Текст книги "Непокорная жена слепого ярла (СИ)"

Автор книги: Лина Деева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)

Глава 42

Я боялась, что целительницей окажется старуха вроде Агды, ведь провести последнюю не получилось бы при всём желании. Однако от очага на меня хмуро глянула женщина средних лет, которую можно было бы даже назвать красавицей, если бы не длинный шрам, перечёркивавший лицо. Её светлые волосы были заплетены в аккуратную косу, хангерок выглядел, словно только что из стирки. Да и в самом доме врачевания, по первому впечатлению, было гораздо чище, чем в землянке Агды. – Должна передать, так говори, – неприветливо сказала целительница, не заподозрив неладного. – И ступай прочь! Брату твоей хозяйки нужен покой. Я поймала сердитый и обеспокоенный взгляд лежавшего на лавке Ивара и мысленно протелеграфировала: давай, помогай! А сама почти не играя изобразила нерешительность и с запинкой произнесла: – Прости, только хозяйка велела с глазу на глаз передать. Целительница вскинула подбородок. Её вздумали выгонять из её же дома?! – Два слова, целительница Эйрин. – Ивар тоже подал хрипловатый голос. – Уверен, сестра всего лишь захотела осведомиться обо мне. – Для этого нет нужды разговаривать наедине, – парировала целительница. Однако отошла от очага, бросила мне: – Скоро вернусь, – и с королевским достоинством покинула дом врачевания. А я немедленно бросилась к раненому и прежде всего прошептала: – Как твоя рана? Эта Эйрин разбирается в лекарском деле? – Вполне, – коротко и тоже шёпотом ответил Ивар. А затем напустился на меня: – Зачем ты пришла? Это опасно! Ты чужачка, если у кого-то возникнут вопросы… – Именно для того, чтобы не возникли, – перебила я его, – я пришла к тебе. Мне нужно поговорить с ярлом Ронгвальдом. Срочно. До свадьбы. Ивар сурово свёл брови. – Хочешь рассказать ему? – Он старался, чтобы вопрос прозвучал с угрозой, однако я шестым чувством уловила его колебания. И смело призналась: – Да. Ты ведь и сам считаешь, что твой отец задумал бесчестную вещь. На щеках Ивара вздулись желваки, а я с нажимом продолжила: – Ты собирался уйти из дома, чтобы не участвовать в этом! А теперь отказываешься помочь? Раненый набычился, однако я решила больше не давить – пусть сам дозреет. И вскоре с тихой радостью услышала сказанное сквозь зубы: – Хорошо. Сделаем так: сейчас ты уйдёшь и спрячешься где-нибудь поблизости. А я уговорю целительницу позвать ярла… В крайнем случае сам отправлюсь в медовый зал. «Не вздумай!» – чуть не выпалила я, но успела прикусить язык. Как бы ни противно было выбирать из двух зол, следовало отдать предпочтение меньшему. – Когда целительница уйдёт, – продолжал Ивар, – ты вернёшься сюда и спрячешься до прихода ярла. А после будем разговаривать. Втроём. Я набрала воздуха, чтобы поспорить – не очень-то хотелось вмешивать в беседу с ярлом третьего. И выдохнула, осознав: иначе Ивар не согласится помогать. Кивнула: – Согласна, – и вовремя. Дверь дома врачевания отворилась, и через порог шагнула его хозяйка. – Всё ли сказано? – осведомилась она таким тоном, что без труда можно было прочесть подтекст для меня: вали уже отсюда. – Да. – Я торопливо отошла от раненого. – Я передам ваши слова в точности, хозяин Ивар. Доброй ночи. И быстренько убралась во двор, понимая: чем раньше уйду, тем раньше Ивар приступит к выполнению своей части плана.

Прятаться я решила между домом врачевания и каким-то сараем. Для пущей конспирации немного прошла в сторону палат ярла: пусть вокруг вроде бы никого, но мало ли? Вдруг за мной наблюдают. И лишь оказавшись на плохо освещённом участке, стремительно нырнула в проход между двумя лачугами и на цыпочках, перебегая из тени в тень, вернулась к дому врачевания кружным путём. Причём сначала чуть не проскочила мимо, не узнав его с задней стороны. Спасло меня то, что пока я совершала свои манёвры, Ивар уболтал целительницу отправиться за ярлом. Я заметила её в просвете между строениями и сообразила, где нахожусь. Мысленно смахнула со лба испарину – вот и не придётся таиться на улице, рискуя попасться кому-нибудь не глаза, и почти бегом вернулась в дом врачевания.

Плотно притворила дверь, обернулась и встретила внимательный, но вместе с тем полный облегчения взгляд Ивара. Тем не менее вслух раненый проронил лишь: – Даст Асатор, тебя не хватятся. А пока спрячься где-нибудь… хотя бы вон в том ларе. Я проследила направление его взгляда: ну да, в углу стоял большой плетёный ларь, в котором я, пожалуй, могла бы поместиться… Если бы он был пустым. Но наверняка в нём лежали какие-то запасы, а значит, мне места не нашлось бы. Тем не менее я подошла, откинула крышку и с удивлением обнаружила, что он почти пуст. Только на дне лежали несколько мешочков (видимо, с крупами) и стоял небольшой короб (у Агды в таком хранилась мука). – Ну как? – с тревогой осведомился Ивар. – Спрячусь! – успокоила я и подтвердила слова делом. Аккуратно, чтобы не испортить продукты, забралась в ларь и, чувствуя себя Машенькой из народной сказки, прикрыла крышку. Кажется, Ивар выдохнул. Но даже если так, то сразу же напустил на себя командирскую строгость и негромко распорядился: – Сиди в нём, пока не дам сигнал. Разговор с ярлом начну я. «Сразу видно, что ему полегчало, – беззлобно хмыкнула я. – Как настоящий мужик взял операцию в свои руки. Ну, пускай. Что я хочу сказать Ронгвальду, всё равно скажу. А первой или второй, неважно».

Глава 43

Просидеть в ларе мне пришлось порядком. Или так только казалось из-за неудобной позы и снедавшего меня нетерпения? Хорошо ещё, что через щели в плетении внутрь нормально поступал воздух, и не было риска задохнуться.

Но вот мой напряжённый слух как будто уловил шаги. Я напряглась: неужели пришёл? Или целительница вернулась с отказом? Или мне просто чудится? Нет, не почудилось. Скрипнули петли открывшейся двери, и твёрдые размеренные шаги подтвердили: вошёл мужчина. – Спасибо, что откликнулся, ярл. Слова Ивара сопровождались шорохом: уж не вздумал ли он сесть? Совсем здоровым себя почувствовал! – Родственникам должно уважать просьбы друг друга, – раздался голос Ронгвальда, и от его глубины мои руки снова покрылись гусиной кожей. – А ты к тому же ранен. Что ты хотел сказать? Я слушаю. Однако Ивар отчего-то не стал переходить к делу. – Прости, ярл. Прости, брат, но разговор этот только для двоих. Даген? Здесь Даген? То-то мне показалось, что звук шагов был как-то вразнобой. Но вот же зараза – увязался! – Ты уверен, брат? – Многозначительно, даже, пожалуй, со скрытой угрозой. Впрочем, Ивара она не проняла. – Полностью. Я буквально видела, как Даген сжимает губы, чтобы не ляпнуть что-нибудь лишнее. Ронгвальд молчал, благоразумно не встревая между родственниками, и после долгой паузы Даген всё же сдался. Буркнул: – Хорошо, брат, – с явственным подтекстом «я тебе припомню». Вновь раздался звук шагов, скрипнули петли, негромко, но раздражённо хлопнула дверь. Непродолжительное молчание, и Ивар заговорил: – Дело в том, ярл, что… Осёкся – его прервали? Лёгкий шорох – что же там происходит? Резкий скрип двери, приглушённое оханье. – Разговор этот – для двоих, – с обманчивой мягкостью произнёс ярл, и я невольно расплылась в злорадной ухмылке. Даген вздумал подслушивать? Вот же идиот! А Ронгвальд хорош – такому слуху летучая мышь позавидует. Только бы меня не услышал. А то ткнёт ещё мечом превентивно или дружинников позовёт, и пойдёт мой хитрый план к волку Гери в лес. Мысль была более чем своевременной. И когда виноватое бормотание оборвала закрывшаяся дверь, я даже дыхание затаила. Раздались шаги, теперь уже внятные. Какой-то шорох. И ярл как ни в чём не бывало произнёс: – Слушаю тебя, Ивар Тисовое Копьё. Ивар начал не сразу: переигрывал начало речи? – Ярл. – Похоже, он решил не растекаться мыслью, подобно Баяну или ещё какому скальду, а высказать всё конкретно. – Ты должен отменить свадьбу с моей сестрой. – Вот как? (Я подумала, что здесь Ронгвальд приподнял брови.) И почему же? – Потому что та, кто приехала под именем Бьорг Красивые Волосы – не моя сестра. Отец… – Ивар запнулся. – Отец считает, что скоро тебя ждёт опала и, возможно, смерть… Он не захотел жертвовать Бьорг. – Вот как, – повторил ярл уже без вопроса. – И кого же мне на самом деле сосватал Серый Лис? Ну, пора. – Меня. – Откинув крышку, я встала в ларе. – Тиру, которую сделали лейсинг, чтобы смягчить оскорбление.

Сидевший напротив Ивара Ронгвальд не вскочил – перетёк в стоячее положение. Боевой топорик сам собой возник в его отведённой в замахе руке… и, в общем-то, мне серьёзно повезло, что ярл так его и не бросил. – Ополоумела?! – Ивар, перепугавшийся едва ли не больше, чем я, тоже вскочил с лавки. – Сказал же, ждать! – Д-да. – От запоздалого понимания, во что мне могло вылиться желание эффектно появиться на сцене, заныл живот. – Была неправа. Ронгвальд негромко хмыкнул. Топорик послушным зверьком скользнул обратно к нему за пояс, и ярл вполне доброжелательно произнёс: – Подойди сюда. Я послушалась. Не особенно ловко выбралась из ларя, приблизилась к Ронгвальду и выяснила, что он выше меня на добрую голову. – Да, – вскользь заметил ярл, – запах похож. Не шевелись. Запах? У него и чутьё звериное? Ронгвальд поднял руку и осторожно, самыми кончиками жёстких пальцев коснулся моего лица. Мягко обрисовал контур щеки, скулы, нос, надбровные дуги. Кивнул: – Это не лицо северянки, – и жестом позволил мне отойти. Я попятилась, а он с достоинством опустился на лавку и обратился к Ивару: – Садись и ты, Тисовое Копьё. Ты же, лейсинг, говори. Это ведь была твоя задумка послать за мной целительницу, не так ли? – Наша, ярл, – поправила я, не желая задевать Ивара. Подождала, пока тот так же сядет на лавку, и начала давно продуманную речь.

Я рассказала, как и собиралась, всё. Начиная от предложения Ульрика, от которого было невозможно отказаться, и заканчивая первым видением у Сейд-камня. Не забыла пересказать услышанный нами разговор разбойников и в конце выразила надежду, что отряд Хельги всё ещё в Вестфольде. – Да, они здесь, – с толикой рассеянности отозвался Ронгвальд. Он слушал меня с ничего не выражающим, даже несколько отстранённым видом, однако я была уверена: не пропускал ни единого слова. – Как твоё имя, лейсинг? – Сиара, – ответила я, а Ивар вдруг добавил: – Сиара Счастливица. У ярла вырвался смешок. – Очень подходящее. После этой фразы в доме врачевания повисло молчание. Ронгвальд размышлял, а мы с Иваром томились неизвестностью, остерегаясь прервать эти размышления. – Что же, – наконец нарушил тишину ярл, – я понял, на чьей стороне Ульрик и на чьей – его сын. Я вижу план заговорщиков и благодаря вам знаю, как его нарушить. Вопрос же у меня всего один: что вы хотите за свою смелость и честность? Мы с Иваром переглянулись, и он с плохо скрытой просьбой произнёс: – Что ты не станешь начинать вражду с моей семьёй. Ронгвальд не ответил, лишь повернул голову ко мне, приглашая высказаться. И я выпалила: – Что ты позволишь мне уйти, ярл! Уйти и жить своей жизнью где-нибудь в тихом месте.

Глава 44

– Я услышал вас, – проронил ярл, и я с трудом сдержала неуместный смешок от формулировки, которая станет столь распространённой десять веков спустя. Нервы уже ни к чёрту. Что же дальше будет? – Пожалуй, я даже не откажу в ваших просьбах, – между тем продолжил Ронгвальд, и мы с Иваром одинаково встрепенулись. – Но если вы и дальше станете помогать мне. – Приказывай, ярл! – с воодушевлением выпалил Ивар. У меня же наоборот сжалось сердце: значит, сразу не отпустит. – Прежде всего, – Ронгвальд безошибочно повернул голову в мою сторону, – я не могу отметить свадьбу. Если прилюдно раскрыть хитрость Ульрика, придётся объявить и о вражде с ним. – Он «посмотрел» на Ивара. – Ты должен понимать, Тисовое Копьё: ради призрачной выгоды твой отец пошёл на серьёзное оскорбление. Ивар покаянно склонил голову. – Я пытался его переубедить, – глухо произнёс он. – Не вышло. Ронгвальд обошёл этот момент деликатным молчанием и вновь обратился ко мне: – Потому я не могу отпустить тебя, Сиара Счастливица. Церемония должна свершиться, заговорщики должны ударить… и получить сполна. – А после? – тихо спросила я. – Зачем тебе чужестранка в жёнах, ярл? – После… – Ронгвальд отчего-то едва заметно запнулся. – Я трижды произнесу слова отречения, и ты будешь вольна идти куда пожелаешь. Фух! Уже что-то! Только надо уточнить нюансы. – Сразу после того, как заговор потерпит провал? – настойчиво спросила я, и Ронгвальд спустя ненужную, на мой взгляд, паузу ответил: – Да. – А что будет с моей семьёй? – У Ивара была своя забота. Ярл повёл плечами. – Представим дело так, что Ульрика вынудили пойти на сговор против меня. Однако он схитрил и послал вместо дочери вёльву, которая помогла разрушить планы заговорщиков. Вёльву? – Как ты узнал? – в унисон с моим изумлением спросил Ивар. На лице Ронгвальда отразилась укоризна. – Кому ещё норны приоткрывают тайны будущего? И кто возит с собой травы вместо нарядов и украшений? Железная логика. А Ульрик, выходит, снова выйдет сухим из воды. Обидно. И ещё обиднее, что он наверняка примет это как должное, а не как благородный поступок сына. – Ты прав, ярл. – Ивар не скрывал облегчения, что всё разрешилось именно так. – Спасибо тебе! – Не благодари. – Ронгвальд поднялся с лавки. – За милосердие к твоему роду будешь потом и кровью служить мне в моей дружине. Таково моё условие. Согласен ли ты на него? – Сочту за честь! – Похоже, Ивар получил не обязанность, а ещё один подарок. И я была рада за него, но, как говорили в моём времени, не от всей души. Ронгвальд же неожиданно по-доброму усмехнулся: – Отлично. А теперь отдыхай и не тревожься более за свою, к-хм, родственницу. Освещение было слишком скудным, чтобы точно сказать, лёг ли румянец на скулы Ивара. Зато сам сын Ульрика точно улёгся на лавку, порадовав «наседкину» часть меня. – Сейчас я выйду из дома врачевания и ненадолго задержу Эйрин, – сказал мне вернувший серьёзность ярл. – Будь быстра и легка, чтобы ничей чужой взгляд тебя не заметил. Возвращайся в опочивальню и ни о чём не волнуйся. Теперь все заботы мои. Теперь пришла моя очередь чувствовать себя одаренной внезапным подарком. «Словно с бессмертного пони сняли часть груза», – усмехнулась я про себя и сказала вслух: – Хорошо, ярл. Спасибо тебе и от меня. – Не люблю быть должным, – отозвался Ронгвальд. Безошибочно направился к двери (меня до сих пор поражала его способность уверено двигаться, несмотря на слепоту), с порога милостиво пожелал нам доброй ночи и вышел. Я тоже поспешила высказать Ивару слова прощания и благодарности за помощь, однако от последнего сын Ульрика только отмахнулся и с толикой сердитости велел мне поторапливаться.

Что я и сделала. Хорём из курятника выскользнула из дома врачевания и сразу же нырнула в тень между ним и сараем. Бросила последний взгляд назад: хорошо видимый в свете луны и огня факелов ярл, как и обещал, о чём-то беседовал с целительницей. Рядом с ним стояли двое дружинников – Ронгвальд не ходил без охраны (или помощи?) даже по территории Хаугарда. «Ладно, с ним теперь всё будет в порядке. Предупреждён, вооружён, по щам кому хочешь наваляет. А мне надо живее возвращаться». С этой мыслью я развернулась, но не успела сделать и двух шагов, как на кого-то налетела. – Ты?! Даген! Неужели подслушивал?

Глава 45

– Что ты здесь делаешь, тварь? – Меня схватили за плечи. – Вместе с моим братцем козни строишь? Ну я тебя… Рассерженной змеёй шипевший Даген не успел закончить. Я с силой впечатала колено ему в пах, вырвалась и со всех ног побежала прочь. Очень надеясь, что он остережётся меня преследовать, но… – М-мерзавка! Болевой порог у викинга десятого века оказался гораздо выше, чем у рафинированных мужчин века двадцать первого. В несколько огромных прыжков Даген догнал меня, схватил за одежду, дёрнул на себя. Затрещала ткань. Не удержав равновесие, я упала на землю, преследователь навалился сверху, блокируя мне руки и ноги… – Хэй! Что происходит?! Нас осветил свет факелов. Кто-то рывком стащил с меня ругающегося, как прораб, Дагена, кто-то поднёс огонь почти к самому моему лицу. – Тира! – постановил голос форинга Хельги, и я, не успев толком почувствовать облегчение, вновь напряглась каждой жилкой. А если он узнает? Хангерок ведь на мне тот же самый, в каком мы путешествовали вместе! Торопливо вскочила на ноги, попятилась, стараясь, чтобы это выглядело естественно, а по факту – стараясь выйти из светового пятна. И вдруг услышала размеренное: – Не зря в речах Высокого сказано: «Меньше от пива пользы бывает, чем думают многие; чем больше ты пьёшь, тем меньше покорён твой разум тебе». Ронгвальд! Метнувшись взглядом по незнакомым лицам, я остановилась на монументальном, как Атлант, ярле. А тот тем же тоном продолжал: – Хельги! Отведи нашего гостя туда, где он сможет хорошо отдохнуть, не тревожа других. – Стой, ярл! – Даген не на шутку всполошился. – Клянусь молотом Тора, я трезв! – Трезвый ты не стал бы бросаться на мою рабыню, – спокойно парировал Ронгвальд. – Она не… – начал было Даген и осёкся. Неужели нам повезло, и он не слышал разговора в доме врачевания? Иначе наверняка постарался бы меня выдать перед форингом и остальными дружинниками, чтобы разрушить планы ярла. – Ступай вместе с Хельги, – повторил Ронгвальд, и повелительные ноты в его голосе не оставляли сомнений: если Даген не захочет идти добром, его поведут силой. – И ты, тира, тоже ступай куда шла. Знал ли он, что это я? Наверняка. И наверняка именно он услышал наше с Дагеном столкновение. – Да, хозяин Ронгвальд, – пробормотала я. Поклонилась и со всех ног заспешила к палатам ярла, не оглядываясь и уже ни от кого не скрываясь. Этим вечером мне просто фантастически везло. И очень хотелось верить, что это везение не иссякнет до того момента, как я окажусь в безопасности опочивальни.

Не иссякло. Я беспрепятственно забралась на второй этаж, сменила одежду на «невестину» и замотала голову в платок, пряча лицо и волосы. И только после этого позволила себе буквально рухнуть на постель.

Боги Асгарда, вот это авантюра! И ведь выгорело же! Пускай утром мне собираться на свадьбу, а не в далёкий путь подальше от Вестфольда – всё равно выгорело! Ярл обещал развод и, я была уверена, сдержит слово. Заговорщики? Ну, им я не завидовала. Даже незрячий, Ронгвальд был опасным противником. Даген? Думаю, в том месте, куда его отправит Хельги, ему придётся просидеть не до утра, а гораздо дольше. И Ивар в надёжных руках целительницы, да и после его ждёт карьера в дружине ярла.

Пожалуй, впервые за мою вторую жизнь в конце чернющего туннеля будущего забрезжил свет. Реальный шанс, что я выплыву из этого чёртова водоворота, что наступит день, когда уже не надо будет молотить по воде руками и ногами, из последних сил держась на плаву. – Апчхи! Ну вот, и организм вспомнил, что он, вообще-то, простужен. Хорошо ещё, не вздумал чихать, когда я сидела в коробе или кралась к дому врачевания! Я шмыгнула носом и завозилась, устраиваясь на ложе. Всё, теперь спать-спать-спать. И пусть утром бой продолжится – теперь у меня есть сильный союзник. Улыбнувшись этой мысли, я закрыла глаза и почти мгновенно провалилась в глубокий сон.

***

– Хозяйка Бьорг! Просыпайся! Бьорг? Какая… Моё лицо! Не до конца проснувшись, я быстрым движением подняла руку к лицу и выдохнула: платок! Не забыла замотаться, оставила на ночь – молодец! А ведь могла бы понадеяться, что проснусь сама… – Хозяйка, я принесла завтрак. И баню уже топят. Баня! Ох, ка-айф! Я села на постели и наконец рассмотрела пришедшую меня будить тиру. Вроде бы та же самая, что приносила еду вчера. Интересно, у неё не возникло вопросов насчёт вечернего подноса? Но в любом случае расспросить я не могла – обет молчания, с одной стороны, оберегал меня, а с другой – заметно осложнял некоторые моменты. – Я позову, когда всё будет готово, – закончила рабыня, и я кивнула, давая знак, что поняла.

Девица скрылась в люке, а я, как и вчера, поставила на крышку сундук, размотала шарф и принялась за еду. Самочувствие было уже гораздо лучше; энергия, пусть и не била ключом, однако новый день не вызывал желания закутаться с головой в одеяло, лечь лицом к стене и послать всех и всё куда-нибудь подальше. «Отличное настроение, чтобы выйти замуж, – усмехнулась я про себя. – Надеюсь, продержусь в нём до конца». Допила принесённую сыворотку и только поднялась с сундука, как снизу в крышку люка коротко и уверенно – по-хозяйски – постучали.