Текст книги "Все дело в кузнеце (СИ)"

Автор книги: Кристина Шефер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 24 страниц)

С этими мыслями я таки вылезла из кровати, забрала свое платье, которое с вечера сложила на кресло, и вышла вон.

К завтраку мужчина спустился как ни в чем не бывало. Казалось, он даже не понял, что что-то произошло. Пришлось ему пояснить, что он снова напился и три дня провел медведем.

На это мужчина только пожал плечами, мол, ничего необычного, умял свой завтрак и спокойно пошел в кузню. А мне хотелось лопаткой в него запустить и дубасить, дубасить, пока в себя не придет. Дурак.

Глава 32. Новая цена

С Адрианом в тот день я так и не смогла встретиться, хоть и честно собиралась. Но всё навалилось разом, и вспомнила я об этом только уже в кровати. Наконец-то в своей собственной кровати. Одна! Радовалась, как ребёнок. Но почему-то долго не могла уснуть – то жарко, то холодно, то подушка не так лежит. В итоге заснула далеко за полночь.

В последующие дни тоже сразу не вышло. Но тут я понимаю, что просто оттягивала этот неприятный мне момент. Ведь точно знала, что именно эта встреча ничего хорошего мне не сулит. Да и я расслабилась. Всё же Адриан долгое время был для меня товарищем, моей опорой. И сболтнула лишнего. А Адриан – Адриан и есть. Так что теперь ничего хорошего не будет. В лучшем случае мне удастся отвлечь его чем-то.

Так что, наконец решившись, я оделась и пошла искать воздушника. Впрочем, он оказался там, где я и ожидала. Во дворе у знахарки. Рука его уже совсем поджила, и он колол дрова для бани.

И вот стоит он в одной распахнутой рубахе и штанах, тут и мышцы, и загар, а я смотрю – и ничего. Ни трепета, ни томления, ни даже капельки приличного интереса. А ведь оборотень был, выходит, прав. Адриан мужчина весьма привлекательный, но у меня он не вызывал вообще никаких чувств этим зрелищем. Даже обидно как-то. Что же со мной не так? Или чем мне так мишка приглянулся? Ну да, я им восхищалась в детстве и юности, но эти времена давно прошли. Да и вскрылись другие его хорошие и плохие качества, проблемы. Даже проблемища такая, большая, размером с медведя. А толку? Всё равно один-ноль в пользу оборотня.

– Явилась-таки! – крикнул мне маг, воткнув топор в колоду. – А я уж подумал всё, забыла про меня!

Маг развернулся ко мне лицом и улыбался довольно.

– Нет, что ты. Просто не удалось сразу вырваться. Сперва зверь не пускал, а потом навалилось. Как возможность появилась, так сразу и пришла.

– Угу, угу. Сделаю вид, что поверил. Пойдем прогуляемся, что ли? Я сейчас, только одежду накину.

Ждать его долго не пришлось. И вот мы уже вышли за калитку и пошли по тропе до реки. Зимой мало где, кроме дворов, погуляешь, чтобы никто не подслушал. Это одно из немногих мест. Ну и ещё вдоль реки, лесопилки.

И вот, когда мы отошли достаточно далеко, маг начал разговор.

– Объясни мне, что это было? Я ведь видел то, что видел, – убеждённо, но спокойно произнес он.

– Староста всё уже объяснил. Тебе и правда показалось. Хотя я тогда здорово испугалась и с перепугу залепила ему пощечину, – произнесла я, надеясь, что деталей он не видел.

– Угу. Ну ладно, сделаю вид, что поверил. Ты же помнишь, что нам в любом случае отсюда через три месяца максимум придется уходить. Помнишь же?

– Да как такое забыть? Я бы и сейчас ушла, если бы не ты.

– Заботливая ты моя, – с сарказмом произнес воздушник.

Мы дошли до реки.

Ее берега покрылись льдом, но в отдалении всё ещё бурлила вода. Всё же в центре поток ещё слишком сильный, чтобы мог замёрзнуть даже зимой.

Смотрелось это красиво. В этом месте шел белый пар. Вокруг всё было в снегу. Деревья, кусты. Землю укрывали сугробы. На противоположном берегу виднелся скалистый берег с высоким обрывом. Всё это казалось волшебной зимней сказкой.

– То золотое яйцо, что это? – а я-то понадеялась, вдруг переключился на что-то другое. Может все же лучше о медведе и груди?

– Это артефакт. Он защищает деревню от наплыва нечисти, – пояснила я. Смысла скрывать уже не было, всё, что можно было, я уже выболтала.

– Угу. Ценный, то есть?

Что на это ответить? Скажу, что нет – подумает, что ничего страшного, если «пропадёт». Скажу, что да – начнёт их шантажировать.

– Не знаю.

– Что значит «не знаю»?! Ты же с медведем этим живёшь, чуть ли не при всех с ним обнимаешься! За дурака меня держишь?

– Да не рассказывал он, – выдохнула я. – Сказал, не мое дело. Что ты к нему так прицепился? Я же обещала тебе свою долю отдать. Это всяко больше будет этого куска золота. Если это золото вообще. А то глядишь, эта штука ещё и прикончит нас по пути. Артефакты же разные бывают.

– Не заговаривай мне зубы. Если бы он был опасный, то его бы в доме не держали. Да и, если это артефакт, то и ценностью поболее твоей доли будет. К тому же ее ещё и собирать по всей Сонре надо.

– Зато надёжнее. Всё это твое и рисковать ничем не нужно. А оборотни – они хорошие охотники и следопыты. Куда бы мы ни ушли, везде выследят и найдут.

– Да, ты тут права. Да только если с погодой подгадать, то можно и проскочить.

На этом он замолк. А я не знала, что ещё привести как веский аргумент не трогать артефакт. К тому же, он может и не только меня поспрашивать. А уж кого разболтать он всегда найдет. Да и может узнать у той, своей девушки. Я видела ее как-то мельком, но со спины. Так что кто это, не поняла.

Вскоре мы вышли обратно к деревне и разошлись.

Не к добру. Точно не к добру он вынюхивает. И кто бы мне подсказал, что с этим делать?!

Возвращаться сразу к дому кузнеца я не стала. Решила зайти к старосте. Может, что придет в голову? А если нет, так узнаю, что нового.

У старосты дома оказалась только Роза. Она сидела и что-то вязала, сидя в кресле у очага.

– Добрый день, Роза, – поздоровалась я.

– Добрый, милая, – отозвалась она, откладывая свое вязание. – Давно ты ко мне не захаживала. Как оно, дело молодое?

– Да потихоньку. Вот решила зайти, узнать, как у вас дела.

– Хах. Да ты проходи, что мы в пороге разговоры ведем-то.

Хозяйка провела меня и усадила в соседнее с камином кресло. После этого сходила на кухню и вернулась с двумя кружками чая и двумя моими же булочками с маком, на что я повертела булку и громко рассмеялась.

– Да, подсели мы на них. Очень уж у тебя вкусно они получаются. Уедешь, не знаю, что и делать будем. Может, все же останешься? К тебе и мишка наш привык. А если не хочешь оставаться у него, так мы тебе со временем и домик справим.

– Спасибо за теплые слова и щедрое предложение, но я не могу.

– Не могу или не хочу? – прищурившись, спросила хозяйка, откусывая кусочек.

– Вы не понимаете, о чем просите. Со мной все сложно. Поверьте. Вам же лучше будет, если я уеду.

– Дочка, это нам решать. Но неволить не будем. Ты в своем праве.

Мы немного ещё посидели. А когда Роза подлила чая, я решила спросить совета. Благо Вальма дома не оказалось.

– Роза, а вы можете дать мне совет в личном вопросе?

– Ууу! – обрадовалась Роза и разве что руки в преддверии интересненького не потерла, – Спрашивай. Чем смогу – подскажу! – произнесла она, лукаво поглядывая на меня и выпятив от гордости, не иначе, грудь вперёд.

– У меня несколько вопросов, – начала я. – Первый. Как вы думаете, что делать, когда крайне хваткий и азартный человек, а главное, знающий, как добиться своего, нашел что-то интересное и вам нужно, чтобы он оставил это в покое. Чтобы забыл об этом или оно перестало его интересовать?

– Мм-м… Сложный вопрос. Смотря чего это касается. Если женщины, то тут или он встретит другую и увлечется, или, как бы это ни звучало, дать то, что он хочет. Это зависит от тебя уже.

– Дать, что он хочет, это не приемлемый вариант. Найти что-то подобное… Уже предлагала другой вариант, не менее вкусный и ценный, но увы. Мне показалось, что он и дальше решил копать в этом направлении.

– Тогда, может, показать силу? Чтобы он понял, что просто силенок столько не будет отбить желаемое? Вон, попроси Йохана, он для тебя многое отобьёт.

– Да не хотелось бы его впутывать. Но спасибо. Я подумаю над этим вариантом. Тогда я переключусь на второй вопрос, хорошо?

– Давай, – ответила она, отпивая из красивой кружки в виде петуха с пышным хвостом, из которого была сделана ручка.

– Это уже о Йохане. Только не говорите, пожалуйста, никому. Просто я никогда не сталкивалась с оборотнями так близко. Я его не понимаю.

– Не скажу, не переживай. Уж что-что, а за столько лет тайны научилась хранить. Что именно ты не понимаешь?

– Ну… его зверь, стоит ему потерять контроль, повсюду за мной ходит и не оставляет одну. Нам даже спать вместе пришлось. Постоянно меня обнюхивает, а спит так и вообще уткнувшись мне в шею или волосы. Человеком же он держится отстраненно, хоть и вежливо. Помогает, заботится, но это скорее как о дальней родственнице.

– Хм….

– Я бы решила, что ему я нравлюсь как женщина, что я его привлекаю, как одна из возможных пар. Но вот как человек он вообще ничего подобного не делает. И вот я теряюсь в догадках.

– Понятно всё с тобой, Рина. Что же. Думаю, что ты не сильно далека от истины. Йохан-человек ест твою еду, заботится, пусть и не претендуя вроде бы ни на что. В этой форме правит человек. Со всеми нашими заморочками, проблемами, правилами и подобным. В форме зверя же человеческое сознание теряет полный контроль над зверем и инстинкты выходят вперёд. Хотя должна заметить, что обычно всё же человеческий разум бдит, всё помнит и влияет на все решения в форме зверя. А тут… он просто не в состоянии это сделать или же… – она слегка задумалась, и призналась, сморщив при этом смешно нос. – Не хочет. И я его понимаю, но это не метод.

– Если оборотень теряет контроль над зверем в этой форме, как сейчас у нашего кузнеца, то всё усугубляется. Животное получает полный контроль. Оно разумно. Не причинит вреда семье, друзьям, любимым, но тут уже правят инстинкты. И он будет всеми путями стремиться следовать им. На чужака или того, кто чем-то не понравился, может и напасть. Если нет реальной опасности семье, родным, любимой, просто попугает, максимум слегка потрепет, но не смертельно. Это что касается основного, а вот в делах эм… сердечных… – тут она хитро взглянула на меня. – если не получается полностью получить то, что хочет, то будет стремиться взять хотя бы часть. Так как может.

– То есть Йохану я всё же нравлюсь как женщина, но он человеком не хочет этого признавать? – опешила я. Причём настолько, что, не думая, глотнула кипятка и обожгла рот.

– Вроде того. Что-то ему мешает. Поэтому, потеряв контроль, мишка ещё яростнее стремится получить желаемое, не понимая, какие проблемы испытывает человек и зачем все эти «глупости». Но я так слышала, ты показала мишке, где его место, и он, как послушный мальчик, тебя слушается. Так?

– Да-а. Всё так. Просто меня это не отпускает. Это был только один раз, когда он несколько дней в себя прийти не мог. И этого мне хватило. А что будет, когда случится второй?

– Тогда и посмотришь. Я бы посоветовала поговорить с Йоханом – человеком и понять, в чём причина такого поведения. Возможно, разрешив эту проблему, такое поведение уйдёт.

– Возможно.

– Но ты же тут ещё всего на два месяца. Твои ли это проблемы? – уколола меня хозяйка.

– Тут вы тоже правы.

Посидела я в доме старосты ещё немного и отправилась-таки домой. Нужно было готовить ужин.

Но вечером Йохан снова не пришёл. Помня, что было в прошлый раз, я оделась теплее и плотнее и отправилась в кузню.

В этот раз ситуация повторилась. Только я, помня прошлый раз, смогла заставить его сразу принять форму медведя, а не приставать ко мне. Мишкой кузнец пробыл снова два дня, потом обернулся человеком. Спали мы снова вместе, но утром я ушла к себе до того, как Йохан – человек проснулся.

Разбираться с проблемами мужчины я решила отложить на крайний случай. Всё-таки Роза была права. Я уеду, а он останется. И мне будет гораздо тяжелее его отпустить, если вдруг выяснится, что моя симпатия не безответная.

Так я думала на тот момент.

Спустя ещё несколько дней меня на улице подловил Адриан и затащил в чей-то сарай.

– Я всё узнал! – в нетерпении провозгласил он громким шёпотом.

– О чём ты? – далеко не сразу поняла я, а может и пыталась верить в лучшее.

– Об этом яйце. Есть тут одна девушка… Да не важно. Она мне всё рассказала. Уж не знаю почему, но больше никого разговорить не удалось. Это артефакт. Ценнейший артефакт! И состоит он из чистого золота! Это такие деньги, Рина!! – воздушник буквально ликовал. Казалось, он выиграл куш всей своей жизни, – Мы должны его украсть! Просто обязаны!

– Я не буду его красть, какой бы ценный он ни был! Это защита деревни. Да и не только её. Целой страны, континента! Я не сумасшедшая и не убийца!

– Зато мне плевать. Выживут. Куда они денутся! А я не хочу всю жизнь бегать и выживать. А тут одно дело, и я на всю жизнь в шоколаде!

– Ты не посмеешь! Я не позволю! – заспорила я с жаром.

– Ты! И именно ты сама мне его принесёшь, Катарина! Не забывай одно моё слово и тебя эти самые любимые тобой оборотни сами выкинут на дорогу под ноги твоих преследователей. Ты воровка и убийца! И отрицать ты это не можешь!

– Что ты выберешь: уйти со мной и артефактом или пойти благородно в руки твоим преследователям? Заметь, варианта остаться и жить тут счастливо у тебя в любом случае нет! Даже если я тебя не сдам деревенским, сюда нагрянет отряд и тебя найдут.

– Я знаю, что не могу остаться, – потеряв былую уверенность, ответила я.

– И что ты выбираешь? Уйти со мной или сдаться деревенским? Представь только, как твой любимый кузнец и староста, все, кто тебе тут помогал, будут смотреть на тебя с ненавистью и презрением. Будут пытаться отмыться от общения с тобой, закидают камнями.

– Хватит. Я поняла. Я достану артефакт. Прекрати.

– Я в тебя верил. Это мне нравилось в тебе всегда. Ты умеешь принимать правильные решения. И как бы то ни было, ты – такая же эгоистка, как и я.

– Не говори так, – мне казалось, меня сейчас вываляли в помоях.

– Это правда. Уходим сразу, как только ко мне вернётся магия.

На этом маг посчитал разговор оконченным и ушел. А я ещё долго не решалась выйти из сарая. И, честно говоря, просто стояла и рыдала. Мне было больно. Больно прощаться со всей этой иллюзией мирной жизни. Я бы многое отдала, чтобы можно было бы просто остаться здесь. Хотя бы как просто житель. Жила бы тихо в маленьком домике на окраине.

О чем-то большем, вроде семейного счастья, я уж молчу. Действие ритуала всё ещё со мной. Хотя, возможно, скоро оно и закончится.

Помнится, мама, перед тем как скончаться, тоже начала прядями седеть. Но когда ее голова резко стала полностью платиново-белой, просто не проснулась. А ведь в один день со мной может быть так же. Не возвращение магии, а просто конец. И, скорее всего, времени у меня уже нет.

Я замолчала и какое-то время смотрела в свою кружку. Получалось странно. Очень странно. Если верить Розе, я всё это время пыталась разделить одного человека на двух. Йохана, который спокойно разговаривал со мной, помогал, работал и вообще держался так, будто я для него просто хороший знакомый. И мишку, который, стоило человеку отойти в сторону, вдруг считал меня чем-то совсем другим.

И ведь дело даже не в том, что зверь ко мне ластился. Это как раз можно было списать на инстинкты. Но почему тогда рядом с ним мне было… хорошо?

Вот это меня и пугало больше всего.

Я привыкла рассчитывать только на себя. Не привязываться. Не ждать, что кто-то станет рядом просто потому, что хочет быть рядом. А здесь всё получалось наоборот. Я уже привыкла, что утром на кухне напротив сидит Йохан. Что где-то неподалёку слышится его голос, грохот молота, шаги по дому. Даже его молчаливое присутствие перестало раздражать.

А потом появлялся мишка и вообще переворачивал всё с ног на голову.

Может, я просто соскучилась по ощущению, что кому-то нужна?

От этой мысли стало неприятно.

– Но ведь он ничего мне не говорит, – наконец произнесла я. – И если я сейчас сама себе всё это напридумаю, будет только хуже.

– Вот поэтому я и говорю: поговори с человеком, – спокойно ответила Роза. – Не с мишкой. С Йоханом. Пусть он сам скажет, что у него в голове.

– А если он скажет, что ничего нет?

– Тогда будешь знать правду.

– А если есть?

Роза усмехнулась.

– Тогда тоже будешь знать правду. А дальше уже решать тебе.

Я тяжело вздохнула. Легко ей говорить. У неё тут дом, муж, привычная жизнь. А я через пару месяцев уйду неизвестно куда, если вообще доживу до этого момента. И зачем мне сейчас ещё одна причина не хотеть уходить?

Глава 33. Причина Йохана

После того разговора я с содроганием ждала того момента, когда нам нужно будет уезжать. Из-за этого стала нервная и резкая. Йохан заметил странности поведения, но лезть с расспросами не стал, за что я была ему несказанно благодарна. Не хотелось врать.

Время шло, я то становилась чуть спокойнее, то снова более дерганной.

Йохан все же попытался узнать, случилось ли у меня что и нужна ли помощь. Я ответила, что нет. И не соврала даже. Ведь это так. Это ещё не произошло.

Тогда, понаблюдав ещё немного за мной, медведь решил просто не нервировать меня. А выражалось это большей частью в минимализме общения с ним. И надо сказать, не то, чтобы я была против.

Это мне помогало держаться, так как не нужно было смотреть ему в глаза и понимать, что мне придется его предать. Всех предать.

По поводу чем и когда питается медведь я не сильно переживала, т.к. еда из холодильного шкафа или из кастрюли, которая оставалась на плите, поскольку горячая, исчезала с прежней скоростью. Пирожки и другая сдоба для дома тоже заканчивались достаточно быстро, хотя сама я много не ела. Я вообще есть почти перестала на нервах. Как и спать.

Странности же самого медведя то накатывали, то убывали. Я поняла, что действительно, когда у него скапливаются важные заказы – он работает чуть ли не сутками. А когда заказы не срочные или их мало, начинаются приключения.

К настоящему моменту я уже успела найти несколько его заначек и, конечно же, перепрятала их. Да, это было по-детски и совершенно бессмысленно, но я не смогла удержаться. Когда медведь обнаружил пропажу, он долго и громко ругался, требовал не лезть не в своё дело. В общем-то, он был прав. Вот только это было и моё дело.

Так что, не получив того ответа, которого хотел, он разгромил все на кухне и ушел. С тех пор мы больше не разговаривали.

Наше противостояние затянулось на неделю. Дальше я не выдержала уже сама. Мы жили, как в общежитии, и оборотень усиленно меня избегал: стоило мне зайти в комнату, он выходил. Если я уже была там, разворачивался и уходил. Как ребёнок, ей-богу!

Так что я решила поговорить-таки с хозяином дома. Поэтому я оделась и пошла в кузню. Время было ближе к вечеру. Я только закончила со всей готовкой и освободилась.

Войдя в кузню, я не обнаружила ничего нового, но вот хозяин опять предстал не в том виде, на который я рассчитывала. Последнее его творение, какой-то сложный арбалет лежал на специальной подставке. Рядом с ним ещё ряд готовых изделий. Сам же мастер нашелся рядом. Он спал на коробках, накрытых одеялом. Это я заставила его сделать такое место, т.к. стала сильно переживать за его здоровье, когда он напивается, а напивается он время от времени, и засыпает прямо сидя на полу.

Вот и сейчас он там спал.

Я решила не будить его, а просто достала портативный артефакт тепла. Выглядел он как обычный широкий браслет с верхним слоем из небольших круглых цилиндров, переплетенных узорами. Нижний же слой состоял из кожаной полоски, которая и застегивалась на руке.

Его я купила в прошлом месяце для себя, но сейчас положила на пол рядом с Йоханом. Этот артефакт создавал специальную сферу диаметром пять метров и обогревал ее. На улице в снег или непогоду это лишь небольшое утешение, которое не позволит реально замёрзнуть, а вот в таком помещении должен создать вполне комфортную температуру.

Затем взяла рядом с полки одеяло и накрыла Йохана. Так должно быть нормально. Завтра, конечно, он проснется медведем, в этом я уже не сомневалась, но зато сейчас не замёрзнет.

Знать бы, от чего он так убивается. Так любил жену? Видимо, да. Зачем иначе так над собой издеваться?! Хотя не сказать, что я его хорошо знала тогда, до всей этой истории со свадьбой.

А вообще обидно. Почему кому-то достаются такие мужчины, которые даже после твоей смерти не могут тебя отпустить. А кому-то плевать и на тебя живую.

Ладно. Что зря думать о несбыточном? Мне вообще ничего из этого не светит. Ни того, ни другого.

Да, сатир говорил, что влияние само развеется и сила вернётся. Но я же вижу себя в зеркале. И меня до дрожи в руках пугает эта белая прядь. И всё больше кажется, что он ошибся и я просто не проснусь однажды, так и не успев пожить. Мало того, даже если действие закончится, кто мне даст пожить? Мои преследователи никуда не делись. А теперь к моим проблемам добавился ещё и Адриан. А он ведь будет доить меня, пока это не станет ему невыгодным или пока не потеряет влияние на меня.

Я вздохнула и на минутку присела тут. Прямо рядом со спящим оборотнем.

Поговорить не получилось. Что ж, в следующий раз. Сейчас его будить нет смысла. Максимум, которого можно добиться, это снова проснется зверь. А с ним не обсудить те вещи, которые я собиралась.

Я уже встала и развернулась уходить, но стало любопытно, и я решила поразглядывать его новые творения. За все время проживания тут мне так и не посчастливилось рассмотреть внимательно готовые вещи. Их либо сразу забирали, либо он высылал их. Всё же это единственное, в чем он сейчас развивается, вкладывает душу.

Я взяла арбалет в руки и начала вертеть, целиться в какие-то большие щипцы, висящие на стене. Затем взяла красивую большую саблю. Проверила ее на баланс и уже хотела положить, когда заинтересовалась, а какой родовой знак он вообще ставит на свои изделия. Покрутила саблю в руках в попытке найти его. А обнаружив знак, села, где стояла.

Хорошо, там оказался стул. Села от полного и бескомпромиссного поражения. Дезориентированная я сразу же проверила все эти новые изделия. Мало ли, вдруг это образец. Я сама видела, как он делал остальные, но не конкретную саблю. И потерпела поражение.

Знак, который он указывал на всех своих творениях – это молот из огня, заключённый в круг.

Это он, тот самый кузнец, который ковал мои метательные ножи. Он тот самый кузнец, которым я восторгалась и хотела познакомиться. За все время странствий не было человека, который бы разбирался в оружии и который бы не знал его и его работы.

Мне стало ещё более больно и обидно.

За что жизнь такая жестокая?! Вот потрясающего таланта человек, и такая у него судьба спиться. Ведь рано или поздно это произойдет. И ладно бы он был прожившим свою жизнь стариком. Так нет, молодой мужчина. Хороший человек, правильный, умный, начитанный, работящий. Мечта для многих женщин. Да ладно, чего уж. Моя ходячая мечта. И всё губит это проклятое пойло. А было бы другое и другое бы пил. Это не важно, что пить. Он горе свое заливает. Губит себя своими же руками, целенаправленно.

Нельзя заставить человека что-либо бросить. Тем более пагубные привычки. Это он должен сделать сам. Самостоятельно и осознанно. И только тогда, когда он это сделает сам, потому что ему самому это нужно, только тогда он действительно перестанет и вылечится. А все эти ведьмы, что лечат от всех недугов, специальные клиники – это все почти не работает. Работает только с теми, кто сам хочет вылечиться и приходит за помощью, если самостоятельно ему это сделать сложно.

От этого всего мне захотелось кричать от безнадёги, разбить все и сбежать куда глаза глядят. Да толку-то?!

На этой грустной мысли я встала, вытерла слезы, которые скатились из глаз, все вернула на место и ушла, прикрыв за собой дверь.

После этого медведь проходил зверем снова около дня и вернулся в свое обычное состояние.

Говорить с ним мне больше не хотелось. Вообще. Наверное, я просто разочаровалась в людях и нелюдях. Мне хотелось, чтобы просто все уже закончилось и перестало быть так больно или пусто. А глядя на него, я видела в нем все то хорошее и то, как он себя губит одновременно.

Дни текли за днями. И вот осталось меньше двух месяцев до нашего предполагаемого отхода. Адриан уже начал потихоньку использовать самые простые, самые энерго менее затратные заклинания.

А мне теперь уже было все равно. Впала в какую-то апатию.

И пребывала я в этом состоянии ровно пока, спустившись ночью, не обнаружила Йохана снова у камина, разглядывающего что-то.

Терпение мое лопнуло. Я должна была знать, в чем дело. Не могу на это смотреть больше. Я подошла сзади и попыталась разглядеть, что он так пристально рассматривает.

Это оказалась магография, на которой изображен он и низенькая миловидная блондинка в свадебном платье. Они на ней улыбались и казались счастливыми.

Не знаю, что меня дёрнуло. Наверное, просто не могла больше молчать. О других возможных причинах боялась даже думать.

– Ты так любил ее? – услышала я свой голос как со стороны. Такой глухой и холодный.

Йохан развернулся и уставился слегка стеклянным взглядом мне в лицо. Затем нахмурился и спрятал фото под диван.

– Это тебя не касается, – отрезал он. Но мне было уже все равно. Выгонит, и прекрасно. Перееду куда-нибудь. Хоть этого всего не видеть.

– Я живу с тобой, наблюдаю это почти каждый день. Да я со зверем твоим вожусь точно с родным сыном, когда ты в отключку впадаешь! – прорвало меня. – Так что я ещё и не на то имею право!

Да, я орала. Именно орала на него на весь дом. И мне ни на секунду не было стыдно.

– Да какая тебе разница? – тоже повысил голос он.

– Мне противно, что такой одаренный человек, который делает такие вещи, так низко пал!

Я рывком подняла юбку и сдёрнула метательный нож с подвязки на бедре, где он постоянно его носил, не снимая. Ткнула ему под нос знаком дома вверх.

Он скосил взгляд, разглядел нож и, вырвав его из моей руки, отшвырнул в сторону.

– Противно? Так не смотри! – зарычал он. Ага, уже и зверь вылез. Глаза засветились.

– Не могу не смотреть. И сил видеть нет одновременно. Ты молодой привлекательный, здоровый мужчина. Да половина женщин с вашей деревни бы хотели быть твоими. А ты вот так, – Я обвела пространство руками. – Что тебя так гложет? Что разъедает внутри? А?! Скажи, я пойму! А поняв, может и рядом сяду. Хотя… Знаешь что? Это отличная идея – запивать свои проблемы, чем бороться с ними. Очень по-взрослому!

Я обогнула диван, вырвала из его рук бутылку и, прежде чем он успел остановить, отхлебнула прямо из горла. Жидкость обожгла горло похлеще огня. Я закашлялась, но продолжила.

Он рванулся, чтобы выхватить бутылку, но я глотнула ещё с вызовом.

В итоге завязалась борьба. Медведь буквально зажал меня в руках и, вырвав бутылку из моих рук, кинул ее прямо в камин. Огонь вспыхнул и сразу вернулся в прежний размер.

– Дура! Не смей! – зарычал он с перекошенным лицом и увеличившимися клыками.

– Хочу и смею. Это мое право и мое решение. Я давно уже взрослая женщина и сама за себя отвечаю, – Прокричала я прямо ему в лицо и начала вырываться.

– Зачем тебе это? – сжав меня ещё крепче, спросил он.

– – А тебе зачем? Любовь штука такая, но двенадцать лет себя гробить?! Тогда это не любовь, а одержимость. Болезнь! От нее лечиться надо! Лучше бы тогда пулю в лоб себе пустил. И быстро, и качественно, – Кричала я.

– Да не любовь это!! – вдруг закричал он.

А я замерла с широко распахнутыми глазами. КАК?

– А что же тогда? – спросила я оглушено.

– Это совесть. – горько почти прошептал он и отпустил меня.

Я покачнулась и чуть не упала, но все же устояла. Сделала пару шагов, теперь разделяющих нас, и вцепилась в его рубашку пальцами.

– Рассказывай. Выговорись, прошу тебя. Не мучай, не истязай себя. Просто расскажи.

– Это легко сказать. После этого ты меня таким хорошим человеком считать перестанешь.

– Я и сама не самый хороший человек. Рассказывай, – потребовала я и сжала воротник.

Он протяжно вздохнул, взъерошил свои волосы и сел обратно, прямо на ковер около дивана. В его взгляде я прямо читала: «И свалилась же ты на мою голову?!», но я решила быть непробиваемой и, стиснув зубы, уселась рядом, готовая слушать.

– История проста… – начал он.

С Лориной они знали друг друга с детства. Деревня вообще не то место, где можно кого-то из местных не знать. Родители дружили. Да и оба семейства единственные представители вида медведей тут.

Так что, немного подумав, родители заключили помолвку от лица детей, когда тем было около пяти и пятнадцати лет. Так делалось довольно часто. Правда, часто бывало, что когда дети подрастали, то находили других, с которыми совместимость была выше, и помолвку расторгали.

Но время шло, ничего не менялось. У Йохана не было особой тяги к Лори, впрочем, как и у нее к нему. Но все же они были подходящими друг другу. Один из вариантов.

Кузнечное дело – это наше семейное дело. Передается из поколения в поколение. Преемственность в его семье – это важно. А чтобы появились дети, нужно жениться на женщине, с которой есть совместимость. Чаще всего такие находятся среди представительниц твоего же вида. К моменту, когда встал вопрос женитьбы, Йохан объехал все места, где проживали медведи, но ни одной подходящей не встретил.

Иногда совместимых находят среди других оборотней. Очень редко среди других рас. Йохан много путешествовал, искал, но то ли та самая ещё не родилась, то ли он просто не сумел её распознать.

Когда Лора повзрослела, они всё-таки поженились.

Лора была скромной, тихой, правильной. «Ромашка» как иногда говорят.

Любви не было, но и нелюбви тоже. Скорее сложились партнёрские отношения, подкрепленные крепкой дружбой, а это, как казалось тогда Йохану, всё же неплохая основа для брака.

Так и прошли шесть лет их совместной жизни.

А потом всё изменилось.

Лора встретила мужчину. У постоялого двора. Он приехал по делам что-то заказать у местных мастеров, но не у Йохана. У других мастеров. Сам кузнец его даже не видел, но позже узнал: Лори нашла своего суженого. Мужчину с полной совместимостью. А это – редчайшее явление.

И ладно бы даже сам по себе этот факт.

Она не смогла сопротивляться притяжению, слишком сильно оно оказалось. Проболтала с тем мужчиной весь день, а потом всё то время, пока он находился поблизости. И, как оказалось, её чувства были взаимны. Мужчина уехал с огромным трудом, будто отрывая себя от неё.

В отличие от других государств, брак оборотней нерасторжим. Вообще. Только смерть. На то есть свои физиологические причины. Но в их случае с Лори этот механизм дал сбой.

После того, как тот мужчина уехал, девушку накрыло. Ее ломало, крутило и изворачивало ее животную натуру. Понял и попытался помочь. Уговаривал потерпеть, говорил, что найдёт способ… что-то придумает. Кузнец действительно пытался найти, как расторгнуть брак без смерти. Но не успел.