Текст книги "Судьба"

Автор книги: Лоис Буджолд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 52 (всего у книги 81 страниц)

Леди гем Эстиф многозначительно хмыкнула. И Грегор, конечно же, не преминул галантно дать ей слово:

– Просветите нас, миледи, будьте так любезны.

– Да потому, что по большей части эти вещицы – собственность правящей гем-хунты. А гем-хунту – по большей части – казнили по их возвращении на Эту Кита, – сказала леди гем Эстиф. И добавила: – Да, они самолично намерены были сюда вернуться, кто б сомневался.

Айвен не смог бы сказать, какая часть натуры возобладала в Галени – историк или эсбэшный аналитик. Но Дув жаждал узнать больше:

– Леди гем Эстиф… Я очень надеюсь, что у вас найдется время побеседовать со мною позже?..

Она подняла руки, раскрыв ладони, но этот жест мало походил на капитуляцию.

– Это не от меня будет зависеть.

– Благодарю вас, коммодор Галени, пока достаточно, – сказал Грегор. – Полковник Отто, возможно, сейчас вы можете что-то добавить к своей первоначальной оценке, почему, собственно, случилось так, что здание моей Имперской СБ почти целиком погрузилось под землю? С технической точки зрения.

Насколько припоминал Айвен, среди всех криков, доносившихся в то утро с командного пункта, горестные стенания: «Тонет! Это дерьмо просто тонет!» и были как раз реакцией самого Отто.

Галени сошел с кафедры, и на нее поднялся Отто.

– Сир… – Он очень почтительно кивнул Грегору, адресовав Аркуа лишенный какого бы то ни было почтения сердитый взгляд. – Мы вносим изменения в нашу картину случившегося по мере поступления новых данных, но, полагаю, то, что я изложу сейчас, дает верное представление о катастрофе – в общих чертах.

Он вставил в считыватель комм-пульта чип с данными, и над видео-пластиной возникло крупномасштабное цветное трехмерное изображение.

Отто принялся объяснять схему, тыкая световой указкой:

– Уровень земли обозначен темно-коричневым, окружающие здания – светло-коричневые. Здание СБ зеленое. – Все увидели шесть этажей и несколько подземных уровней, представленных на схеме пересекающимися линиями холодных цветов и с виду похожих на клетку. – Бункер. – Еще одна низкая стопка синих ячеек, наискосок от зеленой. – Старый ливневый коллектор. – Прозрачная трубка красного цвета, бегущая по диагонали глубоко под улицей. – Мы подозреваем, что старый туннель сержанта Абеляра должен был начинаться от этой трубы. Возможно, что именно заплата стала тем слабым местом – темно-красное пятно пунктиром, – где и прорвало трубу, когда взорвалась бомба. – Зловеще пурпурное пятнышко, весьма точно локализованное, насколько мог судить Айвен.

– Тут обозначены столько оставшихся туннелей «Микобура», сколько мы смогли нанести на карту. – Сплошная желтая труба уходила вниз от гаража под офисным зданием через дальний угол здания СБ. Еще одна такая же желтая труба начиналась рядом с бункером и петляла по направлению к первой. – А вот так скорее всего выглядел туннель до взрыва бомбы. – Пунктирные желтые линии разветвлялись прямо под фундаментом СБ.

– Стены туннелей «Микобура» вулканизировались, став очень твердыми, прочными при компрессии – но не при растяжении, – и довольно хрупкими. В какой-то момент, при перестрелке между преступниками и патрулем СБ, преследовавшим их под землей, чей-то луч парализатора ударил в старую бомбу на полу туннеля и взорвал ее. – На схеме Отто не было ни намека, из чьего парализатора был выпущен энергетический заряд. Вспышка пурпурного света разлилась по сети туннелей. – Воздух и газы в туннелях передали импульс ударной взрывной волны, покатившейся по всем туннелям. Мы еще не знаем, шла ли дальнейшая химическая реакция. Сильное сотрясение стен привело к их растрескиванию, образовались и видимые, и микротрещины. В то же самое время лопнул слабый фрагмент трубы ливневого коллектора, примыкающего, или почти примыкающего, к туннелям «Микобура». Участок коллектора сразу за пробоиной обрушился, запруженная таким образом вода устремилась в пробоину, и поврежденный туннель начал быстро заполняться. Вода не сжимается, и это некоторое время удерживало сеть туннелей от обрушения. Наверху продолжался ливень, и прибывающая вода проникала в трещины в стенах, ослабляя их, а затем под значительным давлением стала смешиваться с пока еще сухим и твердым грунтом. В результате разветвленный туннель «Микобура» превратился в гигантскую губку под штаб-квартирой СБ. – Обширный участок неправильной формы ниже зеленой клетки стал окрашиваться красным. – Давление возрастало. – Красный цвет стал ярче, губка разбухла.

Быстро оглядевшись, Айвен заметил, что и Иллиан, и Аллегре завороженно смотрят на это цветовое шоу.

– Когда мои инженеры добрались до крыши бункера, использовав гравиподъемники… – На уровне земли в зоне парка обозначился белый круг и стал опускаться к голубому кубу правильным конусом, направленным вниз. – Возможно, именно в тот момент, когда мы прорезали крышу, ливневый коллектор раскупорился сам по себе. Подозреваю – хотя пока не могу доказать, – что этому могли поспособствовать вибрации от спасательных работ. В любом случае коллектор разблокировался и стал осушать сеть туннелей «Микобура», в которых была чертова прорва жидкой грязи. Здание СБ, находящееся прямо над ними, давило гигантской массой, сжимая губку и выдавливая ее содержимое во вновь открывшуюся точку слива.

Пульсация красного света двигалась вдоль ливневого коллектора.

– А остальное… Мы еще не знаем, шла ли дальнейшая химическая реакция. – Отто вздохнул. – Мы все видели своими глазами.

Красная губка медленно становилась все более плоской, и столь же медленно зеленая клетка начала опускаться ниже коричневого уровня поверхности земли.

– Насколько далеко это погружение зайдет? – поинтересовался из заднего ряда генерал Аллегре.

– Не намного дальше, чем сейчас. В настоящий момент с крыши на землю можно просто спрыгнуть. И не переломать при этом ноги.

Картинка получилась настолько наглядной, что за ней последовало недолгое молчание. Айвен мысленно отметил, что если Аллегре после всего этого и надумал покончить с собой, то ему придется приискать иной способ. Традиционный – шагнуть в небытие через парапет – явно не годится.

– Благодарю, полковник Отто, – произнес Грегор, прерывая затянувшееся молчание. – Все вполне понятно.

– Благодарю вас, сир. Но есть один важный вопрос, на который я хотел бы получить ответ. – Он показал на линию ливневого коллектора. – Мы прекрасно знаем, что частицы стен туннеля «Микобура» должны были перемешаться с грязью. Которая в основном оказалась в реке. Что произойдет ниже по течению? – Его взгляд на семейство Аркуа был беспристрастным, но далеко не бесстрастным.

– Для ответа на ваш вопрос, я надеюсь, доктор Уэдделл сможет предоставить нам больше информации, чем вчера в это же время. Итак, доктор Уэдделл?

Повинуясь жесту Грегора, Отто сошел с кафедры, и Уэдделл занял его место.

Уэдделл был известный ученый лет шестидесяти, вполне почтенной наружности. Но так уж случилось, что Айвен оказался в курсе его темного прошлого, что, впрочем, отнюдь не мешало ему делать свое дело. Скорее наоборот.

Доктор нервно откашлялся.

– Что ж, сир. Как всем известно, отсутствие доказательств не есть доказательство отсутствия. Тем не менее мои полевые команды пока не обнаружили живые клетки «Микобура» ниже по течению от столицы. С другой стороны, были идентифицированы фрагменты бывшей стены туннеля, а если есть одно, то может быть и другое. Одно хорошо – что на уже исследованные живые клетки пребывание в соленой воде оказывает неблагоприятное воздействие. Так что если какие клетки и достигнут моря, вряд ли они там выживут.

– Я же вам говорила, – пробурчала леди гем Эстиф. – Три дня тому назад.

Глянув на нее исподлобья, Уэдделл продолжил:

– Пока что я настоятельно рекомендую продолжать наблюдение, но, по моему мнению, «Микобур» представляет меньшую угрозу, чем некоторые другие биологические кошмары, с которыми вы, барраярцы, уживаетесь уже долгие годы, не говоря уж о собственной экосистеме планеты. Осторожность – да, паника – нет. Я бы сказал, добавьте этот пункт в общий список и двигайтесь дальше.

Тедж, внимательно его слушавшая, заморгала.

– Эй, – шепнула она Айвену. – Этот тип джексонианец. Или был им.

– Я знаю, – шепнул он в ответ. – И Грегор тоже. Никому не говори.

Грегор смерил Уэдделла взглядом:

– А вы лично стали бы сегодня пить воду из реки, взятую ниже по течению от Форбарр-Султана?

Айвен подозревал, что Грегор сейчас в таком настроении, что того и гляди сам проверит. Если не на себе, то почему бы не на Уэдделле? Может, у него уже наготове бутылочка этой самой воды?

– Да, – ответил Уэдделл твердо, – если ее сначала прокипятят, чтобы уничтожить остальные восемнадцать потенциально смертельных патогенных микроорганизмов, которые и так в ней есть. При обычном, как здесь и принято, обращении с местной водой ваши подданные не подвергаются никакой опасности.

«А тот, кто настолько глуп, чтобы пить на этой планете необработанную воду, вполне заслуживает исключения из генофонда?» Уэдделл вполне способен думать именно так – Айвен знал это по прошлому опыту общения с ним, – но он достаточно сообразителен, чтобы не высказывать это вслух. Во всяком случае, здесь.

Грегор повернул голову:

– Доктор Аллегре, это утверждение по обработке воды уже было вами проверено?

Выпрямив спину, та ответила:

– Это… несложно проделать. Звучит правдоподобно.

– Другими словами, нет. Распорядитесь, пожалуйста, чтобы ваши люди немедленно провели надлежащие тесты, и доложите о результатах в самые ближайшие сроки.

– Да, сир. – Она склонила голову к наручному комму.

– Очень хорошо, доктор Уэдделл. Продолжайте вести наблюдение.

Грегор жестом предложил ему снова сесть рядом с администратором, и эти двое зашептались, сблизив головы. Возможно, там прозвучало: «Бог мой, а вы не подкачали!» – и: «Так что там с нашим финансированием?» Отто, похоже, не поверил ни единому слову. Доктор Аллегре, по-видимому, позже рассеет аналогичные сомнения генерала Аллегре.

Грегор пристально посмотрел на ряды, занимаемые Аркуа. Те, в свою очередь, смотрели на Грегора. Шив убедительно изображал бесстрастность. Удине теребила короткие прядки волос, а леди гем Эстиф только и хотела, что поставить свои сто тридцать лет против чего угодно, предъявляемого Барраяром.

– Теперь – я в моей третьей шляпе…

«Ну вот, сейчас будет еще хуже?..»

– … мы подходим к проблемам гораздо большего, имперского масштаба.

Шив сощурил темные глаза, внезапно напрягшись – как и Грегор.

– Как вы прекрасно понимаете, Барраяру нет никакой реальной выгоды от агрессивных авантюр в локальном пространстве Архипелага Джексона. Но вы не можете не сознавать со всей определенностью, что положение кардинальным образом изменится, если Цетагандийская Империя – будь то напрямую или через марионеток – получит контроль над вашими входами в п-в-туннели. Мои аналитики утверждают, что дом Престен – на данный момент именно такая марионетка, нацелившаяся на монопольное владение п-в-туннелями.

Шив громогласно заявил:

– По установившейся традиции, подобным попыткам всегда противостоят альянсы других Домов, пусть даже и временные. Такое уже бывало. И не раз!

Грегор спокойно ответил:

– Два – уже в их пользу. На подходе – еще три.

– Фелл – крепкий орешек, так просто не раскусишь, – пожал плечами Шив.

– Барон Фелл – все еще – очень стар. По последним сообщениям.

– Это правда… – пробормотала Удине.

Грегор даже не моргнул.

– Так уж случилось, что Барраяр мог бы привлечь союзника в Архипелаге Джексона. Один союзник, на самом-то деле, лучше, чем пять, ввиду, э-э… аналогичных усилий по дестабилизации со стороны Цетаганды. Так что тайный союзник был бы более полезен.

– За эту десятипроцентную выплату от суммы найденного клада, – задумчиво заметил Шив, – вы могли бы себе подобрать не один Дом из выставленных на продажу.

– Да, но никакие денежные суммы не дадут гарантий, что факт покупки остается в силе. Если это не добровольный выбор.

– Хм…

Грегор поднял палец:

– Десять процентов – минус издержки.

Шив вопросительно поднял брови.

– Каким-то чудом, – продолжил Грегор, – никто не погиб в этой катастрофе в выходные.

– Вы хотите сказать, что не стали бы платить жизнями?

Грегор холодно на него посмотрел:

– Напротив. Я плачу чужими жизнями каждый день. Это та монета, которой Барраяр оплачивает мои ошибки с тех пор, как мне исполнилось двадцать. Но это значит, что пенсии семьям, потерявшим кормильца, идут первым пунктом, и их не урежут.

– Понимаю… – проговорил Шив.

– Продолжайте… – сказала Удине.

– Вместо этого я бы начал с подсчета текущих расходов прошлой недели и далее, по сегодняшний день, которые повлекла за собой эта чрезвычайная ситуация.

Шив вроде бы подтвердил кивком справедливость сказанного… но, пока он еще не вступил в пререкания, заботливая рука жены остановила его, сжав его руку в своей и пресекая необдуманные выплески эмоций. Это подействовало.

– Нам также требуется новое здание СБ. Судя по тому, что мы видели.

Шив, похоже, чуть оскалился? Или, может, улыбнулся. Саймон так широко распахнул глаза, что, казалось, он сейчас завопит от радости. Гай Аллегре, которого минуту назад новый и несколько космический поворот беседы заставил сдвинуться на самый краешек кресла и напряженно слушать, снова удобно уселся, что должно было означать: «Итак, продолжим».

– Старое здание… крайне затруднительно оценить в его нынешнем местоположении. Некоторые считают, что это бесценная историческая реликвия.

– Один бетанский доллар? – подал кто-то реплику с другого конца ряда.

Грегор это проигнорировал, не поморщившись.

– В любом случае безусловно разумным решением будет депонировать определенную сумму на его возможную очистку или на то, чтобы от него избавиться.

– Хм-мм, – неопределенно отреагировал Шив.

– Гораздо более критическим является необходимость зарезервировать надлежащие суммы на мероприятия по ликвидации потенциального заражения от «Микобура», если в этом возникнет необходимость. Исключить этого мы пока не можем. А это как раз тот самый случай, когда урезание бюджета – недопустимо.

Двое присутствующих из Императорского научного института навострили уши – позиция Грегора в данном вопросе сулила неплохое финансирование.

Шив тихонько взвыл. Но… за время визита он кое-что о Барраяре все-таки узнал – а потому не стал возражать. Понятно ведь, что тут-то как раз и можно увязнуть по самые уши – и никогда не выбраться. Хуже этого – только базарить насчет пенсий семьям погибших. Да и то под вопросом. Может, и не хуже.

Грегор едва заметно улыбнулся:

– Впрочем, я не только требую отдать то, что должно. Моя, э-э, хм-м… императорская рука может и даровать некие блага. Чтобы ускорить ваше с семьей возвращение на Архипелаг Джексона, я безвозмездно предоставляю вам в собственность скачковый корабль. Без вооружения на борту, но, как меня заверили, скоростной. – Грегор указал куда-то вверх – на орбиту, видимо.

Байерли это удивило настолько, что он поперхнулся и еле пролепетал:

– Яхта Формерсье? Вы хотите всучить это… это?.. – Он осекся.

– Декор, как мне объяснили, – вполне обсуждаем, но все механизмы в порядке. Мои инженеры проинспектировали корабль и гарантируют это. Присутствующий здесь Форратьер уже путешествовал на нем и может подтвердить.

– Э-э… летает, да.

«То есть уберется отсюда куда подальше, а?..» Грегор вопросительно поднял бровь – понятно, что такой вариант его вполне устроит. Подальше отсюда… как можно дальше.

– Полагаю, можете повеселиться, устроив сногсшибательный аукцион, выставив эту яхту на продажу? Потом, как вы понимаете.

Шив переплел пальцы, и вид у него был очень даже довольный. Впервые за все утро.

– Уже предвкушаю эту развлекуху.

– Еще один подарок я намерен отправить в путь вместе с вами – моего личного связного. Опытный агент СБ и, насколько я понимаю, почти зять. Так как, смею надеяться, вы предпочитаете, чтобы важные дела не выходили за рамки семьи. – Грегор милостиво указал на Байерли, сидящего во втором ряду рядом с Риш. Та уставилась на Байерли, ничего не понимая.

А вот Бай, несомненно, это предложение Грегора слышал не в первый раз. Черт возьми, и когда он только успел?.. И столь же несомненно – это предложение Бая как-то не осчастливило.

– Там все… так непривычно, – только и смог он сказать едва слышно.

Риш, успевшая оценить сложившуюся ситуацию и уже вполне оправившись от нежданного предложения, предложила:

– Может, я смогу тебе помочь со всем этим, Бай? Как говорится, ты – мне, я – тебе? Ну, не дрейфь, Бай!

Шив, обернувшись, посмотрел на нее, что-то прикидывая.

Аллегре тоже – правда, на свой лад – не преминул как-то подбодрить Байерли:

– Ваш куратор из внутренних дел уже выражал опасение, что вы застоялись, Форратьер. Вам просто необходимо сложное задание.

«Нет уж! Фигушки!» – одними губами произнес Бай, не поднимая головы и глядя в пол. Обернуться и сказать это в лицо Аллегре он не посмел.

Аллегре же продолжил вещать:

– Подходящее прикрытие оставляю на ваше усмотрение, – и на усмотрение Аркуа, разумеется. Хотя, как мне кажется, выбирать особо не приходится. – Он послал Риш многозначительную улыбку.

Шив и Удине переглянулись. Удине подняла голову:

– Позвольте нам покинуть аудиторию и переговорить наедине. Это не займет много времени.

– Разумеется, – сказал Грегор.

Они вышли в коридор. Наедине в точном смысле этого слова они не были – охранники, как же без этого. Но все же их не слышали те, кто остался в аудитории. Шив и Удине отсутствовали достаточно долго. За это время многие воспользовались возможностью размяться, а заодно сходить за кофе и тем, что еще осталось от выпечки, а также посетить туалетную комнату. По просьбе Аллегре и Саймона полковник Отто запустил повторный просмотр своего цветного пособия. И еще раз. И еще. На разной скорости. Эмоции Саймона всегда было трудно прочесть, но непохоже, чтобы зрелище ему надоело.

Наконец Шив и Удине вернулись и вместе предстали перед Грегором.

– Грегор Форбарра, – провозгласил Шив. – Вы достойнейший внук вашего прославленного деда Эзара. – Он протянул руку. – Ваша сделка принята.

Грегор церемонно пожал руки обоим:

– Барон. Баронесса.

Непохоже, что при данных обстоятельствах он смог бы заставить себя сказать «спасибо». Но зато смог-таки сказать нечто более уместное в столь нетривиальном случае:

– Желаю удачи в ваших будущих устремлениях.

Шив, который уже готов был уйти, снова обратился к императору:

– Император Грегор. У меня есть к вам одна очень личная просьба… – По едва заметному кивку Грегора он продолжил: – Мне бы доставило огромное удовольствие лично сообщить человеку по имени Виго Имола о том, в какую сумму оценили содержимое бункера.

Легкая заминка – в тренированном воображении Грегора одна за другой возникали самые зловещие картины закрутившегося за одиннадцать часов заговора. К счастью, на этом его воображение не остановилось. Слабая улыбка тронула губы императора:

– Пятнадцать процентов, так вроде бы? Кажется, я вас понимаю. – Он показал на Байерли: – Форратьер вас проводит.

Оруженосец впереди, секретарь за ним. Обычный порядок следования, но Грегор помедлил немного, прежде чем пойти к выходу из аудитории. Что там ждет впереди? Очередной кризис? Каждый новый день в трехпланетной Империи может преподнести незнамо какие сюрпризы. Ох-хо-хонюшки… Не счесть историй, где некие типусы домогаются императорского трона. А ведь ни один из выше означенных не претендовал на императорский рабочий стол, каждое утро заваленный бумагами, – и все требуют неотложного решения. Если такие и бывали, то Айвен о них не слышал.

– Айвен. – Грегор чуть улыбнулся. – Капитан и леди Форпатрил, я хочу видеть вас завтра. Мой секретарь позвонит вам и сообщит точное время.

Глава двадцать пятая

Приказы, спущенные с самого верха, до уровня земли долетают с весьма приличной скоростью. Айвен на собственном опыте знал, что так оно и бывает. А потому ничуть не удивился, когда то, что последние четыре дня пребывало в подвешенном состоянии, быстро пришло в движение.

Депортация. Такая легенда оказалось очень удачной, так как была, собственно говоря, полностью правдивой. Но не полностью исчерпывающей. Да, конечно, Барраяр хотел побыстрее от них избавиться, но и дом Кордона хотел побыстрей покинуть планету, имея на то собственные причины. Поэтому Аркуа спокойненько проглотили эту, казалось бы, унизительную для них «депортацию». Как и превосходный прощальный обед, который устроила в их честь вдовствующая леди Форпатрил.

После чего все, кроме бабушки, спустились под надзором охранников СБ в отведенные для них апартаменты, чтобы упаковать вещи. А леди гем Эстиф перехватил Дув Галени и направился вместе с ней в кабинет Саймона. Там они вместе с Саймоном провели два часа, но этого времени явно не хватило, чтобы выслушать рассказ о событиях за столетний период.

– Я собираюсь прикрепить к ним своего аналитика, полетит вместе с ними до Комарры или даже до Станции Пол, – сообщил он Айвену, уже связываясь по наручному комму, чтобы отдать соответствующие распоряжения. – Да, и еще бы хорошо кого-нибудь из аспирантов профессора Фортиц, если найдется подходящий. Это даст нам дополнительно пять или даже десять дней. Как бы я хотел сам с ними полететь!

Дув уже по комму вводил в курс дела профессора. Она, конечно, удивилась, но обещала свое содействие. Поиски нужного спеца в СБ заняли немного больше времени, так как не все оказались на месте, но Дуву достаточно было отдать команду, и тот, кому не повезло, мгновенно распростился со своими планами на Зимнепраздник. Айвен надеялся, что для них будет какая-то компенсация.

– По одним только рассекреченным документам можно будет написать штук двадцать диссертаций, – уверенно заявил Дув. – И защититься с отличием!

Да уж, вполне может быть, что для кого-то оно и есть желанное вознаграждение. О вкусах не спорят.

– А вы что, это зачем-то секретили? Через сто лет? Не слишком ли параноидально – даже для СБ?

– Большую часть этих бумаг мы наверняка рассекретим, как только просмотрим. Но есть там кое-что о давней гем-хунте… э-э, впрочем, не важно. – Дув замолк с таким видом, словно чуть было не выдал страшную тайну. Помолчал и нехотя бросил: – Та книга по истории… я еще дал ее почитать леди Тедж.

– И что?..

– Похоже, придется делать новое издание – переработанное и дополненное.

Айвен проводил Дува в прихожую, и тот, занятый неотложными переговорами по комму, устремился к лифтам. «Восемь миллиардов марок, – крутилось в голове у Айвена. – Восемь! Миллиардов! А этого психа больше волнуют какие-то бумажки… Или истина? Интересно, дорого ли она стоит?»

Для полета до границ Империи на Станции Пол Грегор предоставил военного скачкового пилота и обеспечил яхту Формерсье экипажем. Айвен понял так, что это было сделано с двоякой целью – убедиться, что они прибыли: 1) туда и 2) больше никуда. Десяти дней путешествия более чем достаточно, чтобы Аркуа успели связаться с кем захотят и заранее нанять новый экипаж для дальнейшего полета. Айвену очень хотелось надеяться, что они найдут надежных людей и не нарвутся на очередных «охотников за головами». Гагат воссоединится с Драгоценностями, а Амири расстанется со своей семьей на Комарре: там он пересядет на правительственный курьерский корабль и вернется, не привлекая внимания, в клинику Дюрона. А если какой-нибудь «охотник за головами» туда и забредет, это уже будет проблемой Лилли Дюроны и Марка Форкосигана. Или скорее – проблемой незадачливого охотника. Айвен задумался. Да, у охотника определенно будут большие проблемы.

Зато его, Айвена, жизнь явно налаживается. Хотя нет – еще не совсем. Есть еще маленькие тучки на горизонте. И Айвен, немного волнуясь, вышел из квартиры маман и спустился вниз, чтобы отловить Тедж.

* * *

Тедж не могла уже больше слушать трескотню Амири о том, как он ждет не дождется возращения на Эскобар. Она забрела во временную спальню родителей. Квартира была наспех меблирована взятыми напрокат кроватями и каким-то количеством диванов и стульев – все это доставили в тот же день, когда барраярские власти выгрузили сюда после спасения семейство Аркуа. Питались они наверху, у леди Элис, и такое временное пристанище всех вполне устраивало.

Баронесса вместе с леди Элис – точнее, стилист леди Элис под присмотром вышеозначенных дам – уже заканчивали паковать вещи в дорогу. Когда вошла Тедж, баронесса как раз объясняла:

– …вовсе я ничего подобного не планировала, но ведь так и будет. Надо проявлять гибкость, как говорит Шив… – И резко замолчала, увидев Тедж.

Обе маменьки искоса глянули на нее, застигнутые врасплох. Впрочем, если леди Элис и выказывала некоторое смущение, то баронесса… Да, она поджала губы, но всерьез на Тедж вроде бы не сердилась.

– Удине, мне надо на минутку подняться наверх, – негромко сказала леди Элис и обернулась к Тедж. – Полагаю, мы еще увидимся позже. – Она дала знак стилисту следовать за ней и удалилась.

Тедж и сама не знала, благодарить ли леди Элис за подобную тактичность. Квартира была, конечно, вполне просторная, но Аркуа здесь просто-таки кишмя кишели. Что – вкупе со всеми проблемами, которые они обрушили себе на голову – помогало Тедж избегать задушевных разговоров с баронессой наедине.

Баронесса нервно подергала короткую челку – этот жест появился у нее совсем недавно. Тедж надеялась, что волосы отрастут быстро.

– Ты уже собрала вещи? – резко спросила баронесса.

Тедж собралась с духом, гордо выпрямилась и сказала:

– Нет. И не буду.

Баронесса скептически окинула ее взглядом.

– Видишь ли, когда мы с твоим отцом велели тебе оставаться с твоим барраярским мужем, так это просто потому, что так ты могла избежать ареста или иных санкций со стороны барраярцев.

– Я так и поняла.

– Но конечно же, мы не имели в виду…

– Не имели в виду что? – уточнила Тедж.

Баронесса откашлялась и уверенно заявила:

– Это была уловка, Тедж. В тот момент никто бы не смог предвидеть, что все закончится для нас столь благоприятно. Мы хотели защитить тебя. Если не сами, пусть это сделает хоть кто-то…

«Кто-то, кто должен со мною нянчиться?» Почему бы и нет, раз уж от Риш сейчас толку мало.

– Да. Но когда я сказала, что остаюсь с Айвеном Ксавом, я имела в виду именно то, что сказала.

Баронесса досадливо отмахнулась:

– Нас всех повезут в космопорт через час. Это, несомненно, слишком короткий срок, чтобы заключить такую пожизненную сделку.

«В первый раз я это сделала за одну минуту…» Ну да, разумеется, временно.

– А долго ты принимала решение, что тебе нужен папа? – спросила вдруг Тедж.

– При чем тут папа? – осадила ее баронесса. – Обстоятельства тогда были совсем иными.

– Конечно. – Тедж прикусила губу, скрывая улыбку.

– К тому же «хотеть что-то сделать» и «устраивать» – совсем не одно и то же. Последнее требует планирования… действий… а порой и…

– Гибкости?

– Да, именно так. – Баронесса уже поняла, что Тедж нарочно пытается перевести разговор и вернулась к прежней теме: – В любом случае если ты не хочешь… Мы с твоим папой подумали… Ты ведь можешь просто прокатиться с нами. Хотя бы до Станции Пол? Так мы сумеем еще немного побыть вместе.

От такой перспективы Тедж просто пришла в ужас. Вы только представьте, она и все ее семейство… И всех их засунут в «не слишком большой», как дал понять Байерли, корабль. Удрать с которого столь же нереально, как и из подземного бункера. «Мы уже провели вместе двадцать пять лет, баронесса. Может, как раз самое время сделать перерыв?»

– Как мне кажется, нам лучше попрощаться прямо здесь. Военный космопорт не самое подходящее место. Я видела, что это такое, и, надо думать, вас погрузят на корабль в ускоренном темпе.

– Надо думать, что так, – откликнулась баронесса. Относительно космопорта ей явно было нечего возразить. – Как-то уж слишком впопыхах, на мой взгляд.

– У нас было четыре дня. Могла бы предположить нечто подобное.

– Или нечто вроде заключения на Барраяре? А это потребовало бы совершенно другого плана. Мы эти четыре дня и не думали ни о каких прощаниях!

«А я думала. Никто и не заметил». Впрочем, честно говоря, у них и так хватало о чем подумать.

– К тому же у меня гиперчувствительность к скачкам. А это будет десять скачков. Пять в каждую сторону.

– Ты… можешь ведь раздумать возвращаться? Ты сможешь свободно выбирать, если будешь уже на Станции Пол.

«Ага, это и есть твой тайный план?»

– А если и так? Это ведь значит – еще больше п-в-переходов в дальнейшем? И, кроме того… – Тедж вздохнула, – свободно выбирать я могу прямо сейчас. Прямо здесь. И я выбрала. – «Может, мне заорать, чтобы все это услышали?»

К счастью, не пришлось. Баронесса, помолчав, ответила так:

– Наверное, здесь ты будешь в большей безопасности. Во всяком случае, на ближайшее будущее.

Конечно. Ее семья ведь не направляется прямиком домой. Не надо об этом забывать. Хотя Станция Фелл, пока там у власти старый барон, станет для них защищенной отправной точкой.

– У вас будет Байерли. – Тедж помолчала в сомнении. – А еще средства на войну. Сколько там? Четыреста миллионов барраярских марок?

– Это всего сто миллионов, если в бетанских долларах, – немедля уточнила баронесса. – Несколько значительных взяток, сколько-то компетентных наемников, и сумма быстренько уменьшится. Какие-то пять процентов! Этот пройдоха Грегор нас сделал! – Тедж понимала: в этом заявлении ничего против Грегора лично, только бизнес.

– Не сомневаюсь, вы с папой как-нибудь сумеете свести концы с концами, – парировала она. – Вы оба очень умные.

– Задача непростая… – Баронесса… нет, она не роптала на судьбу. – Но когда мы доберемся до этих Престенов, расплата будет славной!

– Да, пусть они за все заплатят! – охотно согласилась Тедж, радуясь, что переключила мать на более позитивные мысли. По ее меркам.

– Что ты нашла в этом барраярском мальчике? – обиженно вопросила баронесса, вернувшись к прежней теме, хотя Тедж приложила немало усилий, чтобы ее отвлечь. – Похоже, он не особо честолюбив?

– Хм-м… – Тедж не стала говорить, что ей-то как раз это в нем нравится, и ответила так: – Наверное… все то, что он во мне нашел.

«А вот ты – нет».

Баронесса с сомнением на нее поглядела.

– И что это, милая? Кроме твоей фигуры, конечно. – Это она принимала как данность, хотя бы в отношении Айвена Ксава.

«Все, баронесса». С другой стороны… надо ли пытаться пробить лбом стену, пытаясь решить проблему, которая очень скоро решится сама собой? Примерно через час. Вот как рассуждал бы Айвен Ксав. Правильный подход, можно расслабиться. Для них с баронессой жизнь на разных планетах особо привлекательна еще и потому, что они обе не будут пытаться друг друга исправить. Тедж невесело улыбнулась и чмокнула мать в щеку.