывают разными… Вот к примеру слюна моя, вполне способна лишить жизни любого, кроме меня… Любого… А хонка сможет? Хонки ведь не люди…
Более семи лет назад, когда слюна эта еще не была ядовитой, я отправила на тот свет двоих забавных ребят. Мне, конечно, тяжело было делать это, ведь я любила их обоих… Да, я привязалась к ним не на шутку. Однако, Григорович все же был мне дороже…
Мне ведь тогда еще и восемнадцати не было. Я только-только перенесла десятую операцию, и училась управляться с новыми возможностями своего тела… Я еще не окрасила волосы в красный, и не одела свою маску. Но маска эта уже возникала где-то в глубине моего сознания…
И глаз змеиных у меня в то время не было… Я еще не стала змеей, но только готовилась ей стать… Я была всего лишь одной из пациенток клинки Григоровича, но я подавала большие перспективы. Ведь мало кто может управлять своими костьми…
Черная трава… Погруженная в воспоминания, я потеряла осторожность, и прошла совсем рядом с ней… Один из стеблей распорол мою штанину, к счастью – не очень сильно. И все же, он едва не добрался до кожи…
– Осторожнее… – Вкрадчиво вымолвил О’Шей, по-прежнему идущий рядом. – Не стоит забывать об опасности… – Он умолк на какое-то время, а потом огорошил меня вопросом. – Хонк, что содержится в клинике Григоровича. Что вы знаете о нем?
И с чего это он решил, что я буду что-то рассказывать ему? За кого он меня принимает?
– Я знаю о нем немного, но даже то что знаю, не собираюсь вам рассказывать.
– И все же… – О’Шей осклабился. – Внутри вас его кровь. Думаете, я не заметил этого?
Значит почувствовал все-таки! Что ж… По крайне мере в этом смысла врать ему нет. Рогатый ублюдок! Что он замышляет? Острое чувство надвигающейся опасности резало меня изнутри не хуже черной травы…
– Ну да. – Осторожно проговорила я. – Во мне есть часть хонковской крови.
О’Шей сощурил свои миндалевидные светящиеся глаза.
– Она придала вам сил, не так ли?
– Может быть…
– Но ведь это не ваша сила.
– Ошибаетесь, возможно когда-то она и не была моей, однако теперь моя… Да и какая разница, если она отменно служит мне?
О’Шей склонил голову на бок, внимательно всматриваясь в меня. Я же старалась ему в глаза не смотреть. Я смотрела теперь только на губы хонка, тонкие и красивые… Какая опасная нечеловеческая красота! Такая красота притягивает, и одновременно вызывает отторжение.
Анка весело щебетала о чем-то с Ардалом. Вот глупышка. Нельзя доверять никому из них, как бы они не были обаятельны.
– Вы полны силы. – Сладко проговорил О’Шей. – И полны черного пламени, что пожирает вас изнутри.
Я вдруг почувствовала, что начинаю злиться на него. Я… я даже хотела его убить. Этот хонк стал мне вдруг жутко неприятен, как и все его собратья… Я бы всех их убила, если бы их не было так много. Но что мне количество? Ведь… я же могу. Не нужно обманывать себя, я могу. Если приму свой истинный облик… Но это опасно. После такого я и умереть могу… Я делала это лишь раз, несколько лет назад, да и то Григорович с Линдой едва откачали меня тогда. Даже не смотря на мою превосходную регенерацию, тело попросту может не успеть восстановиться… И все же, это так притягательно! В истинной форме меня видели лишь Григорович, Линда и Сильвия. Не пора ли Анке с Романом взглянуть на это? Но ведь я могу умереть, и навсегда остаться в серой траве, в чертовом тумане… Нет, со мной же Сильвия. И она тоже немного умеет лечить. Она справиться с моими ранами…
Опасная веселость подступала к горлу. Повинуясь этой веселости я сдернула с себя маску, позволив О’Шею обозреть мое лицо.
– Примерно такой я вас себе и представлял, Ева. – Вновь улыбнулся О’Шей. – Ваши глаза неописуемо прекрасны. Но даже сквозь них я вижу, насколько ваша душа полна черного пламени. Это… это ведь так мучительно.
И чего этот ублюдок вечно улыбается? Нужно стереть ухмылку с его лица! Но и улыбнуться ему в ответ также надо. Посмотрим, о чем эта улыбка ему расскажет… И я улыбнулась, улыбнулась той улыбкой, которой обычно улыбалась всякому, кого в самое ближайшее время собиралась убить. Не переставая улыбаться, я спросила:
– Какое вам дело до моих душевных мук, О’Шей?
– Вы очень интересны мне, Ева.
– И в каком же это смысле?
– Да в том самом, в котором мой брат интересен вашему хозяину.
Я мгновенно сообразила, о чем он говорит. Брат. Ну конечно-же! О’Шей ведь упоминал, что он из клана Дарджо, так же как и тот хонк, с синими рогами, что заключен в клинике Григоровича. Значит, они братья! Как интересно… И что же, получается О’Шей видит во мне подопытную зверушку?
Я едва не рассмеялась хонку в лицо…
Земля снова содрогнулась, и в этот раз так, что я едва устояла на ногах. Свет мерк, близилась тьма. Темный промежуток…
Запах гари щекотал мои ноздри. Что ж… Это даже хорошо. Нет ничего лучше, чем объятия мглы, дабы принять истинную форму…
Захлопали крылья над моей головой, и в бесконечном тяжелом мраке зажглись не дающие тепла костры. Эти костры словно были глазами наблюдающими за мной. Существовали эти глаза – желтые и трепещущие, но были также и другие – синие глаза хонков. Будто синие звезды…
Я подняла голову кверху, и взглянула туда, где должно было находиться небо… Боже ты мой, ведь там еще темнее чем здесь! Это небо жутко черное, хоть на нем и есть луна… Огромная бледная луна и двенадцать полумесяцев обращенных к ней своими рогами. Шесть полумесяцев я видела с одной стороны луны и шесть с другой. Кому-то это могло бы показаться страшным, а кому-то красивым. Мне же не было до этого никакого дела… Я лишь отметила, что вижу на фоне луны неких черных крылатых существ, очень крупных и совсем непохожих на птиц. Их много, целый рой, и это именно они хлопают крыльями, от них этот шум над головой.
Я возвратила взор к кострам, и сияющим глазам О’Шея.
– Григорович преподнес нам дар. – Вымолвил тот со сталью в голосе. – И тогда клан позволил ему взять хонка, на обучение… Мы ведь всегда верили в разум людей, в эту вашу науку. Мы исцеляли магией, а вы наукой… Григорович казался нам мудрецом. Но мудрецы могут быть жестоки. Он должен был обучить Нуадху искусству врачевания, и не только этому искусству… Но он обманул его, и нас обманул. Он запер моего брата в своем мерзком доме и стал мучать… Он думает, что нам неизвестно об этом. Но нам известно! И мы не стерпим это просто так. Даже мудрецу иногда нужно преподать урок… Я намерен проучить твоего хозяина, Ева, и вызволить моего брата. Я знаю, что ты лучший боец Григоровича. Его оружие… И не забрать ли мне тебя у него? Ему это крепко не понравится, и может, он даже брата моего отпустит, в обмен на тебя.
В долю секунды я переключилась на инфракрасное зрение. Отлично! Теперь я хорошо вижу эту рогатую тварь во тьме!
Костяной меч вылетел из моего запястья и острием уперся в горло хонка, краем уха я услыхала крик Анки… Ничего девочка, скоро все это закончится.
– Так это и было поручение вашего клана, с которым ты О’Шей отправился на запад?
– Отчасти… – О’Шей спокойно засмеялся. – Я сын главы клана, и это не столько поручение, сколько дело чести. Вы, люди, оказывается ничего не знаете о чести.
– Зато нам отлично ведомо безумие.
– Убери эту штуку от моей шеи, Ева. И… Ты серьезно думаешь, что сможешь справиться со всеми нами? Твои люди уже не представляют опасности… Ты одна.
– Вам и меня одной хватит…
Я оглянулась, на секунду возвратившись к обычному зрению. Как и прежде, множество синих глаз были устремлены на меня… Сильвия стояла внутри светящегося пульсирующего голубого пузыря. Точно в таких же пузырях находились Габриэль с Романом. Габриэль все еще пытался выбраться, молотя по стенкам пузыря кулаками, потом он достал нож и попытался разрезать его, но все было бестолку… А где же Анка? Не видать во тьме… Я вновь возвратилась к змеиному зрению, и увидела яркий силуэт Анки, которая неподвижно лежала под чуть более тусклым силуэтом огромного паука. Вот твари… Мерзкие хонки!
Ярость клокотавшая внутри меня, породила безумный смех, который против воли вырвался из моей груди. Отсмеявшись я обратилась к О’Шею.
– Вы не знаете с кем связались! Думаете я просто так ношу эту маску? Она – символ внутренней меня. Может я и человек снаружи, но внутри буду пострашнее всяких демонов. Ты сгоришь в моем черном пламени, О’Шей!
– Неужто? Мне будет очень интересно посмотреть, как это пламя разгорится…
Опасно… Я ведь действительно могу умереть… И плевать! Даже если так, это будет славная смерть!
Искореженное чудище ползет под фонарями… Закрыв глаза, я вновь увидела это. Сейчас, мне нужно снова ощутить боль той далекой ночи, а следом за ней, другую боль, которая куда сильнее…
Я сосредоточилась, и все кости под моей кожей пришли в движение. Уже больно… Но недостаточно.
Кости рвали кожу, одна за другой, а где-то в глубине тела уже росли новые, но лишь для того, чтобы точно так же вырваться наружу… Самое главное сейчас, это не повредить внутренние органы.
Превозмогая боль, я сосредоточилась еще сильнее, потом поставила ноги вместе, позволив им срастись и удлиниться…
Когда боль станет невыносимой, я уйду… Я сделала так и в прошлый раз. Я уйду куда-нибудь в прошлое, но дам своему телу установки действовать…
В истинном облике я не могу долго находиться в сознании, иначе болевой шок убьет меня, или я окончательно лишусь рассудка. Именно поэтому я уйду. Это что-то вроде самогипноза, даешь своему телу определенные указания, а сама прячешься. Такому меня Линда обучила, и хоть она и дрянь, но спасибо ей за это…
Пусть костяная змея разорвет этих хонков на части, но только пусть не трогает никого из Аканху и этого дурачка Габриэля. Пусть костяная змея повеселится, а девушка по имени Ева погрузится в воспоминания… Но в какие же? Внезапно я поняла в какие.
Двоих забавных ребят я отправила на тот свет, когда еще не была змеей… Почему бы не пережить это еще раз?
Кожа моя лопалась выпуская кости… Я закричала и ушла…