Текст книги "История зимы, что окрасила снег алым"
Автор книги: Марина Лаврук
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 25 страниц)
Глава 19
Госпожа в чужом доме
День помолвки Акио и Миры
Мира проснулась глубокой ночью с ощущением полной потери. Сначала она испугалась, открыв глаза в кромешной тьме, соскочила с кровати, ударилась о столик, стоявший рядом, и рухнула на пол. Поднялась и, ища хотя бы малейший источник света, нащупала шторы, распахнув их.
– Красиво здесь, – сказала она сама себе и отвернулась от окна. – А-а-а! – испугавшись тени позади, закричала Мира. Но быстро успокоилась, ведь той лохматой и сгорбившейся фигурой была она сама.
Мира быстро вышла в коридор и спустилась по лестнице, никого из слуг не было видно. Куда стучать и кого звать? Дождаться утра и выйти в подобном виде? В не стиранном несколько дней и мятом одеянии? Мира слишком любила себя, чтобы позволить это.
Она поднялась на второй этаж и какое-то время смотрела на две двери напротив друг друга.
– Возможно, нужно было слушать, что они говорят, – прошептала Мира, нагло постучав в одну из дверей, но никто не открыл. Постучала более настойчиво – тишина.
Мира недовольно развернулась и собиралась уже уходить, как дверь распахнулась и перед ней появился юноша с распущенными взлохмаченными волосами. Его глаза были слегка прикрыты, словно он продолжал спать, а судя по неаккуратно накинутому халату, собирался он, не глядя.
– Что-то случилось? – едва сдержав зевоту, сказал он.
– Я хотела узнать, как я могу принять ванну?
– Ну, думаю, сейчас все слуги спят, так что ванну готовить некому.
– Так разбуди их! – недовольно потребовала Мира.
Он приподнял бровь, но не стал перечить.
– В нашем горячем источнике есть купальня для девушек, подойдет?
– Да, куда нужно идти?
Юноша принялся объяснять, указывая руками то влево, то вправо и меняя очередность сторон. Мира потеряла нить разговора уже после первой фразы.
Она стояла и презрительно смотрела на него.
– Да, спасибо, я все поняла, ты очень мне помог, я пойду, – отчеканила она каждое слово и собралась уходить.
– Постой, я провожу тебя, а то еще потеряешься. Да и одежду тебе нужно передать.
– Стоило сразу так сделать. – Мира говорила без тени скромности.
Они зашли в комнату на первом этаже, где юноша выбрал одно из готовых одеяний клана, пока госпоже не пошили одежды. Выйдя на улицу, они направились к источнику.
Мира все это время неотрывно смотрела на него изучающим взглядом.
Недовольно закатив глаза, тот вздохнул.
– Что-то не так?
– Все хорошо, можешь смотреть сколько влезет. Я привык, что близнецы у нас считаются дикостью. – Он остановился и внимательно посмотрел на Миру. – Я – старший, Акио ты бы ни за что не разбудила простым стуком в дверь.
– Вот как. – Мира неловко улыбнулась. Ей действительно стало немного не по себе, но она не видела в братьях абсолютно никакой разницы. Все – от роста до голоса – в них было одинаковым, поэтому она и пыталась рассмотреть как можно внимательнее.
Не в силах выдержать неловкую паузу, Мира выхватила одеяние и мыльные принадлежности из рук Иошихиро.
– Спасибо, дальше я сама.
– Жаль, я уже решил составить компанию, – абсолютно равнодушным тоном сказал Иошихиро и сел на стоявший у входа камень.
Мира, привыкшая, что ей никогда не отвечали в той же манере, в какой общалась она, смущенно покраснела и быстро зашагала к источникам.
– Я подожду тебя здесь, давай только недолго, пожалуйста. Задержишься, и мне придется проверить, не утонула ли ты. – Иошихиро ехидно улыбнулся и вальяжно разлегся на камне, закинув руки за голову.
Горячие источники оказались настоящим спасением. Погружаясь в воду, Мира чувствовала себя все более легкой, словно старая жизнь и мысли остались где-то там, в императорском дворце. Здесь она не ощущала той печали и боли, здесь ей пока что было хорошо, она наконец смогла расслабиться.
Вероятно, прошло несколько часов, прежде чем она вспомнила про Иошихиро. Она поторопилась, переоделась в новые синие одежды и аккуратно расправила влажные волосы.
Выйдя с источников, Мира удивилась: Иошихиро не ушел, но спал, сидя уже на земле и опираясь спиной о камень. Мира аккуратно, как ей показалось, ткнула его коленом в плечо.
– Ты же обещал прийти, я ждала, но, видимо, все это пустые слова, – еще более язвительно, чем обычно, заявила она.
– Научись сначала различать нас с братом, а потом уже будем обмениваться любезностями, – еле открыв глаза, сказал Иошихиро, продолжая сидеть на земле.
– Ты идешь или нет? Я не люблю, когда меня задерживают. – Тон Миры сменился и стал командным. Она направилась ко дворцу, недовольно взмахнув мокрыми волосами. Иошихиро поднялся и поплелся следом.
Всю дорогу они шли молча. Мира разглядывала каждый дом, который они проходили, Иошихиро же просто боролся со сном. Они поднялись на второй этаж, Мира собиралась попрощаться, как вдруг ее голодный живот издал пронзительный крик о помощи. Щеки от неловкости стали пунцовыми, пытаясь скрыть это, Мира развернулась в сторону своей комнаты.
– Ты ведь проспала весь день, может, перекусим? – неожиданно ласково предложил Иошихиро.
– До рассвета всего несколько часов, разве…
– Да все хорошо, сейчас выясним, что есть на кухне.
Они спустились обратно на первый этаж, Иошихиро направился прямо по коридору и постучал в одну из дверей. Через несколько мгновений та открылась, Мира видела, как Иошихиро, смущаясь, потирает затылок и что-то говорит.
Дверь закрылась, но почти сразу же из комнаты вышла девушка, на вид того же возраста, что и братья, но ее наряд более светлых оттенков и без изображений ицумадэ говорил о статусе прислуги. Девушка не была красивой, вполне обычной: среднего роста, с темными волосами – ничего, за что Мира могла зацепиться взглядом.
– Рада приветствовать вас, – произнесла девушка, поклонившись. – Меня зовут Шизуха, я…
– Рада приветствовать, – перебила Мира, поклонившись, но всем видом выражая равнодушие.
Шизу робко опустила глаза и жестом позвала Миру и Иошихиро за собой. Они уселись за один из столиков в обеденном зале. Шизуха принесла им большую порцию горячих цзяоцзы и три блюдца.
– Спасибо. – Иошихиро мягко улыбнулся.
Мира только занесла палочки над миской, как увидела, что Шизуха тоже накладывает себе еду. Приступ нервной тошноты подкатил к горлу, она не собиралась есть из одной тарелки со слугой, даже умирая от голодной смерти.
Иошихиро заметил раздраженный взгляд гостьи, направленный на палочки Шизу, и напряженно замер. Меньше всего он хотел сейчас выслушивать недовольства.
Мира демонстративно положила приборы и встала. Где-то глубоко в душе она понимала, насколько мерзким было ее поведение в отношении некоторых людей, но и изменять себе она не собиралась. Бросив хмурый взгляд в сторону Иошихиро, она развернулась и направилась к лестнице, но замерла, услышав:
– Сейчас же остановись и нормально поешь, – не поднимаясь с места, грозно приказал Иошихиро.
Шизуха порывалась извиниться и уйти, но он прижал ее ладонь к столу.
– Если тебе в радость есть из одной тарелки со слугой – это твои проблемы, – не оборачиваясь, отмахнулась Мира.
К горлу Шизухи подступил ком, а глаза предательски налились слезами.
– Прекрати плакать, – спокойно сказал Иошихиро. – А ты, – обращаясь к Мире, – не смей так себя вести.
Мира пару мгновений простояла не шевелясь, а потом на ее лице появилась язвительная улыбка. Она бы хотела промолчать, но пожар в груди уже разгорелся. Мира развернулась и бросила яростный взгляд на Иошихиро.
– Вот же! – вскрикнул чуть не полетевший со ступенек и еще не проснувшийся Акио. Он лениво протер глаза и уставился на напряженную картину. – А что у вас здесь происходит?
– Дружеский ужин, – недовольно пробормотал Иошихиро.
– Настолько дружеский, что даже меня своим криком разбудили. – Акио зевнул и, пройдя мимо Миры, абсолютно бесцеремонно закинул ей руку на плечо. – А ты чего стоишь? Давайте тогда уже все вместе поедим.
Мира и понять не успела, что произошло, но этот сонный тон и внезапность поведения Акио затушили в ней гнев, и она села обратно, не сводя полного ненависти взгляда со старшего брата.
Мире пришлось побороть свою брезгливость, но цзяоцзы оказались довольно вкусными. Шизуха боялась пошевелиться, но Иошихиро вновь и вновь накладывал ей еду, пока Акио нес какую-то чушь. Так они просидели час, а почти на рассвете разошлись спать.
Следующие несколько дней Мира провела в компании Луны. Ей пошили одеяния, и все не переставали удивляться, как же сильно девушке шел синий цвет, словно специально подобранный под нее.
Луна познакомила Миру с учителем танцев, проводила в библиотеку и просто показывала местность. Первое время Мира чувствовала себя неуверенно, словно опасалась подобного отношения, но Луна аккуратно смогла смягчить девушку заботой.
Луна видела в Мире ее мать, с которой их когда-то связывала теплая дружба, а также она прекрасно знала характер Макото и могла догадываться, что пришлось пережить девочке. Поэтому Луна терпеливо ждала, когда колючая роза распустит бутон, спрятав шипы.
С братьями Маруяма Мира предпочитала не пересекаться. Старшие почти всегда занимались делами отца, а вот младший оказался вовсе не таким, каким его знала Мира. Макото боялся людей до нервной тряски и почти все время предпочитал проводить в одиночестве в библиотеке или занимаясь живописью. В один день он мог радостно приветствовать Миру, но в другой испуганно прятал взгляд, стараясь забиться в угол. Мира не понимала его поведения, а спросить у Луны считала невежливым, поэтому просто старалась подстроиться под его настроение.
Особенно Мира не понимала яростной тяги Луны к тренировкам Макото. Младший Маруяма не был слабым, он был скорее абсолютно бесталанным. Слабые могут стать сильными, а Макото не мог сделать вообще ничего. Тренировки давались ему с ужаснейшим трудом, но Луна вновь и вновь настаивала на них.
Но в основном жизнь в клане Маруяма нравилась Мире больше, чем в императорском дворце, тут все ощущалось таким свободным, словно сами небеса распахнули ворота.
Иошихиро и Акио придерживались примерно той же тактики, что и Мира: они просто старались не пересекаться с ней, пока не поймут, как же им быть дальше.
Мире выделили небольшой, но уютный деревянный домик рядом с главным дворцом. Он состоял из одной большой комнаты, разделенной на зоны, а светлые тона и минимальное количество мебели делали его просторным. Милый дворик с ручьем стал ее излюбленным местом.
К своему сожалению, Мира понимала, что худший момент дня – когда она прощается с Луной и остается наедине с собой. Она предпочитала сидеть на ступеньках до поздней ночи, наблюдая, как служащие расходятся после трудового дня, как суетятся светлячки и спешит маленький ручей, а луна плавно качается на небе. Мира читала стихи, разговаривала с жучками – лишь бы не оказаться в тишине. Спать она шла, когда сил не оставалось совсем, порой это случалось на рассвете.
Сегодняшний день вышел для нее сплошным испытанием: Луна и Мудзан с младшим сыном отправились с визитом в клан Окумура, а близнецов оставили за главных. Мира бессмысленно гуляла по огромной территории, но среди такого количества людей оставалась до ужаса одинокой. Устав бесцельно бродить, она пришла к себе во дворик и уселась на ступеньки, желая просто дождаться ночи и уснуть.
Акио и Иошихиро же не грустили, когда оставались за главных, им было не чуждо желание побаловаться алкоголем и провести время в шумной компании. Днем они действительно занимались бумагами отца и общением с прибывшими купцами, но ближе к вечеру Иошихиро принес кувшин отборного вина из погреба и, улыбаясь, продемонстрировал брату.
– Отец сегодня перегнул палку, тебе не кажется? Он скоро так на нас всю работу скинет… – недовольно высказался Акио, сидя на полу у рабочего стола, устало запрокинув голову.
– Если ты не заметил, он уже это сделал. Алкоголь его интересует гораздо больше всех этих бумаг, – наполняя бокалы, ответил Иошихиро.
– Ты никогда не боялся стать таким же? – рассматривая бокал с вином, спросил Акио.
– Если такое и случится, я предпочту покончить с собой.
– Жуть. Не стоит быть таким впечатлительным. Отец сейчас, конечно, смешной, но периодически я скучаю по нему прежнему.
Иошихиро подошел к окну и внимательно всмотрелся в открывавшийся вид, Акио приблизился к нему и улыбнулся. Окно выходило как раз на домик Миры, и братья видели, как она улеглась на бок прямо на ступеньках и перебирала по ним пальцами.
– Если смотреть на нее с такого расстояния, то она очень даже милая. – Иошихиро язвительно хмыкнул.
– Ты не прав. Милая она всегда, главное, с ней не разговаривать, – хлопнув брата по плечу, рассмеялся Акио.
Иошихиро поднес бокал к губам и повернулся к брату, их взгляды встретились. Они осушили кувшин с вином и направились за Шизухой, а вместе с ней – к дому Миры.
– Веселишься? – Наклонив голову, Акио замер в нескольких шагах от Миры, ярко улыбаясь.
– А у чоу[4]4
Комическое амплуа в китайской опере. Выступает для поддержки других амплуа и отличается от них тем, что на сцене может импровизировать и напрямую обращаться к зрителю.
[Закрыть] врожденное – приходить на звук веселья? – лениво поднимаясь, сказала она.
– Да ладно тебе! Мы ведь подружиться хотим, вот, решили развеять твою скуку. Ты же еще толком не изучила наши земли, так? Готовы показать тебе местные красоты, на закате река выглядит еще более удивительной.
Мира сначала думала отказаться, но она изрядно устала сидеть тут без дела, поэтому демонстративно сделала вид, что задумалась.
– Ну же! Пора уже толкнуть этот лед, чтобы он тронулся, – настаивал Акио.
Иошихиро стоял позади брата, лениво протирая глаза, а Шизуха предпочла спрятаться за его спиной.
– Хорошо. – Мира решительно кивнула. – Идем?
– Идти туда далековато, возьмем лошадей, – предложил Иошихиро.
– Но ведь конюшня уже закрыта, да и глава запрещает вам брать… – Взгляд Акио заставил Шизуху замолчать, она склонила голову и молча пошла за ними.
Мира заметила, что, в отличие от Иошихиро, ревностно охранявшего Шизу, Акио уж точно совершенно равнодушен к ней, скорее, Шизуха его даже раздражала – он вел себя резко и предпочитал, чтобы та молчала.
Все четверо подошли к большим воротам конюшни. Братья переглянулись, и Акио подставил руки Иошихиро, чтобы тот перемахнул через забор. Уже начинало темнеть, и людей в этой части двора не было, но грохот, с которым Иошихиро упал за воротами, все же довел трусливую Шизуху до дрожи.
– Глава запретил… запретил же… – тихонько шептала она себе под нос, боясь, что Акио услышит.
– Брат, ты жив? – Акио кинулся к воротам.
Те распахнулись, и показался Иошихиро, держа за поводья двух прекрасных вороных лошадей. Он передал поводья одной, недовольно потирая спину.
– Ну что, готовы? – радостно спросил Акио, усевшись на лошадь.
– Нас четверо, лошадей две, мне казалось, у вас не должно быть проблем со счетом, – окинув братьев оценивающим взглядом, хмыкнула Мира.
Акио посмотрел на Иошихиро, стоявшего возле второй лошади.
– Ну конечно, мы повезем вас, никаких проблем.
Мира подошла к Иошихиро, аккуратно взяв поводья из его рук.
– От вас разит алкоголем, да и будь вы трезвыми, я бы с вами не села на одну лошадь, тритесь там сами друг об друга. Идем, Шизу, мы поедем на этой.
Иошихиро повернулся к брату с безумными глазами, в которых так и читалось: «Ты видел? Видел?» Акио лишь пожал плечами.
Только Мира и Шизуха сели на лошадь, а Иошихиро направился к брату, как вдруг послышался лай сторожевых собак, который заметно приближался.
– Ой-ой! – закрыв глаза, завопила Шизуха. – Господин же запретил вам!
– Что здесь происходит? Стойте! – издалека донесся крик сторожа.
– Пошла! – Мира легко ударила лошадь по бокам, и та сорвалась с места.
– Но… но мы же не знаем, куда нужно… – Шизуха продолжала дрожать от страха, заметно виляя сзади Миры на лошади.
– Разберемся. Держись за меня, не хочу, чтобы ты рухнула.
Шизуха неуверенно протянула руки и ухватилась за талию Миры. Она действительно боялась касаться госпожи, но та была настолько увлечена ездой на лошади, что не придала этому значения.
– Ты видишь их? – прокричала Мира.
Шизуха обернулась, выглядывая братьев.
– Да, отстают от нас на пару домов.
– Хорошо. – Мира ухмыльнулась и резко повернула лошадь вправо, ускорив ход.
Шизуха еще сильнее ухватилась за ее талию. С одной стороны, ей было безумно страшно, а с другой – чувство азарта захватило ее так же, как и молодую госпожу.
Мира действительно отлично управлялась с лошадьми, в семейных скачках она всегда побеждала брата и даже отца. Она любила ту безумную свободу, которую ощущаешь, несясь на скорости, видя перед собой меняющиеся пейзажи и развевающуюся гриву грациозного животного.
Собачий лай оставался все дальше, преследования больше бояться не стоило, но Мира и не думала останавливаться – для нее это было соревнованием.
Вот только она не учла одного: она не знала братьев, а тем более Акио, глаза которого уже сверкали безумным пламенем и жаждой победы.
Среди жилых улиц, пусть и безлюдных на закате, большой скорости не наберешь, поэтому оставалось только петлять между домами, отрываясь от соперников.
– Где выход к лесу? – спросила Мира.
– Нам… нам туда, – заикаясь, указала пальцем Шизуха.
Мира погнала лошадь в нужном направлении. Впереди не осталось домов, лишь узкая лесная тропинка.
Выехав на нее, Мира и вовсе потеряла последние крупицы страха: ласково поглаживая лошадь по шее, она наслаждалась скоростью. Они очутились на дорожке у небольшого обрыва, вдалеке виднелось озеро, которое когда-то, вероятно, было руслом реки. Мира засмотрелась на пейзаж, как вдруг увидела, что лошадь братьев практически поравнялась с ними.
Акио смотрел на Миру с безумной улыбкой, все больше прижимая их лошадь к краю, заставляя сбавить ход, но Мира продолжала уверенно вести животное вперед, отчего Шизуха буквально вжалась ей в спину.
– Акио, хватит! – крикнул брату в спину Иошихиро. – Ты же видишь, она упрямится! Они могут пострадать.
– Она ведь не настолько глупая, верно?
Внезапно лошадь Миры оступилась задней ногой, и ее повело назад. Животное встало на дыбы, заходясь испуганным ржанием. Мира обернулась к Шизухе, схватила ее что есть силы и вжала лицо девушки в свою грудь, а затылок закрыла руками. Они кубарем полетели по склону обрыва. Мира обняла Шизу ногами и руками, не давая ни одному камню навредить ей.
Акио и Иошихиро спрыгнули с лошади и сбежали по обрыву, ища девушек. Сам обрыв был небольшой, но обилие камней и торчащие ветки деревьев могли серьезно навредить.
Иошихиро метнул озлобленный взгляд на младшего брата, но, увидев привычное раскаивавшееся лицо, не стал ничего говорить.
Они заметили девушек и подбежали к ним. Мира продолжала прижимать к себе Шизуху, которая дрожала, как побитый щенок, но сама выглядела абсолютно целой, лишь несколько маленьких царапин на ногах.
Мира отпустила Шизуху, и та осторожно отстранилась, ощупала лицо и осмотрела руки.
– Спасибо! Спасибо вам, госпожа! – Глаза Шизухи наполнились слезами, но как только она увидела Миру, то в ужасе замерла.
По лбу Миры бежала струйка крови, лицо было исцарапано ветками, а на одной из щек проступал синяк.
– Ничего удивительного, меньше всего я хотела испачкаться в твоей крови, – тихо, но язвительно проговорила Мира.
Акио подал ей руку, чтобы помочь встать, а она, на удивление, не оттолкнула его. Мира чувствовала, что, вероятно, вывихнула левую ногу и нормально идти не получится.
Заметив растерянный взгляд Акио, Мира немного хрипло сказала:
– Сама виновата. Это пройдет, даже следа не останется. Как лошадь? Она не пострадала?
Акио и Иошихиро знали о свойствах белой крови, поэтому вопросов не задавали. Сначала они пытались аккуратно подняться к лошадям, но, заметив, как Мира морщится при каждом шаге, Акио осторожно поднял ее на руки.
К счастью, животное отделалось испугом и не пострадало. Ехать на встревоженной кобыле обратно было опасно, поэтому Иошихиро отпустил лошадь, чтобы она самостоятельно вернулась домой.
Они благополучно добрались до озера, по зеркальной глади которого бежала тонкая лунная дорожка. Вид был прекрасным. А за счет мелких гор, у подножия которых пряталось озеро, место оставалось тихим и неприступным.
– Тебе лучше? – Акио встревоженно посмотрел на Миру.
– Руки устали?
– Нет, просто раны на лбу уже нет, кажется, нужно только смыть кровь.
Он усадил Миру недалеко от берега и устроился рядом.
Иошихиро с Шизухой приютились чуть впереди.
Акио осторожно взмахнул пальцем, и из озера к ним потянулась тонкая струйка воды, которая, как мягкое перышко, прошлась по лицу Миры, смывая кровь. Девушка морщилась от щекотки, но ей было приятно прохладное прикосновение.
– Значит, твоя стихия вода? – заинтересованно уточнила она.
– Да.
– Как у нашей матери, – сухо добавил Иошихиро.
– Почему же ты тогда не занялся медициной?
– Все привыкли думать, что вода делает людей прекрасными целителями за счет общей уравновешенности, но… Море ведь тоже состоит из воды, а разве его можно назвать спокойным? Моя вода скорее про силу, про что-то бесконтрольное, – неожиданно серьезным тоном объяснил Акио, но посмотрел на Миру и испугался, что прозвучало жутко.
– Бывает летний дождь, который греет сердце, а бывает шторм, который разрушает целые города, – поддержала Мира.
Сама атмосфера этого места наталкивала на спокойный и честный разговор.
– А что насчет тебя? – обращаясь к Иошихиро, чуть громче спросила Мира.
– Воздух, – безразлично бросил он.
– Редкая стихия, удивительный дар. – Мира искренне восхитилась.
– А ты? Какая у тебя стихия? – полюбопытствовал Акио.
– У меня никакой нет, демоны не любят делить свою территорию.
– А, прости. – Акио почувствовал легкую неловкость. Он не до конца понимал суть проклятья белой крови, но почему-то был уверен, что говорить об этом никто из наследников не захочет.
– За что тут извиняться? Женщинам в любом случае никто не позволит развивать свои силы в полной мере, и то, что у меня пытались их отыскать, – уже успех. Мой отец был уникальным, его душа смогла выдержать Аурараси и остаться до самой смерти практически целой. Я же оказалась слабее, моя духовная энергия разрушилась еще в раннем детстве, вот и выходит, что по сути своей я существую только за счет демона.
– Ну, не каждый может таким похвастаться, – не осознавая всей серьезности ее слов, сказал Акио.
Бровь Миры нервно дернулась. Иошихиро с недоумением смотрел на туповатого брата.
– Как насчет искупаться? – неожиданно кокетливо предложила Мира.
– Что? Вода достаточно холодная, да и… – Акио запнулся.
– Что? Что-то еще?
– Если мы намочим одеяния, как потом ехать домой?
– Если кто-то из вас сляжет, матушка меня убьет, – грозно предупредил Иошихиро.
– Кто сказал, что мы будем купаться в одеждах? – Мира игриво посмотрела на Акио, щеки которого наливались краской, а глаза становились шире.
Иошихиро, хоть и пытался казаться немного холоднее брата, все же во многом вел себя так же. Вот и сейчас слова Миры заставили его сердце биться чаще.
– Не хотите? Ну ладно, тогда давайте собираться. – Мира поднялась, продолжая свою игру.
Шизуха сидела на месте, в страхе вытаращив глаза и не двигаясь.
Акио подскочил:
– Как это не хотим?
– Тогда вперед, в воду, а мы подойдем следом. – Мира улыбнулась, прикусила губу, а потом демонстративно потянулась к поясу на платье.
Акио с Иошихиро быстро переглянулись и словно по команде подошли к озеру. В один миг скинув с себя одежду и оставшись абсолютно нагими, они заскочили в воду, которая оказалась не холоднее, чем в привычном источнике.
Мира подошла к сидевшей Шизухе:
– Ну что, идешь?
– Госпожа, но… как вы можете… – чуть не плача, пролепетала Шизу.
Мира посмотрела на братьев, весело плескавших друг в друга водой.
– А кто сказал, что мы к ним?
Она подошла практически к самому озеру, начиная расстегивать одеяния, так что уже обнажилась полоска кожи на груди. Мира кокетливо кивнула братьям и отвернулась от воды, лицо ее стало каменным, но с некой примесью брезгливости. Она схватила Шизуху за руку.
– Госпожа, нет! Нет! Я не пойду… пожалуйста… – Та начала плакать.
– Да тише ты! Никто тебя не заставляет, просто повторяй за мной, хорошо?
Мира метнулась и схватила одежду братьев.
– Бежим! – скомандовала она Шизухе и рванула к лошади. На ходу запрыгнув на кобылу, Мира правой рукой держала одежды братьев, а левой быстро затаскивала Шизу к себе.
– Эй, что происходит? – яростно закричал Акио из озера. – Верни нашу одежду, идиотка!
– Конечно! Дома все отдам! – Убедившись, что Шизуха уселась, Мира всучила ей одеяния братьев и хлопнула лошадь по боку. Они мигом сорвались с места.
Акио старался догнать убегавшую лошадь с помощью водяного кнута, но силуэты наездниц быстро затерялись среди деревьев.
Он повернулся к брату и растерянно посмотрел на него:
– Проклятый Аур…
– Да…
Они стояли в холодном озере, абсолютно нагие, без единой мысли, что делать дальше.
Мира с Шизухой благополучно добрались до дома.
– Не желаешь выпить со мной чаю? – предложила Мира.
– Если вы не против, я с радостью, – еще немного трясясь от волнения, ответила Шизу.
– Пожалуйста, обращайся ко мне на «ты», хорошо? Ты ведь немногим старше.
– Но…
– Знаю, я была не права и напугала тебя, однажды я попрошу за это прощения, если посчитаю нужным, а пока давай оставим все как есть.
Шизуха ярко улыбнулась – впервые на памяти Миры.
Акио и Иошихиро ничего не оставалось, кроме как дождаться глубокой ночи и обнаженными бежать по окраинам города, прикрывая ладонями самое дорогое и оборачиваясь на каждый шорох. Случись это немногим позже, Иошихиро бы смог переместить их, избежав позора, но пока он был неопытен и юн, а потому другого выбора у них не было.
Все шло хорошо, пока один из торговцев не вышел с уличным фонарем проверить залаявших собак и не застал двух юношей, прятавшихся за углом его дома.
– Ах вы извращенцы! На дочь мою позарились?! – схватив вилы, с громким криком понесся за братьями мужчина.
Вскоре к нему присоединилась пара бродячих собак, которым доставляло удовольствие участвовать в погоне.
Наконец оторвавшись, братья остановились у стен родного дома.
– Идти через ворота?
– Думаю, не стоит. – Акио пытался отдышаться.
Они осторожно перелезли через стены, размышляя над дальнейшим планом.
– А что вы тут делаете? – послышался знакомый детский голос.
– Макото! – радостно закричали братья. – Ты наш спаситель!
Пока они прятались в кустах, младший вынес им новые одеяния.
– Я убью ее! – прорычал Иошихиро.
– Нет, сначала я попробую поговорить, – возразил Акио.
Они направились к дому Миры, совсем забыв о времени, и без стука открыли дверь.
Она лежала на кровати, свернувшись клубочком, но не спала, а просто смотрела в окно. Увидев братьев, Мира немного хрипло спросила:
– Пришли извиниться?
Ее вопрос убил последнюю нервную клетку Иошихиро и окончательно вывел его из равновесия: он яростно задышал и широко распахнул глаза, в которых сверкала злость. Акио успокаивающе толкнул его ладонью в грудь.
– Мы ведь хотели подружиться, зачем ты с нами так?
– А разве вам не было весело? – Продолжая смотреть в окно, Мира пожала плечами.
Акио взглянул на брата и рассмеялся.
– Ну, в целом тот мужик был достаточно забавным.
Иошихиро взглядом приказал брату замолчать.
– Ты так и будешь жить тут в одиночестве и виться хвостиком за нашей матерью? Неужели тебя саму устраивает такое положение дел?
– Выйди, – сурово потребовала Мира, лениво приподнимаясь на кровати.
– Что?
– Я сказала тебе выйти, я буду разговаривать с ним, – Мира кивнула на Акио.
Иошихиро метнул предупреждающий взгляд на брата и вышел из дома, остановившись у двери.
– Зачем тебе со мной дружить? – холодно спросила Мира, не отрывая синих глаз от Акио.
– Разве в этом есть что-то плохое? – Он абсолютно не понимал ее поведения и чувствовал себя растерянным. – Если ты не забыла, нам придется в дальнейшем делить одну фамилию, и будет лучше, если ты станешь моим другом.
Мира опустила недовольный взгляд перед собой.
– Я хочу, чтобы ты уяснил одну вещь: я с детства привыкла получать все, чего пожелаю, будь то игрушка или человек. – Акио заметно напрягся. – Отец баловал меня и даже накануне смерти решил подарить нечто стоящее – одного из сыновей могущественного клана.
– Я уже понял, что ты избалованная, если ты об этом. У нас хватит средств тебя содержать. – Акио начал закипать и с трудом дослушал тираду.
– Я сейчас вовсе не об этом, Акио. Я хочу, чтобы ты понял: ты – лишь очередная игрушка, подаренная мне отцом. – Мира ухмыльнулась: – Хочешь дружить со мной? Попробуй, но на большее не следует рассчитывать.
Акио побледнел, а глаза Иошихиро, подслушивавшего за дверью, налились яростью. Он распахнул дверь, залетев внутрь.
– Я не разрешала тебе входить! – все в той же суровой манере крикнула Мира.
– Что-то мне подсказывает, что ты не до конца понимаешь свое положение. Давай проясним несколько моментов. Да, у тебя высокое происхождение, но оно осталось в прошлом. С недавних пор ты – собственность клана Маруяма, пока что ты не жена моего брата и, по сути, ничем не отличаешься от слуги. Тебе предоставили отдельный дом и хорошо к тебе относятся только из уважения к твоему отцу, не к тебе, так что будь добра, веди себя по-человечески. – Иошихиро говорил это спокойно и размеренно, не отрывая взгляда от Миры.
– Давай я тебе тоже кое-что проясню. – Мира поднялась с кровати и, несмотря на низкий рост, взирала на братьев свысока. – Я могу быть в любом месте, в любом окружении, но я всегда остаюсь императорской наследницей! Потому что во мне течет кровь моего отца, а если вы считаете меня своей собственностью, то поздравляю с худшим приобретением, потому что меняться я не планирую! Это вам придется подстроиться под меня! Надеюсь, ты меня понял.
Акио выставил руку, останавливая брата, и покачал головой.
– Это бессмысленно, пошли отсюда, – спокойно сказал он и развернулся к дверям.
Иошихиро бросил взгляд на Миру, которая демонстративно отвернулась к окну, и брезгливо дернул губой.
– Думаю, что-то глубоко в душе терзает ее, – поднимаясь по лестнице, нарушил тишину Акио.
– А я думаю, что нужно было все-таки отправить ее в публичный дом, – огрызнулся Иошихиро.
– Мы ведь ничего не знаем. Должно быть, сложно оказаться в чужом доме брошенной собственной семьей. – Акио старался хоть как-то понять поведение Миры.
– Как бы ей ни было больно и плохо, это не дает ей права разговаривать с тобой в подобном тоне.
Братья разошлись по комнатам с неприятным осадком на душе. Иошихиро так и не смог уснуть и решил не тратить время на пустые мысли, поэтому направился в кабинет отца, где, к его удивлению, возле круглого окна сидел Акио, наблюдая за девушкой, одиноко рассматривавшей звезды на полотне глубокой ночи.
