![](/files/books/160/oblozhka-knigi-chudovische-dlya-proklyatoy-si-378692.jpg)
Текст книги "Чудовище для проклятой (СИ)"
Автор книги: Мария Вельская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)
Я и так с ним никогда уже не расплачусь.
Почему по телу бежит дрожь предвкушения? Вскинула подбородок, кивнув.
– Буду. С долгами расплачиваюсь. А… – мысль о Поющей озарила, наполняя стыдом за собственную забывчивость. Слабость мутила мысли слишком сильно, не давая сосредоточиться.
Но он каким-то непостижимым образом понял.
Сделал шаг вперед. Отбросил мешающие пряди за спину.
Ноздри чуть раздулись.
– Ваш клинок в безопасности, чаэ.
– Спасибо вам, – я сказала от всей души, чувствуя, как на сердце становится легче.
Вот так, ничего, кроме благодарности за помощь – это правильно. Слишком сильный мужчина. И слишком неоднозначные чувства он вызывает.
Я закрыла глаза, делая вид, что устала. Особенно притворяться не приходилось, короткий разговор и безумный поцелуй совершенно вымотали.
– Отдыхайте. Здесь вас никто не побеспокоит. Вам стоит набраться сил.
Анорр ушел, а я провалилась в беспокойный сон.
Он не принес особого облегчения, слишком много в голове перемешалось и плохих, и хороших воспоминаний, но хотя бы позволил почувствовать себя лучше.
Ещё три дня ко мне приходили только слуги – вышколенные и молчаливые, никак не реагирующие на попытки расспросов.
Конечно, через пару дней я набралась сил, чтоб встать, но вид из окна позволял лишь разглядеть великолепную панораму города.
На ярмарку я опоздала… дурацкие мысли! Тут бы выжить! И счастье ещё, что часы никто не нашел, хотя меня переодевали. Видимо, моё личное проклятье было предназначено лишь для моего устрашения.
Бояться больше было невозможно – и я отбросила любые мысли о будущем с уверенностью фаталиста. Я сделаю все необходимое, а там… будь, что будет. Отчего-то после встречи с Ш’Аартом и схватки проклятье перестало казаться проблемой.
Кто-то хотел меня убить. Брат? Дель Тайш, глава клана-конкурента? Белобрысый Торрес? Едва ли они бы смогли меня найти, до ярмарки я почти не выходила из дома. Увидели уже там?
Вспыхнуло воспоминание о злом взгляде в спину. Кому он мог принадлежать?
Я зябко поежилась. Нужно скорее выбираться из этой золоченой клетки и попытаться вернуться под крылышко Ради. Как она там? А как Грета и Альга? Им досталось или не очень? Девушки ведь совершенно ни в чем не виноваты!
А холодная часть разума, вопреки всем эмоциям, констатировала лишь то что абсолютно доверять нельзя никому, кроме, пожалуй, Князя ксайши. Для него моя смерть или увечье стали бы катастрофой.
Дальше. Ильгрим ано Нэиссаш. Нет, я не думала, что это его рук дело. Слишком глупо и неосторожно, да и не походил ано при всех его неприятных качествах на того, кто так поступит с женщиной, которую хочет получить, хоть и на несколько ночей. Радьяна. Её преданность ано Шиэрту была беззаветной. Им обоим нет смысла мне вредить. Подружки? Нет, они могли бы указать ненамеренно, куда я пошла, но ни кинуть заклятье, ни навести банду у них просто не было бы возможности, не тот уровень.
За этими размышлениями я сама не заметила, как начала ходить взад и вперед по комнате. Желание что-то сделать, нетерпение, зудящее на грани сознания, Четкое и ясное чувство, что я забыла что-то очень важное.
Тесно, душно, одиноко до крика! Если не знаешь, что делать, положись на интуицию.
Не думать. Пальцы сами рисуют в воздухе едва заметный мерцающий знак. Никто не почувствует. Не поймет. Когда я слышала от брата и отца о том, как рождаются у анорров Воплощения их магии, то не верила, что все так просто.
У чаэварре Воплощений не бывает, ведь они сами – суть силы и природы.
Но нечто изнутри обжигало, требовало, рвалось наружу с такой силой, что терпеть было просто невозможно!
Я закрыла глаза. И отпустила себя. Помнила по чужим разговорам, что если зажаться и паниковать – будет только хуже. Выбрать иное время и иное место мне не дано.
Мир расцвел. Тело скрутило, подняло в воздух. Как будто в комнату ворвался ураган, который нещадно рвал платье, трепал волосы, заставлял запрокинуть голову от потока льющегося вокруг багряного света.
Дышать на миг стало больно, но испугаться я просто не успела – меня словно подхватило невидимыми крыльями, обняло, согрело. И осторожно опустило на пол.
– Ну здравствуй, маленькая госпожа, – насмешливый, чуть рычащий голос стал полнейшей неожиданностью.
Я завертела головой, но поначалу никого не увидела.
– Тут я. Ниже посмотри, несчастная, – ворчливое.
Когда я опустила взгляд, то едва удержала улыбку. Только понимание того, что Воплощение смертельно обидится, удержало.
Больше всего это существо напоминало ящерку с крыльями. Вернее, зачатками крыльев. На дракона длиннохвостое, с маленькими короткими лапками и большущими глазами чудо не походило никак. Ну разве что очень, очень отдаленно.
Видимо, удержать лицо все-таки удалось, потому что мордочка существа хоть и выразительно скривилась, показывая зубы, но оно не зарычало и не накинулось.
– Ты… – я осторожно, не веря, протянула руку, боясь коснуться маленьких светло-зеленых чешуек, – действительно моё Воплощение?
– А кем мне ещё быть?! – скрипучий ворчливый голосок донесся снова. – Так, – коготь уперся в мою сторону. – Правила такие: меня любить, чесать, гладить, ублажать!
На этот раз смешок сдержать не удалось. Страх сняло, как рукой. Кажется, мне досталось какое-то неправильное Воплощение.
– А ты что же? – уточнила, все-таки протягивая ладонь, на которую тут же шустро взобрались.
Конечно, ящерка вышла тяжелая, да и в ладони не умещалась, но…
– А я тебя буду защищать! – объявила важно.
Прохладная голова потерлась о ладонь, выпрашивая ласку.
Я машинально погладила, ощущая странное умиротворение и чувство единения. Вот так ощущается Воплощение? Как частичка себя самой?
Только через пару тактов тихого шипения (со стороны ящерки) и просто блаженствования (с моей собственной) в голову пришло то, о чем следовало вспомнить в первую очередь.
– Послушай, – как же её зовут-то, эту ящерку?! – но я ведь не анорр, откуда у меня Воплощение?! Женщины их не имеют!
– Имя дать не забудь, балда, – прошипели в ответ любезно, – “эй, ты” меня не устраивает, знаешь ли!
– А какое бы ты хотела? – спорить со вздорным существом – не лучшая затея. Интересно, анорры себе таким образом раздвоение личности не зарабатывают?
– Сама подумай. Не маленькая, – ох, какие мы нежные, даже хвостиком наглющим повернулись, попу демонстрируем. Обиженную такую попу.
Имя. Как-то боязно было брать на себя ответственность, но я всей душой ощущала – это действительно нужно сделать – и как можно скорее.
Закрепить призванную сущность – всплыла незнакомая формулировка.
Так, и что мы имеем? Чешуйки, увесистую попу, маленькие крылышки, длинный хвост, большие и трогательные глазюки и лапки с бритвенно-острыми когтями.
– Будешь Вейши, – решила, прижимая обиженную ящерицу к себе поближе.
С языка чаэварре это значит “неповторимая”. Кто же ещё такое чудо повторит?
– Мне нравится, – фыркнуло Воплощение. Из маленьких ноздрей вырвались клубы пара, но не обожгли – напротив, укутали прохладной. Что же она такое?! – так уж и быть, отвечу, – снизошло Её Ящерство.
Вейши изящно и быстро для такого, казалось бы, неповоротливого тельца сбежала вниз по коленям на пол. Зашуршала хвостом по ковру.
– Воплощения действительно обычно бывают только у анорров. Поскольку, анорров-женщин не существует, то не существует и женских Воплощений. В браке с теми же чаэварре, не говоря уж об остальных расах, девочки рождаются полукровками или в мать расой, а мальчики – всегда чистокровные анорры. Но все уже забыли, что так было не всегда…
Пасть почти не раскрывалась, но речь продолжала звучать в моей голове четко и плавно. Снова ментальная магия? Я подалась вперед, не желая пропустить ни слова. Пальцы вцепились в колени, сердце застучало в предвкушении чего-то, что изменит моё представление и о происходящем, и о самой себе.
– Девочки-анорры могут родиться. От чаэварре вероятность их рождения выше, да только колдуньи слишком злятся на своих супругов, считают, что мужчины вынуждают их подчиняться… хотя сами ведь на все соглашаются ради статуса и безбедной жизни. Реже – ради искренних чувств. Так вот о чем мы? – щелкнул хвост. – Чаэ сами подавляют возможную силу своих детей. Неосознанно – чаще всего. Мальчиков подавить не могут, чистая кровь, а вот девочек… Так и рождаются порой магические калеки – из тех, кто мог бы стать анорром, а стал недоделком-чаэварре.
Вспомнились больные глаза Радьяны. Её обреченное смирение, понимание, что навсегда останется одинокой изгнанницей. Пальцы невольно сжались в кулаки. Да, наверняка не все чаэварре такие! Совершенно точно, многие анорры не были идеальными мужьями и заботливыми отцами! Но дети не должны страдать из-за того, что родители не могут найти общий язык. Как можно обречь своего ребенка на такое?
– А они сами-то это знают? О возможности рождения женщин-анорров? Хоть кто-то? И что получается со мной? Разве я похожа на анорров? – уточнила, прикрывая глаза и стараясь взять себя в руки.
– Я тебе что, ходячий справочник по жизни расовых меньшинств? – огрызнулась ползучая неприятность, которая сейчас активно исследовала комнату. – Не знаю. Что знала – сказала.
– А я… могу передать то, что ты сказала… например, своим знакомым? – спросила скорее ради проформы. И сама ещё не могла решить, стоит ли таким сейчас делиться. Да и поверит ли мне хоть кто-то?
А, если и поверит, не сделаю ли я хуже лично себе, привлекая такое внимание? Что оно будет – можно и не сомневаться.
– Ты не анорр, – смилостивилась, наконец, чешуйчатая, – но и не чаэварре. В тебе сейчас просыпается сила, которой чаэ владеть не могут никак.
Да она как издевается, ей бы дипломатом работать, врагам нервы мотать умолчаниями!
– Я могу кого-то забыть покормить, – намекнула.
– Ты демонолог.
– Что?! – меньше всего в этом мире я ожидала услышать это полузабытое слово из сказок мира прошлого. – И что это значит?
– Ты можешь открывать Врата в Междумирье безболезненно для себя. Можешь вызывать и подчинять низших ксайши, можешь договариваться с ними. Даже с Высшими. За частичку твоей силы они выполнят то, что ты попросишь. Можешь заключать договоры, служить арбитром в спорах… много чего. Тебе твой покровитель объяснит.
– Объяснит, объяснит, – мурлыкнуло вдруг из-за угла, – Князь только оторвет тупые головы тех несчастных, что покусились на его подопечную, и обязательно поговорит с тобой о твоей силе, моя ты ядовитенькая…
О, кто-то обещал за мной присматривать! Знакомство двух гадов состоялось!
Вид Итшир, знакомая демонокошка, имела потрепанный, но бодрый.
– А кем ты станешь и станешь ли – не знает и сам Творец, наверное, – зевнула клыкастая пасть, – так что утихомирься пока и не кидай камни в воду. Лучше присмотрись хорошенько к этому симпатичному и вкусному анор-рррру, – мурлыкнула, потершись о ноги Кары, – кажется, скоро в этом дворце будет шшш-шаркоооо…
Вот уж верно. Похоже, дни моего относительно мирного существования закончились. Этот мир не терпел инертности и требовал действий. Что ж… мне и самой было безумно интересно, что из всего этого выйдет. Несмотря на проклятья и прочие неприятности, я словно сбросила сейчас с глаз пелену – и зажила полной, яркой жизнью. Той, о которой и мечтать не смела. И я никому позволю это у меня отобрать.
Часть 7. Выйти замуж – вот напасть!
Великий день! Сегодня меня наконец-то выпустили погулять, не забыв, впрочем, приставив сопровождение в виде семенящей сзади служанки. Это действительно был дворец, Итшир не ошиблась! Вот только за каким лесом меня привезли во дворец Верховного анорра? Неприятные подозрения и совпадения копились и множились, хотя верить в них не хотелось до последнего.
Яркий свет светло-голубого сегодня светила ласкал кожу, заставляя жмуриться. Несмотря на солнце, было не жарко. Благо, нарядами меня снабдили. Вот только вовсе не теми, которые были в моей комнате в доме Радьяны, а новыми. И куда более роскошными. Темный жакет, одетый поверх рубашки и бридж, заправленных в высокие сапоги, исправно грел. Было тепло, как-то спокойно и почти уютно. Платья я оставила до лучших времен, надеясь, что эти самые времена никогда не настанут. Догадывалась, кто снабдил меня одеждой, и от того было вдвойне неловко. И так увязла в долгах, как в шелках.
В этой половине дворца было удивительно тихо. Никаких придворных, как я себе представляла, слоняющихся без дела дам и кавалеров, даже слуг почти не было. Когда все-таки рискнула уточнить этот вопрос у служанки, та искренне и от души рассмеялась, сразу став на несколько лет моложе.
– Ох, нэсса, Владыка не любит, когда кто-то не занят делом. В общей части резиденции ещё остались придворные, не занятые важными делами, но здесь их нет и быть не может, на эту половину вход посторонним запрещен! Здесь располагаются только особо важные гости и некоторые доверенные лица.
Настроение понизилось. Подозрения подтверждались, но вот что с этим было делать? Впрочем, пока от меня вовсе ничего не требовали, а из произошедшего можно было бы извлечь и плюсы… если бы я могла только представить, как вести себя с настоящим Правителем. Да когда-то моя частичка с Земли даже с киноактером бы не решилась поздороваться, а здесь…
Прикрыла глаза. Тишина. Высокие арки залов, много света, изящные барельефы на стенах и теплый, чуть светящийся необычный камень. На душе стало как-то разом спокойно. Мы вышли на террасу, нависающую над огромным садом. Из города этого не было видно, но замок стоял на возвышении.
Даже если у меня ничего не получится, даже если получится и придется бежать… я запомню этот момент. Эту красоту, прокравшуюся в сердце.
– Как я рад видеть вас здесь, моё наваждение, – чуть мурлыкающий голос ударил под дых, заставляя испуганно отскочить, прижимаясь спиной к бортику.
Служанка низко поклонилась. Сердце гулко бухало в груди, не давая сосредоточиться, голова шла кругом. Нашел. Проклятье, значит, мне тогда не послышалось…
Ильгрим ано Нэиссаш – а это был именно он, тот, о чьем спасении уже сотню раз пожалеть успела, шагнул вперед, небрежным жестом приказывая сопровождающей уйти, несмотря на все мои возражения.
Когда та убежала, вся бледная, я её не винила. Этому мужчине слишком трудно противостоять. Почти невозможно. А сама я… наверное, сначала испугалась по привычке. Слишком много неприятных мгновений он уже доставил. И мог доставить снова. Вот только за спиной теперь все время ощущалось надежное присутствие Князя ксайши, да и моё Воплощение и Итшир были наверняка поблизости. Ничего непоправимого произойти не могло, так чего же я испугалась?
Как выяснилось позже, Ильгрима я недооценила.
Анорр приближался медленно, неторопливо. Бирюзовые глаза чуть сощурились, наверное, был бы хвост – так и хлестал бы по ногам!
– Нежная колдунья. Такая хрупкая. Такая наглая. Решила побегать от меня. Даже привлекла внимание Асторшиэра, – это он о ком? – надо признать, ты меня удивила. – Шаг. Он прижал меня к парапету, ставя руки по обе стороны от меня – не вырваться. Дешёвый прием, но сердце невольно заходится. – И я изменил свои планы на твой счет…
Он наклонился ниже, прикрыл глаза, словно вдыхая ведомый одному ему запах.
Более изящного телосложения, чем ано Шиэрту, Нэиссаш, однако, пугал сейчас куда сильнее. Под рукавами темного камзола чувствовались упругие мышцы. Взгляд – откровенный, настойчивый, жесткий, выводил из равновесия. Так и хотелось кое-кого слегка спустить с лестницы и поправить корону. Но как это провернуть, когда всех знаний – кот наплакал?
– Очень любезно с вашей стороны, вот только, как я и говорила вам, у нас не было и не может быть никаких общих планов, господин Ильгрим, – голос звучал ровно, холодно, абсолютно уверенно.
Меньше всего я ожидала, что меня, как куклу, подхватят на руки, парализовав какой-то магией тело, и бессовестно поволокут вниз по лестнице. Не говоря ни слова. Ничего не объясняя. Неужели я ошиблась, и он просто сумасшедший?
Говорить, как выяснилось, я тоже не могла. Оставалось только отчаянно ерзать, пытаясь вырваться из рук ненормального и мысленно звать своих неудачливых охранниц.
“Против этого мы не потянем – раздался сожалеющий голос демонокошки, – продержись хотя бы тактов десять, ладушки, ядовитенькая? Пока помощь приведем. Убить он тебя точно не убьет, вот как глаза горят”.
И глаза, и все остальное, судя по тому, что меня так нагло поглаживают по бедру, подбираясь повыше.
Тварь. Надо было оторваться ему все ценное, когда была такая возможность! Или оставить подыхать! Я даже шевельнуться толком не могла, проклиная почем свет спятившего анорра.
Мелькали перед глазами переходы, но навстречу нам никто не попадался.
– Я тут подумал, – негромко смеялся над ухом этот псих, – что вообще мой господин прав, возраст уже подходящий, пора и мне выбрать жену. Но эти жеманные идиотки, которые только и хотят запустить ручки в казну, так надоели, – сообщил доверительно, – с ними и поговорить не о чем. А вот ты меня сразу привлекла, слишком уж необычная. Знаешь, сопротивление и неуступчивость, нас, мужчин, только подстегивают, – мне бережно поправили волосы, убирая с лица липнущие пряди, и прислонили к стенке в каком-то небольшом зале.
Здесь было полутемно, только в глубине что-то слабо светилось. Навалилась тяжесть, даже дышать здесь отчего-то было невыносимо трудно, больше всего на свете хотелось расцарапать эту лживую физиономию.
Вместо этого пришлось бессмысленно изучать взглядом ближайшую стенку, вслушиваясь в шаги за спиной. Надо признать, похититель обращался со мной довольно бережно, хоть и бесцеремонно.
– Думаю, Владыка будет рад за нас, – темнота усмехнулась, – и благословит наш брак.
Какой ещё брак? Его что, в детстве часто роняли головой на пол?
Ярость и страх сплелись внутри в бешеный коктейль. Я рванула вперед, мысленно рыча и крича, но в реальности даже не смогла сдвинуться с места.
Зато вернулся Нэиссаш. Подхватил на руки и понес вперед, меж зажженных светильников.
– Я обещаю быть хорошим мужем, милая моя. Но с этими мужскими нарядами… пожалуй, носить ты их будешь исключительно в моем присутствии.
Да чтоб на тебе все твои пассии женились… то есть вышли замуж! Или как раз женились? Будет ходит в юбке и корсете!
Свет в глубине зала исходил из чаши, которая парила воздухе.
Меня продолжали держать на руках, крепко прижимая к себе.
Глаза Ильгрима потемнели, как море в грозу. он смотрел на меня – жадно, жарко. От этого взгляда хотелось отмыться.
– Не могу отказаться… – вдруг прошептал. Голос мужчины звучал почти зло.
И меня поцеловали. Нет, это было скорее клеймение. Я не могла ответить – а он впивался в губы жадно, требовательно, выпивая дыхание, и не замечая ничего вокруг. А стоило бы. Очень стоило.
Пламя ярости выжгло внутри все запреты, всю жалость и приязнь, которую я когда-либо к нему испытывала. И все это взорвалось обжигающим комом, отбрасывая мужчину на пол. Да, я тоже упала. Ударилась. Оцепенение спало, но тело было ватным, непослушным. На кончиках пальцев пылало пламя. Такое же темно-алое, как глаза Ш’Аарта.
Я поднималась слишком медленно, мужчина уже успел вскочить – и теперь скалился, напружинившись. На лице сумасшедшего застыло восхищение.
– Какая ведьмочка… сокровище…
И руки анорра окутали черные тени.
Не стыдно ему с женщиной сражаться. Впрочем, драться сейчас я едва ли в состоянии. Где там эти помощницы?! Хоть и буду, конечно, себя отстаивать. Буду до последнего вздоха, потому что никогда не прощу такой подставы, не прощу посягательства на возможность самой выбрать того, с кем пойду рука об руку в жизни.
Именно от бессильной ярости, уткнувшись спиной в стену, я выкрикнула прямо в чернеющее от гнева лицо:
– Вы просто тварь, опьяневшая от вседозволенности! И мне настолько отвратительны, что я бы лучше вышла замуж за любого даранийца, чем за вас! Все, на что способны – заставить женщину? И в постель бы силой поволокли? Видимо, потому, что на настоящие подвиги не способны? Привыкли благодарить за спасение жизни вот таким вот способом?
Сейчас кинется. Ничего, на пару хороших ударов меня точно хватит. С лица “женишка” ушли все краски, оставляя лишь безумную ярость. Он бросился вперед на такой скорости, что поняла – не успею ударить. А, если и успею, себя не спасу.
Не стала зажмуриваться – если уж и встречать смерть, так лицом к лицу. И только поэтому заметила, как приготовившегося уже прыгнуть мужчину буквально в двух шагах от меня смело волной сырой силы, отшвырнув в дальний конец зала.
– Тебе придется очень постараться объяснить мне своё поведение, Ильгрим, чтобы я не разорвал тебе горло прямо здесь и сейчас.
От этого ледяного голоса, лишенного эмоций, вопреки всему стало вдруг невероятно спокойно и тепло.
Он пришел. Все-таки пришел. И даже неважно, как эти две заразы это провернули.
Я не заметила, как сползла вниз по стене, обнимая колени. И даже не поняла, что меня бьет мелкая дрожь, пока ледяные ладони не накрыли чужие горячие.
Разные глаза Владыки анорров смотрели бесстрастно, но обнимал он бережно. Вот тебе и самостоятельная взрослая женщина
Несколько тактов слабости. Потом я буду бояться – как-нибудь, когда-нибудь… А сейчас – нет. Сейчас я просто приму эти короткие объятия, как должное. Прижмусь крепче, вздыхая и прислушиваясь к чужому ровному дыханию.
– Вставайте. Поднимайтесь-ка, – меня потянули наверх. Командовал мужчина спокойно, обстоятельно и ни капли не выглядел больше ни возмущенным, ни раздосадованным, – вот так. Постойте здесь пару тактов, – это был приказ, не просьба, но я и смогла бы никуда уйти, чувствуя, как земля едва не уходит из-под ног.
Пол у чаши был обуглен. Сам ано Нэиссаш выглядел лучше, но волосы его были подпалены совершенно точно. Все, на что хватало сил – наблюдать за происходящим. Видит бездна, я же устала от этих постоянных тайн, которые все множились и множились.
Ано Шиэрту… или лучше теперь говорить – Владыка Асторшиэр? – подходил к своему провинившемуся подданному медленно, вкрадчиво. Как хищник, который уже загнал добычу и точно знает – она никуда больше не денется, можно, пожалуй, и поиграть. А потом… я едва успела разобрать, что произошло.
Шаг, резкий рывок, и хлестнувший повелительным тоном голос.
– Alaste torre daraora, Ilgrim! Kae!
Он не хотел. В какой-то момент Нэиссаш попытался сопротивляться происходящему – чем бы оно ни было – и вызвал лишь чуть удивленный резкий жест ладонью, после которого его скрутил бушующий темный вихрь.
Миг – и на месте поднимающегося мужчины уже сидит довольно большая птица, по виду напоминающая сокола-сапсана. Перья её были темными до черноты, а глаза отливали все той же бирюзой.
Птица медленно взмахнула крыльями – и приземлилась на плечо Владыки, заходясь клёкотом.
Я забыла, как дышать. Никогда в жизни я ещё не видела чужое воплощение так близко. Особенно, такое Воплощение. Их и от родственников то стремились прятать, берегли силу. Ильгрим ано Нэиссаш – Воплощение силы Владыки анорров. Тот самый живой сосуд.
– Вам больше не о чем беспокоиться, ана Каарра. Разве что вы решите рассказать мне ещё что-нибудь крайне занимательное. Например, откуда у меня во дворце далеко не низшая ксайши, напитанная силой под завязку, а у вас – Воплощение и сила анорров, которая почти поглотила природную силу чаэварре.
Каждое слово медленно забивало гвоздь в крышке весьма симпатичненького гробика. Может, я даже попрошу перевязать его розовой ленточкой и украсить черепушками.
Какой безмозглой дурочкой нужно было стать, чтобы подумать о том, что во дворце Верховного можно хоть что-то от него скрыть! Меня оправдывало одно – о том, где именно я нахожусь, я догадалась совсем недавно. Да и что я могла сделать? Сбежать тут же прочь? Я и так увязла в этой паутине.
Мужчина смотрел внимательно, цепко. По спокойному лицу, больше похожему на каменную маску, было не понять, о чем он думает и как воспринимает происходящее. Равнодушие – вот, что пугало гораздо сильнее. Я осознала, почему так боятся этого анорра его собственные подданные. Мне и самой было откровенно не по себе с одной стороны. С другой же… Пока что он ни разу не сделал мне ничего плохого. Приютил, пристроил к делу, не стал допрашивать, спас жизнь.
– Повелитель, простите мою дерзость, – поклонилась, надеясь, что ноги дрожат не слишком сильно.
Вроде и не слишком мы с ним спорили или ссорились, с ано Шиэрту. И задеть я его ничем не успела. Да и не смогла бы.
– Я смогу все объяснить, – добавила тихо, – если вы только пожелаете выслушать. Я просто боялась и не желала вовлекать в свои проблемы посторонних. Я не знала, кто вы, – добавила на всякий случай.
И получила в ответ спокойное:
– Я это понял. Ваша служанка встретит вас, и вы можете продолжить прогулку после небольшого отдыха, если у вас будут силы. Поговорим позже, – оборвал он любые попытки объясниться и быстрыми широкими шагами направился к выходу.