Текст книги "Бессмертный к утру (ЛП)"
Автор книги: Линси Сэндс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 19 страниц)
Линси Сэндс
Бессмертный к утру
Глава 1
Абриль как раз возвращалась с прогулки с собакой своего босса, когда зазвонил телефон. Остановившись на полпути на длинной подъездной дорожке, она вытащила из кармана телефон и взглянула на дисплей. На экране высветилось «Леди Босс».
Продолжив идти, она ответила: – Привет, Леди Босс.
– О Боже, я до сих пор так озаглавлена у тебя в телефоне? – раздраженно спросила Джина Спалдайн вместо приветствия.
– Конечно, – рассмеялась Абриль. – В конце концов, это правда.
Когда в ответ послышалось лишь неопределенное ворчание, Абриль сменила тему и спросила: – Как поездка?
– Отлично! – воскликнула Джина с внезапным энтузиазмом. – Италия прекрасна! Если бы я знала местный язык, я бы переехала сюда.
– Ты говорила то же самое об Испании, Франции, Пуэрто-Рико и Рио-де-Жанейро, – с улыбкой напомнила ей Абриль, когда она добралась до конца подъездной дорожки и остановилась перед гаражом.
– И я каждый раз говорила серьёзно, – сказала ей Джина. – Спа-курорты просто потрясающие. Клянусь, их строят в самых живописных местах каждой страны.
– Наверное, так и есть, – согласилась Абриль, опустив взгляд на Лилит, когда большой золотистый лабрадор-ретривер попытался уйти, дернув поводок. Потянув лабрадора назад, она быстро наклонилась, чтобы включить беспроводной ограничивающий ошейник, который удерживал собаку на безопасном расстоянии во дворе. Затем она ласково погладила её, прежде чем отпустить с поводка, чтобы она могла побегать.
Снова выпрямившись, Абриль оглядела похожий на парк участок площадью в три акра, который был двором Джины, и заметила: – Я думаю, что твой дом тоже расположен в довольно красивом месте.
– Так и есть, – призналась Джина, и её тон говорил о том, что она довольна новым домом, который купила. – Вот почему я его и купила. Кстати, как идёт строительство?
– Э-э... хорошо.– Абриль взглянула на огромную зияющую дыру в земле около дома и на большой желтый автомобиль, который молчаливо и неподвижно стоял рядом с ней.
– Хорошо? – спросила Джина, и в её голосе послышалось напряжение. – Ты произнесла это не очень уверенно, Эбс. Что случилось?
Абриль поморщилась, услышав вопрос. Она надеялась скрыть эту проблему от Джины, но ей следовало быть осторожнее. У нее не получалось скрывать что-либо. – Да ничего особенного, – быстро заверила она её. – Просто… Ну, ты же знаешь, они вчера закончили ремонт в главной спальни, в ванной комнате и на кухне и планировали начать рыть котлован под пристройку сегодня утром?
– Да. Когда я позавчера уезжала в аэропорт, они уже почти закончили отделку внутри. – Джина нахмурилась. – Что случилось? Они что, повредили газопровод, когда рыли фундамент, или что?
– Нет, нет. Ничего подобного, – заверила её Абриль.
– Тогда что?
– Эта штука эскалатор… экскаватор? – предположила она, прежде чем поспешно продолжить: – Он сломался где-то утром. Им пришлось остановить работу. Мастер должен его осмотреть. Они надеются, что это случится завтра утром.
– Завтра утром? Неужели они не смогли сегодня кого-нибудь прислать или пригнать ещё один экскаватор, чтобы продолжить? – в голосе Джины звучало раздражение, и Абриль это не удивило. Её начальница была не самой терпеливой женщиной. На то, чтобы начать эти ремонтные работы, ушла целая вечность, и теперь, когда они начались, каждая задержка – а Абриль была уверена, что их будет много, – только выводила Джину из себя.
– Полагаю, нет, – наконец сказала Абриль успокаивающе. – Как раз перед обедом прошёл довольно сильный дождь, и им всё равно пришлось бы прекратить работы. А Джаред заверил меня, что уверен, что их человек сможет приехать сюда рано утром, чтобы починить экскаватор. Он также пообещал, что они поработают в субботу, чтобы наверстать упущенное.
В телефонной трубке повисло долгое молчание, а затем Джина пробормотала: – Ладно. Ладно. Ну, такое, наверное, случается.
Абриль пробормотала что-то в знак согласия, переведя взгляд на Лилит, когда лабрадор наклонился к пруду диаметром шесть футов (≈1,8м), чтобы попить. Не зная, безопасно ли пить воду из пруда, Абриль уже собиралась позвать её, когда Джина снова заговорила, отвлекая её.
– Ну что, к тебе уже приходили любопытные соседи? Или жаловались на шум?
– Жалоб не было. Любопытные соседи – были, – призналась Абриль и добавила: – По крайней мере, я так думаю, потому что мне самой не удалось с ними поговорить. Та соседка из дома слева и через дорогу, кажется, ее зовут Ким?
– Да, Ким, – согласилась Джина.
– Вот, она и ещё одна женщина пришли как раз перед обедом и разговаривали с работниками. Я, правда, не сразу это заметила, и когда я это заметила, пока надела поводок на Лилит и вывела её на улицу, Ким с подругой уже одолели половину твоей длинной подъездной дорожки.
– Очень длинная – это ещё мягко сказано, когда речь заходила о подъездной дорожке Джины. Её дом стоял на участке площадью в три акра(≈1,2га), имевшем форму пирога. Длина подъездной дорожки была добрых шестьдесят метров. – Может, и больше, – подумала Абриль, а затем добавила: – Я собиралась окликнуть их, чтобы поговорить и убедиться, что у них нет жалоб на шум, но прежде чем я успела это сделать, Джаред остановил меня, чтобы рассказать о поломке экскаватора.
– Но завтра же они наверняка продолжат, верно? – спросила Джина, явно больше обеспокоенная тем, чтобы ремонт был выполнен в срок, чем тем, что думают ее соседи.
– Если только они смогут запустить его, то да, – осторожно ответила Абриль, решив, что лучше подготовиться к худшему сценарию. В конце концов, никто не знал, в чём проблема. Что, если им придётся заказать деталь и ждать её доставки, прежде чем они смогут продолжить?
– Что ж, если они не смогут починить его или найти замену до завтра, скажи Джареду, чтобы он занялся сносом внутреннего сада (это озеленённая зона внутри дома, которая может быть открытой или частично закрытой стеклянными перегородками). Я знаю, что ковёр ещё не привезли, но они могут выкопать растения и убрать землю, засыпать гравием, залить бетон, чтобы все было готово к тому времени, когда ковер все-таки доставят, – твёрдо сказала Джина. – Я очень хочу, чтобы все внутренние работы были закончены до моего возвращения. Это избавит нас от того, что строительная бригада будет шнырять по дому и отвлекать нас от работы.
– Было бы здорово, – медленно произнесла Абриль, а затем поморщилась и добавила: – Только Джаред объяснил, что ковёр – не единственная причина, по которой они не стали убирать сад, прежде чем начать снаружи. Он сказал, что экономически выгоднее завозить гравий и бетон для внутреннего сада и фундамента одновременно. Он планирует нанять пару человек для перекопки внутреннего сада непосредственно перед тем, как привезут гравий для заливки фундамента, и то же самое сделать с бетоном. Его будут заливать снаружи и внутри одновременно. Он сказал, что таким образом в полу гостиной в течение нескольких дней или недель не будет огромной зияющей дыры, в которую кто-нибудь может упасть.
Абриль без труда расслышала раздраженное бормотание Джины, прежде чем женщина сказала: – Ну, что ж, это логично. Мне просто не терпится избавиться от этого сада. Терпеть не могу растения в нём.
Абриль криво улыбнулась, радуясь, что её начальница не закатила истерику из-за новости, которую она только что сообщила. От облегчения, она решила ее поддразнить: – Ты хотела сказать, что ненавидишь поливать эти растения по выходным, когда я не могу сделать этого?
– И это тоже, – признала Джина. – Но я ненавижу эти растения. Честно говоря, не знаю, о чём думали Брансоны. Я имею в виду, могли ли они найти более уродливые растения? Та мерзкая, тонкая пальма или юкка, похожая на согбенного и изможденного старика, и эти разросшиеся стебли кукурузы...
– Это не кукурузные стебли, – с улыбкой перебила Абриль, но признала: – Хотя они действительно чем-то на них похожи. Пятнадцатифутовые(≈4,5м) кукурузные стебли. И да, они уродливы. – После короткой паузы она поддразнила: – Ты не упомянула орхидеи «Naked-man orchids» (Orchis italica – многолетнее клубневое травянистое растение семейства орхидных, также известное как ятрышник итальянский (Naked man Orchid, Italian Orchid). Название получило из-за формы ламеллума каждого цветка, которая напоминает фигуру обнажённого мужчины в шляпе). Разве ты не будешь рада избавиться от них?
Абриль как раз возвращалась с прогулки с собакой своего босса, когда зазвонил телефон. Остановившись на полпути на длинной подъездной дорожке, она вытащила из кармана телефон и взглянула на дисплей. На экране высветилось «Леди Босс».
Продолжив идти, она ответила: – Привет, Леди Босс.
– О Боже, я до сих пор так озаглавлена у тебя в телефоне? – раздраженно спросила Джина Спалдайн вместо приветствия.
– Конечно, – рассмеялась Абриль. – В конце концов, это правда.
Когда в ответ послышалось лишь неопределенное ворчание, Абриль сменила тему и спросила: – Как поездка?
– Отлично! – воскликнула Джина с внезапным энтузиазмом. – Италия прекрасна! Если бы я знала местный язык, я бы переехала сюда.
– Ты говорила то же самое об Испании, Франции, Пуэрто-Рико и Рио-де-Жанейро, – с улыбкой напомнила ей Абриль, когда она добралась до конца подъездной дорожки и остановилась перед гаражом.
– И я каждый раз говорила серьёзно, – сказала ей Джина. – Спа-курорты просто потрясающие. Клянусь, их строят в самых живописных местах каждой страны.
– Наверное, так и есть, – согласилась Абриль, опустив взгляд на Лилит, когда большой золотистый лабрадор-ретривер попытался уйти, дернув поводок. Потянув лабрадора назад, она быстро наклонилась, чтобы включить беспроводной ограничивающий ошейник, который удерживал собаку на безопасном расстоянии во дворе. Затем она ласково погладила её, прежде чем отпустить с поводка, чтобы она могла побегать.
Снова выпрямившись, Абриль оглядела похожий на парк участок площадью в три акра, который был двором Джины, и заметила: – Я думаю, что твой дом тоже расположен в довольно красивом месте.
– Так и есть, – призналась Джина, и её тон говорил о том, что она довольна новым домом, который купила. – Вот почему я его и купила. Кстати, как идёт строительство?
– Э-э... хорошо.– Абриль взглянула на огромную зияющую дыру в земле около дома и на большой желтый автомобиль, который молчаливо и неподвижно стоял рядом с ней.
– Хорошо? – спросила Джина, и в её голосе послышалось напряжение. – Ты произнесла это не очень уверенно, Эбс. Что случилось?
Абриль поморщилась, услышав вопрос. Она надеялась скрыть эту проблему от Джины, но ей следовало быть осторожнее. У нее не получалось скрывать что-либо. – Да ничего особенного, – быстро заверила она её. – Просто… Ну, ты же знаешь, они вчера закончили ремонт в главной спальни, в ванной комнате и на кухне и планировали начать рыть котлован под пристройку сегодня утром?
– Да. Когда я позавчера уезжала в аэропорт, они уже почти закончили отделку внутри. – Джина нахмурилась. – Что случилось? Они что, повредили газопровод, когда рыли фундамент, или что?
– Нет, нет. Ничего подобного, – заверила её Абриль.
– Тогда что?
– Эта штука эскалатор… экскаватор? – предположила она, прежде чем поспешно продолжить: – Он сломался где-то утром. Им пришлось остановить работу. Мастер должен его осмотреть. Они надеются, что это случится завтра утром.
– Завтра утром? Неужели они не смогли сегодня кого-нибудь прислать или пригнать ещё один экскаватор, чтобы продолжить? – в голосе Джины звучало раздражение, и Абриль это не удивило. Её начальница была не самой терпеливой женщиной. На то, чтобы начать эти ремонтные работы, ушла целая вечность, и теперь, когда они начались, каждая задержка – а Абриль была уверена, что их будет много, – только выводила Джину из себя.
– Полагаю, нет, – наконец сказала Абриль успокаивающе. – Как раз перед обедом прошёл довольно сильный дождь, и им всё равно пришлось бы прекратить работы. А Джаред заверил меня, что уверен, что их человек сможет приехать сюда рано утром, чтобы починить экскаватор. Он также пообещал, что они поработают в субботу, чтобы наверстать упущенное.
В телефонной трубке повисло долгое молчание, а затем Джина пробормотала: – Ладно. Ладно. Ну, такое, наверное, случается.
Абриль пробормотала что-то в знак согласия, переведя взгляд на Лилит, когда лабрадор наклонился к пруду диаметром шесть футов (≈1,8м), чтобы попить. Не зная, безопасно ли пить воду из пруда, Абриль уже собиралась позвать её, когда Джина снова заговорила, отвлекая её.
– Ну что, к тебе уже приходили любопытные соседи? Или жаловались на шум?
– Жалоб не было. Любопытные соседи – были, – призналась Абриль и добавила: – По крайней мере, я так думаю, потому что мне самой не удалось с ними поговорить. Та соседка из дома слева и через дорогу, кажется, ее зовут Ким?
– Да, Ким, – согласилась Джина.
– Вот, она и ещё одна женщина пришли как раз перед обедом и разговаривали с работниками. Я, правда, не сразу это заметила, и когда я это заметила, пока надела поводок на Лилит и вывела её на улицу, Ким с подругой уже одолели половину твоей длинной подъездной дорожки.
– Очень длинная – это ещё мягко сказано, когда речь заходила о подъездной дорожке Джины. Её дом стоял на участке площадью в три акра(≈1,2га), имевшем форму пирога. Длина подъездной дорожки была добрых шестьдесят метров. – Может, и больше, – подумала Абриль, а затем добавила: – Я собиралась окликнуть их, чтобы поговорить и убедиться, что у них нет жалоб на шум, но прежде чем я успела это сделать, Джаред остановил меня, чтобы рассказать о поломке экскаватора.
– Но завтра же они наверняка продолжат, верно? – спросила Джина, явно больше обеспокоенная тем, чтобы ремонт был выполнен в срок, чем тем, что думают ее соседи.
– Если только они смогут запустить его, то да, – осторожно ответила Абриль, решив, что лучше подготовиться к худшему сценарию. В конце концов, никто не знал, в чём проблема. Что, если им придётся заказать деталь и ждать её доставки, прежде чем они смогут продолжить?
– Что ж, если они не смогут починить его или найти замену до завтра, скажи Джареду, чтобы он занялся сносом внутреннего сада (это озеленённая зона внутри дома, которая может быть открытой или частично закрытой стеклянными перегородками). Я знаю, что ковёр ещё не привезли, но они могут выкопать растения и убрать землю, засыпать гравием, залить бетон, чтобы все было готово к тому времени, когда ковер все-таки доставят, – твёрдо сказала Джина. – Я очень хочу, чтобы все внутренние работы были закончены до моего возвращения. Это избавит нас от того, что строительная бригада будет шнырять по дому и отвлекать нас от работы.
– Было бы здорово, – медленно произнесла Абриль, а затем поморщилась и добавила: – Только Джаред объяснил, что ковёр – не единственная причина, по которой они не стали убирать сад, прежде чем начать снаружи. Он сказал, что экономически выгоднее завозить гравий и бетон для внутреннего сада и фундамента одновременно. Он планирует нанять пару человек для перекопки внутреннего сада непосредственно перед тем, как привезут гравий для заливки фундамента, и то же самое сделать с бетоном. Его будут заливать снаружи и внутри одновременно. Он сказал, что таким образом в полу гостиной в течение нескольких дней или недель не будет огромной зияющей дыры, в которую кто-нибудь может упасть.
Абриль без труда расслышала раздраженное бормотание Джины, прежде чем женщина сказала: – Ну, что ж, это логично. Мне просто не терпится избавиться от этого сада. Терпеть не могу растения в нём.
Абриль криво улыбнулась, радуясь, что её начальница не закатила истерику из-за новости, которую она только что сообщила. От облегчения, она решила ее поддразнить: – Ты хотела сказать, что ненавидишь поливать эти растения по выходным, когда я не могу сделать этого?
– И это тоже, – признала Джина. – Но я ненавижу эти растения. Честно говоря, не знаю, о чём думали Брансоны. Я имею в виду, могли ли они найти более уродливые растения? Та мерзкая, тонкая пальма или юкка, похожая на согбенного и изможденного старика, и эти разросшиеся стебли кукурузы...
– Это не кукурузные стебли, – с улыбкой перебила Абриль, но признала: – Хотя они действительно чем-то на них похожи. Пятнадцатифутовые(≈4,5м) кукурузные стебли. И да, они уродливы. – После короткой паузы она поддразнила: – Ты не упомянула орхидеи «Naked-man orchids» (Orchis italica – многолетнее клубневое травянистое растение семейства орхидных, также известное как ятрышник итальянский (Naked man Orchid, Italian Orchid). Название получило из-за формы ламеллума каждого цветка, которая напоминает фигуру обнажённого мужчины в шляпе). Разве ты не будешь рада избавиться от них?
– Ну, они не так уж и плохи, – сказала Джина. – На самом деле, они даже действуют на меня как-то успокаивающе.
– Успокаивающе? – удивленно переспросила Абриль.
– Да. Каждый раз, когда я думаю об Уильяме и его побеге, я подхожу и отщипываю маленький «отросток» у одного из цветков орхидеи Naked-man.
– О боже, Джина! – воскликнула Абриль, недоверчиво смеясь. – Серьезно!
– Абсолютно. Ну, по крайней мере, до этого, – заверила она её. – И я буду скучать по этому занятию. На самом деле… – Она помолчала, а затем задумчиво сказала: – Может быть, не стоит избавляться от всего сада, а просто выкорчевать всё, кроме орхидей, и посадить вокруг них другие, более красивые деревья и кусты.
Абриль поморщилась, услышав это. Джина несколько месяцев колебалась: менять растения, перекапывать сад, ставить на его место настил или установить на это место фонтан. Её нерешительность чуть не свела с ума Абриль и подрядчика. Когда её начальница решила убрать сад и расширить гостиную, Абриль испытала облегчение.
– Куда уж больше, – подумала Абриль. Внутренний сад был двенадцать на двенадцать футов (≈3,6м на 3,6м), а вдоль него тянулась трехфутовая(≈90см) дорожка. Когда сад уберут, гостиная будет тридцать пять на пятнадцать футов (≈10 на 4,5м). Это было гораздо больше, чем, по её мнению, требовалось для любой гостиной, но она не хотела, чтобы Джина оставила этот проклятый сад. В основном потому, что ей придётся продолжать поливать и ухаживать за ним, а Абриль ненавидела поливать эти уродливые растения. Ей не хотелось поливать и другие растения, поэтому она предупредила: – Как хочешь, но, как я уже говорила, полив растений по выходным – одолжение, которое я больше не буду делать. Так что, если ты решишь оставить внутренний сад, тебе придётся ухаживать за ним самой или нанять кого-нибудь.
К великому облегчению, Джина с несчастным видом выдохнула и сказала: – Думаю, лучше придерживаться плана и вообще от него избавиться. Ведь именно из-за внутреннего сада я и купила дом, но не думала, что придется поливать его самой, и не хочу, чтобы в выходные по дому шастали чужие люди, так что если ты не будешь поливать его…
Последовала долгая пауза. Абриль знала, что начальница надеется, что чувство вины побудит её заполнить паузу предложением продолжить полив по выходным, но этого не произошло. Она уже больше полугода делала это для Джины, и это была настоящая головная боль. К тому же, неоплачиваемая головная боль, – с раздражением подумала она. Сначала она не возражала, потому что предполагалось, что это продлится всего месяц или около того, до начала ремонта. К сожалению, начало работ перенесли, потом снова перенесли, и ещё раз. Спустя полгода они наконец-то начали, но она просто смирилась с этим.
Присматривать за домом и собакой Джины на время ремонта, от которого её начальница сбежала в тёплые края, было последним одолжением, которое она могла оказать, и делала это только потому, что ей за это хорошо платили. Но после этого – обычный рабочий график. Больше никакой поливки цветов по выходным, выгула Лилит, хождения за продуктами, забора вещей из химчистки или всего прочего. Абриль нравилась её начальница, но эта симпатия простиралась не так далеко.
– Первоначальный план убрать сад остаётся в силе, – сказала Джина, услышав молчание Абриль. Не дав ей ответить, начальница добавила: – Думаю, пора заканчивать. Перед ужином мы немного пройдёмся по магазинам.
– Развлекайся, – сказала Абриль.
– Обязательно, – заверила её Джина. – У тебя есть мой номер, если возникнут ещё какие-то проблемы. Позвони, если я тебе понадоблюсь, Эбби.
– Я уверена, что все будет хорошо.
– Твои слова, да Богу в уши, – со смехом сказала Джина.
– Да, постучу по дереву, – мрачно сказала ей Абриль.
– И позвони мне, если они найдут тела или зарытые сокровища в саду, когда будут его выкапывать.
– Тела? – спросила Абриль с недоверчивым смехом.
– Да. Я всё ещё пытаюсь понять, куда делся Уильям. Мы встречались несколько месяцев, и он просто растворился в воздухе. Возможно, он провалился под землю.
Абриль не знала, что сказать. Она знала, что Джина быстро и без памяти влюбилась в Уильяма. И он, похоже, был так же очарован ею. После нескольких месяцев знакомства и ещё одного месяца, фактически совместного проживания, мужчина ушёл за молоком и не вернулся. Его внезапное исчезновение сильно ударило по Джине. Именно поэтому она организовала эту поездку с парой подруг, чтобы уехать, расслабиться и забыть Уильяма. Похоже, «с забыть», – не очень хорошо получалось. По крайней мере, пока.
– Это шутка, Эбс, – тихо сказала Джина, отвлекая Абриль от размышлений. – Уильям может пойти и повеситься, мне все равно.
– Он был недостаточно хорош для тебя, – выпалила Абриль. – Он, конечно смазливый и подтянутый, но тупой, как пробка.
– Да, – устало пробормотала Джина. – В любом случае, мне пора. Не забудь отправить контракты Резерфорду. У меня уже есть идеи для рекламы, которую он хочет, я готова обсудить их с ним, но не раньше, чем он подпишет бумаги.
– Уже́, – заверила её Абриль. – Я отправила их курьером вчера вечером. Я дам тебе знать, как только он подпишет и отправит их обратно.
– Спасибо. Ты звезда, – сказала Джина, и когда тема разговора изменилась, в её голосе снова появилась энергия.
– Вот поэтому ты платишь мне большие деньги, – поддразнила Абриль.
– Да. Напомни мне повысить тебе зарплату, когда вернусь.
– Ага, ага. Иди и развлекайся, – ответила Эбби, усмехнувшись.
– Я так и планирую, – заверила ее Джина, а затем добавила: – Чао.
– Чао, – с улыбкой сказала Абриль и уже начала отдергивать телефон от уха, когда Джина вдруг воскликнула: – Ой, подождите! Я чуть не забыла, зачем звоню.
Подняв брови, Абриль помолчала и спросила: – Да?
– Я звоню, чтобы проверить Лилит.
– А-а-а, – улыбнулась Абриль, ничуть не удивившись, услышав, что Джина беспокоится о своём щенке, как о ребенке. Женщина обожала собаку, как большинство людей обожают своих детей.
– С ней всё в порядке? Она хорошо ест? Она скучает по мне? – спросила Джина, и от Абриль не укрылась нотка надежды в её голосе.
– Конечно, она скучает по тебе, – сказала она, оглядываясь в поисках собаки. – Она начинает лаять и вскакивает, чтобы подбежать к двери каждый раз, когда слышит шум машины на подъездной дорожке, только для того, чтобы притащить свою задницу обратно и плюхнуться на кровать, когда это не ты, а курьер или строители.
– Ой, – сказала Джина с улыбкой в голосе. – Ну, обними её за меня и скажи, что мама её любит.
– Обязательно, – рассеянно сказала Абриль, оглядывая пустой двор трехакрового участка, так и не заметив лабрадора ни у пруда, ни где-либо еще рядом с ямой и экскаватором.
– Хорошего дня. До завтра.
– Хм-хм, – пробормотала Абриль и сунула телефон в карман, когда раздался гудок, сообщающий о том, что Джина повесила трубку.
Размышляя о том, действительно ли она включила ошейник, как собиралась, или же сделала что-то не так, и Лилит убежала, Абриль направилась к задней части дома. Она намеревалась проверить там, прежде чем паниковать и искать по всему району.
Вместо того чтобы обойти огромный экскаватор, Абриль выбрала короткий путь, пройдя между ним и ямой. Там, где стояла машина, тропинка сужалась, и она потянулась к большому ковшу, чтобы держаться за него, когда проходила мимо, но ее рука так и не коснулась холодного металла. Прежде чем она успела это сделать, земля, внезапно ушла из-под её ног.
К счастью, они не успели далеко продвинуться в раскопках фундамента, прежде чем машина сломалась. Яма была около десяти футов(≈3м) в длину и двадцати(≈6м) в ширину, но глубиной всего три или четыре фута(≈90-120см). Это хорошо, – решила Абриль, когда очутилась на дне ямы. Хотя внезапное падение стало для нее шоком и выбило из нее дух, она, насколько могла судить, не пострадала.
Абриль потребовалось мгновение, чтобы отдышаться, а затем она открыла глаза, когда услышала лай, предшествующий тому, как влажный язык прошелся по ее щеке. Она нашла Лилит. Абриль протянула руку нетерпеливой собаке, чтобы та не облизала её снова.
– Спасибо. Я в порядке, малыш, – пробормотала она, одной рукой поглаживая животное, а другой отталкивая его. – Дай мне встать.
Было спорно, поняла ли Лилит ее слова, но, по крайней мере, лабрадор отказался от попытки зализать ее до смерти. Развернувшись, собака побежала к дальней стороне частично раскопанного участка, ближе всего к дому. Вздохнув с облегчением, Абриль с трудом поднялась на ноги на мягкой, неровной земле и попыталась отряхнуть грязь, покрывавшую её пальто и джинсы. К сожалению, хотя дождь и был не продолжительным, он всё же успел вылить немало воды. Земля превратилась в грязь, которую невозможно было отряхнуть. Вместо этого она размазывалась по её бежевому шерстяному пальто и выцветшим синим джинсам.
Выругавшись, Абриль бросила попытки убрать грязь и оглянулась в поисках Лилит. Она расслабилась, увидев, как собака усердно роется в земле.
– Помогаешь строителям, Лилит? – спросила Абриль, оглядываясь по сторонам в поисках лучшего способа выбраться из ямы, не изгваздавшись в земле. Место, куда она упала, казалось лучшим для того, чтобы выбраться. Остальные стороны ямы прямо уходили вверх, и были почти пять футов(≈1,5м) глубиной, а не три-четыре, как ей показалось вначале. Однако там, где земля обрушилась, стена шла под наклонам. Она также была покрыта мягкой, рыхлой грязью. Она могла выбраться, но подозревала, что ей придётся практически ползти.
Поморщившись от этой мысли, Абриль взглянула туда, где рыл лабрадор. Хлопнув по ноге, она позвала: – Лилит, иди сюда!
Лилит не отреагировала. Она даже не оглянулась на зов. Абриль нахмурилась, увидев, что собака не слушается. Обычно щенок слушался ее и с удовольствием ходил за ней по пятам, но сейчас она абсолютно игнорировала ее и продолжала почти лихорадочно копать. На ее золотистой шерстке была черная земля: на лапах, голенях и мордочке. Даже на спине виднелось несколько пятен.
Пробормотав что-то себе под нос о том, что придется купать непослушного щенка, Абриль сунула замерзшие руки в карманы пальто, чтобы согреть их, и направилась за собакой.
Строительство планировалось начать прошлой осенью, точнее, в конце сентября. Но работы начались только в марте. Сейчас была последняя неделя апреля, когда погода менялась от теплой к холодной и обратно. Сегодня было по-настоящему холодно, но не настолько, чтобы замерзла грязь, по которой она сейчас хлюпала.
– Лилит! Прекрати и иди сюда! – скомандовала Абриль, вытаскивая поводок из кармана. Когда последняя команда не возымела эффекта, Абриль стала жаловаться на непослушных щенков, которые не слушаются и заставляют своих хозяев плестись по грязи, пачкающей обувь. Это помогло ей преодолеть оставшееся расстояние до Лилит.
– Плохой щенок, – прорычала Абриль, наклоняясь, чтобы пристегнуть поводок к ошейнику. Она постаралась придать голосу твёрдость, но это, похоже, не сработало. Когда Абриль выпрямилась и попыталась оттащить лабрадора, Лилит стала упираться.
– Ради всего святого, Лилит! – раздраженно воскликнула Абриль и дёрнула поводок. – Пошли. Домой, домой. Здесь холодно. – Не гнушаясь подкупом, она добавила: – Я дам тебе лакомство. Два, даже… чёрт возьми, – выдохнула Абриль, когда Лилит перестала копать и подошла к ней, по-видимому, готовая сдаться в обмен на обещанные лакомства. Теперь уже Абриль не собиралась уходить. Она просто стояла, не веря своим глазам, несколько минут.
Холод сковал её ноги, когда они увязли в грязи настолько, что ледяная жижа покрыла их и впиталась в туфли, и это наконец вывело её из шока. Задыхаясь, Абриль достала телефон из кармана дрожащими руками. Она набрала 911 и отступила к краю ямы, таща за собой Лилит.
В тот момент, когда на звонок ответили и оператор спросил, что случилось, Абриль откашлялась и сказала: – В саду моего босса тело.
– Мэм, вы сказали, что в саду вашего босса тело? – спросил оператор, в его голосе слышался шок.
Абриль не могла её винить. Это был маленький городок на окраине Лондона в Онтарио, Канада. Здесь такое просто не могло случиться.
Но, видимо, всё-таки бывает, – подумала она, глядя на череп, наполовину обнажившийся в грязи. С покорным вздохом она сказала: – Боюсь, что да. Скелет, если точнее. Собака откопала череп. Можете кого-нибудь прислать, пожалуйста?
