Текст книги "Ведьма для изумрудного дракона (СИ)"

Автор книги: Лана Бель

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)

Глава 15

Глава 15

Лили проснулась от того, что Граф настойчиво мял лапками ее плечо. Голова гудела, тело ломило так, будто она всю ночь танцевала и пила. Глаза открылись не сразу.

– А ты уже пр-р-роснулась, хозяйка-ау, – протянул фамильяр.

Граф сидел на подушке, вылизывая лапу, и выглядел подозрительно бодрым.

– Что случилось? – хрипло спросила Лили, потирая глаза в тщетной попытке проснуться. – Я… как вообще оказалась дома?Она помнила начало праздника – музыку, смех, вспышки света, танцы, прикосновения, а дальше – пустота.

– Мрр, так это один тебя привел, другой донес, – лениво протянул кот с ехидцей. – Уложил, одеялко подоткнул…

Лили рывком села. Волосы упали на лицо, щеки мгновенно вспыхнули.

– К-кто принес?..

Она судорожно оглядела себя: на ней было вчерашнее платье. Это немного успокоило.

– Ящер-р-рица, – с удовольствием выговорил Граф, растягивая слово. – Еще и раздевать тебя пытался. Но я отстоял твою честь!

Лили застонала и спрятала лицо в ладонях.

– Отлично. Просто чудесно, – пробормотала она. – Наверное, я напилась. Прекрасно. Теперь он точно подумает, что… – она резко выдохнула. – Да и плевать, что обо мне подумают какие-то там вайры.

Слова прозвучали привычно упрямо, но внутри не было прежней уверенности. Там плескалось что-то другое – неловкость, тревога и странное тепло, которому она пока не находила объяснения.

Она спустила ноги на пол. Холод приятно обжег босые ступни. Хвала Единому, Рик ослабил шнуровку платья.

Лили вошла в ванную комнату. Стоило щелкнуть пальцами – магия привычно откликнулась. Вода зашумела, ванна начала наполняться мягким плеском. Здесь, в ее доме, все по-прежнему подчинялось ей.

Она быстро стянула одежду, упрямо стараясь не думать о том, как кое-кто нес ее в ее спальню и укладывал в кровать.

Ткань легла на пол неровной кучей.

Лили подняла взгляд на зеркало – и замерла.

Вдоль ребер вился тонкий, сложный узор, словно вычерченный живым светом.

Филигрань золота переплеталась с мягким изумрудным сиянием, образуя оправу вокруг драгоценного камня. В центре рисунка были полуоткрытые бутоны неизвестного цветка – не местного, не из ее гримуаров. Линии тянулись выше, огибали грудь и уходили к плечу, будто метка стремилась занять как можно больше места.

Лили шагнула ближе к зеркалу.

– Это… – выдох застрял в горле.

Пальцы осторожно провели по узору. Кожа чуть покраснела, но рисунок не исчез.

– Граф!

Фамильяр выбрался из темного угла, запрыгнул на край тумбы и мельком глянул на внушительную вязь.

– Хозяйка-ау, – важно сообщил он, – это выглядит как последствия поцелуя с ящер-р-рицей.

Лили залилась краской. И невольно кивнула – потому что в памяти вспыхнули сразу два поцелуя и разница между ними была такой, что щеки вспыхнули еще сильнее.

Один – осторожный, приятный, но не более. Другой – жадный, пьянящий, настоящий. От него до сих пор щекотало под ребрами, будто там застряла крошечная искра.

Граф довольно дернул усами.

– Ну все. Ящер-р-рицу можно поздравлять. Дракон спасен. А ты, хозяйка-ау, – невозмутимо продолжил кот, – можешь начинать собирать вещички. Скоро тебя, чую, повезут в горы. Со всеми вытекающими.

Лили уставилась на него так, что менее наглый зверь уже начал бы прощаться с жизнью.

– Еще слово, – очень спокойно сказала она, – и в горы поедешь ты. В мешке.

Граф фыркнул, но хвост все же поджал.

– Я просто озвучиваю очевидное, – пробурчал он. – Метка есть. Дракон проснулся. Дальше, как правило, все стремительно развиваться будет.

Лили со вздохом опустилась в ванну, откинула голову на бортик и закрыла глаза, всем своим видом давая понять, что разговор на этом закончен.

К тому моменту, когда Лили спустилась на кухню, дом уже наполнился запахом свежеиспеченного хлеба.

Рик стоял у стола с полотенцем, перекинутым через плечо, и ловко переворачивал омлет.

– Светлого утра, – сказал он.

Голос прозвучал ниже обычного, с хрипотцой, в которой Лили на миг почудилось глухое рычание. Она замерла на пороге, пытаясь понять, что изменилось.

– Светлого, – отозвалась она, садясь за круглый стол. – И спасибо за вчерашнее.

– А вот и бр-р-рачные ухаживания начались, – пробурчал Граф и тут же поспешил к своей миске. – Но большое преимущество – он готовит!

Спустя секунду кот уже вовсю уплетал свою порцию, урча так, словно мир был прекрасен, безопасен – и никаких драконов в доме отродясь не водилось.

Лили подавилась воздухом.

Рик обернулся, мальчишески улыбнулся, обнажая зубы, и поставил перед ней тарелку. На долю секунды его взгляд скользнул по Графу.

– Это я благодарен тебе, – сказал Рик уже Лили.

Щеки у нее обожгло жаром. Она сделала торопливый глоток, надеясь отвлечься. И именно в этот момент отчётливо почувствовала его взгляд.

Он ощущался иначе – не просто вниманием или интересом. Он уходил глубже. Воздух рядом стал плотным и тяжёлым. От этого внутри всё невольно напрягалось – так ощущается близость хищника.

Граф прищурился, оглядел Рика с ног до головы и фыркнул.

– Лучше спрячь-ка ты своего ящер-р-ра.

Лили закашлялась, подавившись чаем. Рик лишь коротко ухмыльнулся и молча подал ей салфетку.

– Поговорим о том, что произошло между нами вчера? – спросил он.

Лили закусила нижнюю губу и посмотрела на него. К этому разговору она сейчас была совсем не готова.

Рик протянул руку и осторожно коснулся ее пальцев. От прикосновения она вздрогнула. Он тут же убрал руку, но уголки губ едва заметно дернулись.

– Можем перенести разговор на вечер, – сказал он мягче. – Сейчас тебе не о чем переживать.

Он смотрел так, будто и правда улавливал каждую ее мысль.

– Лили, я все тебе расскажу. Обо всем.

Он поставил тарелку для себя, сел напротив и спокойно принялся за еду, словно ничего особенного не произошло.

Лили не оставалось ничего, кроме как последовать его примеру и взяться за омлет. Она ела медленно, время от времени украдкой поглядывая на него из-под ресниц.

Вечером все решится.

Глава 16.

Глава 16.

Праздничные гуляния вымотали всех, и теперь к ней тянулись покупатели – чаще дети с записками от родителей: кто за средствами от похмелья, кто за отварами от тошноты, кто просто за чаем «для восстановления жизненных сил».

Граф после завтрака мирно дремал на диванчике, иногда лениво приоткрывая один глаз, чтобы оценить нового посетителя и решить, достоин ли тот его внимания.

Лили улыбалась, продавала зелья, угощала малышей леденцами и изо всех сил старалась не думать о вчерашнем.

Безуспешно.

Под платьем, на коже, все еще теплела метка. Каждый раз, когда она касалась этого места, память вспыхивала обрывками: руки, дыхание, поцелуй… слишком реальный, чтобы списать его на сон.

Она упрямо гнала мысли прочь, а те упрямо возвращались.

Колокольчик над дверью звякнул.

– Светлого утра! – бодро произнес Алистер, входя в лавку.

Под глазом у него красовался свежий синяк – плотный, тяжелый, как спелая слива. А в ухе тут же блеснула серьга – словно специально напоминая о себе.

– Светлого утра, – ответила Лили.

Удивление она скрыть не смогла, но и лишнего любопытства не выдала.

– О, Лилиана, какое счастье, что ты уже работаешь, – сказал он с мягкой улыбкой. – Я уж боялся, что застану дверь закрытой.

Граф мгновенно взвился с дивана и одним прыжком оказался на прилавке. Спина выгнулась дугой, шерсть встала дыбом, из горла вырвалось глухое, предупреждающее шипение.

Алистер приподнял бровь, но сделал вид, что его это скорее забавляет.

– Какой дикий у тебя котик, – протянул он с легкой усмешкой.

– Тсс, спокойно, – тихо сказала Лили, успокаивающе проводя рукой по спине фамильяра, но такая реакция Графа настораживала.

– Чем могу помочь? – ровно спросила она.

Алистер коснулся фингала кончиками пальцев и криво улыбнулся.

– Мне бы мазь.

Лили вышла к полкам, быстро нашла нужную баночку, но тут же нахмурилась.

– Компрессы тоже понадобятся. Сейчас принесу.

– Я буду тут и глаз с него не спущу, – мрачно сообщил Граф, не моргая уставившись на гостя. Хвост нервно бил по дереву.

Алистер лишь лениво усмехнулся.

Лили поспешила в лабораторию, нашла мази и компрессы и, прежде чем вернуться, решила утолить жажду.

На кухне она налила стакан воды и сделала несколько глотков. Прохлада помогла чуть прояснить голову. Лили медленно выдохнула и резко повернулась – и тут же врезалась во что-то теплое. Точнее – в кого-то.

Рик стоял перед ней в ее персиковом халате в цветочек.

Лили моргнула, отступила на полшага и рефлекторно прижала к груди корзинку, будто могла за ней спрятаться.

Он был после душа. Влажные волосы казались темнее обычного. Лили сглотнула. Капля воды медленно скользнула по его шее и исчезла под тканью халата. И этот халат на нем выглядел… совершенно неприлично.

– Все в порядке? – его голос прозвучал низко.

– Д-да. Меня клиент ждет…

Рик медленно скользнул взглядом по ее лицу, по линии шеи, ключиц – и остановился там, где под тканью скрывался узор.

Лили вздрогнула от столь пристального внимания.

– Ты дрожишь… Замерзла? – тихо спросил он.

– Нет, – слишком быстро ответила она. – Просто ты… я…

Он едва заметно улыбнулся. И только потом – нехотя – сделал шаг назад, давая ей пространство.

Лили тряхнула головой, стряхивая неподобающие картинки, и поспешно вышла в торговый зал.

Алистер стоял у стеллажа, задумчиво перекатывая в пальцах баночки. Движения его выглядели расслабленными, но в этом взгляд его оставался внимательным.

Граф выглядывал из-за прилавка, не сводя с него глаз. Хвост раздраженно подергивался. Лили заметила это и невольно выгнула бровь.

– Мазь от ушибов и синяков, – сказала она, подходя ближе и протягивая банку. – Очень хорошая. Правда, запах неприятный.

Алистер взял мазь аккуратно – и так, что их пальцы соприкоснулись.

Мимолетное касание – и Лили вдруг задержала дыхание, сама не понимая почему. Где-то у основания затылка неприятно кольнуло, словно кожа на миг стала слишком чувствительной.

Он открыл крышку, вдохнул аромат и недовольно скривился. Затем поставил банки на прилавок, а Лили, чтобы скрыть внезапное волнение, поспешно нырнула за стойку.

– Да, запах своеобразный, – усмехнулся он. – Но возьму. Даже парочку.

Когда подняла глаза, Алистер уже нависал над прилавком.

– Сходим на свидание? – спросил он будто между прочим, улыбаясь и глядя прямо ей в ее глаза.

Граф предупреждающе зашипел, подался вперед и уже потянулся лапой к голубому кристаллу серьги Алистера.Лили вовремя накрыла его ладонью, не дав довести дело до конца.

Алистер только тихо хмыкнул и выпрямился, ожидая ее ответа.Но сказать она так ничего и не успела – под кожей в области метки дважды прошла короткая пульсация, и сразу разлилось мягкое успокаивающее тепло.

– Наконец-то, – буркнул Граф, спрыгивая с прилавка. – А то я уже начал волноваться.

– Прости, приятель, но она занята, – раздалось у Лили за спиной.

Рик сказал это тихо, но в его голосе была такая опасность, что у Лили по спине прошел холод.

– Вот как… – протянул он, окинув взглядом сначала Рика, потом Лили и снова Рика. Взгляд был цепкий, оценивающий, и где-то на дне плескалось раздражение. – Значит, я опоздал.

Лили почувствовала, как у нее начинают гореть уши.

– Рик… – прошипела она, не оборачиваясь, впившись ногтями ему в руку. – Ты что творишь?!

Он не шелохнулся. Но его пальцы на ее талии сжались чуть сильнее.

– Хочу понять, – шепнул он ей на ухо, и его дыхание задело чувствительную точку под ухом, – ты правда собиралась идти с ним на свидание?

От шепота и близости его тела у Лили сбилось дыхание.

Он держал ее так, чтобы Алистер видел: расстояния больше нет.

Граф переводил взгляд с одного на другого, явно наслаждаясь разворачивающимся спектаклем, где его хозяйка оказалась главным призом.

Алистер наблюдал за ними с подчеркнутым спокойствием. Серьга в его ухе на долю секунды тускло мигнула – и погасла.

– Ладно, – сказал он наконец, слегка нахмурившись. – Похоже, у меня действительно нет шансов.

Он бросил на стойку пару монет, взял баночки, слегка встряхнул их – словно трофей – и добавил с натянутой улыбкой:

– До встречи, Лилиана.

Колокольчик над дверью звякнул. Алистер покинул лавку.

Лили еще секунду стояла, чувствуя ладонь Рика на своей талии. Жар его пальцев прожигал ткань платья и медленно расходился по коже, сбивая дыхание.

– Отпусти, – сквозь зубы сказала она. – Сейчас же.

Пальцы на ее талии задержались на долю секунды дольше, чем следовало, словно он заставлял себя разжать руку.Но Рик все-таки разжал руку.

Лили резко развернулась к нему.

– Ты вообще понимаешь, что устроил?! – зашипела Лили, ткнув пальцем ему в грудь. – Это моя лавка. Работа. Клиенты! А ты…

Она вдруг замолчала.

Ее взгляд скользнул по нему сверху вниз: по слегка влажным, уже подсыхающим волосам, по открытой шее… ниже – к распахнутому вырезу халата, где ткань небрежно расходилась на ключицах.

И только потом вернулся к его глазам.

– О Единый… – выдохнула она. – Ты еще и в моем халате.

Палец, которым она только что упиралась ему в грудь, медленно опустился. Но убрать руку Лили не успела. Рик перехватил ее ладонь быстро, но без грубости.

Лили замерла.

Он медленно поднял ее руку к своему лицу и глубоко вдохнул, не сводя с нее взгляда. Его пальцы сильнее сомкнулись на ее запястье. Веки тяжело опустились. Он снова втянул носом воздух – будто не мог надышаться. Когда он открыл глаза, в них было слишком откровенное довольство.

– Отпусти… – уже тише сказала она.

– Лили, дорогая! – раздался бодрый голос от двери. – Я тут подумала, что пора бы тебя познакомить с моим внучком…

Лили не видела вход, но прекрасно представила выражение лица тетушки Мо.

– Ой… – поспешно сказала та. – Я, пожалуй… позже загляну.

Колокольчик снова звякнул. Дверь закрылась.

Они остались вдвоем. Не считая фамильяра.

– Ой, что будет-то! – довольно оскалился Граф.

Лили резко выдернула руку и шагнула назад, будто только сейчас вспомнила, где находится.

– Великолепно, – прошипела она. – Просто великолепно. Теперь половина города решит, что я милуюсь с любовником прямо на столе.

Рик широко, по-мальчишески улыбнулся, но под этой улыбкой Лили слишком ясно чувствовала другое – спокойную, тяжелую уверенность хищника, которого все устраивает.

Он сделал едва заметный шаг ближе.

– Знаешь, – негромко сказал Рик, и голос стал ниже, – я даже рад и не хочу этого скрывать. Пусть все знают. Пусть видят, что ты не одна. Что путь к твоему сердцу занят.

От этих слов по коже Лили снова прокатилась дрожь. И по тому, как на мгновение потемнел его взгляд, она поняла – он это заметил.

– До откровенных сцен на людях мы, конечно, не дойдем, – продолжил он тише. – У драконов слишком развиты собственнические инстинкты. Особенно к тем, кого выбирают. К тем, кого считают своими.

Лили похолодела. То, что Рик теперь не отступит, она чувствовала слишком ясно.

– К тому же благодаря этому мы сегодня отвадили сразу двух навязчивых ухажеров, – добавил он с легкой улыбкой. – Надеюсь, они все поняли правильно и мы их больше не встретим.

Лили невольно вскинула голову… и в этот момент увидела.

Его зрачки. На короткое мгновение они вытянулись вертикально – узко, по-драконьи.

– Если не поймут – можно и головы пооткусывать.

Лили вздрогнула.

– Это… это… – начала она и замолчала.

Рик перестал улыбаться. Он выпрямился – и в этот момент в нем стало меньше человека и больше того, кем он был на самом деле. Воздух вокруг будто стал плотнее.

– Да, – спокойно сказал он. – Тебе не показалось. Ты теперь слышишь моего дракона. Мысленно.

Рик медленно потянулся к ее волосам, осторожно подцепил выбившийся локон и неторопливо намотал его на палец.

Лили замерла, едва дыша. Пальцы на ногах непроизвольно поджались в туфлях.

– Его зовут Ра’карн, – тише добавил он. – И ему очень не нравится, когда кто-то еще считает, что может претендовать на тебя.

Он не отпускал прядь. Наклонился ниже. Между их губами осталось меньше вдоха. Лили отчетливо чувствовала его – жар тела, напряжение, ту самую сдерживаемую силу, которая не давила, но обволакивала, подбираясь все ближе.– Но решать все равно будешь ты, – хрипло произнес он. – Я держу зверя в узде. Даже когда его тянет к тебе, как мотылька к живому огню.

Его дыхание касалось ее губ. Он мог поцеловать ее прямо сейчас. И, судя по тяжелому взгляду и напряженной линии рта, – хотел. Очень.

Но не делал.

Тепло медленно разлилось по телу.

Лили с досадой поняла, что причина не в словах Рика. И даже не в том, что он дает ей выбор.А в том, что он стоит перед ней в ее халате – почти обнаженный.

Ее взгляд снова скользнул по линии его шеи, и она невольно облизала губы.

Рик, конечно же, заметил.

Он едва заметно подался ближе. Их грудь на мгновение соприкоснулась, и Лили с трудом сдержала прерывистый вдох. Жар его тела ощущался даже сквозь ткань платья, распаляя сильнее, чем ей хотелось бы признать.

– Кхе-кхе, – очень выразительно раздалось со стороны прилавка.

Лили моргнула и поспешно сделала шаг назад, упираясь спиной в край прилавка и разрывая опасную близость. Сердце колотилось так громко, что отдавалось в ушах.

Она и сама не до конца понимала, что сейчас чувствует. Не злость – нет. Скорее смущение.Еще немного – и все могло закончиться совершенно неподобающим образом прямо здесь, в ее лавке.

– Мне… – она на секунду запнулась, но быстро взяла себя в руки, – нужно работать. И мы договорились поговорить вечером, – добавила она уже тише, но твердо.

Рик смотрел на нее еще пару долгих мгновений. Во взгляде медленно тлело что-то темное, голодное, но он все же отступил на полшага – с видимым усилием.

Уголок его губ едва заметно дернулся.

– Буду ждать с нетерпением… Саэльра, – пророкотал он.

Последнее слово прозвучало с хриплым рычанием, от которой у Лили по спине прошла приятная дрожь.

Он развернулся и неторопливо ушел в жилую часть дома, оставляя за собой ощущение жара, которое еще долго не рассеивалось.Лили еще несколько секунд смотрела на дверь, за которой исчез Рик. Потом медленно перевела взгляд на кота.

– Ты знаешь, что значит это… Саэльра?

Граф фыркнул, лениво дернул усами и уселся поудобнее.– Знаю только одно, хозяйка-ау, – лениво протянул он. – Еще мгновение – и мне пришлось бы деликатно отвернуться. Из уважения к личной жизни… на рабочем месте.

– Граф!

Она вспыхнула, но подбородок упрямо не опустила.

– Что – Граф? – невинно уточнил он. – Я кашлял. Дважды. Но кое-кто был слишком занят тем, чтобы буквально плавиться под взглядом одной конкретной ящер-р-рицы.

Лили открыла рот – и тут же закрыла.

– А значение твоего «Саэльра» я не знаю, – добавил он уже спокойнее. – Но по тому, как он на тебя смотрел, это явно не название лекарственной травы.

Глава 17.

Глава 17.

День тянулся мучительно долго.

Тетушка Мо знала свое дело слишком хорошо. Сплетницы потянулись в лавку ручейком – звонким, назойливым и бесконечным. А танцы на празднике с двумя столь представительными мужчинами сделали свое дело с размахом.

Кумушки сменяли друг друга с подозрительной организованностью, словно кто-то заранее составил график посещений. Все «просто проходили мимо», но при этом удивительно точно знали, в каком халате был «тот загадочный мужчина», какого он роста и как именно смотрел.

Лили с каменным лицом отмеряла отвары, завязывала мешочки и улыбалась – профессионально, безупречно.

– Хозяйка-ау, – лениво протянул Граф, развалившись на диванчике, – может, уже повесим табличку? «Ведьма и ее питомцы. Смотр по записи».

– Питомцы? – сквозь зубы уточнила Лили, продолжая мило кивать покупательнице.

– Ну а как еще? – невозмутимо продолжил кот. – Я – пушистый. А он – хищник… с подозрительно сильной тягой к женским халатикам.

Лили едва не поперхнулась воздухом.

– Или можно продавать билеты, – мечтательно добавил Граф. – Живой экспонат на диванчике. «Таинственный мужчина в естественной среде обитания». Огр-р-раниченный показ.

Он окинул лавку задумчивым взглядом.

– Пр-р-равда, диванчик я уступать не собираюсь. Пусть стелют себе на полу. Я к удобствам привык.

Одна из кумушек подозрительно покосилась в сторону диванчика.

Лили ослепительно улыбнулась:

– Ваш отвар. Два серебряных.

Она одарила Графа убийственным взглядом и едва слышно процедила:

– Замолчи.

Каждое слово про «жениха» раздражало все сильнее. Какой еще жених? Никто замуж ее не звал. Да, они танцевали. Да, целовались. Да, мысли упрямо возвращались к нему. И да – метка истинной пары была реальна, и она оказалась Альмой дракона.

Но это ничего не означало. Не означало, что все уже решено.

И раздражали ее не кумушки.

Раздражало то, что она не могла вырвать эту мысль из головы. Что она не звучала нелепо. Что одно только его имя – или тихое, рычащее «Саэльра» – не хотелось стирать из памяти.

И вот это было по-настоящему опасно.

К вечеру терпение закончилось окончательно. Когда особенно прилипчивая покупательница в третий раз попросила «буквально одним глазком взглянуть», Лили распрямилась, холодно улыбнулась и произнесла ровно:

– Лавка закрыта.

Щелчок пальцев – дверь распахнулась сама. Колокольчик тревожно звенел, пока последняя посетительница не вышла.

Когда лавка снова наполнилась тишиной, стало легче. Зубы больше не скрипели, дежурная улыбка исчезла. Она поднялась наверх, сбросила обувь и упала на кровать. Граф тут же устроился рядом, свернувшись клубком.

Ей хотелось покоя.

– Может, все же стоило перепутать пару ингредиентов для особо разговорчивых? – как бы между прочим заметил он.

Лили тихо хмыкнула и провела пальцами по мягкой шерсти.

Она лежала, глядя в потолок, где от лампы плясали мягкие тени, и слушала ровное дыхание фамильяра. Мир наконец затих. А Лили перебирала день, как бусины: Алистер с его странным визитом. Рик – в ее халате. Тетушка Мо. Сплетницы, жаждущие увидеть ведьминого «жениха».

За один день с ней случилось больше, чем за весь прошлый год.

– Может, меня кто-то проклял на насыщенную жизнь, – пробормотала она.

Граф фыркнул.

– Зато не скучно. Будет что поведать внукам.

– Каким еще внукам? – сонно буркнула Лили.

– Теоретическим, – невозмутимо уточнил он и устроился поудобнее.

Она перевернулась на бок, натянула одеяло повыше и крепче сжала подушку. Сон уже начинал накрывать ее мягкой тяжестью, когда в тишине дома раздались шаги.

Лили нахмурилась, не сразу понимая, сон это или нет. Шаги остановились у двери. Та приоткрылась, и в щели показался Рик.

– Лили, – тихо сказал он. – Нам нужно поговорить.

Она приподнялась на локтях, волосы упали на лицо.

– Сейчас?

– Да. Прости. Это важно.

Что-то в его тоне окончательно разбудило ее.

– Подожди внизу, – после паузы сказала она. – Сейчас спущусь.

Рик кивнул и закрыл за собой дверь.

Лили еще несколько секунд сидела неподвижно. Потом поднялась, накинула халат, пригладила волосы и направилась к двери.

Граф тут же поднял голову.

– Я иду с тобой, – деловито сообщил он.

– Нет, – спокойно ответила Лили.

Кот прищурился.

– Между прочим, я весьма искусен в переговорах.

– Граф.

– Что? – невинно дернул усами фамильяр. – Я просто предупреждаю: если услышу треск мебели, приду спасать ведьму от драконьего темперамента.

Лили остановилась, медленно повернула голову.

– Оставайся. Здесь.

– Ладно, – театрально вздохнул он и улегся обратно. – Только вы это… с драконятами не спешите. Дедушкой мне пока рано становиться.

Она закатила глаза, но уголки губ все же дернулись, и вышла.

Рик стоял у стола. На столе стояли две кружки с отваром, горели свечи. Свет был мягким, теплым – слишком интимным для разговора, который явно не предполагал простых ответов.

Лили остановилась в дверях и скрестила руки на груди.

– С чего начнем?

Лили вдруг заметила, как внимательно он ее оглядел – медленно, не торопясь, будто отмечал каждую деталь.

И только сейчас до нее дошло. Она была в халате. Запоздалое смущение вспыхнуло жаром под кожей. Лили запахнула полы плотнее и вскинула подбородок, пытаясь вернуть себе привычное спокойствие, но под его темным взглядом это получалось откровенно плохо.

– С того, что произошло сегодня в лавке. Я почувствовал это еще вчера на празднике. А вечером мне пришлось снять с тебя воздействие.

Она нахмурилась и сделала пару шагов к столу.

– Воздействие?

– Да. Воздействие. Такие вещи туманят разум. Человек начинает воспринимать другого иначе – он кажется привлекательнее, нужнее, желаннее. Как любимый лимонный пирог, даже если ты только что поела. Их когда-то использовали мужчины постарше, чтобы ускорить сближение. Без лишних вопросов. Без долгих ухаживаний. Особенно там, где важны наследники или где не хочется, чтобы женщина проявляла излишнее любопытство. При длительном воздействии разум мутится и человек превращается в удобную куклу.

Лили медленно опустилась на стул.

В памяти всплыли обрывки: вязкость мыслей рядом с Алистером, странное спокойствие, отсутствие привычных вопросов. То, как легко она соглашалась. Как не анализировала. Как будто часть ее просто отключилась.

– Заклинание расположения давно запрещено.

– Я не могу утверждать, что это было именно оно, – ответил Рик. – Есть и другие заклинания, артефакты. Но воздействие точно было. Я чувствовал его и снял.

Она поднялась и начала шагать по кухне, не находя себе места. Ее взгляд снова и снова возвращался к Рику, а он не мешал, не пытался ее остановить, не подходил ближе. Он просто стоял и давал ей время переварить услышанное.

Лили была ведьмой. Опытной. Осторожной. Той, что привыкла доверять своему чутью.Но в этот раз она плохо считывала знаки.

Ей и в голову не приходило, что кто-то осмелится использовать на ней запрещенную магию.Лили резко остановилась, сжала кулаки и прикусила нижнюю губу.

– Значит… все это… – слова давались тяжело. – Это была не я?

Он ответил сразу, без колебаний:

– Твои чувства были наведенными.

Лили закрыла глаза.

Это объясняло слишком многое. И одновременно выбивало почву из-под ног.

– Почему ты не сказал сразу? – тихо спросила она.

– В тот вечер произошло достаточно всего, и ты была не в себе, – спокойно ответил он. – А утром я не хотел портить тебе день. Поэтому отложил разговор до вечера.

– А украшение под глазом… – она подняла взгляд. – Это ты?

Рик самодовольно усмехнулся. В его глазах на мгновение проступил вертикальный зрачок.

– Скажем так… разговор не задался.

Лили выдохнула, медленно облизнула губы и сделала шаг ближе. От него исходила сила – живая, плотная – и она сама тянулась к ней, чувствуя странное спокойствие рядом.

– Теперь заклинания, направленные на мои чувства, не будут работать? – тихо спросила она.

– Связь, что возникла между нами, защитит тебя, – ответил он и осторожно взял ее руку. Ее ладонь была прохладной, его – горячей, и от этого контраста по коже побежали мурашки. – И не только она. Я поставил блок на любое ментальное вмешательство.

Лили неловко улыбнулась.

– Рик… а наша связь – она другая? Просто… с тобой я тоже плохо соображаю. Меня очень тянет к тебе.

Он согревал ее пальцы в своих ладонях, и его взгляд потемнел. И почему-то Лили даже не попыталась освободить руки.

– Поверь, – тихо сказал он, – мне рядом с тобой тоже непросто держать себя в руках. Эта тяга нужна, чтобы пара скорее закрепила союз, – он на мгновение задумался, – после этого дракону становится спокойнее. Он знает, что его Альма рядом.

До сознания Лили донеслось глухое рычание Ра’карна:

– Моя.

– У дракона все проще, – сказал он тише. – Голые инстинкты, вшитые природой: защитить, накормить, сохранить, продолжить род. Он чувствует тебя… как свою.

Внутри снова прозвучало низкое, довольное:

– Моя.

Рик дернул уголком губ и провел рукой по груди, будто там все еще отзывалась старая пустота.

– А я… когда мой дракон уснул, внутри стало пусто. Глухо. Холодно. Я думал, так теперь и будет.

Лили вздрогнула и осторожно высвободила руку, сделав шаг назад.

Он не удерживал.

– Но каждый раз, когда я видел тебя, твою смущенную улыбку… мне становилось легче.

Он смотрел прямо на нее.

– Я выбрал тебя еще до того, как проснулся мой дракон. Я собирался просить твоей помощи и думал… – он на секунду замолчал, – если он так и не проснется, это ничего не изменит. Я все равно останусь рядом с тобой.

У Лили защипало в глазах. Дыхание на мгновение сбилось, и образ Рика перед ней поплыл, расплываясь в тонкой пелене слез.

– Я кое-что продала недавно… – ее голос дрогнул. Она судорожно втянула воздух. – И это могло усыпить твоего дракона. Это я виновата в том, что ты…

Слова застряли в горле.

Она опустила голову, не выдержав собственного признания.

– Я не хотела продавать… но пришлось… – она покачала головой. – Мне так жаль.

Ресницы дрогнули. Блеск в глазах стал слишком явным, и она упрямо сжала губы, пытаясь удержать слезы.

– Посмотри на меня, – тихо сказал он.

Лили подняла глаза.

Он уже стоял рядом.

В его взгляде не было ни упрека, ни сомнения. Только спокойная, твердая уверенность. Он осторожно коснулся ее подбородка, не позволяя снова спрятаться.

– Если бы не ты, я мог оказаться совсем не там, где сейчас стою, – сказал он ровно. – И мы до сих пор не знаем, использовали ли твое средство.

Он сделал короткую паузу.

– Но одно я знаю точно.

Его голос стал глубже.

– Я рад, что наши пути пересеклись. Даже если все началось с зелья. Ты вытащила меня, Лили. И этого более чем достаточно.

Он притянул ее к себе – уверенно, но бережно.

Лили прижалась щекой к его груди. Под щекой глухо и ровно билось его сердце. Этот спокойный ритм неожиданно успокаивал – словно мир наконец замедлился.

Его ладонь легла ей на затылок и мягко скользнула по волосам.

– Кажется, тебе сейчас не помешает успокоительный отвар, – тихо сказал он.

– Кажется, тебе сейчас не помешает успокоительный отвар, – тихо сказал он.

И она почувствовала, как его губы мягко коснулись ее макушки. Лили улыбнулась сквозь слезы и крепче обняла его.

– Спасибо… что помог мне. И не злишься.

Он только слегка качнул головой.

Они постояли так еще немного, пока ее дыхание не стало ровнее. Потом сели за стол. Свечи догорали. Отвар медленно остывал. Лили обхватила кружку ладонями, греясь о теплую глину.

Рик смотрел на нее слишком долго и слишком внимательно, постукивая пальцами по столу. Сначала медленно, потом быстрее. Он на мгновение остановился – будто только сейчас заметил это – и снова начал.

– И еще… Мне нужно улететь. Думаю, через пару дней.

Лили вскинула глаза.

– Почему?

Он почесал бровь, отвел взгляд к окну и лишь после этого снова посмотрел на нее.

– Ты уже знаешь, что я не просто так оказался раненым в лесу. Есть вещи, с которыми мне нужно разобраться, прежде чем начинать что-то новое. Все остальное обсудим, когда я вернусь. А сейчас тебе нужно хорошо отдохнуть.

В груди Лили неприятно сжалось. Слишком быстро. Они только начали узнавать друг друга – и уже разлука. Она кивнула, стараясь, чтобы голос звучал ровно.