Текст книги "Жернова войны 2 (СИ)"

Автор книги: Коротыш Сердитый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 58 страниц)

Глава 2

Периметр вокруг части оперативно возвели за двое суток – инженерный взвод трудился круглосуточно, бедные ратлинги не слезали с техники, им помогали несколько рот, которые полковник кинул на этот участок. Первым делом вырыли огромную траншею, словно собирались строить средневековый замок, возвели вал земли, плотно его утрамбовав, а сверху начали строить забор с укрепленными точками для ведения огня из стабберов и автопушек, караульными помещениями и бойницами – Конот словно готовился к долговременной осаде. Впрочем, раз уж от местных властей помощи никакой не поступило, а в Администратуме односложно отвечали на вопросы, отфутболивая от одного чиновника к другому, полковник плюнул на это дело и взял все в свои руки. Используя вовсю выданный мандат с гербовой печатью, он «совершил налет» на склады НЗ, которые охраняла рота СПО. Одного взвода Хвата было достаточно, чтобы местные солдатики прониклись уважением к имперским гвардейцам и гостеприимно распахнули ворота, предварительно звякнув куда следует и, сообщив, что «наших бьют». В это время подразделение огринов профессионально оцепила ворота и поймала за шиворот начальника складов, который, трясясь от страха, тут же поведал где именно хранятся стройматериалы для возведения типовых зданий, а именно – стеновые панели, которые можно было использовать и в качестве забора. На вызов СПОшников тут же примчались арбитрес и были неприятно удивлены, когда громадный Битень вскинул к плечу тяжелый лазган и приготовился стрелять.

– Что тут происходит?!! – завопил один из арбитрес, видимо главный.

В ухе у Битня пискнула бусина вокс-передатчика и полковник Конот осведомился, кто это бузит возле ворот.

– Да тут подъехали какие-то ряженые, кричат и руками размахивают. – Пробурчал огрин. – Спрашивают, что происходит. Мне их как, сразу на месте прибить, или вы с ними сперва поговорите?

Глава отделения арбитрес все отчетливо слышал и слегка побледнел, представив, что сейчас высокомощный выстрел из тяжелого лазгана, который громила удерживал как пушинку, разорвет его тушку на мелкие кусочки. Арбитрес служил на этой планете очень давно, уже завел тесные знакомства и связи среди знати, а самое главное, нарушил один из главных законов своего ведомства – не иметь привязанностей и быть объективным. Проверок уже давно никто не учинял, правительство системного сектора не показывалось здесь уже долгие годы, не слишком интересуясь тем, что тут происходит и как люди живут. Самое главное, что поставки продовольствия отгружались вовремя и в необходимом объеме, а все остальное системному губернатору было по барабану, ведь здесь его власть представлял его родственник. И внезапное появление имперской гвардии изрядно всколыхнуло это болото – власть просто не представляла, что делать и просто тянула время. Арбитрес уже давно не наводили порядок в городке, потому что такой необходимости не было – изредка случавшиеся пьяные драки и поножовщина не в счет, с этим вполне справлялись бы и патрули, а не подготовленные энфорсеры, которых и так было от силы человек двадцать. И все они уже давно завели тут близких подружек, а кто-то и детей, что ну никак не вязалось с их должностными обязанностями на службе Императору. Слишком тесно аппарат арбитрес спаялся с аристократической верхушкой губернатора.

На вопли главного через пару минут появился полковник Конот в сопровождении пары гвардейцев. К этому времени к Битню как-то незаметно подтянулись Хват и остальные огрины и арбитрес поняли, что оказались в меньшинстве и сильно занервничали, потому что каменные рожи громил совершенно ничего не выражали. Спокоен был только самый молодой из них, прибывший недавно, от силы несколько месяцев назад. Переведенный за какой-то косяк с Аглы, энфорсер оказался замкнутым и нелюдимым, общался мало, но нос свой в чужие дела не совал, службу нес исправно и вскоре на него перестали обращать внимания. Хотя по боевой подготовке он явно превосходил всех остальных и достаточно много времени проводил на стрельбище крепости, нежели в столовой или дежурном помещении, как остальные.

– Я командир сто второго валлхальского пехотного полка полковник Конот. – Представился офицер, доставая уже знакомую Хвату бумагу. – Согласно приказу Администратума сегмента Темпестус мой полк совместно с восемнадцатым бронетанковым и пятьдесят четвертым артиллерийским прибыл на Кассандру для охраны ее столицы от вероятного вторжения орков. – Конот чуть наклонил голову влево и прищурил правый глаз, глядя на арбитра. – Если вы не получали извещения о их возможном налете от своего системного правительства, то предлагаю для начала связаться с ними и запросить наши полномочия. И я вас уверяю, они будут чрезвычайными и подтверждены на самом высоком уровне. Но ваш местный Администратум в лице первого помощника губернатора почему-то не пошел нам навстречу и вообще игнорирует наши запросы, так что пришлось взять ситуацию в свои руки. – Полковник улыбнулся. – Для восстановления территории части необходимы стройматериалы, которых мы легко можем получить на этих складах, чем мы и занимаемся, раз уж ВАШИ чиновники не хотят сотрудничать с нами. Что приводит меня к мысли, а не сообщить ли об этой странности в Инквизицию, – при этих словах арбитр побледнел еще больше, – чтобы они прислали своего сотрудника разобраться в ситуации? – Конот холодно продолжал улыбаться.

Арбитрес для проформы сунул нос в приказ, вякнул СПОшникам, что, типа, все в порядке, пусть продолжают и свалил. Начальник складов, как услышал страшное слово "Инквизиция" так сразу же проявил несвойственное ему рвение, выразившееся в предоставлении транспорта для перевозки и отгрузки продукции, причем все списанные материалы были тщательным образом учтены и составлен акт о предоставлении их имперской гвардии – Конот не собирался ничего красть, этим прекрасно занимались чиновники, он просто мастерски делал свою работу. Огрины и ратлинги быстро закинули стройматериалы и пообещали вернуться еще, на что начальник склада радушно улыбнулся и призывно замахал руками, мол, милости просим.

С новыми стройматериалами дело по восстановлению казарм и периметра части пошло веселее, грузовики иногда подвозили с тех же складов требуемое, никто гвардейцам не мешал и это напрягало Конота еще больше – тот самый ночной убийца так и не появился, на территорию никто чужой не проникал, чиновники продолжали игнорировать недавно прибывших, но вот расслабляться точно не стоило. То, что местных пока не обвинили в ереси еще не значило, что они не являются вольнодумцами или приверженцами какого-нибудь скрытого культа. Планета находится на отшибе, не пользуется популярностью, все считают ее глухой деревенской дырой, так что и власть здесь такая же – они могут дать только пищевую продукцию, ничего больше. Проверок не было давно и стоило бы сообщить на столичную планету о происходящем, но Конот пока ждал, надеясь, что планетарный губернатор образумится и перестанет строить из себя недотрогу и важную шишку, проникнувшись ситуацией. По хорошему, всю власть и арбитрес здесь стоило заменить, потому что элита явно зажралась и более неспособна оперативно реагировать на внезапные события, что прекрасно показало появление здесь подразделения имперской гвардии. Будь это орки, ударный отряд эльдар или тау, не говоря уже о тиранидах или некронах, то местные СПО не выдержали бы и часа под их натиском. Лишенные поддержки, не получившие указаний как действовать в данной ситуации, они стали бы легкой добычей для хорошо организованной силы. И сейчас задача Конота осложнялась еще и этим – перекрыть своими малыми силами весь город и его пригороды было той еще проблемой, а ведь в разбросанных рядом полях стояли еще небольшие поселки и деревеньки, в которых тоже жили люди и они оказывались беззащитными перед ксеносами. Единственная надежда была на флот и на отремонтированный эсминец, который будет хоть каким-то прикрытием на орбите, а адмирал Костюшко и генерал Грисс явно разберутся в ситуации быстрее полковника и мигом наведут порядок в этом приграничном болоте.

Так или иначе, но когда вал был возведен и укреплен, полит специальным раствором, чтобы земля быстрее становилась твердой и утоптаной, а по его верхушке проведена стена с бойницами и дотами, к отремонтированным воротам части подъехал роскошный автомобиль и из него выбрался поджарый тип, видимо охранник чиновничьего тела, который важно направился к караульному помещению, откуда высунул свой конопатый нос рядовой Брэндон и тут же нырнул обратно – доложить о посторонних перед воротами.

– Эй, солдат! – позвал тип. – Немедленно открой ворота второму помощнику планетарного губернатора!! Эй, ты меня слышишь, ты, олух?!!

– Слышу, слышу. – Отозвался дежуривший там же в караулке Ушастый. Сам он не показывался, но гулкий голос четко доносился до охранника. – Бобби, свяжись с начальником караула, тут какое-то мурло чего-то требует.

– Я тебе сейчас покажу мурло!! – рассвирепел охранник и забарабанил кулаком в дверь караулки. – Открывайте немедленно!!

Большая и широкая дверь распахнулась и на пороге возник огромный огрин, который, жуя бутерброд, уставился на опешившего человека.

– Чего шумишь? – осведомился Ушастый, тщательно выговаривая слова. – Ты кто такой? Губернатор?

– Я уполномоченное лицо второго помощника планетарного губернатора! – важно произнес охранник. – И не тебе, вонючая обезьяна, мне тыкать! Немедленно пропусти нас на территорию части!

– А у тебя, что, есть маднат? Э-э, матанд... э-э, как там это слово, Бобби?

– Мандат! – весело выкрикнули из глубины караулки.

– Во! – воздел указательный палец вверх Ушастый. – Мандат?

– Тупой огрин!! – Охранник постеснялся пинать такого огромного гвардейца, понимая, что тот может обидеться и пнуть в ответ, причем его пинок человек вряд ли переживет. – Позови своего начальника или любого человека, потому что до тебя явно не доходит, кто перед тобой!

– Я начальник этого поста. – Произнес громила, глотая остатки еды. От такого заявления охранник слегка припух. – И я упономо... уплано... у-пол-но-мо-чен, – произнес огрин по слогам, – решать кого пущать, а кого нет. – Ушастый уставился на человека. – Не нравишься ты мне, паря.

Охранник растерялся на такое заявление и не знал что ответить, как дверь автомобиля открылась и оттуда донесся ленивый голос.

– Ну что там, Вилли, сколько еще нужно ждать? Мое время дорого и завозить приглашения всяким гвардейским полковникам не входит в мои обязанности.

– Сей момент! – Залебезил охранник и тут же зашипел на Ушастого. – Давай, немедленно открывай ворота, тупая оглобля, иначе всю вашу часть я обвиню в мятеже!

– Что такое? – раздался чей-то сухой надтреснутый голос и на пороге пропускного пункта возник комиссар.

Марш пристально посмотрел на Вилли, который явно не был дураком и понимал, что комиссар гвардии и тупой огрин это не одно и то же. Этот может и пристрелить по одному подозрению в ереси и ему ничего за это не будет, а вот охранник очень хотел жить, причем вкусно есть и сладко спать. Что ему и удавалось делать все эти годы счастливого существования под крылом губернатора. И терять такое положение он совершенно не собирался.

– Второй помощник планетарного губернатора уполномочен передать приглашение на празднование Дня Императора для всех офицеров вашей части. – Пролепетал Вилли. – Он должен вручить его командиру лично.

– Ничего, я справлюсь не хуже. – Проворчал Марш. – Давай свою бумажку.

Огрин миролюбиво посмотрел на охранника, продолжая подпирать косяк двери. Заодно он страховал комиссара от возможного выстрела. На вид расслабленный, Ушастый контролировал все окружающее пространство, тем более, что в схронах возле КПП части залегли парни из его взвода – Мошонка, Ломоть, Тугой и Немой, которые при любом нападении готовы были отразить атаку.

– Второй помощник получил указания вручить ее лично. – Продолжал настаивать охранник.

– Я комиссар Марш, заместитель полковника Конота. – Официальным тоном произнес офицер. – Если вы будете и дальше тянуть время и перепираться, то я буду вынужден отдать приказ об удалении вас с прилегающей территории части, а это, заметьте, расстояние в два километра. Так что решайте быстрее – или передаете приглашение и мы его тщательным образом рассматриваем или катитесь на все четыре стороны! – рука Марша сама легла на рукоять лазпистолета.

Вилли сглотнул и опрометью побежал к машине, быстро передав слова комиссара. Второй помощник скрипнул зубами – за высокий забор проехать не удалось и пускать их туда явно не собирались. Вал гвардейцы нагребли высокий, стабберы и тяжелые лазганы установили толково, огневых точек заметно не было, но то, что они есть, помощник не сомневался. Так что первый помощник губернатора будет недоволен тем, что контакт установить с командиром части не удалось, ведь приватного разговора так и не состоялось и теперь вся надежда на праздник, а если еще и офицеры не явятся на торжество... тогда это можно будет использовать против них – в правительство системного сектора улетит депеша, что сами же гвардейцы не уважают Императора и тогда их быстренько уберут куда подальше или вообще переименуют в штрафной полк и отправят в Глаз Ужаса. Второй помощник потер ладони – так и так можно повернуть ситуацию в свою пользу.

– Отдай им приглашение. – Он протянул конверт с печатью. – Приходить на праздник или нет – пусть решают сами.

Вилли все проделал быстро и вернулся в машину, которая, развернувшись в два приема, набрала скорость по грунтовой дороге, оставив после себя густой шлейф пыли. Марш посмотрел на психанувшего и уехавшего второго помощника, пожал плечами, вскрыл конверт и быстро пробежал написанный красивым каллиграфическим почерком текст с завитушками глазами, после чего хмыкнул и направился прямиком к полковнику, бросив сержанту Ушастому.

– Удвойте бдительность и не жрите на посту.

– Так точно, товарищ комиссар. – Вытянулся огрин в струнку. – Будет сделано.

Марш смерил детину взглядом – от самой трехметровой макушки до носков огромных сапог, но ничего не сказал. Можно было заорать и запретить проносить на пост еду, но толку от этого все равно не будет – огрины оказались слишком своевольными, слушались только своего командира, но и явного неуважения не выказывали, просто несли службу как им было удобно. И это не сказывалось на ее качестве – они оставались тем же боеспособным подразделением, так что Марш просто махнул рукой. Он знал, что огрины тщательно выполнят приказ.

Когда комиссар спустился в бункер к полковнику, тот уже чертил стрелки на карте города, определяя возможные векторы атаки.

– Что, художествами занимаешься? – весело спросил его комиссар, на что Конот только злобно рыкнул.

– Что там за чудо вертелось перед воротами? – спросил он. Ему уже доложили, кто именно приезжал и зачем.

– Один из помощников губернатора. – Марш протянул конверт. – Передавал привет и приглашение на праздник.

– Местные продолжают вставлять нам палки в колеса? – спросил Конот, также пробегая текст глазами. – И они думают, что я немедленно кинусь исполнять их пожелания? Оставить часть на одних сержантов, забрав всех офицеров? Что за чушь!

– Видимо у их имбецила-губернатора окончательно отказал мозговой имплант. – Марш улыбнулся, однако тут же посерьезнел. – Но идти все равно придется. Нам с тобой точно, иначе это расценят как неуважение, все же праздник посвящен Императору и его сложно проигнорировать.

– Думаешь поэтому в городе так мало людей? – спросил Конот. – Все на полях и спешат убрать урожай до этого срока, чтобы порадовать Императора и губернатора заодно?

– Все может быть. – Задумчиво произнес комиссар. – Но фабрики работают в обычном режиме, люди ходят на смены, но их очень мало. Я бы отправил разведгруппу в город, послушать, о чем говорят в кабаках и барах.

– Согласен, у нас совсем мало информации. – Кивнул Конот. – Кто у тебя самый сообразительный?

– Можно было послать Холана, он не такой импульсивный, как Тихонький, да и язык у него не такой длинный, однако что если их перехватит патруль тех же арбитрес? Помнишь, что сказал первый помощник на космодроме? Они все дергаются и на нервах, однако же вели себя как придурки, когда мы "грабили" склады. – Марш улыбнулся. – А ведь вполне могли навести контакты, попросить о помощи, если сами не справляются, рассказать, что происходит, но не стали, а даже наоборот предупредили, что больше такой номер не пройдет и приказ Администратума им по барабану. Как думаешь, почему?

– Думаю, что эти арбитрес сильно зависят от губернатора и его команды. – Конот посмотрел на карту и оттопырил губу. – И в случае нападения орков они будут нам только мешать, также как и СПО.

– Если вообще не ударят в спину. – Пробормотал Марш. – Как думаешь, что такое скрывает губернатор и его команда, раз напугались внезапного нашего появления?

– Культ? – предположил полковник.

– Все возможно. – Пожал комиссар плечами. – Но пока не будем спешить с выводами, мы ведь не Инквизиция, чтобы вести расследование. Может быть все-таки стоит их вызвать?

– И тогда губернатор точно навалит кучу в штаны и поднимет всех своих подчиненных. – Хмыкнул Конот. – Пока он не трогает нас, мы не трогаем его и этот паритет нужно соблюдать до того момента, пока нас не переведут отсюда куда-нибудь, где есть реальный видимый на горизонте враг и понятно, в кого стрелять. Я не слишком люблю все эти игры разума.

– Пока вы ездили на склад, ты купил местную прессу, как я просил? – задал вопрос комиссар.

– А, ничего интересного. – Махнул рукой полковник. – Половина статей лижет зад губернатору, вторая – его чинушам. Про Императора как всегда несколько строчек, чтобы не забывали, что живут в Империуме, ну и на последней странице новости дня – сколько урожая собрано, сколько топлива потрачено, какие коммуны выполнили план и так далее.

– Коммуны?

– Так здесь называются артели сельхозрабочих. – Пояснил полковник. – Как я понял. И ни слова о происшествиях.

– Похоже, придется засылать в город разведчиков. – Комиссар посмотрел на карту. – Когда займемся охраной объектов? После праздника?

– Да, разговора с губернатором и его помощниками не избежать. – Полковник постучал карандашом по столу. – Раз уж СПО и арбитрес не желают нам помогать, то обойдемся и без них – пусть лучше прикроют деревни и коммуны.

– Ладно, кого мне послать в город?

– Холана с парой ребят. – Тут же ответил Конот. – Можно отправить Сигмунда, он вроде молодой толковый офицер и Бриска, пусть посмотрят на свои объекты, да зайдут в пару мест пропустить стаканчик другой пива, выпиши им увольнительные. Ну и отправь своего подчиненного комиссара под присмотром ребят Хвата.

– При ней точно никто рот разевать не станет. – Покачал головой Марш.

– Это если ее одеть в форму и напялить на голову фуражку. – Засмеялся полковник. – Пусть наденет какое-нибудь платье, ведь личные вещи у нее есть, она же девушка, а бабы без ума от тряпья. Поставить ей задачу, пустить как прикрытие двух-трех огринов – даже если местным придут в голову скабрезные мысли, то громилы сразу же их утихомирят.

– Не стоит сбрасывать со счетов того неведомого убийцу. – Вспомнил комиссар. – Кто его послал? Губернатор?

– Мы можем только гадать. – Полковник пожал плечами. – Какова была его цель и мотивы мы так и не узнаем.

– Хорошо бы выяснить это пораньше, чем кому-нибудь в лоб прилетит пуля, выпущенная из снайперской винтовки. – Проворчал Марш.

– Тут я с тобой согласен. – Кивнул полковник. – Теперь что касается приглашения – возьмем с собой Кармайкл, Хвата и кого-нибудь из его ребят, Тихонький пусть будет на подхвате и дежурит недалеко от дворца, никого больше брать не будем – слишком жирно для местного князька собирать всех офицеров во дворце. В части оставим главным майора Попова. Он хоть и был в приглашении, но может просто сказаться больным.

– Этак полчасти можно в лазарет положить. – Ответил Марш. – Но какой смысл брать с собой огринов? Все будут на них пялиться и показывать пальцами.

– Это нам и нужно – отвлечь внимание. – Пояснил Конот. – Громил тут не видели и знают о них из третьих рук и через пятые уши, так что наплести можно будет что угодно. Например, что это наши телохранители, тогда все вопросы отпадут сами собой – их будут воспринимать как вешалки у входа. Да и мне спокойнее, когда спина прикрыта.

– Ценное замечание. – Согласился Марш. – Пойду, обрадую Хвата.

– Праздник начнется завтра вечером – бал во дворце губернатора с последующим салютом в честь Императора, так что под эту шумиху можно устроить какую угодно провокацию или нападение. Поэтому в части необходимо удвоить караулы.

– Так они и так удвоены, даже утроены. – Пожал плечами комиссар. – Куда уже больше. Разве что инженерному и хозвзводу выдать лазганы и научить ходить строем – окопы рыть они и так отлично умеют.

– А вот это уже лишнее. – Конот махнул рукой. – Давай, засылай группы в город прямо сейчас, пусть потрутся в барах во время пересменки на фабриках. Гражданскую одежду выдай каждому, у кого ее нет.

– Так и у нас ее мало и размеры не всем подходят. – Посетовал комиссар. – Личных вещей у солдат – только ложка да кружка.

– Вот и покумекай, как это сделать. В крайнем случае выдашь деньги из полковой кассы – у нас еще остался неприкосновенный запас – пусть купят себе что-нибудь, только не слишком дорогое.

– Маловато у нас империалов, а вдруг тут цены кусаются?

– Это аграрный мир, Стэн, тут одежду шьют и продукты производят. Тут этого добра навалом и стоить оно должно дешево.

– Ага, объясни как работает экономика чинушам – у них все ровно наоборот. – Хмыкнул тот, но спорить не стал, а пошел выполнять приказ полковника.

Эмилия узнала о своем задании со смешанным чувством радости и тревоги. С одной стороны ей предстояло поиграть роль шпиона, если не Инквизитора, то его агента, с другой – было немного боязно, что ее могут опознать, начать приставать, совать руки куда не надо и вообще откажутся разговаривать, распознав комиссара. Но когда девушка узнала, что пара огринов отправится с ней как прикрытие, то часть тревоги ушла и остался непонятный азарт предстоящего мероприятия. Платье у Эмилии было всего одно и одевала она его только на выпускной в Схоле, когда преподаватели милостиво разрешили вылезти из надоевшей формы и надеть что-нибудь поприличнее. Конечно, выделенных ученикам и ученицам денежных средств не хватило на модный наряд, но простенькое платьице она себе все же выбрала. Пускай и не такое вычурное, как у этой дылды, но мальчишки обращали на худенького и мелкого будущего комиссара внимание, однако почему-то не решались подойти и пригласить на танец. Или же специально игнорировали, или же стеснялись, чего за ними девушка на протяжении всей учебы не замечала. Эмилия была обижена на этих тупоголовых офицеров и в итоге ушла с середины вечера, оставив от него неприятные воспоминания, однако сейчас она с головой окунулась в работу над своим образом коварной соблазнительной шпионки. Косметический набор, прошедший с ней всю Схолу и которым она пользовалась совсем нечасто, был вынут из мешка, и комиссар Кармайкл принялась наводить красоту. Она "рисовала себе лицо" битых три часа и когда Хват зашел за ней – а ведь никого другого она, кроме Веснушки, не хотела брать с собой, да и сам огрин высказал желание поглядеть на мирную жизнь Империума – то Эмилия уже заканчивала подводить брови.

– Ну как? – спросила она, улыбаясь. – Я похожа на роковую женщину?

– Скорее на падшую. – Хмыкнул огрин и глаза девушки широко распахнулись. – Если к тебе будут подкатывать с непристойными предложениями, то проси у них больше денег. Тебе клофелин дать?

– Ты издеваешься?!! – Непроизвольно у Эмилии потекли слезы, смывая тушь с ресниц и нанесенный макияж. – Я три часа с этим возилась!!

– Лучше умойся, а то все по лицу размазала. – Посоветовал грубый, черствый к женской красоте громила. – И оставь естественный цвет лица – мужчинам это нравиться больше, чем размалеванная косметикой дура.

– Я, по-твоему, дура?!! – слезы непроизвольно продолжали течь из глаз.

– Если не дура, то послушаешься моего совета. – Спокойно произнес Хват, сложив руки на груди. – Смывай все эту пакость, которую намазала на лицо и пойдем. Время подходит.

– Тупой огрин! – буркнула себе под нос комиссар и, взглянув в зеркало, где "нарисованное" лицо потекло, расплакалась еще сильнее.

Хват хмыкнул и вышел из комнаты комиссарши, которую ей выделили в казарме, и вместо него на пороге возникла Веселушка.

– Что случилось? – спросила она, глядя на размазанный по лицу Эмилии макияж. – Понятно, мужики как всегда не ценят женскую красоту.

– А что, вы тоже краситесь? – удивлено спросила девушка.

– Ну, у нас нет всех этих прелестных вещей как у вас в Империуме. – Веселушка подсела ближе и начала обтирать лицо Эмилии влажной тряпочкой, которую прихватила с собой. – Но изъяны мы скрывать умеем. – Она улыбнулась, доставая небольшую металлическую баночку с какой-то мазью. – Сейчас я быстро приведу твою нежную кожу в порядок.

– Что это?

– Это выжимка из корней горного мха, смешанная с золой и вытопленным жиром мохнача, с добавлением малой толики слизи червя. – Веселушка усмехнулась. – Она не имеет запаха, не беспокойся, а вот полезных свойств у нее предостаточно. Во-первых – твой естественный цвет лица приобретает чуть смуглый приятный глазу оттенок, во-вторых, мазь защищает от холода и обветривания и в-третьих, как оказалось, насекомые облетают тебя десятой дорогой. – Она широкими мазками втирала в кожу девушки мазь, не причиняя при этом боли. Так могла бы делать только ее мать и Эмилии вдруг стало спокойно на душе, словно это она мягко втирала ладошкой мазь в лицо. Она расслабилась, слезы уже давно высохли и к ней вернулось былое задорное настроение. – Ну вот и все, теперь ты выглядишь гораздо лучше. – Веселушка улыбнулась, разглядывая комиссаршу.

Эмилия посмотрелась в зеркало и увидела почти незнакомую ей девушку – более толстые мазки состава создавали тени, а само лицо стало таким, как будто она провела почти весь день в салоне красоты – мягкая на вид бархатистая кожа со смуглым оттенком, четко очерченные губы с естественным цветом контрастировали на лице и были хорошо заметны. Девушка повернула голову вправо и влево, рассматривая себя со всех сторон.

– Сейчас уберем волосы назад и будешь писаная красавица. – Веселушка ловко собрала растительность на голове в хвост и заправила в тугую резинку, приколов заколку. – Вот так.

– Другое дело. – Отозвался Хват из-за двери. – С такой девушкой и под ручку пройтись не стыдно.

– Уйди отсюда, чтобы я тебя не видела! – зло буркнула Эмилия. – Вообще одна пойду!

– Ну-ну. – Мотнул головой огрин. – Конечно одна пойдешь, я рядом толкаться не буду, но когда к тебе руки протянут, ты свисти или сразу же их ломай. Свистеть умеешь?

– Умею. – Недовольно буркнула Эмилия – она еще была обижена на Хвата.

– Лучше возьми с собой вокс-передатчик. – Посоветовала Веселушка. – Мы будем тебя слышать и если что быстро придем на помощь.

– Я что, правда пойду одна? – удивилась комиссар.

– Конечно. – Кивнул Хват. – Если нас увидят рядом с тобой, то языки явно высовывать не будут, а так есть шанс, что ты узнаешь много нового и да, Веселушка, дай ей выпить настоя.

– Что за настой такой? Не буду я пить вашу гадость!

– Это очень полезная вещь, – Хват поднял указательный палец вверх, – позволяет тебе не пьянеть долгое время, если нужно уважить хозяев и участвовать на их пиру долгое время.

– Его применяют воины. – Пояснила Веселушка, открывая флягу и наливая в колпачок густой терпко пахучий настой. – Когда нужно проявить почтительность, но не знаешь, чего ждать от незнакомца. Отказ равносилен жестокому оскорблению, так что прибегают к такой хитрости – позволяет не пьянеть и при этом употреблять спиртное.

– У вас есть спиртное? – удивилась Эмилия.

– Человек вообще первым делом придумал вино, чтобы забыться. – Произнес Хват. – Думаешь, он не найдет способа получить удовольствие, используя то, что есть под рукой? Оставь жидкость бродить на солнце и вскоре из нее получится брага. Или можно сцедить женское молоко, оно со временем сквасится, правда не получится хмельного напитка. Чтобы получить спиртное, мы варим один из сортов лишайника, потом нагреваем его до кипения, из жидкости выделяются ароматические вещества, которые оседают на донышке чашки. Процесс повторяется несколько раз, пока не получится гремучая смесь. Это у нас, у горняков. Степняки пользуются железами червя, в которых содержится какая-то жидкость и вот ее используют как многократно перегнанное спиртное. Что уж там пьют поморы или южане, я не знаю, но наверняка что-то такое тоже выдумывают. Так что пей, хуже тебе точно не будет.

– А вдруг будет? – Эмилия понюхала содержимое крышечки. – Может быть у меня от нее кишки в узел завернутся.

– Не завернутся. Поэтому и доза такая маленькая. – Успокоила Веселушка. – Воин полностью выпивает флягу и этого хватает на несколько часов, если переводить на ваше время. Пей, не бойся.

Эмилия собралась с духом и залпом опрокинула в себя настойку, как тогда, когда в первый раз попробовала спиртное. Горло обожгло пряным ароматом, казалось, что она заглотила перец и корицу вместе взятые, до того жидкость была пахучей. Девушка втянула с всхлипом в себя воздух и словно огнедышащий демон Хаоса выдохнула – поднеси зажигалку, взорвется.

– На чем ее настаивают? – спросила она, чуть не пустив слезу.

– На моих носках и Веселушкиных трусах. – Пожал Хват плечами и оглушительно захохотал, когда увидел выражение лица Эмилии. – Шутка, успокойся.

– Не обращай на него внимания. – Веселушка провела ладонью по голове комиссарши, приглаживая волосы. – Мужики всегда болтают всякую ерунду. Они даже в старости не взрослеют.

– Пора. – Огрин неожиданно посерьезнел. – Холан со своими подбросит нас до центра города, там разделимся. Помни, мы будем рядом, только подай сигнал, если вдруг что-то случится.

– Я поняла. – Сухо ответила Эмилия. Она решила игнорировать издевающегося над своим комиссаром огрина, однако наказывать его не собиралась, поняв, что над ней дружески подтрунивали. Точно также как это делал Хват и другие его воины друг над другом.

Когда девушка вышла из казармы и направилась к КПП, где ее уже ждал транспортник, в котором сидели остальные разведчики – офицеры под прикрытием, то огрины выстроились треугольником и закрыли ее от глаз любопытных гвардейцев. Лейтенант Холан, который сидел за рулем, повернул голову, замечая, что в "Химеру" заходит еще кто-то.