Текст книги "Жернова войны 2 (СИ)"

Автор книги: Коротыш Сердитый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 58 страниц)

Посередине пустой казармы, которую даже не собирались восстанавливать или же еще не дошли руки, сидел на стуле человек. Внешне он выглядел как обычный работяга, но стоящий рядом с ним Хват поднял вверх его третью конечность, продемонстрировав, что это мутант. Абелина напряглась, но вокруг были огрины, гиганты окружили пленного полукольцом, у каждого в руке было оружие, направленное стволом на него, так что если тот и взбрыкнет, то его мигом укокошат.

– Он жив? – спросила инквизитор и поняла, как глупо прозвучал вопрос, впрочем, мутант выглядел как мертвец – бледная ввалившаяся кожа, редкие волосы и потрепанная одежда.

– А то. – Хмыкнул Хват и выкрутил третью руку, приводя мутанта в чувство.

Тот поднял голову и посмотрел на инквизитора налитыми кровью глазами, оскалившись. В его горле забулькало и тут же кинжал Хвата коснулся его шеи – тот подумал, что мутант хочет плюнуть в инквизитора. Абелина ощутила себя увереннее.

– Где твой хозяин? – спросила она. – Отвечай!

Мутант снова забулькал, потом с уголка его рта потекла тягучая слюна, капнула ему на штаны, растекаясь пятном. Тварь показала свои гнилые зубы и снова ощерилась.

– Вы все умрете! – произнесла она. – Ваши тела послужат Великой Цели!!

– Что это за Великая Цель? – поинтересовалась Абелина.

– Подойди, узнаешь! – нагло заявил мутант.

– Говори оттуда, я тебя прекрасно слышу.

– Ваше сопротивление ничего не изменит, скоро он возродится!! – Нараспев произнес мутант. – Его сила будет гораздо больше, чем у остальных Властителей!! Новый Монарх воцарится на троне и сменит старого, дряхлого, глупого неуча!! Его пришествие предопределено!!! – заверещал мутант и взорвался.

Его тело вспучилось на микросекунду, кинжал Хвата только начал перерезать ему горло, как плоть мутанта лопнула, отбрасывая громилу назад – ударная сила взрыва была велика, к тому же в закрытом помещении, пускай и с проломленной крышей, ее воздействие усилилось. Абелина автоматически попыталась выставить ментальный щит, голова мигом разболелась, пошла носом кровь, однако это не понадобилось – стоявший рядом Конот успел повернуться к инквизитору лицом и принять удар на свою широкую спину. Обоих швырнуло к выходу и хрупкая женщина больно ударилась спиной о пол, сверху на нее плюхнулся тяжелый полковник, прижимая к своему плечу голову инквизитора. Абелина видела, что лицо Конота исказила гримаса боли – проклятый мутант внутри был полон костяных игл, которые и разлетелись во все стороны. Этакая ходячая осколочная граната. Одетый в форму и по привычке в броню, Конот не получил серьезных повреждений выше пояса, однако несколько игл отыскали уязвимые места в его броне и плотно засели в теле человека. Кроме того все вокруг было забрызгано ошметками плоти мутанта.

– Ты в порядке?! – с волнением в голосе спросил полковник и попытался подняться, однако тут же скорчился от боли.

– Да, да. – Закивала Абелина, скосив глаза на снова открывшуюся рану в плече. – Я жива. Что случилось?

Ее вопрос услышал кто-то из огринов и ответил:

– Паразит взорвался.

– Никто не пострадал? – спросила Абелина, когда ей помогали подняться и тут же увидела стоящих вокруг кого-то огринов. – Кто ранен?! Нужен медик!! – И забубнила в горошину вокс-связи, вызывая Дока.

Конота тоже подняли, однако ходить он не мог – ниже спины броня отсутствовала и поэтому его ноги были щедро нашпигованы иглами. Из множества ран текла кровь и при любом движении ее ток усиливался. Абелина мигом оценила обстановку.

– Так, всех пострадавших в бункер, остальные – тщательно мыться, в крови мутанта возможно нахождение какого-нибудь сильного вируса, потом на медобследование! – Жестко распорядилась инквизитор. – Полковника в первую очередь на операционный стол. Кто там у вас ранен? – Она, прихрамывая, подошла к огринам – тяжелый Конот отбил ей все внутренности, но это можно было перетерпеть, а вот самому полковнику явно не поздоровилось.

На другом стуле сидел Хват и из его левого глаза торчала игла. Одна из женщин-огринов аккуратно вытянула ее и кинула на пол, открыв пустую глазницу – орган вытек и теперь громила грустно взирал на подчиненных одним правым глазом.

– Похоже, закончилось мое вождительство. – Пошутил он на огринском и посмотрел на Гору. – Принимай командование.

Абелина не поняла, о чем они говорят, но последующее удивило ее не меньше, чем лишившийся глаза огрин, который даже не вякнул и не потерял сознание от боли. Гора со всего маха засадил тыльной стороной ладони слева в голову Хвату, однако тот просчитал его движение, увидев шевельнувшийся наплечник, и успел подставить свою руку.

– Ишь чего удумал! – взревел Гора. – Мелкая царапина, а ты уже плачешь, как ребенок!! Кто поведет нас, если не ты?!!

– Я не вижу, что происходит слева. – Ответил ему Хват. – У врага будет преимущество с той стороны. – Он встал и принял чистую тряпицу из рук Веселушки, протирая глазницу, удаляя остатки глаза. – Промыть бы, потом наложить повязку. – Он посмотрел на возвышавшегося над ним Гору. – Сделаем все по правилам – назначим поединок.

– Не будет никакого поединка. – Громила сложил руки на груди и остальные посмотрели на него, ожидая, что он скажет. – Ты наш вождь – и точка.

– А увечье?

– Тебе выбили глаз, но не отрезали язык. Или ты резко поглупел за это время? – жестко спросил Гора. – Мы не на родине, здесь все чужое, а ты лучше всех понимаешь, что хотят от нас командиры, разбираешься в их технике и быстро все схватываешь. – Он хмыкнул. – Хват. – Словно смакуя произнес он его имя. – Твой отец гордился бы тобой. – Гора посмотрел на остальных. – Если же ты хочешь все сделать по правилам, как того требует наш закон, то бейся с тем, кто захочет выставить против тебя свою кандидатуру. Но я этого делать не стану.

– Почему? – спросил удивленный Хват.

– Потому что еще не дорос до такой ответственности! – рявкнул Гора. – Вести небольшой отряд у меня получается хорошо, но управлять сразу всеми, нет уж, я уже как-то раз попробовал. – Он посмотрел на своих родичей. – Все помнят, к чему это привело.

– Случайность. – Произнес Молчун. – Ты не мог знать, что ведешь всех в засаду паразитов, также как Хват не мог знать, что эта тварь может взрываться. У нас такого не было. И правило про увечного вождя говорит, что если он потерял в бою способность сражаться, то есть руку или ногу, то тогда нужно искать ему замену. А здесь только глаз – руки-ноги целы.

– Хват, – к огрину подошла Веселушка, которая была даже чуть повыше его, а сейчас так наклонилась перед сидящим огрином. – Ты отдал свою левую руку за нас, теперь левый глаз, почему бы имперцам не поставить тебе искусственный? Ведь они славно над тобой потрудились, и даже без этой руки и сражался как сильный умелый воин и никому не пришла в голову мысль бросить тебе вызов, так почему ты сам сейчас говоришь об этом? Ты разуверился в себе?

– Нет. – Хрипло отозвался тот. – Я еще на многое способен!

– Так почему ты сидишь здесь и жалеешь себя? – резко спросила девушка и огрин зарычал в ответ, а родичи улыбнулись.

– Насчет искусственного глаза это хорошая идея! – Подхватил Мастер. – У техножрецов полно запчастей даже для людей, что им стоит изготовить глаз для нашего вождя? Если вдруг они откажутся, у нас есть чем их убедить. – И посмотрел на собравшихся.

Огрины радостно загудели, обсуждая идею Мастера, и согласно закивали, одобряя ее, словно были на сходе. Впрочем, дело все равно за полковником или инквизитором – они решают достоин ли Хват аугментики и тот это прекрасно понимал, чего не скажешь о родичах. Абелина слушала тарабарщину огринов, пытаясь хотя бы вычленить знакомое слово, но язык был перегружен согласными и шипящими, так что ничего не получалось. Тогда она подозвала к себе комиссара Кармайкл и попросила ту перевести. Девушка вслушалась в трепотню громил и потом вынесла свой вердикт.

– Огрины решили, что вождь пострадал за них не по своей ошибке и достоин восстановления глаза. – Эмилия посмотрела на Абелину. – Вы сделаете ему новое око?

– Кто-то же сделал ему левую руку. – Заметила та. – И что мне мешает дать ему глаз?

– Ничего не мешает. – Согласилась та. – Просто огрины пойдут к вам просить за своего вождя, которого очень сильно уважают. Хват хотел сделать все по правилам – выбрать нового поединком, но его подчиненные не согласились. Они его слишком уважают и ваш отказ могут расценить как оскорбление, а что такое оскорбленные огрины, то вам лучше не знать.

– Вот как? – удивилась Абелина. – То есть твои слова они совершенно не воспринимают как приказы и саботируют их, если ты им прикажешь?

– Я не это имела в виду. – Эмилия без страха смотрела в глаза инквизитора. – Огрины они как дети, немного наивные, любопытные, совершенно не знают жизни в Империуме и все делают по своим правилам, которые хорошо подходят к их условиям существования. Они судят человека по делам его, а не по внешности. Хват отдал свою левую руку, остановив демона, и огрины оценили его случайное увечье, как знак доблести. К тому же канонисса сестер битвы, бок о бок с которыми мы сражались на той планете, незамедлительно отдала распоряжение восстановить конечность огрина, пускай и сама была в этом виновата. – Комиссар говорила горячо и много, защищая своих подопечных. Абелина почувствовала в ней тот яркий огонь веры и убеждения, который она вкладывала в свои слова. И если большинство комиссаров и имперцев воспринимали огринов как тупоголовых нелюдей, то молодая девушка увидела в них не просто нечто большее, чем просто союзников Империума, а вполне себе полноценные умные личности, пускай и со своими обычаями и нравами. И ее желание защитить их было понятно – Абелина видела, что огрины приняли в свою среду своего комиссара. – И ее решение подняло авторитет в глазах огринов – они стали четко выполнять приказы ее сестер, тогда как до этого слушали только своих командиров. Не сочтите это за саботаж или дерзость с их стороны, просто они так привыкли – доверяют только своим родичам или тем, кто сделал для них что-то полезное. Дайте Хвату глаз и все огрины как один присягнут вам – более верных и сильных союзников вам не найти.

– То есть по-твоему остальные имперские гвардейцы – говно на палочке? – спросила Абелина, наблюдая, как солдаты живо грузят полковника Конота на носилки, а Док вкалывает ему обезболивающее, чтобы тот был в сознании. Он и к ней подходил, но Абелина показала ему что в порядке и техножрец занялся более серьезно ранеными, однако к огринам не пошел – те просто не пропустили его в свой круг.

– Все отличные ребята, кроме лейтенанта Броскена, тот знатный говнюк. – Фыркнула Эмилия. – Но это к делу не относится, просто увидев, что вы позаботились об их вожде, его соратники станут вам доверять. Пока что они еще не решили как к вам относиться – в учебке их запугали Инквизицией.

– Как видишь, не все ее представители являются ярыми приверженцами костров и казней. – Абелина усмехнулась и развела руки. – Я выполню твою просьбу, тем более что и сама собирались это сделать – лишать сильную и опытную боевую единицу возможности полноценно вести бой – это глупость. Пусть Хват пройдет полное медобследование, вот тогда можно будет говорить об аугментике, а пока это только переливание из пустого в порожнее – толку от слов мало. – Абелина постучала по спине одного из огринов, прося, чтобы ее пропустили в круг. Хват что-то сказал и громила отошел в сторону. Некоторое время инквизитор изучала рану, вокруг которой уже кожа начала затягиваться и приобретать форму шрама. Новый глаз огрин, конечно, не вырастит, но и размеры стандартного импланта ему не подойдут, нужно делать эксклюзив, Док будет доволен необычным заказом. – Как себя чувствуешь?

– Отлично. – Хват встал со стула. – Игла не дошла до мозга, спасибо крепкому черепу. – Он глянул на инквизитора. – Вы можете мне сделать искусственный, как моя рука? – он пошевелил пальцами. – Понимаю, что это весьма дорогостоящий имплант, однако, одноглазый я буду считаться за полбойца.

– За этим я пришла. – Абелина посмотрела на ждущих ее решения огринов. Они уже вынесли свое, теперь дело за ней. – Мой техножрец постарается изготовить тебе аналог, но на это нужно время и полное твое медицинское обследование, также как и всех, кто присутствовал при взрыве. В теле мутанта мог быть опасный вирус.

– Опять иголки. – Проворчал кто-то из огринов и громилы засмеялись.

– Вам нужны очень прочные инструменты. – Хват посмотрел на Абелину. – Сестры госпитальер сломали об нас все свои иглы и затупили скальпели.

– Вот как? – Абелина посмотрела на Эмилию. – И кто проводил обследование? Возможно, есть полноценная медкарта, что сэкономило бы нам время.

– Медики канониссы Симоны Ганн уже изучили нас вдоль и поперек. – Изрек Хват. – Если вы с ними свяжитесь, то они отправят вам все результаты обследований.

– Но процедуры пройти все же не помешает. – Веско заметила инквизитор. – Я не хочу, чтобы вы превратились в жидкий кисель посреди территории части от запущенного тиранидами вируса.

Огрины насупились, переваривая ее слова. Хват же просто кивнул.

– Мы сделаем так, как вы скажете.

– Тогда пройдемте в бункер. – Распорядилась Абелина. – Время дорого. И не забудьте те носители данных, что вы нашли в крепости арбитрес, мне нужно с ними разобраться.

Веселушка извлекла из своего рюкзака пачку ОСД и передала их Эмилии, которая и понесла следом за инквизитором. Хозвзвод Смока уже наводил здесь порядок – ратлинги опрыскивали стены и пол специальным химсоставом, который растворял все ошметки плоти. Никто не хотел допустить распространения заразы, если таковая найдется. Огрины толпой отправились смывать с себя и с брони кровь мутанта, а Хват, молча подхватив Абелину, сил которой хватило только чтобы преодолеть половину расстояния до бункера, перенес инквизитора в ее комнату, которую переоборудовали под лазарет для командования. Там уже лежал Конот задницей кверху и пытался вывернуть шею, чтобы посмотреть на вошедших. Хват поставил Абелину на ноги и прошел в соседнюю комнату к техножрецам, которые тут же взялись за медсканеры, тем более, что Магос уже делал гнездо для аугментики Хвата и представлял, что именно сейчас от него требуется. Инквизитор связалась по воксу с Доком и приказала тому вывернуться, но сделать глаз для огрина, чем тот и занялся сразу же после того, как извлек из полковника все иглы и смазал его раны заживляющим составом. Абелина передвинула стул и присела рядом с Конотом.

В комнату вошел гиринкс, потерся головой о ногу Абелина, потом посмотрел на лежащего полковника, мявкнул, словно спрашивая, что с ним, после чего забрался на лежанку инквизитора и свернулся калачиком, устраиваясь спать.

– Я не знал, что они умеют взрываться. – Пробормотал полковник. – Прости.

– В этом нет твоей вины. – Абелина положила руку ему на плечо. Шея Конота покраснела от напряжения, он скосил глаза на женщину и та ему улыбнулась. – Это я должна была предупредить вас всех. – Инквизитор задумалась. – Как не вовремя атаковали эти тиранды и лишили меня возможностей. – Она грустно усмехнулась и посмотрела на полковника. – Впрочем, мне легче отвыкнуть от способностей, чем остальным псайкерам.

– Почему? – прохрипел Конот.

– Поверни-ка голову так, как тебе удобно. – Абелина заставила военного отвернуться к стене. – Не напрягайся. – Она замолчала. – Почему ты защитил меня? – спросила тихо. – И нес на руках?

– Потому что... – полковник замолчал на время, потом хмыкнул, – собственно, я и не намерен это скрывать, можешь отрубить мне голову или сжечь на костре, как тебе захочется, но я скажу. Я повидал много инквизиторов за свою службу и встречались мне в основном одни тупоголовые болваны, которые за своими догмами и приказами не видели живых людей. Они не понимали, что бой не всегда развивается по плану, всегда нужно вносить коррективы и тут нужна гибкость ума и инициатива, чем тупое исполнение приказов. Когда ты понимаешь, что именно сейчас нужно отвести людей, чтобы сохранить их жизни, а потом, используя передышку, контратаковать, а не просто бездарно погибнуть, защищая никому не нужный форпост посреди поля... – Конот снова попытался повернуть голову, но та бессильно упала на подушку. – Тактика заваливания трупами оправдывает себя в том случае, если есть постоянный подвоз боеприпасов и пополнений, но вот когда твои силы малы, погибла почти половина подразделения, танки подбиты, прикрытия с воздуха нет, артиллерия выбита, а еретики или ксеносы, почуяв победу, напирают, то разумнее отступить, чтобы потом выбить их с занятых мест. Провести перегруппировку, подвезти боеприпасы, усилить пехоту танковыми и артиллерийскими подразделениями, а не проводить потом по итогам боя расследование, почему вы "позорно" бежали и расстреливать выживших. – Полковник взял это слово в кавычки. Абелина молчала во время его слов, давая возможность военному выговориться. Он перевел дух и продолжил: – Я отвечаю за своих людей, валлхальцы это не самоубийцы-криговцы или не фанатики Таларана, для которых тактика закидывания трупами привычна и понятна. Мы действуем малыми силами, но более эффективно, как Элизианцы или те же Хараконские Ястребы, потому что по-другому в наших подземных тоннелях воевать не получится. Мы не плодимся как кролики, используем все доступные нам ресурсы, чтобы выжить и выживаем в нашем ледяном мире уже много сотен лет. И наше командование понимает, что просто кидать людей на амбразуру, значит перечеркнуть все годы их боевой подготовки, в которую вложено много сил и средств. Но, к сожалению, в Администратуме и Инквизиции многие этого не понимают и мы гибнем сотнями и тысячами. – Конот замолчал. – За все тридцать шесть лет, что я воюю, я потерял почти сотню тысяч солдат пополнения и не потому что я такой бездарный командир, а потому что был вынужден выполнять приказы тупоголового командования. И два инквизитора всегда пытались обвинить меня в ереси. Я даже просидел у них в застенках несколько месяцев в компании комиссара Марша. – Конот усмехнулся. – Потом был штрафной батальон и нас бросили на орков. Было тяжело, но мне удачным маневром удалось вбить клин в их силы и гвардия довершила начатое. Потом инквизитор, что вел мое дело, продался еретикам и меня вроде как реабилитировали, вернули звание и полк, выдали штандарт, под которым я воюю уже восемь лет. Недавно была история с ксеносами, которые ловко нам помогли против демона, что тоже можно добавить к тем обвинениям в ереси, что тянутся за мной. – Полковник снова замолчал. – Я уже сражался бок о бок с эльдарами на Кадии и знаю каковы они в бою. Да, они ксеносы, но среди них есть, оказывается и те, кто держит слово.

– Ты так и не ответил на мой вопрос, почему ты закрыл меня от взрыва? – напомнила ему Абелина, хотя уже догадалась. Полковник снова вывернул шею и скосил на нее глаз.

– Потому что ты мне нравишься, Абелина. – Произнес он. – Сначала я думал, что ты воздействовала на меня своей магией варпа, но когда ты лишилась ее, то понял, что она здесь не при чем. Ты единственный инквизитор, который не приставил к моей голове лазпистолет и к тому же ты чертовски привлекательная женщина.

– Я могу расценить это как оскорбление. – Улыбнулась инквизитор. – Вот так просто понял? – удивилась она – И так легко говоришь об этом?

– Я уже давно не пылкий влюбленный юноша, который краснеет при виде объекта своего обожания. – Хмыкнул полковник. – В моей душе есть только пустота и ее некем было заполнить до того момента, пока я не встретил тебя на балу. Если бы не обстоятельства, то я бы непременно позвал тебя в лучший ресторан Терры, а не этого паршивого городишки. – Конот замолчал. – Ирония судьбы – я влюблен в инквизитора Абелину Смит.

– Меня зовут Джоана. – Тихо произнесла женщина. – Джоана Шеффер.

– Абелина – не твое имя? – удивился военный. – Псевдоним для прикрытия?

– Это имя мне дали в стенах Инквизиции, отсекая мою прошлую жизнь. – Джоана грустно вздохнула. – Вся моя свита знает мою историю, если желаешь, я открою ее тебе.

– Чем же я заслужил подобное откровение? – ехидно спросил Конот и тут же легонько получил по затылку.

– Дурак. – Произнесла Джоана. – Думаешь, я не знала, что ты в меня влюблен? Еще там, на балу почувствовала. И знаешь, я не буду против твоего признания, потому что чувствую по отношению к тебе то же самое. Самое главное – распознать свою половинку и, кажется, у нас с тобой это получилось. – Она улыбнулась. – Знаю, что это против правил, но инквизиторам иногда их можно нарушать. В любом случае мы все служим Империуму одинаково и имеем право на толику нашего маленького счастья.

Она наклонилась к Коноту и поцеловала его в макушку. Мужчина вздохнул, слушая инквизитора.

– Я – уроженка Кадии. – Начала рассказывать Джоана. – Естественно, сколько я себя помню, я имела дело с оружием и с хаоситами. Сопротивляемость силам варпа у нас в крови, точно также как и большее наличие псайкеров. Видимо, влияние Имматериума. – Она пожала плечами. – Сначала мои способности дремали и я не ощущала дискомфорта, так, неясное предчувствие будущих негативных событий, пока однажды на нашу крепость не напали большие силы хаоситов. Проклятые еретики призвали младших демонов, мутанты набегали волнами, предатели-космодесантники уже почти сломали нашу оборону, когда погиб мой командир. У меня на глазах. – Абелина-Джоана замолчала, заново переживая это событие. – Я любила его всем сердцем, как любят отца, он был не просто примером для всех, он был для нас всем, умным командиром, талантливым полководцем и заботливым мужем и братом. Каждый выбирал для себя того, кем хотел видеть командира. И вот когда его не стало – проклятая демонетта проткнула его своим когтем и разрезала клешней, я ощутила внутри себя такую невероятную злобу и гнев, что ненависть прямо потоком полилась из меня. – Она посмотрела на Конота, который так и лежал, извернувшись, глядя на инквизитора. – Демонетту испарило молнией на месте. Очевидцы рассказывали, что я прямо запылала ярким светом Императора, словно была живой Святой, как Селестина. – Джоана усмехнулась. – Хотя я редко ходила в храм, но также как все платила десятину на его содержание. Я почувствовала в своих руках такую невообразимую мощь, я стала проводником этой силы и излила на головы демонов ярый гнев Императора, что немедленно ей и воспользовалась. Хаоситы дрогнули и это позволили накрыть их ряды нашей артиллерии, которой "Валькирии" подвезли боеприпасы, а потом я потеряла сознание. Очнулась уже на Черном корабле Инквизиции и знаешь, я не сидела в камере как ты. – Она горько усмехнулась. – Несколько инквизиторов пытали меня, выясняя, не одержимая ли я, вырезали на спине руны и ритуальные знаки изгнания демона, а я ощущала, что они боятся меня. Их сковал страх до такой степени, что когда их толпа приходила ко мне, я чувствовала их даже через стену. Их страх напоминал мне липкий холодный пот, был таким мерзким на психическую ощупь, что мне не хотелось даже слышать их и присутствие инквизиторов раздражало меня. Они срезали пласты кожи с моей спины, бормотали заклинания, хотя теперь я понимаю, что в них нет нужды – вся сила сосредоточена у тебя здесь. – Она постучала указательным пальцем по виску. – Мозг – не более чем проводник, а вот преградой для демонов выступает твоя душа, твоя вера, неважно во что. Ведь Хаос это то, чему мы жестко сопротивляемся, чего мы неприемлем, потому что поглощенная им душа уже не возродиться снова. Правы эльдар, когда говорил о варпе, как о вместилище душ – там есть место для всех. Другое дело хватит ли тебе сил сопротивляться его хищникам.

– То есть ты несанкционированный псайкер? – спросил, уточняя, Конот.

– Ну да. – Кивнула Джоана. – Гибель командира сформировала меня как жаждущего мести псайкера и позволила на мгновение установить канал с варпом, чтобы использовать его возможности. Будь я далеко от этого места или вообще не на Кадии, то постепенно я бы спустилась в бездну безумия, испытывая на себе прессинг имматериума или же моей душой завладел бы один из демонов, но, к счастью, этого не случилось.

– Так с тобой проводили связь ритуала душ? – спросил полковник.

– Сначала меня хотели скормить Астрономикону, как внезапно обнаруженного опасного псайкера. – Фыркнула Джоана. – Но за меня вступился один из Лордов-Инквизиторов и взял под свое крыло. Оказывается у них там то еще крысиное гнездо – множество фракций, которые по своему трактуют волю Бога-Императора.

– Ты попала к радикалам? Или как их там называют? – поинтересовался Конот.

– Это название придумали люди, далекие от Инквизиции просто для того, чтобы обозвать чудиков вроде меня. – Пояснила женщина. – На самом деле там все сложно – есть несколько правящих кругов, которые образуют своего рода совет и выбирают председателя, которого мы знаем как одного из Высших Лордов Терры. И среди претендентов на его место всегда идет борьба. В Инквизиции всегда превалировала группировка тех самых тупоголовых последователей религиозного учения, которые опираются на догмы веры в Бога-Императора, созданной одним из предателей-примархов, Лоргаром.

– То есть как?! – Конот аж подпрыгнул на койке, но застонал от боли в спине. – Вера в Бога-Императора – ложь, выдуманная Хаосом?!!

– Успокойся. – Уложила инквизитор полковника обратно на кровать. – И да и нет. – Ответила она. – Это самая страшная тайна Инквизиции – основатель и писарь Священных Текстов веры был не кто иной, как последователь Хаоса. Просто это было до того, как он продался Губительным Силам. И тебе не стоит трепать языком перед солдатами, раскрывая эту информацию, не стоит подрывать их убеждения. Предатель он или нет, но вера в Бога-Императора помогает Империуму не развалиться окончательно, а такие люди как я должны следить за тем, чтобы тайна не вышла наружу.

– Почему же ты мне ее раскрыла?

– Потому что я устала от них. – Вздохнула Джоана. – В архивах Инквизиции собраны все древние материалы, которые относятся к становлению Империума и культа Императора. Просто цементирующим раствором для людей выступил тот, кто отвергал все религии, считая их тормозящими прогресс, и в итоге стал одной из них. Ирония судьбы, как ты сказал. Просто Император не знал, во что это выльется. Людям всегда надо во что-то верить, они так созданы, и пусть это будет порядок Империума, чем анархия Хаоса.

– Ты говоришь так, как будто Император... – Джоана прижала ладонь к его губам.

– Я поняла, о чем ты хотел сказать. – Произнесла инквизитор. – Он жив и он страдает, просто Механикусы при подключении перепутали провода. – Она грустно улыбнулась. – Темная Эра Технологий с их слов была поистине расцветом человечества, мы достигли далеких звезд, основали множество колоний, также воевали с ксеносами и наша Империя расширялась, но восстание Железных Людей все погубило. Нам не известны факты, как именно оно произошло и по каким причинам, но мы знаем, что произошло потом. Разум или если тебе будет так угодно Дух Императора действительно заперт в Золотом троне, тело, сидящее на нем – не более чем пустышка и обозримый символ для верующих. Технология переноса сознания очень сложна, даже в то далекое время она редко использовалась и то в качестве сохранения жизни власти имущих. Вероятно, Золотой Трон это часть устройства, потому что знания и технологию обратного процесса переноса сознания в тело Механикусы отыскать так и не смогли или не сохранили.

– Твои слова попахивают ересью. – Пробурчал полковник.

– Мне можно их произносить, потому что я знаю правду. – Джоана наклонилась и прошептала ему на ухо. – Поэтому наша группировка самая малочисленная в Инквизиции. Мы те, кто принял правду, остальные не хотят о ней даже слышать и поэтому с таким невероятным рвением истребляют всех подряд, кто хотя бы задумывается об этом и ищут агентов Хаоса среди людей, подозревая всех. По поводу еретиков и хаоситов я с ними полностью солидарна, потому что подобной мерзости не место среди цивилизованных народов. В ту же категорию попадают тираниды и некроны, с последними вообще невозможно договориться – они просто уничтожают все живое, чтобы насытить свои прожорливые души, словно темные эльдар. С кем можно более-менее вести диалог – это светлые эльдары, орки, тау, с малой вероятностью другие космические цивилизации вроде джокаеро или фра'ал, хотя последние вообще никогда не вступали в контакт и общение заканчивалось обоюдными выстрелами. Потому что у всех у нас есть один единственный сильный враг – Хаос. Существа другого измерения, пробившие дыру в материальный мир, которые жаждут поглотить души живых. Энергопаразиты, если хочешь более точную формулировку. А паразитизм до добра не доводит, разве ты будешь продолжать кормить глистов, которые отравляют твой организм? Наверное, нет. Вот и с Хаосом та же история. И глупо конфликтовать друг с другом, когда раздоры между нами на руку хаоситам. – Джоана замолчала. – Ты говорил о недопустимости изменения планов в бою – у нас та же ситуация, инквизиторы имеют некоторый уровень инициативы, но все должно быть в рамках Кодекса. И меня точно также могут "вывести из игры" как и тебя вперед ногами, если вдруг заподозрят в ереси или даже возможности оной и даже защита Лорда-Инквизитора не поможет. Просто для некоторых расследований вроде этого нужно применять не грубую силу и крики о проникшей везде и всюду ереси, а тщательное расследование с доказательствами и фактами и разведку. Сюда не пошлешь тупоголового инквизитора, который немедленно призовет на голову всех жителей Экстерминатус, просто потому, что ему показалось, а ведь таких миров с подобными тепличными условиями очень мало и их надо беречь. Уничтожить жизнь легко, но вот создать – на это требуется время. Раз ты валлхалец, то вспомни, какова была твоя первоначальная планета? Цветущий рай-сад. И во что она превратилась?

– Ледяной шарик в бездне космоса. – Тихо произнес Конот. – Но мы не виноваты, проклятая комета врезалась в нас.

– А как же мир смерти Крига? Отравленная химическими бомбардировками Люция? Радиоактивная пустыня Жондон? Мир суши и ветров Энтаблер? Все это сделали люди, когда делили между собой власть и сферы влияния.

– И сколько таких миров, загубленных людьми?

– Много. – Покачала головой Джоана. – Где-то техножречество строит свои Кузни, осушая океаны и высасывая ресурсы из недр, где-то леса и поля изводят под строительство городов-ульев, где-то строят фабрики и заводы по производству пищи, ведь остались технологии как из пластика получить еду, а из фекалий – мясо. Не знал об этом? – Полковник вздохнул – покачать головой не было сил. – И лучше бы тебе не знать, что ты ешь в столовой, и с радостью грызешь эрзац-пайки, изготовленные из отходов химической промышленности. В архивах Инквизиции и Экклезиархии много чего интересного можно откопать, в том числе и про еду.