Текст книги "Путь Стратега 6. РеалРТС (СИ)"

Автор книги: Луций Корнелий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 30 страниц)

Магический маяк был самым ярким, но отнюдь не самым масштабным источником света. Теперь колдовской закат не просто полыхал над местом, где находилось Сердце. Все на северном направлении занимал сплошной огненный фронт. Небеса там горели магическим огнем. В облаках черного дыма то и дело вспыхивали алые искры.

– Смер-р-рть! – прокаркал плакальщик, а потом, будто испугавшись собственного голоса, закрыл голову крылом и хрипло добавил: – Сер-р-рдце. Гор-р-рит.

Видение оборвалось.

Мдэ…

Кажется, ситуация с Немертвым Богом реально серьезная. Не только я прокачался за последние месяцы. Остается надеяться, что у магов хватит сил и мотивации на сдерживание Порчи в рамках Севера. Интересно, они уже пытались уничтожить Сердце или пока ограничиваются наблюдением?

Далее ночью мне выпали чужие сны, которые я использовал, чтобы пересмотреть сцену оживления Сердца. Ведь Ларэн, которая стала триггером всего здеца, когда-то была записана в мою армию. Сама приняла приглашение. Оставалась в моей армии даже уже будучи частью Вестника.

В чужих снах я снова увидел мрачный лес, окутанный туманом, буреломы, чёрные столбы-идолы по краям тропы, уходящей во тьму. Опять вслушивался в траурную тишину сырой, гниющей чащи. Место, ставшее могилой для божества Севера и бессчетного количества душ, связанных с ним. Они медленно разлагались, возвращались в землю, теряя остатки памяти и личности. Цикл обновления природы, который я нарушил ради достижения собственных целей.

Теперь там все пылает колдовским огнем, а душам мертвых нет покоя. Зато появилась возможность расквитаться с живыми. Справедлива ли подобная месть? Им уже все равно. Мертвые глупы и живут отголосками давних чувств.

– Ни шагу дальше, дух зла. Тебе нет места среди мертвых. Уходи! – заклинала меня погибшая наставница Ларэн, вглядываясь в темноту огоньками сине-зеленых призрачных глаз.

Но дух зла одержал победу, обратившись со временем триумвиром и надеждой Империи.

Проснулся я не в самом хорошем настроении. Все больше и больше разрозненных фактов намекают мне, что опасность с Севера возросла. Возможно, именно мне предстоит решать эту проблему. Хотя ой как не хочется, честно говоря. Сердце находится очень далеко от Лимеса. Даже просто добраться до него сложно. Ранее и так глухие места превратились в обитаемые монстрами пустоши. Деревни наверняка покинуты или уничтожены. Снабжение придется адски растянуть. Плюс – оно будет постоянно подвергаться атакам чудовищ.

Идеально было бы уничтожить Сердце какой-нибудь мощной магией, а потом уже зачищать регион, если монстры не помрут без своего бога.

Весь день меня донимали мысли о Севере, отравляя всякие попытки развлечься.

«Надо что-то делать», – не переставая, нашептывали мне дурные предчувствия, а я как мог пытался их убедить, что время ещё есть и это не только мои проблемы.

Сейчас на Севере куча магов, плюс Лав с ее монстрами, плюс другие ведьмы Утопья. На границах стоят войска, пусть и оставшиеся без стратега. Будет сенатская комиссия – будут общие решения. Возможно, тушить северный пожар пошлют того же Карра. У него вон с подавлением все очень хорошо. Мечтал дед о Севере – пускай развлекается.

Однако все изменил вечер, когда я после тренировки почувствовал себя вдруг особенно уставшим и решил подремать. Вместо обычного сна меня окунуло в очередное видение. Однако то была уже не часть способностей РТС-системы или сила Каламет. Нет. Снова дала о себе знать моя связь с Сердцем Порчи.

Я увидел картину достойную библейского апокалипсиса или же арта демонических миров из вахи. Под дымно-пылающими небесами, на пепельной земле среди обгорелых деревьев и тлеющих корней-переростков собрались сотни приспешников Немертвого Бога. Причём здесь были не зомби или сплетенные потрошители. Я увидел, так сказать, элиту сил Порчи. Тёмные валькирии, шаманы с изрезанными телами, какие-то гротескные гиганты, обросшие костяными шипами, и… чародеи? По крайней мере, двое присутствующих напоминали именно магов Великого Пламени. Плащи, посохи, маски, только не на манер гробничных. То были оскаленные личины мертвых клыкастых черепов. Вся нечисть собралась в знакомом мне месте. Кринторн. Его пепелище, где деревянные строения практически выгорели, а каменные – почернели от копоти. Из бывшей священной рощи лезли огромные корни-щупальца, вокруг которых роились искры-светлячки.

В центр собрания нечисти вышел уже знакомый мне шаман с выжженным по телу хаотичным орнаментом. Его безумные глаза горели, как угли в недрах очага. Растрепанные волосы, грязная от копоти и крови борода.

– Я принес вам дар, братья! – прокричал безумец, потрясая перед собравшимися мешком. – Дар для Бога! Дар для его пророка Белквергоста!

Твари и культисты вокруг зашумели, зарычали, загремели оружием. Тут хватало и трофейных мечей федератов, и костяных орудий, созданных с помощью магии.

Серо-коричневый мешок упал на пепельную землю, открывая свое содержимое. Безумный шаман показал остальным коротко бритую голову старика, на лбу которого была вырезана спираль.

– Смотрите! Принес вам голову их вождя! Голову избранника их богов!

– Не шуми так… – пророкотал откуда-то из толпы тяжелый и совершенно нечеловеческий голос.

Ряды нечисти расступились, пропуская высокую фигуру странного существа, закутанного в черный плащ. Из-под нависающего капюшона торчала клоками длинная борода. Мощные ноги были облачены в костяную броню или же обросли ей.

– Отдай мне голову стратега, – властно приказал…

Думаю, это был Белквергост. По крайней мере, он носил похожее оружие. Только древком для него теперь служила длинная неестественно прямая кость с несколькими стыками суставов.

– Слушаюсь, вождь.

Шаман встал на колени, преподнося существу голову Иратиона. К ней потянулась длинная рука, также одетая или обросшая костяными пластинами. На кончиках пальцев перчаток были короткие острые когти. Все в лучших традициях темных властелинов.

В ладони существа голова Иратиона вдруг замерцала багровым. Глаза старика открылись. Из вырезанной на лбу спирали засочилась кровь. Иратион открыл рот, но ни звука не сорвалось с его посиневших губ.

– Кричи, старик! – пророкотал монструозный вождь. – У тебя больше нет легких, но я слышу вопли твоего духа. Кричи и стенай! Присоединяйся к общему хору. Кричи вместе с теми, кого отправлял на смерть. Кричи вместе с теми, кого не смог спасти. Я отнесу тебя на Север. Заберу в чащу, где когда-то творились таинства жизни. Теперь там обитает Пламя. В нем суждено тебе гореть вечно. Я вложу угли в твои глаза. Я насажу твою голову на новый хребет. Тогда-то ты нам всем послужишь. Михаир сумел улизнуть от нас, а ты попался. Так что кричи, старик! Вопи во всё свое перерубленное горло. Нет тебе покоя. И никому не будет!

На последней фразе вождя я проснулся, ощущая приступ жара. Браслет жег мою руку, как раскалённый металл.

Глава 14

Замыкая круги

После пробуждения я ещё долго не мог прийти в себя. Перед глазами плясали жёлто-оранжевые искры, браслет жгло огнем, а температура тела по ощущениям была под сорок.

– Все нормально? – спросила Касс. – Кого-то позвать?

– Сам позову… если надо будет, – тяжело дыша, ответил я.

Все ненормально. Сердце таки заполучило себе стратега. Не добравшись до меня, обошлось более доступным вариантом. И что теперь?

Думается, Сердце не просто уничтожило Иратиона, чтобы ослабить Лимес. Нет. Это была охота за его головой. За его разумом, который Немертвый Бог хочет поглотить, чтобы лучше управлять своими ордами. Я всегда воспринимал Сердце как хаотичную силу, обладающую лишь зачатками сознания. Но все оказалось гораздо хуже. Из шаманов дикарей и примкнувших колдунов возникла элита Порчи, сумевшая сохранить свой разум даже в объятиях раскаленного безумия. Теперь они правят бал на большой части Севера. Выследили и прикончили старика Иратиона, которому даже предательство Геора не помогло умереть своей смертью. И что будет дальше?

Да все просто – орды нежити попрут в земли людей, чтобы жечь, разрушать и убивать. Потому как ничего более не хотят. Их необходимо уничтожить, пока эта зараза не разрослась еще больше.

Теперь я понимаю, почему Клепсиде когда-то так не нравилась идея оживления Сердца. Но что сделано, то сделано.

Я провалялся в колдовской лихорадке где-то около часа. Потом потихоньку начало отпускать. Браслет уже не так жег, голова перестала болеть. Вышел на палубу подышать свежим воздухом и натолкнулся на Орину.

– Что случилось? – спросила она.

По лицу моему поняла?

– Да так. Мигрени.

– Нет, – не согласилась она. – Я чувствую беду. Сегодня ночью мне снились кошмары и был жар. Не такой сильный, как во время битвы за Сейд-Нирам, но несколько часов промучилась. Что происходит, Михаир?

Черт! Точно. Она же ощущала мои преображения в Сейд-Нираме из-за той незримой связи, что возникла между нами из-за эмоций и обоюдных попыток шпионажа.

– Происходит расплата за когда-то спасший меня поступок. Север снова зовет.

– Я хочу знать, что там произошло на самом деле. Луна немного рассказала мне про «оживление бога, чтобы захватить город». Но она сама не все понимает.

– Хорошо, – вздохнул я. – Не самая приличная часть моей биографии, но ты имеешь право знать. Все это началось… как ни странно с твоего брата. Аргайла. Дальше не вслух.

И перейдя на командный голос, я начал долгий пересказ всей этой печальной истории. Тайное поселение друидов, Сердце Мира, Аргайл и Ларэн, орда Белквергоста, смерть Бога Севера, а затем его возрождение в момент моего приближения к Кринторну.

К тому моменту мы с Ориной уже зашли ко мне в «каюту», чтобы не привлекать внимание команды. Я мог наблюдать как лицо девушки меняется с каждым новым этапом истории. Гамму эмоций она испытывала не самую приятную. Понимаю. Вряд-ли среди легенд и сказаний Велвегров ей попадалась такая забористая хрень.

– Сколько же напрасных страданий… – явно сдерживая слезы прошептала девушка. – И мне больно думать, что моя семья к этому причастна.

А ещё к этому причастен я. Однако поздновато искать виновных. Заметная их часть уже мертва, а кое-кого даже съели.

– Сердце не остановится и в покое нас не оставит, – добавил я. – Эта сила будет стремиться ко всё новым жертвам. Чтобы больше душ присоединились к хору мертвых голосов.

– Значит нужно действовать! – неожиданно переключилась на решимость Орина. – Отправиться туда и уничтожить чудовище пока не стало поздно.

– Все не так просто. Хоть я и обладаю огромной властью, но не управляю Империей единолично. Триумвират должен действовать согласованно. Есть также Сенат. Я сделаю все, чтобы донести до них степень опасности. Но начинать новый поход на Север можно только с полной поддержки Империи. Иначе мы все там погибнем. Ты ведь понимаешь насколько это будет сложная компания? Против нас враг, которому не нужны линии снабжения. Идти придётся через глухие леса, кишащие монстрами и нежитью. У них есть магия, устойчивая к подавлению. А ещё на Севере очень, очень большие расстояния, которые нужно преодолеть по враждебной, опустошенной территории.

Та самая адская война, обещания мной когда-то, начинается.

– Хорошо… – выдохнула девушка, чуть успокаиваясь. – Я поняла. Нельзя действовать опрометчиво. Риск слишком велик. Но если все начнется… Я бы хотела быть там. Возможно, на Севере еще остались те, кто выслушал бы меня.

– Велвегры?

– И они тоже.

Вот это она мыслит уже в правильном направлении. Однако, сказать честно, я очень не хочу опять на Север. Это будет война, в которой практически ничего нельзя обрести. Только потерять. Не согласен идти на подобный риск без всесторонней поддержки. Чтобы и подкрепления приходили вовремя, и снабжение было налажено, и все карт-бланши на руках.

Также буду не сильно против, если вместо меня туда кинут Карра. У него есть очень мощное оружие против магии в лице дара Забытого. Вполне логично, использовать эту силу против Порчи, полностью завязанной на колдовстве.

Да и вообще. Я только что отгеройствовал в Канртеге. Один отдувался за всех. Можно теперь мне посидеть на каком-нибудь спокойном Лимесе? Уверен, что Карру тоже хочется подвигов. Вот флаг ему в руки и барабан на шею.

– Значит, буду ждать, – подвела итог Орина. – И надеяться, что Империя не станет терпеть у себя под боком это чудовище.

Тут все целиком и полностью зависит от поведения чудовища. Однако, полагаю, что Сердце таки попрет на Лимес. Такова его суть. Разрушение, ненависть, месть всему живому миру.

А нам пора было покидать пока ещё не поделенную Териону и отправляться в имперские земли. Я сам на этом настаивал, так как хотел как можно скорее раструбить о новой опасности с Севера. С каждым днем все там будет становится только хуже.

– А я надеялся, что ваш светоч ещё долго будет сиять нам в этих глухих землях, – с явным разочарованием говорил Фальвус на очередном званом ужине. – Признайтесь, это все из-за Консилиума, который пытаются устроить чародеи?

Если бы. Хотя и с чародеями тоже было бы полезно пообщаться. Их на Севере полно. Вон Гелард теперь держат. Да и одолеть Сердце без мощной магии будет весьма проблематично.

– А вы туда планируете попасть?

– Что вы! – всплеснул руками Фальвус. – Тут столько дел, столько дел. Мне совсем не до развлечений. И ветра шум, и стук верфей моей душе ближе, чем благоуханные шепоты сулимских дворцов. Я по сути простой человек. Труженик и стяжатель, – вздохнул Осьминог, постукивая по столешнице из красного дерева толстыми пальцами, на каждом из которых сверкала увесистая золотая печатка.

Хорошо нынче труженики в Империи живут. Однако его посыл мне понятен. Заморским странами и сложным хитросплетениям международной политики Фальвус предпочитаете простое человеческое счастье – деньги.

Последние дни на Терионе прошли в пирах, которые не приносили мне ни капли веселья. Я посещал их только из приличий. А по ночам меня ожидали тревожные сны. Опять кошмарные видения атаковали мой разум, словно я снова вернулся на Север или под стены Сейд-Нирама.

Мне снились до боли знакомые сюжеты: дым, пламя, орды мертвецов и чудовищ, огненные глаза на небе. Все как мы любим. Браслет время от времени начинал нагреваться. Не обжигал, но как бы напоминал, что смерть рядом и помнит обо мне. Memento mori.

Хотелось поскорее действовать и я настоял на немедленном отбытии в Империю, заранее оповестив благородное семейство Лиардианов о своем возвращении.

Фальвус напоследок толкнул долгую речь о том, как замечательно нам дескать было вместе воевать. Всех победили и можем повторить. Содержание сладкоречивых комплиментов там было такое, что я опасался развитие у присутствовавших диабета как минимум второй стадии.

Также флотоводец заверил, что меня непременно ждет триумф и обещал к нему подготовить головы чудовищ для выставления на параде. Кроме того, он предложил захватить на Терионе некоторое количество оставшихся пиратов или их бывших пособников, чтобы провести по улицам. Ну это уж ему виднее.

Далее начался обмен подарками. Я тут не первый день, поэтому ожидал подобного расклада и заранее подготовился, приказав Севидию выбрать самые достойные образцы ювелирных изделий из нашей доли сокровищ.

«Главное не дарить одну только посуду или одно только оружие», – рассуждал легат. – «Это можно посчитать оскорбительным намёком на его вес».

В итоге подарили всего понемногу, плюс какое-то количество алхимических фокусов типа разноцветных огоньков и хлопушек.

Сам Фальвус тоже в накладе не остался. Причем его подарки оказались на удивление практичными. Вместо безделушек, вина и рабов, он передал мне три сотни своих наемников. Переход он произвел грамотно. Не просто в приказном порядке перекинул людей, а подыскал добровольцев, выдал дополнительные выплаты, побеспокоился о будущем их семей, если таковые имелись.

Пускай я и не поклонник манеры Фальвуса «дарить» своих воинов, но в этот раз всё было сделано толково. Ни прибавить, ни убавить.

Также он предложил мне нанять четыре десятка туземцев, трое из которых обладали магическими способностями.

Короче, у нас получился этакий размен деньги на солдат, и он меня полностью устраивал. От идеи создания для Орины отдельного подразделения я не отступился.

И вот, после теплых слов и долгих прощаний мы погрузились на часть кораблей, чтобы уже без Фальвуса отправиться в Гераду. Город, который мы когда-то покинули, идя войной на пиратскую вольницу Гастоса. Кажется, это было так давно. В моём новом мире день идет за два, а то и за неделю.

Отправились мы немножко навести порядок и побить пиратов, а потом бам – Пасть Таргара, бессмертные из глубин океана, возвращение Мирканто, призраки древних стратегов и два бунта по цене одного.

Теперь же назад в Империю. Место сосредоточения силы, власти, жадности, коварства знати и надежд миллионов простых людей.

Териона медленно удалялась. Таяла на фоне неба и моря словно льдинки под лучами весеннего солнца.

– Когда-то я мечтала, что Гильдия окрепнет настолько, что однажды мы нанесем удар по Терионе, – печально произнесла Орина, наблюдая как удаляются острова.

– Канртег – не та почва, на которой что-то может окрепнуть, – мрачно возразил я.

– Да. Жаль, что я поняла это слишком поздно.

Ничего. Главное, что я понял все вовремя и оставил мага, чтобы подстраховать Орину. Но вслух это произносит не стал. Скромность красит человека при власти. Впрочем, для таких как мы работает принцип «подлецу все к лицу». Пока ты справляешься со своими задачами, тебе очень многое готовы простить. Например, оживление дохлых божеств.

Плавание прошло спокойно, не считая кошмарных снов. Ноций с большим любопытством и энтузиазмом рассматривал имперское побережье, так непохожее на все, что он видел раньше. Не мрачные полупустые древние башни, не дикие леса островов, а плотно заселенный регион с хорошим климатом.

– Много домов, – очередной раз повторял он, наблюдая за людьми на берегу.

Как выяснилось, после Канртега Ноций думал, что дома и крепости это что-то типа пещер, которые люди не строят, а лишь занимают и ремонтируют.

Башни Гериды, залитые солнцем, внушали оптимизм. Угловатая простая архитектура Империи казалась очень приятной глазу и жизнерадостной после долгого пребывания среди нависающих громадин Канртега. Все здания функциональны. Построены людьми без магии и для собственных нужд, а не как способ прославить темных властителей.

Отсюда мы отправлялись в поход, сюда вернулись. Круг замкнулся. Интересно, замкнет ли судьба ещё один круг, отправив меня снова на Север.

Перед походом против Гастоса я обещал Децимале, что она сможет уйти из армии после разгрома пиратов. Сама она об этом не напоминала, но мы к данной теме ещё вернёмся. Позже. Пока в новый поход меня не гонят, значит торопиться некуда.

– Боги, как же хорошо снова стоять на родной земле! – объявил Поций, наблюдая за неторопливой разгрузкой войск. – А к вам, кажется, родственники.

В порту появилась хорошо вооруженная процессиях, охранявшая Стилиона Лиардиана. Быстро он таки явился по мою душу. Охранников с собой многовато притащил. Просто для пафоса или чует опасность?

Я остался в тени своего корабля, ожидая пока Стилион сам подойдет. Он почти не изменился с нашей последней встречи, но казался старше потому как не улыбался. Удивительно. Обычно он скалился по поводу и без. Однако меня родственничек таки одарил скупой улыбкой, произнося формальные приветствия.

– Имею честь поздравить Вас с возвращением и победой.

То, что Стилион имеет честь, я не сомневался. Совесть тоже, полагаю, регулярно имеет в самых неожиданных позах и местах.

– Какие новости? – спросил я.

– Главная это, безусловно, разгром проклятого Гастоса Тарквидия. Надеюсь, что вы хорошо забальзамировали его голову?

– Это к Фальвусу вопрос. Я только отрезал.

– Но что же мы тут! – всплеснул руками Стилион. – Уважаемый триумвир наверняка устал после долгого путешествия. Давайте же скорее отправимся в более приятное и подобающее место.

Наедине хочет поговорить. Какая-то жопа на горизонте или просто осторожничает? Скоро узнаю.

Мы в сопровождении Рубия отправились на одну из загородных вилл семейства Фальвуса. Давно не сидел в паланкине и в целом не люблю этот транспорт, но хотелось пообщаться со Стилионои тет-а-тет.

– Поход, действительно, получился успешный, – отметил Стилион. – Нам даже не придётся много врать, восхваляя подвиги славного Михаира Лиардиана.

– Сам в шоке. Но просто с городом повезло. Канртегу очень сложно сделать хуже, а камни и вода скверно горят.

– Возблагодарим тогда божественное провидение. А у нас скоро свадьба.

– Надеюсь не моя. Понимаю, что брак тут дело политическое, но о таких событиях меня надо ставить в известность заранее.

– Конечно, конечно! Не твоя. Кастий Лиардиан Ноктер жениться на какой-то дальней родственнице Беро. Ерунда.

Ноктеры это побочная ветвь семьи, получившие когномен в честь своих владений в нескольких днях пути от Рега.

– Свадьба – повод собраться и поговорить, – продолжал Стилион. – Обсудить важные дела с важными людьми.

Кто бы сомневался. Ладно. Именно это мне сейчас и нужно. Есть вопросы насчет раздела Терионы плюс Север.

В поместье нам предоставили торжественно обставленную беседку, посреди довольно открытого сада. Интересно. Типа место, где тебя точно не подслушают. Под ногами каменные плиты, вокруг лишь низкий кустарник, изящные статуи и пара фонтанчиков, чье журчание заглушает речь.

– Какие-то проблемы? – сразу спросил я, а Стилион холодно усмехнулся, сделав небольшую многозначительную паузу.

Мол у него то проблем дофига. Это мы там с Фальвусом развлекались в морском круизе, пока Стилиоша пахал.

– С чего бы начать… Появился и очень активно распространяется слухи, что Император на самом деле умер, а Беро узурпировал его власть. В Столице произошли три громких убийства и небольшой бунт нищих. Волнения в западных провинциях. Ещё и нападения на Север участились. Там погиб тот никчемный старик. Бывший слуга Геора, дочку которого ты наконец-то присвоил. Надеюсь, знаешь, что делаешь. Будет очень печально, если легенда о победоносном стратеге Михаире закончится перерезанным на ложе горлом.

– За это не беспокойся. Что еще хорошего случилось в мое отсутствие?

– Наш уважаемый добрейший дедушка решил, что тебе непременно нужен триумф. Прямо таки воспылал этой идеей. Я пытался ему намекнуть, что сейчас не самое подходящее время, но его прельщает перспектива прославить наш род в веках пуще прежнего.

Добрейший дедушка это, конечно, Севидий Лиардиан Старший – глава семьи, дед Стилиона и сенатор.

– Неподходящее время? – удивился я. – Меня тут Севидий Младший уверял, что триумф нам нужен позарез.

– Кузен узко мыслит. Безусловно, триумф добавит нам политических очков и популярности среди черни. Однако это будет мощный раздражитель сторонниками Карра и Сандиса. Они не объединяться, конечно, но каждый станет действовать против «выскочки», который посмел обойти их кумиров. Я уверен, что сейчас лучше всего отыграть жертву. Подать заявку на рассмотрение и самостоятельно ее завалить, обвинив в этом недоброжелателей. Потом же всячески подчеркивать как несправедливо с нами обошлись. По итогам триумф будет, но через несколько лет, когда Карр или Сандис тоже отчебучат что-нибудь героическое.

– Голова Гастоса пропадет, – печально ответил я.

– Ничего. Мало ли в мире отрезанных голов.

Представляю. Вот заменим настоящую голову Гастоса лучше сохранившейся фальшивкой, пронесем на триумфе, затем ее отправят в какое-нибудь хранилище, после в музей, а через пару тысяч лет нас разоблачит слишком любопытный ученый. Может быть даже напишет альтернативную историю.

– С Севером надо что-то делать и быстро, – резко поменял я тему разговора.

– Зачем нам вмешиваться? Ну отправят кого-нибудь ещё, – отмахнулся Стилион. – Не такую бездарность, как тот старик. Возможно, Октан Мерцин подойдёт. Как тебе он?

– Вроде бы ничего, хотя не довелось наблюдать его во всей красе. Но он не справится. Сенат даст ему легион-другой, просто чтобы заткнуть границу. А проблема будет с каждым днём нарастать.

– Проблема? – повел бровью Стилион.

– Смерть Иратиона это не случайность.

– Догадываюсь. Не первый день купаюсь в мутных водах политики. Мы пока ещё не выяснили кто конкретно за этим стоит, но подозреваем Радана или самого Сандиса. Обоим выгодно обострение на Севере. Пошатнуть твою репутацию через темное прошлое.

Ох, боги!

– Это были не Радан и не Сандис. Поверь! Я видел все своими глазами. Иратиона убили монстры.

– Видел с помощью магии? А можно ли уповать на эти знания? Не могли ли это как-то подделать? Письма же подделывают и почерку бывает, что искусно подражают.

Бесполезно. Люди, подобные Стилиону, слишком погружены в политику. Буквально одержимы ей. Сейчас они просто не могут поверить в то, что существует аполитичная сила разрушения, грозящая всем и сразу. Поэтому ищут происки конкурентов там, где есть только огонь и смерть.

Печально. Боюсь, что сенаторы тоже недооценивают угрозу Сердца. Займутся ей только когда все серьезно полыхнет. Так чтобы тысячи жертв и огонь от горизонта до горизонта. Получится ли у меня заранее втолковать политиканам всю опасность? Не знаю, но надо постараться.

– Однако какая трогательная забота о судьбе Севера, – усмехнулся Стилион. – Возможно, это как-то связано с выбором девушек из тех краев.

– Если там мощно полыхнет, то и меня в этом начнут обвинять. Не говоря уже об открытии второго фронта. Лучше разобраться со всем как можно быстрее, пока у нас перемирие с Шаддом.

– Ситуация внутри Империи сейчас крайне нестабильная. Шаткое положение, – серьёзным голосом ответил Стилион. – Все балансирует на грани катастрофы. Одно лишнее движение, неосторожное усилие и мы сорвемся первыми.

Ага. Лишь бы не сорваться первыми. Умри ты сегодня, а я завтра. Однако Стилиона можно понять. Похоже, что ситуация в Империи за мое отсутствие не успокоилась, а скорее накалилась. Все заточили ножи и ждут, когда кто-то совершит ошибку.

– Если на Севере проблема магического толка, то пусть ее решают чародеи, – продолжил Стилион. – Целая стая их сейчас слетается в Сулим, на так называемый Консилиум. Многие стратеги тоже получили приглашения. Вероятно, там будет Сандис.

Это скорее антиреклама, но я уже понял, что грядет важное международное мероприятие. Конечно! Давайте вместо устранения угрозы миру соберёмся бухать во дворце. Эх, как же тяжело доносить ситуацию до людей, которые слишком долго варились в политике.

– И ещё важный вопрос… – немного ядовитым голосом произнёс Стилион. – Откуда у тебя вдруг взялся сын?

– Это долгая история.

– А я сегодня никуда не спешу.

И я вкратце поведал историю обретения Ноция, опустив однако роль Гилама.

– То есть, он, действительно, полубог… – задумчиво произнес Стилион. – И полубог очевидный. То есть огромный, сильный, искрящийся магией. Хорошо! – щелкнул пальцами мой бывший актуарий. – А мы право волновались, что это результат слишком тесного общения с малолетними северянками. Но придется теперь повозиться. Надо срочно определять его в какой-нибудь подходящий храм хотя бы на пару недель, чтобы там достаточно авторитетный жрец, а лучше фламин утвердил его божественность. Грань между полубогом и чудовищем это очень тонкая линия. Надо чтобы народ правильно воспринял твоего отпрыска.

– Понимаю.

Мы ещё немного поболтали на тему событий в Канртеге.

– Так за этим всем стояла Рене Лания?

– И да, и нет, – ответил я. Как понимаю, Гастос использовал некоторую часть ее силы, но как только в нём пропала необходимость – Мирканто избавилась от пирата.

– Что смертные, что боги – везде коварство.

После разговора со Стилионом я решил немного отдохнуть от политики, но тут ко мне явился Севидий.

– Давай позже, – отмахнулся я, лёжа с легкой мигренью. – Политика сегодня надоела. Или у тебя что-то срочное?

– Я буквально на пару слов, триумвир. Помните в Канртеге вы мне поручили разузнать о возможных потомках Гилама Рег Навара на территории Империи?

– Ага. И ты, стало быть, разузнал?

– Верно. Это оказалось даже проще, чем я думал. Потомки старшего брата Гилама заняли в Империи весьма видное место. Сенаторский род, пусть не из самых ныне могущественных. Их фамилия – Ореты.

– Ну конечно! – воскликнул я, вопреки головной боли, подскакивая на месте.

Все думал, кого мне внешне напоминает Гилам. Кастелиуса Орета, бывшего хозяина Итки. Они даже оба лысые. Кажется, у меня есть ещё один повод посетить известного в Столице гаруспика.

Глава 15

Неуемные аппетиты

Уже вечерело, когда мы подъезжали к Трехтысячелетнему городу.

– Каждый раз около Столицы у меня странное чувство… – сплюнув на обочину, произнес Поций, ведя коня чуть за моим. – Вроде бы гордость, трепет, даже восторг, но одновременно будто бы лезешь в пасть хищнику.

– Символ этого города – орел, – подключился к разговору Севидий. – Среди крестьян ходит скабрезная шутка, мол орёл недаром покровитель Рега. Птица прекрасная, гордая, но если подлетит слишком близко, то может унести домашних кур или нагадить на голову.

– Много ли народу казнили за эту шутку? – спросил я.

– Казнили? Едва ли. Штрафовали? О да!

Вчера Орина говорила, что не думала когда-либо оказаться в этом городе. А если все же пришлось бы нанести визит, то представляла его иначе. Воображала себя в цепях, ожидающую казни за дверью какого-нибудь особо поганого подземелья. Особо поганые подземелья в Реге имелись. Итка не даст соврать. И скоро я посещу дом ее бывшего хозяина. Но сначала таки дела семейные.

В сумерках перед нами раскинулся Рег. Столица Империи. Трехтысячелетний город. Исполинский мегаполис этого мира, кипящий жизнью днём и даже ночью. Сквозь сумерки проступали контуры трех-четырехэтажных домов и зданий больше. Театры, храмы, арены, площади и городские башни. На фоне огней выделялись изящные арки акведуков, несущих воду с ближайших гор.

Я чуть отстал и, сравнявшись с Ориной, спросил:

– Ну и как тебе он? Можешь сверху осмотреть камерой. Так будет проще понять масштаб.

– Большой, шумный, но после Канртега дух уже не захватывает.

– И зря. Канртег по сути труп, а этот город жив. Все в нем наполнено людьми. Каждый квадратный метр ценен и, разумеется, дорог. Когда-то были два города. Один полагался на магию и пал, а другой расцвел усилиями людей. Ты, конечно, можешь указать, что многие богатства Рега получены завоеваниями, но знаешь ли… Про то как строили Канртег лучше вообще не вспоминать.

– Один победил, другой проиграл, – задумчиво произнесла Орина, а затем добавила. – Но не стоит думать, что я сочувствую древним жрецам Канртега. Меня их зловещее величие не очаровало. Понимаю, что победа тёмных жрецов была бы ещё большим ужасом для всего мира, чем Империя Рега. В Канртеге меня волновала не древняя слава, а его нынешние жители.