Текст книги "Таверна с новыми проблемами для попаданки (СИ)"

Автор книги: Мария Минц

Соавторы: Злата Уютная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 21 страниц)

Глава 38

Окончание фразы Каролины звучало настолько мстительно, что мне даже стало не по себе. Я хотела было спросить у нее что именно она имела в виду, но в этот момент ко мне внезапно подошел Себастьян и протянул стакан с водой.

– Вы, должно быть, очень устали, – посмотрел он, как мне показалось, с участием, – возьмите.

Только когда моей ладони коснулась прохладная поверхность стакана, я поняла, что и правда испытывала дикую жажду. Жадно опрокинув в себя самую обычную воду, которая мне в этот момент показалась самым вкусным и изысканным напитком, я наконец перевела дух.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я инквизитора.

– Знаете, – повернул он голову в сторону сцену, – Тот вызов, который вы кинули Веберу, был настолько же смел, насколько и безрассуден.

– Ну, а что мне оставалось? – улыбнулась я.

И только потом до меня дошел смысл слов Себастьяна.

Что? Уж не хочет ли он сказать, что беспокоится обо мне? О той, кого он, на секундочку, еще недавно грозился сжечь на костре за колдовство!

Что же изменилось за это время?

– И правда, – с явной грустью в голосе вздохнул Себастьян, а потом повернувшись, добавил, – Я хочу, чтобы вы кое-что знали. Я верю, что этот мешочек вам подкинули. Но, к сожалению, положение меня обязывает поступать по букве закона, а не по зову сердца. Поэтому, я вас очень прошу… одержите эту победу!

Огромных усилий мне стоило не уронить на пол стакан. Потому что такие слова я меньше всего ожидала услышать от Себастьяна.

Мое сердце часто забилось, а к щекам прилила кровь. Меня накрыло такое дикое смущение, что я опустила голову и единственное, что смогла из себя выдавить, это:

– Хорошо… я обязательно это сделаю…

После чего, тяжелый гонг возвестил о том, что перерыв закончен и нам нужно выйти на сцену. Все еще с выпученными от волнения глазами и бешено колотящимся сердцем, я вышла на сцену. Краем глаза кинула взгляд на оставшегося позади Себастьяна.

Он возвышался над стоящими рядом с ним девушками как величественная статуя, стоящая в центре города. Но, в отличие от той же статуи, в его взгляде чувствовалось неожиданное тепло и поддержка.

– Ну что, недоучка, покончим со всем прямо здесь и сейчас! – обратил на меня внимание Ульрих, который занял свое место напротив, – Или ты сразу можешь пойти ко мне уборщицей.

– Не дождетесь! – обожгла я его возмущенным взглядом и заняла место на своей половине кухни.

– Все участники заняли свои места, а потому я объявляю начало последнего раунда! – громко объявил Кристоф и снова ударив в гонг.

Тотчас гигантские песочные часы перевернули и наше финальное соревнование началось.

На удивление, Ульрих сразе же кинулся готовить мясо. А я, следя за его движениями и тем, как он обращался с продуктами, должна была признать, что он весьма неплох. По крайней мере, какие-то навыки у него имелись. Осталось только понять, не приготовил ли он какой-нибудь очередной подставы. А если и приготовил, то как мне на нее отвечать…

Но, чем дольше я наблюдала за его готовкой, тем больше у меня закрадывались сомнения. На самый первый взгляд, с его стороны не было никаких подстав. Но то, что он готовил было слишком простым блюдом, которое не содержало в себе никакой особенной изюминки.

В голове тут же появилось множество рецептов, которые я могла использовать, чтобы заткнуть его за пояс. Но время шло, а я не решалась использовать ни один из них. Что-то мне подсказывало, что здесь не все так просто.

А потому я тянула с выбором своего блюда.

– Что, все-таки решила сдаться? – оскалился Ульрих, обжигая меня презрением, – Не могу тебя винить за это. И все же, я бы предпочел, чтобы ты это сделала намного раньше. Чтобы мне не пришлось тратить на такую жалкую недоучку как ты свое время.

– Я знаю, как вы тратите свое время, – твердо выдержала я его взгляд, – Раздаете поручения всяким головорезам, чтобы они поджигали таверны конкурентов, да?

На секунду на лице Ульриха проступила целая гамма чувств: от неподдельного шока, до жгучей досады и нескрываемого раздражения.

– Не понимаю о чем ты говоришь! – наконец, прошипел он, – Опять клевещешь? Ну ничего, очень скоро ты пожалеешь, не только о своих словах, но и о том, что связалась со мной!

Если честно, я уже жалею, что связалась с ним. Вот только выбора у меня никакого не было. Терпеть его выходки я не собиралась.

А насчет того, что Ульрих, якобы, не понимал, о чем я говорила, то у него на лице все было написано. Его реакция яснее всего говорила о том, что это он пытался устроить поджог. А сейчас осознал, что ничего не получилось. Вот его и перекосило….

Впрочем, я не должна отвлекаться!

Похлопав себя по щекам, я снова принялась наблюдать за его готовкой, но, в итоге так и не смогла заметить никакой хитрости. Ульрих готовил самый обычный кебаб в пите. Единственное отличие было лишь в том, что здесь использовалось ассорти из мяса, а не одна только баранина или говядина.

Вот только, если это все, тогда вряд ли он сможет выиграть. В таком виде мясо кабубра, имеющее слишком сильный вкус и аромат, запросто перебьет остальные виды мяса.

С другой стороны, даже если у него и осталась какая-то хитрость, мне уже пора начинать готовить. В любом случае, вряд ли Ульрих сможет сделать из этого блюдо что-то настолько же впечатляющее, как тот же Абаккио.

Поэтому, выдохнув, я принялась за готовку. Времени осталось впритык, так что я полностью сосредоточилась лишь на своем блюде, напрочь забыв о готовке Ульриха. Слишком на многом мне нужно было сосредоточиться – менять рецепт на ходу в этом случае я уже позволить себе не могла…

В итоге, только когда время кончилось, и мы принесли свои блюда на судейский стол, я смогла увидеть блюдо Ульриха в финальном виде. И то, что я там увидела, заставило меня непонимающе вытаращиться на него.

Нет, как я и предполагала, Ульрих приготовил кебаб в пите – обычное привокзальное блюдо, которое пришло к нам из арабских стран и быстро распространилось по всему миру. Где-то оно претерпело небольшие изменения и кебаб стали заворачивать не в питу, а в лаваш или булку белого хлеба без мякоти, где-то он сохранился в своем первозданном виде, но это был фактически фаст-фуд, шаурма для быстрого перекуса.

Вот только…

Один ингредиент, который использовал в нем Ульрих, смущал меня больше всего! И, судя по заинтересованным взглядам судей, не одну меня!

– Господин Вебер, а позвольте знать, что это такое, – поинтересовалась Эмбер, указывая на тот самый ингредиент.

– А, это, – хищно улыбнулся Ульрих и кинул на меня взгляд, полный злорадства и ехидства, – Это мое собственное изобретение. И оно называется…

Глава 39

– Оно называется, морковка по-корейски! – торжествующе закончил Ульрих.

– Да это же мое блюдо! Мой рецепт! – не смогла сдержаться я от возмущения.

Как он только посмел! Он же не просто рецепт украл, он даже название не удосужился поменять!

А, самое главное, когда он только успел это сделать?

Я же готовила морковку по-корейски только один раз, и тот – на банкете каменщиков. Но, если бы Ульрих там был в этот момент, я бы его обязательно запомнила. Выходит, кто-то из его поваров постарался?

В любом случае, это настолько нагло, что я просто не могла молчать.

Причем, я бы даже ничего не заподозрила, приготовь он точно такое же блюдо, но обзови его… не знаю, “морковкой по-королевски” или “морковкой по-рорскхи”. Я уже поняла, что в этом мире есть много рецептов, которые как две капли воды похожи на рецепты из моего мира.

Но назвать ее “по-корейски”... когда в этом мире никто про Корею даже не слышал… это такое бесстыдство, что аж тошно!

– Господа судьи! – тут же ахнуд на мои слова Ульрих, – Прошу вас обратить внимание, что моя противница уже не в первый раз клевещет на меня! Разве это не запрещено правилами? Сперва утверждает, что чуть ли не в рабстве держу своих работников, а потом еще и говорит, что я ее рецепт украл! Мне кажется, это переходит все мыслимые рамки приличия! Может, стоит ее за это уже дисквалифицировать?

– Господин Вебер, хотелось бы, чтобы и вы сами соблюдали эти самые рамки приличия, – недовольно откликается Витольд, – Или мне напомнить вам как вас пришлось осадить госпоже Бауэр?

При упоминании этого эпизода, Ульрих тут же заткнулся и недовольно засопел, кидая в мою сторону уничтожающие взгляды. Я же не могла отделаться от ощущения, что у него попросту кончились тузы в рукаве и он сейчас делал все что только возможно, чтобы вывести меня из равновесия и подставить перед судьями.

Но что самое отвратительное, что ему это похоже, удалось!

– Тем не менее, не могу не согласиться с претензией господина Вебера, – вдруг повернул ко мне голову Витольд, отчего у меня тут же замерло сердце – Обвинять кого-то в краже рецепта весьма бесчестно.

– Бесчестно? – у меня даже дыхание перехватило от такого положения дел, – Но это правда!

– А чем докажешь? – тут же накинулся на меня Ульрих.

– Я могу вам приготовить его прямо сейчас! Причем, с закрытыми глазами! – выпалила я, первое что пришло в голову.

Ну, а как еще я могу подтвердить тот факт, что Ульрих подсмотрел его у меня?

– Этого не достаточно! – сложил руки на груди этот прохиндей, – Особенно, если учесть, что у тебя в помощниках моя бывшая сотрудница, которая могла рассказать тебе секрет моего блюда!

Ах, паразит!

Еще и Розу сюда приплел! Да в таком виде, будто бы бедная девушка – бессовестная шпионка!

Тогда как единственный, у кого в этом зале нет совести, а заодно и стыда и порядочности, это сам Ульрих!

– Тогда… – едва сдержалась я, чтобы не высказать ему все в лицо, – Тогда объясните мне смысл названия этого блюда! Что значит “по-корейски”, это как? Что такое Корея?

Внимательно прислушивавшиеся к разговору судьи немедленно перевели взгляды на Ульриха, который натурально подавился от моего вопроса. Ну, или сделала вид, чтобы выиграть время. Он покраснел и закашлялся, в панике вращая глазами по сторонам.

– Это… это… кх-кх… такое… кх-кх… ну…

Поразительно! Украсть название блюда и даже не поинтересоваться, что оно значит!

– …это просто необычное название, которое придает этому блюду таинственности и показывает всю его необычность, – наконец, нашелся он.

Как же он умудрился все за уши притянуть! Неужели судьи поверят в такой очевидный балаган?

К слову, стоило мне только об этом подумать, как судьи тут же повернулись ко мне.

– А вы что на этот счет скажете? – поинтересовался Витольд, – Вы знаете что значит слово “по-корейски”?

– Знаю! – твердо ответила я и сразу же ойкнула, захлопнув рот.

Знать-то я знаю, только как это объяснить судьям?

Я натурально поймала сама себя в ловушку! Скажу правду, что это блюдо из другого мира, которое придумали депортированные корейцы, так мне либо никто не поверит, либо на костер потащат.

Я уже поняла, что в этом мире основные проблемы решаются сожжением на костре. Даже удивительно, что они до такого высокого уровня цивилизации дошли с их любовью всех и все сжигать.

Обманывать я тоже не хочу. Тем более, что мне придумать на этот счет? да еще и правдоподобного, чтобы не получилась такая ахинея, как у Ульриха…

– Ну? – вскинул бровь Витольд, – Мы слушаем.

– Это… это… – нерешительно пробормотала я, – Это название одной очень-очень далекой страны… – тихо выдохнула я.

– Страны? – тут же удивилась Эмбер, приложив палец к губам, – Я много стран объездила в поисках уникальных ингредиентов, но не помню ни одной с таким названием. Вы уверены, что она существует?

В этот момент я почувствовала себя так неловко, как если бы меня, будучи маленькой девочкой, поймали на лжи и теперь отчитывали за этот проступок.

– Ну, для кого-то она считается практически сказочной страной, – мрачно пожала я плечами, уже жалея о том, что вообще повернула разговор в это русло.

Вряд ли Ульрих предусмотрел это с самого начала, но то, как все обернулось, снова вышло ему на руку.

– Звучит, как-то не слишком убедительно, – снова встрял в наш разговор Ульрих.

– Увы, но это действительно так, – смерил меня ледяным взглядом Витольд.

Самое противное, что теперь судьи, а вместе с ними и зрители, думали, что это я такая скандалистка и жалкая лгунья, а не вот этот самодовольный напыщенный мерзавец, который угрожал мне расправой, а потом еще и чуть не сжег таверну!

– В таком случае, вы разрешите нам продолжить оценку блюд? – поинтересовался у меня Витольд.

Глава 40

Я вздрогнула и, опустив голову, кивнула.

Чертов Ульрих… ну что ты за человек такой! Откуда в тебе столько злобы, ненависти и изворотливости? Почему нельзя было все решить миром? Я уверена, что мы могли бы договориться…

Вот только его такой вариант абсолютно не устраивал.

Ну что ж, в таком случае, сам напросился.

Пусть напихает в питу всего что только угодно, но мое блюдо ему не проиграет!

Тем временем, судьи приступили к оценке нашей готовки и первым делом начали именно с кебаба Ульриха.

– Должна сказать, это… превосходно! – первой вскочила на ноги Эмбер, – Настолько превосходно, что…

Она перевела взгляд на свои руки и ошарашенно прошептала:

– … что оно уже кончилось.

Растерянно сев обратно, она с сожалением посмотрела на пустую тарелку.

– Должна сказать, что это блюдо настолько же непритязательное по внешнему виду, насколько невероятное по своему вкусу. Более того, я совершенно не ожидала, что под ломтиками кисло-сладкой морковки, которая отлично сочетается с мясом кабубра, скрывается самые настоящий клад! Лепешка была промазана соусом из белого йогурта, сока лимона и мягких специй, которые дополняют вкус кревекряка, не давая ему потеряться на фоне более сильных ароматов. Но что самое бесподобное, так это то, что обычно в подобные блюда добавляются насыщенные соленья, чтобы создать контраст ощущений и сбалансировать сильную жирность мяса рассолом, сделав его менее тяжелым для желудка. Но здесь такого нет…

Эмбер, запнулась и с явным сожалением поправилась.

– Вернее, не было. Потому что здесь использовался маринованный лук и перец, которые отлично дополнили мясо грибыка, подчеркнув его сильную грибную составляющую. Но при этом, они отлично справлялись со стимуляцией пищеварения. Таким образом, ни один из ингредиентов не затерялся на фоне остальных, зато вместе они создали восхитительное единое блюдо, которым можно наслаждаться как в дорогом ресторане, так и небольшом придорожном трактире.

Услышав это, Ульрих разом приосанился и кинул на меня полный презрения взгляд.

– Наслаждаясь тем, как сочетаются все эти удивительные ароматы, мне на ум приходит ассоциация с человеком, который удивительным образом вписывается в любую кампанию. И не только вписывается. Лишь благодаря ему разные кампании, у которых, казалось бы, нет друг с другом совершенно ничего общего, отлично ладят и наслаждаются приятным времяпрепровождением.

К концу тирады, у Эмбер даже проступили слезы на глазах, а лицо застыло в мечтательном выражении. Она будто вспомнила что-то из своего прошлого. Возможно, того самого человека, который был душой любой компании.

– Господин Вебер, – как только закончила Эмбер, подала голос Эрина, – В другое время я бы ни за что не поверила бы, что скажу такое, но… это поразительно! Моя коллега совершенно права! Благодаря этой чудесной морковке по-корейски, которая придает легкую кислинку, но отлично гармонирует с мясом и взаимно усиливает вкус маринованных овощей, добавляя при этом непередаваемых ощущений текстуры, самое обычное блюдо мигом выходит на новый уровень.

Она так же кинула печальный взгляд на пустую тарелку и тяжело вздохнула.

– Я даже не заметила как быстро проглотила это блюдо – настолько оно мне показалось ярким и неожиданным. Это как если бы я спасла ничем не примечательного утопающего – самого обычного юношу, чье тело покрыто синяками и ссадинами, а он бы оказался принцем далекой загадочной страны. И сразу после своего спасения забрал меня к себе, открыв передо мной мир самой настоящей сказки!

Пожалуй, за все время турнира мне никогда еще не было так больно слышать похвалу блюда противника. Ведь если бы не рецепт, который Ульрих украл у меня, сейчас у него не было бы таких восхищенных отзывов.

Я больше чем уверена, что в этом мире есть какое-нибудь похожее блюдо, но мое сыграло на контрасте. Попробовав то, чего они до этого никогда в жизни не ели, кебаб Ульриха тут же заиграл новыми красками. А что было бы, если бы он не использовал в качестве основы морковку по-корейски? Смог бы Ульрих получить такую же похвалу от судей?

Все это время за мной внимательно наблюдал Витольд. И когда свое мнение высказали девушки, он тоже взял слово. Но первым делом он не объявил о своих ощущениях, а обратился ко мне.

– Я не имею никакого понятия кто у кого украл рецепт, но я скажу так. Нет никаких законов или правил, которые запрещали бы это делать, кроме морально-этических. Я не говорю, что воровство блюд – это нечто само собой разумеющееся и этим надо пользоваться. Вовсе нет. Однако, только используя разные рецепты, постоянно комбинируя, улучшая и адаптируя их можно развивать кулинарное искусство и переделывать блюда, которые в одной стране считаются низкосортными, в самые настоящие шедевры.

Витольд на миг замолчал, кинув на Ульриха короткий взгляд, в котором читалось неприятие, после чего продолжил.

– Безусловно, будет правильно, если повар, который впервые явил миру что-то новое, будет как-либо увековечен. Но при этом, я считаю, что настоящего кулинара отличает прежде всего не умение создавать новые блюда. Гораздо важнее приспосабливаться к любым изменениям и суметь на основе одного рецепта создать бесчисленное множество, каждый из которых угодит своему посетителю. Вот это – настоящий талант!

Я выдохнула и благодарно улыбнулась Витольду. Его слова смогли привести меня в чувство.

Хоть я не была безоговорочно согласна со всем, что он сказал, но я поняла какую мысль он хотел до меня донести. Болеее того, это я отлично знала и сама, но из-за постоянных выходок Ульриха потеряла над собой контроль.

Увы, но это действительно так. Даже авторские рецепты быстро уходят в народ и претерпевают изменения. Каким-то так и не удается переплюнуть оригинал, а какие-то наоборот делают изначальное блюдо намного более известным.

Взять тот же кебаб, о котором я упоминала – уж сколько его вариантов готовят в мире, рехнуться можно. Есть даже рецепты с рыбой и карамелизированным мясом, а кто-то вместо мяса вообще использует горох.

И пусть слова Витольда никак не поменяли моего отношения к Ульриху, теперь я снова спокойна. Потому что вспомнила о том, ради чего я готовлю. Не только ради победы. Но и для того, чтобы подарить посетителям, которые отведали моего блюда, незабываемых ощущений и сил двигаться дальше. Даже если до этого им казалось, что они полностью истощены.

– По глазам вижу, что вы правильно поняли мои слова, – неожиданно мягко улыбнулся Витольд.

От такого поворота событий не только я, но и сидящие рядом с ним девушки ошарашенно вытаращились. Подумать только – Витольд умеет улыбаться… да еще и так приятно.

– Тогда, и мне пришло время сказать кое что по поводу блюда господина Вебера. Даже если рецепт морковки по-корейски действительно был украден, конкурсант в полной мере продемонстрировал свои кулинарные навыки, оценив ситуацию и решив использовать ее в качестве основы для своего блюда. Что толку использовать чей-то рецепт, если на выходе не будет никакой гармонии? Господин Вебер очень аккуратно обошелся со всеми вкусами, в результате чего ни один ингредиент не выбивается на фоне остальных. И с точки зрения умений создавать вкусную пищу, которое мы сейчас и оцениваем, он смог заметно выделиться на фоне очень многих участников.

– Так! А что же наши дорогие судьи скажут насчет блюда второй участницы? – подал голос Кристоф, который все это время лишь страдальчески глотал слюни на наши блюда.

– Прежде чем пробовать его, думаю, что выражу общее впечатление, что это блюдо выглядит даже оригинальнее, чем то, в котором гарнир запекался внутри мяса, – первой взяла слово Эрина, – И я буду очень разочарована, если его вкус проиграет внешнему виду.

Глава 41

– Думаю, все кто его увидел, впечатлены тем, как он выглдяит! – тут же присоединилась к обсуждению моего блюда Эмбер, а восторженно зашумевшие трибуны красноречивей всего дали понять, что это действительно так.

На этот раз уже я кинула горделивый взгляд в сторону Ульриха, который мрачно следил за тем, как судьи рассматривают блюдо со всех сторон. От меня не утаилось, что у него даже глаз задергался!

Неужели, он настолько ненавидит меня и все, что я делаю?

– Хоть я всегда оцениваю прежде всего вкус, а не внешний вид, – вступил в разговор Витольд, – но даже я вынужден признать, что подобная подача блюда выглядит на редкость изобретательно. Запечь нежный фарш в духовке в виде рулета, а затем придать ему внешний вид цельного куска мяса, да еще и для усиления эффекта поданного на самой настоящей кости, – с этими словами он постучал вилкой по запеченной косточке, торчащей сбоку из рулета, – это заставляет обратить на себя внимание. Единственное, позвольте узнать, как вы добились настолько мастерской имитации цельного куска мяса? Если бы мы не следили за вашими приготовлениями и не знали, что вы используете фарш, мы бы ни за что не догадались об этом!

– О, на самом деле, очень просто, – отмахнулась я, внутренне чувствуя ликование от очередной похвалы Витольда, – структуру мяса я передала, нанеся ножом узоры, напоминающие волокна. При запекании они стали более заметными, пусть и недостаточно похожими. Чтобы скрасить этот недостаток, я покрыла рулет соусом из меда, горчицы и небольшого количества томатной пасты, которая была больше нужна для розового цвета. Когда этот соус запекся, он сгладил неровности узоров и дал корочку, практически не отличимую от корочки запеченного мяса.

– Поразительно! – цыкнули в один голос судьи, а Ульрих сбоку прошипел сквозь зубы что-то неразборчивое.

Но, судя по интонации, явно не что-то восторженное.

– Ну ладно, а теперь отведаем блюдо! – взял в руки нож и вилку Витольд.

Некоторое время со стороны судей раздавалось лишь сосредоточенное пыхтение и звяканье столовых приборов друг об друга и об тарелку. Вокруг нас повисла такая гнетущая тишина, что мне на миг стало дурно.

А ну как я все-таки напортачила? И судьи сейчас не скажут о моем блюде ничего хорошего? Вдруг они о нем вообще ничего не скажут?

Отставят тарелки в стороны и отрешенно поблагодарят за еду.

“Так, держи себя в руках!” – мысленно приказала себе я.

Но отвлечься у меня получилось, только когда тишину первой нарушила Эрина.

– Признаюсь, я опасалась, что внешний вид этого блюда удивит меня сильнее, чем его вкус. Но, похоже, я ошибалась. Это действительно роскошное блюдо, которое отлично сочетает в себе все виды мяса. Еще когда я наблюдала за готовкой, я отметила про себя, что наша дорогая конкурсантка не смешивала все виды фарша в одну кучу, а создавала рулет послойно. Так, самый нижний слой приготовлен из фарша мяса грибыка, посередине – прослойка из кревекряка, а снаружи – слой кабубра. И это, пожалуй, самое эффективное решение, к которому только можно прийти!

Эрина отрезала еще кусочек, но не для того, чтобы попробовать, а чтобы более пристально его рассмотреть.

– Запечатанное мясо грибыка дало насыщенный вкус и сильный аромат грибов, но он не смог пробиться сквозь слой кревекряка, целью которого было не дать этому аромату получить преимущество перед остальными ингредиентами. Не говоря о том, что фарш из мяса кревекряка сделал структуру этого блюда более легкой и нежной. А благодаря умело подобранным специям и нежной сметанно-сырной прослойке, вкус кревекряка не теряется, а, наоборот, играет новыми красками. Тогда как слой кабубра благодаря соусу и долгому запеканию, стал не только нежным, но и приобрел боле мягкий вкус. Благодаря тому, что улетучилась звериная неистовость, этот слой стал самым неожиданным по своему аромату.

Эрина откинулась на стуле и прикрыла глаза.

– Больше всего это блюдо мне напомнило три ряда высоких неприступных стен, за которыми скрывается что-то невообразимое. Кулинарный секрет, за обладание которым все повара мира готовы в одночасье сорваться со своих мест на покорение этой неприступной твердыни. Но только проламывая одну стену за другой, чтобы добраться до сокровища, которое спрятано в конце, на тебя опускается озарение. Что это приключение уже само по себе высшая награда. И не важно обретешь ли ты в конце пути этот кулинарный секрет или нет, но вернувшись, ты уже никогда не будешь прежним. И никто из тех приключенцев, которые преодолели хотя бы одну стену, никогда не будут прежними…

– Не думаю, что начинка этого блюда может стать таким уж величайшим сокровищем, – фыркнула Эмбер, – Но не могу не признать, мелко измельченная зелень с маслом действительно сделала это блюдо более освежающим и приятным. Что для еды из мяса, которое и так весьма тяжелое для организма, – неоспоримое преимущество.

Я хитро улыбнулась.

В качестве начинки я использовала еще один ингредиент из моего мира – густой соус песто. Замешанная на масле измельченная зелень, специи и сыр с орешками. Естественно, пришлось немного поменять рецепт в угоду местным продуктам, но получилось довольно похоже.

Я вообще люблю использовать этот соус для готовки – уж сколько рецептов можно приготовить с его помощью, не сосчитать. И каждое всегда выходит ярким и незабываемым.

– Однако! – вдруг цыкнула Эмбер, – Кроме четко выверенной гармонии вкусов, это блюдо не может выделиться чем-то особенным на фоне блюда господина Вебера. Такое ощущение, будто в нем чего-то не хватает. Какого-то финального штриха, который вывел бы это блюдо на новый уровень. Это все равно что подарить торт, у которого срезана верхушка – самая вкусная и волшебная часть.

– Увы, но это действительно так, – поддакнул Эмбер Витольд, – Это блюдо уникально своим четко выверенным сочетанием, но спросите меня через пару часов что я запомнил и я вспомню лишь его внешний вид. А это не то, чем должна хвастаться еда. В конце концов, еда может выглядеть красиво и необычно. Более того, если так и будет, то это только подарит ей преимуществ. Но первичен все-таки яркий вкус. Которого, к сожалению, я здесь не нахожу. Извините.

Блюдо, которое приготовила Тиана. Рулет на кости из трех видов мяса, с начинкой из песто и прослойкой из сметанно-сырного соуса.