Текст книги "Вид тишины (ЛП)"

Автор книги: Л.Х. Косуэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)

Именно поэтому я подняла голову и спросила: – Ты приглашаешь меня на воскресный ужин к себе домой?

Он кивнул, на лице – надежда, от которой защекотало в груди.

– Ладно, – прошептала я, и его глаза вспыхнули будто он не ожидал, что я соглашусь. Повисла короткая тишина, прежде чем я уточнила: – Эм, во сколько?

Шей поднял два пальца.

– В два часа?

Он снова кивнул.

– Хорошо. Мне что-нибудь принести?

Он покачал головой и показал жест. Мне понадобилась секунда, чтобы перевести: Только себя.

Я покраснела и улыбнулась. – В таком случае, буду ждать с нетерпением.

– Я тоже, – показал он.

Когда мы вышли на нашей остановке, я почувствовала, как Шей на секунду положил ладонь мне на поясницу. От этого прикосновения сердце подпрыгнуло.

– До воскресенья, – сказала я, обернувшись перед тем, как повернуть к своей квартире.

Суббота тянулась бесконечно, но я заняла себя стиркой и домашними делами.

А в воскресенье я провела смехотворно много времени, выбирая, что надеть. В итоге остановилась на своих лучших джинсах и светло-голубом джемпере. Волосы оставила распущенными, добавила маленькие золотые кольца в уши. До Адамс-Роу от моей квартиры было минут пятнадцать пешком, погода стояла приятная, так что я накинула лишь лёгкую куртку.

Когда я добралась до улицы Шея, то остановилась, оглядываясь в поисках дома под номером десять. Увидев нужный, посмотрела на часы – без пяти два. Не страшно, чуть пораньше ведь можно?

Перед домом был аккуратный сад с рядами розмарина и лаванды, ведущими к двери. Я задумалась, кто ухаживает за садом – Шей или его отец? Открыв старые железные ворота, направилась по дорожке, чувствуя, как сердце бьётся всё сильнее. Не верилось, что я действительно иду на ужин к Шею домой. Месяцами я думала о нём – и вот теперь мы стали частью жизни друг друга.

Это казалось нереальным.

Я постучала трижды и подождала. Из глубины дома донёсся лай собаки. Через мгновение дверь открылась, и на пороге появился Шей. На нём были джинсы и зелёный свитер, тёмный оттенок почти совпадал с цветом его глаз. Он поприветствовал меня привычным жестом «палец вверх», я ответила тем же, и он отступил в сторону, приглашая войти. Я остановилась в прихожей, пока он закрывал дверь, а потом повернулся ко мне и указал на мою куртку.

– Хочешь взять мою куртку? – уточнила я, и он кивнул. – О, да, спасибо.

Он помог мне снять её, его костяшки едва коснулись моих плеч.

– Прости, что пришла чуть раньше. Пешком оказалось быстрее, чем я думала.

Он махнул рукой, будто говоря «пустяки», когда по коридору на всех парах прибежала собака. На вид как чёрная версия золотистого ретривера, очень дружелюбная, потому что тут же ткнулась мне в ноги. Я рассмеялась и присела, поглаживая её по голове. На ошейнике поблёскивал жетон с гравировкой Дэниел. Это заставило меня улыбнуться – я всегда любила, когда собакам дают человеческие имена.

– Привет, Дэниел. Ну ты же красавчик, – пробормотала я, взъерошивая его мягкую шерсть.

Шей тихо свистнул, и пёс сразу посмотрел на него. Ещё один жест рукой – и тот умчался обратно в глубину дома.

– Он чудесный, – сказала я, поднимаясь. Шей улыбнулся и повёл меня по коридору в просторную, светлую кухню. Она была явно расширена за счёт пристройки, выходящей в сад. Через большие окна и потолочные фонари лился солнечный свет, наполняя комнату уютом. За столом уже сидело несколько человек, оживлённо разговаривая. Отец Шея стоял у плиты, следя за едой, и от запахов у меня заурчало в животе. Это точно будет лучший воскресный ужин. Живя одна, я давно отвыкла от домашней еды – и с нетерпением ждала, чтобы попробовать жаркое Юджина.

Шей стоял позади, и я ощущала спиной его тепло, когда все повернулись к нам. За столом были пара лет под тридцать с небольшим, крупный темноволосый мужчина примерно того же возраста и ещё один – с ярко-голубыми глазами. Они были такими насыщенно-синими, что почти нереальными. Но самое поразительное – я знала эти глаза. Это был тот самый мужчина, что недавно пьяным орал под моими окнами, хамил Шивон и украл трость у Боба, когда тот вышел к нему.

Я продолжала смотреть на него, чувствуя, как сердце колотится, и заметила лёгкую тень недоумения на его лице. Он меня узнал?

Юджин отошёл от плиты и подошёл, чтобы представить меня:

– Все, это Мэгги, подруга Шея. Мэгги, это мой другой сын, Росс, и его жена, Доун, – он указал на супружескую пару. – Во дворе играют их дети, Райан и Шона. – Я взглянула в окно и увидела мальчика и девочку на качелях. – А этот большой парень – мой племянник Рис. И, наконец, Найджел, лучший друг Шея.

– Очень приятно со всеми познакомиться, – сказала я, сглотнув и стараясь не выдать растерянность от того, что лучший друг Шея оказался одним из самых неприятных типов, которых я когда-либо встречала.

7

Шей

Я понял, что Мэгги нервничает, когда её представили. Я мягко коснулся её локтя и указал на свободное место рядом со мной. Она благодарно улыбнулась и села.

Вдруг Найджел встал, с каким-то странным выражением на лице уставился на Мэгги, а потом вытащил из кармана пачку сигарет.

– Выйду покурить, – сказал он и покинул комнату.

– Ты что, не пытался убедить его бросить? – спросила Доун, а я показал жестом:

– Это его жизнь. Его выбор.

Моя невестка ненавидела курение, потому что её отец умер от болезни лёгких – всю жизнь он был заядлым курильщиком.

На лице Доун появилось недовольное выражение. Я убедился, что Мэгги чувствует себя комфортно, и пошёл помочь отцу раскладывать еду. Как и ожидалось, семья сразу принялась расспрашивать Мэгги обо всём на свете. Мне было неловко оставлять её одну, но я не мог ожидать, что отец справится с подачей блюд в одиночку.

К тому же моя семья – хорошие люди. Они не стали бы задавать ничего неуместного.

– Так, Мэгги, а как вы познакомились с моим братом? – спросил Росс, и я бросил на него раздражённый взгляд.

Он ведь уже знал, как мы познакомились – я всё рассказал им до её прихода. Доун сочла ужасно романтичным, что мы месяцами ездили на одном автобусе, прежде чем по-настоящему познакомились. Рис подмигнул мне, сказав, что теперь понимает, почему я до сих пор не купил машину, а Найджел поинтересовался, мы просто друзья или «больше, чем друзья». Я сказал, что мы просто друзья, потому что пока так и есть.

– Мы познакомились в автобусе. Как-то вечером один пьяный начал ко мне приставать, и Шей заступился, – ответила она, а я поморщился, потому что не рассказывал им эту часть. Я заметил, как её взгляд скользнул в сторону, куда ушёл Найджел. Мне показалось это странным, но я быстро отмахнулся от мысли – скорее всего, она просто нервничала под вниманием от всех.

– Серьёзно? – поднял брови мой брат, а Рис выглядел впечатлённым.

Мэгги кивнула и застенчиво взглянула на меня. – Это было очень мило с его стороны.

– Мой мальчик – настоящий рыцарь в сияющих доспехах, – воскликнул отец, ставя на стол тарелки, полные жареной говядины, картофеля и моркови. В центре уже стоял большой кувшин с его фирменным соусом.

– Хватит, – показал я отцу жестом, но он лишь покачал головой.

– Не будь таким скромным, сынок. Сейчас мало кто помогает незнакомцам.

Да, я был почти уверен, что не стал бы вмешиваться, если бы это была не Мэгги.

Мэгги улыбнулась мне и продолжила: – Впрочем, всё быстро закончилось – водитель автобуса достал монтировку и пригрозил пьяной компании, чтобы они вышли.

Рис громко рассмеялся. – В точку! Водители дублинских автобусов такого дерьма не терпят.

– Боже мой, – выдохнула Доун, глаза её округлились. – Это безумие.

– Думаю, все в автобусе просто были рады, что они наконец ушли, – сказала Мэгги, убирая за ухо прядь своих шелковистых рыжевато-каштановых волос. Сегодня она выглядела особенно красиво – свежей, чуть раскрасневшейся. Я поставил перед ней тарелку, и она поблагодарила меня взглядом. Доун позвала детей, и те, радостно вбежав, заняли места за меньшим столом в углу, предварительно застенчиво представившись Мэгги. Она, к моему удивлению, быстро нашла с ними общий язык. Я вспомнил, что она говорила о своих младших сводных брате и сестре, и задумался, не ровесники ли они Райану и Шоне.

– Шей, сходи скажи Найджелу, что ужин готов, – попросил отец. Я кивнул и вышел, найдя друга у входной двери – он уже почти докурил.

– Ужин готов, – показал я ему жестом. Он сделал последнюю затяжку и затушил сигарету. Я уже повернулся, чтобы вернуться в дом, когда он коснулся моего плеча.

– Эй, Шей, ты уверен насчёт этой Мэгги?

– Что ты имеешь в виду?

Он пожал плечами и тяжело выдохнул: – Не знаю. Просто она какая-то… странная.

Я нахмурился, чувствуя неприятное напряжение в груди. – Ты ведь буквально только что с ней познакомился.

Он сунул руки в карманы.

– Да, знаю. Может, я просто слишком опекаю тебя, но что-то в ней не так. Не могу объяснить.

Он говорил раздражающе расплывчато, но это было типично для Найджела. Мы знали друг друга с пяти лет, и он всегда полагался на интуицию и ощущения. Обычно я не обращал на это внимания.

– Слушай, после истории с Эмер я просто не хочу, чтобы тебя снова ранили, – продолжил он, а я сжал губы, не желая вспоминать бывшую.

– Она совсем не похожа на Эмер, – показал я.

– Возможно. Но откуда ты знаешь? Да, внешне они разные, но это не значит, что Мэгги не поступит с тобой так же, – начал он, но я поднял руку, не желая слушать дальше.

– Мэгги – хороший человек, и мы не в отношениях, так что измена тут ни при чём. Просто дай ей шанс, ладно?

Найджел приподнялся на носках, потом снова опустился, руки всё так же в карманах. – Ладно, дам ей шанс. Но не вини меня, если всё это закончится плохо.

С этими словами он вернулся в дом. Я зашёл следом, как раз в тот момент, когда он садился за стол, и заметил, как он нахмурился, глядя на Мэгги. Она тоже мельком взглянула на него, и, должно быть, почувствовала его недоверие – её плечи напряглись. Меня раздражало его поведение: он же только познакомился с ней, а уже делает выводы. Это было нелепо и, честно говоря, бесило.

Я сел рядом с Мэгги, коротко коснувшись её руки, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке. Я понимал, как странно она себя чувствует – ужинает с семьёй парня, с которым она каждый день ездит в автобусе, но толком не может поговорить. Наше общение было обрывочным, но я был тронут, когда она попросила научить её жестовому языку. Немногие старались так подстроиться под меня.

– Это очень вкусно, Юджин, – сказала Мэгги отцу, и тот просиял. Он всегда гордился своей готовкой и любил, когда его хвалили.

Разговор шёл спокойно, и я почувствовал, что Мэгги немного расслабилась. Потом тема перешла на работу – Рис рассказывал о новой системе безопасности, которую хотел установить в отеле. Найджел неожиданно вмешался, обратившись прямо к Мэгги:

– А вы чем занимаетесь, Мэгги?

Я почувствовал её замешательство – не понял только, вызвал ли его сам вопрос или враждебный оттенок в голосе Найджела. Скорее всего, и то, и другое. Я злобно зыркнул на него, но он сделал вид, будто задал самый обычный вопрос.

– Я уборщица. Убираю дома.

– Вот как, – сказал Найджел. – И вам это нравится?

Мне не понравился его тон, и я показал ему жестом, чтобы он угомонился, но он проигнорировал.

– Да, в целом мне нравится, – спокойно сказала Мэгги и сделала глоток воды.

– Не похоже на работу, которую выбирают от хорошей жизни. Вы ведь не скрываете судимость, а?

Мэгги замерла, будто в ней что-то сжалось. Никогда в жизни мне не хотелось врезать другу так сильно, как в тот момент.

– Найджел, – предостерегающе произнёс Рис, нахмурившись, не понимая, почему тот ведёт себя так грубо. Я тоже не понимал. Если бы я мог говорить – сказал ему, чтобы перестал вести себя как долбаный мудак. Может, он просто с похмелья. Сегодня воскресенье, а он часто выпивает по субботам со своими коллегами из страховой фирмы.

– Что тебя так раздражает? – спросил отец, пока я продолжал сверлить Найджела взглядом.

Тот тяжело выдохнул.

– Извините, – сказал он, бросив короткий взгляд на Мэгги, а потом на всех за столом. – Просто на работе навалилось дел, я сам не свой стал.

– Ну, со стрессом по работе мы все знакомы, – сказал мой брат, кивая с пониманием. Но я всё равно был недоволен.

– Извинись перед ней, – показал я жестом. Его брови удивлённо приподнялись.

– Я уже извинился, – ответил он теми же жестами.

– Нет. Извинись нормально.

Найджел провёл рукой по щетине на подбородке. – Прошу прощения, Мэгги. Не стоило мне говорить с вами в таком тоне. Это было грубо.

Я заметил, как она сглотнула, и в её взгляде по-прежнему читалась настороженность, даже несмотря на извинения.

– Всё в порядке, – сказала она после паузы и оглядела всех за столом. – И чтобы вы знали, судимости у меня нет. Разве что если считать ту пачку Starburst, которую я украла из магазина, когда мне было семь.

Все рассмеялись, напряжение немного спало, и мы снова занялись едой. Но я всё ещё злился на друга за то, что он заставил Мэгги почувствовать себя неловко. Я хотел, чтобы она пришла к нам ещё, а не только в этот раз. Но после поведения Найджела вряд ли будет просто её уговорить. Она и так достаточно настороженная.

– А где Стефани сегодня? – спросила Доун у Риса. Я слегка напрягся при упоминании невесты двоюродного брата. Она никогда не приходила с ним по воскресеньям, и, если честно, я всегда этому радовался. Это было моё время с теми, рядом с кем я чувствовал себя спокойно. Стефани всегда вела себя со мной скованно, и если бы она начала приходить по воскресеньям, мне пришлось бы напрягаться, стараясь, чтобы ей было комфортно.

– Она по воскресеньям навещает родителей. Я уже говорил, – ответил Рис, жуя картошку.

– Ну, могла бы разок пропустить и прийти сюда, – не унималась Доун. – Мы же не против, если ты пару недель подряд ездишь к ней, а потом снова к нам.

– Нас всё устраивает, – сказал Рис, и в голосе его прозвучала лёгкая раздражённость. – К тому же ты знаешь, что её мать мне не по душе.

Отец усмехнулся. – Я пару раз встречался с этой Керри Моран. Даже святой терпение бы потерял.

– Вот именно, – ответил Рис. – Так что меня всё устраивает.

– Да, но когда вы, наконец, поженитесь? Будете и дальше по воскресеньям ходить порознь?

Рис пожал плечами. – Не вижу причин менять привычки только потому, что женимся.

– Оставь его, дорогая, – сказал мой брат, бросив на жену значительный взгляд. Не уверен, что именно он хотел этим сказать, но, думаю, это была их супружеская немая перепалка.

– Ну что, кто-нибудь из вас видел тот фильм по телеку вчера вечером? – спросил папа, ловко сменив тему. – Не помню названия, но главный актёр уже в первые пять минут показал всё своё добро. Я тогда подумал: вот уж чего не ожидаешь увидеть после новостей.

Почти все разразились смехом. Я взглянул на Мэгги – она улыбалась, держа на вилке морковку.

– Ты уверен, что не помнишь название, Юджин? – спросила Доун, вытирая слезу со смеха. – Чтобы я добавила в свой список для просмотра.

– Вылетело из головы, – ответил папа, уголки его губ дрогнули в улыбке. – Но если вспомню – напишу тебе сообщение.

Оставшаяся часть ужина прошла гораздо лучше – разговор лился легко, атмосфера стала непринуждённой. Мэгги всё время сидела рядом со мной, и я наслаждался её близостью.

Что же такого во мне вызывала эта женщина? Не то чтобы у меня стояли толпы женщин у двери, но если бы я захотел девушку, уверен, смог бы найти. Так почему же меня так тянуло к этой загадочной попутчице с автобуса?

Найджел ушёл раньше обычного, сославшись на то, что нужно доделать работу к завтрашнему дню. Он попрощался со всеми, в том числе и с Мэгги, хотя я всё равно заметил между ними напряжение. Меня раздражало, что именно сегодня, из всех дней, он решил быть в дурном настроении – в тот момент, когда я хотел, чтобы он произвёл хорошее впечатление. Мне хотелось, чтобы Мэгги понравились и мой лучший друг, и моя семья.

Мы все, как обычно, помогали убирать со стола. Мэгги попыталась помочь, но я не позволил ей – она ведь гостья. Вскоре ушли и Рис, и Росс с Доун и детьми. Доун быстро обняла Мэгги, сказав, что рада была познакомиться.

Ну, хоть кто-то умел быть вежливым.

Она поднялась наверх, чтобы воспользоваться ванной, а я остался на кухне с отцом – мы убирали последние тарелки.

– По-моему, всё прошло неплохо, – сказал он, и я вопросительно приподнял бровь. – Что? Всё ещё злишься из-за того, как повёл себя Найджел?

Я кивнул и нахмурился, потом взглянул в окно, где Дэниел с восторгом гонялся за старым регбийным мячом, разорвав его в клочья. Меня всегда удивляло, как сильно моя собака могла радоваться самым простым вещам.

– Знаешь, Найджел всегда немного ревновал тебя, – сказал папа. – Вы ведь друзья с пяти лет, и он терпеть не мог, когда кто-то ещё пытался с тобой подружиться.

– Это неправда. Он был добр с Эмер, – показал я жестами.

На лице отца появилось странное выражение. – Да, пожалуй, даже слишком добр.

Я нахмурился ещё сильнее. – Что ты имеешь в виду?

Папа шумно выдохнул.

– Да ничего. Забудь. Не понимаю, зачем мы вообще говорим о твоей бывшей, когда наверху сидит красивая девушка, которая, по-моему, явно к тебе неравнодушна.

Я сразу насторожился и обо всём забыл. – Ты думаешь, я ей нравлюсь?

Улыбка отца стала мягкой. – Да, сын, думаю, нравишься.

В этот момент я услышал, как Мэгги спускается по лестнице, и вышел в прихожую, чтобы встретить её внизу.

– Привет, – сказала она, потом посмотрела на куртку, висевшую на вешалке. – Уже поздно, мне пора.

Я поднял руку, прося подождать, и пошёл к задней двери за поводком Дэниела. Его голова мгновенно вскинулась, как только он увидел поводок – подбежал ко мне и сел, терпеливо ожидая, пока я пристегну его ошейник. Когда мы вернулись, Мэгги уже стояла у входной двери.

– О, – выдохнула она, глядя то на собаку, то на меня. – Ты проводишь меня домой?

Я кивнул и быстро показал жестами: – Если ты не против?

Надеюсь, она помнила знаки, которые я показывал ей в автобусе на прошлой неделе. Я увидел, как она задумалась, будто стараясь вспомнить, а потом кивнула, снова встретившись со мной взглядом. – Не против.

Я опустил поводок и подошёл к вешалке, чтобы достать её куртку. Жестом попросил повернуться, чтобы помочь ей надеть её, и она послушно сделала это. Когда она стояла ко мне спиной, я собрал её мягкие, шелковистые волосы в руку, чтобы не прищемить их, и накинул куртку на плечи. Мои костяшки случайно коснулись её шеи – я услышал лёгкий вдох. Что-то сжалось у меня в груди от этого звука – короткого, удивлённого. Она просунула руки в рукава, и я неохотно отпустил её волосы. Они рассыпались по спине, когда она повернулась ко мне, глаза её сияли.

– Спасибо, – сказала она, и я кивнул, стараясь не показывать, как сильно мне понравилось это прикосновение. Я надел пальто, взял поводок и подошёл к двери.

Я открыл её, жестом приглашая Мэгги выйти первой. Она вышла, я последовал за ней, а Дэниел, как всегда, шёл у ноги – послушный, не тянущий поводок. От Мэгги веяло лёгким цветочным ароматом, когда она шла рядом. Вечер был прохладным, по улице гуляли люди, кто-то ехал на велосипеде. Лёгкий холод касался шеи и ушей – напоминание, что зима уже близко.

– У тебя очень милая семья, – сказала Мэгги, затем нахмурилась. – Как давно вы с Найджелом дружите?

Я посмотрел на неё мягко, извиняясь взглядом за его поведение, и поднял пять пальцев.

– Пять? – переспросила она. – Пять лет?

Я покачал головой. Она прикусила губу, задумавшись.

– Ну, точно не пятьдесят – ты ведь ещё не настолько стар, верно? – улыбнулась она, и я ответил тем же. – А, значит, с пяти лет? – Я кивнул, и её глаза округлились. – Вау, это долго. Я не поддерживаю связь ни с кем, кого знала в том возрасте.

Я пожал плечами, желая объяснить, что Найджел – парень неплохой, просто неудачно себя повёл. В школе он всегда был за меня горой, защищал, когда кто-то пытался дразнить за немоту. Потом я вырос, стал крупнее – и дразнить перестали. Мне больше не нужна была его защита, но мы всё равно остались лучшими друзьями.

– Так вот почему он меня не любит, – продолжила она, потом взглянула на меня с любопытством. – Он ведь не влюблён в тебя тайно, да?

Я широко улыбнулся и покачал головой. Найджел не был ни геем, ни бисексуалом. Он всегда был бабником до мозга костей. У него постоянно были девушки, но около года назад это прекратилось – и с тех пор он один. Думаю, он просто решил сделать паузу в свиданиях.

Мэгги поморщилась.

– Прости. Я должна была спросить. Видимо, он просто в целом меня не любит. Ну, ещё и… – Она оборвала себя на полуслове, словно чуть не сказала что-то лишнее.

Я остановился и мягко взял её за руку. Она резко вдохнула от моего прикосновения, и я заставил себя не зацикливаться на том, как естественно и правильно её ладонь ощущалась в моей. Я пристально посмотрел на неё – она смутилась, щёки порозовели, взгляд забегал. Она что-то скрывала.

– Шей?

Я отпустил её руку и жестами спросил: – Что ты от меня скрываешь?

– Прости, я не поняла. Хочешь, я прочитаю, если напишешь? Мне нужно будет чуть больше времени, но я смогу.

Раздражённый, я достал телефон и набрал тот же вопрос, что только что показал жестами. Мэгги взяла телефон, сосредоточенно нахмурилась, читая. В это время Дэниел обнюхивал другую собаку, проходившую мимо со своим хозяином. Наконец Мэгги вернула мне телефон и покачала головой.

– Ничего.

Я сверкнул на неё взглядом.

– У тебя очень выразительное лицо.

Да, я это знал. Мне и приходилось быть выразительным – ведь часто моё лицо было единственным способом донести мысль. Я продолжал смотреть на неё строго, и она, тяжело выдохнув, сдалась.

– Ладно, хорошо. Сегодня не первый раз, когда я встречаюсь с твоим другом Найджелом, – сказала она и снова пошла вперёд.

Как только она это произнесла, у меня внутри всё оборвалось. Я двинулся рядом, чувствуя, как поднимается тошнота. Первая мысль – между ними что-то было. Найджел часто ходил выпивать с коллегами. А если он встретил Мэгги в пабе? А если они переспали? Одна только мысль об этом выворачивала меня наизнанку. Я был собственником, когда дело касалось Мэгги, что бы между нами ни было, и не выносил идеи, что она могла быть с моим лучшим другом.

– Это было пару недель назад, – продолжила она, и я внутренне приготовился услышать рассказ о пьяной ночи, флирте у стойки бара… но история оказалась совсем другой.

– Я была у себя дома после работы, – начала она. – На улице шумела компания. Рядом паб, и по вечерам часто проходят мимо громкие компании. Я решила не обращать внимания – думала, скоро разойдутся. Но через полчаса они всё ещё были там. – Она сглотнула. – Среди них был твой друг Найджел. Моя соседка сверху, Шивон, ей за шестьдесят, открыла окно и попросила их быть потише. Найджел был особенно груб с ней. Потом другой сосед, Боб, ему семьдесят, вышел поговорить с ними. Остальные уже начали расходиться, но Найджел остался. Он выхватил у Боба трость и начал его запугивать. Даже когда я вышла и сказала, что вызвала полицию, он не уходил. Только когда услышал сирены, сбежал. Боб был совсем потрясен. И я понимаю, он был пьян, но это не оправдание.

Я смотрел на неё, чувствуя, как в животе всё сжимается – но теперь уже по другой причине. Я не мог поверить, что Найджел на такое способен. Хотя, если подумать, я не часто бывал рядом, когда он пил. А по голосу Мэгги я понял – она не лжёт. Моё лицо окаменело, когда я достал телефон. Мне нужно было с ним поговорить.

– Что ты делаешь? – спросила Мэгги, наблюдая, как я печатаю. – Пишешь ему?

Я: Ты придурок.

Ответ пришёл почти мгновенно.

Найджел: Чёрт. Она тебе рассказала, да?

Я: Ага.

Найджел: Слушай, я тогда был очень пьян.

Я: Мне плевать. Ты – мудак. Не верю, что пытался выставить Мэгги странной только потому, что она застала тебя, когда ты вел себя как пьяное ничтожество.

Я убрал телефон в карман. Он завибрировал снова, но я не стал смотреть – был слишком зол, чтобы продолжать.

– Я не хотела поссорить вас, – тихо сказала Мэгги, когда мы дошли до ряда домов.

Я взглянул на неё так, чтобы она поняла – я рад, что она сказала правду. Если мой друг шляется по улицам, издеваясь над пожилыми людьми, я должен поставить его на место. Если ему так нравится – пусть хоть двадцать восемь лет дружбы, я не хочу иметь с ним дела.

Мэгги остановилась у голубой двери, с которой облезала краска.

– Вот и пришли, – сказала она, доставая ключи. Она колебалась, глядя то на дверь, то на меня. – Эм, я бы пригласила тебя внутрь, но… у тебя дом такой красивый, а моя квартира… – она запнулась, и я сразу узнал этот взгляд. Стыд. – Моя квартира не самая лучшая.

Я положил руку ей на плечо и встретил её взгляд, стараясь, чтобы она увидела – я не стану её за это судить. Да, мой дом хороший, но ведь это дом моего отца, не мой. Он проработал тридцать лет менеджером на фабрике Cadbury, и только потому смог его купить. Я прекрасно понимал, как тяжело сейчас с жильём – даже моему брату и его жене пришлось пройти через ад, прежде чем найти дом по средствам. А уж снимать квартиру, как Мэгги, должно быть ещё труднее.

Она дрогнула, выдохнула неровно, сжимая ключи.

– Ну… если хочешь зайти на чай, я не против. Только, как сказала, квартира маленькая и не очень красивая.

Я жестом показал на собаку, и Мэгги улыбнулась, наклонилась, чтобы погладить Дэниела. – И, конечно, Дэниелу тоже можно, – сказала она.

Она повернулась, вставила ключ в замок и вошла внутрь. Я последовал за ней. Не припомню, чтобы когда-то мне было так любопытно увидеть чьё-то жилье.