Текст книги "(не) Подарок для дракона. Развестись и не влюбиться (СИ)"
Автор книги: Лана Ларсон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 26 страниц)
Глава 17
Тени и откровения
Арианна
Закат окрасил мои покои в густые, медово-золотые тона, но этот свет казался ледяным. Я сидела в кресле у самой кровати, не шевелясь уже несколько часов, боясь даже вздохнуть слишком громко. Перед глазами всё плыло от выплаканных слез, а в горле стоял сухой ком. Ко мне приходила взволнованная королева, пыталась разговорить, была со мной рядом, но мне не хотелось никого видеть и разговаривать тоже. Что толку от пустых разговоров? Лире они не помогут.
Я не могла ни есть, ни пить, хотя служанки несколько раз приносили подносы с едой. Как я могла глотать изысканные яства, когда моя частичка, моя душа, медленно угасала?
На шелковой подушке лежала Лира. Моя маленькая, всегда такая юркая, шумная и невыносимо болтливая лисичка теперь напоминала безжизненную куклу. Она дышала – я видела едва заметное движение, – но это было всё. Ни нормального вздоха, ни привычного ворчания в моей голове, ни шевеления. Ничего.
Это было невыносимо, до крика страшно.
Я в очередной раз дрожащими руками попыталась влить ей в пасть лекарство.
– Ну же, Лира… пожалуйста, глотни, – прошептала я, поглаживая её побледневший мех. – Ты ведь никогда не сидела на месте дольше минуты. Тебе же скучно так лежать, я знаю. Проснись, и мы пойдем гулять в самый дальний угол сада. Я даже позволю тебе украсть лимонные пирожные с королевской кухни, честное слово!
Лира не ответила. Её сознание было заперто за глухой стеной, через которую не пробивался мой зов. Наступило тяжелое, глухое отчаяние. И оно было самым страшным, что происходило со мной за последние месяцы и даже годы. Сейчас я понимала, что даже в момент нападения на меня наёмника я не боялась настолько сильно, как сейчас.
В голове билась одна и та же мысль: если здесь ей не помогут, я заберу её и сбегу. Плевать на драконов, на их Источники, проклятия и способы их снятия, на связь с Эргоном и на этот дворец. Пусть в Риольде меня пытались убить, пусть там живет Лавена, которая ненавидит сам факт моего существования, и дядя с его мрачными тайнами. Но там Лира была жива, полна сил и энергии. Там эльдуфы не диковинка, а полноправные члены семьи. Там ей должны помочь.
Эргон заходил ко мне час назад. Он выглядел вымотанным, собранный и обеспокоенным. Я понимала, что в произошедшем нет его вины. Он так же, как и я не знал, чем закончится это посещение Цитадели. Я рассказала ему о своём решении:
– Если она не поправится, я не останусь здесь ни дня, – сказала я тихо. – Я хочу вернуться в Риольд. Там есть те, кто понимает нашу магию и сможет ей помочь.
– Рано об этом говорить, – ответил он. – Я найду способ помочь ей здесь, чего бы мне это ни стоило. Мои люди уже подняты на ноги.
Так это было или нет я не знала наверняка, но свое решение отменять не собиралась. Он посидел с нами немного, но что он мог сделать? Ничего. Как и я. А у меня еще и не было никакого желания вести светские беседы.
Когда он ушел, я попросила служанку принести книги по лечению магических существ. Та лишь окинула меня презрительным взглядом и сухо бросила: «В королевской библиотеке не держат книг о низших тварях».
Я стиснула зубы. Значит, сами. Мы справимся сами.
Вдруг дверь распахнулась без стука. Я вздрогнула, ожидая, что вернулся Эргон, но в комнату стремительно вошла Тиана. Она выглядела, с одной стороны, как всегда надменно, безупречно, в дорогом платье. Но с другой… на ее лице застыло странное выражение. И сейчас в руках она с трудом удерживала приличную стопку массивных фолиантов, что выглядело, мягко говоря, странно. И еще страннее было то, что несла она их сама, без помощи слуг или магии.
Принцесса подошла к кровати, на миг задержав взгляд на Лире, и тихо, почти неразличимо спросила:
– Как она?
– Без изменений, – ответила я, отворачиваясь к окну. Видеть ее сейчас не было никакого желания. Особенно уже зная ее отношение ко мне и Лире.
Я ждала новых нападок, ждала, что она снова начнет рассуждать о том, какая я «неправильная» пара для её брата, что она предупреждала о том, что я принесу только беды и что мое предназначение только быть «сосудом». Но Тиана молчала.
Она прикусила губу, придвинула магией тяжелый стул к кровати и опустила на него книги. Сев рядом, она поправила свои длинные волосы и раскрыла один из фолиантов. Выглядела она раздраженной, но я заметила, как она то и дело косится на Лиру, и в её взгляде не было злобы – скорее, скрытое волнение.
– Я тут нашла в библиотеке, в самом дальнем углу, древний раздел, – заговорила она, не глядя на меня. – Его писали наши предки еще в те времена, когда магические животные были обычным делом. Тут есть кое-что о лечении.
Я недоверчиво нахмурилась, глядя на её сосредоточенное лицо.
– Ты… пришла помочь? Тебя Эргон прислал?
Тиана фыркнула, а в её глазах на миг вспыхнуло истинно драконье пламя.
– Брат сейчас слишком занят тем, что «выпускает пар». Занимается «истинно мужским» занятием, как он всегда выражается. Я же четыре часа носа не высовывала из библиотеки, пока не нашла хоть что-то, кроме рецептов мазей для чешуи.
Я несколько раз моргнула, рассматривая девушку. Она пришла помочь? На самом деле помочь, а не выплескивать свой яд? Может, она заболела? Хотя нет, не похоже, цвет лица обычный, никаких изменений нет. И ехидства или намека на розыгрыш я не заметила. Получается, она действительно искала информацию для Лиры?
– Но зачем? – я действительно не понимала. – Почему ты это делаешь? Ты ведь презираешь меня. Считаешь, что я просто сосуд с магией, который нужно опустошить ради вашего величия.
Тиана подняла на меня глаза, в которых плескалось раздражение вперемешку с надменностью.
– Я хочу помочь лисице, а не тебе, – выпалила она, сощурив глаза. – До тебя мне… ну, честно сказать, нет никакого дела, хоть ты и жена моего брата. Я до сих пор не понимаю, почему он выбрал тебя, а не нормальную драконицу. Но сейчас речь не о тебе, а о твоём фамильяре.
В ее словах был смысл, но слепо довериться ей? После всего, что она мне наговорила?
– Откуда мне знать, что ты не хочешь навредить ей еще больше? – спросила я, наблюдая за девушкой, за ее реакцией. – Ты пока не дала мне ни единого повода верить тебе.
Тиана поджала губы. Наверное, думала, что я раскланяюсь перед ней за такой шаг, в ножки упаду и буду благодарить, не переставая. И я бы все это сделала для Лиры, если бы действительно знала истинные мотивы драконицы. И знала, для чего именно она все это затеяла.
Она встала, раздраженно передернула плечами и посмотрела мне прямо в глаза. В этот момент она не выглядела капризной принцессой. Она выглядела… искренней. Раздраженной, да, но искренней.
– Да, я не дала поводов. И я не собираюсь играть в лучших подруг, – её голос стал непривычно тихим, лишенным высокомерия. – И ты права, я не испытываю к тебе теплых чувств. Но Лире я хочу помочь искренне. Знаешь почему? Потому что я всегда мечтала о магическом зверьке. О фамильяре. В наших краях они исчезли сотни лет назад. Те, кого пытались привозить, не выживали. Видимо, наша магия слишком тяжелая, слишком… губительная для их тонкой природы. А она… она как живая легенда. И я не позволю ей умереть только потому, что наши лекари разучились лечить таких существ.
Я замерла. Тиана сейчас выглядела такой беззащитной в своей искренности, словно переступила через собственную огромную гордость. И, наверное, так и было. Наверное, это решение далось ей нелегко.
– Спасибо, – тихо сказала я. – Лира для меня… она всё, что у меня осталось от настоящей жизни.
Тиана снова села на стул, магией придвинула еще один для меня и кивнула на книги.
– Хватит сантиментов. Берем и читаем.
* * *
За окном окончательно стемнело. Лишь магические огоньки, послушные воле Тианы, зажглись под потолком, заливая покои мягким светом. В какой-то момент принцесса велела слугам принести еду. Когда на столике появились тарелки с изящными закусками, я замерла, не решаясь даже коснуться приборов. В голове мелькнула пугающая мысль: а что, если это ловушка? Что, если еда отравлена. В этом дворце меня многие недолюбливают.
Тиана, заметив мою заминку, раздраженно закатила глаза, словно прочитав мои опасения по лицу.
– Да перестань ты, – бросила она, потянувшись к подносу. – Еду готовили на двоих из одного котла. Если решат отравить тебя, то и я отправлюсь следом. А за это наш отец казнит всех, начиная от поваров и заканчивая их правнуками. Драконы не прощают покушений на членов семьи.
Она демонстративно взяла канапешку, съела её и насупилась, уткнувшись обратно в книгу. Глядя на неё, я почувствовала, как во мне просыпается дикий голод – я ведь не ела со вчерашнего вечера. Утром из-за волнения не хотелось, в Цитадели было не до этого, потом аппетит пропал напрочь, но сейчас, когда появилась надежда, я едва сдерживалась, чтобы не наброситься на еду. Переборов страх, я тоже съела немного. Было удивительно вкусно, но еда не приносила привычного удовольствия, пока Лира лежала неподвижно.
Странно, но за всё это время, пока Тиана сидела в моей комнате, ни король, ни королева не зашли к нам. Даже шагов Эргона не было слышно в коридоре.
– Я попросила их не мешать нам, – пояснила Тиана, не поднимая головы от пожелтевших страниц. – Особенно брата. Он так и порывался прийти сюда, мерил шагами коридор, но я сказала, что сейчас он только всё испортит и напугает тебя еще больше. Ему полезно посидеть одному и подумать над своим поведением. Иногда он бывает просто невыносимым.
Я лишь слабо улыбнулась, вспоминая Эргона и представляя их разговор. Такой расклад мог бы быть. Похоже, Тиана была единственной, кто мог так открыто осадить принца и не получить от него. В этом они были похожи.
Мы продолжили поиски, вчитываясь в каждое описание магических недугов. Сначала нам попалось «Искровое истощение» – состояние, когда магический зверек тратит слишком много сил и впадает в спячку для восстановления. Но я понимала, что это не наш случай: Лира в Цитадели не колдовала. Она вообще здесь не могла использовать доступную ей магию.
Затем мы нашли «Теневой озноб» – он случается, если существо касается изнанки мира без защиты. Симптомы были пугающе похожи, но в книге говорилось о черных пятнах на коже, которых у Лиры, к счастью, не было.
Наконец, мы наткнулись на «Резонанс пустоты». Этот недуг описывался как самый страшный: когда мощная чужая магия блокирует внутренние потоки фамильяра, буквально запирая его сознание в клетке.
Запирая сознание… А ведь лекарь сказал нечто похожее. Что сознание Лиры заперто, что до неё невозможно достучаться. Может, это оно? Но кто мог напасть на простую, маленькую, безобидную лисичку в Цитадели? Кому она могла там помешать? Кто мог направить мощную магию на простого фамильяра? На этот вопрос ни я, ни Тиана не могли ответить. Поэтому искали дальше, оставив книгу с описанием этого недуга открытой.
Мы просидели над книгами еще несколько часов. Глаза слипались, спина затекла, но я даже не думала об отдыхе. Особенно когда передо мной лежало возможное спасение для Лиры. Я не могла и не хотела откладывать все это на потом. В какой-то момент Тиана, тяжело вздохнув, отложила очередной фолиант, потянулась и подошла к окну. Она долго смотрела на далекие огни города, расстилавшегося у подножия дворца, была погружена в свои мысли. Не стала ей ничего говорить, беспокоить и отвлекать.
– Знаешь, – вдруг тихо сказала она, не оборачиваясь, – я ведь тоже в каком-то смысле неполноценная.
Я подняла голову, удивлённо смотря на девушку. Сейчас она выглядела не такой, как обычно. Она выглядела… одинокой. Такой сильной, юной, но одинокой в этом огромном дворце. И голос… в нем не было надменности, только горькая усталость.
– В смысле? Ты ведь принцесса, дочь короля. В твоих жилах течет кровь древних правителей. У тебя есть всё, о чем другие только мечтают.
Тиана резко обернулась. В полумраке комнаты её глаза вспыхнули золотым огнем, но в этом пламени не было злобы – только глубокая, выстраданная боль.
– Драконы угасают, Арианна. Наш Источник силы иссыхает. Тот источник, который даёт нам силы наоборот. Да-да, не думай, что сила дракона заключается только в нем самом. Не только. Без твоей силы – или силы носителя древней магии – мы обречены на медленное вырождение. С каждым поколением нас становится меньше, наша магия слабеет, а крылья… превращаются в легенду.
Она оттолкнула от подоконника и подошла к зеркалу в золоченой раме, но смотрела не на свое отражение, а куда-то сквозь него.
– Да, я дочь короля. Я должна была совершить свой первый полет еще в десять лет, чуть позже, чем такой же полет совершил Эргон. Но я не могу полноценно обернуться и ни разу не была в небе на своих крыльях. Знаешь, каково это? – она горько усмехнулась. – Я слышу свою драконицу внутри себя. Когда она просыпается – царапает мне ребра изнутри, она рвется ввысь, она хочет расправить крылья и закричать так, чтобы содрогнулись горы. Но магии не хватает, чтобы завершить переход. Тело застревает где-то посередине, кожа горит, кости ломает… Это унизительно. Быть запертой в человеческой оболочке, когда твоя суть рождена для облаков.
Я затаила дыхание, глядя на девушку и переваривая услышанное. То, что она рассказала… было личным. Слишком личным для простого разговора «ни о чем». Она раскрыла мне свою, наверное, главную тайну, которая и тайной для всех на Пике и не являлась. Но я впервые видела Тиану такой – настоящей, сорвавшей маску высокомерия.
– Мне жаль, – тихо произнесла я. Мне действительно было её жаль. По-человечески. И сейчас я решила тоже поделиться сокровенным. – Я ведь тоже всю жизнь чувствовала себя лишней. В Риольде меня лишь терпели. Я была сиротой в богатом доме, тенью в коридорах, бедной родственницей с проклятием и запертой магией. Лира и Фир были единственными, кто любил меня просто так, а не за то, кем я могу стать или какую выгоду принести. А ещё два младших брата, но их больше забавляли проказы, чем общение со мной. Я их не виню, они ещё дети. Но я знаю, что такое чувствовать себя не такой, как все.
Тиана обернулась и внимательно посмотрела на меня.
– Мы очень долго ждали ту, кто восстановит Источник, – сказала она, возвращаясь и снова садясь за стул. – Наш звездочет предсказал появление истинной носительницы древней магии. Когда она… ну, то есть, ты стала совершеннолетней, Эргон полетел в Риольд именно за этим – забрать твою силу. Мы все думали, что наследница – Лавена. Первая и единственная девушка, рождённая в королевской семье без проклятия. Но слухи рисовали её надменной, жадной и пустой девицей. Честно? Нам было не жаль отдать её в жертву Источнику.
Я нахмурилась, чувствуя, как по коже пробежал холодок.
– Лавена далеко не идеал, но она живой человек. Она не заслужила того, чтобы её использовали и выбросили.
Тиана лишь пожала плечами, вновь надменно поправив свои синие волосы.
– Одна жертва ради спасения целого народа – это небольшая цена. Так нас учили. Сейчас многие во дворце продолжают думать, что ты просто сосуд. И я говорю не о родителях. Только вот брат… Эргон сильно изменился после встречи с тобой. Он теперь костьми ляжет, но не даст тебя опустошить. И это меня бесит! Мы были так близки к тому, чтобы я, наконец, обрела свою крылатую ипостась, а теперь из-за его «чувств» всё снова под вопросом. Снова эта неопределенность.
Я замолчала, пораженная этим откровением. Значит, Эргон действительно защищает меня? Рискует благополучием своего народа, своей семьи ради меня одной?
– Мне очень жаль, Тиана, – тихо произнесла я, глядя ей в глаза. – Правда. Я бы хотела помочь вам, если бы знала как. Но я не хочу умирать.
Тиана усмехнулась, но жестко, как раньше. В этой усмешке больше не было яда.
– Да, жаль. Знаешь, ты удивительно благородна для человека. Эргону действительно повезло с тобой. Не делай такое лицо, это не значит, что ты мне начала нравиться! – она тут же шутливо выставила ладонь. – Но ему правда повезло. У нас в роду браки редко бывают по любви, а у вас… кажется, это взаимно, хоть вы оба и ведете себя как идиоты.
Я удивилась, почему это? Но Тиана больше не стала развивать эту тему, указала на оставшиеся книги.
– Тут можно копаться еще несколько суток. Предлагаю поспать хотя бы два часа. Утром продолжим. А еще я на рассвете пошлю гонца за одним шаманом. Он живет отшельником в горах, старый, ворчливый и совершенно ненормальный, но он знает о древней магии больше, чем все наши архивариусы. Вдруг он что-то поймет.
Тиана встала, подошла к кровати и на мгновение коснулась рукой неподвижной Лиры.
– Я бы очень хотела, чтобы у меня когда-нибудь был такой фамильяр, – прошептала она. – А раз это невозможно, я сделаю всё, чтобы спасти твоего. Уже поздно. Ложись спать, Арианна.
Она ушла, тихо прикрыв за собой дверь. Я ещё некоторое время посидела перед раскрытыми книгами и все же легла на край кровати рядом с Лирой, чувствуя, как сознание медленно уплывает.
Странная семья у Эргона – жестокая, гордая, но где-то глубоко под чешуей у них всё еще бьются живые, жаждущие тепла сердца.
* * *
Сквозь тяжелую, вязкую пелену сна я почувствовала чье-то присутствие. Оно не пугало, нет – наоборот, от него исходило едва уловимое тепло, пахнущее грозой и небом. Кто-то нежно, почти невесомо коснулся моей щеки, а затем я ощутила мимолетный поцелуй, похожий на касание крыла бабочки.
– Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива, – прошептал знакомый голос. Он звучал так близко, что щекотал кожу, пробираясь в самое сердце.
– Спаси Лиру… – выдохнула я, не открывая глаз, балансируя на грани яви и грез.
– Спасу, – последовал тихий, решительный ответ. – И тебя никому не дам в обиду. Ты для меня всё…
Когда я окончательно проснулась, комната была залита бледным утренним светом. Я резко села в постели, оглядываясь, сердце колотилось в груди так сильно, что, казалось, его было слышно во всем дворце. Но рядом никого не было. Шторы едва колыхались от утреннего ветерка, а Лира всё так же неподвижно лежала на своей подушке. Был ли это Эргон или просто плод моего измученного воображения? Мне так хотелось верить, что он был здесь. Что ему не всё равно. Но больше он ко мне не заходил…
День тянулся бесконечно долго. Время будто застыло. Тиана пришла рано, как и обещала. Вслед за ней вплыли слуги, занося подносы с завтраком, но я почти не притронулась к еде. Принцесса первым делом подошла к Лире, внимательно осмотрела её, а затем, не обнаружив перемен, молча села за книги. Я устроилась напротив, стараясь сосредоточиться на строчках, которые расплывались перед глазами.
– Шаман должен прибыть где-то к ужину, – нарушила тишину Тиана, перелистывая страницу. Она выглядела сегодня особенно сосредоточенной, даже её волосы были стянуты в строгий узел. – Его зовут Зелим. Идти ему долго, но он должен успеть до заката.
– Идти? Он не долетит? – спросила я, вспомнив, что расстояние до гор здесь было довольно… немаленьким.
– У него давно нет второй ипостаси, а на драконах он не летает, хотя к нему несколько раз присылали лучших из нас, готовых донести его на себе.
– Почему он оказывается? – я удивленно подняла голову от фолианта.
Тиана немного зло ухмыльнулась, отрываясь от книги. Она посмотрела на меня так, будто я сказала какую-то несусветную глупость.
– Ты же не думаешь, что драконы катают на себе всех, кому не лень? На свою спину мы можем посадить только самых близких и тех, кого сами решили. Это вопрос доверия и чести. Если тебя возил на себе Эргон, значит, он сам этого захотел. Поверь, это дорогого стоит. К другому дракону ты просто так не сядешь – тебя и близко не подпустят.
Я почувствовала, как щеки обдало жаром. В памяти всплыли наши полеты: мощные мышцы Эргона под моими ладонями, его уверенный голос в моей голове, и то, как бережно он прижимал меня к себе после полета, словно я была величайшим сокровищем в мире. Значит, он действительно этого хотел, а не просто выполнял долг?
– Я и не стремилась ни к кому другому, – тихо ответила я, опуская взгляд на книгу.
Тиана хмыкнула, и её губы тронула едва заметная, почти добрая усмешка. Она убрала книгу с колен и потянулась к стопке фолиантов, с трудом переложив самый тяжелый из них к себе.
– Ну, по крайней мере, у тебя есть вкус, человечка. Мой брат – невыносимый гордец, но он лучший летун в этом королевстве. Один из лучших, не буду слишком уж его хвалить. Но он, можно сказать, летает наперегонки с ветром. И последний ему проигрывает.
Она снова погрузилась в чтение, всем своим видом давая понять, что отвлекаться не стоит. И она была права. Мы не могли просто сидеть и ждать чуда. Каждая прочитанная страница, каждая зацепка могла стать решающей. Я вернулась в свое кресло и раскрыла книгу там, где остановилась.
Весь остаток дня мы провели в тишине. Только шуршали страницы, да изредка Тиана зачитывала мне отрывки, которые могли хоть как-то пролить свет на состояние Лиры. Она вскользь упомянула, что на рассвете Эргон улетел в Цитадель, чтобы изучить всё, что связано с проклятием и архивными записями. Я волновалась за него. После того, что случилось с Лирой, Цитадель больше не казалась мне оплотом знаний. Она казалась мне ловушкой. Но я надеялась, что с Эргоном ничего не случится – он ведь там бывал сотни раз, он сильный, он принц.
Тиана несколько раз выходила из комнаты – видимо, её звали родители или распорядители дворца. Возвращалась всё более раздраженной, поджимала губы и молча возвращалась к чтению. Глядя на неё, я начала думать, что наше вчерашнее ночное откровение теперь больше напоминало сон, чем реальный разговор. Сегодня она снова была колючей, надменной принцессой. «Может, мне действительно всё привиделось?» – с горечью думала я.
Вечером, когда тени в комнате стали длинными и тревожными, в дверь постучали. Вместо меня ответила Тиана:
– Войдите!
Я не стала спорить, хотя эта комната формально была моей. Сейчас мне было всё равно на этикет, лишь бы услышать хоть какую-то добрую весть. Вошел слуга, низко поклонился и доложил:
– Госпожа, отшельник Зелим прибыл. Он ожидает внизу.
– Веди его сюда, – Тиана стремительно встала, поправляя платье.
Я замерла, тоже вставая со своего места. Сердце забилось где-то в горле. А если он скажет, что Лире уже нельзя помочь? Если он просто разведет руками? Тиана, заметив мой испуг, на мгновение улыбнулась.
– Не волнуйся. Он должен помочь. Он лечит старыми, древними методами. Как раз теми, что наши советники в Цитадели уже много столетий считают опасной ересью. Но в его руках магия природы оживает.
Дверь снова открылась, и в комнату вошел старец. Я невольно ахнула – настолько колоритным он был. На нем был необъятный балахон густого горчичного цвета, украшенный вышивкой, которой, кажется, было больше лет, чем самому замку. На шее висели десятки бус, костяных кулонов и каких-то странных амулетов, которые тихо позвякивали при каждом движении. Длинные белые спутанные волосы выбивались из-под шапки, украшенной перьями редких птиц. В руках он сжимал посох, тоже увешанный подвесками.
Но больше всего меня поразили его глаза. Ярко-желтые, пронзительные, они смотрели так, словно заглядывали в самую душу, вынимая оттуда все страхи и надежды.
Зелим подошел к кровати, даже не удостоив нас приветствием. Он проигнорировал принцессу и сразу склонился над Лирой. В комнате воцарилась такая тишина, что я слышала собственное дыхание. Старик долго присматривался, шепча что-то себе под нос, затем осторожно провел сухой ладонью над мехом лисички, а затем громко поцокал языком.
– Плохо дело, – проскрипел он. – Её не просто ударили магией. Её дух запутался в паутине, которую сплели не люди. Работы предстоит много. Очень много.
Я сделала шаг вперед, едва сдерживая дрожь в голосе:
– Вы сможете её спасти?
Зелим медленно повернул ко мне свою голову и посмотрел в глаза.
– Всё зависит от того, девочка, готова ли ты сама пойти за ней туда, где она сейчас прячется.
Эргон
Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая шпили Цитадели в багровый цвет. Я стоял посреди огромного зала, а внутри меня всё клокотало от едва сдерживаемой ярости. Если бы я поддался инстинктам дракона, от этого величественного здания остались бы только оплавленные камни. И никакая защита его бы не спасла.
Мы с Кайденом провели здесь весь день, с самого рассвета, перерыли сотни свитков и фолиантов, но результат был нулевым. Нужной информации просто не существовало.
– Проклятье! – я с силой захлопнул тяжелую книгу. Над столом поднялось густое облако вековой пыли, заставившее меня поморщиться. – Такое ощущение, что кто-то специально вычистил отсюда всё, что касается искажений человеческой магии и теневых проклятий. Не может быть, чтобы в главной библиотеке королевства не было ни слова об этом.
Кайден, сидевший на краю массивного дубового стола, даже не шелохнулся. Он беззастенчиво закинул ноги на стопку бесценных рукописей и лениво потянулся, разминая затекшие плечи.
– Есть такое ощущение. Что дальше? – он посмотрел на меня своим обычным дерзким взглядом, в котором сейчас читалась непривычная серьезность. – Будем и дальше дышать этой плесенью, надеясь на чудо? Мы пересмотрели всё, что нам выдали. Ни о фамильярах, ни о способах снять блок без жертв – ни-че-го.
– Не знаю, Кайден. Но я уверен, что книг здесь должно быть больше, – я начал мерить шагами пространство между стеллажами.
Совет всегда играет в свои игры. Они делают только то, что выгодно им, и скрывают всё, что может пошатнуть их авторитет. Эти старики смотрят на нас свысока, даже если мы носим короны. Для них мы лишь временные правители, а они – хранители вечности.
Мои подозрения крепли с каждой минутой, превращаясь в уверенность. Я вспомнил мастера Варрика. Этот человек всегда казался мне воплощением спокойствия, но за его вежливостью скрывался расчетливый ум «серого кардинала». Варрик всегда оказывался рядом, когда в королевстве случалось что-то странное или пугающее.
Далее вспомнился случай с семьей Силвервинг. Десять лет назад их, одну из древнейших династий, объявили безумными и лишили магии. Официально – за опасные эксперименты, но слухи шептали, что они нашли в этих залах что-то «запрещенное», что-то, что Совет не хотел афишировать. И Варрик лично курировал то дело. Или тот «несчастный случай» у Источника, когда погибли трое молодых драконов. Книги об этих инцидентах тоже бесследно исчезли из общего доступа. Слишком много совпадений.
– Надо бы прижать этого старика к стене и вытрясти из него правду, – Кайден хищно улыбнулся, и его рука непроизвольно легла на рукоять меча. – Сталь иногда развязывает языки лучше любого убеждения.
– Пора возвращаться, – отрезал я, стараясь подавить собственное желание последовать совету друга. – Мы вернемся сюда завтра. У меня есть план.
– Опять пыль глотать? – Кайден поморщился, спрыгивая со стола. – Я-то думал, мы сегодня займемся чем-то стоящим, разомнемся как следует. А ты заставил меня целый день пыхтеть тут, как архивную крысу. У меня уже в глазах рябит от этих закорючек.
Я не ответил. Весь день меня преследовало странное чувство. Там, в самой глубине отдела, за бесконечными рядами стеллажей, колыхалось нечто темное и чуждое. Это не была Теневая сторона в привычном понимании – та ощущается как липкий холод. Здесь же по коже пробегал мороз, а волосы на затылке шевелились от чьего-то незримого присутствия.
В какой-то момент, когда мы были у дальних полок, эта энергия внезапно всколыхнулась. Я резко развернулся, выплескивая магию на кончики пальцев, готовый испепелить любого, кто там прячется, но всё мгновенно затихло. Тишина стала звенящей и неестественной.
«Может, это и есть то самое место, куда угодила Лира?» – мелькнула догадка. Лиса была чувствительна к магии гораздо сильнее, чем мы. То, что мы ощущаем как легкий озноб, для нее могло стать смертоносным разрядом.
– Завтра мы не будем просто сидеть здесь и ждать, что нам принесут книги, – негромко сказал я Кайдену, когда мы направились к выходу. – Мы пойдем вглубь, за закрытые секции. Мне нужно только взять из арсенала отца пару вещей, которые помогут обойти сигнальные чары.
– О, это уже интереснее, – хмыкнул Кайден. – Тогда можешь на меня рассчитывать.
На выходе из архива нас уже ждал Варрик. Как всегда с непроницаемым лицом и вежливой улыбкой, которая, впрочем, не затрагивала холодных, расчетливых глаз.
– Как успехи, принц Эргон? – голос мастера звучал мягко, почти сочувственно. – Нашли то, что искали? Удалось ли вам продвинуться в вашем вопросе?
Я еще раз убедился, что именно он отдал приказ спрятать нужные книги. Или сделал это сам, что более вероятно. Его спокойствие было слишком нарочитым, слишком идеальным для человека, чей архив «не может дать ответ».
– Пока в процессе, мастер Варрик, – сухо бросил я.
Варрик вздохнул, сложив руки в широкие рукава своей мантии:
– Скорее всего, вам придется признать очевидное. Единственный способ спасти положение – прибегнуть к тому ритуалу, о котором мы говорили изначально. Полное перенятие магии носительницы. Никаких «безболезненных» способов забрать магию девушки и вернуть силы в Источник не существует. Вряд ли в наших залах найдется что-то действительно полезное. Не тратьте время зря, принц.
Я проигнорировал эти слова, хотя внутри всё вскипело от его наглости. Он уже похоронил надежду на спасение Источника иными действиями и ритуалами, и теперь методично подталкивал меня к тому, чтобы я опустошил свою жену «во имя всеобщего блага».
– На завтра мне снова понадобятся два пропуска, – сказал я, глядя ему прямо в глаза.
– Зачем? – в голосе Варрика впервые проскользнуло раздражение. – Вы уже всё здесь осмотрели. Нет смысла искать то, чего нет.
– Смысл есть всегда. Если у вас есть сомнения в целесообразности моих действий, я могу прислать официальный запрос от короля. Думаю, отец будет рад узнать, что Совет чинит препятствия его сыну в деле спасения Источника.
Варрик скрипнул зубами. Против прямой воли короля он пойти не мог – пока еще не мог.
– Хорошо. Будет вам два пропуска. Но в последний раз. Здешние духи-хранители не любят беспокойства. Частые визиты опасны для рассудка, магические потоки здесь нестабильны.
– Не волнуйтесь, мастер. Больше мы вас не побеспокоим.
Мы вышли на свежий воздух, и я физически почувствовал, как тяжелый, колючий взгляд Варрика сверлит мне спину. Мы отошли на достаточное расстояние, прежде чем я заговорил.
«Он что-то скрывает, Кайден», – передал я мысленную весть другу через нашу ментальную связь.
«О, я в этом уверен больше, чем в том, что я дракон», – мгновенно отозвался тот.
Я посмотрел на заходящее солнце. Завтра решится всё. Либо я найду способ спасти Лиру и Арианну, либо мне придется столкнуться с правдой, которая может разрушить всё наше королевство.
