Текст книги "Избранная для Легионера (СИ)"

Автор книги: Ксения Старк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 22 страниц)

Глава 50

(Корвел)

– Элирия, ни на шаг от Кати не отходи, – сказал я, не поворачиваясь к ним. Тем, кто стоял за моей спиной, и тем, кто был теперь под моей защитой.

Мой доспех откликался низким гулом, вибрация усилителей отдавалась в костях. Каждая пластина была насыщена энергией, каждый контур – сконцентрированной яростью. Если раньше нужно было сдерживать себя, то сейчас все ограничения были сняты.

– Думаю, сейчас, Корвел, я всё-таки займусь тобой серьёзно, – Кай поднялся, отряхиваясь с той же раздражающей невозмутимостью, будто его легонько толкнули, а не врезали с силой, ломающей скалы.

Я не стал тратить время на ответ. Только действие. Сорвавшись с места, я рванул вперёд, превратившись в сгусток скорости и мощи. Мир сузился до точки – до цели.

Бой начался.

Это был не поединок, а настоящий шторм. Я использовал доспех на пределе: гравитационные прыжки позволяли мне буквально рвать пространство, появляясь перед Каем с немыслимых углов. Каждый удар, усиленный кинетическими усилителями, обрушивался на него с силой падающей молнии. Воздух трещал от перепадов давления, земля содрогалась.

Кай парировал и уворачивался с нечеловеческой пластичностью. Я видел, как воздух вокруг меня мерцал – он пытался сжать пространство, набросить невидимые путы. Но я был готов. Мой доспех отвечал коротким, мощным гравитационным контр-ударом, разрывающим сжатие с оглушительным хлопком. Единственная его тактика, которая хоть как-то работала, – это создание локального поля повышенного давления в тот миг, когда я сближался для удара. Поле замедляло меня на доли секунды, давая ему фору для манёвра.

Но с каждым мгновением становилось очевидно: я доминирую. Мои атаки были выверенными и неумолимыми. Он же отступал, его защита трещала по швам. Пыль покрывала его безупречный костюм, на ткани появились первые разрывы.

И тогда он отступил, его лицо исказила гримаса концентрации. Он раскинул руки, и пространство между ними затрепетало. Воздух сгустился, стал тяжёлым и вязким. Он создал вокруг себя сферу чудовищной гравитации – настоящую зону смерти.

Я остановился на её границе, доспех гудел, компенсируя чудовищное притяжение.

– Даже ты не сможешь долго удерживать такую концентрацию, – холодно констатировал я. – Бессмысленная трата сил.

– Так я и не собирался просто стоять, – на его губах появилась знакомая ядовитая улыбка.

Его рука метнулась за пояс и извлекла странный предмет из тёмного металла с мерцающими прожилками. Что-то знакомое. Я, кажется, видел его во время прошлого боя.

– Вновь решил удрать? – прозвучал мой насмешливый вопрос. – Бегство – это, похоже, в твоём стиле.

– Нет необходимости, – его улыбка стала шире. – На этот раз я использую это иначе.

Кай стоял, держа в руках странный металлический предмет, и его улыбка была торжествующей и безумной одновременно. Воздух вокруг него дрожал от концентрированной мощи.

– Эта моя шкатулочка с талантами, – почти ласково произнёс он, поглаживая поверхность артефакта. – И, к сожалению, твоими силами и этой дуры Элирии я не успел пополнить её возможностями твоей спутницы.

«Что?! Что он имеет в виду?»

– Ну, судя по твоему лицу, ты озадачен немного, – продолжил Кай, наслаждаясь моментом. – Так вот, здесь я храню возможности, которые отобрал у носителей меток. Как я это сделал, можешь спросить у землянки... хотя ты уже не сможешь, так что плевать.

Он начал активировать устройство. Оно замерцало зловещим внутренним светом, и моя интуиция, мой боевой опыт, всё во мне закричало в один голос: «БЕГИ!»

– Скоро ты узнаешь, какой силой можно обладать, зная, как её взять, – его голос стал гулким, наливаясь мощью, исходящей из шкатулки. – И скажу по секрету... от этой силы не убежать. Я и сам смог обладателя этой метки поймать только благодаря тому, что он был полным и наивным идиотом.

Вихрь чужой энергии начал закручиваться вокруг него, поднимая с земли пыль и мелкие камни. Давление, исходящее от него, стало физически ощутимым, давя на доспех, на разум, на саму душу. Я понимал – если ничего не предприму сейчас, всё будет кончено. Я не смогу защитить ни себя, ни Катю, ни Элирию. Единственная мысль, отчаянная и безрассудная, пронзила сознание: ИДТИ НАПРОЛОМ.

Собрав всю свою волю, я сделал шаг вперёд, прямо в эпицентр этого безумия. Это было похоже на попытку идти против урагана. Доспех трещал, предупреждая о перегрузке. Я видел, как Кай смотрит на меня с нескрываемым изумлением, а затем начинает смеяться – высокий, истеричный смех, полный презрения.

– Не думал, что ты такой идиот! – прокричал он сквозь нарастающий гул. – Думаешь, успеешь подойти? А если и успеешь, то что? Сможешь ли нанести удар?

Я не отвечал. Просто шёл. Шаг. Ещё шаг. Пять шагов. Казалось, прошла вечность. Кровь текла из носа, заливая нижнюю часть шлема. Зрение заволакивало красной пеленой.

– Закончено! – спокойно сообщил Кай. – И теперь мы с тобой распрощаемся!

Он поднял шкатулку выше, готовясь обрушить на меня то, что в ней хранилось. И в этот миг случилось нечто, чего не ожидал никто.

Шкатулка просто исчезла.

На лице Кая я впервые увидел неподдельное, абсолютное, оглушающее удивление. Его маска всезнающего кукловода разбилась вдребезги. Он замер, уставившись на свои пустые ладони, и от этой потери концентрации гравитационное поле вокруг него дрогнуло и ослабло.

Этого мгновения мне хватило.

Я рванулся вперёд, уже не сдерживаемый чудовищным давлением. Вся ярость, весь страх за Катю, вся накопленная ненависть к этому человеку вылились в один сокрушительный удар. Моя рука с лёгкостью пронзила плоть и кости, вырвавшись наружу у него из спины с хлюпающим, влажным звуком.

Кай замер, его глаза расширились от непонимания. Он попытался что-то сказать, но из его рта хлынула алая пена. Затем его тело обмякло, и он безжизненно рухнул на колкую землю Некруса.

Я стоял над ним, тяжело дыша, чувствуя, как адреналин медленно отступает, сменяясь ледяным осознанием. Слишком просто. Слишком... буднично. Для такого противника, как Кай, для всех его интриг и амбиций... Я ждал подвоха, последней ловушки, но её не было. Только тишина и бездыханное тело. Легионеры были могущественны, но всё же это просто люди. И такое ранение не оставляло шансов. Жаль. Теперь вопросы о том, как мы здесь оказались, возможно, останутся без ответа.

Я медленно повернулся туда, где оставил Катю и Элирию. И обомлел.

Я ожидал увидеть их испуганные, но живые лица. Я не ожидал увидеть Катю, у которой в руках будет находиться тот самый металлический предмет – шкатулка Кая.

– Как?.. – было единственное, что я смог выдохнуть. Разум отказывался верить. Да и к чёрту всё, – пронеслось в голове, сметая остатки логики.

И в этот момент наши взгляды встретились. В её глазах был не просто испуг, не шок от произошедшего. В них была буря – осознание чего-то невероятного, что она только что совершила, и в то же время – безумное, пьянящее облегчение от того, что я жив.

– Корвел!

Она ринулась ко мне, спотыкаясь о неровный грунт, не обращая внимания ни на что. И я, забыв про усталость, про боль, про окровавленный доспех, сделал то же самое. Мы встретились на полпути, и она врезалась в меня с такой силой, что я едва устоял, обхватив её дрожащее тело своими руками.

– Всё хорошо, – прошептал я, и мой голос, обычно такой твёрдый и безразличный, звучал непривычно мягко. Я прижимал её к себе, чувствуя, как её маленькое хрупкое тело приходит в себя. – Всё уже позади. Ты в безопасности.

– Я так испугалась за тебя.

Во мне что-то сжалось в тёплый, болезненный комок. Эта глупышка, всегда думающая о других, даже когда сама была на волоске от гибели. Я прижал её крепче, опустив голову, и на мгновение забыл о пустоши, о смерти Кая, обо всех загадках. Был только стук её сердца и всепоглощающее чувство, что ради этого мгновения, ради этой одной-единственной девчонки, можно было проиграть тысячу войн и всё равно чувствовать себя победителем.

Глава 51

– Ну никак не открывается, – с досадой выдохнула я. – Может, как-нибудь по-другому? Элирия, давай ты попробуешь?

Я сидела у Корвела на коленях, чувствуя себя в полной безопасности, как в самой надежной крепости. В руках я вертела ту самую загадочную шкатулку Кая, пытаясь понять, как же она работает. Металл был холодным и инертным, без единой щели или кнопки.

Лазурная легионерка, стоявшая поодаль и до этого момента старательно игнорировала нашу с Корвелом немую сцену, тяжело вздохнула. Она подошла и протянула руку.

– Лучше я займусь этим, а то уже тошно на вас смотреть.

Я была только рада отвлечься от этой неподатливой вещицы. Меня сейчас волновало совсем другое. А именно – человек, на коленях у которого я устроилась. Наконец-то он смог снять с себя громоздкий боевой доспех, и ничто больше не мешало мне прижаться к его мощной груди, чувствуя тепло кожи под тонкой тканью футболки. Правда, для этого пришлось пойти на небольшой моральный компромисс. Чтобы он наконец смог снять шлем нужна была маска, а единственная осталась только на лице Кая и она была вся в крови. Корвелу же было плевать на это он её снял и оттёр кровь предложенной мной тряпочкой или точнее остатками бинтов.

И вот я сидела, уткнувшись носом в его шею, а его сильные руки обнимали меня, прижимая к себе. Я сияла от счастья, и по тому, как он расслабленно откинул голову на скалу позади и прикрыл глаза, было ясно, что он доволен не меньше. Прямо чувствовалось, что доволен как удав. Хе-хе.

Элирия, покрутив шкатулку и безуспешно попытавшись воздействовать на нее то ли силой, то ли своей энергией, снова раздраженно фыркнула.

– Ничего не выходит. Механизм или блокировка – не моя специализация. – Она уже протягивала руку, чтобы вернуть мне злополучный предмет, как вдруг мы все трое замерли, услышав отчетливый, тяжелый звук.

Шаги. Кто-то приближался.

Мы мгновенно напряглись. Корвел инстинктивно прижал меня к себе, а его свободная рука сжалась в кулак. Элирия приняла боевую стойку. Из-за гребня черных скал показалась высокая, массивная фигура. Тот, кого мы меньше всего ожидали увидеть.

Бон!

Он шёл неспеша, тяжело переставляя ноги, будто только что пришёл в себя после долгого забытья. На нём была та же форма, что и на станции Кая, а на лице – стандартная кислородная маска. Значит, его тоже вышвырнуло сюда, в эту пустошь.

Корвел встал с места приподняв меня и, мягко отодвинул в сторону. На его лице – ни тени усталости, лишь мгновенная, холодная концентрация на новой угрозе. Он уже сделал шаг в сторону Бона, когда я схватила его за руку.

– Подожди, тебе и так досталось, – прошептала я, глядя на его бледное, уставшее лицо.

Он хмуро посмотрел на меня, в его глазах читалось привычное упрямство.

– Он представляет опасность. Его нужно обезвредить, а потом допросить. Он мог знать больше о планах Кая. И, возможно, понимает, как пользоваться этой штукой, – он кивнул на шкатулку, которую я всё ещё сжимала в руках.

Но прежде чем я успела что-то возразить, вмешалась Элирия.

– Пойду я сама с ним разберусь, пока вы тут мило общаетесь, – бросила она, срываясь с места и направляясь к приближающемуся гиганту. Её поза была смертоносной и уверенной.

Корвел лишь коротко хмыкнул, но остался на месте. Он, как и я, был уверен в силах Элирии. В конце концов, именно она на станции уложила Бона спать, хотя тогда со стороны это выглядело так, будто она его прикончила. Единственное достоинство Бона – его чудовищная живучесть.

Ожидаемой схватки, однако, не произошло. Элирия, не обменявшись с гигантом ни единым словом, жестом показала ему следовать за собой. И, к нашему удивлению, Бон покорно поплёлся за ней, его исполинская фигура поникла. Вернувшись, Элирия с легкой усмешкой произнесла.

– Сдался. Думаю, вид его мёртвого босса произвёл неизгладимое впечатление.

Она была права. Бон, подойдя ближе, бросил пустой, безучастный взгляд на бездыханное тело Кая, лежащее неподалёку, и понял, что его положение более чем шаткое.

Корвел, не теряя времени на церемонии, сразу перешёл к сути.

– Вот твой выбор, – сказал он, глядя на Бона. – Отвечаешь на вопросы – останешься жив, но в тюрьме. Не отвечаешь – останешься здесь. Я не знаю, есть ли тут чем питаться, есть ли вообще возможность выжить и насколько часто пролетают корабли. И вряд ли у тебя будет возможность отправить им сигнал. Выбирай.

«Интересно, как он начал, но сможем ли мы выбраться отсюда?» – мелькнула мысль.

Исполин несколько секунд молча смотрел на Корвела, его крошечный мозг, видимо, с трудом переваривал предложенные варианты. В конце концов, он глухо пробурчал.

– Тюрьма.

– Умный выбор, – произнёс Корвел без тени эмоций. – Первый вопрос: в чём был главный замысел Кая? Какой смысл он вкладывал во все свои действия?

– Для Кая задача была ясна – набрать такую силу, чтобы никакие армии не могли его остановить. А я... я просто решил примкнуть к этой силе. Так сказать, быть рядом с победителем. Сильный всегда прав, а он обещал стать сильнейшим. Зачем ему трон? Не знаю. Может, ради власти, может, для чего-то ещё. Он не посвящал меня в свои планы.

– И ты был так уверен, что у него получится? – спросил Корвел, и в его голосе послышалась лёгкая насмешка.

– Конечно, уверен. Та вещица, что ты держишь в руках, – он ткнул толстым пальцем в мою сторону, – она буквально то, что может уничтожить даже армии. С такой силой он стал бы непобедим. А я – рядом.

От этих слов по спине пробежали мурашки. Я посмотрела на холодный металл шкатулки, лежащий у меня на ладони. Казалось, он стал тяжелее. Эта маленькая, неприметная вещица обладала силой, способной сокрушать целые армии?

Корвел обменялся со мной быстрым, многозначительным взглядом. В его глазах я прочитала то же, что чувствовала сама: облегчение от того, что эта штука теперь не в руках маньяка, и холодную тревогу от осознания её истинной мощи. Теперь эта сила была у нас. И вопрос о том, что с ней делать, висел в разрежённом воздухе Некруса, становясь новой, пугающей загадкой.

– И как собственно она способна на это? – уточнил он, кивнув на шкатулку в моих руках. – Кай сказал, что в ней сила носителей меток.

Бон перевел жадный, алчный взгляд на шкатулку, словно видел не бездушный металл, а источник невероятной мощи.

– Такие силы, если объединить, могут стать огромной, – глухо прорычал гигант. – Ты держишь в руках что-то уникальное. Каждый носитель сам по себе – огромная сила, и у каждого она почти уникальна. Овладеешь всеми – и тебя не остановить.

В его простых словах заключалась чудовищная логика. Вспомнились обрывки фраз Кая, его помешанный интерес к меткам, его холодная жестокость.

– Что-то такое говорил Кай, когда я лежала у него на столе, – тихо прошептала я, чувствуя, как по спине пробегает холодок. – Значит, вот для чего ему эта «коллекция».

– И как он забирал силу такую? – продолжил допрос Корвел.

– Ну, как я знаю, он просто вырезал метки, – равнодушно ответил Бон, и от этого бесстрастного признания у меня сжалось сердце. – А потом уносил в свою лабораторию. И после этого у этой шкатулки появлялись новые возможности.

– Какой-то бред, – скептически фыркнула Элирия, скрестив руки на груди. – Похоже на магию какую-то. Я в это не верю.

Бон медленно повернул к ней свою крупную голову. В его маленьких глазах, обычно тупых и злых, на мгновение мелькнула искра чего-то, отдаленно напоминающего мысль.

– Носители меток – это загадка. Как и их появление. Так что всё – магия до тех пор, пока научно не обосновано что-то, – произнес он на удивление связно. – Ведь когда-то и космические корабли, покоряющие космос, мы могли посчитать за проявление магии.

Я смотрела на него с изумлением. Я не ожидала от такого человека, как Бон, такого философского подхода. Но всё стало на свои места после его следующих слов.

– Ну, так по крайней мере говорил Кай, – добавил он, и его лицо снова стало пустым и покорным.

Корвел неотрывно смотрел на гиганта, впитывая каждое слово.

– И много он меток насобирал? – спросил он, и в его голосе прозвучал опасный интерес.

Бон пожал массивными плечами.

– Не знаю.

– И что с теми людьми, у которых он их вырезал? – выдохнула я, боясь услышать ответ.

Исполин посмотрел на меня своим тяжелым, бесчувственным взглядом.

– Мертвы. Кай считал, что они всё равно опасны, и подстраховывался. Ведь кто знает – может, метки будут восстанавливаться у них. Был случай, что он встретил носителя той же самой метки, которую у одного уже отобрал.

Меня аж передернуло от осознания того, что меня ждало. Та самая комната, плазменный скальпель, его холодные, изучающие глаза... Он не просто хотел мою метку. Он планировал убить меня, как убил других. Чтобы обезопасить себя. Чтобы его коллекция осталась уникальной.

Я невольно сжала шкатулку в ладони. Холодный металл вдруг показался обжигающе горячим, пропитанным болью и смертью невинных людей. Эта маленькая, неприметная вещица была не просто оружием. Она была квинтэссенцией зла, собранной по крупицам ценой десятков, а может, и сотен жизней.

Корвел, почувствовав мою дрожь, положил свою большую, тёплую руку мне на плечо. Тяжелое, гнетущее молчание повисло над выжженной пустошью Некруса, нарушаемое лишь шипением наших масок. У нас в руках оказалась сила, способная изменить всё. И теперь нам предстояло решить, что с этой силой делать.

– Самого опасного он хоть и поймал, так и не смог получить его силу, – глухо добавил гигант, его бесстрастный взгляд блуждал по нашим лицам.

Мы заинтересованно перевели на него взгляды.

– Того, кого выпустила эта сисястая, – Бон брезгливо мотнул головой в сторону Элирии. – Похоже, всё в них ушло, а не в голову.

Элирия, не говоря ни слова, с молниеносной скоростью нанесла ему звонкий подзатыльник. От этого мощного щелчка голова гиганта дёрнулась, и на душе у меня стало легче. Бон с угрожающим скрежетом повернулся к ней, но промолчал.

– Если ты ещё что-то в мою сторону скажешь, то после допроса я отрежу тебе язык, – холодно пообещала Элирия.

– Теперь объясни, про кого ты? – заинтересовано спросил Корвел.

– Тот, скорее всего, из-за кого мы здесь и оказались, – пробурчал Бон, потирая затылок. – Я не знаю, как Кай его поймал, но он сам его боялся и запечатал в стазис. А эта... – он снова кивнул на Элирию, – взяла и выпустила его.

– Насколько он опасен и почему ты уверен, что это из-за него?

– Очень опасен, раз со всей своей силой Кай боялся к нему подходить, – ответил Бон. – А сила... точно не скажу, но что-то связано с временем. Его Кай называл «Хранителем». Может, с этим его сила и была связана.

В моей памяти чётко всплыл образ того существа с угольно-чёрной кожей и светящимися синими линиями, которого мы видели на станции. Его безэмоциональный голос, прозвучавший тогда в коридоре: «Совсем скоро. Но не прямо сейчас». Если так…

– Что ты этим хочешь сказать? – перебила мои размышления Элирия, уставившись на Бона. – Что нас не просто переместили в другое место, а во времени? Корвел, мне кажется, он нас за дураков держит.

– А мне так не кажется, – спокойно, почти отрешённо произнёс Корвел. – Ведь так и есть.

Мы с Элирией непонимающе уставились на него.

– Эта планета, – сказал он, глядя прямо мне в глаза, – та самая, где мы с тобой встретились, Кать. Некрус. И сейчас, в этой временной точке, ты только что очутилась здесь в первый раз. Помнишь, ты говорила, что слышала мой голос когда я тебя допрашивал? Так вот, это была не галлюцинация. Это был я. И это я отнёс тебя к челноку.

От его слов у меня перехватило дыхание. Мир на мгновение поплыл. Вся та странность нашего первого «знакомства», его бархатный голос из ниоткуда, его слова «Держись»... Всё это было правдой. Не гипоксия, не бред, а реальность. Он был там. Он спас меня тогда. Мозг отказывался принимать этот факт, вызывая оглушительный, внутренний вихрь из непонимания, шока и странного, щемящего облегчения.

Я попыталась что-то сказать, но слова застряли в горле. Я могла только смотреть на него широко раскрытыми глазами.

– Я кое-что не могу понять, Корвел, – опасливо, сквозь зубы произнесла Элирия, разрывая натянутое молчание. – У нас есть челнок, на котором мы можем улететь, а ты молчишь?

– Он уже улетел, – абсолютно спокойно констатировал Корвел. – Ты разве не видела?

– Что? – Элирия отшатнулась, будто её ударили. – Ты лишил нас шанса…

– Замолчи! – его голос прозвучал резко и раздражительно. Было ясно, что его гнев вызван не вопросом, а тем, что Элирия только что выдала Бону нашу главную слабость: мы в таком же положении как и он. – Мы появились здесь, но наши прошлые версии от этого не исчезли. И представь, что будет, если мы с ними встретимся? Я себя бы убивать не стал. А кто-то ещё смог бы со мной справиться? Да и кто знает наверняка, что будет при встрече двух версий одного человека в одной временной точке? Разные теории есть, но проверять их на себе я не особо хочу.

Элирия резко замолчала, сжав кулаки. По её напряжённой спине и яростному взгляду было видно, что она в ярости, но спорить не стала. Логика Корвела была железной.

Он снова перевёл свой тяжёлый взгляд на Бона.

– Теперь говори, как пользоваться этой штукой? – Корвел кивнул на шкатулку в моих руках. – И как вам тогда удалось от меня сбежать? Ты же видел, как Кай ей пользовался.

Бон почесал свой массивный подбородок, размышляя.

– Врать не буду. Я для Кая был не другом, а просто ещё одним солдатом. Но как именно он активировал эту штуку, я видел. Только не знаю, как он выбирал именно нужную способность.

– Тогда расскажи, как именно он её активировал, – потребовал я. – А дальше я разберусь.

Бон и Корвел перевели взгляд на меня.

– Просто... – начала я, чувствуя, как на меня смотрят, и сжимая в ладони холодный металл шкатулки. – У меня, кажется, именно такая способность. Иначе бы мне не удалось просто так изъять её из рук Кая.

Корвел смотрел на меня несколько секунд, а потом его лицо озарила редкая, тёплая улыбка.

– Ну как же мне повезло с тобой, – произнёс он с лёгким изумлением в голосе. – А вот у меня так и не понятно до сих пор, за что отвечает моя метка.

Воспользовавшись моментом и желая разрядить обстановку, я игриво ухмыльнулась.

– Ой, а я знаю! За призыв меня!

На мои слова Корвел рассмеялся – низким искренним смехом, который был такой же редкостью, как и его улыбка. Элирия и Бон синхронно, с выражением глубокого страдания на лицах, тяжело вздохнули.

– Ну что ж, – Корвел выдохнул, и его взгляд снова стал деловым. – Давайте попробуем. Рассказывай, Бон.