Текст книги "Жернова войны 2 (СИ)"

Автор книги: Коротыш Сердитый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 58 страниц)

На очищенной поляне рядами лежали мертвецы – люди и огрины. Рядом с трупами стояла Эмилия, чудом выжившая, получившая всего пару царапин и одну глубокую рану на плече, уже забинтованную. Она повернула к Хвату свое заплаканное лицо и бросилась к великану, обняв его за пояс, стараясь утешить и самой найти утешение в его объятиях. Тело худенькой девушки сотрясалось от рыданий, рядом с ней стояла Веснушка, понуро опустив голову. Глядя на это, у канониссы ком встал в горле, она не могла даже спросить или произнести хоть пару фраз – для происходящего невозможно подобрать слова утешения. Хват видел мертвое тело своего последнего родича, который храбро сражался до конца. Подмышка безмятежно улыбался, глядя в очистившееся от истребителей и тиранидов небо, по которому, спеша по своим делам, пробегали белоснежные облака. В горле Хвата запершило, он закашлялся, пытаясь избавиться от сгустка горечи, что образовался внутри. Огрин чуть отстранил Эмилию, бухнулся перед телом на колени, всматриваясь в лицо Подмышки, пригладил его волосы рукой, закрыл тому глаза, после чего встал и повернулся к остальным. Из живого глаза протянулась мокрая дорожка от скатившейся по щеке слезы. Хват провел тыльной стороной ладони по лицу, вытирая следы и посмотрел на плачущую Эмилию, потом на канониссу, которая грустно смотрела на погибшего.

– Я виноват в этом. – Сказал он и Веснушка удивленно вскинулась, глядя на вождя. – Я отправил всех на смерть, их гибель лежит на моей совести. Я недостоин быть вождем.

– Прекрати молоть чушь! – послышался голос позади Хвата и к нему, прихрамывая, подошел Жила. – Это была славная битва, они умерли храбро сражаясь в бою, а не в постели. Разве это не покроет их имена славой? Или ты хочешь лишить их такой чести? – говорил Жила на огринском и канонисса не понимала, о чем он, зато Эмилия четко уловила, куда клонит лейтенант.

– Вождь отвечает за всех! – решительно и твердо произнес Хват. – Что я сделал для того, чтобы спасти их жизни?!! Привел на смерть, не более того!!

– Дурень! – воскликнул Жила. – Ты спас миллион человек! Мы спасли, – поправился он, – и ты еще говоришь, что ничего не сделал?!! Останься мы в части – паразиты бы многократно размножились и вот тогда твое решение выглядело бы ошибкой!! Ты поступил так, как должен был поступить вождь – сохранил будущее пускай и ценой потерь! Вот в чем заключается мудрость вождя – он всегда думает о последствиях. Или, ты хочешь сказать, что мы не знали, что можем погибнуть? Все всё прекрасно понимали, но пошли за тобой, потому что знали – выбор невелик. Когда ты уходил на охоту выслеживать паразитов, думаешь, твой вождь не переживал за тебя? Что если весь ваш отряд был бы уничтожен, а над поселком нависла бы серьезная угроза? Ведь это он распорядился, чтобы вы пошли. И кто виноват в этом? Ты, который не смог дать отпор паразитам или вождь, который отправил тебя на смерть? – Жила тыкал пальцем в грудь Хвата и канониссе казалось, что он обвинял его. Рука Симоны легла на рукоять болтера, но рядом с ней встала Эмилия и мотнула головой.

– Не надо. – Прошептала девушка. – Это их внутреннее дело – не стоит в него вмешиваться.

– Как скажешь. – С выдохом ответила Симона, внутри нее бушевала буря.

Хват размышлял над словами Жилы – тот был кругом прав. Но все равно смерти сородичей больно ударили по нему, такого он даже не испытывал в своей прошлой жизни. Хотя нет, врет сам себе, испытывал и не раз, просто там всегда было кому отомстить. Что ж, есть кому отомстить и здесь.

– Я доберусь до их Патриарха и выверну его потрохами наизнанку за каждого погибшего воина, даю слово. – С мрачной решимостью произнес огрин на низком готике и Жила одобрительно улыбнулся. – Но сначала нужно похоронить родичей как полагается. – Хват посмотрел на канониссу, словно ждал ее разрешения и та только кивнула. Один раз она уже опростоволосилась с обрядами огринов и не желала повторять своей ошибки. – Сколько наших выжило?

– На самом деле много. – Улыбнулся Жила. – Почти две полные руки. Погибших не так много, но вот раненых... и еще, многие лишились конечностей, в строю остался почти взвод воинов из тех, кто может сражаться и держать оружие.

– Где Гора?

– Где-то там. – Махнул рукой в сторону трупов тиранидов Жила. – Погиб. Я видел, как он убил Подавителя, но десяток генокрадов улучили момент и ударили в спину. Проклятые твари, они истыкали тело вождя Рудокопов, но тот сумел отомстить им всем, прежде чем истек кровью.

– Может быть он еще жив?

– Не думаю – он активировал батарею лазгана. – Покачал головой Жила. – Паразитов было много и они навалились толпой. Но ты прав, мы откопаем всех родичей и сожжем, как подобает.

К стоящим огринам, несмотря на запреты сестры госпитальер, с которой вяло переругивался лейтенант Тихонький, подтащили носилки гвардейцы, на которых он и лежал. Слава пришел в себя от проводимых над его телом процедур и тут же увидел Хвата, который вел беседу со своими. Уши у Тихонького сохранились и слух, пусть и немного, но пострадал, однако огрины были рядом и он слышал весь разговор. Офицер тяжело дышал, культяпку ноги уже перевязали, бок забинтовали и медик суетился рядом. Огрины повернулись к человеку.

– Я хочу, чтобы вы сожгли моих солдат вместе со своими. – Твердо произнес Тихонький. – Я не желаю, чтобы они гнили в земле вместе с тиранидами, которые отравили ее. Пусть уйдут сразу к трону Императора, они это заслужили, погибнув с честью.

Канонисса даже не пыталась вылезать со своим мнением и кричать о ереси, как это сделал бы тупоголовый инквизитор или еще какой-нибудь болван и она скромно промолчала, а огрины, переглянувшись, кивнули, соглашаясь со словами человека. Выстоявшие с мясорубке солдаты имели полное право на желание почтить память своих павших товарищей тем способом, который считали наиболее приемлемым. Раньше, несомненно, канонисса высказала бы свое мнение по этому вопросу, призвав на голову гвардейцев все кары, но, проведя с ними бок о бок пускай и неделю и, узнав этих людей поближе, она поняла, что не всегда нужно давить. Стоит иногда проявить гибкость и это завоюет уважение солдат гораздо быстрее, чем гневные вопли и запугивание расстрелом. Сестра госпитальер обратила внимания на раны самих огринов и побежала к ним, водя сканером по телу.

– Множественные гематомы и резаные раны, возможно проникновение инфекции! – закричала она. – Немедленно пройдите в лазарет!

Хват только отмахнулся.

– Не спорь. – Мягко произнесла Симона. – Мы доделаем работу за вас – тираниды разобщены и лишены управляющего центра – это будет несложно. И тела ваших погибших товарищей мы отыщем быстрее с помощью биосканеров. – Она продемонстрировала экран ауспекса на наручи брони, который сиял красноватыми точками еще теплых тел. – Так что пройдите медобследование – я не хочу, чтобы кто-то из вас заразился.

– Канонисса дело говорит, Хват. – Кивнула Эмилия. – Пускай медики плотнее займутся твоими ранами.

– Полковнику может требоваться наша помощь. – Возразил огрин. – Пока мы тут прохлаждаемся – там тираниды рвутся к городу.

– Я отправила им в помощь свои основные сил. – Заверила его канонисса. – К тому же у нас превосходство в воздухе и два корабля висят на орбите, у которых лэнс-пушки разряжаются каждую минуту. Да и по последним полученным мною данным тиранидам даже не удалось проникнуть за городскую черту – вы нарыли там километры окопов и траншей, поставили столько пушек и пулеметных гнезд, что пройти там нереально. Единственный их вариант – проникнуть в канализацию, но там произошел подрыв тоннелей, а вести раскопки под выстрелами даже многочисленным тварям совершенно некомфортно. Так что заканчиваем здесь, оставляем охрану поселка из моих сестер и летим в город.

– Шорох, ты проверил людей? – спросил Хват стоящего рядом огрина.

– Не всех.

– Почему?

– Потому что вы подыхали здесь, пока мы прохлаждались там! – рявкнул тот. – Я не мог на это безучастно смотреть!

– Ладно. – Хмыкнул Хват и обратился к канониссе. – Ваши биосканеры могут выявить скрытого агента генокрадов? Я подозреваю, что они могли проникнуть в эту коммуну и потом атаковать нас с тыла.

– Я немедленно займусь этим. – Кивнула Симона, нажимая на горошину связи, чтобы отдать соответствующий приказ. – Отдыхайте и поправляйтесь, вы это заслужили.

После чего покинула лейтенантов. Эмилия посмотрела ей вслед.

– Странно, канониссу как будто подменили.

– Наверное, она неровно дышит к тебе, Хват. – Засмеялся Тихонький и тут же закашлялся. Сестра госпитальер возмущенно посмотрела на него, но ничего не сказала – она слышала от солдат и юмор похлеще.

– Этого еще не хватало. – Буркнул тот и все вокруг засмеялись. – Жена должна сидеть дома и ждать мужа, а не скакать с пушкой в руках, истребляя паразитов. – Огрин улыбнулся.

– Боюсь, ей не понравится твоя одинокая пещера с одной занавеской и камнем вместо постели. – Засмеялся Шорох. – Ты-то привычный, а канониссе будет твердо и холодно возлежать на нем – никакие перины и одеяла не помогут.

– Тебе придется ее греть каждую ночь, чтобы не превратилась в ледышку. – Произнес Жила на огринском, чтобы сестра госпитальер не навострила свои любопытные уши. – Ладно, посмеялись и хватит, у нас есть дело, которое нужно закончить до темноты. – И он посмотрел на светило, которое стояло в зените.

Точное число погибших огринов равнялось 57, 71 были тяжело ранены и не могли самостоятельно передвигаться, остальные имели повреждения средней и легкой тяжести и вполне себе, после небольшого отдыха могли идти в бой. Потери среди рот лейтенантов Тихонького и Курчатова были более серьезными – почти по три сотни солдат отдали Богу-Императору свои души, около пятиста получили глубокие раны и потеряли конечности, так что сестрам госпитальер пришлось бинтовать их почти до самой ночи. Те же, кто выжил, собрали тела погибших в одну большую кучу. Здесь были танкисты Смоляка, пилоты «Стражей» Симонса, рядовые, капралы и сержанты пехотных рот и сами огрины. Сложили поистине огромный костер, вырубив часть деревьев поблизости, заодно проверив рощу на предмет наличия там генокрадов. Население коммуны наотрез отказалось оставаться в этом месте и полным составом собралось переехать в город, а для этого отправленных машины было бы недостаточно, так что пришлось задействовать челноки. Обнаруженных среди них агентов генокрадов было не так много и они выявили себя почти сразу, как только их хозяева атаковали поселение, так что контрмеры, предпринятые Хватом, можно было не проводить, но перебдеть все же стоило. И все были с этим согласны – никому не хотелось оказаться носителем эмбриона тиранидов.

Чтобы стволы хорошо горели их облили прометием, на закате все выжившие и сестры битвы собрались возле кострища, взявшись на руки. Хват стоял рядом с комиссаром Эмилией и канониссой. Он осмотрел стоящих рядом и громко произнес:

– Эти воины храбро сражались и погибли в битве с честью и доблестью! Мы сжигаем эти тела дабы их души поскорее достигли Железного Трона и устроились подле Небесного Кузнеца, который примет их в свою великую армию и поведет сокрушать своих врагов! Или же дарует им новую жизнь, чтобы они исполнили его замысел! – Он посмотрел на Симону. – Скажи что-нибудь для людей. – Шепнул он.

– Рядовые, капралы и сержанты славнейшей имперской гвардии храбро выполнили свой долг перед Богом-Императором и Империумом, защитив жизни мирных жителей. Пусть же они вознесутся к Трону Его и вольются в Святую Армию, что уничтожит мерзкие порождения варпа и всех враждебных нам ксеносов навсегда! – Горячо произнесла канонисса практически повторив смысл сказанного огрином, только другими словами. Она задумалась, что религия Бога-Императора все же нашла отражение даже в их диких верованиях, хотя, судя по последним данным, это могло быть и влияние упавших на их планете сестер, что бежали от правления Вандира.

Хват взял из рук Жилы факел, приблизился к сложенным бревнам, начав напевать прощальную песнь. Все остальные огрины подхватили его слова, а удостоенные чести поджечь погребальный костер также прислонили свои пылающие факелы к веткам. Щедро облитые прометиумом, они моментально запылали и огонь взметнулся до небес. Хват, не прекращая петь, взял за ладошки Эмилию и Симону и повел их вокруг костра по часовой стрелке. Все огрины слитно двинулись как один и люди пошли вслед за ними, шепча губами слова молитв, которые знали. Канонисса шептала слова благословения ушедшим на тот свет и невольно прислушивалась к словам песни. Она завораживала, слова сами приходили на ум канониссе и Симона неожиданно заметила, что вместо знакомых молитв произносит непонятные для нее речи. Но что самое странное, она даже не пыталась это прекратить, словно включилась в процесс похорон. Внезапно пламя взметнулось еще выше, костер затрещал, внезапно быстро почерневшие головешки тел огринов и людей вдруг стали превращаться в прах и уноситься вверх вместе с искрами от огня. Огрины вместе с людьми затянули особенно долгую ноту и резко ее оборвали. Пламя взметнулось неожиданно сильно и вдруг опало, завернувшись вокруг своей оси, словно исчезнув из этого мира, забрав с собой тела людей и огринов. От костра остались только не прогоревшие стволы бревен и редкие черные головешки. Вверх, в наступающие сумерки уносились последние искорки, которые таяли в воздухе. Хват расцепил руки и как-то даже облегченно вздохнул, словно проделал тяжелую работу.

– Ваши смерти будут отомщены, братья. – Тихо произнес он по-огрински и Эмилия его поняла.

Комиссар посмотрела на людей, которые не понимали произошедшего, были ошарашены тем, что водили хоровод вместе с огринами и сейчас странно себя чувствовали, однако в душе у каждого поселилось ощущение, что они все правильно сделали. Тихонький не участвовал в хороводе по понятным причинам, но его поднесли к огринам и даже он ощутил это единение со здоровяками. Лейтенант грустно вздохнул, скорбя по убитым солдатам и в то же время радуясь за них. Он словно знал, что они точно отправились к Императору и воссели рядом с его троном, ожидая, когда тот позовет их на битву. Душа лейтенанта как-то сразу успокоилась, хотя до этого терзалась от переживаний и дум. Казалось, что он побывал у священника, который отпустил ему все грехи и он начал жить другой жизнью, перевернув печальную страницу этой и готов вписать на чистом листе новые строки.

Канонисса посмотрела на Хвата и тихо спросила:

– Что это было?

– Похороны. – Кратко ответил тот.

– Ты понял, что я говорю не об этом. – Нахмурилась Симона. – Это какой-то психический ритуал? Я не знаю вашего языка, но четко пела на нем, я это помню. – Канонисса посмотрела на огрина, требуя ответа. – Это невозможно.

– Я не знаю, как это объяснить. – Пожал плечами тот. – Обряд проводится с давних времен, в нем участвуют все, кто взялся за руки. – Он почесал затылок. – Думаю, тебе лучше спросить об этом у инквизитора, она все-таки псайкер, наверное, она сможет объяснить. Кстати, ты так и не сказала, как вы тут оказались? Вряд ли просто залетели на огонек – я знаю, что эта планета не входила в ваш список потенциальных мест нахождения Чаши, о котором ты мне говорила.

– Это приказ канониссы Аурелии – оказать помощь инквизитору. – Ответила Симона. – Мы – войска Экклезиархии и Инквизиции и должны подчиняться любому их требованию, поэтому поиски Чаши были нами пока прекращены, дабы исполнить приказ. Я знала, что вы находитесь здесь, но не знала, что у вас тут возникла проблема. Нам повезло, что наш Навигатор превзошла саму себя – мы преодолели больше шестидесяти восьми световых лет почти за девять часов. – Она посмотрела на Хвата. – Только с божественной помощью Императора возможно такое, теперь я не сомневаюсь. Видимо, у него на вас есть свои планы и эти ваши обряды угодны Ему, раз карающая длань до сих пор на вас не обрушилась.

– Конечно. – Кивнул Хват. – Я еще не убил Патриарха – у него передо мной должок. Нужно определить его местоположение с орбиты.

– Этим уже занимаются, я уверена. – Ответила канонисса. – Сейчас в челноки погрузят раненых и доставят в городской госпиталь, а мы законсервируем жилые помещения и полетим крайним рейсом. Остатки тиранид еще могут шариться по окрестностям и нужно быть настороже.

Хват втянул носом воздух.

– Я никого не чувствую, похоже, что они разбежались. Но как быть с остальными коммунами? На них тоже могут совершить нападение и Патриарх снова попытается увеличить численность своей армии, а мы не можем быть всюду – нас слишком мало.

– Я связалась с полковником и он сказал, что этим занялись в первую очередь, как только отбили нападение тварей на город. В коммуны были высланы отряды при поддержке сестер битвы с приказом отправляться в столицу. Если кто-то будет сопротивляться, то их сразу же проверят на месте и окажись они агентами генокрадов... – Симона провела себя пальцем по горлу. – Их тут же уничтожат. Кроме этого в штаб-квартиру системного сектора было отправлено сообщение об отражении первичной атаки тиранидов на Кассандру. Торговый дом Донгер собирает войска и высылает их сюда, так что скоро тут будет тесно от кораблей, но прибудут они только через день, может быть через два – гиперпереход долгая штука.

– Я думал все корабли Империума путешествуют через варп? – удивился Хват.

– Если расстояния небольшие, то используется безопасный способ, которым наши предки еще пользовались на заре Темной Эры. – Ответила Симона. – Спроси о подробностях у сестры Стефании, думаю, она тебе не откажет, та еще болтушка.

– У торгового дома такой мощный флот, что может блокировать систему? – спросил Хват.

– По-другому и быть не может – конкуренты ведь не дремлют. – Усмехнулась канонисса. – Каждый торговый дом содержит на свои средства собственный флот, их вербовщики рыщут по всему Империуму, предлагая бывшим гвардейцам или пилотам неплохой заработок у них на службе. Ведь они отправляют караваны с товаром, которые нужно защищать от пиратов, ренегатов, мародеров, налетов темных эльдар, кроме этого торгуют с соседями или даже ксеносами, вроде тех же эльдар или тау. – Последние слова Симона выплюнула, словно мерзкая гадость попала ей в рот. – Последним занимаются Вольные Торговцы, но такова была воля Императора – дать им некоторые послабления на этот счет. Если хочешь более подробно узнать о них, то спроси инквизитора, она тебе все расскажет, если не сожжет на костре за подобные еретические вопросы.

– Ну, это вряд ли. – Усмехнулся огрин. – До этого у нее поводов было достаточно. Мне она показалась довольно адекватной и умной женщиной.

– Это до поры до времени. – Буркнула Симона.

– Ты не доверяешь Инквизиции? – удивился Хват. – Сестры битвы вроде как являются ее войсками или я не прав?

– Являются. – Подтвердила канонисса. – Только за свою службу я редко встречалась с адекватными инквизиторами. Не понимаю, почему тебе так везет на командиров – полковник и комиссар у тебя просто золото, выдержанные, спокойные, но в решающий момент могут проявить твердость и при этом хорошо отличают истину от лжи, глупость от мудрости и прочее в том же духе. Раскрой мне свой секрет? – Симона заглянула в глаз Хвату. – И ты так и не ответил мне где потерял свой глаз.

– Никакого секрета здесь нет. – Пожал тот плечами. – Наверное, мне просто везет на хороших людей – не все же в Империуме идиоты. А насчет глаза – оказывается у тиранидов есть взрывающиеся ходячие бомбы, костяной иглой которого мне и вышибло око. Просто подставился неудачно.

– За твои слова тебя следовало бы казнить. – Задумчиво произнесла канонисса. – Но я не буду этого делать, ты мне еще пригодишься.

– Вот как? – Хват принял ее игру. – В качестве пушечного мяса?

– Не только. – Улыбнулась Симона. Теперь она стала чаще улыбаться в его присутствии, забыв про свой шрам. – Есть еще кое-что, но об этом пока рано говорить. Пойдем на погрузку, челнок уже ждет.

Огрины, собрав все исправное оружие и доспехи своих павших товарищей, загрузились в пузатый транспорт, куда уже сели гвардейцы и вместе с ними часть сестер битвы. Главные ворота в жилой комплекс были закрыты и законсервированы, воздуховоды и канализационные тоннели перекрыты специальными заглушками на случай возможной осады. Коммуну создавали давно и опасались налета пиратов или банд орков вместе с прочими ксеносами, так что строители учли и это. Только столетия мирной жизни разбаловали колонистов и про старые механизмы уже никто не вспоминал. Многим не хотелось жить в горе, рядом с теплицами возникли как грибы поле дождя типовые домики и вся местность вскоре превратилась в обычный поселок, а в горе расположили цеха и мелкое производство – мололи муку или варили джемы и повидло. Глава коммуны вспомнил про герметичное убежище, как только первые генокрады начали атаковать поселок и грызть людей и отдал приказ всем укрыться в горе. Еще глава сделал именно то, что от него требовалось, прежде чем погибнуть – вызвал отряд гвардии. Его мигом сожрали, не оставив и следа, впрочем, тварям это не помогло – их все равно покрошили в капусту.

Челнок долетел до города быстро и сел на широком поле космодрома. Здесь уже сновали туда-сюда машины, перевозя раненых в госпиталь. Портовые службы немедленно начинали обслуживать челноки, готовя их к следующему вылету, который мог состояться в любой момент, территория космодрома была оцеплена силами СПО, везде нарыты траншеи на случай нападения тиранидов. Некоторые суда, только разгрузившись, сразу же улетали в ночь и Хват проследил за их полетом глазами. Он закинул за спину единственную уцелевшую мельту, подобранную им, поправил чужой лазган, потому что свой так и не нашел, перезаряженный болтер торчал из кобуры, а силовой топор покоился в чехле за спиной – еле отыскал его под трупами. Огрин сошел по аппарели и увидел стоящую возле челнока сестру Пронатус. Память на лица у Хвата была хорошая и он сразу же опознал маленькую любопытную Стефанию, которая приставала к Мастеру с расспросами. Сейчас тот валялся на больничной койке – твари здорово искусали мужчину, но он точно должен был выкарабкаться. Едва заметив выходящих на своих двоих огринов и канониссу вместе с ними, Стефания подбежала к ним.

– Я вас уже заждалась! – закричала она. – Мне поручили доставить вас к полковнику и инквизитору – они уже давно вас ждут!

– Не суетись под тесаком. – Бросил Хват, подходя к сестричке. – Сейчас отправлю своих ребят отдыхать, потом проедем к полковнику. Ждали столько времени, подождут и еще немного.

– С орбиты обнаружили гнездо Патриарха – медлить нельзя! – сестра была как на иголках.

Хват переглянулся с канониссой и вздохнул.

– Парням все равно надо немного отдохнуть. – Произнес он. – День выдался тяжелый, но раз ты настаиваешь... Эмилия, Жила, займитесь расквартированием наших воинов.

– Комиссар Кармайкл тоже должна присутствовать. – Заметила Стефания.

– Не волнуйся, вождь. – Ответил Жила. – Тут всего сотня, разве я с ними не управлюсь?

– Со мной точно не справишься, тупоголовый Верховик, – произнесла, проходя мимо огрина, Заноза еще и похлопав того по спине. – Тебе нужен кто-то более компетентный в делах командования, вождь. – Заметила девушка.

– Неужели это ты? – спросил Жила.

– А почему бы и нет? – невинно спросила Заноза.

– Я сам решу. – Прекратил их спор Хват и сказал таким тоном, что оба поняли – он до сих пор не отошел от больших потерь среди воинов и всякие дружеские пикировки и подначки приносили ему только боль. – Никаких выборов поединком не будет – кого назначу, тот и будет командовать. Я сказал.

Заноза вздохнула и ругнулась на себя и свой проклятый характер. Она также как и все остальные командиры понесла потери среди своего отряда, но чудом выжила в этой мясорубке, отделавшись только синяками и незначительными порезами. Она вместе со всеми пела песнь скорби и считала, что в душе вождя установилось равновесие, позволяющее двигаться дальше, но тот не забыл погибших. Да, они славно бились и умерли, как и подобает воинам, но вождь до сих пор не мог принять их смерть и это было странно. Раньше такого Заноза за ним не замечала или же потери были не такими незначительными? У нее не было ответа на этот вопрос. Девушка еще раз вздохнула, поправила заплечный мешок и пошла вслед за остальными грузиться в транспортер. Все были как-то подавлены и молчали, редко кто беззлобно перебрасывался шутками, но вскоре и они затихли – все таки потеря стольких родичей ударила по всем сразу. И только сейчас Заноза поняла, какая ответственность на самом деле лежит на командире. Хват нес на себе этот тяжкий груз и не имел права его бросить. А она потянул бы, спросила девушка сама себя? Смогла бы принять смерть тех, кого ты отправил в бой своим приказом? Ветер трепал ее волосы, но Заноза не ощущала его, раздумывая. Наверное, она повзрослела в этот день. Сама не заметила, как ушла девичья молодость, а вот женская мудрость еще не наступила и сейчас девушка находилась на перепутье и некому было подсказать ей, куда идти дальше, какую дорогу выбрать. Кроме вождя. Только сейчас Заноза вспомнила, как вел себя Хват, этот молокосос, который был даже чуть младше ее. Он не кричал, не вопил, не требовал, все обстоятельно разъяснял, при этом его поведение напоминало умудренного годами вождя или же воина. Того, кто начинает пестовать несмышленых, едва оперившихся подростков, которым снег по колено. Они считают, что умнее всех и знают гораздо больше, однако жизнь жестоко щелкает их по носу. Видимо, Хвата жизнь щелкнула еще в раннем детстве, поэтому он так замкнулся. Заноза вспомнила, что огрин потеряли весь свой клан от нападения людоедов, когда был еще мал, практически не имел близких друзей, кроме своих двух родичей, но и они погибли и сейчас он остался совсем один. Вождь он или нет, но это одиночество давило на него очень сильно, к тому же тут присоединялась гибель его воинов. Другой бы мог сломаться, но Хват нашел в себе силы встать, отряхнуться и идти дальше. Подобное мог совершить только истинный вождь. Нет, не так, Верховный Вождь, который принимает на себя ответственность за весь народ. Но Заноза помнила, что случилось в замке Верховного и в ней заворочалась старая злость. Она знает, кто бросит вызов Верховному, если тот еще будет жив до их возвращения на родину. И обязательно победит, по-другому и быть не может. С этими настроившими ее на боевой лад мыслями девушка подставила лицо воздушному потоку, позволяя тому играть ее волосами – их везли на транспорте во временные казармы.

Симона поймала за ухо сестру Пронатус и подтянула к себе.

– Ай, больно! – возопила та.

– Надеюсь, ты не высовывала свой поганый язык при инквизиторе и не разболтала ей об истиной природе огринов?

– Э-э, – лицо Стефании приобрело отстраненное выражение. – Нет. – Ответила наконец она.

– Точно?

– Да. – Тряхнула головой сестричка.

– Ну смотри. – Отпустила ее ухо Симона. – Мы сами должны разобраться с этим делом и не стоит вмешивать сюда Инквизицию.

– С чем разобраться? – спросил Хват, прекрасно слышав весь разговор.

– Скажи мне, друг мой, – произнесла Симона, садясь в транспортер. Водитель уже был в курсе кто это и куда их везти, поэтому просто тронул машину. – Откуда вы появились на вашей планете?

– Ну, насколько я смог узнать об истории Империума, мои родичи когда-то прибыли туда. – Хват пожал плечами. – Если ты спрашиваешь о каких-нибудь древних легендах, то я таковые не знаю – у нас нет письменности и все передается из поколение в поколение только устно.

– Это глупо. – Покачала головой Стефания. – Должны были сохраниться архивы по вашему созданию, ой!

– Так, сестричка, а не сболтнула ли ты что-нибудь подобное при инквизиторе? – Симона подозрительно уставилась на Стефанию, которая опустила голову, а ее уши изрядно покраснели, что было хорошо заметно в свете городских фонарей.

– Ну, может быть. – Подавлено ответила она. – Но инквизитор не обратила на это внимания, клянусь!! Она была занята перераспределением войск и отдачей приказов!

– Что-то ты темнишь, моя дорогая, – канонисса подсела ближе к Стефании, – с отдачей приказов легко мог справиться и полковник Конот, между прочим, это его прямая обязанность – командовать.

– Ну, э-э, – замемекала Стефания, – Госпожа Абелина напрямую не интересовалась, но намекнула, что с удовольствием послушала бы эту историю.

– Инквизитор – псайкер. – Произнес задумчиво Хват. – От нее сложно что-нибудь скрыть. К тому же у нее есть гиринкс, который тоже владеет психическими способностями и придает ей сил. Она может использовать его как ретранслятор. Но что такое со мной не так? – спросил огрин напрямую. – Да, мы изрядно превосходим людей в росте и силе, обладаем некоторыми умениями, но ничего такого, чтобы относило нас у мутантам.

– Вообще-то вы именно они и есть. – Произнесла канонисса и Эмилия удивленно посмотрела на Хвата. – После многократных исследований ваших огранизмов и крови сестра Магнолия пришла к выводу, что матушка-природа вряд ли смогла создать нечто подобное из человека – кто-то здорово поработал за нее.

– Вот как? – удивился Хват, который сразу же понял суть. – То есть мы не результат естественной эволюции?

– Похоже на то. – Кивнула Симона. – Но вот для каких целей вы были созданы?

– Сражаться с тиранидами, конечно! – воскликнула Эмилия. – Их не берет кислота тварей, скорость реакции огринов и сила вполне сравнима с таковой у паразитов. И потом, вспомните, на их планете уже есть аналог тиранидов.

– Возможно. – Согласилась Симона. – Но мы не знаем, кто это сделал – люди или ксеносы. Я не имею широкого доступа к архивам Инквизиции, возможно, инквизитор могла бы ответить на этот вопрос, но я не хочу ее сюда впутывать. Что если все это просто большое заблуждение? И огрины сумели как-то самостоятельно развиться под многолетним прессингом тиранидов? Эволюционировать во что-то большее, чем простой человек? Ведь мы серьезно отличаемся от наших далеких предков даже десяти тысячелетней давности, не говоря уже о более далеких веках.

–Такого рода эволюционный процесс невозможен без внешнего вмешательства. – Уверенно сказала сестра Стефания. – На одну положительную мутацию приходится множество отрицательных – так природа экспериментирует с живым материалом. И выживает только тот, который лучше приспособится к окружающим условиям и приобретет определенные навыки. Здесь же налицо серьезная генетическая работа с организмами огринов.

– У нас есть поморы и южане, которые немного отличаются от нас, северян. – Задумался Хват. – Южан я не видел, только слышал о них, поморы же – это по сути своей подводные жители. Они могут долгое время проводить в воде, выше нас ростом, имеют перепонки и плавники и при этом худые как жерди. Ловят рыбу и промышляют морского зверя. Во всяком случае с едой у них проблем никаких нет. Мы часто вымениваем у них продукты на наши изделия из металла и оружие.