Текст книги "Шёпот судьбы (ЛП)"
Автор книги: Кэтрин Коулз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)
Глава 42
РЭН
Ребра опалило жгучей болью, которой я никогда раньше не испытывала. Я свернулась в клубок, издав низкий стон. Но не сожалела о своих словах, если они спасли бы Холта. Возможно, у нас не будет второго шанса, но свой он может получить.
Джуд сунул телефон в карман и усмехнулся.
– Ты только что ускорила смерть любовника. Держу пари, услышав лишь один твой крик, он помчится сюда со всех ног.
Крошечный проблеск надежды, который я почувствовала, предупредив Холта, мгновенно погас. Потому что Джуд был прав. Холт не отступит. Он бы не стал спасаться сам, если я была в опасности.
Джуд проверил пистолет, убеждаясь, что все в порядке после выстрела в Эмбер. Что он готов встретить Холта.
Вырвавшаяся на свободу ярость, выбросила в мою кровь адреналин, притупив сильнейшую боль. Этого не должно было случиться.
Я пришла в движение прежде, чем успела все обдумать. Прежде, чем успела осознать, насколько глуп мой план. Оттолкнувшись от пола, я вскочила на ноги и бросилась на Джуда.
Боль пронзила ребра, перехватывая дыхание, но мне было все равно. Я бежала прямо на него. У меня не было оружия, чтобы сражаться, поэтому я использовала то, что у меня было: себя.
Шок от моих действий заставил Джуда вскинуть голову, но недостаточно быстро.
Я врезалась в Джуда плечом, как полузащитник в футбольном матче. Он с болезненным кряхтением упал, но не раньше, чем с проклятием схватил меня за волосы.
– Свихнувшаяся сука!
Я ударила его по лицу связанными кулаками, и Джуд взвыл от боли. Внезапность удара на мгновение ослабить его хватку, и я не упустила эту возможность.
Мое тело кричало от боли, когда я бежала к двери, но не сбавляла скорости. Этот свет был моей целью – моей свободой.
Сзади прозвучал выстрел, но я не остановилась. Понятия не имела, где Холт и куда мне идти, но знала, что мне нужно укрытие. Яркий солнечный свет заставил меня быстро моргать, но я продолжила бежать.
Окружение возникло вспышками образов. Деревья. Склон холма. Краешек озера.
Мы были недалеко от моей хижины. Так близко к дому. Но я знала, что это будет первое место, куда, по мнению Джуда, я направлюсь. Итак, вместо того, чтобы бежать на юг, я взяла курс на север, к лесу, молясь, чтобы деревья защитили меня.
За спиной раздался крик, и я поняла, что скрывать свое направление уже слишком поздно, но еще не поздно спрятаться.
Сильнее напрягая мышцы, я ныряла от одного дерева к другому. Бежала на дрожащих, болевших от усталости ногах. На глаза навернулись слезы разочарования и страха. Мне просто нужно было немного больше от моего тела. Достаточно, чтобы найти место, чтобы спрятаться.
Мой взгляд в отчаянии метался по сторонам. Но я ничего не видела. Ничего, что защитило бы меня должным образом.
За спиной громыхали шаги и трещали ветки.
– За это я сделаю тебе больно, – крикнул Джуд.
Мое сердце, казалось, сейчас выскочит из груди, но мне было плевать на угрозы. Я готова принять всю боль в мире, если это удержит его подальше от Холта.
Этот маленький проблеск надежды дал мне прилив энергии. Мышцы несли меня все дальше вверх по холму, вглубь соседнего участка. Я пыталась вспомнить, что здесь было поблизости – другие дома и куда вела дорога. Но бежала слишком быстро, чтобы как следует сориентироваться.
Я должна была надеяться, что найду что-нибудь – место, где можно спрятаться, пока не придет помощь. Холт не был глуп. Лоусон знал, что происходит, и, должно быть, следовал за Холтом по пятам. Я могла только надеяться, что он приведет с собой всю полицию Сидар-Ридж.
Острая боль пронзила бок, и перед глазами заплясали черные точки. В панике я изо всех сил попыталась втянуть воздух. Еще больше слез затуманило зрение, и я выругалась. Не может быть. Мое тело не могло сдаться, когда я была так близка к побегу.
Я с трудом вдохнула, отчаянно пытаясь найти место, где можно спрятаться. Мой взгляд остановился на нескольких молодых соснах, росших рядом с более старыми. Единственное убежище, что у меня было, потому что мое тело сдавалось.
На трясущихся ногах я нырнула под укрытие деревьев. Вжавшись как можно глубже между ними, я обхватила рукой ребра.
Я дышала тяжело, с хрипами, мои легкие пытались работать из последних сил. И было больно. Грудь давило так, будто я дышала под двухсотфунтовым грузом на плечах.
Громкие шаги, преследовавшие меня, замедлились, и я затаила дыхание, зажмурившись. Я была слишком напугана, чтобы надеяться. Итак, я цеплялась за одну мысль, как делала всегда в самые трудные моменты. За мысль о Холте.
Я представила его лицо. Как нежно он смотрел на меня, когда признавался в любви. Ощущение его щетины под моими пальцами. Звук смеха, который я так любила. Я прокручивала его в голове снова и снова, пытаясь услышать каждое его воплощение во время перехода от мальчика к мужчине.
– Я знаю, что ты здесь, Рэн… – слишком счастливо пропел Джуд. Я лишь громче воспроизвела в голове смех Холта. – Это похоже на нашу давнюю игру в «Призрак на кладбище». Помнишь?
В груди пульсировало, я прикусила щеку изнутри. Мы играли в эту игру слишком много раз, чтобы сосчитать. По крайней мере, дюжина нас бегала по территории Хартли в поисках спрятавшегося человека. Крича и смеясь, когда все мчались обратно на базу, если кто-то находил человека. Мои первые украденные моменты с Холтом Хартли при лунном свете.
– И как тебя находили первой? – Джуд фыркнул. – Ты всегда была такой слабачкой. Холт прятался с тобой, когда ты была призраком. – Его голос стал отдаляться. – Помнишь, какой жалкой ты была? Каким жалким был Холт из-за того, что терпел тебя?
Мои ногти впились в ладони, я изо всех сил пыталась выровнять дыхание. Джуд всегда считал доброе сердце и сочувствие Холта слабостью, потому что ему самому этого не хватало. Но я бы ухватилась за эту доброту и никогда не отпускала.
Я могла бы поклясться, что чувствую рядом с собой Холта, он прижимался ко мне и шептал на ухо: «Не волнуйся, Кузнечик. Я прогоню призраков».
В любой ситуации он обладал способностью прогнать страх. Способностью всегда заставить меня чувствовать себя в безопасности. И давал мне глубокое понимание того, что я не одинока.
Даже за годы разлуки я носила Холта с собой, как клеймо на душе. Слышала шепот его голоса, напоминающего мне, что я совершенна такой, какая есть. Что мне не нужно доказывать свою ценность окружающему миру, и что те, кому предназначено любить меня, будут видеть это во мне каждый день.
Раздался хруст ветки. Теперь ближе.
Я впилась ногтями в ладони, пытаясь сдержать крик.
Между деревьями вынырнула рука и схватила меня за горло. Яростным рывком Джуд вытащил меня из укрытия и ткнул пистолет мне под подбородок.
– Я планировал обойтись с тобой полегче. Мне приносило удовольствие наблюдать, как тебя огорчает уход Холта. Но я передумал. Теперь ты испытаешь боль сполна. И я не могу дождаться, когда услышу твои крики.
Глава 43
ХОЛТ
Мои ноги стучали по тропинке, с каждым ударом эхом отдаваясь в позвоночнике. Я знал, что Лоусон и Нэш должны быть позади меня. Они приступили к делу при первой возможности. В ту секунду, когда они услышали крики Р эн.
Потому что они тоже любили ее. Она была для них такой же сестрой, как и Грэй. И они знали, что если я потеряю ее, они потеряют и меня.
Деревья сливались в одно пятно, когда я побежал быстрее, напрягая мышцы до предела, а затем умоляя их о большем. Полмили. Сколько времени мне понадобится, чтобы пробежать полмили? Три минуты? Две?
Какой вред мог причинить Джуд за сто двадцать секунд? За сто восемьдесят?
Слишком большой.
Перед моим взором мелькнуло темное деревянное строение, разваливающееся по швам. Инстинкты, отточенные за десятилетие службы в армии и службе безопасности, кричали, что это может быть ловушкой. Мне было плевать. Я бы позволил Джуду убить меня миллион раз, если бы это означало, что он перестанет причинять боль Рэн.
Моя девочка. Ей причиняли боль чертовски много раз. И я был причиной многих из них. И сейчас мог бы быть последний.
Я вырвался на поляну и бросился к сараю, крепко сжимая пистолет и приготовившись. Стоя в стороне от открытых дверей, я молился, чтобы полуразрушенное здание дало шанс укрытия. Ожидая града пуль, я замер в ответ на тишину.
Пульс на шее бешено колотился, пока я пробирался вдоль внешней стены сарая к дверям. Они были широко открыты. Слишком приветливы ко всем, кто может прийти.
Я напрягся, чтобы услышать, и единственное, что уловил, был звук ветерка в соснах. Я нырнул внутрь, низко пригнувшись с пистолетом на изготовку.
И тут я замер.
Железная хватка сомкнулась вокруг моей груди, выжимая из меня жизнь. На земле лежало скрюченное тело – слишком хрупкое для мужчины.
Желчь подступила к горлу, глаза горели. Каждый шаг казался отягощен моей неудачей – неудачей тогда и неудачей сейчас.
Из меня вырвался сдавленный звук, когда я осмотрел тело. Ноги затряслись и почти подогнулись.
– Не она.
Я повторял эти слова снова и снова, пытаясь убедить себя в их истинности. Не Рэн лежала мертвой в этом сарае. Не в ее голове была пуля.
Я вырвался наружу, втягивая воздух и сдерживая тошноту. Потому что это могла быть она. Очень легко.
– Где она? – рявкнул Лоусон, когда они с Нэшем пересекли поляну, Тень следовала рядом с ними.
– Не там. – Я с трудом сглотнул. – Там Эмбер Рэймонд. Она мертва.
Глаза Нэша расширились, и он крепче сжал поводок Тени.
– Какого хрена происходит?
Я осмотрел деревья, ища намек на что-нибудь, что могло бы дать нам зацепку. Не было ничего: ни движения, ни звука. Будь это ловушка, мы все были бы уже мертвы.
– Она сбежала.
Слова слетели с языка безосознанно. Но я нутром чуял, что говорю правду. Рэн боролась бы изо всех сил. Она была умна. И более того, она была сильной.
Эта сила родилась из всех трудностей, с которыми она столкнулась. А в фатальной ситуации, ее силы увеличивались во сто крат. Я должен был верить, что и сейчас она будет бороться всеми возможными способами.
Лоусон направился к сараю.
– Там может быть что-то, что поможет нам.
Я стиснул зубы, желание умчаться в лес на поиски Рэн было очень сильным. Но я должен был действовать по-умному, не теряя времени.
Тень издала низкий стон. Этот звук я прочувствовал своей проклятой душой.
Мои пальцы зарылись в ее мех.
– Мы найдем ее.
Я последовал за Лоусоном в сарай, Нэш шел рядом со мной. Я был готов к увиденному зрелищу, но Нэш выругался. Лоусон же пристально смотрел на лежащее тело Эмбер, будто винил в этом себя.
Через несколько мгновений мои глаза привыкли к слабому освещению. Я просканировал пространство в поисках чего-нибудь, что могло бы нам помочь. Изучил следы от одной стороны сарая до другой, будто там кого-то волокли.
В желудке бурлила кислота. Джуд тащил ее, будто она была не более чем мусором.
– Похоже, завязалась борьба.
Голос Нэша прервал мои мысли, и я обернулся.
– Что ты имеешь в виду?
Он указал на область ближе к двери.
– Здесь.
Я осмотрел землю там, где он указал. Глубокие впадины, будто в этом месте кто-то сильно упал.
Подойдя ближе, я присел. Прищурившись, огляделся в поисках чего-нибудь. Мое внимание привлек небольшой клочок земли. Горло перехватило. Я протянул руку и прижал два пальца к земле. Когда я их поднял, в свете они были красновато-коричневыми.
– Кровь. – Лоусон поморщился.
– Похоже, здесь тоже. – Нэш наклонился и прижал большой палец к земле. Он тоже окрасился в красный.
Когда он выпрямился, Тень громко залаяла и заскулила, дергая за поводок.
– Все в порядке, девочка, – успокоил Нэш.
Мой пульс участился.
– Дай ей понюхать кровь.
Нэш посмотрел на меня как на сумасшедшего.
– Что?
– Просто сделай это, – рявкнул я.
Он опустил руку к Тени, и та резко втянула носом воздух, а потом начала тянуть поводок.
Я поспешил к ней.
– Ты хочешь найти Рэн?
Тень залаяла.
Лоусон бросил на меня настороженный взгляд.
– У нее хорошее чутье на запахи. Не идеально обученная, но лучший вариант, что у нас есть, – объяснил я.
Лоусон посмотрел на собаку.
– Ладно.
– Дай ей еще раз понюхать твою руку, – приказал я Нэшу. Как только она это сделала, я дал ей команду. – Найди Рэн.
Тень уткнулась носом в землю и пошла по следу, который мы не могли видеть. Понимая его источник, боль разрывала меня на части. Это не был какой-то запах от одежды. Это была кровь. И, скорее всего, она принадлежала Рэн.
Тень потянула нас к лесу, подальше от озера и хижины Рэн. Я должен был надеяться в правильности направления, и что она не уводит нас дальше. Учитывая обстоятельства, я бы пообещал что угодно, если бы только знал, что Рэн будет в безопасности.
Нэш крепко держал поводок, позволяя Тени тащить его за собой в любом заданном темпе. Мы с Лоусоном сканировали лес, ища какие-либо следы.
Тень, очередной раз заскулив, начала кружить.
Нэш нахмурился.
– Кажется, она сбилась со следа.
Тот маленький проблеск надежды, за который я цеплялся, сгорел дотла.
И тут воздух расколол крик.
Глава 44
РЭН
Я не могла сдержать крик, сорвавшийся с моих губ, когда Джуд вонзил пистолет мне в ребра. Я не хотела давать ему силу, пришедшую со знанием того, что он причиняет мне боль, но та была слишком велика. Раскаленная добела, пылающая боль пронзила мой бок и пульсировала все глубже с каждым толчком, который Джуд наносила мне.
– Заткнись, – прорычал он. – Ты все испортишь. Мне следовало это знать. Так было всегда.
Его слова едва проникли в мой разум. Я слишком сосредоточилась на попытке дышать сквозь боль.
– Иди, – рявкнул Джуд.
Изо всех сил я пыталась заставить ноги повиноваться, но они тряслись от усилий.
– Не могу, – прохрипела я.
Что-то было не так. Видимо, ребро было сломано. Возможно, проколото легкое. Мне слишком трудно было втягивать воздух.
Джуд усмехнулся.
– Можешь и пойдешь. Я приложил слишком много усилий для того, чтобы сейчас ты все испортила.
– Как давно ты это планировал?
Уголок его губ приподнялся.
– Дольше, чем ты можешь себе представить.
Он подтолкнул меня вперед, назад к сараю, и я споткнулась, веревки на моих запястьях впились глубже. Меня захлестнула новая волна агонии.
– Я действительно не думал, что твой любовник сможет держаться от тебя подальше так долго. Судя по всему, он не так сильно тебя любил. Пришлось потрудиться, чтобы снова свести вас вместе, чтобы он снова почувствовал боль от твоей потери.
Несколько недель назад слова Джуда были бы неприятны. Теперь они не оказывали никакого эффекта. Потому что я знала, что Холт изо всех сил старался держаться подальше из-за того, как сильно любил меня. Это было ошибочно и глупо, но Холт думал, что поступает правильно. И сейчас я это понимала.
– Мне пришлось проявить изобретательность, чтобы вернуть его сюда. Я не мог позволить ему преодолеть десятилетний срок.
Я запнулась.
Он только шире ухмыльнулся.
– А ты знала, что аконит может вызывать сердечные приступы и практически не обнаруживается в крови?
– Натан. – Мой желудок скрутило. Он довел отца Холта до сердечного приступа, зная, что это, скорее всего, вынудит Холта вернуться в Сидар-Ридж, где Холт будет в пределах досягаемости Джуда.
– Существует множество возможностей подсыпать что-то кому-нибудь в бутылку с водой во время поисковой операции или учений. Слишком много возможностей, чтобы сосчитать, правда. Я надеялся, что это будет сложнее, большим вызовом.
Я дернула веревки, пытаясь проверить, есть ли хоть какая-то возможность освободиться. Ничего.
– Он мог умереть.
Джуд пожал плечами.
– Сопутствующий ущерб. – Он нахмурился. – Но даже несмотря на то, что его бедный папаша был болен и страдал, Холт не торопился возвращаться домой. Лишнее доказательство его эгоистичности…
– Может быть, но ты должен был отыграться на мне, а не на невинных людях.
Холт вышел из-за деревьев, и мое сердце срикошетило о ребра. Внутри боролось буйство эмоций: надежда и ужас, облегчение и ярость. Но больше всего, любовь. К человеку, который сделает все, чтобы защитить меня.
Джуд крепче сжал мои волосы, используя меня как щит.
– Привет, лучший друг. Долго же ты добирался.
Взгляд Холта пробежался по мне, за секунду оценивая ситуацию.
– Отпусти ее. Тебе нужен я.
Он направился к нам с поднятым пистолетом. Но удачной возможности для выстрела не было, и Джуд это знал.
– Нет-нет, – Джуд цокнул языком. – Стой на месте. Не хотелось бы, чтобы мой палец соскользнул.
Он сильнее притянул меня к себе, и пистолет впился мне в ребра. Я попыталась проглотить крик, но с моих губ сорвался тихий стон.
Глаза Холта сверкнули яростью, но он остановился.
– Я пришел к тебе. Что теперь? Дальше этого ты не продумал.
Хватка Джуда на моих волосах усилилась.
– Вот тут ты ошибаешься. Мы вернемся в сарай и покончим с этим красиво и просто. Все подумают, что старая добрая Эмбер проиграла, а вы убили друг друга в перестрелке. Но не раньше, чем она застрелила здесь бедняжку Рэн.
Костяшки пальцев Холта побелели на рукоятке пистолета.
– Должен признать, мне такой исход не по душе.
Джуд сильнее прижал пистолет к моему боку.
Я согнулась пополам от боли, издав хриплый кашель.
Джуд рывком поднял меня.
– А мне плевать, и я сделаю так, что ее конец будет самым болезненным, какой только можно себе представить.
Я почувствовала, как что-то ткнулось в мою бедренную кость, когда он заставил меня подняться. Я так привыкла каждый день класть его в карман, что редко вспоминала, что беру его с собой. Перочинный нож Холта. Тот самый, который я подарила ему на восемнадцатилетие. Тот, который он хотел, чтобы я носила с собой, на всякий случай.
Эмбер не обыскала меня, когда похищала. Да и зачем? Я была дома. Без бумажника. Без ключей. Без телефона. Ничего не могло мне помочь. Кроме этого.
Джуд крепче схватил меня за волосы и встряхнул.
– Что скажешь, Холт?
Я прикусила щеку изнутри, чтобы не закричать, но Холт не упустил боль на моем лице. Я слегка покачала головой, пытаясь засунуть пальцы в передний карман. Но веревки мешали, а каждое движение отдавалось болью в ребрах.
На лице Холта отразилось поражение.
– Зачем ты это делаешь?
– Ты бросил меня. Ты знал, что мой отец был куском дерьма. Знал, как ты мне нужен. Но ты просто бросил меня.
Мне удалось сунуть два пальца в передний карман, пока Джуд продолжал ту же тираду, которую изложил и мне. О том, как я все испортила. Как Холт бросил его. Мои пальцы сомкнулись вокруг ножа, и я потянула за него.
Холт ошеломленно уставился на Джуда.
– Я не бросал тебя. У меня появилась девушка. Это не значит, что вы с Крисом перестали быть мне важны. Каждую неделю у нас были мальчишники. Ты приходил на каждый семейный ужин.
– Ты понятия не имеешь, – прорычал Джуд. – Твой дом раньше был побегом для меня. Вместо этого мне приходилось возвращаться к себе. К тому куску дерьма, которому нравилось избивать меня до полусмерти.
Холт побледнел.
– Я не знал.
– Тебе было насрать, – выплюнул он. – Тебе важна была только она.
– И ты тоже. Но мне было шестнадцать, и я был по уши влюблен. Я мало что замечал вокруг себя.
Стиснув зубы, я попыталась открыть лезвие. Оно было крошечным, не больше полутора дюймов, но зато острым. Боль от соприкосновения его с моим пальцем чуть не заставила меня расплакаться от облегчения.
– Как насчет небольшой верности? – взревел Джуд. – Как насчет того, чтобы не кидать меня ради киски?
Ноздри Холта раздулись, он изо всех сил пытался обуздать гнев.
Я быстро опустила глаза, надеясь, что он увидит, что у меня в руках. Но мне даже не нужно было этого делать. Холт уже все заметил. Да, и как же иначе.
Холт едва заметно кивнул.
Большего мне и не требовалось. Я не стала собираться с силами. Не стала задумываться о том, что делаю, или о том, каким будет ход Холта. Потому что знала, что он со мной. Что бы ни случилось, Холт будет рядом.
Изо всех сил я вонзила нож в бедро Джуда. Он взвыл от боли.
Все произошло молниеносно. Вокруг нас раздались крики. Промелькнули движения. Но я не отрывала взгляд от Холта. От его глубоких синих глаз, которые никогда не покидали меня.
Раздался выстрел.
На лице Холта отразилась паника. Он потянулся ко мне.
Но я уже падала.
Глава 45
ХОЛТ
Мои братья набросились на Джуда – Роан сзади, Лоусон и Нэш сбоку, привязав Тень к дереву, чтобы она не попала под перекрестный огонь. Но я смотрел только на Р эн.
Она согнулась, когда звук выстрела все еще эхом отдавался в моих ушах.
Роан стаскивал с себя Джуда, а тот брыкался и кричал.
Я упал на землю, потянувшись к Рэн, но боялся даже прикоснуться к ней.
– Холт, – прохрипела она.
Я никогда не чувствовал большего облегчения, услышав этот звук.
– Где болит?
– Ребра, – прохрипела она.
Я лихорадочно осмотрел ее на предмет следов крови. Ничего, кроме разбитой губы.
– В тебя попала пуля? Болит где-нибудь еще?
Я осторожно потянул ее футболку вверх и глубоко вдохнул. Ее бок уже стал черно-синим.
– Это не Джуд стрелял, – проворчал Нэш, оттаскивая Роана от Джуда. – А Роан.
Джуд взвыл от боли, когда Лоусон прижал его к земле и сковал руки за спиной. Именно тогда я увидел пятна крови на его рубашке. Роан ранил его в плечо.
Ужас, охвативший меня, немного уменьшился.
– Холт.
Голос Рэн был едва слышен, и мой взгляд метнулся к ней. В ее глазах мелькнула паника, и она сжала мою руку. Ее губы посинели, и у меня остановилось сердце.
– Не могу. Дышать.
Я считал плитки на линолеуме, расхаживая взад и вперед по больничному коридору. Их число не менялось. Двадцать три вперед. Двадцать три назад. Но я продолжал считать. Это было единственное, что я мог сделать.
Пламя вернулось. То, что жгло грудь каждый день после нападения Рэн десять лет назад. С тех пор, как я вернулся в Сидар-Ридж, становилось легче с каждым днем, проходящих с моей первой встречи с Рэн, и с каждым ее шепотом, которым она делилась со мной.
Но теперь пламя вернулось в полную силу. Когда мы с Нэшем делали Рэн искусственное дыхание рот в рот, чтобы она дышала, и вынесли ее на дорогу на носилках. Когда ждали приземления вертолета. И теперь, когда Рэн была на операции… пламя превращало меня в пепел.
На мое плечо опустилась рука. Я поднял глаза и встретился взглядом с отцом. Он сжал мое плечо сильнее.
– С ней все будет в порядке.
Но он не мог этого знать. Не точно. У Рэн было проколото легкое. Настолько сильно, что его пришлось сшивать. И она не приходила в сознание с тех последних слов, которые мне сказала. «Не могу. Дышать».
Папа снова сжал мое плечо, на этот раз еще сильнее.
– Не думай об этом.
Но я мог думать только об этом. Погрузиться в темные глубины понимания, что все произошло из-за меня. И все потому, что я не был таким другом, каким считал меня больной и извращенный разум Джуда. Все потому, что я причинил ему боль.
– Мне не нравится твой взгляд. – Папа потянул меня дальше по коридору. – Поговори со мной.
– Как ты вообще можешь смотреть на меня? – Вопрос прозвучал низким и хриплым голосом. Словно наждачная бумага.
Глаза отца сверкнули.
– Ни в чем из этого нет твоей вины. Ни черта подобного. Этот мальчик болен.
– Он отравил тебя. Ты чуть не умер, потому что я был паршивым другом.
Папа яростно замотал головой.
– Я чуть не умер, потому что больной человек нацелился на моего сына. На мою семью. Ты ничего не сделал, только пытался помочь.
Я хотел его услышать. Верить его словам. Но слишком много чувств воевали против.
– Холт, – хрипло сказал папа. – Я заметил, как ты изменился за эти последние пару недель. Как любовь Рэн изменила тебя. Она заставила тебя увидеть то, что никто другой не смог бы: это никогда не было твоей виной.
Это было правдой. Рэн показала мне, что мы должны сталкиваться с проблемами вместе, что бы ни вставало на нашем пути. Потому что мы были сильнее всего, когда поддерживали друг друга. И даже самые тяжелые минуты жизнь никогда не были слаще, чем когда она была рядом со мной.
Мое горло перехватило, а слезы обожгли глаза.
– Мне просто нужно, чтобы она была в порядке.
Папа взял меня за оба плеча, наклонив голову, чтобы встретиться со мной взглядом.
– С Рэн все будет в порядке. Пока она просыпается с тобой.
Боль впилась когтями в мою грудь.
– Я ее не брошу.
– Я это знаю. И это хорошо, потому что мне не нравится думать, что я вырастила идиота. И если ты продолжишь винить себя за это, значит, ты такой и есть.
Мне захотелось рассмеяться. Я знал, что именно этого папа и добивался, но не мог заставить горло издать ни звука.
– Буду иметь в виду.
Раздались шаги, и мой взгляд остановился на смуглом мужчине с теплой улыбкой, который представился нам перед операцией Рэн. Я уже двигался к нему.
Доктор Санчес остановился передо мной.
– Мисс Уильямс прекрасно перенесла операцию.
Я ждал облегчения, но оно не пришло. Нет, пока я не увижу эти зеленые искорки в ее глазах. Пока не услышу этот безудержный смех.
– Вы зашили ей легкое? – напирал я.
Он кивнул.
– Разрыв был умеренным. Мы смогли все исправить с помощью минимально инвазивных методов, так что восстановление после операции не должно быть слишком тяжелым. Но потребуется некоторое время, чтобы легкое раскрылось.
Я нахмурился.
– Раз легкое не работает, похоже, операция не прошла прекрасно.
Папа шагнул вперед.
– Прошу прощения за сына. Он немного на грани.
Доктор Санчес сочувственно мне улыбнулся.
– Я понимаю. Почему бы мне не отвести вас к ней? Так вы сможете быть рядом, когда она очнется.
Я почувствовал, как что-то мелькнуло в моей груди, и кивнул.
– Спасибо.
Папа похлопал меня по спине.
– Схожу, оповещу всех остальных.
Комната ожидания на операционном этаже была битком набита людьми, которые любили Рэн. Моя мама, Нэш, Грэй. Сыновья Лоусона: Чарли, Дрю и Люк, хотя Лоусону пришлось остаться, чтобы разобраться с последствиями того, что произошло. Абель.
Я повернулся и крепко обнял отца.
– Спасибо. Зв всё.
– Я люблю тебя, Холт. Знаю, что не всегда могу быть рядом с тобой должным образом…
– Ты всегда со мной. Ты любишь меня. Большего просить и не нужно.
В глазах отца стояли слезы, когда он отпустил меня.
– Иди к нашей девочке. Пусть твое лицо будет первым, что она увидит.
Я кивнул и повернулся, чтобы последовать за доктором. Он направился к лифтам. Но не успели мы дойти до них, как в коридоре появилась знакомая фигура.
Крис нервно мял козырек бейсболки.
– Холт, – прошептал он хрипло.
Мои шаги замедлились, а затем и вовсе остановились. Я понятия не имел, что сказать. Но Крис заговорил до того, как у меня появился шанс.
– Я не знал. Клянусь. Боже. Как он мог?.. – Крис покачал головой.
– Я знаю, что ты не знал.
Крис сглотнул, его адамово яблоко подпрыгнуло.
– Вот почему ты звонил раньше, да?
Я выдохнул.
– Я должен был удостовериться. Чтобы знать, не имею ли дело с несколькими нападавшими.
Он кивнул.
– Это моя вина. Я вел себя как засранец с тех пор, как ты вернулся. Я заронил это сомнение в твою голову.
– Нет. Я сделал тебе больно. Я понимаю.
Крис покачал головой.
– Прости меня. Я держал обиду из-за такой мелочи… ерунды.
В итоге, мы не были лучшими друзьями друг другу. Но каждый день давал нам шанс начать заново. Я встретился с темным взглядом Криса и протянул руку.
– Полагаю, мы оба заслуживаем нового начала. Что скажешь?
Крис посмотрел на мою руку, а затем взял ее.
– Рад, что ты вернулся. И я знаю, что Рэн тоже рада. Она никогда не переставала любить тебя.
Меня пронзила боль, смесь хорошего и плохого, но я крепко держался за хорошее.
– Спасибо. – Я отпустил его руку. – Мне пора к ней.
Крис кивнул.
– Скажи ей, что мы болеем за нее.
– Обязательно.
Я направился к лифтам, где ждал доктор, именно на них я ездил бесчисленное количество раз после папиной операции. Я только обрадуюсь, если больше никогда не увижу эти флуоресцентные лампы.
Доктор Санчес нажал кнопку лифта.
– Она сильная. Пробилась обратно к тебе. Она пройдет через это.
– Она – самый сильный человек, которого я знаю.
Двери лифта открылись, и мы вошли внутрь.
– Лучшие всегда такие, – сказал он, будто знал по опыту.
Мы в молчании поднялись в лифте на пятый этаж. Доктор кивнул налево.
– Сюда. Мисс Уильямс в обычной палате. Если все пойдет по плану и уровень кислорода будет в норме, завтра она сможет отправиться домой.
Мои глаза вспыхнули при этих словах.
– А как насчет других ее травм?
– Вероятно, у нее легкое сотрясение мозга, но кости лица целы. Хуже дела обстоят со сломанными ребрами. Выздоровление займет время. Вы должны убедиться, что она не будет торопить события.
– Мне понадобится целая армия помощников, – пробормотал я.
Доктор Санчес усмехнулся.
– Мы обязательно дадим ей строгие указания. А болеутоляющие будут вызвать у нее сонливость. В течение следующих нескольких недель мисс Уильямс будет отдыхать.
Он провел меня в палату. Солнце лилось в окно, освещая Рэн. Она выглядела такой чертовски маленькой на больничной койке. Такой хрупкой.
– Ей установили кардиомонитор и капельницу. Эта штука на ее указательном пальце помогает нам отслеживать уровень кислорода.
Я кивнул, но не мог отвести взгляд от Рэн. Но и двинуться вперед не мог.
– Знайте, ваше присутствие будет лучшим лекарством, – тихо сказал доктор.
Это было все, что мне требовалось услышать. Я шагнул вперед и опустился на стул возле ее кровати. Осторожно, чтобы не потревожить датчик кислорода, взял ее за руку.
Кожа Рэн была прохладной, не наполненной обычным для нее жизнелюбием. Я наклонился и прижался губами к костяшкам ее пальцев, будто это исцелило бы ее. Придвинув стул поближе, коснулся губами ее виска.
– Я здесь, Рэн. Просто будь со мной.
На ее лице было так много синяков и ссадин. Опаливший меня гнев почти украл мое дыхание. Я изо всех сил старался нежно сжимать руку Рэн и сдерживать ярость на лице.
Я представил себе ее карие глаза, вспомнил ощущение ее тела в моих объятиях. Представил ее смех.
Я поднес ее руку к губам.
– Я люблю тебя, Кузнечик. Каждый день. Каждую минуту. Вернись ко мне.
Пальцы Рэн дернулись в моей руке, и мой взгляд метнулся к ней. Ее веки трепетали, будто она отчаянно пыталась открыть их.
– Давай, Кузнечик. Открой эти прекрасные глаза. Покажи мне, что ты со мной.
Трепетание усилилось, а затем Рэн открыла глаза. Я никогда не видел ничего более красивого, чем это карие-золотисто-зеленое сочетание.
Она смотрела на меня, зеленые искорки светились, как я и надеялся.
– Я с тобой.
