Текст книги "История зимы, что окрасила снег алым"
Автор книги: Марина Лаврук
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 25 страниц)
Сердце Майи успокоилось, она повернулась к няне и поклонилась ей в той же странной манере. Взяв дочь на руки, Майя направилась к дверям, но увидела Акио, который печально смотрел в окно. Сердце молодой мамы не выдержало подобного вида, она протянула ему руку и забрала с собой.
На следующий день императорская семья покинула территорию клана Маруяма. Иошихиро и Акио не хотели расставаться со своим новым другом, но детские слезы коротки, как и память, а потому на следующий день никто из них ничего не вспомнил.
Аи пожелала Исао успехов в обучении, на прощание подарив заколку с изображением ицумадэ.
Самым неожиданным стало долгое прощание Майи и Луны, наполненное объятиями и улыбками. Они не понимали друг друга, но прощались словно давние подруги. С тех пор Луна каждый день писала Майе и получала ответные письма. Каждая такая весточка грела душу, и она с нетерпением ждала следующей встречи. Но жизнь расставила все по местам, и через несколько недель Майя умерла из-за остановки сердца – так сказали лекари.
Сейчас, глядя на улыбавшуюся Миру, которая была так похожа на мать, Луна жалела лишь о том, как мало времени в ее жизни было отведено для Майи. Если бы удалось хотя бы на мгновение вернуться в то время, вновь увидеться и обсудить все на свете, пока комнату озаряет яркий свет улыбки Майи. Хотя бы еще на одно мгновение.
Глава 30
Фигуры на шахматной доске
Настоящее время
Акио распахнул глаза и наконец освободился от беспорядочного сна. Непривычная усталость и дрожь прошли, он быстро моргал, стараясь вернуть четкость зрению. Он увидел рядом Таро, который, обессилев, все же уснул, забыв о необходимости оставаться настороже. Обернувшись, Акио увидел и Рику, которая мирно спала неподалеку от них.
В полной тишине Акио сел и принялся выводить на земле слова, которые застыли в горле. Его посещали абсолютно нелепые мысли, отчего-то сейчас сильнее прежнего захотелось рассказать Таро правду. Он хотел утешить друга от своего настоящего имени, хотел получить утешение в ответ. Он желал вновь стать Акио и обрести свободу от чувств, которые сковали душу в теле. Страх всегда преследует лжецов, не дает спать и медленно разъедает душу. Акио хотел от него избавиться.
– Что ты делаешь? – лениво приоткрыв веки, спросил Таро.
– Размышляю, следует ли тебе знать правду, – спокойно ответил Акио, как вдруг осознал, что это происходит в реальности, и широко распахнул глаза, вздрогнув.
– Правду? Какую правду? – Тон Таро стал мрачным, и это тут же заставило Акио передумать.
– Да так, глупость, не обращай внимания.
– Нет, мы так не договаривались. Вспомни правила, мы обсуждали их еще в Мару. Что за правда? – Таро не отрывал острого взгляда от Акио.
– Какая-то очередная ерунда вскружила голову, с кем не бывает?
– Отвечай.
Акио так и не смог ответить, лишь нелепо улыбнулся, и стыд охватил все его тело. Таро вдруг поднялся и направился к небольшой рощице неподалеку.
Они договаривались не покидать открытую местность поодиночке, но Акио терпеливо ждал, стараясь придумать убедительное оправдание своим словам. По его ощущениям прошло много времени, а здоровяк так и не вернулся. Акио осмотрелся и, оставив на земле маленькую водяную змейку, чтобы она посторожила Рику, направился вслед за другом, чувствуя несравнимую ни с чем болезненную тревогу, которой стало слишком много в его жизни.
Благодаря редко растущим деревьям и полнолунию Акио отлично видел все вокруг, значит, и для Таро не составило труда здесь ориентироваться. Что же заставило его задержаться? Акио подумал о проблемах со здоровьем, хотя было бы удивительно, окажись оно так, ведь теперь, учитывая наследственность, Таро должен во многом превосходить простых людей.
Все больше погружаясь в привычно пустые мысли, Акио простил себя за лишнюю болтливость, но тревожность так и не проходила, ведь даже среди этих нескольких десятков деревьев он пока не увидел Таро.
Кричать в этой местности – крайне опасная затея, но Акио решил рискнуть и уже приготовился ко всевозможным последствиям, как за спиной послышались шаги. Тяжелая ладонь схватила Акио за плечо, силой развернула, и уже через мгновение он столкнулся с блеском глаз, которые в темноте отдавали оттенком малахита.
Акио поднял палец вверх и, игнорируя силу, с которой сейчас была захвачена его рука, нелепо улыбнулся.
– Что насчет этого… – Акио уверенно начал с заготовленных слов, но его голос в тот же момент оборвался, а глаза растерянно распахнулись.
Движения Таро были резкими и, возможно, даже в какой-то мере жестокими. Крепкая ладонь ухватилась за подбородок Акио, с силой сжимая. От неожиданности и испуга Акио прикусил губу и ощутил легкий соленый вкус крови во рту. Изумленный, он постарался отступить, но за его плечо ухватилась вторая ладонь, жестко впиваясь в кожу пальцами.
Таро неотрывно смотрел на него с необычно леденящим взглядом. Акио постарался оттолкнуть здоровяка, но, конечно же, не преуспел.
Лишь рассветное солнце, лениво озарившее землю, заставило Таро отстраниться. Акио старательно придумывал слова, но не выходило ни возмутиться, ни задать вопросы. А все из-за взгляда Таро. Взгляда, наполненного злобой. Таро, которого он знал, никогда так не смотрел.
– Не знаю, что творится в твоей голове и что именно ты скрываешь, но я, пожалуй, тоже скажу тебе правду, – процедил Таро. – Мне до жути ненавистно видеть это лицо.
Акио, оцепеневший от услышанного, старался понять, что происходит. Это не иллюзия, все чувства слишком настоящие. Неужели это реальность? Неужели благородный и добродушный Таро лишь терпит его младшего брата, подогревая в душе того надежду на обретенного друга, пока сам яростно ненавидит его?
– Просто молчи, пока я не вернул тебя брату. Я ставлю под удар свою семью и собственную жизнь не для того, чтобы мелкая шавка утаивала от меня что-то.
– Не смей говорить со старшим таким тоном! – выпалил Акио, среагировав на непривычный тон Таро, и осознал собственную глупость.
– Старшим? – удивленно приподняв бровь, переспросил Таро. Его губы расползались в довольной улыбке. – Ты решил, что если твое положение в клане лучше моего, то можешь обращаться ко мне, как к младшему служащему?
– Правильно понимаешь. – Акио неуверенно кивнул.
– Будь добр, веди себя нормально и не создавай проблем – это все, что от тебя требуется. Я верну тебя старшему брату, и на этом моя роль в твоей жизни закончится. – Он ненадолго замолчал. – Да, Макото?
Ответа не последовало. Акио просто не решился говорить от имени брата.
Таро разочарованно выдохнул и направился обратно, к Рике, оставляя позади Акио, в глазах которого пылал огонь обиды не то за себя, не то за младшего брата.
Акио присоединился к Таро и Рике позже. Девушка с любопытством разглядывала его и точно собиралась чем-то задеть. Акио приготовился потерять последние остатки самоуважения, опустившись до драки с девушкой, но, к его удивлению, Рика промолчала.
Они вернулись в город молча и добрались до нужного дома. Если вчера Акио не придал этому значения, то сегодня его внезапно смутила детская книга, в которой они нашли странную, по его мнению, подсказку. Почему она здесь? Если кто-то все же проникал в эти земли, неужто он умудрился притащить сюда еще и ребенка и брал с собой книгу, чтобы почитать ему перед сном? Ерунда какая-то. Однако времени на размышления не было.
Они спустились к обнаруженному вчера подвалу и нанесли на себя заклинания, которые должны были помочь противостоять иллюзиям. Погрузившись в темноту, они шли, крепко схватив ладони друг друга. Акио вызвался идти первым, ссылаясь на подсказки родителей, и периодически проводил пальцем по ладони изумленной Рики, чтобы убедиться, что она живая.
Наконец они вышли к месту, где уже пробивался едва различимый свет кристаллов, и ориентироваться стало чуть легче. Акио старался не поддаваться тревоге, ведь в своем видении он практически все время убегал, не запоминая дорогу, а потому сейчас не был уверен, в нужном ли направлении они движутся. Они долго бродили по бесконечному коридору туннелей, но картина никак не менялась.
– Скажи честно, ты забыл, куда идти? – шепотом обратилась к нему Рика.
– Ты права. – Акио даже не отрицал собственной глупости. Они стояли напротив двух проходов, и именно эта развязка выглядела незнакомой, словно Акио ее и не видел раньше.
– Давайте тогда разделимся. – Рика шагнула к правому туннелю, и Акио, поддерживая ее идею, направился следом. Неожиданно его схватили за запястье и толкнули в сторону левого прохода.
– Я пойду с Рикой, – вырвав руку, огрызнулся он.
– Нет, ты пойдешь со мной, ведь я несу за тебя ответственность, – невозмутимо произнес Таро. – Эта идея мне не нравится, но, видимо, иначе мы просто умрем в этом туннеле, так ничего и не найдя. – Он вынул мешочек из одежд и, начертив заклинание, отправил маленького огненного жучка Рике.
– Мог бы дать своего дракона, – недовольно выдохнула она и скрылась во мраке.
Акио пошел в левый туннель, стараясь идти на несколько шагов дальше от Таро, прожигавшего его спину взглядом.
«Чего он хочет от меня, чего так уставился?» – недовольно думал Акио, а его руки сжимались в кулаки.
Ослепленный собственными мыслями, он даже не заметил, как по земле под ногами внезапно пошла трещина. Когда он опустил взгляд, то понял, что уже поздно. От неминуемого падения Акио спасла в последний момент ухватившая за шиворот крепкая рука. Стоило вновь ощутить твердую поверхность под ногами, как пол в тот же момент продолжил рушиться.
– Бежим! – Таро толкнул Акио в обратную сторону, откуда они пришли, и побежал следом. Разлом их стремительно догонял.
Как бы быстро Акио ни старался бежать, он отчетливо видел, как впереди расходится точно такая же трещина, устремившаяся им навстречу. Таро вновь дернул его за шиворот, заставив остановиться.
– Мы не успеем!
Неожиданно здоровяк прижался спиной к одной стене туннеля, уперся ногами в другую и подхватил Акио, закинув его на собственные ноги. В следующий миг земля под ними рухнула, обнажив беспроглядную бездну. Акио, скрюченный, обхватывал колени Таро, который ощутимо дрожал. Боясь двинуться, чтобы не причинить Таро еще больше неприятностей, Акио замер, стараясь не дышать, и думал, что делать дальше.
– Ты не мог бы… – голос Таро звучал привычно мягко и вежливо, – как-то поудобнее…
Акио понимал, что он, конечно, может попробовать повторить то же, что сделал Таро, – упереться спиной и ногами в стены, но тощему тельцу Макото придется плохо очень быстро, поэтому он решил попытаться равномерно распределить свой вес по ногам здоровяка и как-то выпрямиться, чтобы ему стало чуть легче.
– Я так долго не продержусь, – честно признался Таро.
– Я могу попробовать прыгнуть вниз. Вдруг там ничего страшного?
– Это мы и так сможем проверить, когда мои силы закончатся.
– Мальчики! – по туннелю пронесся звонкий голос Рики.
– Я думал, хуже быть не может, – тихо возмутился Акио и, неосознанно передвинувшись на теле Таро, словно под ним сейчас была удобная постель, прокричал в ответ: – Ты чего вопишь?
Таро лишь болезненно морщился, пока Акио беспощадно продолжал двигаться на нем, да еще и кричал у самого уха.
– Я здесь что-то сдвинула, и кажется, у вас проблемы, да?
– Так это ты сделала?! – Акио дернулся от злости, вновь сотрясая тело Таро.
– Почему ты такой проблемный? – прошептал тот.
– Это я проблемный? Это она, вообще-то, во всем виновата! – Акио возмущенно обернулся к Таро и даже в тусклом свете кристаллов увидел его красное болезненное лицо. – Тебе так тяжело?
– Мгм. – Таро неловко отвернулся, и лишь движение его кадыка подсказало Акио, что дело совсем плохо.
– Что ты там дернула? Верни все как было! – прокричал он Рике.
– Сейчас.
Внезапно стены туннеля начали сжиматься, и как бы Таро ни старался этому сопротивляться, все его тело оказалось под давлением. Через какой-то жалкий миг Акио уже буквально сидел на Таро, а затем здоровяку все же пришлось опустить ноги и перехватить Акио, чтобы просто не сломаться пополам.
– Что ты творишь?! – завопил Акио, упершись руками в движущуюся стену за спиной Таро.
– Ой!
Раздался странный грохот, и стены остановились. Обливавшиеся по́том Таро и Акио оказались буквально прижаты друг к другу, и от этого ситуация стала жутко неловкой. Наконец злосчастная трещина сошлась, и под ногами появилась твердая поверхность. Стены, к сожалению, обратно не раздвинулись, и Акио пришлось приложить немало усилий, чтобы протиснуться мимо Таро и двинуться в сторону входа в туннель.
Наконец-то выбравшись, он увидел Рику, которая с любопытством передвигала шахматные фигурки по доске, наблюдая за изменениями, происходившими вокруг.
«Откуда посреди этого лабиринта взялась шахматная доска?» – удивился Акио и скептично глянул на Рику.
– Зачем ты трогаешь все подряд? Ты чуть нас не убила!
– Знаешь, какая роль в шахматах у короля? Это главная фигура на доске, самая ценная и самая высокая, но по силе не уступает разве что обычным пешкам. Цель игры – объявить мат королю, поставить его под удар так, чтобы не осталось возможности защитить его.
– Зачем ты рассказываешь мне об этом?
– При всей его слабости никому из игроков нельзя забирать короля, именно эта фигура стоит на шахматной доске вплоть до окончания партии.
– Ну и…
– В таком случае можно подумать, что король – бесполезная фигура, поставь на его место пешку, и никто не заметит разницы, но при этом его цена на доске является наивысшей.
– Ты договорила?
– Я лишь хочу сказать, что в начале партии король никогда не принимает участие в игре, так как, по сути, ничем не отличается от обычной пешки, в то время как королева и другие отчаянно борются за его позицию. Но знаешь, когда в игру вступает сам король? Когда опасности для фигуры больше нет.
– Что ты имеешь в виду?
– Разве ты не хотел, чтобы я замолчала?
– Но ты упрямо продолжала говорить.
– Я имею в виду, что за ценой и силой короля нет никакого фундамента, без пешек, королевы и других он обречен. Но стоит ему понять, что никто не противится его воле, и он сам становится достаточно активным. Разве наш «король» сейчас не действует так же?
– Я, кажется, наконец уловил ход твоих мыслей.
– Смешно сравнивать Иошихиро с фигурой королевы, но все же, подавив восстания и утвердив свою позицию на шахматной доске, наша фигура утратила соперников. Теперь «король» чувствует себя в безопасности и может свободно передвигаться. – Рика без остановки переставляла фигурки. – Он продолжает прощупывать почву и, вероятно, осознает собственную безнаказанность. И выходит, что ладья в виде Нины ему теперь неугодна, да и прочие пешки становятся бесполезными. – Она объявила мат белому королю и на мгновение замерла.
Таро наконец появился из узкого прохода, и, судя по виду, далось ему это очень нелегко. Он нервно прокашлялся, обращая на себя внимание, но Рика неотрывно смотрела на шахматную доску. Она ударила по фигурке короля, та упала на землю и с грохотом покатилась вперед.
– Да что с тобой такое? – возмутился Акио.
Фигурка так и катилась по полу, хотя давно должна была остановиться. Так что все трое, переглянувшись, кинулись за ней. Они миновали несколько узких коридоров и наконец вышли в огромную пещеру, залитую светом кристаллов. Вся обвешанная человеческими куколками, она выглядела в точности как в иллюзии Акио.
– Так ты правду говорил? – удивилась Рика.
– Я предпочту просто не замечать тебя, – устало отмахнулся он, оглядываясь.
– Но что это нам дает? Мы нашли гнездо побольше, но где хоть какая-то зацепка?
– Нам нужно внимательно все осмотреть, – вмешался Таро. – Ничего не трогай! – приказным тоном обратился он к Рике.
Они разошлись в разные стороны и стали осматривать территорию. Холодный и сырой воздух пещеры наполнял легкий запах лечебных трав, который исходил от куколок. Акио обратил внимание на паутину, которая сплетала коконы между собой, и, подняв голову, пытался отследить глазами все пути, по которым перемещалась энергия, пока не обнаружил нечто странное.
– Вон там. – Он указал пальцем на крайний кокон в левом углу. – Все паутины сходятся на нем.
– Отлично. – Рика улыбнулась, но Таро отговорил ее от необдуманных действий.
– Паутина здесь другая, в прошлом гнезде она вытягивала жизненную энергию, а тут она ее отдает. Присмотритесь к пульсации:
– Такого я еще не видела… Да и ладно. – Легкомысленно пожав плечами, Рика кинулась вперед, но Таро вновь дернул ее за плечо.
– Прости, – извинился он за грубость. – Давай я попробую ее снять?
– Без проблем. – Она улыбнулась и уселась на холодную землю.
Акио сел рядом, осторожно осматриваясь по сторонам. Таро ловко взбирался по каменным выступам на стенах, которые ломались под его весом, и наконец добрался до нужной куколки. Выпустив поток огня сквозь пальцы, он собирался порвать паутину, но передумал. Направляя огненное лезвие к плотному белому покрытию кокона, он нервно выдохнул и попытался разрезать его.
Город Мару, это же время
Иошихиро старался сосредоточиться на ежедневной рутине, но его мысли все чаще улетали к трем людям, к каждому из которых он не должен был питать теплых чувств, но упрямо продолжал это делать.
Некогда близкий друг.
Брат, который с детства не скрывал к нему презрения.
И незнакомка, отвергнувшая его.
От них не было вестей уже несколько дней, лишь краткое послание от служащих, которые утверждали, что его брат разгуливал пьяным в опасных местах. От волнения Иошихиро не находил себе места. При взгляде в сторону привычно стоявшего рядом бокала его начинало мутить, так что он предпочитал воздерживаться от вина и вновь старался вникнуть в текст прошения. Он отвлекся на бесцеремонно открывшуюся дверь кабинета.
– Дорогой, император прибыл. – Шизу вежливо поклонилась, опустив взгляд.
– Император? – Бровь Иошихиро удивленно приподнялась. Его никто не уведомлял о приезде Масаши, он даже на миг задумался: а не потерял ли он весть в пьяном забытьи?
– Да, ожидает в гостевом зале.
– Я сейчас подойду.
Заставлять императора ждать – дурной тон, но Иошихиро никогда не старался быть с ним вежливым. Он пытался подавить тревогу и не думать, что могло произойти с этими тремя. Неужели они уже выдали себя? Осушив нежеланный бокал до дна, Иошихиро все же направился в гостевой зал. Масаши ждал его с привычным спокойным лицом и легкой улыбкой.
– Рад тебя видеть.
– Что привело тебя сюда? – Иошихиро сел напротив императора и скрестил руки на груди.
– Как обычно груб, друзья себя так не ведут.
– Ты мне не друг. Что тебе нужно?
– Жаль. Наши отцы были буквально назваными братьями, а ты даже здороваться со мной не желаешь.
– Мне достаточно игры на публику, сейчас ты в моем доме, здесь нет посторонних.
– Ты меня разочаровываешь, но если твой тон станет чуточку вежливей, возможно, я передумаю.
– Передумаешь? – Иошихиро ненавидел эту привычку Масаши. Император говорил фразами, которые просто необходимо было продолжить, и долго ждал, когда кто-то самостоятельно догадается закончить его мысль.
– Если я тебе не друг, то кто? – Перестав улыбаться, Масаши привел себя в более привычный для Иошихиро вид – абсолютно не заинтересованное лицо со стеклянными глазами.
– Неужели ты пришел выяснить, являешься ли важнейшей частью моей жизни? Если так, то я вынужден тебя разочаровать.
– Не верю, ты просто скрываешь истинные чувства.
Кадык Иошихиро нервно дернулся. Все его тело покрывали печати клятвы, заключенной с человеком напротив, и печать на шее ничем не отличалась от ошейника.
– Я пришел сюда, потому что у меня есть для тебя особая работа. – Тон Масаши вновь стал холодным. – Кто та девица, которая заявилась к тебе недавно и благородно приняла в дар кинжал моего дома?
Иошихиро смотрел на императора исподлобья, ни на миг не дрогнув.
– Второсортная девица из публичного дома, танцует и развлекает мужчин в одном из заведений клана Фурукава. К чему такой интерес?
– Что же в ней такого особенного, что ты готов одаривать подарками подобную девицу?
– Тебя теперь интересует, с кем я делю постель?
– Конечно, я переживаю о тебе.
Иошихиро нервно выдохнул – сил разговаривать с этим человеком у него не осталось.
– Как она попала в твой дом?
– Сердобольный младший брат привел. Не знаю, где они познакомились, он все добро с улицы тащит с самого детства.
– А что там делал Окумура?
– Макото таскается с ним, это их личное дело, – холодно отрезал Иошихиро.
– А-а-а. – Масаши довольно всплеснул руками. – Удивительное совпадение, не находишь? – Он рассмеялся.
– Ты закончил? – не разделяя восторга, поинтересовался Иошихиро. Он оставался спокойным, но горячий поток тревоги поднимался до самого горла.
– Нет. Приведи эту девчонку ко мне, я побеседую с ней и уже после приму решение.
– Я не знаю, где она находится.
– Если не приведешь ее через три дня, тогда прикончи всех в публичном доме, где вы встретились впервые. Хозяйка там достаточно авторитетная женщина, думаю, до твоей возлюбленной быстро дойдут слухи.
– Зачем тебе допрашивать какую-то танцовщицу?
– Я ведь сказал, я переживаю за тебя, – переводя разговор в шутку, Масаши улыбнулся и поднялся. И зацепился взглядом за изорванный белый мешочек для денег. – А что это у тебя?
– У тебя и со зрением плохо?
– Неужели дела в клане идут настолько ужасно, что ты не можешь купить себе новый?
– Это не твое дело.
– Так и продолжишь ворчать? Хорошо, увидимся через три дня. Поможешь мне с перемещением?
– С радостью бы отправил тебя в преисподнюю. – Иошихиро поднялся и коснулся плеча правителя.
– Еще успеешь. – Проронив эту фразу, Масаши растворился в воздухе.
Иошихиро не испытывал ничего, кроме злости. Как император узнал о его новой гостье и тем более о кинжале? И почему ради подобного сам заявился во владения Маруяма?
Иошихиро выдохнул и, сложив два пальца, нарисовал послание для Таро. Головная боль усиливалась, а пальцы предательски дрожали, выводя слова. Смахнув заклинание, Иошихиро отправил Таро весточку – благодаря стихии воздуха она доберется за пару коротких мгновений.
Иошихиро быстро покинул гостевой зал, чтобы вернуться в кабинет и погрузиться в злосчастные документы, но звук шагов заставил остановиться.
Все детали картины сошлись воедино.
– Это была ты? – не оборачиваясь, спросил Иошихиро.
– О чем ты говоришь? – привычно тихим голосом отозвалась Шизу.
– Ты рассказала императору о Рике? – Иошихиро все же повернулся, его лицо оставалось бесстрастным, а тон вежливо-холодным.
Шизу ничего не ответила, лишь неотрывно смотрела на мужа, жалобно подняв брови.
– Ни один служащий этого дома не может передать письмо в императорский дом без моего ведома. Но есть один человек, чья писанина меня совершенно не интересует. И это ты.
– Даже если так, я не совершила ничего плохого, – сухо отрезала Шизу. – Неужели вздумал кричать на меня или чего хуже?
– Думаешь, ты стоишь того? – Голос Иошихиро ничуть не изменился. Он не чувствовал ничего, кроме разочарования. Ни злости, ни каких-либо других эмоций.
– Даже если я поставлю под удар человека, который так запал в твою душу, ты не удостоишь меня и долей внимания? – Шизу непривычно натянуто улыбнулась.
– Что же творится в твоей голове, раз ради подобного ты готова запятнать руки кровью?
– Мои руки останутся чистыми, а твои уже давно по локоть в крови, одной жизнью больше, одной меньше – ты должен был уже смириться. – Никаких теплых чувств в голосе Шизухи не было, пелена, окутывавшая ее долгие годы, сошла. Она была холодна как лед и не дрогнула бы даже под угрозой смерти. – У меня осталась надежда, что я прочту в твоих чайных глазах нечто большее, чем жалость. Дай увидеть злость или презрение, хоть что-то…
Иошихиро медленно подошел к Шизу, слегка наклонился к ее уху и прошептал:
– Ты ведь хорошо помнишь моего отца? Слышала когда-нибудь, чтобы он ругался с матушкой или повышал голос? Отец всегда был сдержан и учтив, уверен, что он был таким же и с первой женой. – Иошихиро отстранился от Шизу и положил руку на ее плечо. – Пока в один день публично не отрубил ей голову. – Нежная улыбка исказила его лицо, и от страха Шизуха все же сделала несколько быстрых шагов назад.
Иошихиро развернулся и прошел мимо, но остолбенел от следующей фразы Шизу:
– Так переживаешь, словно тебе впервой вести любимого человека на казнь. Или к предательствам сложно привыкнуть?
