Текст книги "Таверна с новыми проблемами для попаданки (СИ)"

Автор книги: Мария Минц

Соавторы: Злата Уютная
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 21 страниц)

Глава 35

Эрина выдержала паузу, которая, как мне показалось, длилась целую вечность. И только после этого, набрав в грудь побольше воздуха, объявила.

– Мне очень понравилось блюдо Бруно Абаккио! Он по праву носит свой титул Повелителя Пасты. Создать такое блюдо, которое на первый взгляд не может похвастаться ничем особенным, но после первой же пробы остается навсегда в твоем сердце – это подвластно далеко не каждому…

Неужели я просчиталась?!

Во рту у меня моментально пересохло, а меня саму повело в сторону. На секунду мне показалось, что внутри у меня разверзлась бездна.

– Однако! – повысила голос Эрина, привлекая к себе внимание зрителей, по рядам которых прошелся разноголосый шепот, – Это не идет ни в какое сравнение с блюдом второй конкурсантки! Которая смогла продемонстрировать не только свою находчивость, но и мастерство владения ароматами! Всего одна ошибка, всего одна мимолетная оплошность – и вкус кабубра разрушил бы всю четко выстроенную гармонию! Чтобы справиться с такой задачей, нужно иметь за спиной недюжинный опыт! Так что вторая конкурсантка запросто могла бы закрепить за собой звание Укротительницы Диких Ароматов!

– Итак, какое ваше итоговое слово? – вклинился в ее монолог Кристоф.

Улыбнувшись, Эрина повернулась ко мне и произнесла:

– Отдаю свой голос второму блюду!

Со всех сторон тут же донесся ошарашенный гул, слабо разбавленный радостными возгласами, а меня саму захлестнула эйфория.

Неужели… я смогла! Я сделала это!

Руки тряслись, перед глазами все плыло, но на душе было так радостно, так волшебно!

Потому что я уделала Ульриха! Который испугался выступить против меня и, вместо этого, оба раза пытался победить, используя грязные приемчики! И даже так у него ничего не получилось!

– Это был действительно интересный поединок, – донесся до меня голос Абаккио.

Я заторможено перевела на него взгляд.

Мой соперник улыбался. Причем, искренне. От его улыбки веяло теплом, так что даже странно было видеть такого человека в команде Ульриха. Неужели тот и его как-то шантажировал, чтобы он согласился выступить против нас?

– Спасибо, – благодарно выдохнула я, – Как минимум, он был очень напряженный.

– Это правда, – усмехнулся Абаккио, – Поэтому поздравляю вас с победой. Думаю, вас и вашу таверну ждет большое будущее. И я надеюсь, что когда я буду в следующий раз проездом в столице, вы позволите мне презентовать у вас свое новое блюдо.

Восторг сменился удивлением. Чего-чего, а слышать подобное от повара, которого безоговорочно признают не только судьи, но и практически весь зрительский зал, было невероятно удивительно.

– Я буду ждать этого момента с нетерпением, – совершенно искренне отозвалась я.

На что Бруно лишь коротко кивнул и пошел в сторону выхода, подняв руку в прощальном жесте.

– А теперь, я прошу освободить место для финального поединка! – попросил Кристоф, отчего я растерянно заозиралась.

Точно! Совсем забыла, что сейчас вместо меня должна выйти Лира!

Я поспешно направилась в сторону занавеса, из-за которого уже показалась моя подруга. Лицо у нее было невероятно сосредоточенным, а глаза искрились ледяной уверенностью.

Проходя мимо меня, она кивнула и с легкой улыбкой сказала:

– Я не подведу тебя, Тиана. Потому что я придумала блюдо, которое я приготовлю на десерт. Это будет вершина моего кондитерского искусства!

– Я верю в тебя, Лира! – ответила я ей, – Покажи им всем!

Только оказавшись за кулисами, в компании обступивших меня Розы, Каролины и Себастьяна, которых я будто бы целую вечность не видела, я поняла насколько вымоталась.

И это удивительно! Я целый день с утра до вечера работала в таверне, готовя блюд на десятки ртов. Но сейчас я чувствовала себя практически опустошенной.

Роза и Каролина радостно поздравляли меня с двумя победами подряд и даже Себастьян сдержанно подбадривал, а я все еще будто была на сцене. Руки ходили ходуном, в груди бешено колотилось сердце и аже воздуха будто бы не хватало.

Фух!

Остался последний рывок. Последний раунд и мы, наконец, с чистой совестью поедем домой. С целой грудой морозильных камней и половиной списанного долга.

Но перед тем, как это случится, я должна была сделать еще кое-что.

Я надеялась с глазу на глаз поговорить с Ульрихом на сцене, во время одного из раундов. Но из-за того, что он выставил вместо себя помощников, я так и не смогла привести в действие свой план, который должен был снять с меня все подозрения Себастьяна.

А, значит, надо было срочно найти этого негодяя.

Вот только, сколько бы я ни носилась за кулисами, сколько бы не искала куда делся Ульрих, никак не могла его найти. Вдобавок, еще и Роза на ухо рассказала мне, что пока я была на сцене, сюда приходил Сома. Который притащил доказательства того, что Ульрих собирался поджечь таверну.

Эта новость была, наверно, самой внезапной и шокирующей после той, что скрывалось в подброшенном мне мешочке.

По крайней мере, теперь мне стало понятно чем занимался Ульрих, пока я готовила на сцене.

Подсылал к нашей таверне бандюганов!

И наше счастье, что мозги у этих бандитов казались с грецкий орех. Причем, один орех на двоих. Иначе, мы действительно рисковали остаться без таверны…

– У вас остается все меньше времени, – с тяжелым вздохом отозвался Себастьян, будто почувствовав то, о чем я думаю, – Вы уверены, что сможете найти свидетеля к концу поединка?

– Уверена, – кивнула я, хоть у меня в груди все ходило ходуном.

С другой стороны, разве я могла ответить иначе?

Либо я выбью из Ульриха это признание, либо меня отправят в казематы инквизиции. Другого просто не дано.

Не говоря уже о том, что я не смогу себя простить, если не вытащу из грязных лап Ульриха бедную Каролину!

После того, как Лира победит в последнем раунде, этот мерзавец обязан будет показаться. И уж тогда мы всё решим. Если того будут требовать обстоятельства, я буду готова пойти даже на самый отчаянный поступок.

Однако, мои мысли внезапно оказались встревожены взбудораженным криком Кристофа:

– Ничего себе! Вот это поворот! И как, дорогие члены жюри, мы будем выходить из этой непростой ситуации?!

Я тут же кинулась к занавесу, возле которого стояли девушки.

– Что там случилось? – встревоженно спросила я.

Не сговариваясь, Каролина и Роза повернулась ко мне. Их лица были белее мела, а глаза были даже больше и круглее, чем у Сомы.

– Там… там… – Роза пыталась что-то мне сказать, что ее губы тряслись, а голос ходило ходуном.

Глава 36

– Там… там… – Роза пыталась что-то мне сказать, что ее губы тряслись, а голос ходило ходуном.

Видя, что творится с сестрой, Каролина с тяжелым вздохом выпалила все сама:

– Лира проиграла…

Ее слова камнями упали на сердце, увлекая то к самым ногам. Лично для меня победа Лиры казалась чем-то неизбежным и бесспорным. У нее определенно был талант. Причем такой, который расцветал с каждым новым приготовленным ей блюдом. И помогало ей в этом невероятное трудолюбие, отдача и отточенная интуиция.

Даже без моих советов Лира прогрессировала с впечатляющей скоростью. А уж когда она получала от меня обратную связь, напутствия или просто идеи как улучшить то или иное блюдо, после этого она неизменно готовила шедевр.

Поэтому, даже зная, что ее соперником окажется профессиональный кондитер, я ни на секунду в ней не сомневалась.

И вот… оказывается, что она проиграла...

Когда Сома ввел меня в курс дела и рассказал, какую именно сумму задолжала Тиана и ее отец Барану, я не была настолько ошарашена и опустошена.

– А что она приготовила? – упавшим голосом поинтересовалась я.

– Пирог с основой из песочного теста, нежным творожно-молочным кремом с белыми грибами и соусом из белого шоколада и корицы, – грустно отозвалась Роза, – Даже говоря о нем я чувствую как у меня живот урчит от предвкушения. Настолько сильно я хочу попробовать такое блюдо!

Вот именно об этом я и говорила!

Лира сама дошла до того, до чего многие повара двигались годами. Создать с нуля такой десерт – это надо суметь!

А о том, что Лире не был известен рецепт чизкейка, я уверена. По крайней мере, я ей о нем еще ничего не рассказывала. Не говоря уже о том, что чизкейк с грибами считается не самым простым блюдом. В обычных кафе его не подадут – он требует от повара понимания его работы и полной отдачи. Ведь главное в этом блюде – создать гармонию вкусов.

Потому что если грибы перебьют нежно-молочную основу чизкейка, будет полное ощущение, что перед тобой не десерт, а гарнир. Ведь их яркий вкус слишком узнаваем и создает во рту бурю ощущений. Впрочем, длиться долго он тоже не должен – в идеале, нужно добиться такого, чтобы их вкус плавно перетек, будто бы растворился, в сладковато-насыщенном сливочном аромате. И лишь долгое послевкусие должно напоминать о том, насколько необычный десерт ты ешь.

Но, если даже такой десерт проиграл, то что тогда приготовил соперник?

– Какое блюдо было у противника? – тут же озвучила я свои мысли.

– Какое-то странное… – неуверенно отозвалась Роза, – Шоколадно-ореховый мусс с мясом кревекряка, экстрактом грибыка и соком лесных ягод с добавлением цитрусов. Если честно, я даже не подозреваю как может сочетаться шоколад и кабубр…

– На самом деле, очень даже хорошо, – отрешенно сказала я, – Особенно, если взять горький шоколад, который отлично справляется с объединением сложных вкусов. Так что его природная терпкость отлично будет гармонировать с сильным ароматом кабубра, не давая тому подавить все остальные вкусы. Вдобавок, его будет замечательно оттенять цитрусы и ягоды. На самом деле, очень хороший выбор…

Не говоря уже о том, что кулинар противника решился замешать в мусс мясо кревекряка. В нашем мире тоже хватает рецептов десертов, в которых используется нежное куриное мясо с грудки. Благодаря своей нежной текстуре и мягкому вкусу, оно замечательно сочетается с молочными десертами. Теми же пудингами и муссами. Взять хотя бы рецепты турецких пудингов с куриным мясом, которые пришли к нам еще из времен Османской империи.

Но неужели десерт Лиры вообще ничего не смог противопоставить этому сложному блюду? В конце концов, у блюда противников точно такая же слабая сторона, как и у моего кабубра – очень сильный вкус. Что для десерта уже гораздо более опасно. Так что блюдо Лиры как раз за счет своей легкости и нежности должно было выделиться…

Вашу Машу!

Я даже глаза зажмурила от внезапного осознания.

Ведь дело далеко не в одном вкусе!

По правилам поединка, десерт должен создавать так называемую преемственность блюд – начиная от закуски и заканчивая основным. Только вот, если смотреть под этим углом, у десерта, которое приготовила Лира, преемственность сохраняется разве что со вторым блюдом из грибыка и очень слабая связь, благодаря древесным ноткам корицы, – с блюдом из кабубра.

Тогда как у соперников блюдо получилось куда более сбалансированным. Даже если учесть, что мясо кревекряка скорее всего хорошо выварили, чтобы избавиться от легкого рыбного аромата, преемственность с закуской неоспорима. Далее шел экстракт грибыка, который наверняка выварили из бульона и замешали в темный шоколад, чтобы создать определенное послевкусие. Ну и в завершение – лесные ягоды с цитрусовым ароматом. Отличное сочетание с мясом кабубра, что сегодня продемонстрировал Бруно Абаккио. Кажется, для своего блюда он как раз такое вино и выбрал.

Так что, если оценивать с точки зрения преемственности, тут видна безоговорочная победа наших соперников.

С этим даже спорить бессмысленно.

Бедная… бедная Лира.

Я покачала головой и снова открыла глаза.

– И что теперь?

– А теперь, они решают, что делать, – пожала плечами Каролина, – Счет два-два, так что сейчас обсуждаются любые варианты.

Я приподнялась на цыпочках, чтобы выглянуть из-за плеча Каролины и посмотреть что творится на сцене.

А там бордовый от напряжения Кристоф вовсю спорил с судьями.

– Но ведь можно устроить зрительское голосование! – поднял он голос.

– Нельзя! – холодно отозвался Витольд, – Вы знаете, чем отличаются обычные зрители от судей? Тем, что как бы тяжело не было, но судьи оценивают блюда беспристрастно, не обращая внимания на то, что за человек его приготовил и как оно выглядит. Вы можете дать гарантию, что зрители выберут победителя объективно?

Зрители зашлись неодобрительным гулом, а бордовое лицо Кристофа приобрело темно-свекольный оттенок.

– Тогда предложите хоть один вариант сами! – не выдержал наш учредитель.

И в этот самый момент у меня в голове созрел план.

Д аэто же лучший шанс, чтобы покончить со всеми нашими проблемами! В том числе и с выходками Ульриха!

А потому, прежде чем Витольд или кто-то из девушек-судей что-либо ответили Кристофу, я кинулась на сцену.

– Тиана, ты куда! – вскрикнула за моей спиной Каролина, тщетно попытавшись схватить меня за руку.

Но я неукротимо неслась к судьям.

– У меня… – выдохнула я, – У меня есть идея!

Когда я остановилась возле судейского столика, на мены вытаращились все. Зрительский зал, сами судьи, Кристоф и Лира, которая до этого момента стояла уронив голову в пол, с ее противником – низеньким мужчиной с тонкими усиками.

– И какая же у вас идея? – все так же отрешенно вскинул бровь Витольд.

– Позвольте провести нам финальный поединок. Однако, пусть со мной сразится сам владелец “Королевского блюдопада”, господин Ульрих Вебер!

Судьи впечатленно переглянулись, а Кристоф даже растерянно крякнул.

– Если сам господин Вебер согласится на это, то я не вижу никаких причин отвергать это предложение, – наконец отозвался Витольд.

– Да, мы тоже так считаем, – синхронно кивнули Эрина и Эмбер.

– Фу-у-ух, – с явным облегчением выдохнул Кристоф, – Ну наконец-то мы пришли хоть к какому-то решению. Впрочем, для начала мы еще должны будем узнать мнение самого господина Вебера.

После этих слов в зале повисла просто гробовая тишина. Все, включая меня, напряженно вглядывались за кулисы команды Ульриха, ожидая с той стороны хоть какого-то движения.

Мне показалось, что секунды превратились в вечность, прежде чем занавес дрогнул и в центр зала вышел сам Ульрих.

Он кинул полный обжигающей ненависти взгляд на меня и отозвался:

– При всем уважении, господа судьи, я не против еще одного раунда. Однако, я не вижу причин выступать в нем. Мое время стоит гораздо больше, чтобы я так беспечно растрачивал его. Особенно на поединок с той, кто учился готовить по кулинарной книге, написанной недоучкой, который даже не смог закончить столичную академию.

Вот ведь гад! Опять за свое! Причем, на этот раз даже не стесняется унижать меня при полном зале народу!

Я хотела было ответить, но в этот момент, меня совершенно неожиданно перебила Эрина.

– Как один из деканов упомянутой вами, господин Вебер, столичной кулинарной академии, я хочу вам сказать, что ваши речи позорят академию во много раз больше тех студентов, которые не смогли из нее выпуститься! У каждого из них своя жизни и свои причины прервать обучение, это не только недостаточный уровень знаний, но и другие обстоятельсва! Поэтому я призываю вас больше не оскверня…

– Хватит, госпожа Бауэр, – метнул в Эмбер тяжелый взгляд Витольд, от которого девушка моментально замолчала.

– Прошу прощения, я тоже позволила себе лишнего, – выдохнула она.

– При всем при этом, я не могу не согласиться со словами госпожи Бауэр. Унижать кого бы то ни было из-за недостатка знаний или умений, это недостойное повара поведение. Тем более здесь, на поле битвы, где каждая сторона сражается не языками, а уникальным сочетанием ингредиентов, что предстают перед нами в невообразимых видах и формах. Так что, если вы хотите что-то сказать вашему противнику, сделайте это на языке блюда.

По лицу Ульриха пробежала такая брезгливость и раздражение, будто его только что окунули в зловонную лужу. Похоже, не привык, когда его кто-то осаживает. Тем более, люди такого уровня как Витольд и Эрина.

Ну, ничего, для него это будет более чем полезно. Хоть я и не думаю, что это поможет ему умерить свой гонор.

– Как я и сказал, у меня нет никакого желания сражаться лично! – раздраженно бросил он, – Я выставлю против нее своего помощника!

С этими словами Ульрих развернулся, чтобы снова исчезнуть за кулисами. А я, поняв, что еще немного и мой единственный шанс уплывет со сцены, крикнула ему в спину:

– А что, если мы повысим ставки?

Ульрих замер на месте. Медленно повернулся, смерив меня подозрительно-задумчивым взглядом.

– Интересно, и что вы готовы поставить на кон еще?

Глава 37

– Себя! – твердо заявила я.

А, поняв насколько двусмысленно это звучит, смутилась, почувствовав, как к лицу прилила кровь и тут же поспешила объясниться:

– Если я проиграю, я не только закрываю свою таверну, но и буду бесплатно работать у вас на любой должности. Хоть обычным поваром, хоть уборщицей.

Хоть одна мысль о том, чтобы мыть посуду и отмывать полы в “Королевском блюдопаде” Ульриха вгоняла меня в отчаяние, я понимала, что ничего другого попросту не могу ему предложить.

Ничего такого, на что Ульрих согласился бы.

А сейчас, стоило ему услышать мое предложение, как его лицо растянулось в гадкой ухмылке. Мне даже показалось, что я почувствовала то, о чем он с таким наслаждением думал. Небось, как будет постоянно унижать меня и припоминать мой проигрыш!

Пусть придумывает себе все что угодно, лишь бы согласился на мое условие.

Потому что проигрывать ему я не собираюсь!

– Интересное предложение, – наконец, смерил он меня презрительным взглядом, не стирая с лица мерзкую ухмылку, – но что вы хотите взамен?

– Сущую малость, – ответила я, – Если победа достанется мне, вы спишете с Каролины, вашей официантки, все долги и отпустите ее на свободу.

– Звучит так, будто я кого-то удерживаю против воли, – вскинул голову Ульрих, а в его глазах мелькнуло недовольство.

– Потому что именно так и есть, – холодно ответила я, не отводя от него взгляда.

– Вообще, я мог бы привлечь вас к ответственности за клевету. Особенно в присутствии такого количества свидетелей. Потому, что все мои работники делают свой выбор осознанно. У Каролины действительно большие долги из-за того, что ее сестра была слишком неуклюжей и непрофессиональной. Побила мне горы посуды и испортила горы еды!

На этом месте мне отчаянно захотелось окунуть его с головой в тот самый острый суп, который приготовил один из его поваров. Потому что так нагло лгать, в присутствии огромного количества зрителей и уважаемых судей, это надо не иметь никакой совести вообще!

У меня до сих пор перед глазами стояло расстроенное лицо Каролины, когда она рассказывала о том, как Ульрих вешал на Розу побитую им же самим посуду…

– А я благотворительностью не занимаюсь, – скрестив руки на груди, продолжил Ульрих, – Кто-то должен возместить мне весь этот ущерб, иначе ресторация погрязнет в долгах и остальные работники останутся без работы. Но даже так я не держу ее. Если она хочет уйти, она вольна сделать это хоть сейчас. Но все долги придется оплатить. А если у нее не будет денег…

Ульрих развел руки в стороны и хищно оскалился.

– …тогда либо я заберу все ценное, что у нее есть, либо она отправится в тюрьму.

Я изо всех сил сдерживалась, чтобы не ответить ему чересчур резко и не подставиться под удар самой. Теперь до меня в полной мере дошло предостережение Себастьяна о нем, когда тот рассказывал, как посмевшие перейти дорогу Ульриху конкуренты внезапно закрывались.

Мало того, что он пользуется запрещенными методами, так у него еще и язык подвешен так, что любую ситуацию он может повернуть в свою сторону!

– Это не ответ на мой вопрос, господин Вебер, – настолько отрешенно, насколько это только возможно, отозвалась я.

Ульрих снова обжёг меня взглядом, полным презрения и брезгливости.

– Я согласен. Но при одном условии, – он медленно подошёл ко мне практически вплотную и так, чтобы его больше никто кроме меня не слышал, прошипел, как ядовитая гадюка, – ты будешь работать на меня вечно! До конца твоей жалкой никчемной жизни! Как тебе такое предложение?

Если до этого мне хотелось просто окунуть его головой в острый суп, то сейчас у меня возникло желание закинуть его самого в чан с этим супом, накрыть крышкой и как следует его там проварить. Может, тогда из него вышла бы вся эта дикая желчь и двуличие!

Особенно двуличие. То, что он мне предлагает – самое натуральное рабство. И после такого он смеет говорить, что никого не держит насильно?

Внутри меня все полыхало от возмущения и праведного гнева. Ну почему из всех людей в этом городе меня угораздило пересечься с таким отвратительным человеком, как Ульрих Вебер?

Даже тот же Витольд, про которого и Себастьян и Роза рассказывали много чего неприятного и настораживающего, на деле оказался достойным мужчиной. Да, со своей трактовкой кулинарного искусства, но зато честного и объективного.

А Ульрих…. у меня на ум даже эпитеты не приходят, которыми можно его обозвать.

И, тем не менее, так как Каролина – единственная, кто может подтвердить, что тот мешочек действительно принадлежит Ульриху, у меня просто не оставалось другого выбора.

– Хорошо, – твердо кивнула я, – Будь по вашему. Но если победа будет моя, вы прямо здесь объявите о том, что она больше ничего не должна ни вам, ни вашему заведения и может уходить, куда захочет!

– Да пожалуйста, всё, что угодно! – вскинул голову Ульрих, – Можно подумать какая-то недоучка из вшивой таверны сможет победить выпускника королевской академии!

С этими словами, он развернулся и быстрым шагом ушёл со сцены, исчезнув за кулисами.

– Ну вот и отлично! – облегченно выдохнул Кристоф, – Раз мы пришли хоть к какому-то компромиссу, предлагаю нашим дорогим судьям задать последнюю тему предстоящего раунда!

Судьи сразу же склонились над столом, что-то активно обсуждая. Впрочем, это обсуждение долго не продлилось. Всего через пару десятков секунд Витольд выпрямился и объявил:

– Единогласным решением мы выбрали тему. Раз уж десерт за счет сохранения своей преемственности должен стать кульминацией данного поединка, пусть им тогда будет блюдо, которое так же совместит в себе все основные ингредиенты прошлых блюд. А именно, мясо кревекряка, грибыка и кабубра. И так как супы, которые готовятся из разных видов мяса, как и закуски, не редкость, пусть это будет горячее блюдо.

– Вы все слышали это! – воскликнул Кристоф, обращаясь к зрительскому залу, – Блюдо выбрано! Впереди нас ждет неожиданный и умопомрачительный финал самого громкого кулинарного противостояния столицы! Поэтому, пока мы делаем основные приготовления, объявляется антракт! Во время которого зрители смогут бесплатно насладиться нашими закусками в буфете!

Дальше Кристоф уже начал распинаться по поводу спонсоров, которые приготовили эти закуски, спонсоров, которые подготовили это соревнование, а также расписании постановок его театра, которые начнутся с завтрашнего дня.

Поняв, что больше ничего полезного я здесь не услышу, я вернулась обратно за кулисы, где меня уже ждали девушки. Лина, с зареванным лицом, Роза с перепуганным, а Каролина… с бледным и ошарашенным.

– Тиана прости-и-и-и, – тут же кинулась ко мне Лира.

– Тиана, ты уверена, что тебе действительно нужно было соглашаться на это? – робко пискнула Роза.

– Тиана… зачем… я не стою таких жертв… – дрожащим голосом выдала Каролина.

А, учитывая, что они загомонили все разом, я услышала практически неразличимый разноголосый гул.

– Так, успокойтесь! – вскинула я руки, чтобы отрезвить всех, – Давайте по порядку. Лира, я ни в чем тебя не виню. Блюдо, которое ты приготовила – было мало того что восхитительным, так еще и находчивым. Вряд ли я справилась бы лучше.

Лира вытерла уголком платка слезы и робко улыбнулась.

– Теперь, Роза и Каролина, – обернулась я к сестрам, – Да, я знаю, что сильно рискую, но я готова пойти на этот риск. Но взамен я хочу, чтобы ты, Каролина, для меня кое-что сделала.

– Всё, что угодно! – совершенно не раздумывая, с готовностью ответила она, – Проси все что угодно, я готова ради тебя на всё!

– Если я одержу победу… вернее, не так, – поспешно поправилась я, – Когда я одержу победу, ты расскажешь Себастьяну о том, как Ульрих подготоворил тебя подбросить мне этот мешочек.

– Конечно! – тряхнула она головой, а потом бросив полный ненависти взгляд на занавеску напротив, за которой скрывались наши противники, злорадно добавила, – Можешь не сомневаться. Я расскажу ему все про этот злосчастный мешок. И не только про него!