Текст книги "Избранная для Легионера (СИ)"

Автор книги: Ксения Старк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 22 страниц)

Глава 42

Дверь бесшумно закрылась, оставив меня наедине с мерцающим светом, жужжанием плазменного скальпеля, который Кай в спешке забыл выключить и бросил на соседний столик, и с давящим ужасом моего положения.

Страх, острый и парализующий, начал понемногу отступать, сменяясь цунами отчаяния и беспомощной ярости. «Что делать? Как выбраться? Времени нет совсем! Он вернётся, и тогда... тогда будет больно. Очень больно. И бессмысленно. Я стану ещё одним «образцом» в его ужасной коллекции».

Я вновь изо всех сил дёрнула руку, пытаясь вырвать её из стального хвата ремня. Ничего. Только кожа на запястье протестующе заныла, натёртая жёстким полимером. Чёрт! ЧЁРТ!

Мозг лихорадочно продумывал варианты, скача с одной безумной идеи на другую. Поднапрячься и порвать ремни? Смешно. Перекусить их зубами? До них даже дотянуться было невозможно. Попытаться сдвинуть стол? Стол был монолитом, влитым в пол, и не дрогнул ни на миллиметр.

Ничего. Абсолютно ничего. Я была полностью, абсолютно беспомощна.

От этой мысли стало муторно и горько до слёз. Корвел... Корвел так старался тогда, на площади, защитить меня. Рисковал собой, сражаясь один против троих. А я? А я, дура бестолковая, своим непослушанием всё испортила. Теперь я здесь и жду, когда ко мне вернётся маньяк с выжигателем.

Но сидеть сложа руки и просто ждать – это было не в моих правилах. Нужно было что-то делать. Хоть что-нибудь.

Я заставила себя успокоиться, сделать глубокий вдох. Паника не помощник. Осмотреться. Использовать то, что есть.

Что есть? Я прикована. И... плазменный скальпель. Он лежал так близко от моей правой руки, зловеще поблёскивая и тихо шипя. Ключ к свободе. И к самоувечью, если я хоть на миллиметр промахнусь.

Дотянуться до него было физически невозможно. Руки вытянуты вдоль тела, закреплены выше и ниже локтя. Но если... если попытаться не вырвать руку, а просунуть её глубже? Ослабить хватку? Ремень на запястье был тугим, но не впивался в плоть до кости. Если расслабить кисть…

Я сосредоточилась на правой руке. Расслабила мышцы, представила, что моя кисть становится тонкой и гибкой. Пальцы вытянула, сложив их вместе. И медленно, миллиметр за миллиметром, попыталась протащить руку сквозь петлю.

Боль. Резкая, режущая. Кожа на костяшках пальцев заскрипела, сдираясь о шершавый полимер. Я стиснула зубы, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. Но я не останавливалась. Тянула. Давила. Кровь проступила на содранных костяшках, смазывая кожу, и от этого рука стала проскальзывать чуть легче. Это был крошечный, ничтожный успех. Но он был.

Но этого было мало. Слишком медленно! Каждая секунда была на счету. В отчаянии я уставилась на скальпель. «Чёрт, просто окажись у меня в руке! ДАЙТЕ МНЕ ЕГО!» – закричало всё внутри меня, смесь мольбы и ярости, направленная в никуда.

Я из последних сил рванула руку на себя, уже не пытаясь быть аккуратной, чувствуя, как кожа на запястье и костяшках разрывается в клочья о безжалостный ремень. И в этот миг случилось нечто.

Метка на моём запястье ВСПЫХНУЛА. Огненной волной жара, которая выжгла все остальные ощущения. Мир на мгновение поплыл, зазвенел в ушах. Воздух вокруг моей правой руки сгустился, затрепетал.

И скальпель... скальпель просто исчез со столика.

В ту же секунду я почувствовала обжигающий, едкий запах и резкую тяжесть в правой ладони. Я инстинктивно разжала пальцы и вздрогнула – прямо в моей окровавленной руке, едва не разрезав мне ладонь, лежала рукоять плазменного скальпеля. Его энергетическое лезвие с шипением прошло в миллиметре от моего бедра, обдав жаром кожу. От боли я чуть не уронила и так слабо держащийся в руке скальпель.

Что... что это было? Я ничего не понимала. Голова кружилась, по телу разливалась слабость, а метка пылала, как раскалённый уголь. Но времени на раздумья не было. Чудо, случайность, галлюцинация – неважно. У меня в руке было оружие. И ключ.

Я вцепилась в рукоять, а пальцы так тряслись, что я боялась его уронить. Господи, сейчас самое страшное. Ремни держали руку в двух местах – один прямо у кисти, второй повыше. Чтобы дотянуться до нижнего, надо было вывернуть запястье почти под прямым углом. Больно. И чертовски опасно – это шипящее лезвие могло в любой момент соскользнуть и прожечь мне руку до кости.

Сердце колотилось так, что я его слышала. В горле пересохло. Нужно было дышать, но получались какие-то короткие, жалкие вздохи. Ладно, Катя, соберись.

Медленно, почти по миллиметру, я стала подводить кончик скальпеля к ремню на запястье. Рука дрожала, лезвие плясало в воздухе в сантиметре от моей же кожи. Ещё чуть-чуть... Чуть-чуть…

Резкое шипение и неприятный запах. Ремень на запястье распался. Я дёрнула кисть, чувствуя, как ободранная кожа жжётся и вытащила её. Фух... Но радоваться было рано. Верхний ремень, у плеча, всё ещё держал руку намертво.

Теперь, хоть и ненамного, но стало легче. Я смогла развернуть скальпель поудобнее и быстрее перерезала верхний ремень. Рухух... Плечо онемело, затекло, но зато теперь рука свободна.

Я опустила руку, отдышалась пару секунд и принялась за левую. Действовала уже увереннее, но страх никуда не делся. Каждый раз, когда плазма шипела, я вздрагивала. А когда перебиралась на ноги, рука дрогнула от усталости, и лезвие чиркнуло мне по голени. Я аж вскрикнула от неожиданности – больно, чёрт возьми! Но сквозь слёзы продолжила, стиснув зубы. Лишь бы выбраться.

Последний ремень лопнул. Я просто лежала, слушая, как бешено стучит сердце, и пыталась отдышаться. Пахло гарью, потом и кровью. Потом, шатаясь, как пьяная, сползла со стола на пол.

В руке я всё ещё сжимала рукоять скальпеля. Моё единственное оружие. И немое напоминание о том, что только что случилось что-то непонятное.

Но разбираться с этим предстояло потом. Сейчас надо было бежать. Пока Кай не вернулся.

Глава 43

Покинув ту комнату ужаса, я почувствовала, как камень с души немного свалился. Сам факт того, что я могу двигаться, дышать свободно, а не быть прикованной к тому адскому столу, был уже победой. Я шла по пустынному, залитому неестественно ярким светом коридору, сжимая в потной, окровавленной ладони рукоять плазменного скальпеля. Он был моим единственным утешением и оружием, хотя мысль о том, чтобы действительно кого-то им ударить – а уж тем более убить – вызывала во мне тошноту. Я не была убийцей. Но если придется защищаться... Я сглотнула комок в горле. Не дай бог.

Самое странное было то, что вокруг не было ни души. Ни охраны, ни техников, никого. Корабль или станция, я до сих пор не поняла, был пуст, словно вымер. Лишь тихое гудение систем жизнеобеспечения нарушало зловещую тишину. Эта пустота нервировала больше, чем если бы за мной гналась толпа.

Я шла почти наугад, стараясь двигаться как можно тише, прислушиваясь к малейшему звуку. И вскоре я вышла к знакомому месту – тому самому просторному отсеку с пультом управления, где Элирия нашла меня в прошлый раз и отвела к Каю.

И вот тут я их услышала. Голоса. Низкий, гулкий бас Бона и спокойный, но теперь отчётливо напряжённый баритон Кая. Они приближались, и их слова долетали до меня обрывками.

– ...всю секцию обыскали. Никого. – рычал Бон.

– Элирия тоже не выходит на связь? – голос Кая был холоден, но в нём слышалась стальная струна раздражения.

– Нет. И её трекер отключён.

Я затаила дыхание, прижимаясь к холодной стене. Мне нужно было спрятаться, и немедленно! Глаза метнулись по сторонам, и я заметила узкую техническую нишу с панелью вентиляции неподалёку. Не думая, я рванулась к ней, протиснулась в узкое пространство между стеной и панелью, стараясь не задеть её. Я едва успела втянуть ноги, как из-за поворота вышли Кай и Бон.

– Неважно, – отрезал Кай. – Эта стерва выпустила Объект Семь. Если мои подозрения верны и она действительно работает на Протексуса, то она совершила фатальную ошибку. Теперь под ударом все, включая землянку.

У меня похолодело внутри. «Объект Семь»? Работает на Корвела? Элирия? Голова пошла кругом от этой информации. Значит, не всё так просто. И если даже Кай, этот всесильный маньяк, считал, что они все в опасности, то ситуация была хуже некуда.

– Может, она сама попала под удар? – предположил Бон.

– Выпустить объект можно и дистанционно, – ответил раздражённо Кай. – Вопрос в том, откуда у неё были коды доступа к его камере. И она не настолько глупа, чтобы подставлять себя под первый удар. Нет, здесь что-то другое.

– Что будем делать? – спросил Бон, и в его голосе впервые прозвучала неуверенность.

– Почти весь персонал или исчез, или дезориентирован, – с отвращением констатировал Кай. – Значит, Объект уже свободно перемещается по станции. Если он до сих пор не атаковал нас напрямую, значит, занят чем-то другим. Бон, иди и найди эту землянку. Нам нужно забрать её и как можно быстрее покинуть станцию. С этой проблемой я разберусь позже.

Бон уже собрался исполнять приказ, как в этот самый момент по всей станции прокатился мощный глухой удар, от которого задрожала палуба под ногами. Сирены, до этого молчавшие, взревели оглушительным пронзительным воем, и механический голос принялся вещать: «Тревога! Незаконное проникновение в док-отсек 3! Обнаружены неопознанные лица!»

От неожиданного толчка я потеряла равновесие и, пытаясь удержаться, нечаянно задела локтем панель вентиляции. Раздался негромкий, но отчётливый металлический лязг.

В ту же секунду две пары глаз уставились прямо в мою нишу. Кай и Бон стояли в нескольких шагах, и на их лицах застыло удивление, быстро сменившееся у Кая холодным интересом, а у Бона – звериной злобой.

– Как ты умудрилась выбраться? – спросил Кай, его взгляд скользнул по моей окровавленной руке, сжимающей скальпель, и по распоротой одежде в тех местах, где были ремни и я случайно задела её. Его брови поползли вверх. – Интересно... Ты не могла до него дотянуться. Значит, сначала выбралась, а потом взяла оружие? Но как…

Он не успел договорить. Бон, не в силах сдержать ярость, с рёвом сделал шаг в мою сторону, его исполинская ладонь потянулась, чтобы схватить меня.

И тут, словно из ниоткуда, появилась Элирия. Она возникла в дальнем конце коридора и быстрыми, бесшумными шагами встала рядом со мной, лицом к Каю и Бону, чётко обозначая, на чьей она стороне. Её поза была собранной и готовой к бою.

– От тебя столько проблем, – произнесла она, бросая на меня быстрый, не то укоризненный, не то насмешливый взгляд. – В прошлый раз, теперь здесь…

Кай не выглядел удивлённым. Лишь лёгкая, холодная усмешка тронула уголки его губ. А вот Бон, увидев свою напарницу, вставшую на сторону пленницы, буквально взбеленился. Его лицо исказила гримаса чистейшего, немого бешенства, и низкий, рычащий звук вырвался из его груди. Он был готов разорвать её на части.

– Предательница! – проревел он, и его мощный корпус напрягся для броска.

Но Кай поднял руку, останавливая его. Его взгляд, холодный и аналитический, скользил то по мне, то по Элирии.

– Всё встало на свои места, – тихо произнёс он. – Так вот какую игру ты вела, Элирия. Выпуск Объекта, саботаж... Всё ради того, чтобы спасти эту девчонку? Или у тебя были другие причины?

Элирия ничего не ответила, лишь её пальцы сжались чуть сильнее. Воздух в коридоре наэлектризовался, став густым и тяжёлым, будто перед грозой. Сирены продолжали выть, напоминая, что где-то рядом есть и другая, неведомая угроза, но здесь, в этом коридоре, завязался свой, куда более личный и смертельный конфликт.

Глава 44

Яростный рёв Бона прокатился по коридору, заглушая на мгновение вой сирен. Его исполинская туша, собравшаяся в пружину, рванулась вперёд, намереваясь снести Элирию, стоявшую на его пути. Казалось, ещё секунда – и он раздавит её и меня.

Но этого не произошло.

Внезапный взрыв потряс станцию или корабль. Не просто вибрация, а мощный, глухой удар, от которого содрогнулись всё. Пол под ногами дёрнулся так сильно, что Бон, не успев сделать и шага, грузно завалился в сторону. Кай, обычно невозмутимый, отшатнулся к стене, инстинктивно ища опору.

Нас с Элирией отбросило, но она довольно быстро отреагировала. Схватила меня за руку, не дав мне на скорости врезаться в стену, и мы вместе откатились на несколько метров, увеличив дистанцию с противниками.

– Отлично, – прошептала она, и в её голосе сквозь напряжение пробивалось удовлетворение. – Наконец-то он начал действовать.

Её пальцы проворно выхватили из-за пояса чёрный цилиндр, напоминающий гранату. Щелчок – устройство активировалось с тихим шипением. Короткий бросок – и оно покатилось в сторону Кая и Бона.

– Бежим!

Она потянула меня за собой. Обернувшись, я увидела, как из цилиндра вырвалась непроглядная стена чёрного дыма, заполняя коридор и скрывая наших преследователей.

Побег превратился в сумасшедший, сюрреалистичный марафон. Элирия не вела меня по прямым и широким коридорам, наш путь был извилистым и непредсказуемым.

Мы мчались по пустынным служебным тоннелям с оголёнными трубами и гулом вентиляции, в следующую – она уже откидывала панель вентиляционной шахты, и мы пробирались по узким, пыльным лабиринтам, где едва можно было проползти. В какой-то момент она привела меня в заброшенный грузовой отсек, заваленный пустыми контейнерами, и мы, прячась за ними, пересекли его по диагонали, чтобы через технический люк в полу спуститься на уровень ниже.

Всё это время она то и дело поглядывала на небольшое устройство на своём запястье – плоский экран, на котором мигали какие-то схемы и точки. И каждый раз после беглого взгляда её лицо становилось напряжённее, а в глазах читался страх. Она не просто ориентировалась – она от кого-то уходила. От чего-то, что было куда страшнее Кая и Бона.

– Что... что происходит? – выдохнула я, едва переводя дух, когда мы на секунду замедлили шаг в каком-то техническом тупике.

– Молчи и беги, – отрезала она, не глядя на меня.

Мы снова рванули вперёд, выскочив из тупика в очередной длинный, слабо освещённый коридор. И тут Элирия резко замерла, вглядываясь в своё устройство. Её лицо побелело. Она резко развернулась и, с силой втянув меня за собой, отшвырнула в боковую нишу, за выступ какого-то мощного энергетического щита.

– Тихо, – прошептала она, прикладывая палец к губам.

Я затаила дыхание, сердце бешено колотилось, отдаваясь оглушительным стуком в висках. Я не видела и не слышала ничего, кроме гула корабля и нашего сбивчивого дыхания. Но по лицу Элирии было ясно – опасность была рядом.

И тут я его услышала. Не громкие, но отчётливые шаги. Каждый шаг отдавался в тишине гулким эхом.

Из-за поворота в конце коридора показалась фигура. Сначала я подумала, что это один из людей Кая, но через секунду поняла, что ошиблась. Это было нечто иное.

Оно было полностью обнажённым. Его кожа была неестественно чёрного, матового оттенка, словно вырезана из куска ночного неба. И по всему телу, будто зловещие татуировки или пульсирующие вены, тянулись линии яркого синего цвета. Они мерцали тусклым светом, и казалось, что под этой чёрной кожей течёт не кровь, а жидкая энергия. Его движения были плавными, но в них не было ничего человеческого – лишь холодная, механическая грация хищника.

Мой взгляд прилип к его плечу. Там, на фоне угольной кожи, сияла такая же синяя, сложная метка, как у меня и Корвела, только больше.

Существо шло прямо по центру коридора, не скрываясь. Оно повернуло голову в нашу сторону. У него не было глаз в привычном понимании – только два сгустка того же синего света, что и линии на теле. Казалось, оно смотрит прямо сквозь металл щита, прямо на нас, затаившихся в темноте. Любопытство и страх сковали меня, не давая сделать вдох.

Оно не остановилось и не изменило траектории. Проходя мимо, оно замедлило шаг, и его голос, низкий, безэмоциональный, почти механический, прозвучал в гулкой тишине, врезаясь в сознание.

– Совсем скоро. Но не прямо сейчас.

И оно пошло дальше, его шаги затихли в дальнем конце коридора.

Мы с Элирией несколько секунд просто сидели, не в силах пошевелиться. Воздух, казалось, все еще вибрировал от его присутствия. Что это значило? Угроза? Предсказание?

Элирия первая пришла в себя. Она резко встряхнула головой и бросила взгляд на устройство на запястье.

– Ушел, – выдохнула она, и в ее голосе прозвучало невероятное облегчение. – Нам повезло. Очень повезло.

– Что это было?

– Часть плана. Нашего плана, – коротко бросила она, уже отодвигая панель. – Наша задача – встретиться с Корвелом. Это он устроил все эти взрывы и неразбериху. Диверсия, чтобы отвлечь Кая и вызвать хаос. Так что давай так же осторожно убираться отсюда, стараясь не попасться.

Слова Элирии отозвались в душе оглушительным, радостным громом. Корвел. Жив. Здоров. Эти простые слова смыли чёрный ужас последних часов. Он не просто выжил в той схватке – он пришёл за мной. Сюда, в самое логово врага.

Всё внутри залило тёплым, ослепляющим светом. Он был здесь. Не в абстрактном «где-то», а здесь, на этой станции. Его мощь, его несокрушимая воля ощущались почти физически, как щит за спиной. Любой страх перед Каем, Боном или даже тем монстром рассыпался в прах.

– Держись. У нас ещё много работы.

Мы выбрались из укрытия. Пустой коридор казался уже не ловушкой, а дорогой к спасению. Мы двинулись быстрее, и каждый мой шаг был теперь полон не страха, а лихорадочного нетерпения. Увидеть его. Убедиться своими глазами, что с ним всё в порядке. Просто быть рядом.

Мы свернули за угол и встретили тех, кого не особо-то хотелось.

Они стояли, перекрывая проход. Кай и Бон. И если Кай был воплощением ледяной, смертоносной ярости, то Бон пылал, как раздутый горн. Его лицо было багровым от бешенства, а взгляд на Элирию обещал медленную и мучительную смерть.

Кай не сводил с нас холодного, тяжёлого взгляда. Весь его вид говорил об одном – игра окончена.

Глава 45

(Корвел)

Координаты легли на карту, как последние фрагменты пазла. Логово Кая. Место, куда не смогли добраться даже лучшие имперские шпионы. Элирия сработала безупречно и на удивление быстро. В её профессионализме я не сомневался – мы отточили этот план до мелочей, просчитав каждый возможный вариант развития событий. Ну почти каждый.

Я провёл по голографической проекции станции, выводя на передний план схемы энергоснабжения и силовых полей. Идеальная мишень. По первоначальному замыслу, получив сигнал от Элирии о её эвакуации, я бы просто стёр это место с карты вселенной парой залпов с крейсеров, любезно предоставленных Императором для «урегулирования вопроса с Каем». Чисто, быстро, без лишних свидетелей.

Но всё пошло наперекосяк. Катя. Её появление на станции было непредусмотренной, раздражающей переменной, которая превращала чистую спецоперацию в грязную спасательную миссию. Мысль о том, что она сейчас в лапах этого маньяка, заставляла кровь кипеть в жилах. Я представил её испуганное лицо, её дурацкие шутки, которые она пытается выдавить сквозь страх... И холодная ярость, знакомая и давно прирученная, начинала шевелиться где-то глубоко внутри, требуя действия. Выпустить её на волю сейчас было бы величайшей ошибкой.

Я подошёл к стене в своей каюте, где за матовой панелью скрывался отсек с боевой экипировкой. Лёгкое нажатие – и панель бесшумно отъехала, обнажив матово-чёрный каркас костюма. Не стандартная униформа легионера, а нечто более... личное. Штурмовой доспех, собранный по моим чертежам и доведённый до идеала лучшими оружейниками Империи. Он не имел громкого имени, только серийный номер, известный мне и техникам, его обслуживающим. Каждый усиленный мышечный пучок, каждый контур гравитационного стабилизатора был воплощением утилитарной жестокости. Он многократно усиливал скорость, реакцию и, что самое главное, позволял кратковременные гравитационные прыжки – идеально для быстрого проникновения и эвакуации под шквальным огнём.

Я стал облачаться в него, чувствуя, как прохладный полимерный композит прилегает к коже, а системы жизнеобеспечения с тихим гулом выходят на рабочий режим. Это был не просто доспех. Это был инструмент. Продолжение моей воли, облечённое в сталь и энергию. И сейчас этот инструмент был настроен на одну-единственную цель.

«Если план пойдёт по моему сценарию, – думал я, проверяя подачу энергии к усилителям на предплечьях, – то Элирия выведет Катю в условленную точку, и мы поднимем их на борт шаттла. Если нет...»

Мысль оборвалась. По внутреннему каналу связи, зашифрованному и недоступному для прослушки, поступил сигнал. Не заранее оговорённый «всё чисто», а короткий, повторяющийся импульс бедствия. Код Элирии. «Проблемы. Нужна помощь на месте».

Вот и всё. Решение было принято мгновенно, без колебаний. Чистая операция окончательно превращалась в грязную зачистку.

Я вышел из каюты, мои шаги отдавались гулким металлическим стуком по полу. В ангаре уже ждала группа. Не имперские морпехи, нет. Мои люди. Те, кого я собрал за долгие годы, кто был обязан мне жизнью или разделял мои цели. Люди, которым я мог доверять. Последнее, что мне было нужно – чтобы какой-нибудь идейный имперский офицер доложил наверх о «ценном объекте» с Земли и её загадочной метке. Или, что ещё хуже, решил, что базу Кая стоит сохранить для изучения. Нет уж. Эта станция должна была исчезнуть, а все её секреты – сгореть вместе с ней.

– Командир, – кивнул мне старший группы. Его лицо, испещрённое шрамами, было невозмутимо.

– Меняем планы, – мой голос прозвучал через встроенный в шлем модулятор, став низким и безэмоциональным. – Проникаем на станцию. Задача: найти и эвакуировать двух целей. Легионер Элирия и гражданская. Кодовое имя «Солнышко». Всё остальное – вторично. При малейшем сопротивлении – уничтожать. После нашего ухода базу стирают с орбиты. Вопросы?

Никаких вопросов не последовало.

Мы вошли в челнок. Дверь закрылась с глухим стуком. Я занял место пилота, мои пальцы привычно пробежали по панели управления. Корабль отстыковался от «Аквилы» и ринулся вперёд, к мерцающей вдали станции, которая уже пылала в нескольких местах от наших отвлекающих ударов.

Мой взгляд был прикован к экрану. Где-то там была она. И если этот психопат Кай успел причинить ей хоть каплю вреда... Я мысленно перебрал все известные мне способы медленного и болезненного убийства, отбрасывая один за другим как слишком быстрые или недостаточно изощрённые.

Холодная ярость, наконец, вырвалась из-под контроля, заполнив меня целиком. Она не ослепляла, нет. Она оттачивала восприятие, превращая мир в набор тактических схем и уязвимых точек. Это была не эмоция. Это было оружие.

«Держись, Катя, – пронеслось в голове, последняя искра чего-то, что не было гневом. – Я уже близко».

Челнок нырнул в хаос сирен и аварийных огней, направляясь к шлюзу, который Элирия должна была деактивировать. Игра в кошки-мышки была окончена. Начиналась охота.