Текст книги "Я тебе обещаю (ЛП)"

Автор книги: Лекси Аксельсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц)

9. АРИ

– ГОЛ! – кричит Кейн, театрально отбегая от ворот.

Время близится к полуночи. Последний час я вообще не вспоминала о пережитом кошмаре, и это было просто потрясающе.

Мы играем один на один, и я наконец начинаю уставать.

Кейн отправляет мяч в сетку, ловко обойдя меня.

Я закатываю глаза на его самоуверенность, пытаясь отдышаться. Горло и легкие горят огнем от того, что я жадно глотала ледяной воздух. Достаю мяч из ворот. Кейн гораздо быстрее, выше, и ноги у него длиннее. Естественно, я ему проигрываю.

Он стягивает футболку через голову, прямо как профессиональные футболисты, когда забивают гол, и моему взору предстают шесть кубиков пресса. Взгляд скользит от идеально очерченных мышц живота к V-образной линии, покрытой темными волосами, уходящей к...

Мысленно даю себе пощечину.

Он натягивает футболку обратно, и я с трудом отрываю от него взгляд.

– Ой, всё. Не льсти себе, мистер Слотер. – Едва сдерживаюсь, чтобы не расплыться в улыбке. Знаю, что не умею проигрывать, но я всегда честна в своих эмоциях, и мне плевать, видит ли он, какой азартной я порой бываю.

Направляюсь к крыльцу, уходя с лужайки, где только что забылась в напряженной игре с «морским котиком». Кейн идет следом с самодовольным видом, подхватывает с травы свою кожаную куртку и перекидывает ее через плечо.

– Для такой крохи ты совершенно не умеешь проигрывать.

– Умею! – вру я высоким, оборонительным тоном. Закусываю щеку изнутри и надуваю губы.

– Не умеешь, но всё нормально. Это даже мило.

Сердце неровно бьется от противоречивых чувств, когда я сажусь на деревянные ступеньки перед входной дверью и кладу мяч на колени. Пульс зашкаливает от беготни туда-сюда, а может, виной тому мужчина, который ни на шаг не отходил от меня со дня похорон Пола.

Ему пора прекратить говорить мне такие вещи, но, кажется, я не в силах его заставить.

Кейн садится рядом, а я отодвигаюсь чуть дальше, чтобы между нами сохранялась дистанция. Он никогда не скрывал своего желания перевести наши отношения на новый уровень, но я к этому совершенно не стремилась. Я была поглощена горем. Только-только выбралась из абьюзивных отношений, а что теперь? Теперь я с мужчиной, в которого влюблена по уши, но я не знаю всей правды, которую он от меня скрывает.

А Кейн – близкий друг Дэнни. Это неправильно…

– Ари, я искренне восхищаюсь твоей силой. Через что бы тебе ни пришлось пройти, ты всегда находишь в себе силы двигаться дальше.

При этих проникновенных словах сердце замирает. Ему нельзя говорить мне подобное, ведь я знаю: он хочет от меня большего. Я кожей это чувствую. Нас обдувает холодным ветерком, и я вздрагиваю, вцепившись в мяч.

– Спасибо. Я это очень ценю. Правда. Не знаю, как и благодарить тебя за то, что ты всё время был рядом после смерти Пола. Для нас с мамой это очень много значит. Просто мне нужно было немного от всего отвлечься.

Дружелюбно улыбаюсь и поворачиваюсь к нему. И это ошибка. Теперь он смотрит на меня так пристально, что я не могу пошевелиться. Меня больше месяца никто не целовал в губы. Дэнни давал мне необходимое личное пространство, за что я ему безумно благодарна, но конкретно в этот момент… Я на грани того, чтобы потерять контроль. Кейн занял особое место в моем сердце своей неизменной поддержкой, пока я переживала горе.

– Я всегда буду рядом. – Кейн подается ближе, и я перестаю дышать, когда его лицо приближается к моему. Он смотрит на мои губы… а я смотрю на его.

Я чертовски соскучилась по поцелуям. По ощущению того, как полностью растворяешься в другом человеке. По той потере контроля, когда мои губы сокрушительно врезаются в губы Дэнни, движимые неудержимой похотью. Соскучилась по тому, как в самом сердце вспыхивает безумный пожар, который ничем не потушить.

Мне так этого не хватает.

Всего этого.

Закрываю глаза и позволяю себе ненадолго утонуть в запретном чувстве, но не подаюсь навстречу. Я себе доверяю. Знаю, чего хочу, и это точно не оно. Я знаю, как должна поступить.

Кожей ощущаю исходящий от него жар, зажмуриваюсь еще крепче и хмурюсь. Когда я открываю глаза, его дыхание касается моих губ. Он так близко. Ещё немного, и поцелует меня.

Но я скучаю не по нему.

Я скучаю по Дэнни. Я не хочу этого от Кейна. Я жажду мужчину, от одного взгляда которого у меня перехватывает дыхание.

Я на такое не пойду. Я не изменщица.

Опускаю голову и отстраняюсь от губ Кейна.

Он издает глухой стон, все его мышцы напрягаются. Воздух вокруг искрит от тяжелого напряжения. Мы едва не поцеловались, и он это понимает.

Мы оба это понимаем.

– Это неправильно. Извини. Тебе лучше уйти, – говорю я Кейну, вскакивая и торопливо отходя в сторону.

Что я творю?

Кейн молча сидит на крыльце и сверлит взглядом место, где я только что сидела. Он не двигается, но по его позе видно, что он расстроен.

Но я тоже на него злюсь за то, что он нарушает границы. Раньше он никогда себе такого не позволял; это застало меня врасплох. После смерти брата он всегда был тем надежным плечом, на которое мы с мамой могли опереться. Но это? Это уже нечто иное… и меня разрывает на части. Потому что я люблю его за ту заботу. Но… я с Дэнни.

– Спокойной ночи, мистер Слотер. – С каждым шагом чувство вины начинает сжирать меня заживо.

Да что со мной такое?

Быстро шагаю к двери. Чувствую себя просто отвратительно. Это на меня не похоже. Минутная слабость, порожденная уязвимостью и пережитой травмой. Да… всё именно так. Иначе и быть не может.

Берусь за ручку, собираясь открыть дверь. Она слегка приоткрывается, но Кейн перехватывает мою руку, не давая сбежать.

Он стискивает мою ладонь своими большими шершавыми пальцами, а затем с силой захлопывает дверь. От звука удара кровь в моих венах вскипает, обжигая жидким огнем.

– Ты права, Ари Альварес, мне не стоит здесь находиться. – Его голос звучит глубоко и возбужденно, почти соблазняюще. – Но мне уже плевать, – добавляет Кейн с непреклонной решимостью.

Чувствую, что то, что он сейчас скажет, навсегда разрушит его дружбу с Дэнни. В его темно-голубых глазах плещется отчаянная мольба – он ищет во мне ответного порыва. Я отвожу взгляд от его лица и смотрю на его ладонь, сжимающую мою руку.

Его огромная рука полностью скрывает мою ладонь; я пытаюсь вырваться, но он лишь крепче сжимает пальцы.

– Мне нужно кое-что сказать. Я произнесу это лишь однажды и больше никогда не повторю.

Сдавшись под его напором, я вскидываю подбородок и смотрю ему в лицо. Меня снедает жгучее любопытство. Ему совершенно не свойственно вести себя со мной так властно.

– Я люблю тебя. Я влюбился в тебя в ту самую секунду, как впервые увидел. Я держал дистанцию, но больше так не могу. И мне нужно, чтобы ты это знала.

Вот оно – его откровенное, простое, но катастрофическое признание. Я знала, что однажды этот день настанет, но была уверена, что после того, как он увидел нас с Дэнни на пляже, он навсегда похоронит свои чувства.

От его слов по моей щеке скатывается слеза. Меня буквально разрывает на части. Я не хочу терять Кейна, он слишком много для меня значит.

– Я готов на всё, Ари. Я бы бросил гребаную службу ради тебя. Дэнни, может, и не хочет детей, но я хочу. Хочу всего этого. Хочу детей, брак… хочу тебя.

Зачем он это делает? Почему именно сейчас?

– Кейн, я… – И что, черт возьми, мне на это ответить? Так нельзя, но где-то в глубине души я понимаю, что, возможно, он стал бы для меня лучшим вариантом. Он мягкий и светлый. В то время как Дэнни соткан из мрака и кишит демонами, которых сам не выбирал. Родители бросили его в это пекло. Бросили в огонь, и ему пришлось учиться выживать, ежедневно сгорая заживо.

И всё же я не могу отрицать тот факт, что благодаря Дэнни я тоже изменилась в лучшую сторону. Пусть его любовь и была для меня испытанием, он помог мне узнать себя и стать той женщиной, которой я являюсь сегодня.

– Я не знаю, что тебе ответить, Кейн, – шепчу я.

– Ничего не отвечай. Мне просто нужно было, чтобы ты знала. – Он подходит вплотную, почти стирая расстояние между нами. Поднимает руку и упирается ладонью в дверь. Его губы оказываются у самого моего уха; по коже бегут мурашки, а дыхание перехватывает.

– Я готов рискнуть всем. Знаю, что ты сейчас с ним. Пойми меня правильно, Жнец – мой лучший друг. Он мне как брат. В последний год он начал понемногу меняться, и теперь всё встало на свои места: я понял, что всё это из-за тебя.

Резкий порыв ледяного ветра обжигает наши лица, отбрасывая мне на глаза челку.

Кейн аккуратно убирает волосы с моего лица, заставляя поднять на него взгляд.

– Ты положительно на него влияешь. Но, может, тебе нужен тот, кто будет положительно влиять на тебя? – Он снова одаривает меня той самой очаровательной, теплой и немного дурацкой улыбкой, а затем опускает руку на бедро. Отстранившись, он шепчет: – Я готов быть для тебя кем угодно и сделаю для этого всё возможное. Что бы ни случилось, я дал обещание и сдержу его. Я готов на всё, Ари Альварес.

По щеке скатывается еще одна слеза.

Я чертовски запуталась, и эмоции бьют через край.

– Черт возьми, Кейн, заткнись, – бормочу я, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не влепить ему пощечину.

Кейн тихо фыркает и усмехается.

А затем его лицо мрачнеет, взгляд становится тяжелым и пронзительным – я никогда раньше не видела его таким. Для меня Кейн всегда был горячим, слегка неуклюжим и вечно веселым парнем.

– Ты только что перешел черту. Теперь всё изменится. – Я медленно, с разочарованием качаю головой.

Вижу, как лунный свет отражается в его глазах; лицо Кейна наконец смягчается, и он осторожно смахивает мои слезы. От его прикосновения в животе порхают бабочки.

Он не должен так со мной поступать. Отталкиваю его руку и делаю шаг назад.

– Знаю. В этом-то и смысл, – отвечает он.

Я сужаю глаза, не желая вдаваться в скрытый смысл его слов.

– Сладких снов, Ари. – Он стискивает челюсти и отпускает мою руку. Я никогда раньше не видела эту сторону Кейна. Такую мрачную, но в то же время… до безумия интригующую.

Прежде чем развернуться, он задерживает свой темно-голубой взгляд на моих губах. Слово «смятение» даже близко не описывает того, что сейчас творится у меня внутри. Всё просто горит огнем.

Черт.

Я слишком давно не чувствовала прикосновений Дэнни.

Наконец Кейн отворачивается и направляется к своему байку. На ходу вдевая руки в рукава кожаной куртки, он скрывается за густыми деревьями перед домом. Всё это время кажется, будто мир вокруг замер в замедленной съемке.

Я влюблена в мужчину по имени Дэниел Райдер.

И всё же я не могу отделаться от мысли, что между мной и Кейном Слотером могло бы быть нечто большее. Ведь он только что доказал, что способен произнести те самые три слова, которые Дэнни до сих пор не сказал. И после всего, через что мы прошли вместе, это причиняет боль.

10. АРИ

Меня снова поглощают мрачные тени. Пол играет на гитаре Mana, а я наблюдаю за ним из темноты, сидя на кровати. Каждая встреча со старшим братом – это всегда счастье. Он приходит ко мне только во снах, но сейчас все иначе. На этот раз нет никакого блаженства. Только леденящий ужас.

Пол перебирает струны и не улыбается. Хмурится, агрессивно ударяя по ним. Затем я замечаю нечто. Нечто жуткое и до боли знакомое.

Жнец медленно подкрадывается со спины, вырастая за его плечами, и я вижу руку без плоти – одни кости, – которая тянется к груди брата и хватает его.

Сердце колотится так сильно, что становится больно.

Точная копия татуировки Дэнни появляется за спиной моего брата, и я пытаюсь закричать, но не могу выдавить ни звука. Хочу предупредить его, но из сдавленного, пересохшего горла не вырывается ни крика.

Затем Жнец поворачивается ко мне с коварным выражением и злобно скалится, обнажая череп.

– Время. Никого. Не. Ждет.

От Жнеца исходит тот же демонический голос. Тот самый голос, который звучал, когда я медленно проваливалась в небытие, пока Шейн и Нора убивали меня.

В этот момент чувствую ледяное дыхание на шее и тяжесть – будто что-то сидит на груди, сильно давит, пока кости пробирает дрожь, а я все глубже погружаюсь в яму страха.

– Не-е-ет! – наконец-то удается закричать, когда мрачные видения рассеиваются.

Резко вскакиваю в темной спальне, тяжело дыша, пытаясь вырваться из кошмара.

Прячу лицо в ладони и плачу, как вдруг распахивается входная дверь.

Это Дэнни.

Лицо полностью покрыто камуфляжной краской. На форме куча снаряжения, на поясе в кобуре пистолет.

В последний раз видела его таким, когда он был моим пациентом в Ираке.

Его массивная фигура заполняет весь дверной проем. Смотрю на него, и бабочки в животе, которые, как мне казалось, давно улетели, на короткий миг возвращаются, и так хочется, чтобы это чувство осталось навсегда.

Почему его вид так пугает, но в то же время еще больше интригует?

Ненавижу, что после нападения такое повторяется снова и снова. Мне стыдно, что моему парню приходится постоянно видеть меня в таком состоянии. И всё же при каждом пробуждении от кошмара он рядом… всегда рядом. Заставляет меня чувствовать себя в безопасности. Будто всё остальное не имеет значения. Я снова прячу лицо в ладонях и продолжаю тихо всхлипывать.

Он уже вернулся домой, но ощущения из кошмара продолжают терзать разум.

– Детка, что случилось? – Он садится рядом на край кровати и берет меня за плечи. Матрас прогибается под его тяжестью, а Дэнни нависает сверху, словно защищая.

– Почему ты так долго? – кричу в гневе. Знаю, что несправедлива, но ничего не могу с собой поделать. После всего пережитого я ненавижу оставаться одна. Терпеть не могу одиночество. Знаю, что Шейн мертв, но Нора-то нет. Что, если она вернется за мной?

Что, если дух Шейна все еще преследует меня, и поэтому мне снятся кошмары?

– Ари, я выехал, как только смог. Только зашел в дом и услышал твой крик. Снова кошмар? – спрашивает он, поглаживая меня по спине.

Киваю.

– Иди сюда, – мягко приказывает Дэнни.

Забираюсь на него, усаживаясь верхом прямо на кровати. Он крепко обнимает в ответ, и я чувствую запах сигарет вперемешку с одеколоном и кожаными сиденьями… Знакомый аромат.

Приятный.

– Они не прекращаются, Дэнни. Ни хрена не прекращаются. Мне снится одно и то же снова и снова, – восклицаю я на фоне разворачивающейся панической атаки. Тяжело дышу, жадно глотаю воздух, но все без толку.

Всхлипываю, уткнувшись ему в шею, чувствуя щекой армейские жетоны.

Его тело напрягается. Он ослабляет хватку.

– Что тебе снится? – Приподнимает мой подбородок, заставляя посмотреть на него.

Снова смотрю в светло-голубые глаза, в которых мелькает тревога. Дэнни выглядит вымотанным. Похоже, он и так пережил адскую ночку, а я только подкидываю проблем.

Кусаю губу. Он щурится, безмолвно умоляя рассказать о кошмарах.

Я не позволю травме, которую мы оба пережили, разрушить наши отношения. Лучше затолкаю всё поглубже. Не дам дурацким галлюцинациям полностью завладеть мной.

– Неважно, я справлюсь.

Он продолжает обнимать меня и успокаивающе гладить по спине. Руки скользят под футболку, и я чувствую, как мозолистые ладони растирают кожу вверх-вниз, пока приступ тревоги наконец не отступает.

– Это важно. Рассказывай.

Отрицательно качаю головой.

Не хочу говорить, насколько я слаба. И так уже это показываю.

Впитываю каждую секунду в его объятиях, словно они способны защитить от новых приступов паники.

Как только прихожу в норму, слезаю с его колен и сажусь рядом. Мне нравится, что он не лезет с расспросами. Наши бедра соприкасаются. Перевожу взгляд с прекрасных глаз цвета океана на мягкие губы.

Он нужен мне. Нужен весь, целиком.

Хочу почувствовать вкус его языка, пропитанного сигаретами. Хочу, чтобы он полностью поглотил меня, как раньше, даже если это принесет боль.

Мне просто необходимо почувствовать хоть что-то.

И именно это удается Дэнни.

Он заставляет меня чувствовать себя живой, хотя внутри я словно увяла.

Дэнни ловит мой взгляд, разгадывая намерение, а затем встает и идет к двери ванной.

Остаюсь совершенно разбитой – этот отказ бьет по мне сильнее, чем должен.

Не хочу, чтобы он отдалялся. Он и так был слишком терпелив.

Секс с ним просто сносит крышу. Я вспоминаю тот момент, когда мы впервые отдались друг другу... это было безудержно, сложно и жестко. Я видела последствия того, что мы вытворяли в его комнате в казарме. Он трахал меня так сильно, что изголовье кровати оставило трещины и вмятины на стене.

Мне этого не хватает.

– Быстро приму душ и вернусь в постель. – Дэнни устало вздыхает. – Знал, что так и будет, когда вернусь на службу. Это никогда не закончится. – Он усмехается и качает головой. Он останавливается в дверном проёме и пожимает плечами. Когда он потягивается, разминая мышцы и спину, я слышу тихий хруст позвоночника.

– Что ты хотел мне сказать? Почему отменили командировку? Что адмиралу вдруг от тебя понадобилось? – выпаливаю я.

Он поворачивается, погруженный в свои мысли. Поджимает губы, и я понимаю: спросила о чем-то засекреченном. Но я давлю дальше. Мне нужно забраться к нему в голову. Дэнни колеблется, молчаливый и напряженный. А потом смотрит мне в глаза и улыбается. То, как его губы медленно растягиваются в напряженной, кривой ухмылке, заставляет мое сердце на долю секунды замереть.

Боже, клянусь, от одной лишь этой улыбки жар разливается по крови. Блаженство закипает в венах. Я начинаю часто моргать, ресницы дрожат, и мне всё труднее выдерживать его взгляд.

А потом он направляется ко мне.

Неужели он всё-таки сдастся?

Он опускается на колени и целует меня в щёку, едва касаясь кожи губами, и всё моё тело мгновенно отзывается жаром. Его борода щекочет мою кожу, и я прикусываю щёку изнутри, тоскуя по тому, что заставляет меня чувствовать эта близость. Я крепко зажмуриваюсь, когда его губы задерживаются на моей щеке на мгновение дольше, чем следовало бы. А потом он отстраняется. И мне сразу начинает не хватать этого прикосновения. Вспыхнувшие от желания эмоции тяжёлым комом оседают где-то под рёбрами.

– С днем рождения, Ангелок, – шепчет Дэнни мне в щёку, и вибрация его голоса отдаётся у меня в ушах, окончательно сбивая с толку после этого прикосновения.

Ну конечно, он помнит. Мне даже не пришлось ничего говорить.

– Детали работы обсудим в другой раз. Сегодня твой день, – продолжает он.

Возможно, удастся обернуть это в свою пользу.

– Это мой день, – повторяю я.

Он берет мое лицо в ладони, и из его груди вырывается тихий, низкий стон. Услышав этот знакомый звук, наполненный желанием, я открываю глаза. И встречаю его потемневший взгляд. Этот взгляд я знаю слишком хорошо. Он хочет меня так же сильно, как я хочу его. Наши лица так близко, что между ними почти не остаётся пространства. Я чувствую его запах, пьянящий и до боли знакомый. Его красивое лицо покрыто боевой раскраской, и меня необъяснимо, неудержимо тянет к нему.

– В тот день, когда наши пути пересеклись, моя жизнь обрела смысл.

Он проводит пальцем по моей нижней губе, и потребность по-настоящему его почувствовать сводит с ума еще сильнее.

Черт возьми, неужели он может говорить такие вещи и рассчитывать, что дальше ничего не зайдет?

Дэнни снова направляется к двери ванной. Снимает с формы все снаряжение и по отдельности раскладывает на комоде. Сняв разгрузку, поддевает футболку пальцами и стягивает через голову. Под кожей перекатываются чётко очерченные мышцы спины, натренированные годами службы, и я чувствую, как к щекам приливает жар, когда мой взгляд цепляется за татуировку на его спине. Сжимаю бедра, надеясь, что это поможет.

– У меня есть сюрприз для именинницы. Покажу его, когда ты вернёшься с работы.

Удивленно вскидываю брови.

– О боже. В последний раз, когда ты такое сказал, я оказалась в вертолете не пристегнутая.

Он усмехается, а потом негромко смеётся.

Я хочу его так сильно, что это почти больно. Но он считает, что я ещё не готова. И, наверное, он прав.

Дэнни бросает футболку в корзину для белья, а я перевожу взгляд на часы на прикроватной тумбочке. Три часа ночи. И я наотрез отказываюсь снова засыпать, зная, что мне опять может присниться Жнец.

– Ты толком ко мне не прикасался, Дэнни. Даже не поцеловал ни разу после нападения.

Он замирает. От желания? Или потому, что я коснулась темы, которую мы оба старательно обходим стороной? Того, что незримо присутствует между нами каждый день.

Мои слова словно задевают чувствительную струну в его душе, а прямолинейность парализует.

Он оглядывается. Ничего не выражающее лицо бесит меня, как и всегда. Я больше не могу его прочитать, и это выводит из себя. Свет лампы освещает профиль красивого лица, и я замечаю шрам на губе.

– Да, не целовал. Потому что слишком хорошо себя знаю. – Он сжимает челюсти. – Если я поцелую тебя, Ари, меня уже не остановить. Я не смогу контролировать потребность полностью поглотить тебя... и мы оба знаем, что именно это означает, Ангелок.