Текст книги "(не) Подарок для дракона. Развестись и не влюбиться (СИ)"

Автор книги: Лана Ларсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 26 страниц)

Я покачала головой, не желая признавать очевидное. И то, что родной, близкий мне человек мог сознательно пойти на… такое.

– Тогда, возможно, одна из женщин, которая носила на себе проклятие твоего рода, – пожал плечами мужчина. – Открыла дверь, а взамен избавилась от венца безбрачия, например. Были в вашем роду такие, м?

Я на миг задумалась, вспоминая все самые необычные истории, связанные с семьёй и предками. Может, что-то такое и было, но я не помнила.

– А теперь Валкарис пробудился окончательно и хочет всё и сразу, – подытожил Эргон, встал и посмотрел на отца. – Мы знаем, где находится второй конец этого коридора. Здесь, в Пределе. Кайден прав – все нити ведут в Цитадель.

Королева Элиана побледнела, её голос впервые дрогнул:

– В Цитадели? Но это же наше сердце! Наша святыня! Это невозможно…

– Вполне возможно, мама, – Эргон криво усмехнулся. – Самое безопасное место – то, где тебя никто не ищет. Варрик и его архивариусы годами кормили нас сказками, пока под их ногами разрасталась тьма. Но у меня есть план. Нам нужно понять, где именно открывается вход, и запечатать его раз и навсегда. Мы пойдем в Цитадель завтра. И в этот раз мы не будем спрашивать разрешения у мастеров. Мы выжжем эту заразу из нашего мира.

– Нет! – я вскочила, и на этот раз Эргон меня не удержал. – Соваться в Цитадель сейчас – это безумие! Если Варрик и остальные связаны с этой тьмой, они вас сразу раскусят. Вас просто уничтожат на пороге!

– Арианна права, – неожиданно поддержал меня король, нахмурившись. – Идти в Цитадель в открытую бессмысленно. Мы не знаем масштабов предательства.

Королева согласно кивнула:

– Мы ставим под удар не только себя, но и всё королевство. Если Совет почувствует угрозу, они могут активировать проход раньше времени, и тогда запечатать его будет намного сложнее. Тьма просочится в город, а этого нельзя допустить.

Меня осенила мысль, от которой сердце забилось чаще.

– Нам нужно вернуться в Риольд, – сказала я, глядя на Эргона. – Если коридор связывает два дворца, то можно зайти через другую дверь. В Риольде об этой тьме ничего не знают, а если и знают, то только во дворце. Дядя труслив и расчетлив, он не станет слишком рисковать. Мы сможем открыть проход оттуда, втайне от Совета и Варрика. Это безопаснее.

Эргон медленно покачал головой.

– Это слишком долго, Арианна. Пока мы будем добираться до Риольда, в Цитадели уже узнают, что Тьма проснулась. Они связаны с ней, а значит, Морхейм или Валкарис уже доложил своим прихвостням, что произошло. Твой поход на Изнанку не прошел незамеченным. Каждая минута промедления дает им шанс подготовиться.

– Но это же самоубийство! – мой голос сорвался на шепот, я сделала шаг. – Эргон, я не хочу тебя потерять. Если это ловушка…

Эргон замер, глядя на мои пальцы на своем рукаве, а затем мягко, почти незаметно улыбнулся – так, как улыбался только мне.

– Ты меня не потеряешь, принцесса. Мы драконы. И созданы для того, чтобы побеждать чудовищ.

Он повернулся к отцу.

– Хорошо, мы еще раз взвесим все риски и продумаем детали. Но время дипломатии закончилось. Отец, созывай тех, кто тебе по-настоящему верен. Нам нужны верные драконы и их магия. Эта битва уже не может касаться только нашей семьи – она затронет всех драконов без исключения. Если Цитадель пала, то под угрозой само наше существование.

Глава 20
Планы

Эргон

Следующая ночь прошла в лихорадочном ожидании. Мы с Кайденом не отрывались от карт подвалов Цитадели, пытаясь отыскать хотя бы намёк на проход в сторону Риольда, в то время как мой отец размеренно мерил шагами комнату и отправлял срочные магические вестники своим соратникам.

Я чувствовал, как время утекает сквозь пальцы. Арианна спала в моих покоях под присмотром матери, а я не мог избавиться от образа её почерневших волос – черной метки Морхейма. Она напоминала о том, как близко Тьма подобралась к моей истинной и ко всем нам.

К рассвету в кабинете собрались те, кого мой отец вызвал магическими вестниками в самый глухой час ночи. Главы старейших драконьих кланов, знатные лорды, высокородные драконы – надменные, могущественные и бесконечно далекие от нужд простых смертных. Некоторые прилетели даже всей семьей.

Мы могли доверять далеко не каждому, но сейчас выбора не было. Для многих Арианна являлась лишь ценной фигурой, которой они жаждали пожертвовать ради «всеобщего» блага и возрождения Источника.

«Если хоть один из них посмотрит на неё как на вещь, я забуду о дипломатии», – думал я, чувствуя, как внутри ворочается дракон, требуя крови.

Справа от центрального прохода возвышался лорд Гахарит. Массивный воин с громогласным голосом. От него исходил такой жар, что воздух вокруг него ощутимо дрожал. Напротив него застыл его вечный соперник, герцог Аквилон, с ледяными глазами, в которых читалось нескрываемое высокомерие. Никогда не гладил ни с одним, ни со вторым. Зачем только отец позвал их? Но вот лорда Рагнара и герцога Бронна я был рад видеть.

Наконец, утром двери распахнулись, и в зал вошла Арианна. Рядом с ней бок о бок шла моя мать. Арианна выглядела хрупкой, почти прозрачной. Её огромные глаза испуганно метались по залу, а черные, как сама Бездна, волосы тяжелым водопадом падали на плечи. Она была напугана – я чувствовал это кожей, – но, при виде такого количества драконов, не опустила голову, а подняла.

В этой девочке всегда жила та самая тихая решимость, которая пугала меня больше, чем ярость любого дракона. От драконов можно ожидать нападения, решительных действий, гнева. Они не будут стоять в стороне и всегда действую напролом. Но Арианна… в глаза она может сказать, что будет сидеть тише воды и ниже травы, а когда ты отвернешься – полезет в самое пекло.

Именно это качество меня в ней восхищало и раздражало одновременно.

Лира юрким белым комком крутилась у её ног, то и дело вздыбливая шерсть и недовольно ворча на лордов, которые разом, как по команде, посмотрели на мою жену. Оценивая, подмечая каждый шаг и взгляд. Конечно же, они уже знали, какую магию таит в себе Арианна и кем является. Отец рассказал предысторию, когда все уже были в сборе. И, как я и ожидал, некоторые члены собрания не сдержались с первой минуты.

– К чему эти сложности, Торгвард? – рокочущий голос лорда Гахарита заставил люстры вздрогнуть. – Перед нами Истинная. Её магический резерв – единственный шанс спасти наш увядающий Источник. Зачем ждать? Давайте проведем ритуал перенятия силы, и делу конец!

В зале поднялся одобрительный гул. Старейшины закивали, их алчные взгляды впились в Арианну.

– Она всего лишь человек, – продолжал Гахарит, небрежно махнув рукой. – Да, она станет слабой, возможно, на время потеряет память или сон, но зато наш Источник снова запылает в полную мощь. Разве благополучие всего Предела не стоит таких мелких жертв?

С одной стороны их можно понять – Источник слабеет с каждым годом, по-настоящему сильных драконов рождается все меньше, сейчас их количество едва ли достигало сотни, но с другой…

Внутри меня проснулся зверь. Когти непроизвольно полоснули по дубовому подлокотнику кресла, оставляя глубокие, рваные борозды. Я почувствовал, как чешуя начинает проступать на шее, а зрение становится четче, ярче.

– Ты действительно считаешь её жизнь «мелкой жертвой»? – я встал, и в моих глазах вспыхнуло опасное золото. – Если кто-то из вас посмеет хотя бы в мыслях коснуться её ради перенятия силы, я лично вырву ему сердце. Медленно. Чтобы вы успели осознать свою ошибку.

Кайден, стоявший у входа, мгновенно выпрямился, а на лице появилась та самая улыбчивая, но суровая решимость. Он видел, что теперь чаша весов начала колебаться.

– Вы до сих пор не поняли? – я медленно обвел взглядом лордов. – Её магия – это не просто недостающий элемент для возрождения Источника. Это печать, на которую закрыта дверь в Морхейм. Она замок. И если вы опустошите её сейчас, вы не спасете мир. Вы сами, своими руками, распахнете ворота для того древнего ужаса, что спит во тьме.

Старейшин нахмурились. Не все ещё поняли истинный масштаб катастрофы.

– Принц прав, ваша жажда силы ослепляет вас, – раздался спокойный, глубокий голос лорда Вальдемара, главы клана Горного Кряжа. – Мы драконы, а не паразиты. Вы хотите выпить девочку досуха, не разобравшись в последствиях?

– Поддерживаю, – отозвалась леди Мирабель, правительница Долины Ветров. – Если Эргон говорит, что она замок, значит, разрушив её, вы обрушите на нас стены. Имейте терпение выслушать факты, прежде чем точить ножи.

К ним присоединился герцог Бронн, старый военачальник со шрамом через всю щеку, и граф Олирион, известный своей осторожностью и мудростью. Пятым стал лорд Рагнар, чей клан всегда славился близостью к древним знаниям. Больше не нашлось драконов, кто бы безоговорочно поддержал нас, а не роптал за возрождение Источника любой ценой.

– Эргон, поубавь пыл, – холодно вмешался герцог Аквилон, сверкнув ледяными глазами. – Мы здесь не для угроз. Вы сами позвали нас, чтобы разобраться в ситуации. Объясни нам главное: как Истинная носительница древней магии может быть «замком», если легенды всегда говорили о ней как о «ключе» для Источника? И где доказательства, что её магия связана с Морхеймом?

– Вы предлагаете утолить жажду ядом, герцог, – сурово произнес Рагнар. – Если магия Истинной связана с печатью Морхейма, ваш ритуал станет последним, что увидит этот мир. Мы на стороне короля и принца. Мы требуем рассудительности.

Отец, до этого момента сидевший неподвижно, поднял руку, призывая к порядку.

– Довольно, – произнес он сурово, и даже Гахарит притих. – Эргон прав. Ритуал перенятия сейчас невозможен. Это путь к гибели всего живого. Цитадель захвачена изнутри. Мы не знаем, насколько глубоко Тьма запустила корни в наш Источник. Если мы попытаемся забрать силу у Истинной, то… Тьма просто выпьет её до дна, а Источник иссякнет полностью.

– Откуда такие сведения? – вновь возмутился Гахарит. – Ни в одном предании не сказано, что Истинная может стать причиной гибели Источника, а не его возрождением!

– Потому что и она, и мой сын были в Морхейме, – прогремел отец, заставив всех замолчать. – И видели, на что способна Тьма на самом деле. Она поглотит наш мир, если вырвется на свободу.

Он замолчал, давая возможность всем присутствующих проникнуться его словами, и добавил:

– Сейчас её сдерживает лишь печать Источника. Но стоит нам его возродить, напитать недостающие силой, как эта печать сорвется. И тогда Тьму уже невозможно будет остановить.

Воздух в Большом зале стал настолько плотным, что его, казалось, можно было резать мечом.

– Вы говорите загадками, – лорд Гахарит подался вперед, вперив в меня напряжённый взгляд. – Мы требуем ответа: что произошло на Теневой стороне? Как её вообще могли открыть, ведь на этих вратах стоит несколько печатей, которые невозможно взломать незамеченными.

– Проход был открыт не нами, лорд Гахарит, – мой голос разнесся по кабинету, заставляя ропот стихнуть. – Кто-то в Цитадели решил использовать Арианну для своих целей. Они похитили её фамильяра, превратив маленькое существо в приманку. И это, к сожалению, сработало. Лису утащили в Глубинную Изнанку, а Арианна, ведомая связью со своим зверем, шагнула за ней. Мне пришлось идти следом, чтобы вытащить их из пасти Морхейма.

Я намеренно не сказал всех тонкостей, дабы не подливать масла в огонь.

– И ты хочешь, чтобы мы поверили, будто девчонка просто «шагнула» туда и выжила? – подал голос герцог Аквилон, прищурив ледяные глаза. – Морхейм – это не прогулка по саду. Как человеческое тело могло выдержать давление Изнанки? Почему Тень не поглотила её в первую же секунду?

– Потому что она Истинная носительница древней магии, – ответил я, стараясь сохранять спокойствие. – Её магическое ядро устроено иначе. Оно не просто сопротивлялось, оно стало мишенью. Я видел Теневую сторону своими глазами. Это не легенда из старых свитков, это место, где само время превращается в пепел. Арианна стояла в самом центре этой пустоты, окутанная тенями. Видел, как серые ленты тумана оплетали её тело, буквально высасывая свет из каждой клетки. Если бы не наша истинная связь, мы бы навсегда остались там.

Я обвел взглядом присутствующих, задерживаясь на каждом лице.

– Она вернулась с черными волосами не ради украшения, лорд Гахарит. Это след когтей бездны на её магическом ядре. Это физическое проявление того, что Тень коснулась её души.

– Сказки! – громыхнул Гахарит, хлопая ладонью по подлокотнику. – Принц, ты всегда отличался любовью к драматизму. Кто подтвердит, что вы действительно были в Морхейме? Человек не может там выжить. Скорее всего, это был просто магический сбой. И почему мы должны верить, что эта Тьма опасна для нас здесь, в Пределе?

– Ты сомневаешься в моих словах, лорд? – я сделал шаг вперед, чувствуя, как золотое пламя начинает лизать радужку моих глаз. – Ты считаешь, что я не способен отличить обычный выброс магии от дыхания Бездны?

– Мы сомневаемся в целесообразности твоего благородства, Эргон, – холодно вмешался герцог Аквилон. – Если она так сильна, как говорит легенда об Истинных, её место у Источника. Мы должны пустить её магию в систему жизнеобеспечения Предела. Нашим потомкам нужна полная магия, а не твои рассказы о тумане. Почему мы должны верить, что её магия – это «замок», а не просто бесхозный резерв, который мы имеем право использовать для спасения расы? И почему мы должны рисковать всеми нами ради безопасности одной человечки?

– Ради моей жены и моей истинной, – я понизил голос до угрожающего шепота, сверкнув драконьим взглядом. – Потому что, если вы вскроете этот «резерв», вы не накормите Источник и не возродить драконов. Вы получите воронку, которая засосет всё ваше хваленое величие прямо в пасть Валкарису. Тень внутри неё – это не болезнь, которую можно вылечить, забрав силу. Это часть механизма, сдерживающего прорыв. Выпьете магию – разрушите последнюю преграду.

Я сделал шаг вперед, обводя всех присутствующих гневным взглядом.

– Вы спрашиваете о Тьме? Вам ли не знать легенду о нашем предке, который возомнил себя Вечным Императором? Вы считали это детской страшилкой, удобным мифом, чтобы оправдать закрытые границы. Но легенда не лжет. Он всё еще там, запертый в пустоте. Только теперь он не просто дракон, жаждущий власти. За века в изгнании он сам стал воплощением этой Тьмы. Он и есть Морхейм. И теперь он хочет освободиться.

В зале повисла тяжелая тишина, которую прервал скептический смешок одного из младших старейшин:

– Первый Дракон? Это было тысячи лет назад! Даже если он там, он – лишь тень прошлого. Ты преувеличиваешь масштаб угрозы, чтобы оправдать то, что привел сюда человеческую девчонку.

– Если вы считаете, что я преувеличиваю, – я обернулся к говорившему, и моя чешуя на шее зловеще блеснула, – мы можем прямо сейчас снять печати и проверить. Но за последствия я отвечать не буду. Когда Тьма начнет выжигать ваши кланы один за другим, не говорите, что вас не предупреждали.

– Но зачем ему девчонка? – подал голос лорд из клана Земли. – Если он так могущественен, зачем ему человек?

– Потому что её магия – это не просто резерв, а недостающие звено, которого ему не хватало все эти столетия, – я указал на бледную девушку за моей спиной. – Согласно легенде, магия Аниона станет ключом к возрождению Источника, но из-за наложенного на род Аргонских искажения, магия Арианны превратилась в замок, на который закрыта дверь в его темницу. Валкарис жаждет её света, чтобы разрушить кандалы. Если вы сейчас попытаетесь забрать у неё силу для Источника, вы не спасете мир. Вы сами, своими руками, распахнете ворота для того древнего ужаса, что спит во тьме.

– Доказательства! – выкрикнул кто-то из толпы. – Покажи нам след Морхейма, который нельзя подделать! Чёрные волосы с белой прядью могут быть обычной человеческой особенностью. Мы не видели твою жену раньше и не можем верить одним лишь словам.

На этом моменте Лира спрыгнула с рук Арианны и шагнула вперед.

Белоснежная шерсть лисички вдруг подернулась мертвенно-серым маревом. По залу потянуло могильным холодом, а пространство вокруг фамильяра начало искажаться, словно сама реальность не желала принимать это чуждое присутствие. Старейшины, сидевшие в первых рядах, невольно отшатнулись.

– Путешествие в Глубинную Изнанку изменило меня, – мелодично сказала лисичка, сверкнув глазами, в которых на миг отразилась пустота Изнанки. – Она не забрала мою силу, потому что я рождена на теневой стороне. Но теперь у меня есть та сила, которая позволит мне проникать даже за Грань миров и возвращаться. И если вы попытаетесь тронуть Арианну, вы познаете холод Морхейма раньше, чем успеете выдохнуть пламя.

Арианна ахнула, прижав пальцы ко рту. Она явно не ожидала, что с ее фамильяром произойдут такие изменения, а Лира, видимо, чтобы не волновать хозяйку, умолчала об этом. До этого момента.

– Значит, Источник не может быть восстановлен, пока жива Тень? – спросил герцог Бронн.

– Именно так, – подтвердил король. – Пока мы не искореним Тьму и не уничтожим её воплощение, возрождение Источника невозможно. Наша Святыня находится на территории Цитадели, высоко в горах. А Цитадель пала. К Источнику не подобраться без потерь, пока там правит Морхейм.

Гнев драконов – зрелище жуткое. Стены задрожали от вибрации их голосов, когда до них, наконец, дошло: их годами водили за нос и разрушали источник их силы прямо перед глазами.

– Если вы правы, то нужно идти в Цитадель и требовать объяснений, – проговорил лорд Аквилон, сверкнув драконьим взглядом.

– Да! Нужно уничтожить Тьму!

– Соваться сейчас в Цитадель сродни самоубийству, – громыхнул отец, призвав всех к порядку. – Мы поступим по-другому, зайдём с другой стороны. И для этого отправимся в Риольд.

Я видел, как Гахарит и Аквилон переглянулись. В их глазах не было покорности, лишь затаенное ожидание. Они не отступили, они просто затаились.

Напряжение в зале не исчезло, оно просто сгустилось, превращаясь в тяжелое предчувствие грядущей бури.

Лететь было принято на следующий день, чтобы успеть обсудить план, подготовиться и набраться сил. А пока лорды были заняты делом, мы решили проверить блоки Арианны ещё раз. Лорд Моркант, давний друг отца, привёз с собой старого лекаря по имени Хорс. Он долго водил руками над головой Арианны, изучал магическую оболочку, тлеющую искру в солнечном сплетении, и внезапно его лицо исказилось от изумления. Он отпрянул, глядя на Арианну почти с безумным страхом.

– Невероятно… – прошептал он. – У этой девочки долгое время стоял блок на магию. Сейчас он частично снят, но основные скрепы всё еще держатся. Эти цепи мешают ей пользоваться силой, превращая её внутренний дар в неподъемный, давящий груз. Словно в маленькую чашу пытаются влить целый океан.

Я почувствовал, как внутри меня что-то оборвалось. «Цепи? Ей всё это время было больно пользоваться магией?»

Мы нарочно не сказали ему, кем является Арианна и что с ней произошло, дабы получить действительно независимое мнение.

– Что это значит для неё? – спросил я, делая шаг вперед. – Ей больно сейчас?

Старик с опаской посмотрел на меня, затем снова на девушку.

– Ей тяжело, принц. Но резерв… Несмотря на то что часть магии она каким-то образом потеряла или её кто-то забрал, её резерв всё еще глубже, чем у всех вас, вместе взятых. Это не просто магия, это первородная суть, которую кто-то пытался спрятать под замком.

– А Варрик твердил, что она посредственность, – зло усмехнулся Кайден.

Я почувствовал, как внутри закипает холодная ярость. Моя решимость уничтожить Варрика, если именно он ставил блок на силу Арианны – а я в этом уже не сомневался – стала абсолютной. Он обманул корону, встал на сторону Тьмы, но самое страшное – он использовал девушку как жертвенное животное, заставляя её носить в себе океан силы, скованный кандалами.

– Варрик заплатит, – тихо сказал я. – Но сначала мы вернем Арианне её дом и закроем эту дверь навсегда.

Арианна

Соваться в Цитадель сейчас было бы сродни самоубийству. Это понимали все, даже те, кто до конца не верил рассказу Эргона. Удивительно, но большинство лордов поддержали идею лететь в Риольд. Хотя многие из них открыто недолюбливали людей, вид «человечки», ставшей истинной парой наследного принца и носительницей древней звездной магии, заставил их поумерить пыл. И наш союз, скрепленный самими Богами, стал аргументом, против которого не поспоришь. Драконы начали признавать: люди небесполезны, и их тоже стоит уважать, пусть не всех сразу. Но, конечно, оставались и те, кто скептически относился к плану.

Большая часть драконов остались в Пределе. Они должны были распределиться по ключевым точкам и окружить Цитадель негласным кольцом. Если Тьма решит вырваться наружу, они станут первым щитом. В Риольд же летели мы с Эргоном, Кайден, два элитных отряда стражи и несколько лордов.

– Я полечу с вами! – сказала Тиана, когда обсуждение подошло к концу и всех гостей расселили по гостевым комнатам.

Она встала перед отцом, сжав кулачки и с самым воинственным взглядом.

– Нет. Это не обсуждается. Ты остаешься во дворце под усиленной охраной.

– Но это несправедливо! – выкрикнула принцесса. – Я хочу помочь! Почему мне вечно все запрещают?

– Потому что ты импульсивная девчонка, которая едва не погубила нас всех, пригласив шамана без спроса, – отчеканил король, взглянув на дочь ледяным, беспощадным взглядом. – Если ты посмеешь ослушаться или попытаешься покинуть пределы дворца, я запру тебя в Южной башне до самого совершеннолетия. И это не угроза, Тиана, это приказ короля.

Тиана всхлипнула, бросила на нас с Эргоном полный обиды взгляд и, резко развернувшись, убежала, громко топая по мрамору. Мне стало ее искренне жаль – я слишком хорошо знала, каково это, когда тебя запирают ради «твоего же блага», особенно в таком сложном возрасте.

Но едва за Тианой закрылись тяжелые дубовые двери, и эхо её шагов затихло в коридоре, Эргон резко развернулся ко мне. Его лицо, еще мгновение, назад выражавшее лишь, усталость от выходок сестры, превратилось в непроницаемую, холодную маску. В этом взгляде не было тепла, которое он дарил мне наедине – только лед наследного принца.

– Теперь, когда семейные драмы окончены, – начал он, обращаясь к королю, но глядя прямо сквозь меня, – Арианна тоже останется здесь. Под твоим личным присмотром, отец. Выдели ей лучшие покои в центральном крыле и удвой стражу. Она не должна покидать замок до нашего возвращения.

Я замерла, не веря своим ушам. Воздух в тронном зале вдруг стал слишком густым. «Оставить меня здесь? После всего, через что мы прошли вместе?» Внутри всё вспыхнуло от жгучего возмущения, которое мгновенно вытеснило страх.

– Что? – я сделала шаг вперед, вскинув голову. Мои пальцы невольно сжались в кулаки. – Моя семья там, в Риольде. Мой дом захвачен, а я единственная, кто знает все коридоры и подвалы. Ты не можешь просто оставить меня здесь, как очередную пленницу, пока ты будешь рисковать жизнью за мою страну.

– Я не оставляю тебя пленницей, я спасаю тебе жизнь! – рыкнул Эргон, и в глубине его зрачков опасно блеснуло золото. Он подошел ближе, нависая надо мной, а его голос сорвался на хрип: – Ты видела свои волосы в зеркале, Арианна? Ты видела, что Морхейм сделал с ними за одну ночь? Ты слабеешь, а Риольд сейчас может полностью быть пропитанным тьмой. Я не потащу тебя в пасть к Валкарису только для того, чтобы ты посмотрела на развалины своего дворца и окончательно превратилась в тень!

– Я не собираюсь просто смотреть, а хочу помочь, – мой голос дрожал, но не от желания разрыдаться, а от переполнявшей меня решимости. – Ты сам говорил, что мы связаны. Что мы истинная пара. Если ты погибнешь, что, по-твоему, будет со мной здесь? Я просто увяну в этой «безопасности», чувствуя твою боль через нашу связь. Ты предлагаешь мне самую страшную пытку – неизвестность.

И сейчас я до боли напоминала себе Тиану несколько минут назад. Мужчины… Снова они все решают за нас, даже не спросив мнения.

Король медленно кивнул сыну, поддерживая его решение.

– Эргон прав. Твоя магия – магнит для Валкариса. В Пределе ты будешь под защитой, здесь он тебя не достанет.

– Уберечь? Или спрятать, чтобы я не путалась под ногами? – я в отчаянии обернулась к Кайдену, надеясь найти в нем союзника. Но он лишь сочувственно вздохнул.

– Ваш спор не имеет смысла, – внезапно проговорил Зелим.

Старый шаман, о котором на миг все забыли, вышел в самый центр зала. Его костяной посох гулко ударил о мраморный пол.

– Вы спорите о безопасности и тактике, когда само мироздание висит на волоске. Вы думаете, ваши мечи и драконье пламя остановят Валкариса? Ошибаетесь. Пламя может сжечь плоть, но оно бессильно против первородной Тьмы. Здесь нужна магия. И ритуал.

Эргон напрягся, его челюсти сжались так, что кожа на скулах побелела.

– О чем ты говоришь?

Зелим подошел ко мне почти вплотную, глядя жутковатым взглядом.

– Драконы – это грубая сила, мощь огня. Но Арианна – это ключ. Её магия и есть то самое «недостающее звено», которого у нас не было тысячи лет. Без неё любая ваша попытка сразиться с Тьмой будет не просто трудной – она будет бесполезной.

Он обернулся к королю и Эргону:

– Только её сила способна запечатать вход в Морхейм. Она проводник. Либо её присутствие возродит Источник драконов, вернув нам полноценную связь с небом, либо она станет тем, что окончательно распахнет ворота для Валкариса. Но выбора нет. Без неё вы даже не доберетесь до него. Вы просто сгорите в тенях, так и не коснувшись врага. Она летит. И это не обсуждается.

В зале воцарилась такая тишина, что было слышно, как трещит пламя в магических факелах. Эргон смотрел на меня так, будто видел перед собой приговоренную к казни, которую он сам обязан привести в исполнение. В его взгляде бушевала буря: мудрый принц, понимающий правоту шамана, боролся с мужчиной, который всем сердцем хотел запереть меня в самом глубоком подвале, лишь бы я осталась жива.

– Значит, решено, – тихо произнесла я, глядя в золотые глаза Эргона. – Я лечу в Риольд.

Эргон ничего не ответил. Он лишь резко развернулся и вышел из зала, но я успела заметить, как сильно дрожали его руки. Я поспешила за ним, почти бегом преодолевая анфиладу залов, пока не настигла его на широкой террасе, открывающей вид на горы Предела.

Эргон стоял, вцепившись пальцами в каменные перила так, что костяшки побелели. Услышав мои шаги, он не обернулся, но его плечи напряглись еще сильнее.

– Ты не должна была соглашаться, Арианна, – его голос прозвучал глухо, с надрывом, который он больше не пытался скрыть. – Зелим – старый безумец. Он видит нити судьбы, но он не видит человека. Он видит «ключ», «проводник», «недостающее звено»… Но я вижу тебя.

Он резко развернулся ко мне. В его глазах плескалось чистое, неразбавленное отчаяние.

– Я обещал себе, что Морхейм станет твоим последним кошмаром. Я хотел защитить тебя от всего, чтобы ты просто… жила. Тихо, спокойно. А теперь я сам должен вести тебя в эпицентр бури.

– Эргон, ты слышал Зелима. Без меня вы даже не доберетесь до Валкариса, – я подошла ближе, чувствуя исходящий от него жар.

– К черту Зелима! – он внезапно сократил расстояние между нами, обхватив мое лицо ладонями. – Ты понимаешь, что он предлагает? Ты магнит для Тьмы. Если плотина прорвется, Валкарис выпьет тебя досуха, прежде чем ты успеешь осознать свою силу. Там мы будем спускаться во тьму, но здесь ты и близко не подойдёшь к Цитадели. Я не смогу тебя защитить оттого, что живет внутри тебя самой.

– Я знаю, что ты боишься за меня, – я накрыла его ладони своими, стараясь передать ему ту уверенность, которой мне самой не хватало. – Но ты сам говорил: мы связаны. Если я останусь здесь и буду чувствовать, как ты умираешь в Риольде, это будет концом для нас обоих. Ты моё единственное слабое место, Эргон. А я – твоё. Но вместе мы сильнее. И лишь вместе мы способны закрыть эти ворота.

Эргон прикрыл глаза, тяжело выдохнув, и прижался своим лбом к моему. На мгновение я почувствовала, как его дрожь передается мне.

– Зелим поставил мат всей моей стратегии, – прошептал он с горькой нежностью. – Была бы моя воля, я бы запер тебя здесь.

Эргон на мгновение притянул меня к себе, коснувшись губами виска, будто запечатлевая это мгновение покоя перед бурей. Наконец, он немного отстранился, возвращая себе привычную маску сдержанности, хотя в глубине зрачков всё еще метались золотые искры беспокойства.

– Твой отец слишком суров с ней, – тихо сказала я, переводя тему, когда напряжение между нами немного спало. – С Тианой. Она ведь просто хотела быть полезной.

Спор в зале и это тяжелое объяснение вымотали меня. Эргон вздохнул, потирая переносицу.

– Отец прав, Ари. Тиана – это пороховая бочка. В Риольде будет слишком опасно, чтобы присматривать еще и за ее выходками. Там нам нужно единство, а не её подростковые бунты.

– Я знаю, что он прав, – я посмотрела на только-только зарождающийся рассвет, окрашивающий пики гор в нежно-розовый цвет. – Но на её месте я бы тоже хотела полететь. Быть той, кто ждет новостей в золотой клетке – самая тяжелая работа. Ты просто не представляешь, как это – чувствовать, что ничем не можешь помочь. Тем более… я едва сама не оказалась на её месте.

– Ты права, я не представляю, – отозвался Эргон, глядя на меня с какой-то отчаянной нежностью. – Потому что ты летишь со мной. И это пугает меня до смерти.

Выдвигаться было решено на рассвете следующего дня, пока город и Цитадель еще будут погружены в сон – такую вереницу драконов сложно скрыть от лишних глаз. Весь день прошел в лихорадочных сборах. Эргон постоянно исчезал на совещаниях, Тиана заперлась у себя и никого не впускала, а я, почувствовав, что стены комнаты начинают на меня давить, решила выйти погулять.

Впервые за всё время пребывания здесь мне разрешили выйти в сад. Да, за моей спиной незримыми тенями следовали двое стражей, но я чувствовала себя почти свободной.

Замок Вирдан снаружи казался еще более величественным, чем изнутри. Шикарный, монументальный, внушительный. Идеально подходящий правящей семье драконов.

Но сад… это было настоящее чудо, сотворенное магией и руками человека. Здесь росли деревья, о которых я никогда даже не слышала. Их стволы были прозрачными, словно выточенными из горного хрусталя, а внутри, под корой, пульсировал мягкий лазурный свет. Цветы с тончайшими лепестками меняли окраску от каждого дуновения и направления ветра – от нежно-розового до глубокого синего. И все это великолепие росло на такой же полупрозрачной, сверкающей траве.

– Ой, Ари! Посмотри на это, – зазвенел голос Лиры. Она спрыгнула с моих рук и, не теряя времени, зарылась носом в куст сияющих колокольчиков, которые издавали тихий, едва уловимый мелодичный звон. – Они пахнут как сахарная вата, в которую добавили капельку грозы. Потрясающе. Слушай, а если я съем один? Ну, крошечный лепесток? Вдруг у меня от него хвост начнет светиться?