Текст книги "Лекарка для варвара. Проданная дракону (СИ)"

Автор книги: Марго Арнелл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 19 страниц)

65. Новый порядок

65. Новый порядок

Арг Хольм встретил нас ясным небом – тучи, призванные силой Ульгра, давно разошлись. Поле боя расчистили, шатры убрали, но память о битве витала в воздухе.

Я смотрела на каменные строения, на высокий помост, где когда-то сидел Бьорн Железный. Теперь здесь будет сидеть Хаальд Торн.

Он стал конунгом не по праву крови и не по древнему обычаю. Его избрали. Те, кто видел свет его крыльев, кто почувствовал силу Галатии, кто устал от крови и боли.

Те, кто, как и мы, верил в необходимость перемен.

Наш хутор остался владением Дома Торн. Там остались жить те, кто не захотел менять место жительства и сложившийся образ жизни.

Мы с Хаальдом переехали в Арг Хольм. Его лучшие воины, мои ученицы, ныне свободные женщины без исключения, потянулись за нами. Все, кто хотел создавать нечто новое.

Пленных Хаальд освободил. Всех, включая Торварда.

Сказал, что они вольны как основать свои Дома, так и присоединиться к уже существующим. Или остаться с ним.

Однако прежних порядков уже не будет.

Я любовалась Хаальдом со стороны. Смотрела на его широкие плечи, на спокойное лицо, на сильные руки, которые прежде держали заточенный топор, а теперь – судьбы десятков тысяч людей.

И, конечно, я застала их встречу с Торвардом.

Признаться, я надеялась, что тот хоть немного жалеет о своем предательстве и о своей одержимости ульгримом. Что после избрания старого друга конунгом поймет, что Хаальд все это время был по-настоящему сильным, достойным воином.

Пусть и… другим.

Однако, проходя мимо, Торвард лишь коротко, зло усмехнулся.

– Конунг без ульгрима… – Он покачал головой. – Какой стыд.

И ушел.

Олав, стоящий рядом, сплюнул.

– Этого предателя лучше держать в клетке до скончания веков. Натворит еще дел.

– Начнет сходить с ума – я его найду, – твердо сказал Хаальд. – И справлюсь с ним так же, как справился с Бьорном.

Однако я видела тень, набежавшую на суровое и уже такое родное лицо.

Хаальда задели слова бывшего друга. Он победил обладателя самого сильного ульгрима, он стал конунгом, доказав свое право быть лидером.

Но тот, кто был рядом годами, так и не принял его.

Я подошла и мягко коснулась его руки.

– Некоторых людей не переубедить, не перевоспитать, не исправить, – тихо сказала я. – Пусть живет со своей правдой. У нас она своя.

Хаальд с благодарностью взглянул на меня. Горечь в его глазах истаяла.

* * *

Пока Хаальд принимал новые указы и мало-помалу формировал настоящую судебную систему, основанную на принципах верховенства права, я открыла в Арг Хольме школу лекарского искусства.

Разумеется, не без помощи конунга.

Мне выделили отдельное здание, средства на травы, книги и инструменты. Моей главной помощницей стала Астрид. Но не единственной – еще были Альтид, Лейза и несколько женщин-элькхе.

Я хорошо помню тот день, когда смахнула со столов пыль, разложила по шкафам книги, расставила флаконы и развесила пучки трав. Начало положено.

Ученицы приходили одна за другой.

Не только бывшие рабыни, но и дочери вождей, жены воинов. Астрид привела свою старшую дочь – рослую, серьезную девушку, которая смотрела на меня с любопытством.

– Она хочет лечить людей.

– Научим, – улыбнулась я.

Однако самых юных элькхе я учила не только лекарству. Но еще и тому, что их знания имеют цену. Что они имеют право отстаивать свое мнение, спорить, требовать уважения. Что женщина – не вещь и не придаток к мужчине.

Теперь у меня были ресурсы, так что я вознамерилась найти аналоги привычным препаратам из моей реальности. Заменить сложные приборы магическими артефактами.

Мы варили зелья от лихорадки, от воспалений, от болей в суставах. Делали мази, которые заживляли раны без рубцов. Настойки, которые помогали при бессоннице и тревоге.

Торговля зельями шла хорошо. Мы продавали их не только элькхе, но и имперцам. Многие люди хотели простых, понятных и эффективных средств. Мы давали им это.

Чуть освоившись, я послала весточку Вейлру.

Он приехал на две недели, гостил в нашем с Хаальдом и Гердой доме. Он с удовольствием посмотрел, как устроена школа, прочитал несколько лекций и рассказал, как распознать в себе дар Галатии. Ведь у меня училось немало полукровок.

Когда пришло время уезжать, Лейза подошла ко мне.

– Я хочу поехать с твоим другом в герцогство Легранд, – отводя взгляд, сказала она.

Я не удивилась. Лейза так и не примирилась с жизнью в Эль Кхаре. Ей все еще было тяжело находиться среди народа, который породил в ней столько плохих воспоминаний.

– Хочешь стать его ученицей? – поняла я.

– Да. – Лейза посмотрела на меня с надеждой. – Ты не сердишься?

Я обняла ее.

– Нет, конечно. Будь счастлива. И помни все, чему я тебя учила.

Мы тепло попрощались с Вейлром. И теперь уже без опаски. Я и вовсе пообещала тоже как-нибудь его навестить.

Что до самого герцога Легранд, я убедила Хаальда отпустить и его.

Глядя в глаза Рейвену, отчеканила:

– Больше никогда не попадайся мне на глаза, слышишь?

Тот кивнул, буравя меня взглядом исподлобья. Видимо, до сих пор не мог поверить в то, что его судьбу решала бывшая жена-изгнанница.

Хаальд скрестил руки на груди.

– Если ты украдешь чужую магию еще хотя бы раз, я найду тебя. Выжгу твой дар. Молись, если при этом твой разум останется полноценным, и ты не станешь безмозглым и беспомощным червяком.

Рейвен с побелевшим лицом закивал.

Когда трясущийся герцог покинул Арг Хольм, я удивленно спросила:

– А ты так можешь?

В глазах Хаальда мелькнули лукавые искорки.

– Понятия не имею, – признался он. – Но Рейвену лучше считать, что да.

Я со смехом поцеловала его.

– Можешь сделать для меня еще кое-что?

– Что угодно, – с готовностью отозвался Хаальд.

– Пошли в герцогство Легранд своего верного Знающего. Я знаю, люди Империи верят им даже за пределами Эллас. Пусть он расскажет жителям о том, чем все это время за их спинами занимался герцог. О краже магии, о союзе с работорговцами… И, конечно, о том, что он лишил магии собственную жену, чтобы передать ее силу любовнице. А Айрис Торнвуд продал в рабство.

Жители герцогства Легранд заслуживают достойного правителя. А сам Рейвен – законной расплаты за свои поступки.

Надеюсь, Айрис, я отомстила за тебя. Не кровью, конечно. Справедливостью.

66. Во имя Сестры Сердец

66. Во имя Сестры Сердец

Хаальд

Свадьбу мы играли весной, когда снег сошел с гор и первые цветы пробились сквозь прошлогоднюю траву.

Мы стояли на камнях Арг Хольма. Теперь их украсили ветвями и белой тканью. Воины выстроились по обе стороны. Женщины усыпали путь цветами.

Я смотрел на Евгению, которая с улыбкой шла ко мне, и не верил, что это происходит на самом деле.

Ее стройную фигуру облегало изящное белое платье, расшитое серебряной нитью. Распущенные по плечам волосы светились в солнечных лучах.

Прекраснее женщины я не встречал.

По сей день не все элькхе приняли мой выбор. Многие шептались: как же так, чужестранка, бывшая рабыня, да будет конунговой женой! Но принять им все же придется.

А те, кто знал, как много Евгения сделала для меня и для всех элькхе, искренне радовались нашему союзу.

Обряд вел старый жрец Ульгра. Один из немногих, кто не боялся, что бог отвернется от нас.

Серебряным ножом он сделал надрез на моей ладони и на ладони Евгении. Капли нашей крови упали в чашу и смешались друг с другом.

– Кровь к крови. Дом к дому. Теперь вы – одно целое, – торжественно проговорил жрец.

Следом вышла жрица Галатии. Замерев между нами, кончиками пальцев коснулась наших лбов и прошептала слова воззвания к богине.

Знакомое тепло разлилось по телу. Я научился прятать крылья, но сейчас они рвались наружу. Я с трудом сдержал их. Судя по улыбке Евгении, ее сила отзывалась на мою.

Галатия не требовала крови. Как всегда, она лишь дарила свет.

Последней к нам вышла жрица Сестры Сердец – по поверьям имперцев, одной из дочерей Галатии. Попросила нас коснуться рук друг друга и перевязала белой лентой наши запястья.

– Во имя Сестры Сердец, светлой богини любви и супружества, я сплетаю нити судеб эти две души! Да озарит их путь ее свет, да пребудут они в любви и согласии до конца своих дней.

Лента соскользнула на пол. А на наших запястьях проявился сияющий золотой обруч, который спустя мгновение потух.

– Теперь вы муж и жена, – с улыбкой сказала жрица.

Я целовал Евгению так, будто в Арг Хольме не было никого, кроме нас двоих.

Воины закричали, засвистели, приветствуя наш союз.

Герда стояла у самого трона, опираясь на клюку, и вытирала глаза.

– Старая я, сентиментальная. – буркнула она, когда мы подошли. Тихо добавила: – Мать твоя была бы рада.

Я промолчал. Но внутри что-то дрогнуло.

Пир длился до самого утра.

Олав напился первым и его, бранясь, увела Астрид. Братья Скель, как всегда, держались вместе и пили сразу за четверых. Был здесь и Раен Соро.

Подошел, поднял рог с вином:

– За конунга и его жену!

Я поднял свой. Мы выпили, глядя друг на друга. Сыновья врагов, которые стали союзниками.

Арген Соро, убийца моих родителей, умер на днях. В своей постели, от болезни и старости. Узнав об этом, я не ощутил ни радости, ни облегчения. Я не почувствовал ничего.

Я рассказал об этом Евгении, когда пир стих и мы остались одни.

– Я не чувствую злорадства. Как будто перерос желание мстить. Но справедливо ли это? По отношению к родителям? К братьям?

– Они знают, что ты их любишь, – со спокойной убежденностью проговорила моя жена. – Где бы они ни находились сейчас – рядом с Галатией, на Полях Ульгра или где-то еще. Неужели ты думаешь, что они предпочли бы, чтобы ты и дальше гонялся за призраками прошлого? Чтобы ты следовал путем кровавого возмездия вместо всего того, что строишь сейчас?

Я покачал головой.

– Мама точно бы этого не одобрила. Отец... не знаю.

Евгения улыбнулась своей светлой, согревающей сердце улыбкой.

– Ты – сын Галатии. Обрадую я тебя или нет, но от матери в тебе гораздо больше, чем от отца. Может, так и должно быть?

– Может, и так.

* * *

Постепенно на старых пепелищах пробивалась молодая трава. Разрушенные дома отстраивались. Родители отпускали детей играть за частоколы, не боясь очередного набега.

Торговые караваны шли с юга, с запада, с востока. Наши руды, меха и зелья меняли на зерно, ткани и книги. Элькхе учились торговать, договариваться.

Мы учились жить без войны.

Не все были рады. В некоторых Домах по-прежнему шептались, что я предал Ульгра. Что сила закона – это слабость вождя. Что мужчины-элькхе должны владеть миром, а женщины – беспрекословно повиноваться им.

Но таких становилось все меньше. Их робкие голоса тонули в гомоне остальных. Тех, кто увидел, какой может быть Эль Кхара.

И какое светлое будущее нашими стараниями ее ждет.

Эпилог

Эпилог

Прошло несколько лет.

Непримиримые Земли больше не оправдывали своего названия.

Нет, Дома все еще враждовали – старые обиды не забываются в один миг. Но идеи кровной мести, захватнической войны и битв насмерть понемногу отживали свое.

Кроме того, за любое преступление неизбежно следовало наказание. А томиться в тюрьме конунга – не так почетно, как умирать на поле битвы во имя Ульгра.

Элькхе, которых еще совсем недавно называли варварами, учились решать споры за столом переговоров, а не с топором в руке.

Согласны на это пока не все. Но их с каждым годом все больше.

По всей Эль Кхаре появлялись святилища и храмы Галатии. Теперь здесь поклонялись и ей.

Элькхе видели, на что способен их конунг, эфирный дракон. Видели крылья из света, которые распахнулись за его спиной в день великой битвы. Скальды воспевали этот миг в своих песнях.

Да, перемены такого масштаба никогда не даются легко. Но хочу вам сказать, когда за дело берутся Хаальд и Евгения Торн, они неизбежны.

Я ждала ребенка.

Когда подошел срок, роды принимала Сасвея, одна из моих учениц.

В последние годы я обучала не только лекарок и травниц, но и обычных медсестер и акушерок. Тех, кто будет помогать больным и принимать роды в самых дальних уголках Эль Кхары.

Я делилась всеми знаниями, которые принесла с собой из другого мира.

Сасвея действовала спокойно и уверенно.

– Девочка, – улыбнулась она.

Малышка издала свой первый крик – самый прекрасный звук в мире.

– Здорова, – сказала Сасвея, заворачивая ее в мягкую шерсть.

Положила малышку мне на грудь. Я смотрела на крошечное личико, на сморщенные пальчики, на темные волосы, и не могла насмотреться.

Как и замерший в дверях Хаальд.

Сасвея улыбнулась и вышла, оставив нас одних.

Он подошел медленно, будто боясь спугнуть. Опустился на колени рядом с кроватью, не отрывая взгляда от дочери.

Никогда не думала, что в глазах сурового элькхе увижу слезы.

– Можно? – хрипло спросил Хаальд.

Я переложила малышку ему на руки. Он держал ее так бережно, будто она была соткана из света. Малышка казалась совсем крошечной в его больших руках.

– Такая маленькая, – прошептал он. – И красивая. Вся в тебя.

Я невольно улыбнулась.

Хаальд поднял глаза. В них было что-то такое, от чего у меня защемило сердце.

– Спасибо.

– За что?

– За нее. И за то, что ты есть. За то, что ты – рядом.

Я коснулась его щеки.

– Я никуда не уйду.

Хаальд помолчал, покачивая нашу дочь.

– Знаешь, а ведь я не хотел детей, – признался он. – Я боялся мира, в который их приведу. Боялся, что они будут вынуждены расти в вечной войне. Как рос я. А теперь шум войны наконец смолк.

– Даже если бы этого не случилось… Ты всегда оберегаешь тех, кто тебе близок, – нежно улыбнулась я. – Я всегда видела в тебе защитника, помнишь?

Девочку мы назвали Айрис.

В память о прошлом. О женщине, чья душа прежде жила в этом теле, а теперь, я надеюсь, упокоилась. Нашла то счастье, которого заслуживала.

Если бы не Айрис… Я бы не нашла свое.

Герда почти не выпускала Айрис из рук. Пела ей старые песни, рассказывала легенды о Галатии и эфирных драконах.

Даже не знаю, какая у нее теперь роль – нянечки, бабушки или второй мамы… Но разве это важно? Главное, что она любила Айрис не меньше, чем мы.

* * *

Хаальд стоял на утесе, у подножья которого шумело море.

Я вышла к нему, когда солнце уже клонилось к закату. Он не обернулся, но я знала – он чувствует мое присутствие. Связь между нами стала такой прочной, что расстояния больше не имели значения.

Я подошла, взяла мужа за руку. Он мягко сжал мои пальцы. Ветер трепал мои волосы и подол платья.

Хаальд смотрел на горизонт, где небо встречалось с водой.

– О чем думаешь? – тихо спросила я.

Он ответил не сразу.

– Я мечтал, чтобы Ульгр избрал меня для войны. Для самых легендарных сражений, для самых впечатляющих побед. Но меня избрал не он, а Галатия. Но почему меня, элькхе?

– Может, она знала, что тебе под силу закончить войну?

Он взглянул на меня.

– Может быть. Но этого вряд ли случилось, если бы в моей жизни не появилась ты. Я все твержу элькхе о переменах… Но главная произошла во мне. Ты изменила меня, Евгения.

Я улыбнулась и положила голову ему на плечо.

– До знакомства с тобой все, чего я хотела – это бежать из Эль Кхары куда глаза глядят. Стать лекаркой, жить простой, спокойной жизнью. И погляди теперь, кем я стала. Так что… Мы изменили друг друга.

Хаальд улыбнулся в ответ. Поцеловал меня в лоб.

– Похоже, что так.

Мы стояли на утесе, над морем, и вся Эль Кхара лежала у наших ног.