Текст книги "Джаггер (ЛП)"

Автор книги: Кристофер Рафти

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

– Черт! – крикнул он.

Затем его повалили на землю. Он скрылся в зарослях бурых сорняков.

Брианна закричала, вцепившись ногтями в собственное лицо, как будто могла соскоблить то, что видела.

Сорняки дрожали. Она услышала короткое злобное рычание, сочные разрывы. Полицейский издал мучительный вопль, похожий на завывание. Кровь брызнула вверх густой дымкой, рассеиваясь по сорнякам.

Раздавшиеся крики были подобны пощечине, которая вернула ее обратно в кошмар.

Она побежала.

Второй раз за сегодня она оставила умирать человека, ради спасения собственной жизни.

Наверное, со временем появится чувство вины, но сейчас все, о чем она могла думать, так это о собственном спасении.

Она увидела полицейский грузовик. Он находился не очень далеко, но при том темпе, с которым она двигалась, до него казалось было около двух миль. Через каждые несколько шагов она спотыкалась и оступалась. Ее босые ноги попадали в рытвины. Что-то острое вонзалось в подошвы ее ног. Что-то ужалило ее в ногу, и она решила, что это оса.

Почти добралась!

Грузовик увеличивался в размерах по мере того, как она подбегала к нему. Она оглянулась назад, ожидая увидеть собаку, все еще возившуюся с полицейским.

Однако собака оказалась от нее на небольшом расстоянии и пробиралась сквозь сорняки. Сорняки раздвигались перед ее массивным телом, большие лапы загребали землю и толкали ее вперед. С пасти собаки свисали кровавые слюни, словно пенистая борода. Ее озлобленные глаза имели цвет мочи.

Брианна, пронзительно закричала, и чуть не потеряла равновесие. Ее нога заскользила по земле, но она сумела устоять на ногах. Она развернулась на месте. Когда она выпрямилась, то увидела, что отклонилась от направления. Грузовик находился справа. Теперь ей придется срезать угол, чтобы добраться до него.

Она повернула направо и бросилась наперерез собаке, ощущая горячее дыхание ее оскалившихся зубов. Одной ногой она ступала по полю, другой – по скошенной траве, и ее покачивало из стороны в сторону, пока она неслась к грузовику. Она размахивала руками, пытаясь удержаться на ногах, как будто шла по натянутому канату.

Развернувшись, она увидела собаку, которая выбежала на поле. Девушка направилась к грузовику. Лапы собаки колотили по земле, словно камни, падали с неба.

У Брианны не было времени открывать дверцу, поэтому она обошла ее. Она направилась к заднему колесу. Она вытянула вперед укушенную осой ногу, невольно заметив, как сильно она распухла. Она поставила ногу на край шины, а руками ухватилась за борт кузова. Затем подтянулась и подалась вперед. По задней поверхности икры потекла холодная влага, прокладывая путь вниз к пятке.

Она поняла, что это мокрая пасть собаки, едва не задела мясистый кусок ее голени. Ее нога оказалась выше мощных челюстей.

Она нырнула в кузов грузовика. Она макушкой ударилась о металлический борт. Ее ноги взметнулись вверх, и она кувыркнулась, ударившись пятками о металлические выступы.

Все вокруг загрохотало, сдвинулось с места, как будто освобождая для нее место. Она упала на спину, ее ноги оказались широко расставленными и поднятыми к голове, ступни касались волос.

Что-то стукнулось о грузовик, раскачав его, как будто в бок врезалась машина.

Брианна подняв глаза вверх, заметила, что ее ступни зацепились за края клеток.

Клетки были разного размера и ширины, более высокая клетка удерживала ее правую ногу выше левой, отчего ее бедра болели от напряжения. Она опустила ноги, подтянула их к себе и прижала колени к груди.

Собака рычала и лаяла внизу, ударяясь о грузовик, ее когти скребли по металлу. Звук напоминал лезвия ножей, режущие сталь.

Брианна уткнулась лицом в тесную ложбинку между своих бедер и заплакала.

Глава 29

Марк сидел рядом с Брианной в задней части машины скорой помощи, уставившись на чистую страницу своего блокнота. Он надеялся узнать какую-нибудь полезную информацию до того, как парамедики отвезут ее в больницу и накачают лекарствами.

Ничего подобного.

Девушка находилась в состоянии сильнейшего потрясения, и не могла сообщить ему никакой информации. Он не винил ее. После того, что она пережила, хорошо, что она не умерла от испуга.

В салон машины заглянула фельдшер. Она была плотной женщиной, ни в коем случае не толстой, но крепкой и коренастой, с короткими темными волосами.

– Нам пора ехать, – сказала она ему с нотками раздражения в голосе.

Марк посмотрел на Брианну, которая лежала спиной на носилках. Простыня была натянута до самого ее горла. Цвет лица у нее был от природы светлый, но после событий сегодняшнего дня ее кожа приобрела болезненный, почти зеленый оттенок на фоне темно-красного цвета от солнечных ожогов.

Он поджал губы, выдохнул через нос и кивнул.

– Ладно, – ответил он коренастой женщине.

Марк, слегка пригнувшись, поднялся со скамейки. Он в последний раз посмотрел на Брианну, затем соскочил с машины.

– Она сообщила вам о чем-нибудь интересном? – спросила медик.

Марк покачал головой.

– У нее слишком тяжелое состояние.

Крупная женщина хмыкнула, забираясь на заднее сиденье машины скорой помощи.

– Приходите завтра днем в больницу, возможно, завтра она сможет говорить.

Завтра днем будет слишком поздно. Джаггер к тому времени будет уже далеко.

Марк заставил себя улыбнуться.

– Спасибо.

Он отступил назад, не дожидаясь, пока напарник медика закроет дверь. Мужчина был гораздо меньше и худее своей коллеги-женщины и едва взглянул на Марка, когда прошел мимо него, направляясь к двери со стороны пассажира.

– Варнер!

Марк обернулся, узнав по голосу Пирса среди других голосов, которые перекрикивались и разговаривали между собой по всему полю.

Темнокожий мужчина направлялся к нему, махая рукой над головой, как будто Марк не понимал, что именно он обратился к нему.

– Да, Пирс?

Марк направился навстречу бегущему мужчине, как раз в тот момент, когда взвыла сирена машины скорой помощи. Через несколько секунд он услышал, что машина покидает место происшествия.

Пирс остановился перед грузовиком Иеремии. Положив руку на капот, другой он ухватился за поясницу. Он слегка наклонился, тяжело дыша. Пирс был стройным мужчиной, но обвисший живот свидетельствовал о том, как мало он занимается спортом. Его лицо блестело от пота.

– Что случилось? – спросил Марк у запыхавшегося мужчины.

– Патрульные нашли еще одно тело.

Марк почувствовал холодный озноб внутри себя.

– Где?

– В лесу. Молодой человек, вероятно, около 25 лет.

Хотя ему не обязательно было спрашивать, он все равно спросил.

– Собака убила?

Пирс кивнул.

– Да.

– Черт.

– Мы сейчас собираемся оцепить всю территорию и осмотреть место происшествия.

Марк кивнул и сунул блокнот в карман рубашки.

– Хорошо. Я подойду через пару минут.

– Я сейчас возьму кое-какие необходимые принадлежности из своего фургона, и пойду с тобой.

– Хорошо.

Пирс побежал к белому фургону, который был припаркован по другую сторону от грузовика Иеремии.

Марк направился в поле. Солнце сдвинулось на противоположную сторону неба, укрыв поле столь необходимой тенью.

В лесу, вероятно, будет еще прохладнее.

Сейчас был поздний вечер, но температура не понизилась по сравнению с самым жарким периодом дня.

Сложно представить, что они оказались здесь из-за собаки, которую когда-то напугала старая кошка.

Теперь, казалось, ничто не могло напугать собаку.

Он посмотрел на грузовик Иеремии и почувствовал угрызения совести. Конечно, парень оказался прав, когда сказал, что собака пройдет здесь, но Марк также оказался прав в том, что специалист по контролю за животными недооценил силу и свирепость собаки. Иеремия не представлял, с чем ему придется столкнуться. А теперь он мертв. Если считать мужчину в лесу, то уже пять трупов.

Пять человек убиты одной собакой, очень большой собакой, которая всего несколько дней назад была домашней. Марк не понимал, почему за столь короткий промежуток времени с собакой произошли такие большие изменения, но сейчас это не имело значения.

Произошли убийства и Марку нужно было не допустить их в дальнейшем. О причинах он сможет побеспокоиться позже.

Если бы я только приехал раньше.

Марк решил поехать и проведать Иеремию. Ничего не обнаружив за весь день, он решил узнать, не повезло ли эксперту по животным.

И неожиданно для себя обнаружил кошмар.

Сквозь окна грузовика он увидел макушку черных волос Пирса. Его челка развевалась над бровями. Он подошел к передней части грузовика, держа в руке кожаную медицинскую сумку.

– Готов? – спросил он.

Марк не был готов, но кивнул.

– Конечно.

Пирс глубоко вздохнул, на мгновение задержал дыхание и выдохнул воздух, раздув щеки.

– Ну, что ж, пойдем.

Переложив сумку в другую руку, Пирс начал поворачиваться, но приостановился. Он смотрел через плечо Марка, сощурив глаза, как будто так он мог лучше видеть.

– Кто там?

– А?

Пирс вскинул подбородок и указал за спину Марка.

– Там.

Марк повернулся, посмотреть, о чем он говорит.

– О, черт, – пробормотал он.

– Знаешь ее? – спросил Пирс.

– Черт. Что она здесь делает?

– Кто она?

– Эми Снайдер. Владелица собаки.

– О, черт.

– Да.

Эми стояла на обочине дороги и выглядела неопрятно. Она была одета в мешковатые серые спортивные штаны и красную майку, которая обтягивала ее грудь. Сквозь облегающую майку просматривались изгибы ее груди и маленькие точечки сосков.

Волосы были убраны за голову, а по сторонам лица свисали длинные светлые пряди. Даже с того места, где он стоял, было видно, что она недавно плакала. Ее лицо было опухшим и одутловатым, немного покрасневшим, как будто она, пила.

Она заметила Марка и помахала ему рукой.

– Может, ты пойдешь, а я догоню тебя через несколько минут? Я схожу посмотрю, что она хочет, – сказал Марк, повернув голову к Пирсу.

– Э-э... – Пирс несколько раз моргнул, словно пробуждаясь от транса. – Да, конечно.

Он повернулся и пошел дальше, через каждые несколько шагов оглядываясь через плечо.

Марк посмотрел ему вслед, а затем повернулся к Эми.

Она отошла от обочины и теперь стояла у заднего фонаря грузовика Иеремии. Марк, вздохнул и направился к ней.

Прежде чем он дошел до нее, Эми спросила:

– Ты нашел его?

– Что ты здесь делаешь? – oн остановился перед ней. – Ты не должна быть здесь. Тут место преступления.

– Место преступления? О, Боже...

– Как ты узнала о случившемся?

– Что...? – oна посмотрела на него. У нее были розоватые и влажные от слез глаза. – Я не слышала ничего. Я проезжал мимо. Я весь день искала Джаггера... Я сдалась и уже собиралась ехать домой, когда увидела... – к концу фразы ее голос дрогнул.

Марку показалось, что он учуял запах пива в ее дыхании.

– Хорошо, – сказал Марк. Он положил руки ей на плечи. – Тебе нужно ехать домой. Я приеду через некоторое время, хорошо? И все тебе расскажу...

– Что произошло?

– Не сейчас. Тебе пора домой...

– Скажи мне.

Хотя она не кричала, тон ее голоса указывал на то, что она скоро начнет кричать, если Марк ничего ей не скажет.

И он знал, что она выпила. Запах, казалось, исходил от ее кожи.

Вздохнув, он нежно погладил ее по плечам.

Ему не следовало проявлять к ней такую нежность в присутствии стольких людей из департамента полиции, но он надеялся, что его прикосновение немного успокоит ее.

– Погибли два человека. Один выжил. Мы пытаемся разобраться в деталях.

– Это... Джаггер? – ee губы задрожали, и она прикусила их.

В уголке ее глаза появилась слеза, дрожащая, готовая вот-вот скатиться.

Марк закрыл глаза и глубоко вздохнул. Открыв глаза, он кивнул.

Плечи Эми слегка подрагивали в его руках. Слезы навернулись на ее глаза и потекли по щекам.

– О... Боже... – oпустив голову, она собиралась прислониться к нему, но затем внезапно высвободилась из его рук. Она с размаху ударила его двумя руками в грудь. – Не прикасайся, блядь, ко мне!

Марк отшатнулся назад, едва не вскрикнув. Оглянувшись через плечо, он увидел, что у фургона уже собрались полицейские. У нескольких из них в руках были рулоны желтой ленты. Они задержались на обратной дороге к месту преступления.

И теперь с интересом наблюдали за происходящим.

По шее Марка поползли мурашки.

Когда он повернул голову, собираясь обратиться к Эми, то увидел, что она замахнулась на него... он не смог увернуться и избежать удара.

Его голова дернулась в сторону. Он почувствовал, что его челюсть начинает распухать, а тупая пульсирующая боль отдается в ухе.

– Ублюдок! – крикнула она. – Ты использовал меня! Ты ебал меня, пока Джаггер находился здесь и причинял людям боль!

Она размахивала руками, раз за разом нанося ему удары в грудь.

Марк попытался поймать ее запястья, но она двигалась слишком быстро.

Он не смог обнять и прижать к себе. Марк потянулся к ее руке, но она вывернулась и увернувшись от него. Затем она побежала в поле.

– Джаггер! – закричала она. – ДЖАААГЕРРРРР!

Держа руки сжатыми в кулаки, она побежала, слегка наклонившись вперед, непрерывно выкрикивая имя своей собаки. Марк не мог поверить в происходящее и лишь смотрел на нее в немом молчании.

Его челюсть болела, десна во рту распухли. Он был смущен, и его чувства были задеты словами Эми.

Ты ебал меня!

Она сказала именно так, как он и опасался.

Он использовал расстроенную женщину для своего удовольствия.

И она потеряла контроль над собой.

Марк не побежал за ней.

Она удалилась всего на несколько футов от грузовика Иеремии, когда помощник шерифа Сквайруэлл уронил рулон пленки, который держал в руке. Он был крупным парнем, который играл в колледже в американский футбол, поэтому ему не потребовалось особых усилий, чтобы обхватить ее сзади за талию и поднять с земли.

Размахивая кулаками и пиная ногами, Эми продолжала кричать.

Она вцепилась ногтями в большие руки Сквайруэлла, обхватившие ее живот. Била по ним кулаками. В какой-то момент она попыталась укусить их. Ее грудь непроизвольно колыхалась под тонкой майкой. В любой момент ее грудь могла вывалиться, если она не успокоится. Вот тогда другим помощникам шерифа будет на что посмотреть.

Марк лишь качал головой, наблюдая за Эми.

У нее нервный срыв.

Он увидел голову Сквайруэлла, выглядывающую из-за плеча Эми. У него были такие же расширенные глаза, как, вероятно, и у Марка. Хотя Сквайруэлл молчал, Марк знал, что он хочет знать, что с ней делать.

– Отпусти ее, – сказал Марк.

– Она совершила нападение на помощника шерифа, – сказал Сквайруэлл.

– На двух, – сказал кто-то.

По голосу скорее всего помощник шерифа Бартлетт.

– Джаггер! – закричала Эми.

Издав звук, который был частично одышкой, а отчасти маниакальным смехом, Эми смотрела по сторонам выпученными глазами.

– Где ты!?! Джаaaггеррррррр!

– Я не собираюсь обвинять ее в том, что она ударила меня, – сказал Марк. – Я сам виноват.

Эми ударила локтем в ребра Сквайруэлла.

Он произнес:

– Оомф, – и выпустил ее из рук.

Она упала на колени, хотела подняться, но Сквайруэлл быстро толкнул ее на землю. Он не был напористым или агрессивным, но он проявил решительность.

Эми, лежа на животе, пиналась и колотила руками по земле, как ребенок, закативший дикую истерику. Сквайруэлл, опустившись на одно колено и закинув другую ногу ей на спину, завел руки ей за спину.

Он достал наручники.

– Ты можешь не задерживать ее за нападение, – сказал Сквайруэлл. – Но я определенно собираюсь. В отличие от тебя, я ничем не заслужил, чтобы меня била эта сумасшедшая сука. К тому же, от нее воняет так, будто она искупалась в ванне с пивом!

Эми попыталась увернуться, но мощная нога Сквайруэлла не позволила ей перекатиться.

– Слезь с меня, ублюдок!

Марк ничего не сказал. В настоящий момент он ничего не мог изменить. Он пошел в сторону поля.

Эми подняла голову и увидела, что Марк уходит.

– Куда ты идешь!?! Что этот парень делает со мной!?!! Ой! Прекрати, ебаный засранец!

– Ты отправляешься в тюрьму, – сказал Марк, не оглядываясь. – А я собираюсь осмотреть нанесенный твоей чертовой собакой вред.

Он ушел, оставив позади себя визжащую Эми.

Шагая через поле, он чувствовал взгляды позади и впереди себя. Он решил не обращать на них внимания и держаться уверенно, направляясь к лесу.

Его челюсть болела, но он держал руку на поясе, чтобы не потирать ее. Он не хотел, чтобы другие полицейские заметили, как сильно она его ударила. Скорее всего, на челюсти образуется синяк, и потом над ним будут подтрунивать.

Когда он оказался скрыт за деревьями, он прислонился к одному из них и перевел дыхание. Он чувствовал себя взвинченным и униженным.

Половина департамента полиции стала свидетелем случившегося!

У него теперь будут неприятности. До шерифа дойдут слухи, что он трахал владелицу Джаггера. Шериф узнает о ее безумной выходке на месте преступления. А завтра Марка вызовут в офис шерифа...

Черт.

Марка могут даже отстранить от работы или понизить в должности. Он не хотел снова дежурить по ночам, несмотря на то, что иногда скучал по такой ночной жизни.

Но, если его уволят, то возвращение в школу станет реальностью, а не фантазией, которой он иногда предавался.

У него не будет другого выбора.

– Марк!

Пирс.

Голос Пирса послышался из глубины леса.

– Да! – ответил Марк.

– Я так и думал, что ты здесь. Что за крики?

Марк почувствовал холодок в груди.

Независимо от того, получит он выговор или нет, он никогда не смирится с произошедшим.

Он за считанные минуты лишился всеобщего уважения и вскоре станет самым большим посмешищем в отделе.

Разыскать Джаггера теперь было приоритетной задачей, даже более неотложной, чем раньше. Если собака убьет еще кого-нибудь, его ждет страшная расплата, поэтому ему нужно побыстрее отыскать собаку, и тогда он сможет восстановить репутацию, которую ему подпортила Эми.

Эми.

Он жалел ее. Но он понимал, что, как только он ощутит на себе последствия ее буйного поведения, чувство жалости исчезнет.

Глава 30

Эми находилась одна в камере содержания, когда пришел охранник и сообщил ей, что она отправляется домой.

Элли получила мое сообщение!

Она оставила сообщение сегодня утром на автоответчике Элли после своего единственного телефонного звонка.

Она умоляла ее приехать и внести за нее залог, обещала объяснить все позже и вернуть деньги. Но день тянулся, и она уже начала думать, что Элли не приедет.

Сегодня все было не так плохо, как вчера вечером.

Ей пришлось сидеть в одной камере с латиноамериканкой, у которой на одной стороне головы были черные волосы длиной до плеч, а другая сторона была обрита налысо.

На открытых участках кожи были вытатуированы слова на испанском языке.

Эми опасалась, что латиноамериканка будет болтать или приставать к ней.

Но женщина молчала всю ночь, и Эми даже захотелось, чтобы она что-нибудь сказала. Что угодно.

Тишина казалась ей гораздо хуже, чем если бы женщина безудержно рыдала. Эми не могла прочесть ее мысли, поэтому она так и не узнала, что скрывается за ее холодными хмурыми глазами.

Сегодня утром, к счастью, немую латиноамериканку выпустили из камеры.

Пока Эми шла по коридору в сопровождении офицера, который, скорее всего, был чьим-то дедушкой, она гадала, который сейчас час. Она три раза ела в камере, ожидая прихода Элли. Сейчас наверняка поздний вечер, но сколько времени?

Впрочем, сейчас уже неважно. Я возвращаюсь домой.

На оформление и выдачу сумочки понадобилось еще несколько минут, но наконец ей разрешили уйти.

Когда Эми отпустили, Элли сидела на скамейке в коридоре и читала книгу Дина Кунца в мягкой обложке. Она подняла глаза и улыбнулась, увидев приближающуюся Эми.

Она закрыла книгу.

– А вот и ты, – сказала Элли.

Эми вздохнула.

Она чувствовала себя измотанной, ей казалось, что пока она дошла до места, где сидела Элли, из нее выжали все жизненные силы.

Элли наклонилась, сунула книгу в свою большую сумку и поднялась.

– Все в порядке?

Эми покачала головой.

– Не совсем. Нет ничего хуже ночи в тюрьме, тем более, когда ты понимаешь, как круто облажалась, прежде чем попасть туда.

Элли обняла ее за плечи.

– Еще бы. Пойдем отсюда.

Сев в машину Элли, Эми уставилась в окно. За окном было темно, но рестораны освещали улицу галереей неоновых лучей. Она разглядела магазин пончиков, и у нее заурчало в животе. Для буднего вечера народу было много, за расставленными на улице столиками в основном сидели подростки.

Она услышала щелчок зажигалки и повернувшись, увидела, что Элли подносит пламя к кончику сигареты.

– Ты ведь не против? – спросила Элли.

Эми покачала головой.

– Это ваша машина. Ваши правила.

– Не переживай, – сказала Элли, открывая окно. – Утром я подвезу тебя, чтоб ты забрала свою машину со штрафстоянки.

Эми рассчитывала сегодня вечером забрать машину, но стоянка закрывалась в шесть.

Она улыбнулась.

– Спасибо. Вы и так много для меня сделали. И не беспокойтесь, я расплачусь с вами завтра.

Элли махнула рукой.

– Не переживай. Может, ты предоставишь нам несколько месяцев бесплатной аренды участка, и мы будем в расчете?

– Как насчет года?

Элли подняла глаза над сигаретой.

– Так даже лучше.

Эми готова была предоставить ей пожизненную бесплатную аренду участка за то, что она сегодня вечером пришла ей на помощь.

– Должна честно признаться, – сказала Элли. – Я была очень удивлена, когда мы с Джимом сегодня вечером вернулись домой и прослушали твое сообщение.

Эми заерзала на сиденье.

Она чувствовала себя сейчас точно так же, как когда-то, когда ее мама обнаружила, что Эми провинилась.

– Я сама не рада, что пришлось позвонить, – сказала Эми.

– Не хочешь мне рассказать, что случилось?

Эми не хотела рассказывать о случившемся. Она понимала, что будет еще хуже, когда она услышит свой голос, рассказывающий о случившемся.

– Мы можем поговорить позже? – спросила Эми. – Я не хочу сейчас вдаваться в подробности. Я очень устала.

– Все в порядке, – сказала Элли. – Твой любимый помощник шерифа навещал тебя в камере?

Марк.

При воспоминании о том, как она ударила его, о том, что она ему сказала, у нее внутри защемило и заныло.

– О, Боже... – пробормотала она.

Краем глаза она заметила, что Элли смотрит на нее. Хотя она больше ничего не сказала о Марке, Эми поняла, что Элли хотела поговорить о нем.

Спустя несколько продолжительных минут молчания Эми наконец заговорила.

– Большой Джим не был против, что вы внесли за меня залог?

Элли затянулась сигаретой.

– Нет. Мне кажется, он расстроился, что я должна была уехать сегодня вечером.

– Ой, – сказала Эми. – Как мило.

– Не совсем. Сегодня наша ночь, когда... ну, ты понимаешь...

Фу. Но они такие взрослые...

Эми подавила отвращение и сказала:

– А, понятно.

– А я даже рада, что отсрочила нашу...

Элли рассмеялась.

Эми тоже засмеялась. Конечно, высмеивать Джима было подло, но ей хотелось смеяться. Потом она вспомнила, как Джим подглядывал за ней из-за деревьев, и смех прервался.

Интересно, думает ли он обо мне, когда они...

– Так что он подождет немного, – сказала Элли.

Эми была признательна Элли, что она заговорила и не позволила ей закончить свою мысль. Всю оставшуюся дорогу до «Орлиного Гнезда» Элли без умолку говорила. Эми время от времени поддерживала разговор, но в основном молчала. Она догадалась, что Элли хочет знать больше о причинах, в результате которых она провела в тюрьме немногим более двадцати четырех часов. Но милая женщина больше ни о чем не спрашивала. Элли ни разу не упоминала о Джаггере.

Эми задалась вопросом, нашли ли его?

Я бы узнала.

А может, и нет. Она была в тюрьме, поэтому не было возможности выяснить наверняка.

Марк сказал бы мне.

Он тех людей, что будут держать вас в курсе событий, несмотря на то, как вы с ним обошлись.

Не могу поверить, что я наговорила ему таких слов!

Она ударила его. Кричала как сумасшедшая.

От воспоминаний она вспотела. Она учуяла запах пота, исходящий от ее одежды, в которой она была одета почти два дня.

Хотя она хотела извиниться перед Марком за свое поведение, она чувствовала себя слишком виноватой, чтобы связаться с ним. Вот если бы он пришел к ней, или если бы она где-нибудь с ним столкнулась, тогда бы она ему все и объяснила.

Я не могу ему позвонить.

Может быть, завтра я отправлю ему сообщение с извинениями. Элли ехала на машине через «Орлиноe Гнездo». Трейлеры выглядели как длинные бледные блоки в ночи. Некоторые были освещены светом прожекторов, другие находились в темноте. В одних в окнах горел свет, в других фонари освещали террасу, как будто они ожидали гостей, третьи казались заброшенными.

Она посмотрела на трейлер Элли и увидела, что Джим оставил включенным свет для своей жены. Она представила, как он голый лежит в постели, ожидая возвращения Элли, и почувствовала приступ тошноты.

В трейлере Дженис было темно, но она заметила внутри тусклое мерцание телевизора.

Они подъехали к дому Эми. В доме и возле него было темно. Единственным источником света был прожектор на верхушке столба электропередачи на противоположной стороне двора. В гараже густая чернота.

Джипа Эми не было. Машины Терезы тоже не было.

Машина Терезы больше никогда не будет припаркована в гараже.

Она почувствовала, как сдавило ее горло. Интересно, когда ее родители начнут заниматься подготовкой к похоронам?

От мамы Терезы пока ничего не было слышно. Она решила, что скоро услышит. В конце концов, это собака Эми убила ее.

Надеюсь, она понимает, что я ни в чем не виновата. Ведь именно Тереза забрала Джаггера.

Если миссис Хокинг попытается обвинить Эми, она непременно напомнит ей кто виноват.

– Хочешь, я проведу тебя в дом? – спросила Элли, припарковав машину.

Эми проглотила образовавшийся комок в горле.

– Нет, спасибо, – сказала она. – Джим ожидает вас.

Элли рассмеялась.

– Я знаю. Меня, наверное, ожидает долгая ночь.

– Вы сможете заехать за мной около девяти?

– Поедем за твоим "Джипом"?

Эми кивнула.

– Да. Я тоже хочу поехать, как можно раньше. Как-то странно, что твоей машины здесь нет.

– Я знаю. Ощущение, что ты в ловушке.

В ловушке.

Именно так Эми себя и чувствовала.

– У тебя есть ключи?

Эми посмотрела свою сумочку. Она увидела, что ключи находятся поверх бумажника.

– Да.

– Ну, тогда ступай.

Элли протянула руку и обняла Эми. На душе стало спокойно.

В объятиях не было ничего особенного, кроме искренней симпатии. Никакого скрытого смысла. Только материнские объятия, в которых Эми нуждалась и которым была очень рада.

А когда они прекратили обниматься, Эми почувствовала, что ей хочется еще.

– Постарайся хорошенько выспаться, – сказала Элли.

– Я буду стараться изо всех сил.

– Увидимся утром. Я принесу завтрак.

– Звучит неплохо.

В машине вспыхнул свет, когда Эми открыла дверь. Она выбралась наружу. Когда она направилась к задней двери, Элли начала сдавать задним ходом. К моменту, когда Эми дошла до террасы, Элли уже уехала.

Эми вошла в темный дом, который, казалось, душил ее своей пустотой.

* * *

Он спал, как вдруг его разбудил шум подъезжающей машины. Подняв голову, он уставился на трейлер. Свет фар освещал двор, слепя ему глаза. Он отвернулся.

Дверь машины с грохотом захлопнулась.

Послышались шаги, и он снова обратил свое внимание на трейлер. Он увидел, что женщина скрылась с другой стороны. Изнутри доносились различные звуки, вероятно, там находился мужчина.

Дверь открылась.

– Я дома, малыш Джимми!

Затем другая дверь с грохотом захлопнулась.

Из трейлера доносились приглушенные голоса, но он уже снова опустил голову и перестал обращать на них внимание. Желание напасть оставалось, но оно ослабло и угасло.

Он шел всю ночь и день, сторонясь дорог, избегая людей, хотя импульсы подсказывали ему, что нужно атаковать.

Он игнорировал приступы ярости и влечения. Жажда крови не раз вынуждала его выбираться из укрытия, предоставленного лесом.

Но он продолжал двигаться.

И двигаться.

Он шел непрерывным, медленным и равномерным шагом, направляясь в одном направлении.

Со временем необычные запахи, окружавшие его, сменились на уже знакомые, и он шел по ним, как по карте, указывающей ему путь к цели.

Теперь его сытое брюхо утомляло его. И все, чего он хотел, – спать.

Он закрыл глаза и заснул.

Цыплят было вполне достаточно. Возможно, он проспит всю ночь.

Глава 31

Джим тихонько встал с кровати, а Элли осталась спать. Простыня была натянута до ее грудной клетки, и в тусклом утреннем свете комнаты отчетливо виднелись ее большие груди. Ее грудь казалась меньше, более нормальной, когда она лежала на спине. Казалось, ее грудь облегала ее тело и придавала естественную пышность ее стройной фигуре.

Прошлой ночью они неловко трахались. Джим по-другому не мог описать их трах. Он был очень рад, что они вообще могут трахаться, даже если им приходилось лежать на боку и сосать и вылизывать половые органы друг у друга. Они были уже в возрасте, и член Джима довольно часто оставался вялым, так что их сексуальная жизнь не отличалась особой насыщенностью, но позиция "вверх ногами" приносила свои плоды, и он обычно по утрам чувствовал себя намного бодрее.

Сегодняшнее утро ничем не отличалось от предыдущего, когда он вышел из спальни и, слегка топая, направился в ванную.

Он опорожнил мочевой пузырь, наслаждаясь тишиной в трейлере. Сегодня утром Элли проспит довольно долго, и у него будет время побыть одному, чем он с удовольствием воспользуется.

Он смыл воду в туалете и снял халат с крючка на задней стенке двери. Он надел его и завязал, направляясь в гостиную. Обычно к этому времени он уже слышал, как снаружи кукарекает петух, оповещая кур о том, что пора просыпаться. Также это был его сигнал Джиму, что куры готовы к еде. Кроме негромкого птичьего щебетания, он ничего не слышал.

Странно.

Он слегка нахмурился и подошел к задней двери.

Его мокасины были на коврике на полу, где он их оставил. Он всегда оставлял их на коврике, поэтому всегда знал, где они лежат, в случае необходимости. Он сунул в них свои мозолистые ноги, открыл замок и широко распахнул дверь.

День оказался туманным и душным.

Когда он вышел на свежий воздух, его кожа стала липкой. Халат неприятно натирал ему член, отчего он слегка вздрогнул. После проведенной ночи головка члена оставалась чувствительной, а трение халата о член вызывало сильный зуд, который он никак не мог унять. Он поправил свой член и затянул потуже пояс халата. Серые тучи, заслонявшие солнце, указывали на то, что возможен дождь, и Джим надеялся, что дождь прольется на землю. Его двор был почти коричневым из-за отсутствия влаги. Вчера он прочитал в газете, что в городе ограничили подачу воды, поэтому ему не разрешалось поливать траву из своего собственного шланга. Подобные запреты не имели значения, поскольку у него был свой колодец, но тем не менее закон есть закон.

Он спустился по ступенькам, которые скрипели при каждом шаге. Когда его ноги коснулись травы, она зашелестела, как сухие волосы. Он осмотрел двор, высматривая своих кур. Он не увидел ни одной. Обычно куры прибегали, как только слышали, что дверь открылась.