Текст книги "Ведьма для изумрудного дракона (СИ)"

Автор книги: Лана Бель

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)

Глава 32

Глава 32

Лили очнулась только тогда, когда вытащила из печи очередной лимонный пирог и поставила его остывать на решетку.Запах выпечки заполнил кухню, но вместо привычного уюта внутри было пусто.

Граф тихо спустился из спальни, еще сонный, потянулся… и застыл, оглядывая происходящее.

– Хозяйка-ау, – протянул он с трагической ноткой, – ты решила открыть тайную пекарню и накормить весь город? Кто это все съест? Лучше бы рыбки нажарила. Рыбка – это понятно. А это… – он ткнул носом в сторону столов.

Лили только сейчас огляделась.

Кухня выглядела так, будто по ней прошелся вдохновленный, но слегка безумный дух кулинарии. Десяток пирогов – аккуратных, румяных – занимали весь стол. Еще пара остывала у печи.

Она почесала нос и неловко пожала плечами.

– Я… не заметила, как увлеклась.

Ей не спалось. Мысли снова и снова возвращались к тем, кого она видела в лагере. К измененным. К ощущению собственной беспомощности. К страху, что и дальше – ничего не выйдет. Что знаний окажется недостаточно. Что сил не хватит.

Она просто заняла руки, чтобы не думать.

Идеальные пироги выстроились на столе, будто молчаливые свидетели ее бессонной ночи. Даже они не грели так, как раньше.

Граф медленно прошелся вдоль стола, запрыгнул на табурет, сел ровно, как на сцене, и вздохнул так глубоко, будто собирался читать трагический монолог.

– Я чувствую, – заявил он, – что за этим пироговым изобилием скрывается ведьминская тоска. Много теста – мало радости. Классический симптом.

Он наклонился к одному из пирогов, принюхался.

– Хотя… если уж грустить, то хотя бы со вкусом. Тут лимона не пожалела.

Лили слабо улыбнулась.

Пара взмахов руки – и кухня ожила: щетки заскользили по полу, тряпки сами принялись за столы, посуда зазвенела в воде.

– Не беспокойся, – сказала она мягко. – Для тебя у меня всегда припасено что-нибудь вкусненькое.

Граф прищурился.

– Я так и знал. Ведьма без заначки – не ведьма. Но имей в виду, – он важно поднял лапу, – если ты продолжишь в таком темпе, мне придется перейти к принудительному лечению. С пледом, настойкой и обязательной лирической песнью-балладой… в трех актах.

Он спрыгнул к ней, потерся о ногу и добавил уже тише:

– А еще… ты не одна. И мы справимся. Даже если пирогов вдруг станет еще больше.

Рассвет только-только вступал в свои права, когда в заднюю дверь постучали.

Лили замерла, держа полотенце в руках. Граф поднял голову, уши дернулись. Они переглянулись.

– Я посмотрю, – буркнул он и нырнул в тень.

Прошло всего пару секунд. Тени у порога дрогнули – и Граф вернулся, уже вполне материальный, с выражением крайнего недовольства на усатой морде.

– Гости, – сообщил он. – И, к моему глубочайшему сожалению, не из разряда «заблудился и ушел».

Лили вздохнула и открыла дверь.

Первое, что она увидела, – его улыбку. Чуть усталую, но живую, такую знакомую, что на мгновение стало трудно дышать.

– Ждала? – спросил Рик, раскрывая руки.

Все мысли исчезли разом.

Она шагнула к нему и почти упала в объятия, уткнувшись лицом ему в грудь. Лили шумно вдохнула его запах – дым, ветер, тепло живого тела. Все то, по чему тосковала сильнее, чем позволяла себе признать.

Он обнимал крепко, уверенно, и от этого жара под кожей стало спокойнее. Тревога, бессонная ночь, тяжелые мысли – все отступило, будто их просто отодвинули в сторону.

Пока где-то сбоку не раздалось деликатное, но крайне выразительное покашливание.

Лили вздрогнула, отстранилась и осторожно выглянула из-за его плеча.

Во дворе стоял светловолосый парень с открытой, радостной улыбкой. В руках у него был небольшой букет – явно собранный наспех, кривоватый, но старательный.

– Мы ненадолго. Хотел тебя увидеть, – он наклонился ближе и почти неслышно добавил. – Очень.

У Лили внутри все дрогнуло, и она невольно улыбнулась.

– Тогда проходите внутрь. Заодно познакомимся.

Граф фыркнул, окинул компанию долгим, крайне недоверчивым взглядом и нарочито медленно покачал головой.

– Был один, стало двое… – пробормотал он себе под нос, но так, чтобы услышали все. – И ни одного с рыбой. Возмутительно.

Он важно вздернул хвост и направился в дом.

Уже на кухне Рик приподнял бровь, оглядывая столы, уставленные лимонными пирогами.

В этот момент светловолосый шагнул вперед.

– Дядя, это моя тетя? – выпалил он. – Очень рад!

Он уже сделал шаг к ней, но воздух будто стал плотнее. Короткий, глухой рык заставил его остановиться.

Рик шагнул вперед и встал между ними.

– Это Астур. Мой племянник.

– Понял, – тут же отозвался Астур, ухмыляясь. – Я просто… ну… вы очень красивая.

Он протянул букет. Пальцы у него чуть дрогнули, будто он внезапно занервничал.

Граф фыркнул:

– Моя хозяйка-ау умница и красавица. Не только ящер-р-риц с ума сводит – к ее ногам всякие мужики падают. Вот вчера, например…

Лили сделала ему страшные глаза и шикнула, мгновенно вспомнив недавнюю встречу в переулке.

– Что-что было вчера? – Рик наклонился к коту, явно собираясь его перехватить.

Граф ловко увернулся и направился к своим мискам, где его уже ждала рыбка.

– Секреты тех, кто меня кормит, не выдаю, – буркнул он.

Лили махнула рукой и поспешила сгладить ситуацию:

– Угощайтесь пирогами, а я сейчас отвар налью. Все разговоры потом.

Она двигалась быстро, стараясь не смотреть на Рика, но все равно чувствовала его взгляд кожей. Разлила отвар по чашкам, поставила на стол и только потом опустилась на свое место рядом.

Пироги исчезали с поразительной скоростью – особенно у Астура, который ел так, будто не видел еды несколько дней.

Когда стол заметно опустел, Рик вдруг сказал:

– Астур, прогуляйся. Желательно – с котом.

Граф прищурился.

– Я что, нянька? – одновременно возмутились Астур и Граф и тут же переглянулись, будто сами удивились своему единодушию.

Но уже через пару секунд оба направились к двери, продолжая бурчать каждый о своем, и в кухне стало ощутимо тише.

Глава 33

Глава 33

Атмосфера этим утром была удивительно тихой и спокойной – такой, в которой не хотелось говорить лишнего и не хотелось спешить. Дом будто замер вместе с ними, удерживая этот миг.

Рик наконец увидел ее и стало легче.

До этого дорога казалась длиннее, чем была на самом деле. Ра’карн все время ворочался внутри – раздраженный, нетерпеливый, подталкивал, торопил, не давал расслабиться ни на минуту. Каждый лишний час без нее ощущался неправильно – как будто что-то стояло не на своем месте.

А теперь он был здесь и видел ее.

Он сразу отметил усталость – тени под глазами, напряженность в плечах, осторожность в движениях. Она явно плохо спала. Но радость от встречи была в ней такой явной, что перекрывала все остальное. Она будто светилась изнутри – по-настоящему – и от этого у него самого губы непроизвольно тронула улыбка.

Рик сидел напротив и несколько секунд просто смотрел на нее, будто заново запоминал каждую черту – изгиб губ, свет в глазах, рыжие пряди, выбившиеся из хвоста. Пальцы сами начали тихо постукивать по столу – привычный жест, который выдавал его волнение сильнее любых слов.

Наконец он наклонился, достал из-под походного рюкзака три резные шкатулки разного размера и одну за другой поставил перед ней.

– Что это? – спросила она.

– Моя благодарность, – ответил он просто.

Рик осторожно взял ее руку, легко коснулся губами пальцев и сразу отпустил.

– Открой.

Лили подняла крышку первой шкатулки. Внутри лежали золотые монеты.

Она медленно подняла на него взгляд.

– За то, что спасла меня… – начал он. – И за непредвиденные расходы: рубаху, еду, крышу над головой.

Он прекрасно знал, что сумма там с избытком, и с трудом сдержал усмешку, заметив, как возмущенно вспыхнули ее глаза.

Она фыркнула, но ничего не сказала и открыла вторую шкатулку.

Та была наполнена магическими кристаллами – разными, тщательно подобранными. Многие редкие. Некоторые почти не встречались в продаже.

Она ахнула и тут же начала перебирать их пальцами, забыв обо всем. В ее глазах вспыхнул знакомый блеск – живой, исследовательский.

Рик молча наблюдал за ней, запоминая этот момент.

Потом медленно придвинул третью шкатулку.

– А это, – сказал он тише, – самое ценное, что есть у дракона… если отдать добровольно.

Он видел, как у нее дрогнули пальцы, когда она открывала крышку.

Лили заглянула внутрь. Потом снова посмотрела на него – неверяще – и вновь перевела взгляд на три пробирки, уложенные в бархат.

– Это… – выдохнула она.

– Да, – подтвердил Рик. – Слюна, кровь и чешуя дракона.

Он наблюдал, как меняется ее взгляд – от восторга к осторожности, к пониманию ценности того, что лежит перед ней.

Она закрыла шкатулку и подняла на него глаза.

– Спасибо. Это очень щедрые дары.

Лили встала, шагнула ближе. И без колебаний села ему на колени, положила голову на плечо. Этот жест был таким естественным, что у Рика на мгновение сбилось дыхание.

Он осторожно развязал ленту, державшую ее рыжие волосы, и начал медленно перебирать пряди пальцами.

Тепло разлилось у нег в груди. Ра’карн сыто заурчал.

Рик тяжело вздохнул.

Он понимал – этот тихий, хрупкий момент придется нарушить. Потому что нужно было сказать слова, которые нельзя откладывать.

– Лили, – он поцеловал ее в макушку. – А какие у тебя планы на жизнь?

Рик сглотнул, ощущая неприятную сухость в горле. Он редко задавал вопросы, на которые не знал ответа заранее, и сейчас это чувствовалось особенно остро. Все, что она скажет, могло изменить не только ее путь, но и его собственный.

Лили слегка отстранилась. Ее взгляд скользнул по его лицу – задержался на губах. Она прикусила губу, собираясь с мыслями.

– Я всегда думала, что моя жизнь будет тихой и размеренной, – наконец сказала она. – Что я буду нужна здесь: соседям, путникам… помогать, варить отвары для здоровья и красоты, придумывать новые рецепты. Иногда – выводить из себя лекарей из гильдии.

Она усмехнулась и вздохнула.

– В общем, ничего особенного. Просто жизнь, – она немного поерзала у него на коленях и добавила тише. – Но есть вещи, о которых я даже не подозревала.

Рик чуть наклонил голову, внутренне собираясь.

– Например?

Лили на секунду замолчала. Пальцы сжались на его плече.

– Я думала, что самое страшное – это болезни, ранения, старость в конце концов. Что с этим можно работать, лечить, облегчать, – она подняла на него взгляд. – А потом я увидела измененных собственными глазами. И это напугало меня по-настоящему.

Рик почувствовал, как ее тело напряглось у него на руках – будто струна, натянутая до предела.

– Людей похищают и используют в извращенных экспериментах. Ради чего? – в голосе прозвучала горечь. – А драконы… – она замолчала, качнула головой. – Это бесчеловечно. И я… Я не знаю, смогу ли помочь. Но точно знаю, что не смогу закрыть на это глаза. Если есть хоть малейший способ что-то исправить… я хочу его найти.

Рик крепче прижал ее к себе, провел ладонью по волосам, поцеловал в макушку.

– Найдем, – сказал он тихо. – Нужно только время.

Он обнимал ее и ловил себя на мысли – она сильнее, чем казалась сначала. Не громкая, не резкая, но упрямая. Из тех, кто идет до конца, даже если страшно.

Рик уже понимал: улететь с ним в Драконий город прямо сейчас она не согласится. И, похоже, ему самому тоже придется кое-что пересмотреть.

Он усмехнулся краем губ, решив разрядить обстановку.

– Знаешь, – сказал он чуть мягче, – мне кажется, ты еще не подозревала, что драконы – такие красавчики.

– Что? Нет! – Лили рассмеялась и покачала головой.

– Вот это обидно, – наигранно огорчился он и слегка отвернулся.

– Эй, подожди, – она тут же потянулась к нему. – Дай посмотреть на тебя.

Теплые пальцы легли ему на щеку, развернули лицо к себе. Лили внимательно, почти изучающе провела пальцами по линии бровей, по виску, по скуле.

Рик прикрыл глаза, позволяя ей это – ее прикосновения, легкие, почти невесомые поцелуи: у виска, у уголка губ, вдоль щетины.

– Красавчик, – шепнула она ему в губы.

Она прикусила его нижнюю губу – смелее, чем раньше, оттянула на себя, будто проверяя его терпение, и тут же поцеловала – коротко, горячо, уже без прежней осторожности.

Рик ответил сразу.

Рука легла ей на спину, притянула ближе – уверенно, без колебаний. Он перехватил первенство, углубляя поцелуй. От ее близости, от запаха кожи и тихого дыхания в груди становилось тесно, будто воздуха вдруг стало меньше.

Ра’карн внутри довольно рыкнул.

– Так бы сразу.

Ладонь Рика скользнула выше по ее бедру и коротко сжала ткань юбки. Он оторвался от ее губ не сразу – только когда дыхания стало не хватать.

Рик открыл глаза и утонул в ее взгляде – живом, теплом, искрящемся.

И слова сорвались раньше, чем он успел их остановить.

– Станешь моей женой?

Он сам услышал, как глухо прозвучал его голос, а сердце забилось слишком быстро.

Лили замерла, внимательно глядя на него.

– Ты стремительный, мой дракон, – сказала она тихо.

Ее пальцы скользнули ему в волосы и задержались там, будто проверяя, настоящий ли он, не исчезнет ли, если она ослабит хватку.

Рик не отвел взгляда.

Он ждал.

– Я никогда не думала о браке, – сказала она уже серьезнее, не отводя глаз. – Слишком многих потеряла в этой жизни. И мысль впустить кого-то в свое сердце всегда пугала меня. Я привыкла рассчитывать только на себя, привыкла жить тихо и не ждать от судьбы лишнего.

Ее пальцы скользнули по его щеке.

– А с тобой все иначе, – продолжила она тише. – Рядом с тобой я впервые думаю не о том, что могу потерять, а о том, сколько всего может быть впереди. О том, что можно жить не только осторожно, но и смело. Что можно идти не в одиночку.

Рик слушал, не перебивая.

Ра’карн внутри притих – настороженно, внимательно.

– Но я не хочу быть запертой, – сказала она, глядя прямо ему в глаза. – Даже в самом прекрасном и богатом драконьем городе. Мне важно иметь выбор, иметь свое дело, свою жизнь. Я не смогу стать чьей-то тенью или украшением рядом.

Она придвинулась ближе, почти касаясь его лбом.

– Если ты предлагаешь идти рядом, а не за тобой… если дашь мне время узнать тебя, понять нас, не торопить события… тогда я не отвергаю твоего предложения. Но мне нужно время, Рик. Я хочу сама прийти к этому решению, без страха и без спешки.

Она коснулась его губ коротким, теплым поцелуем – уже мягче, спокойнее.

– Я не говорю «нет», – добавила она тихо. – Но и сказать «да» прямо сейчас я не готова.

Рик медленно выдохнул.

Ответа он не получил. Но и отказа – тоже.

Он погладил ее по спине медленно, водя пальцами вверх и вниз – размеренно, будто успокаивая и ее, и себя.

Рядом с ней внутри становилось просто хорошо. Спокойно.

Ждать он умел. Иногда именно от выдержки зависело, кто останется жив. Но сейчас дело было не только в терпении.

Она была той самой.

С ее появлением жизнь уже начала меняться. Не ломаться, не переворачиваться – а будто в нее добавили краски, которых раньше не хватало. И от этой мысли становилось странно легко.

Рик коснулся ее лба своим и задержался так на несколько мгновений.

– Времени у тебя будет столько, сколько нужно, – сказал он. – И я буду ждать ответа.

Он чуть отстранился, чтобы увидеть ее лицо – взгляд, выражение глаз. Важно было понять, что она услышала его правильно.

Пальцы сами скользнули к ее подбородку, приподняли его чуть выше. Он наклонился и поцеловал ее. Поцелуй был теплым, наполненным нежностью, будто он не требовал, а обещал.

Когда он отстранился, внутри все оставалось таким же спокойным. И в этот момент он ясно понял: отступать он не собирается. Не станет давить. Не будет торопить ее или подталкивать к решению раньше времени.

Он будет рядом.

Будет снова и снова доказывать поступками – терпением, делом, своей надежностью – что рядом с ним ей нечего бояться. Что рядом с ним можно жить, а не выживать. И однажды она сама скажет ему «да».

Рик притянул ее ближе и уткнулся носом в ее волосы, глубоко вдохнул ее притягательный запах. Она доверительно прижалась к его груди.

Так они и сидели, позволяя себе эти несколько спокойных минут, пока их никто не трогает.

Глава 34.

Глава 34.

Лили стояла у стола и разливала свежий настой по стаканам. В ее доме еще никогда не было так многолюдно.

Алистер вошел на кухню с папками под мышкой – собранный, сосредоточенный, словно принес с собой часть штаба. За ним следом вошли Мила и Дорн. Они поздоровались и тут же занялись лавкой, подготавливая все к открытию – проверяли наличие настоек, нюхательных солей и травяных сборов.

К удивлению Лили, это ощущалось правильно.

Лавка не простаивала, работа шла, и мысль о постоянном помощнике впервые перестала казаться далекой фантазией – особенно сейчас, когда ей хотелось больше времени проводить не только за прилавком и в лаборатории, но и рядом с Риком.

Она закусила губу и подняла взгляд.

Рик стоял у стола, опершись на него обеими руками, чуть подавшись вперед. Рукава черной рубашки были закатаны, ткань натянулась на плечах и спине. Он смотрел на нее, и от этого взгляда внутри становилось теплее..

На мгновение все остальное будто отступило – голоса, шаги, звон посуды.

Она видела только его.

– Вы вообще-то не одни, хозяйка-ау, – проворчал Граф, сидя на полке и недовольно мотая хвостом. – Или ведите себя прилично… или хотя бы предупреждайте остальных заранее.

Астур, который крутился неподалеку, ухмыльнулся:

– Если что, можем выйти. Или глаза закрыть, – протянул он весело.

Лили вздрогнула и поспешно отвернулась к столу, делая вид, что очень занята кружками.

– Я просто разливаю настой, – пробормотала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

На секунду повисла тишина.

И атмосфера вдруг изменилась.

Воздух будто стал плотнее, тяжелее. По коже пробежала знакомая дрожь – не от страха, а от силы, которая ощущалась совсем рядом.

– Ладно-ладно, – быстро добавил Астур. – Молчу. Уже молчу.

Граф фыркнул:

– Вот и правильно. Иногда тишина спасает жизни.

Лили поставила последний стакан на поднос. Сердце все еще быстро билось. Она осторожно выдохнула и уже хотела поднять поднос, когда почувствовала движение за спиной.

Рик подошел вплотную. Так близко, что она кожей почувствовала жар его тела и запах, который присущ только ему. Его рука накрыла ее пальцы, лежащие на краю подноса.

Он наклонился ближе, и теплое дыхание коснулось ее уха.

– Не стоит смущаться, Саэльра, – сказал он тихо, без тени насмешки. – Пусть привыкают.

От его голоса по спине побежали мурашки.

Он легко забрал поднос и отошел к столу, поставил его рядом с бумагами, которые уже разложил Алистер.

Лили сделала вдох и подошла следом.

– Настой, – сказала она, с легкой улыбкой, подавая стакан Рику. – Поможет держать голову ясной.

Рик коротко кивнул, принимая кружку. Его пальцы на секунду коснулись ее руки, и он посмотрел ей прямо в глаза.

В серых глазах мелькнули знакомые искры – живые, как отблеск света на воде.

Он поднял кружку и быстро выпил настой до дна, затем моргнул и только после этого повернулся к Алистеру:

– Почему вы ищете следы культа именно в этой части страны?

Алистер сделал небольшой глоток настоя, коротко кивнул и вытащил карту из тубуса. Развернул ее на столе поверх бумаг, прижал углы папками вместо грузиков и провел ладонью по складкам, разглаживая пергамент.

– У них есть система. Мы поняли это не сразу, но теперь картина складывается. Похищения людей, закупка скота крупными партиями, перемещения через второстепенные тракты, где редко появляются патрули – все указывает на один и тот же район.

Он провел пальцем по нескольким отметкам, соединяя их линией, и задержался на одной из точек.

– Меня попытались вывести из игры через мою особенность, о которой знали единицы, а значит информация утекла сверху – и это не похоже на случайность. Речь идет о заговоре, и кто-то из ближнего круга императора в него вовлечен, – он выпрямился, коротко скользнул взглядом по собравшимся, затем снова посмотрел на карту и продолжил. – Мои люди ведут наблюдение за всеми, кто был в курсе. Если начнется движение – мы узнаем первыми. Теперь на поле появился Варрек, и это меня тревожит больше всего. Если удастся взять его живым и разговорить, многое станет понятнее.

Лили почувствовала, как по спине медленно пробежал холод. Имя заместителя главы гильдии магов неприятно отозвалось под ребрами – липко, тревожно. Перед глазами на мгновение всплыло его лицо, слишком внимательный взгляд, тяжелый тон, с которым он говорил в ее доме. Руки сами собой зачесались – так хотелось взять скрутку из свирны, пройтись дымом по углам, выжечь все чужое и темное, что могло остаться после его визита, а потом рассыпать соль – для верности.

– Он очень опасен? – спросила она тихо, не поднимая взгляда от карты.

– Опасен настолько, насколько может быть опасен человек, который слишком долго держит власть в руках и ни разу не попался. Такие редко действуют сами. Они стоят в стороне и позволяют другим делать грязную работу… Но нам повезло, что он вышел из тени.

Граф фыркнул, устроившись на спинке стула, и выразительно дернул хвостом.

– Хозяйка-ау, заместителями главы гильдии магов редко становятся за один только талант и светлый ум, – пробурчал он. – Обычно туда пробиваются те, кто готов запачкать руки… или мечтает о власти сильнее, чем о здр-р-равом смысле. А чаще – и то и др-р-ругое сразу.

Лили бросила на него быстрый взгляд. Астур, стоявший неподалеку, усмехнулся:

– Ого. А ты, оказывается, умеешь говорить дельные вещи.

– Я всегда говорю дельные вещи, – буркнул Граф. – Просто не все способны их услышать.

Лили заметила, как Алистер на мгновение задержал внимательный взгляд на фамильяре, будто что-то сопоставлял. Этот взгляд длился всего пару секунд, после чего он спокойно перевел внимание обратно на карту, но ощущение, что он что-то отметил для себя, осталось.

В этот момент Рик сделал шаг ближе и взял ее за руку. Его ладонь оказалась теплой, тяжелой, и знакомая мерная пульсация сразу отозвалась через метку. Большой палец медленно провел по ее ладони, и напряжение, которое она не сразу заметила в себе, понемногу отпустило.

– Тебе не о чем волноваться, – сказал он негромко. – Главное – не снимай артефакт. Ни здесь, ни за порогом дома.

Он продолжал держать ее руку, но взгляд его уже был направлен на карту. Лили тоже снова посмотрела на разложенные бумаги. На пергаменте алели красные кресты – двенадцать отметок, разбросанных по всей стране, по одной в каждой провинции. От одного их количества становилось не по себе.

Она медленно провела взглядом по карте и заметила повторяющуюся закономерность: все точки располагались рядом с водой – река, озеро или заболоченная низина.

Алистер молча добавил еще один крест и обвел его кругом.

– Этот уничтожили вчера, – пояснил он. – В нескольких часах хода отсюда. Они держатся рядом с водой: она глушит следы – запахи, остаточную магию. Удобно, если не хочешь, чтобы тебя нашли быстро.

– Вы знаете, сколько еще таких баз? – спросил Рик, не отрывая взгляда от карты.

Алистер неопределенно повел плечом.

– Если смотреть на карту, подходящих мест почти не осталось. Возможно, это последняя. А возможно – одна из последних. Я не люблю делать ставку на «возможно».

– Каков дальнейший план? – Рик постучал пальцем по столу, обозначая сектор.

Алистер провел ладонью вдоль линии между питомником, озером и ближайшими трактами.

– Мои люди прочесывают окрестности. Особое внимание – дорогам, по которым могут идти фургоны. Есть соглядатаи среди мясников и поставщиков. Как только начинается движение – мы узнаем. Проблема в том, что территория слишком большая. Без точных координат питомник не найти, а даже если найдешь – без специальных артефактов под купол не попасть. Но мы рассчитываем выйти на главную лабораторию.

– Чтобы туда попасть, вам нужна свежая приманка, – Астур подался вперед, в голосе зазвенел азарт. – Один привлекательный, молодой, горячий дракон. Предлагаю взять на себя эту роль.

– Нет, – жестко отрезал Рик.

– Но дядя!

– Твоя мать…

– Я уже взрослый, – перебил Астур. – И сам могу принимать решения. Как я пойму, на что способен, если меня все время держат в стороне? Я не для того за вами полетел, чтобы отсиживаться без дела. К тому же я уже принимал участие в схватке.

Рик очень медленно выдохнул. Воздух рядом с ним будто стал плотнее. Лили провела пальцами по его руке – осторожно, отвлекая, чувствуя напряжение в его ладони.

– Этот вариант нельзя сбрасывать со счетов, – сказал Алистер не отрывая взгляд от карты.

– Мне тоже нужно попасть в их лабораторию, – быстро проговорила Лили.

Рик резко повернул голову к ней.

–Нет, – рыкнул Ра’карн болезненно.

– Нет, – повторил Рик.

В комнате стало тихо.

Она почувствовала, как внимание сосредоточилось на ней. И почти сразу – как изменилась пульсация метки. Ритм сбился, стал резче.

– Я не полезу в бой и не буду приманкой, – сказала она, стараясь сдержать раздражение. – Я пойду туда только тогда, когда там станет безопасно.

Лили медленно поднимала глаза на Рика, отмечая сжатые кулаки и вздутые вены на его руках и вертикальные зрачки. От этого взгляда внутри все сжалось, но отступать она не собиралась и продолжила говорить глядя на него.

– Но записи, формулы, цепочки процессов – все это там. Я должна понять, можно ли обратить то, что сделали с измененными. И если да – как. А если нет… – она выдохнула, – я должна знать это точно.

Астур тихо присвистнул.

Алистер прочистил горло и, не поднимая взгляда от карты, осторожно заговорил:

– Это возможно. Но только после того, как там не останется угрозы. Что касается приманки в виде дракона – идея рабочая. Но кто возьмет на себя эту роль, решать вам.

Рик шумно выдохнул – медленно, с усилием.

– Никто никуда не идет один, – сказал он жестко. – Ни он. Ни ты.

Лили нахмурилась. Ей не понравился этот тон – слишком резкий, будто ее уже записали в ряды тех, кого нужно удерживать рядом любой ценой.

– Я и не собиралась идти одна, – ответила она резче, чем планировала. – И не собираюсь бросаться туда в первых рядах. Я сказала – после. Когда там станет безопасно.

Она подняла руку и положила ее ему на плечо, привлекая внимание.

– Ты слышишь меня? Я не прошу быть приманкой. Я говорю о работе. О лечении.

Рик коротко качнул головой, будто отгоняя раздражение, и вдруг бросил взгляд в сторону фамильяра:

– Граф. Хотя бы ты скажи ей, что это опасно.

Фамильяр лениво прищурился, явно наслаждаясь моментом.

– Опасно, – согласился он. – Очень. Но упрямство ведьмы – вещь еще опаснее. С ней спорить – себе дороже.

Лили прикусила нижнюю губу, сдерживая улыбку.

Астур тем временем снова подался вперед, явно не собираясь отступать:

– А вот насчет приманки – это как раз по мне.

Граф повернул голову в его сторону и медленно махнул хвостом.

– Маменькины нервы – штука хрупкая, – протянул он лениво. – Если с тобой что-нибудь случится, юная ящер-р-рица, твоя мать сначала тебя оживит… а потом прибьет окончательно. Может, и дядюшку заодно.

Астур скривился, но спорить не стал, только фыркнул себе под нос.

Рик все это время молчал. Его рука рядом с ней была сжата в кулак так сильно, что побелели костяшки, и напряжение витало в воздухе.

Она осторожно погладила пальцы и опустила взгляд. Из-под сжатых пальцев едва заметно проступили темные кончики когтей, впившиеся в собственную ладонь. На коже уже выступили крошечные капельки крови – едва заметные, но достаточно, чтобы понять: он сдерживается изо всех сил.

Лили втянула воздух, чувствуя металлический запах.

–Упрямая ведьма .

Она невольно вздрогнула.

–Ты нужна нам живой , – пророкотал Ра’карн.

– Рик… – произнесла она почти шепотом.

Она осторожно провела большим пальцем по его руке – медленно, мягко, стараясь разжать его пальцы, не причиняя новой боли. Под ее ладонью пальцы не сразу, но начали поддаваться. Когти медленно втянулись обратно, оставляя на коже неглубокие следы.

Он не отдернул руку.

Это уже было хорошо.

Она провела по его пальцам еще раз – медленнее, чувствуя, как под ее ладонью напряжение начинает понемногу отступать.

Рик вдохнул – глубоко – и так же медленно выдохнул, будто собирая себя обратно. Когда он заговорил, голос все еще оставался низким, но уже без прежней резкости:

– После. Только после того, как там не останется угрозы. И только со мной. Я не позволю тебе идти туда одной. Даже если все будет «безопасно».

– Я и не собиралась идти одна, – ответила она тише, но твердо. – Мне нужна лаборатория, а не подвиг. Я не собираюсь бросаться под удар, Рик. Я собираюсь работать. И если уж говорить начистоту… ты мне нужен живым не меньше, чем я тебе.

Алистер тем временем провел пальцем по карте и сделал короткую пометку у одного из трактов.

– Тогда действуем так, – сказал он спокойно, возвращая разговор в деловое русло. – Этот сектор перекрываем наблюдением. Если движение начнется – мы узнаем первыми. И до тех пор никто никуда не идет без инструкций.

Лили кивнула, сосредоточившись на карте. Пальцы Рика в ее руке наконец перестали быть каменными, и этого было достаточно.