Текст книги "Избранная для Легионера (СИ)"
Автор книги: Ксения Старк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 22 страниц)
Глава 46
(Корвел)
Тишина была настораживающей.
Мы с группой прочесывали сектор за сектором, и эта гигантская станция была пуста. Ни следов сопротивления, ни трупов, ни паники. Только гул аварийных систем и мигание аварийных огней, подсвечивающих пустые коридоры. По данным Элирии, здесь должен был быть персонал, сотни людей. Но мы не видели эвакуационных капсул. Они просто испарились.
– Командир, сектор 7 чист. Ни целей, ни противника, – доложил один из моих людей по закрытому каналу.
– Сектор 8 тоже пуст. Ничего, – последовал второй доклад.
Я шёл в одиночку по тому маршруту, откуда в последний раз приходил сигнал бедствия от Элирии. Внутри всё сжималось в холодный, тяжёлый ком. Такая чистота не бывает случайной. Это пахло западнёй. Мысль, от которой я долго отмахивался, начала настойчиво стучаться в сознание: а не играет ли Элирия в свою игру? Не она ли заманила нас в эту ловушку?
– Группа, выходите на связь. Доложите статус, – отправил я запрос.
В ответ – молчание. Глухая, давящая тишина в канале, которую не нарушал даже фоновый шум.
– Повторяю, группа, ответьте.
Ничего. Они просто пропали. Все сразу. Чувство, что что-то пошло не просто не по плану, а катастрофически неправильно, сдавило грудь. Я остался один в этом стальном лабиринте, наполненном неизвестной угрозой.
Именно тогда я услышал доносящиеся издалека приглушённые звуки. Не взрывы, не стрельбу, а сдавленные крики, металлический скрежет и тот самый ненавистный бархатный голос, полный холодной ярости. Это шло как раз из того сектора, куда я направлялся.
Я ускорил шаг, усилители в доспехе с тихим гулом подбрасывали меня вперёд. Повороты, лестницы, пустые залы – и вот, наконец, я достиг цели. Перед массивным гермовводом, ведущим в главный исследовательский блок, лежало тело. Мощное, бесформенное, как гора мусора. Бон.
Он был без сознания, его лицо было разбито в кровь, одна рука неестественно вывернута. Кто бы его ни уложил, постарался на славу. Мысль промелькнула молниеносно: мёртвый легионер – это головная боль для Императора и лишние вопросы. А живой, пусть и покалеченный, – весомый козырь, доказательство преступной деятельности Кая. Надо же было что-то предъявить трону, чтобы мои собственные игры сошли за успешную операцию.
Я быстро вколол ему в шею мощный транквилизатор из своего аварийного набора. Этого хватит, чтобы он проспал до самого суда.
– Группа, у меня груз. Нужна эвакуация к челноку. Выходите на связь, – снова попытался я связаться с людьми, уже не надеясь на ответ.
Тишина. Они не отвечали. Придётся тащить его самому на обратном пути, если, конечно, он будет.
Оставив тело Бона в коридоре, я прошел через гермоввод. И замер.
Картина, открывшаяся мне, была выжженной иконой провала. Помещение было изрешечено, стены исчерчены следами от энергетических разрядов. И посреди этого хаоса, прислонившись к искорёженной консоли, сидела Элирия. Её лазурная кожа была бледной, по лицу текла струйка крови из разбитой брови, доспех в нескольких местах был пробит и дымился. Она тяжело дышала, её серебристые глаза, полные боли и ярости, были прикованы к фигуре, стоящей перед ней.
Кай.
Он стоял ко мне спиной, совершенно не скрывая своего присутствия. Его одежда была слегка помята, но он казался абсолютно спокоен, даже расслаблен. В его позе читалось торжество хищника, загнавшего дичь в угол.
Но Кати нигде не было.
Взгляд скользнул по помещению, выискивая её маленькую фигурку, её испуганные глаза. Ничего. Пустота. То самое, давно забытое, леденящее чувство беспокойства, с которым я не сталкивался со времён своей юности, медленно и верно поползло по спине, сжимая горло ледяной хваткой.
Где она?
Мой взгляд, холодный и тяжёлый, скользнул по Элирии, фиксируя её состояние – жива, ранена, но держится. И затем весь мой гнев, всё моё внимание, вся сконцентрированная ярость обрушились на единственную фигуру в центре зала. На Кая.
Я сделал шаг вперёд. Бронебойные сапоги с глухим стуком ударили по металлу пола, отмеряя дистанцию. Второй шаг. Третий. Каждый мой шаг был как удар молота по наковальне, предвещающий бурю.
Воздух стал густым от предстоящей схватки. Я видел, как напряглись плечи Элирии, как её пальцы сжали рукоять оружия. Она чувствовала это – ту нечеловеческую мощь, что исходила от меня волнами, ту первобытную ярость, которую я больше не собирался сдерживать.
Именно в этот момент, когда я был готов рвануться вперёд, из-за груды оплавленных консолей слева послышался шорох. Резкий, нервный. И затем оттуда выскочила Катя.
Вся её маленькая фигурка была одним большим воплощением испуга и отчаянной решимости. Лицо – бледное, в царапинах и пятнах засохшей крови. Широко раскрытые глаза, полные ужаса и, увидев меня, облегчения. Её правая рука была вся в крови – запястье и костяшки пальцев представляли собой сплошную содранную рану. На голени униформы зиял небрежный, опалённый разрез, из которого сочилась алая полоска. В её дрожащей, окровавленной руке был зажат маленький кусочек металла, похожий на скальпель, направленный в сторону Кая, но её взгляд был прикован ко мне.
– Корвел!
Её голос сорвался – сдавленный, надтреснутый от пережитого ужаса, но громкий, полный неподдельной радости.
Она была жива. Перепугана, изранена, но жива. И вид её, искалеченной и всё ещё пытающейся держать оружие, на фоне невозмутимого Кая, вызвал во мне такую волну чистой, немедленной ярости, что мир на мгновение поплыл в красном тумане.
Каю не составило труда почувствовать моё приближение. Он медленно, с театральной неспешностью, повернулся ко мне, его лицо всё так же сохраняло маску холодного любопытства, но в глубине глаз я уловил тень стремительного пересчёта вариантов. Он понимал. Понимал, что очутился в ловушке, из которой не было чистого выхода.
– Корвел, – произнёс он. – Как своевременно. А я уже начал думать, что ты пренебрегаешь нашим гостеприимством.
Я не ответил. Просто сделал ещё один шаг вперёд.
– Жаль, что ты опоздал, – продолжал он, словно не замечая моей немой ярости. Его взгляд скользнул на Элирию, потом на Катю. – Благодаря нашей милой предательнице, ситуация вышла из-под контроля. Теперь у нас, я боюсь, проблема куда серьёзнее. И касается она, поверь, не только меня. Она касается всех. Каждого в этой комнате. И, возможно, далеко за её пределами.
По спине пробежал холодок. Не страх. Нет. Предчувствие. Ощущение, что пол уходит из-под ног.
И именно в этот момент, прежде чем я успел что-либо сказать или сделать, в зале прозвучал новый голос.
Он вибрировал в самом воздухе, в металле стен. Низкий, размеренный, абсолютно безэмоциональный.
– Наконец-то. Все ключевые фигуры в сборе.
Мы замерли. Кай, Элирия, я. Даже Катя перестала дрожать, уставившись в пустоту широкими глазами.
– Время пришло. Начинается финальная фаза.
Я почувствовал это раньше, чем увидел. Резкий, болезненный толчок в самой метке. Не жжение, не зуд, а мощный, всесокрушающий энергетический разряд, исходящий извне. Он прокатился по мне и по Кате, связанным этими проклятыми узорами.
Ослепительный, всепоглощающий, белый свет, который не освещал, а стирал. Он лишил меня зрения, слуха, осязания. Он заполнил собой всё, не оставив ничего – ни ярости, ни планов, ни страха.
Последнее, что я успел почувствовать, – это короткий, отчаянный импульс через метку. Чужой паники. Кати.
А потом наступила тьма.
Глава 47
(Корвел)
Первым вернулось ощущение веса. Тяжёлого, давящего, вдавливающего спину во что-то твёрдое и шершавое. В висках стучало, будто я провёл ночь в дурной компании алкогольных напитков.
Я заставил себя открыть глаза. И тут же сомкнул их снова, пытаясь отогнать наваждение. Нет. Этого не может быть.
Я снова распахнул веки и медленно, с отвращением, поднялся.
Бескрайняя мёртвая равнина, уходящая в абсолютную черноту неба без единой звезды. Подо мной хрустел и скрипел шершавый, колкий грунт. Повсюду торчали острые, неестественные скалы, будто вывороченные наизнанку когти исполинского зверя. Воздух был густым и тяжёлым. Выжженная пустошь. Ад, в котором я нашёл Катю.
Как?
Мы были на станции Кая. Секунду назад – я готов был в этом поклясться – я стоял там, видел Катю, Элирию, этого ублюдка Кая. А теперь... это.
Я неподвижно стоял, вживаясь в жуткую реальность этого места. Скафандр откликался на моё дыхание ровным, тихим гулом. Я провёл рукой по шлему, по блоку управления на предплечье. Тактический дисплей мерцал в углу поля зрения, показывая стабильные показатели. Всё функционировало. Тело было готово к бою, но противника не было видно. Только бескрайняя, мёртвая пустошь.
– Катя! Элирия! – мои слова прозвучали глухо, их поглотила мёртвая тишина этого места. Ни эха, ни ответа.
Пальцы привычно вывели на дисплей запрос о местоположении. Системы навигации, замкнутые на себя в этом проклятом месте, несколько секунд мигали, перебирая данные, сверяясь с картами.
Некрус.
Возврат в точку ноль. Тактический дисплей на внутренней стороне шлема подтверждал: атмосфера разрежена, состав... идентичен данным с Некруса. Это не сон. Не галлюцинация. Это физическое перемещение.
– Финальная фаза? – последние слова, которые я услышал. Кому принадлежал голос и что он имел в виду?
Яркая, ослепительная вспышка в нескольких сотнях метров справа от меня вырвала из размышлений. Чистый белый свет, на мгновение затмивший унылый мрак пустоши.
Инстинкт сработал быстрее мысли. Палец на перчатке коснулся сенсорной панели на предплечье. Тактический сканер вывел на визор данные.
Всплеск неизвестной энергии. Квантовая аномалия. И... биологические показатели. Один человеческий организм. Признаки стресса, дезориентации.
Не тратя силы на собственные способности, я задействовал костюм. Усилители мышц с тихим гулом взвились. Гравитационные стабилизаторы на мгновение скомпенсировали мою массу. Это был не бег – это был сгусток кинетической энергии, рванувший вперед.
Мир превратился в размытую полосу. Скалы, небо, грунт – всё слилось в серо-жёлтую кашу. Две секунды. Три.
То, что я увидел, заставило меня вздохнуть с облегчением. Катя. Живая. Но эйфория длилась лишь мгновение. На ней не было скафандра. Только та самая лёгкая куртка и джинсы, в которых она была, когда я впервые нашёл её у своего челнока. Её состояние? Не было ни следов крови на руках, ни опалённого разреза на ноге. Одежда была цела и чиста, как в тот день. Что за чёрт? Моя память никогда меня не подводила, и я точно помнил её израненной и перепачканной на станции Кая.
Она стояла, пошатываясь, её глаза были широко раскрыты от ужаса и непонимания, она беспомощно оглядывалась на эту кошмарную пустошь. Она была в опасности, и её лёгкие вот-вот должны были ощутить жгучую нехватку кислорода.
– Катя! – крикнул я, сокращая дистанцию.
Она не обернулась. Не услышала. Её сознание уже плыло, захлёстываемое шоком и гипоксией. Я видел, как её взгляд стал стеклянным, как её колени начали медленно подкашиваться. Она медленно оседала на колени, на эту колючую, негостеприимную землю.
Нет. Нет!
Я рванулся вперёд с ещё большей скоростью, оставив позади шлейф пыли. Чёрт! Быстрее!
В последний момент, прежде чем она рухнула лицом в грунт, я подхватил её, не дав упасть полностью.
– Катя!!! – крикнул я снова, уже прямо у неё над ухом, тряся её слегка, пытаясь вернуть её сознание из небытия. Но она никак не отреагировала, её веки лишь слабо дрогнули.
– Нет, слишком рано. Держись.
Одной рукой я удерживал её, а другой уже доставал аварийный запас. Кислородная маска, обязательный элемент моего штурмового доспеха на случай разгерметизации шлема. Сейчас я был бесконечно благодарен своей же дотошности и предусмотрительности инженеров. Быстрыми, отточенными движениями я прижал прозрачную маску к её носу и рту, зафиксировал ремнями.
Сначала ничего. Секунда тягучей, мучительной тишины. А потом – судорожный, жадный вдох. Ещё один. Её грудь вздымалась, ловя спасительный кислород.
– Да, молодец, всё хорошо, – пробормотал я больше для себя, наблюдая, как цвет постепенно возвращается к её щекам, а дыхание выравнивается. – Держись. Всё будет хорошо, – сказал я уже громче, надеясь, что сквозь пелену беспамятства она услышит мой голос.
Что за хрень происходит? Неужели те слова Кати, которые она мне при допросе рассказывала, были не галлюцинацией? Но всё равно, как мы здесь оказались?
Глава 48
(Корвел)
Мысли метались с бешеной скоростью, пытаясь осмыслить абсурд происходящего. Если всё так, и мы оказались в прошлом, пусть и не таком далёком... Другого объяснения просто не было. Я буквально на той самой планете, где когда-то нашёл её. И эта Катя, которую я держал на руках, только что попала сюда. А значит, где-то здесь должен находиться и я.
Чёрт.
Первым делом – найти точку опоры в этом хаосе. Я начал искать сигнал, вручную вбивая в тактический компьютер пароли доступа, которые использовал тогда. Вот он. Совсем недалеко – слабый, но устойчивый сигнал моего челнока.
Сейчас, в этой временной точке, «я» и моя команда занимаются исследованием местности. У меня ещё есть окно. Окно, чтобы оставить Катю в том самом месте, с которого всё началось. Я посмотрел на её безмятежное лицо. Опять придётся тебя отпустить. Чёрт, как же это раздражает!
Но выбора не было. Ладно.
Я подхватил её на руки, ощутив лёгкость её тела через мощь усилителей доспеха, и рванул в сторону сигнала. Пока я несу её, нужно составить план. Как только оставлю её в безопасности, нужно будет искать следы той, моей Кати, с которой мы уже успели пройти через столько всего. Познакомиться, узнать друг друга... полюбить.
Мысль о том, что она сейчас здесь, возможно, также напугана и одинока, заставляла сжиматься сердце. Но что потом? Узнать причину этого временного скачка? Возможно, это может знать Кай и надеюсь, его так же, как и меня, перенесло сюда. Чёрт! Меня просто бесила мысль, что теперь я не смогу прикончить его сразу, как только увижу.
Сначала нужно разобраться, здесь ли они все – Катя, Элирия. И побеспокоиться о том, как я покину эту планету незамеченным собой же. Я лихорадочно перебирал в памяти все странности, которые происходили со мной в те дни. Вроде бы ничего странного не происходило, но я был так сосредоточен на Кате, что мог запросто что-то упустить.
Впереди показался знакомый силуэт, и мои размышления прервались. Челнок.
Первостепенная задача – обезопасить её.
Я подошёл ближе, сканируя периметр. Никого. Система распознавания бесшумно считала мои биометрические данные и идентифицировала меня как капитана «Аквилы». Отлично. Люк с тихим шипением отъехал в сторону. И тут до меня дошло. Тогда, в тот день, я не обратил внимания на одну деталь. Я подумал, что эта землянка пыталась взломать систему челнока, чтобы попасть внутрь, и удивился, почему она не внутри. Но система предупредила меня о несанкционированном доступе за время нашего отсутствия. И теперь я понял – этим несанкционированным доступом был я.
Оставить её внутри было бы самым простым решением. Но нет. Я всегда перестраховываюсь. На случай, если челнок попытаются захватить, в его системе заложена функция самоуничтожения при превышении лимита времени нахождения на борту незарегистрированных лиц. Я, конечно, мог бы дать ей временное разрешение, но тогда тот, другой Корвел, обнаружив в своём челноке постороннюю, да ещё и с правами доступа, стал бы ещё более подозрительным и жёстким. А это мне сейчас не нужно. Ей и так будет несладко: неизвестные люди, чужой корабль, совершенно другой мир... и капитан, который поначалу будет вести себя с тобой как последний грубиян. Но ты ведь справишься, малышка. Ты молодец. И ты простишь ему это, правда?
Я бережно опустил её на грунт, прислонив к шасси челнока, в том самом месте, где и нашёл тогда. Её дыхание под маской было ровным, сознание ещё не вернулось. Я поправил маску, убедившись, что подача кислорода стабильна.
– Главное – держись, – тихо прошептал я. – Скоро всё наладится. Всё будет хорошо.
Я отступил на шаг, и странное, неприятное чувство сковало грудь. Я знал, что всё будет в порядке. Я помнил это. Но оставлять её здесь, одну, в этом мёртвом месте, даже зная исход, было невыносимо трудно. Всё во мне кричало остаться, защищать, не отпускать.
Сжав кулаки, я развернулся и сделал первый шаг прочь. Потом второй. С каждым шагом внутри что-то рвалось. Я шёл, не оглядываясь, чувствуя её присутствие за спиной, как раскалённую точку. Я должен был верить. Верить в неё. В того себя. В нашу странную, непобедимую связь.
«Всё будет хорошо», – снова повторил я про себя, уже скрываясь за скалами в противоположной той стороне, с которой должен прийти тот я.
Я углубился в лабиринт острых чёрных скал, стараясь держаться на достаточном расстоянии, чтобы меня не засекли сканеры челнока. Через несколько минут послышался нарастающий гул – знакомый звук готовящихся к взлёту двигателей. Я прижался к шершавой поверхности скалы и наблюдал.
Челнок плавно поднялся, развернулся и, оставив за собой шлейф пыли, умчался в сторону «Аквилы». Всё точно по памяти. Значит, я её нашёл. Теперь она на борту.
Облегчение, сладкое и горькое одновременно, волной накатило на меня. Теперь можно было сосредоточиться на собственном выживании и поиске ответов. Я оттолкнулся от скалы, намереваясь углубиться в пустоши, чтобы найти укрытие и оценить ситуацию.
Именно в этот момент в шлеме раздался резкий, шипящий треск. Не обычный стабильный сигнал, а прерывистый, слабый, будто кто-то пытался пробиться через мощные помехи.
Я пытался усилить приём.
– ...вел... Корвел... Приём…
Голос. Женский. Напряжённый.
– Элирия? – отозвался я, вручную регулируя частоту и пытаясь стабилизировать связь. – Я на связи. Докладывай обстановку. Твоё местоположение?
Помехи на секунду стихли, и её голос прозвучал чётче, но всё так же сдавленно.
– На связи. Со мной Катя. Без сознания, спит. Дышит ровно, жизни ничего не угрожает.
От этих слов камень с души окончательно свалился. Они были вместе. Обе живы и в относительной безопасности.
– Отлично. Твоё состояние? Ранения?
– Ушибы, пара царапин. Ничего серьёзного. Скафандр не успела надеть, еле успела маску натянуть. Чёрт знает что происходит, Корвел. Один миг – зал на станции, Кай, этот голос... следующий – адская пустошь.
– Я знаю, – коротко бросил я. – Мы на Некрусе.
В эфире наступила короткая пауза. Элирия переваривала информацию.
– Объясни позже, – наконец ответила она, и в её голосе вновь зазвучала деловая резкость. – Сейчас главное – выбраться отсюда. Координаты передаю.
На тактическом дисплее в углу шлема замелькали цифры, выстраиваясь в точку на карте. Я быстро оценил дистанцию.
– Рядом. Выдвигаюсь к вам. Ориентировочное время подхода – двадцать минут. Держись там.
– Поняла.
Связь снова затрещала, уровень сигнала пополз вниз.
– Элирия? Приём!
Ответа не было. Помехи снова поглотили эфир. Но теперь у меня были координаты. Этого пока что было достаточно.
Глава 49
Сознание возвращалось ко мне медленно и неохотно, таща меня со дна беспамятства в реальность.
Первыми пришли ощущения. Давящая тяжесть во всём теле. Холод, который пробирал до костей даже сквозь одежду, исходил от шершавой, неровной поверхности подо мной.
Потом – зрение. Точнее, его отсутствие. Не густая тьма, а нечто худшее – тусклый, болотный полумрак, в котором угадывались лишь уродливые, корявые очертания скал на фоне абсолютно чёрного, беззвёздного неба. Это был свет, который не освещал, а лишь подчёркивал мёртвенность этого места.
Я попыталась глубже вздохнуть – и не смогла. Что-то упругое и плотное мешало, давя на лицо. Мои руки, тяжёлые и ватные, инстинктивно потянулись к лицу и наткнулись на ремешки и гладкую поверхность, как оказалось, маски.
Судорожный, жадный вдох. Маска ответила ровным, механическим шипением, наполняя мои лёгкие безжизненно чистым воздухом. Это шипение было единственным звуком, нарушающим гробовую тишину.
Я заставила себя приподняться на локтях, и мир на мгновение поплыл. Голова гудела, тело ныло, но сквозь это общее недомогание проступала знакомая, ноющая боль в запястье и в голени. Я посмотрела вниз. Моя правая рука от кисти до предплечья была аккуратно забинтована плотным серым материалом. Точно такая же повязка была намотана поверх ткани на моей ноге.
Я медленно перевела взгляд с собственных перевязанных конечностей на окружающий мир.
– Что за…?
Сердце пропустило удар, а потом заколотилось с бешеной силой, отдаваясь оглушительным стуком в висках. Я узнала этот пейзаж. Бескрайняя равнина, покрытая колким черным шлаком. Уродливые остроконечные скалы, впивающиеся в пустоту.
Это было то самое место. Или что-то похожее на него.
Но... как? Это же невозможно! Мы были на станции Кая. Я только что видела Корвела, слышала его голос!
Мысль оборвалась, потерянная в хаосе противоречий. Одно было ясно как день: я не просто очнулась после боя. Я была здесь. В точке ноль. В том самом кошмаре, с которого для меня началось это безумие.
От этой мысли дыхание перехватило, и я судорожно, с отчаянием утопающего, вдохнула воздух через маску. Ее ровное шипение было единственным связующим звеном с реальностью.
Мой взгляд, лихорадочный и растерянный, метнулся по сторонам, ища ответы в этом абсурдном кошмаре, и наткнулся на другую фигуру в мертвом пейзаже. Элирия. Она сидела, прислонившись спиной к черному валуну, с закрытыми глазами. На ее лице, как и на моем, была кислородная маска. Ее одежда была порвана в нескольких местах, а на лазурной коже в некоторых местах я увидела точно такой же серый бинт, что был и на мне. Теперь ясно, кто меня перебинтовал.
Внезапно Элирия пошевелилась. Её глаза не были сонными – они были острыми, уставшими. Она не спала. Она просто отдыхала, сохраняя силы.
– Отошла? – её голос прозвучал хрипло, но привычно собранно. Она внимательно посмотрела на меня, оценивая моё состояние. – Не дёргай бинты. Раны неглубокие, но грязь здесь повсюду. Инфекция тебе сейчас не нужна.
– Элирия, что происходит? – мой голос прозвучал сдавленно, едва не срываясь на шепот. – Как мы здесь оказались? Где Корвел?
Вопросы вырывались один за другим, рождаясь из хаоса в моей голове. Мы только что были на станции Кая! А теперь... здесь.
– Успокойся, – ровным спокойным голосом произнесла Элирия. – Я уже связалась с ним. Он на связи и скоро будет здесь.
Слова Элирии отозвались во мне мгновенным облегчением. Корвел жив. Он уже в пути. Скоро он будет здесь, и я смогу убедиться, что с ним всё в порядке, увидеть его собственными глазами. Одна эта мысль заставила отступить леденящий страх, сменившись терпеливым, тёплым ожиданием.
– Мы находимся на Некрусе, – продолжила Элирия. Её голос был ровным, но в нём слышалась тень того же недоумения, что терзало и меня. – Корвел сказал, что мы именно здесь, а вот как мы здесь очутились... я не могу сказать. Сначала был голос, а потом... мы уже здесь.
«Голос». Значит, и она его слышала. Это не было галлюцинацией. Ледяная струйка страха пробежала по спине.
– Очнулись мы здесь вместе, хотя, судя по всему, могло и разбросать, так как Корвел один очнулся. И была ещё одна странность, – при этих словах она указала пальцем на маску на своём лице, а затем кивнула в мою сторону. – Они были на наших лицах. Но прежде, на станции, у нас их не было. Это значит, кто-то надел их на нас, пока мы были без сознания. И ещё... – она откинула голову в сторону небольшого чёрного вещмешка, валявшегося неподалёку. – Рядом лежала эта сумка. Внутри – медикаменты. Самые простые, слабые, но нам лучше и не нужны.
До жути странно. Кто-то позаботился о нас? Или это была часть какого-то непонятного плана? Голова шла кругом от попыток найти логику в этом абсурде.
– Действительно странно, – наконец выдавила я, чувствуя, как слабость снова накатывает на меня. – Но, наверное, сейчас лучше не думать об этом. Проблем и так хватает.
Элирия лишь коротко кивнула в ответ, её взгляд стал отстранённым. – Я просто проинформировала.
Внезапно её поза резко изменилась. Она замерла, как хищница, уловившая едва заметное движение в зарослях. Всё её тело напряглось, а в глазах вспыхнула знакомая боевая готовность.
– Тихо, – прошептала Элирия, и воздух вокруг её сжатой ладони затрещал, заливаясь синим пламенем энергии.
Вспомнился Бон, принявший её удар на себя. Судорожный вопрос – остался ли он жив после этого? – пронесся в голове и тут же испарился, вытесненный нарастающей опасностью.
Я инстинктивно отползла назад, к скале, озираясь в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать в качестве оружия. Камень? Палку? Всё было бесполезно против легионеров, я это уже поняла. Но так хоть какое-то чувство безопасности.
Из-за гребня чёрной скалы, будто сама тьма обрела голос, донёсся спокойный баритон.
– Ты совершила непоправимое, Элирия. Выпустив его.
Кай вышел на открытую местность, и на его лице не было привычной маски вежливости. Только холодная, откровенная усмешка, обращённая к легионерше. Он смотрел только на неё.
– Ну что ж, – её голос прозвучал ясно и вызывающе. – Я рада, что это хоть как-то заставляет тебя нервничать.
– Нервничать? – Кай фыркнул, и его усмешка стала шире, обнажая зубы. – Из-за чего? Он меня не остановит. Лишь замедлит. Раз смог поймать его однажды – поймаю и снова. – Он пожал плечами, делая вид, что это пустяк, но в его глазах читалась холодная, расчётливая злость. – Просто теперь это потребует чуть больше усилий. И времени, которое у меня сейчас на вес золота.
– О ком вы говорите? – не выдержала я.
Кай медленно, будто впервые замечая моё присутствие, перевёл на меня взгляд.
– Объект Семь, – ответил он неожиданно прямо, и от этих слов у меня похолодело внутри. Он говорил спокойно, но его пальцы непроизвольно сжались, выдав внутреннее напряжение. – Седьмой носитель метки на моём счету. Способность у него проблемная. – Кай замолчал на секунду, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на профессиональную гордость, смешанную с досадой. – Но я всё же сумел его поймать. Запереть в той клетке, из которой ты, Элирия, так любезно его выпустила.
– Так… метка даёт способности? – голос мой дрогнул. Я и сама уже всё понимала, но мне нужно было услышать подтверждение от него. От того, кто знал о метках всё.
– И ты это только сейчас поняла? – он мягко вздохнул. – Милая девочка. А как ты сама-то выбралась из моей любимой комнаты? – Его взгляд пристально скользнул по бинтам, затем упёрся прямо мне в глаза. – Как ты порвала те ремни?
Я не смогла сдержать лёгкий, предательский вздох.
– В общем, пора заканчивать, – Кай развёл руками, и в его позе появилась деловая спешка. – Времени у меня немного. Нужно успеть свалить отсюда, пока не началось нечто по-настоящему неприятное. И, как я понял, сюда уже мчится наш любимый легионер. Так что… закончим.
Он не стал медлить. Не было никакой театральности, лишь смертоносная эффективность. Его тело сгруппировалось и рванулось вперёд – не бегом, а коротким, размытым в воздухе рывком, направленным прямиком на Элирию.
Она встретила его, выставив вперёд покрытую энергией ладонь, но было ясно – удар, который он готовил, снёс бы её с ног.
И он не достиг цели.
Из мрака, из-за гребня скал, вырвалась тень, быстрее мысли, быстрее звука. Это был сгусток чистой, необузданной кинетической энергии.
Корвел.
Он не кричал, не предупреждал. Просто появился, вложив в движение всю мощь своего доспеха и всю ярость, что копилась с момента моего исчезновения. Его нога, усиленная сталью и гравитационными импульсами, описала в воздухе короткую, сокрушительную дугу, метясь прямо в голову Каю.
Даже Кай, со своей аномальной скоростью и реакцией, едва успел среагировать. Его руки взметнулись вверх, складываясь в крест в последнее мгновение. Глухой, костный хруст удара, похожий на ломающееся дерево, оглушительно прокатился по пустоши.
Блок сработал. Но мощности удара это не уменьшило. Кая отбросило, как тряпичную куклу. Он пролетел несколько метров и с тяжёлым, неприятным шлепком ударился о шершавую поверхность чёрной скалы, оставив на ней паутину трещин.
– Думаю, тебе придётся всё-таки задержаться, – раздался насмешливый голос Корвела.
