Текст книги "(не) Подарок для дракона. Развестись и не влюбиться (СИ)"

Автор книги: Лана Ларсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 26 страниц)

– Лира, не вздумай! – я невольно рассмеялась, присаживаясь на скамью из холодного белого мрамора. – Вдруг они магические, и ты превратишься в лягушку? Что я буду делать с зеленой ворчливой амфибией?

– Я? В лягушку? – Лира выныривала из цветов, забавно чихая от пыльцы, осевшей на её носу. – Даже если я превращусь, я буду самой красивой и умной лягушкой в этом королевстве. Буду прыгать по короне Торгварда и давать ему советы по управлению государством.

Она принялась носиться по траве, которая вспыхивала мягким светом под её лапками. Я смотрела на её игры и чувствовала, как внутри разливается мимолетное спокойствие. Здесь, среди первозданной красоты, было легко забыть о Тьме, о предательстве советников Цитадели, о дяде и о том, что завтра нам предстоит лететь в буквальном смысле в пасть к чудовищу. Но тяжесть волос, ставших угольно-черными и странно холодными на ощупь, быстро возвращала меня к реальности. Я погладила одну из прядей.

«Смогу ли я когда-нибудь снова стать прежней? – мелькнула горькая мысль. – Или та девушка навсегда осталась там, в тумане Морхейма?»

Когда я вернулась в комнату, сумерки уже плотно окутали замок. На кровати лежало новое платье – личный подарок королевы Элианы. Ткань цвета грозового неба казалась почти живой под пальцами, а серебряная вышивка в виде созвездий на рукавах и подоле переливалась в магическом свете. Глубокий, но строгий вырез подчеркивал линию плеч, а пояс, украшенный лунными камнями, делал мою талию совсем тонкой.

Я долго стояла перед зеркалом, не узнавая собственного отражения. Черные волосы… Теперь они были моей частью, контрастируя с бледной кожей. Почти угольно-черные, тяжелые. Они выглядели чужими. Что они показывают? Остаток моей жизни? Или это индикатор магии, которую Морхейм высасывает из меня через Изнанку? Ведь я уже знала, что «проклятие» лишь часть легенды.

Король говорил, что это искажение. Древнее, наложенное кем-то очень сильным уже после того, как погибли Амара и её муж. Но как его снять? И самое страшное – та единственная светлая прядь у моего виска. Я знаю, что жизнь Эргна связана с моей. Если я полностью «почернею», если свет уйдет – он умрет. Эта мысль жгла сильнее любого пламени.

Я аккуратно заколола их тяжелой серебряной шпилькой, оставив несколько прядей обрамлять лицо. В этом образе я выглядела старше. Исчезла та наивная девочка из Риольда, осталась девушка, на чьи плечи легла судьба двух королевств. Это пугало меня до дрожи в коленях, но я заставила себя расправить плечи.

Едва я открыла дверь, за ней обнаружился Эргон. Он, видимо, ждал меня. Принц был облачен в камзол в тон моему платью, выглядя при этом как истинный наследник империи – немного наглый, уверенный и невероятно притягательный. При виде меня он на мгновение замер, и его привычная маска на миг дрогнула. В его глазах вспыхнуло восхищение, смешанное с чем-то более глубоким и тревожным.

– Ты выглядишь… ослепительно, Арианна, – он галантно подал мне руку, слегка склонив голову в знак уважения. – Настоящая королева драконов.

– Скорее, принцесса Теневой стороны, – грустно отозвалась я, невольно коснувшись черных волос. – Кажется, Морхейм выбрал мне новый облик навсегда.

– Не говори так, – Эргон резко перехватил мои пальцы, сжав их в своей ладони. – Ты мой свет в этой наступающей тьме. И мы сделаем всё, чтобы вернуть то, что принадлежит тебе по праву. Слышишь? Я не позволю теням забрать тебя и сам не собираюсь отправляться к праотцам. Нам с тобой туда ещё рано.

Я посмотрела в его звездные глаза и увидела там то, что мне было нужно – непоколебимую решимость. Это придало мне сил. Лира выбежала следом за мной, фыркнув от нетерпения.

– Хватит драм, идемте уже есть! – радостно возвестила она. – Надеюсь, на ужине подадут ту сочную утку в меду, которую я учуяла из кухни. Великие свершения требуют калорий, а разговорами и обещаниями сыт не будешь.

Мы шли к обеденному залу, но гнетущие вопросы жгли меня изнутри. Пророчество, ключ, магия, способная запечатать Морхейм… Это все хорошо, но что я должна была делать? Как запечатать этот Морхейм? Особенно учитывая, что моя магия до сих пор заблокирована, и я не умею ей пользоваться. И когда в конце коридора показался Зелим, я не выдержала.

– Зелим, постойте, – я вырвалась из хватки Эргона и побежала к старцу, преградив путь. – Я хотела спросить, вы говоришли, что я ключ. Но как ключ может открыть дверь, если он сам заперт в сундуке? Как я должна закрыть проход Тьме, если я не знаю, как пользоваться своей магией, как запечатать эту тьму?

Старец медленно поднял голову. Он долго смотрел на мою единственную светлую прядь у виска, а потом внезапно улыбнулся.

– Река не спрашивает у русла, куда ей течь, дитя, – проговорил он. – Она просто течет, когда тают снега. Ты ищешь «как», но пророчество говорит лишь о «когда». Звезда, упавшая в колодец, всё равно остается звездой, но пока ведро не опустится на самое дно, никто не увидит её света.

– Ты снова говоришь загадками, – сказал Эргон, подойдя к нам. – Арианна права, почему ты не хочешь снять с неё блок сейчас? Пока мы здесь, в Пределе, в замке. Здесь мощная защита, и она выдержит любой, даже самый сильный всплеск.

Зелим резко ударил костяным посохом о каменный пол. Звук получился неожиданно тяжелым, гулким, будто ударили не по камню, а по самой ткани реальности.

– Сорвать бутон раньше срока – значит убить цветок, – отрезал он хмуро. – Ты хочешь зажечь огонь в стогу сена, надеясь согреться, но ты лишь сгоришь сама. Снимать блок сейчас – всё равно что впустить океан в крошечную чашку. Пророчество знает свой час, Арианна. Оно писалось не чернилами, а слезами и кровью тех, кто был до тебя.

Он сделал шаг ко мне, встав вровень.

– Тьма – это великий охотник, – прошептал он, склонившись к моему уху. – Сейчас ты для неё – лишь тень в лесу. Но едва плотина рухнет, едва ты позовешь свою суть здесь, в Пределе – ты станешь костром в безлунную ночь. Она придет не за ключом, она придет за жизнью. Твоей и того, кто связан с тобой узлом Истинных. Ты готова оплатить этот костер его сердцем?

Я невольно отшатнулась, чувствуя, как рука Эргона на моем плече напряглась.

– Но как я узнаю, что делать там, в Риольде? – мой голос сорвался на шепот. – Если я окажусь бесполезной в решающий миг?

Зелим выпрямился, и его лицо снова стало улыбчивым и чуть отрешённым.

Кровь не учится течь по жилам, она просто знает свой путь. Магия Истинной – это не слова, написанные в пыльных книгах. Это воля, ставшая светом. Когда преграда падет под тяжестью нужды, когда мир вокруг тебя начнет рассыпаться в прах – ты не будешь вспоминать заклинания. Ты просто вспомнишь, кто ты есть на самом деле. Звезда не учится сиять, Арианна. Она просто горит, потому что иначе она – лишь холодный камень.

Он слегка склонил голову и прошел мимо, оставив после себя лишь ворох вопросов. Эргон сжал мою руку чуть крепче, и в этом жесте было больше поддержки, чем во всех словах шамана.

– Ничего другого я от него не ожидал, – негромко добавил принц. – Не переживай, мы все будем рядом с тобой. А пока… у нас есть этот вечер.

Мы продолжили путь, но слова Зелима продолжали кружиться в моей голове.

Глава 21
Крылья над бездной

В большом обеденном зале было непривычно тихо. Над столом дрожало едва заметное марево – защитный и звуконепроницаемый купол, который король воздвиг лично. Слуги сновали снаружи, словно бесшумные тени, принося блюда, но ни одно слово, сказанное внутри, не могло просочиться за пределы этого купола.

Я обвела взглядом присутствующих, чувствуя, как внутри всё сжимается от нехорошего предчувствия. Советников было немного. К моему огромному облегчению за столом не было лордов Гахарита и Аквилона. Я не знала причин их отсутствия, но от одного воспоминания о том, как они смотрели на меня в кабинете, внутри все холодело. Почему-то они мне не нравились…

Напротив меня сидели Зелим и Хорс. Они тихо переговаривались, жестикулируя так спокойно, словно обсуждали время посадки виноградников или сорт сушеной рыбы, а не смертельно опасный полет в самое сердце Тьмы.

– Ты не должен лететь, Зелим, – негромко произнес король. – Ты потратил слишком много сил на ритуал, твое тело едва восстановилось.

Зелим поднял свои желтые, выцветшие глаза на короля и слабо, но упрямо улыбнулся.

– Мои силы – это лишь пыль под ногами вечности, Торгвард. Я слишком долго молчал, глядя на то, как угасает род драконов под гнетом проклятий и тайн. Открыть ту щель в Морхейм было моим грехом и моей обязанностью. Теперь я обязан довести дело до конца. Это мой долг перед всеми вами, перед нашими предками… и перед этой девочкой.

Он посмотрел на меня с такой печалью и добротой, что у меня перехватило дыхание. Я почувствовала себя виноватой за то, что из-за меня этот старец рискует последними годами своей жизни.

– Ты рискуешь не вернуться, – вставила королева Элиана. Она сидела идеально прямо, голос был ровным, но я заметила, как дрогнули её ресницы.

– Все мы рискуем, – проговорил Эргон. – Но без Зелима мы не найдем нужный путь в Изнанку. Без него мы сможем оттуда просто не вернуться.

Король недовольно поджал губы, но спорить не стал.

– Слушайте внимательно, – голос Торгварда стал жестким. – В Риольде никакой самодеятельности. Никаких геройств, никакой охоты на монстров и попыток войти в Морхейм в одиночку. Ваша единственная задача – найти брешь и запечатать её навсегда. Зелим направит вас по нужному пути и будет держать коридор открытым. Эргон, Кайден – это касается вас в первую очередь.

Эргон и Кайден переглянулись, явно не желая следовать правилам. Под столом я осторожно нащупала его руку и сжала её, стараясь передать ему весь свой страх и всю свою мольбу.

«Пожалуйста, – прошептала я мысленно. – Не геройствуй. Не оставляй меня одну в этом холодном мире».

Эргон едва заметно вздрогнул. Он не повернул головы, но я увидела, как уголок его губ чуть дрогнул в подобии улыбки.

«Я постараюсь…» – ответил мне муж и сжал мою руку в ответ, успокаивающе поглаживая кожу большим пальцем. Это простое прикосновение подействовало лучше любого эликсира – пульс замедлился, а страх отступил, сменившись странной уверенностью.

Лира, сидевшая у моих ног, внезапно замерла.

«Ари, посмотри на Тиану, – её голос в моей голове прозвучал необычайно серьезно. – Она сидит тише, чем мышь в амбаре с котом. Это не к добру».

Я перевела взгляд на принцессу. Тиана действительно сидела подозрительно неподвижно. Она даже не притронулась к еде, просто бессмысленно ковыряла вилкой в тарелке, глядя в пространство застывшим взглядом. Её обычная вспыльчивость словно испарилась, сменившись странной, холодной решимостью. Эта тишина пугала меня больше, чем её крики.

«Она что-то задумала, – продолжила Лира мысленно. – Мне кажется, что она не смирилась с запретом отца».

Удивительно, что Эргон никак на это не отреагировал. Наверное, Лира не «подключала» его к своему разговору. Король уже заканчивал совет.

– Остальные соратники будут караулить Цитадель здесь. Лорд Гахарит возглавит наблюдение. Если Тьма шелохнется или из купола вырвется хоть малейший дым – вы врываетесь внутрь и сжигаете всё дотла. Никто не должен выйти оттуда живым, если печати падут.

Я вздрогнула. «Сжечь всё дотла…» Это касалось и тех, кто мог быть внутри. Мир драконов был суров, и я в очередной раз поняла, что здесь нет места для слабости.

– На рассвете вылетаем, – заключил Торгвард поднимаясь. – Идите. Каждому из вас нужно хорошенько отдохнуть.

Ужин закончился в гнетущем, почти осязаемом молчании. Когда защитный купол над столом растаял, воздух в зале показался мне слишком тяжелым. Все начали расходиться. Эргон молча взял меня под руку. Крепко, словно он боялся, что я исчезну, если он ослабит пальцы хотя бы на секунду. Мы молча шли по бесконечным коридорам дворца, мимо высоких стрельчатых окон, за которыми собиралась гроза. Наши тени сплетались в одну причудливую форму, и я невольно подумала: «Что, если это мой последний вечер здесь? Что, если завтра Тьма просто сотрет нас из этого мира?»

Внутри все еще дрожала та маленькая девочка, которая когда-то до колик боялась темноты. Но новая я, чьи волосы теперь отливали той самой «проклятой» чернотой, заставила себя выше поднять подбородок. Я не позволю страху победить. Не сегодня.

Когда мы переступили порог моих покоев, магические светильники вспыхнули мягким светом. Эргон довел меня до центра комнаты и остановился, медленно разжимая пальцы. Он смотрел на меня так, будто видел впервые. Или – от этой мысли сердце болезненно сжалось – в самый последний раз.

– Спокойной ночи, Ари, – прошептал он своим низким, бархатным голосом. – Постарайся поспать. Тебе нужны силы.

Его ладонь на мгновение задержалась у моего лица. Пальцы медленно, почти невесомо прочертили обжигающую дорожку от нижней губы к шее, замирая на пульсирующей жилке у ключицы. От этого прикосновения по спине пробежал уже знакомый легион мурашек, а внизу живота завязался тугой узел трепета. Эргон коснулся моего виска коротким, почти целомудренным поцелуем и тут же развернулся к выходу.

Холод одиночества мгновенно заполнил комнату, едва он сделал шаг. Я вдруг отчетливо поняла: если он сейчас закроет за собой дверь, эта тишина меня просто раздавит.

– Останься… – выдохнула я, сама пугаясь того, как отчаянно прозвучал мой голос.

Я сделала быстрый, порывистый шаг и ухватилась за рукав его камзола. Эргон замер, словно наткнулся на каменную стену. Он медленно, с явным усилием обернулся, и я увидела, как в его невероятных звездных глазах привычный лед сменяется болезненным, лихорадочным смятением.

– Арианна… – тихо произнес он, и я почувствовала, как под моей ладонью напряглись мышцы его руки. – Ты хоть понимаешь, о чем просишь? Ты напугана, ты прошла через ад, и я… я не имею права пользоваться твоей слабостью. Если я останусь, я не смогу быть просто стражем у твоего кресла. Если я закрою эту дверь изнутри, я останусь здесь как твой муж. До самого утра.

Я не отвела взгляда. Сердце колотилось о ребра, как пойманная птица, но голос звучал на удивление твердо.

– Я не прошу меня охранять, Эргон, – я сделала еще один шаг, сокращая расстояние между нами до минимума, чувствуя исходящий от него жар. – Я прошу тебя быть со мной. Дай мне почувствовать тебя… всего. Пожалуйста… не уходи.

Его взгляд мгновенно вспыхнул, превращаясь в жидкое золото.

– Ты играешь с пламенем, принцесса, – прохрипел он, делая последние шаги. – И ты понятия не имеешь, насколько сильно я хочу сгореть в нем вместе с тобой.

В следующий миг его сдержанность рухнула, как подтаявший лед на озере Ольрен. Эргон обхватил мое лицо ладонями, его пальцы – горячие, властные – запутались в моих волосах, а губы накрыли мои в требовательном, почти яростном поцелуе. В нем не было нежности, только жажда жизни и страх потери, бьющий через край. Я ответила ему с той же силой, цепляясь за его широкие плечи, теряя контроль и вдыхая его запах.

Мы добирались до кровати, путаясь в шагах и собственном дыхании. Пуговицы его камзола неохотно поддавались моим дрожащим пальцам, а когда его рука скользнула по моей спине, расстегивая молнию платья, я почувствовала настоящий магический разряд. Шелк соскользнул вниз, опав к моим ногам невесомым облаком.

Эргон отстранился лишь на секунду. Его взгляд – тяжелый, восхищенный, почти осязаемый – медленно скользнул по моему телу, заставляя кожу гореть.

– Какая же ты красивая… – сорвалось с его губ шепотом. – Моя. Истинная.

Он притянул меня обратно, и когда наши тела соприкоснулись, мир вокруг просто перестал существовать. Это не было просто страстью – это было сплетение двух изголодавшихся душ. Каждое его прикосновение к моей коже оставляло невидимый светящийся след. Его губы исследовали изгиб моей шеи, ключицы, спускаясь ниже, и я выгибалась навстречу, теряя нить реальности. Я чувствовала его сердце, бьющееся в унисон с моим, слышала его прерывистый шепот, обещающий защиту и вечность.

– Никому, – выдохнул он мне в самые губы, обжигая их своим дыханием. – Слышишь? Ни Тьме, ни Валкарису, ни самому Морхейму. Пусть этот мир рухнет, но ты останешься со мной.

Я уснула в его объятиях уже под утро, когда первые лучи рассвета едва коснулись штор. Чувствуя тяжесть его руки на своей талии и мерное, спокойное дыхание, я впервые за долгое время ощутила себя по-настоящему дома.

Проснулась я от едва уловимого шепота и легкого, почти невесомого прикосновения к волосам. В комнате царил предрассветный сумрак, разбавленный синевой горного тумана.

– Ари… – тихий голос Эргона заставил меня вздрогнуть. – Пора. Мы вылетаем.

Я с трудом открыла глаза и увидела его. Эргон уже был полностью одет в походную кожаную броню, волосы перехвачены ремнем, на поясе – тяжелый меч, светящийся алым светом. Но взгляд, обращенный на меня, всё еще хранил тепло ушедшей ночи, ту нежность, которую он не показывал больше никому.

Я села, прижимая к груди одеяло, чувствуя, как тело приятно ноет, напоминая о каждой секунде, проведенной в его руках.

– Уже рассвет? – мой голос был хриплым со сна. – Мне казалось, мы только что закрыли глаза.

Эргон присел на край кровати, его взгляд потемнел, скользнув по моим плечам. Он на мгновение подался вперед, словно хотел сорвать еще один поцелуй, забыв о долге и войне, но вовремя остановился, волевым усилием сжав челюсти.

– Солнце не будет ждать, когда мы закончим прощаться, – он горько усмехнулся, коснувшись моей щеки тыльной стороной ладони. – Зелим говорит, что сейчас – самый подходящий момент, пока тени ослабли перед первым лучом.

– Я сейчас, – быстро сказала я, стараясь не выдать дрожи в голосе. Страх перед будущим снова начал прокрадываться в мысли. – Дай мне пять минут. Иди к остальным, я догоню.

Я попыталась встать, но Эргон вдруг снова притянул меня к себе – на этот раз почти грубо, но с какой-то отчаянной, пугающей нежностью. Он вжал меня в свою броню так крепко, словно хотел спрятать внутри своей драконьей сути, укрыть от всего мира. Его горячее дыхание обожгло мою шею, вызывая невольную дрожь.

– Обещай мне одну вещь, Арианна, – прохрипел он. – Что бы ни случилось там, внизу… не отпускай мою руку. Что бы ни говорил Зелим, что бы ни шептала тебе Тьма – держись за меня. Я не смогу победить, если буду чувствовать, что теряю тебя.

– Обещаю, – я уткнулась носом в его плечо. – Я никуда не уйду.

Он нехотя отпустил меня, его пальцы на мгновение задержались на моих плечах, прежде чем соскользнуть.

– Я буду ждать тебя на террасе через десять минут, – сказал он. – Поспеши, Ари. Каждая секунда сейчас на счету.

Когда дверь за ним закрылась, я выдохнула, пытаясь унять колотящееся сердце. Пути назад больше не было. Наш путь в Риольд начинался здесь и сейчас.

«Лира…» – позвала я мысленно.

«Я здесь, соня, – тут же отозвалась лисичка, запрыгивая на подоконник со стороны улицы. – Драконы уже на лётной площадке. Пора показать им, на что способны девчонки из Риольда!»

Эргон ушел, но аромат его кожи казался разлитым в самой комнате, не давая мне забыть о том, что произошло между нами ночью.

Костюм, который Эргон оставил для меня, был… непривычным. Тонкая, мягкая черная кожа плотно облегала фигуру, не стесняя движений. Высокие штаны, заправленные в сапоги на шнуровке, и куртка с множеством потайных карманов – всё было продумано для долгого полета и, возможно, защиты.

Я заплела волосы в тугую сложную косу, стараясь, чтобы ни одна прядь не выбилась на ветру, и, посмотрев в зеркало, едва узнала себя.

– Ну как я тебе? – тихо спросила я, поправляя высокий воротник куртки.

Лира, сидевшая на краю стола, склонила голову набок, оценивающе прищурилась и нервно дёрнул хвостом.

– Ари, клянусь своими крыльями, ты выглядишь так, будто собралась завоевать мир, а не просто спасти родной город, – проговорила она звонким, чуть насмешливым голосом. Лисичка спрыгнула на пол и оббежала вокруг меня. – Любой мужчина, который тебя сейчас увидит, лопнет от зависти к Эргону.

Я нервно усмехнулась, чувствуя, как внутри всё сжимается от ожидания и нервного напряжения.

– Спасибо за комплимент. Пойдем, нам нельзя заставлять их ждать.

На террасе было холодно. Ночной воздух колол легкие, а в небе уже разворачивалось величественное и жуткое зрелище. Один за другим огромные ящеры взмывали ввысь, их чешуя поблескивала в свете магических огней, а мощные крылья почти бесшумно разрезали облака. От этого зрелища захватывало дух: те, кого считали у нас едва ли не легендой, сейчас оживали прямо у меня на глазах.

Эргон стоял у самого края парапета, наблюдая за своими стражами. Услышав мои шаги, обернулся и замер. Взгляд медленно, почти осязаемо скользнул по мне сверху вниз. Я увидела, как расширились его зрачки, а кулаки невольно сжались. Он шумно выдохнул, делая шаг навстречу, и прошептал так, чтобы слышала только я:

– Теперь я буду ревновать тебя к каждому встречному лорду и стражнику. Ты… слишком прекрасна в этом наряде, Арианна. В нем ты кажешься не только Истинной, но и той, кто способна укротить самого свирепого дракона. Даже меня.

– Не стоит ревновать, – я положила ладонь на его грудь, чувствуя под кожаным доспехом ровный и мощный ритм его сердца. – Я только твоя. До самого конца моих дней.

– Даже если они сочтены уже сегодня? – горько усмехнулся он, накрывая мою ладонь своей.

– Особенно тогда, – ответила я, глядя ему прямо в глаза.

Эргон не ответил, лишь сжал мои пальцы до боли, резко обернулся, и через мгновение на месте человека уже стоял могучий дракон. Чешуя тускло мерцала в темноте, отливая холодным звездным светом. Это была мощь, перед которой хотелось преклонить колени.

Он подставил свое массивное крыло, помогая взобраться на спину. Лира юркнула мне под куртку, устраиваясь поудобнее. И, как только я закрепила страховочные ремни, нас накрыл прозрачный защитный купол, отсекающий ледяной ветер.

Мы совершили короткий перелет на скрытую в скалах площадку, где собирался основной отряд. Там царила атмосфера предвкушения боя. Кайден, что-то втолковывая вытянувшимся по струнке стражникам, завидев нас, выразительно присвистнул и осмотрел меня с головы до ног.

– Ого! Эргон, я начинаю тебе искренне завидовать. У тебя не жена, а настоящая воительница. Если передумаешь насчет брака или она тебя выставит за твой невыносимый характер – только скажи, я буду первым в очереди.

Мой дракон предупреждающе рыкнул. Низкий гул прошел по всему телу, заставляя седло под моими бедрами вибрировать. Эргон выпустил из ноздрей тонкую струю дыма, от которой камни под его лапами слегка почернели.

Кайден рассмеялся, поднимая руки в примирительном жесте, хотя в его глазах плясали озорные огоньки.

– Тише, тише! Я ценю свою голову и не претендую на твою жену. Просто констатирую факт – она выглядит великолепно. Арианна, если этот ящер будет плохо летать, просто дерни его за ухо. Или крикни мне, я его быстро приведу в тонус.

И подмигнул. Вроде ничего особенного не сказал, а на душе стало чуточку спокойней.

Король стоял рядом с Зелимом, осматривая, всё ли готово к вылету. Рядом с ним я увидела Элиану, взволнованно наблюдающую за подготовкой, но нигде не было видно Тианы. С одной стороны, я её понимала – после запрета короля лететь с нами и угрозы быть запертой в башне она могла обидеться. Но могла бы хоть проводить нас. Мы ведь даже не знаем, вернёмся ли из Риольда…

– Готовы? – коротко спросил король, подойдя ближе.

Эргон принял человеческий облик, и вместе со мной подошёл к отцу. Монарх протянул нам два артефакта – небольшие серебряные кольца с темными, почти черными камнями, которые словно поглощали свет.

– Это связующие артефакты, – пояснил Торгвард. – Если в Риольде ментальная связь между вами будет недоступна из-за влияния Морхейма, эти камни помогут вам найти друг друга. Такие же есть у всего отряда и связаны с лордом Бронном, Рагнаром и графом Олирионом, но именно эти настроены только на вас двоих. Благословляю вас. Возвращайтесь живыми. Все до одного.

Я надела кольцо на палец, чувствуя, как оно мгновенно нагрелось, подстраиваясь под мой размер. Теперь тонкая нить связывала меня с Эргоном еще крепче.

– Вылетаем! – скомандовал Эргон, снова оборачиваясь драконом.

Земля с резким толчком ушла из-под ног. Желудок подкатил к горлу, а Лира испуганно пискнула под моей курткой. Огромные крылья Эргона совершили первый мощный взмах, и мы растворились в рассветном тумане, несясь навстречу неизвестности, к берегам моего родного, но теперь такого далекого и опасного Риольда.

Драконы взмыли в небо одновременно, мощным рывком разрывая туман и сливаясь с серой дымкой. Звук десятков огромных крыльев слился в единый шум, от которого закладывало уши и дрожала грудь. Я не выдержала и на секунду обернулась: величественный замок стремительно уменьшался, превращаясь в игрушечную декорацию на фоне суровых гор. Мысль о том, что я, возможно, вижу это величие в последний раз, обожгла сердце. Но я лишь крепче сжала пальцы на кожаных ремнях и заставила себя смотреть только вперед.

Путь до Риольда занял почти сутки. Мы летели всю ночь и весь следующий день, пронзая облака и сражаясь со встречными потоками ветра. Делали лишь короткие остановки в самых глухих лесах, чтобы перевести дух и дать драконам передохнуть. Эргон был непреклонен: мы не должны явиться к цели вымотанными.

Когда на горизонте вновь затеплился рассвет, окрашивая облака в цвет спелого граната, я оглядела нашу небольшую процессию. Рядом, мерно взмахивая мощными крыльями, летел Кайден. На его спине, вцепившись в костяные наросты, устроился Зелим. Шаман выглядел абсолютно спокойным, словно полеты на драконах были для него столь же привычны, как утренняя прогулка. И это было странно – Тиана клялась, что Зелим терпеть не может высоту. А позади ровным клином следовали лорды и два отряда элитной стражи.

«Волнуешься?» – раздался в моей голове глубокий голос Эргона. Через нашу брачную связь я чувствовала его беспокойство, тщательно замаскированное под привычную уверенность.

«Очень, – честно отозвалась я, прижимаясь щекой к его теплой звездной чешуе. – За то, что ждет нас в подвалах дворца. И за мою семью… Как ты думаешь, они уехали?»

«Я надеюсь, что у Леопольда осталось хотя бы немного здравомыслия, чтобы покинуть дворец. Но Морхейм туманит разум, подменяя волю жаждой власти. Если они не вняли предупреждению, я не смогу гарантировать их безопасность, когда начнется… всё».

«Ой, да ладно вам разводить сырость, – вклинился в наш разговор бодрый и едкий голос Лиры. Она высунула нос из-под моей куртки, и её усы смешно дергались на ветру. – Дядюшку Леопольда и эту заносчивую воображалу Лавену мне совсем не жаль. Пусть остаются, им полезно будет немного встряхнуться и увидеть, что мир – это не только шелковые простыни и интриги. А вот герцогиня Марлен с мальчиками – другое дело, надеюсь, они успели спрятаться».

– Лира! – возмутилась я вслух. – Как ты можешь так говорить? Какими бы они ни были, они моя семья!

«Ари, пора бы уже перестать видеть во всех только хорошее, – голос лисички в моей голове стал непривычно серьезным. – Твой дядя по уши увяз в интригах и сделках с Тьмой. Ты не забыла, как тебя хотели буквально продать нагам? Именно из-за его жажды власти на тебя наложили блок. Чего его жалеть? Он продал твою жизнь Тьме давным-давно. А Лавена… она достойная дочь своего отца. Она ни разу не проявила к тебе сострадания, так почему ты сейчас тратишь на неё свои нервы?»

Я печально качнула головой. Лира была права во многом, но сердце упорно твердило другое.

– Я никогда не опущусь до их уровня, Лира. Если я начну желать им смерти, чем я буду лучше Варрика или дяди? Семью не выбирают. Если они виноваты – пусть их судит закон, но я не могу просто вычеркнуть их из сердца.

– Слишком добрая ты, – проворчала Лира вслух, поудобнее устраиваясь у меня на груди. – В этом твоя сила, но в этом же и твоя погибель. Ладно, я буду следить. Если кто-то из них попробует выкинуть фокус – покусаю за пятки так, что Морхейм покажется им раем.

Эргон промолчал, но я почувствовала через связь волну одобрения и… сильного страха за меня. Он знал, что моя решимость – это хрупкий щит, который может разбиться при первой же встрече с реальностью.

Мы влетели в Риольд глубокой ночью. Город спал, и эта тишина пугала сильнее любого шума. С высоты птичьего полета улицы казались прежними, но мое сердце колотилось где-то в самом горле, мешая дышать. Праздник «Ледяной ночи» закончился, и снег, который всего несколько дней назад укрывал столицу искристым ковром, полностью растаял. В город вернулось лето, но запах цветов и прогретой земли больше не радовал – теперь он казался тяжелым, удушливым, пропитанным чем-то чужим.

Я испытывала дикий, парализующий страх и одновременно жгучее облегчение. Мы были дома. Но это был не тот дом, который я оставляла. Воздух Риольда изменился, он стал вязким, словно само пространство сопротивлялось нашему возвращению.

Впереди в лунном свете блеснуло озеро Ольрен. С высоты оно выглядело как гладкое черное зеркало, таящее в себе древние и опасные тайны. В самом центре темнел остров с руинами храма богини Вильяры. Кажется, прошла целая вечность с того момента, когда я, наивная и отчаявшаяся девчонка, бежала туда в надежде изменить судьбу.

Судьба изменилась. Перевернулась с ног на голову, швырнув меня в объятия незнакомца, ставшего единственной опорой. Могла ли я тогда предугадать, что спасение придет в облике наглого принца-дракона? Нет. Но сейчас, глядя на разрушенный храм, я понимала: Вильяра знала, что делает.

Мы летели прямо над водой, стремительно приближаясь к антимагической зоне. Я видела, что Эргон даже не думает сбавлять скорость, летя в самое сердце запретной территории.

– Эргон, – я пригнулась к его спине, чтобы ветер не уносил слова. – Почему Озеро подчиняется тебе? Я видела, что ты можешь летать здесь, но почему его магия на тебя не действует?

Эргон не оборачивался, но я почувствовала его короткую, полную превосходства усмешку через нашу связь.

«Этот закон не действует на королевские династии, Ари, – отозвался он. – Мы прямые потомки первых королей, создавших этот мир. Озеро узнает нас. Это, так сказать, наша семейная привилегия – быть выше правил, созданных для остальных».

Однако в последний момент он резко накренился, закладывая такой крутой вираж, что у меня потемнело в глазах. Эргон вовремя вспомнил, что другие в нашем отряде не обладают его «иммунитетом». Если бы элитные стражи вслед за принцем влетели в зону тишины, их чары бы мгновенно испарились. Могучие драконы прямо в воздухе превратились бы в беззащитных людей и рухнули в черную бездну с огромной высоты.