Текст книги "Заклеймённый (СИ)"
Автор книги: Ксения Мирошник
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 27 страниц)
– Ты готов, ученик мой? – Голос из зеркала на время отвлек девушку. На визиря смотрел пожилой человек с густой бородой и хитрыми глазами. – Произнеси заклинание и я явлю себя миру.
Гассан! Тот самый маг, ставший духом песков, которого так жаждал воскресить Фархат. Возле визиря возник слуга, протягивающий хозяину небольшой сундук, крепко запечатанный. Как только он с помощью магии открыл крышку, сокол воспарил, сияя мириадами искр. Все три части древнего артефакта вознеслись к потолку, а потом стремительно воссоединились.
Беверли не успела заметить, как Сайрус освободился и достал Нут. Хлесткий удар обвил сокола магическим кнутом и мистер Баркли потянул за рукоять.
– Щенок! – Закричал Фархат и попытался призвать артефакт.
Поединок двух кровных родственников был недолгим, приложив чуть больше усилий, Сайрус ловко откинул сокола прямо в руки Лукаса.
– Читай! – Крикнул он другу и развернулся к дяде. – А теперь мы поговорим, Фархат!
Сайрус согнул руки в локтях и растопырил пальцы, а потом отвел руки чуть назад, сосредотачивая свою силу в ладонях. Беверли видела, как полыхают гневом глаза любимого. Он медленно выдвинул руки вперед, и Фархата буквально впечатало в зеркало, которое от удара треснуло посередине. Ярость, прожигающая сердце Сайруса, рвалась наружу. Он слегка повернул голову и кивнул Лукасу. В тот же миг его лицо немного расслабилось, а позади Беверли, прямо на полу, возникло тело Филиппа. Девушка зажала рот руками, даже не представляя, как он здесь оказался. Она повернулась к брату, который кинулся к принцу и присев рядом с ним на мрамор глубоко вздохнул. Лукас нервничал, его руки слегка тряслись.
– Читай! – Повторил Сайрус.
Лукас повернул к себе сокола, в клюве которого был зажат свиток. Близнец Беверли прикрыл глаза и свиток развернулся. Его размеры увеличились, он стал похож на обычный лист бумаги, который открывал свою тайну просящему. Девушка уже не могла оставаться в стороне. Она спустилась с подушек и медленно подобралась к брату, желая придать ему уверенности и сил.
– Остановите их! – Велел, прижатый к стене Фархат и его слуги кинулись к Лукасу.
Брат Беверли раскрыл глаза и, заметив угрозу, передал сокола сестре. Ей не нужны были слова, чтобы понять, чего он хочет. Девушка схватила артефакт и не стала терять времени.
– Вертико салато думине регино! – Прочла она, сама не понимая как.
– Нет! – Крикнул Фархат. Следом за этим отчаянным возгласом из горла его послышался хрип.
Лукас отбивался от слуг визиря, не подпуская их к сестре, а Беверли снова и снова повторяла заклинание. Тело Филиппа оторвалось от пола и засветилось мягким сиянием. Глаза принца распахнулись, и он сделал громкий тяжелый вдох, который медленно впустил глоток воздуха в легкие. Беверли смотрела во все глаза, как наследник Кармифола поднимает к лицу руку, а потом осторожно осматривается. Она повернула голову к Сайрусу и увидела, как в глазах его засверкали слезы.
– Ты обманул меня, Фарид. – Хрипло сказал визирь. – За это я убью всех, кто тебе дорог.
Сайрус развернулся к дяде и с новой силой вжал его в зеркало. Беверли казалось, что воскрешение Филиппа преобразило мужчину, которого она так отчаянно любила.
– Ты ничего не сможешь сделать, пёс! – Ответил он, поворачивая кисть правой руки, после чего Фархат взвыл от боли. – Ты думал, я слаб? Думал, я позволю тебе убить меня, как моего отца?
– Твой отец был собакой, решившей, что может взять мою сестру и назвать своей! – Рявкнул Фархат и его гнев придал ему сил. Визирь сжал кулаки, а потом резко разжал, сбрасывая магию Сайруса. – Он получил ту смерть, которую заслуживал. Собаке – собачья смерть!
Сайрус яростно развернул Нут и ударил им об пол в ногах визиря. Мощная волна отбросила Фархата к стене.
– Не смей говорить о моем отце! – Напряженное лицо Сайруса напугало Беверли. Его скулы сжались, а дыхание стало глубоким. Он изо всех сил пытался подавить свой гнев, но получалось у него не очень хорошо.
Фархат привстал на колени, из уголка его рта показалась струйка крови. Он стер ее пальцем и поднял глаза на племянника.
– Твоя мать предала меня, связавшись с чужаком! – Визирь сплюнул кровь. – Она осквернила себя его ребенком. За это я никогда не прощу ее. Ты для меня лишь выродок, недостойный носить имя моей родины!
Беверли никогда еще не видела подобного презрения, ее сердце обливалось кровью от того, что родной дядя мог говорить такие слова племяннику. Она даже представить себе не могла, что творилось на сердце у Сайруса. Как должно быть больно, слышать такое. Девушка поднялась с пола, бросив короткий взгляд на принца. Наследник опирался на Лукаса, пытаясь прийти в себя. Слуги, посланные Фархатом, лежали на полу без сознания. Беверли подошла к Сайрусу и взяла его за руку:
– Ты не заслужил такой сестры, как Самида! – Сказала она. – Ты не заслужил такого племянника, как Фарид! Они могли бы стать тебе семьей, греющей сердце, а стали врагами, благодаря твоей ненависти. Но твоя сестра и ее сын обрели силу и единство, которыми можно гордиться, а ты остался один.
Злобный взгляд визиря переметнулся на девушку, которая гордо стояла перед ним и держала в своей руке ладонь любимого мужчины. Она открыто смотрела в его свирепые глаза и понимала, что в этот момент Фархат захлебывается злобой.
– Ты жаждал силы, которая была у отца Фарида! Ты жаждешь силы, которая есть у твоего племянника! – Продолжила девушка, крепче сжимая пальцы Сайруса. – Но тебе не дано понять, что магия дается лишь избранным, достойным ее! Ты предпринял попытку добыть немного чужих сил, но все равно остался жалким!
Девушка никогда не испытывала столь сокрушительного гнева и никогда не произносила подобного, тем более в адрес старших, но боль за Сайруса руководила ее чувствами сейчас. Она посмотрела на мужчину, чью руку сжимала и поймала на себе его благодарный взгляд. Её слова помогли ему успокоиться, он опустил Нут.
– Твои силы почти иссякли. – Сказал Сайрус.
– Как ты снял путы? – Фархат медленно поднялся, опираясь о стену.
– Я же не зря перерыл всю библиотеку Салсора. В редких книгах можно найти много полезного. – Мужчины пристально наблюдали друг за другом, словно ожидая нападения. – Этими путами ты связал силы моего отца, я не мог повторить его ошибку. Если знать, что искать, то на любой вопрос можно найти ответ.
– Ты перехитрил меня. Дал воссоединить симианского сокола, но использовал его силу так, как нужно было тебе. – Визирь выпрямился, но не смог скрыть усталость. Та крупица магии, что была у него, ушла почти без остатка. – Что ты сделаешь со мной? Убьешь, как я убил Мортимера?
Беверли вздрогнула, не сразу поняв, что визирь говорит об отце Сайруса. Столько времени ее любимый носил имя своего отца, стараясь быть ближе к нему, не забывая, не отстраняясь. Девушка ошеломленно смотрела на своего мужчину и в ее душе разрасталась буря. Как может один человек столько вынести? Как может пережить все это и остаться таким светлым, добрым, чутким, порядочным? Она вспомнила разговор с мистером Мортимером о героях книг и внутренне горько усмехнулась. Он не верил в подобные качества, даже, несмотря на то, что сам ими обладал.
– Я не убийца. – Тихо ответил Сайрус, подтверждая мысли Беверли. – Но справедливость должна восторжествовать. Все, что ты имеешь, достанется твоим сестрам. По крови – наследник я, но мне не нужно твое богатство, а вот сестрам своим ты задолжал. Моя мать тоскует по родине, а Рахима, овдовевшая год назад, живет почти в нищете. Ее дети имеют право вернуться в родной дом матери!
Беверли едва сдерживала слезы, слушая слова Сайруса. Визирь насильно выдал сестру замуж и даже после того, как она подчинилась его воле, он бросил ее на произвол судьбы, после того, как она овдовела. Хотя чего она ждала от того, кто смог собственной рукой убить любимого человека Самиды?
– Что будет со мной? – Повторил вопрос Фархат.
Сайрус медленно подошел к зеркалу на стене, склонился к нему и осторожно подул на стекло. Трещина прямо на глазах исчезла, после чего маг взмахнул руками и поверхность завибрировала.
– Ты отправишься туда, где твое сердце. Ты жаждал магии? Так будь же песчаным духом, среди бывших магов! – Грозно сказал Сайрус. – Я не убью тебя, но и среди живых ты не останешься!
Легкий взлет кнута и вокруг визиря закружился уже знакомый девушке вихрь, скрывающий мужчину за своими стенами. Когда потоки ускорились настолько, что их вращения уже не были заметны глазу, Фархат исчез и появился по ту сторону зеркала. Сайрус посмотрел в последний раз на своего дядю. Он пытался скрыть горечь, но Беверли все равно заметила, насколько он удручен. Зеркало покрылось тонким слоем льда, а потом рассыпалось на мелкие кусочки.
– Сайрус! – Тихо позвала Беверли, и мужчина повернулся к ней.
Его глаза, ласковые и чарующие, наполнились такой нежностью, что сердце Беверли дрогнуло, и она устремилась в его объятья. Только бог знает, как она мечтала об этом. С огромным наслаждением девушка прижалась к груди Сайруса, позволяя ему крепко сжать ее тело в своих руках.
– Мне до сих пор кажется, что это сон. – Прошептала она. – Я так боюсь проснуться и снова пережить твою смерть!
– А мне не верится, что я успел. – Горячо заговорил мужчина, не меньше чем она, наслаждаясь близостью. – Я чуть с ума не сошел, когда увидел тебя в темнице, ты едва дышала!
– Ты успел! Все позади! – Беверли немного отстранилась и взяла его лицо в свои ладони. – Я здесь, я жива. И сейчас твое усталое сердце может найти приют в глазах брата!
Девушка осторожно повернула его голову в сторону Филиппа и затаила дыхание. Сайрус замер, боясь даже дышать. Он смотрел на друга, а в глазах блестели слезы. Беверли чувствовала, как он напряжен, как напуган. Принц стоял на ногах, опираясь на руку Лукаса, и смотрел на Сайруса, недоуменно нахмурив брови. Он пристально рассматривал мужчину, словно пытался понять, кто именно перед ним. Сайрус неуверенно улыбнулся, чуть не сорвавшись с места, но удержался, позволяя другу самому решить.
– Амир?! – Робко спросил наследник. – Это ты?
Сайрус кивнул и сжал руку Беверли, медленно обращаясь. Лицо Амира явилось лишь на мгновение, а потом снова исчезло.
– Господь всемогущий! – Выдохнул принц. – Это и, правда, ты! Брат!
Больше их ничего не сдерживало. Беверли плакала, глядя на то, как крепко они обнялись. Эти двое так долго шли к воссоединению, что смотреть на них было почти невыносимо.
– Погоди, мой друг,– сказал, наконец, Сайрус, – нас с тобой ждет долгий разговор, но для начала, мне нужно кое-что сделать. Лукас, – он повернулся к ее брату, – дай знать Гафару, пусть приведет Рахиму и ее детей. А я вызову маму.
Сердце Беверли дрогнуло, она подумала о своей семье. Где они сейчас? Видимо это не укрылось от Сайруса, поскольку он улыбнулся ей:
– Самида забрала твою семью в лавку. Они в безопасности. – Сказал мужчина. – Гафар поддерживал с ней связь.
– Она знает, что ты жив? – Немного успокоившись, спросила девушка.
– Нет, поэтому мне понадобишься ты. Как только я их перемещу, будет настоящий переполох. – Он усмехнулся, предвкушая веселье, а Беверли радовалась, что к нему вернулось чувство юмора.
– Мою семью ты тоже переместишь? – С надеждой спросила она.
– Конечно. Пора им познакомиться со мной и моими близкими. – Его улыбка стала шире. – А еще, я бы ни за что не хотел пропустить их встречу с Лукасом.
– Ты снова стал собой, мистер Баркли! – Шуточно возмутилась девушка. – Без веселья никак.
– Не ругайся, моя маленькая леди. Позволь мне счастливо прожить этот день. Сегодня нас ждет столько радостных воссоединений, что я боюсь, что захочу сбежать к хронам!
– Только попробуй и по сравнению со мной, хроны покажутся тебе милыми кутятами! – Беверли сложила руки на груди, давая понять, что говорит серьезно.
Веселый смех Сайруса стал ей ответом. Как давно она не слышала этот чудесный звук, который способен был вмиг сделать ее счастливой.
Тем временем Лукас уже исчез, спеша выполнить поручение друга. Сайрус вызвал слуг и представился, объясняя людям Фархата, что является законным наследником его дома, земель и богатства. Филиппа, еще слабого и немного оторопевшего, усадили на маленький диван, который Сайрус велел принести. Он решил, что некоторое время им стоит побыть здесь, а уже после встречи со всеми членами семьи, выбрать комнаты для отдыха. Слуги, те, что решили остаться и продолжить служить семье визиря принесли немного еды и напитков и Беверли только сейчас осознала насколько голодна.
– Как ты переместишь сюда Самиду? – Спросила девушка, решив повременить с едой.
– Гафар оставил ей инструкции. Каждый вечер моя мама собирает твою семью в комнате Морти, и ждет призыва. Как только я открою портал, они придут сюда.
– Что-то мне страшновато. – Поежилась Беверли, не способная даже себе объяснить собственные страхи.
– Поверь, не тебе одной. – Поморщился мужчина. – Твоего отца я безгранично уважаю, а вот от грозного взгляда миссис Монгроув даже мой желудок сжимается.
– Ты боишься моей мамы? – Искренне удивилась Беверли, разворачиваясь к нему.
– А ты что думала? Её ненависть ко мне таких невероятных размеров, что даже правила приличия не способны заставить ее это скрыть. – Девушка присмотрелась повнимательнее и поняла, что за напускной веселостью, Сайрус скрывал тревогу. Он на самом деле обеспокоен мнением ее матери.
– Ты знаешь, – устало присела девушка на подушки, – она просто не знает тебя. Поверь…
– Стой, не надо. – Сайрус опустился на корточки рядом с ней и ласково коснулся щеки ладонью. – Ты не должна мне ничего объяснять. Мы все это преодолеем. – Он перевел взгляд на Филиппа и подмигнул другу. – Когда-то мы вместе завоевывали сердце принцессы Синтии, теперь, друг, тебе придется помочь мне сделать то же самое с сердцем одной из самых обозленных на меня женщин.
Принц Филипп искренне улыбнулся, а потом перевел взгляд на Беверли:
– Я пока не знаю, что именно произошло между Амиром и вашей матушкой, но уверяю вас, ни одна женщина не устоит перед нашим обаянием!
– Благодарю вас, ваше высочество! – Слегка поклонилась девушка, понимая, за что Сайрус так любит своего друга.
– Ну что ж, не будем заставлять нашу семью ждать. – Вздохнул маг и извлек из кармана небольшой металлический круг, который Беверли уже видела. – Я бы попросил тебя выйти вперед, чтобы мама видела к кому идет. Если это буду я, то все может выйти из – под контроля.
Беверли кивнула, понимая, что хотел сказать Сайрус. Увидеть сквозь портал своего умершего сына мало кому под силу, даже если это Самида. Она пережила много волнений в последнее время. Девушка встала перед диском, который уже вращался, открывая портал в комнату мистера Мортимера, в его лавке. Сердце девушки забилось чаще, предвкушая встречу с любимыми и их реакцией на дальнейшее. Сквозь подергивающееся пространство она рассмотрела комнату, в которой горевала по Сайрусу, а потом и взволнованное лицо Самиды. Женщина присмотрелась и, наконец, улыбнулась, узнавая девушку. Она обернулась и что-то сказала, а затем проводила Кортни сквозь портал. Девочка смело шагнула сестре навстречу и счастливо улыбнулась. Она крепко обняла Беверли, радуясь, что старшая сестра жива. А потом, родители девочек сделали то же самое. Сначала они немного растерялись, а миссис Монгроув выглядела напуганной, но, увидев лицо Беверли, оба родителя обняли дочь.
– Сайрус! – Воскликнула Кортни и бросилась к мужчине, который раскинул руки в стороны. – Как? Мы думали, что вы погибли?
– Это очень и очень длинная история. – Ответил мужчина, бросая взгляд на родителей девочки.
Мистер Монгроув сдержано кивнул Сайрусу и протянул руку для приветствия.
– Я рад, что вы живы. – Сказал он, и Беверли заметила, как отец посмотрел на нее, выдавая свое облегчение, чего нельзя было сказать о ее матушке.
Миссис Монгроув вовсе не смотрела на Сайруса, осматривая дворец, в который попала. Беверли смущенно пожала плечами, словно извиняясь за маму, но Сайрус не стал обижаться, а вместо этого ободряюще улыбнулся.
– Фарид! – Услышали все и развернулись к, только что вышедшей из портала, Самиде. Женщина смотрела на сына и едва держала себя в руках.
Сайрус улыбнулся матери, а потом встал на колени у ее ног. Он обнял женщину за талию и уткнулся лицом в ее живот, как делают дети, ищущие защиты от своих переживаний.
– Мама! – Сказал он. – Я сделал это! Мама!
– Что? Что ты сделал, сынок? – Спросила Самида, которая заливалась слезами счастья.
– Я вернул его, мама! – Глухо проговорил он, вызывая ком в горле Беверли. Она смотрела на мать и сына, которые преодолели столько преград, столько боли пронесли на своих плечах, что не каждый смог бы осилить. Впервые девушка видела, как Сайрус открывает свою истинную усталость и едва сдерживалась, чтобы снова не заплакать. – Я смог!
Последние его слова прозвучали совсем тихо, словно он окончательно выбился из сил. Все, кто присутствовал при этом, замерли. Даже миссис Монгроув не смогла отвести глаз от этого раздирающего душу воссоединения матери и сына.
Мимо Беверли медленно прошел Филипп, который учтиво поклонился Самиде, а потом помог другу подняться.
– Я не очень хорошо знаю, что именно произошло за то время, что меня не было, но даже я вижу, как ты устал, мой друг. – Негромко сказал принц. – Даже не понимая, что происходит, я точно знаю, что никогда не смогу воздать тебе за преданность и любовь. Расскажи мне всё!
– Непременно. – Слабо улыбнулся Сайрус. – Мы сейчас присядем и поговорим, но для начала, я бы хотел представить тебе всех этих замечательных людей, которые помогали мне вернуть тебя к жизни.
Родители Беверли, которые точно знали, кто стоит перед ними реагировали по-разному. Мистер Монгроув знал, чем именно занимались Сайрус и Беверли, но даже ему понадобилось немного времени, чтобы прийти в себя от увиденного, что уж говорить о миссис Монгроув.
– Это мистер и миссис Монгроув, и их младшая дочь Кортни. Моя мама – Самида, которую ты видел лишь раз. – Сайрус дал время Филиппу, чтобы тот мог поприветствовать новых знакомых. – А это мисс Беверли Монгроув – мой самый верный помощник. Девушка, которая не раз рисковала собой, чтобы спасти тебя. Если быть до конца откровенным, то вся ее семья, так или иначе, помогала мне.
Наследник ласково улыбнулся девушке, но улыбка вышла усталой. Беверли и сама держалась из последних сил, поэтому предложила сесть и продолжить разговор за легким ужином. Некоторое время за столом было тихо, но немного насытившись, Сайрус начал свой рассказ, за которым Филипп и мама Беверли впервые услышали обо всем, что случилось за последние три года. Мистер Баркли о многом умалчивал, чтобы пощадить чувства друга и не усугублять того, что с ним случилось. Принц и без того был поражен самоотверженностью названного брата.
– Три года. – Прошептал Филипп, после того, как Сайрус закончил. – Ты боролся за мою жизнь три года! Как?
Сайрус не смог бы ответить на этот вопрос, даже если бы захотел. Он лишь устало пожал плечами.
– Твою жизнь уничтожили! Твое имя растоптали, заставляя прятаться под другими! – Филипп был переполнен праведным гневом. – Из-за того, что мы натворили, семья мисс Монгроув потеряла всё! Еще одно имя было втоптано в грязь, юная девушка подверглась смертельному заклятью, а потом была приговорена к казни!
Его глаза сияли, а лицо настолько преобразилось, что сразу стало видно, что перед ними наследник Кармифола. Принц Филипп поднялся с места.
– Хватит, Амир! Пора положить этому конец! Пора возвращаться домой!
Глава двадцать пятая, в которой ласковое солнце Кувейна приносит покой…
Беверли встречала рассвет над песками Кувейна, забравшись в башню под золотым куполом. Это было что-то вроде смотровой площадки, обдуваемой с четырех сторон. Она сидела на широком ложе, как и повсюду здесь, заваленном разноцветными подушками. Эта своего рода кровать была скрыта под прозрачным пологом, который развевался на легком ветру. Вход в башню девушка нашла, прогуливаясь и предаваясь размышлениям. Она вспоминала ушедшую ночь и обдумывала свои дальнейшие действия.
– Господи! Господи! Господи! – Мелинда Монгроув вылетела из общего зала и понеслась по коридору. Беверли бросилась за ней.
Нужно было отдать должное ее матушке, которая стойко выдержала встречу с наследным принцем и рассказ Амира. Как только мужчины уединились для личного разговора, Мелинда дала волю эмоциям, которые так тщательно скрывала от Филиппа.
– Все это время ты была замешана в дворцовых интригах?! – Беверли не совсем поняла, какие именно чувства мама вложила в этот вопрос.
– Ну, я бы не назвала это интригами…, – робко начала девушка.
– Ты знала, что принц жив? – Ошеломленным шепотом сказала мама. Беверли видела, как она борется с противоречивыми чувствами, обуревавшими ее. Мелинда злилась, негодовала, восхищалась, гордилась и ужасно боялась.
– Да, но недолго…
– Господи! Я не знаю, что сказать тебе. Отругать или похвалить. – Матушка Беверли тяжело дышала, она достала платочек и начала обмахиваться им в поисках свежего воздуха.
– Прежде всего, успокойся, дорогая. – Мистер Монгроув вовремя подоспел на помощь.
– Ты тоже знал? – Прищурилась Мелинда. – Вы все знали. И даже Кортни.
– Мы не хотели тревожить тебя…
-Тревожить? – Громким шепотом возмутилась она. – Моя дочь связалась с бывшим придворным магом, который обвинялся в убийстве наследника короны Кармифола! Она участвовала во всех этих непристойных его …, как бы это назвать поприличнее…, приключениях, подвергая свою жизнь опасности! Они в буквальном смысле перешли дорогу действующему придворному магу, что закончилось арестом!
-Все так, мама, но…
– Я понимаю, что ты делала это ради долга и все такое, поверь, я способна это понять. Но что будет с нами теперь? Куда нам идти? Как жить дальше? У нас даже нет своего дома. – Мелинда сокрушенно опустила руки. – Я понимаю, что вы все думаете о нашем принце и интересах короны, но кто подумает о нас? У тебя есть младшая сестра, Беверли. Что теперь будет с ней?
– Прости, мама. – Беверли взяла миссис Монгроув за руки и вынудила посмотреть себе в глаза. – Я пока не знаю как, но я постараюсь это исправить. Я что-нибудь придумаю.
– Ты продолжишь помогать им? – Спросила ее матушка.
– Да.
– Не сомневаюсь. – Миссис Монгроув перевела взгляд на мужа. – Она всегда была такой. Очень похожей на тебя.
– Ты можешь гордиться дочерьми, дорогая. – Мягко улыбнулся отец.
– Я горжусь, правда! – Мелинда вновь посмотрела на дочь, склонившую голову. – В масштабах всего королевства твой поступок просто бесценен, но я не могу не поддаваться страхам за всю нашу семью.
– Я понимаю. – Тихо повторила девушка, а потом добавила увереннее. – Но я должна помочь Сайрусу…
– Сайрусу? – Гнева в голосе матери не было, но глаза ее сверкнули. – Значит, я была права и твои чувства…
– Мама, я очень прошу, давай сейчас не будем говорить о моих чувствах. Ненадолго отринем их. Я прошу тебя, просто попробуй посмотреть на этого человека иными глазами. – Девушка попыталась добавить своим словам убедительности, горячо сжимая прохладные ладони матери. – Сайрус, или лучше сейчас говорить о нем, как об Амире, положил всю свою жизнь на то, чтобы вернуть друга к жизни. Он мог бы исчезнуть, спрятаться и не рисковать так, ведь его приговорили к казни. Но он не струсил, не сдался! Амир тот, кто самозабвенно шел к цели, тот, кто перевернул мой мир с ног на голову, тот, кто не испугался перемен, тот, кто защищал нашу семью, тот, кто спас Лукаса, тот, кто отомстил за маму и отца! Он заслуживает хоть одного твоего доброго слова!
Беверли поняла, что слишком горячо защищала Сайруса, но иначе она не могла. Ей было больно от того, что ее матушка столь низкого о нем мнения. Она подняла глаза на свою семью и заметила на их лицах застывшее выражение изумления. Одно на всех. Девушка скривилась, не понимая, чем именно вызвала его.
– Он спас Лукаса? – С придыханием вымолвил отец, и Беверли поняла, что именно сделала не так.
– Ох, Лукас меня убьет! – Выдохнула она.
– И буду прав, сестренка! – Её брат стоял, облокотившись на стену и, скрестив руки, наблюдал за семьей. – Умеешь ты испортить момент!
Беверли улыбнулась, вспоминая воссоединение семьи. Кортни так визжала, что слуги сбежались на ее вопли. Мама с трудом узнала в этом возмужавшем, заросшим бородой мужчине, своего мальчика. Она плакала и смеялась, а потом снова плакала. Даже мистер Монгроув дал волю чувствам. Сердце девушки радостно колотилось, когда она вновь и вновь вызывала в голове эту картину. Девушка встала и подошла к одной из каменных колонн, державших на себе купол. Она прислонилась к ней плечом, встречая едва зарождавшуюся зарю. Когда Беверли слышала от Сайруса о рассветах в Кувейне, она даже предположить не могла, какими они могут быть разными. Сейчас, город еще окутывала тьма, но огненное зарево, словно живое, медленно пробуждалось. Это было потрясающее зрелище. Маленький, еще совсем тонкий ободок солнца, стелил по золотому песку легкую, можно сказать, робкую тень. Она словно осторожно кралась, боясь раньше времени потревожить землю. Остаток ночи ее семья придавалась счастливым беседам, а потом разбрелись по приготовленным для них комнатам. Сайрус уединился с Филиппом и уже довольно долго беседовал с ним у фонтана, Беверли не стала тревожить их и сама нашла себе «комнату».
Спать совсем не хотелось, даже, несмотря на дикую усталость. Ее самочувствие заметно улучшилось, хотя она не назвала бы его идеальным. Прежде чем увидеть, девушка почувствовала приближение Сайруса. Она кожей ощущала его силу, вызвавшую дрожь по телу. Мужчина медленно приблизился, мягко ступая легкими неслышными шагами. Беверли не стала оборачиваться или проверять, она знала, что это он и позволила себе насладиться этими ощущениями.
– Я рад, что тебе лучше, моя маленькая леди. – Тихо сказал он, обнимая девушку сзади и устремляя взгляд к горизонту. – Мне приятно видеть, что твоя кожа больше не такая бледная, а темные тени под глазами совсем исчезли.
Он положил голову на ее плечо, и горячее дыхание обожгло кожу. Беверли спиной ощущала, как бьется его сердце.
– Да, согласна, выглядела я как мертвец. – Улыбнулась девушка.
– Нет, – Сайрус отстранился и развернул девушку к себе. – Ты выглядела шокирующее, но все равно прекрасно. Прости, возможно, ты не поймешь, но в магическом смысле твой вид способен был ошеломить и подчинить себе любой взгляд. И еще это платье…
– А, платье…, – девушка неловко вывернулась из его рук и отошла в сторону, – я почти вышла замуж, знаешь ли.
– Это я вижу, и ты даже представить себе не можешь, насколько я счастлив, что прозвучало «почти». – Сайрус тоже ощущал неловкость, это она поняла по тому, как он провел рукой по волосам. Его что-то смущало, но она боялась спросить прямо.
– Не мог бы ты…, – Беверли взглядом указала на платье, а потом руками развела юбку, – ну, знаешь…
– С удовольствием. – Сайрус подошел ближе и улыбнулся, на что сердце бедной девушки откликнулось пропущенным ударом. Мужчина взял ее за руки, а потом осторожно подул, делая небольшую дугу головой.
Беверли почувствовала, что что-то изменилось, и быстро посмотрела вниз, заставляя себя оторваться от магических глаз Сайруса. Вместо подвенечного платья, прилично потасканного, кстати, на ней оказалось то самое, в котором она пришла в лавку в первый рабочий день, насыщенного зеленого цвета. Беверли на миг показалось, что она снова дома, настолько уютно ей было в этом наряде.
– Почему ты выбрал именно его? – Спросила девушка, не желая выпускать его руки из своих.
– У меня была мысль, облачить тебя в то совершенство с плюмериями, но подумал, что в нем тебе будет неудобно. – Усмехнулся он. Сайрус посмотрел на нее внимательнее и веселость его вмиг улетучилась. – Прости меня, Беверли.
В его глазах было столько мольбы, столько сожаления и боли, которые заставляли душу изнывать от сочувствия. Сайрус отошел к колонне, снова переводя свой взгляд на поднимающееся солнце, а Беверли присела на кровать.
– Прости меня, – снова сказал он и обернулся.
Она могла бы сказать, что ему не за что просить прощения, но понимала, что никакие слова сейчас не возымеют должного эффекта.
– Подойди ко мне. – Мягко сказала Беверли.
Сайрус помедлил лишь мгновение, а потом приблизился к ней и опустился на колени. Девушка ласково улыбнулась и провела рукой по его волосам. Мужчина поймал ее руку, а потом положил свою голову на ее колени, прижимая ладонь Беверли к своему лицу.
– Прости меня. – Прошептал он. – Прости, что уничтожил твою жизнь. Прости, что причинил вред твоей семье. Прости, что из-за меня ты чуть не погибла. Прости, что чуть было не опоздал.
Последние его слова прозвучали совсем тихо. Беверли понимала, что ему необходимо было это сказать, поэтому не прерывала. Он должен был высказать все, что у него на душе, снять с себя этот груз, а ее задачей было лишь помочь ему, чтобы чувство вины не разъедало душу Сайруса.
– Я был эгоистом, когда позволил тебе ввязаться в мои проблемы. Я так хотел, чтобы ты оставалась со мной. Твое лицо и улыбка приносили мне покой. Лишь в личине Мортимера я начинал терзать себя угрызениями совести и осознавать, что не должен был позволять себе такое малодушие.
– Я не виню тебя за это. – Беверли подняла его голову и позволила себе утонуть в страдающих глазах. – Ты просто устал быть один. И каждый раз, когда я думаю об этом, мое сердце кровоточит.
– Но это не было поводом подвергать опасности и тебя.
– У тебя просто не было выбора. – Улыбнулась девушка. – Я сама втянула себя в это и уже никто не смог бы меня остановить.
Беверли гладила руками любимое лицо, желая избавить его от этой тоски и душевных терзаний.
– К тому же, тебе не кажется, что здесь и судьба сыграла свою роль? – Лукаво подмигнула девушка. – Она свела нас и подталкивала друг к другу. Хочешь кого-то винить, вини ее.
– Умно. – Сайрус, наконец, улыбнулся. – Но разве она виновата, что я не смог оторваться от тебя?
– О, нет! Это лишь мое природное обаяние и магнетизм. – Эти слова вызвали тихий смех Сайруса, и он поднялся на ноги. – Заметь, узнав меня чуть ближе, уже почти невозможно заставить себя отказаться.
Смех зазвучал громче и счастливее, а Беверли в душе ликовала. Она смогла заставить его отвлечься от боли и сожалений. Ее сердце праздновало маленькую победу.
– Скорее твое упрямство и своенравие. Они буквально приводили меня в исступление. – Глаза мужчины стали теплыми и ласковыми, лишая взгляд горечи.
– Давай не будем углубляться в эту тему, я ведь тоже могу рассказать, что приводило в исступление меня. – Девушка поднялась и, сложив руки на груди, выгнула одну бровь.
