Текст книги "Падать еще глубже (ЛП)"
Автор книги: Кэтрин Коулс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)
3
Картер
Солнце припекало мне спину, а шум разбивающихся внизу волн постепенно смывал напряжение последних нескольких дней. Перевернувшись, я схватила солнцезащитный крем, чтобы намазаться еще раз. Начинать учебный год в образе вареного рака мне совершенно не хотелось.
– Неплохо ты тут устроился.
Лиам одарил меня дьявольской ухмылкой.
– Неплохо для деревенского парня из Джорджии, да?
Я фыркнула. Он говорил так, будто вырос без водопровода и ходил в туалет на улицу, хотя на самом деле его отец был адвокатом, а мама – библиотекарем. Но вот дома на пляже в Малибу у них точно не было.
Нынешний дом Лиама стоял на частной улице, куда можно было попасть только после того, как охранник поднимет шлагбаум. Все дома в этом ряду возвышались прямо над волнами, и Лиам рассказывал, что во время прилива вода действительно разбивается о сваи под домом.
Настоящий рай.
– Так когда у тебя начинается школа? – спросил Лиам, отпив пива.
– В следующий понедельник.
– Готова?
– Почти. Осталось только украсить класс.
Я крутила в руках бутылку солнцезащитного крема, то закручивая, то откручивая крышку.
– Я нервничаю, – призналась я.
Лицо Лиама смягчилось.
– Ты отлично справишься. Ты для этого родилась.
– Рада, что ты так думаешь.
Его поддержка действительно значила для меня очень много.
– До сих пор не верится, что мы оба занимаемся тем, о чем всегда мечтали. Хотя, – я тихо рассмеялась, – твой путь к славе выглядит немного впечатляющее моего.
– Не принижай свои достижения. Попасть в программу «Учителя для нашей молодежи» – это тебе не шутки.
– Ладно, братец-медведь.
Телефон Лиама завибрировал на столике, и остатки газированной воды в моем стакане задрожали вместе с ним. Он схватил телефон и быстро что-то набрал на экране, а я снова откинулась на шезлонг и повернула лицо к солнцу.
К жизни в Южной Калифорнии я вполне могла привыкнуть.
– Остин уже едет.
Слова Лиама были как ведро ледяной воды, вылитое на мою разомлевшую от тепла кожу.
– Отлично, – протянула я с максимально взрослой интонацией.
Лиам приподнялся и сел на шезлонге, свесив ноги так, чтобы оказаться лицом ко мне.
– Что вообще между вами происходит?
– Он придурок, – ответила я, со стуком поставив крем обратно на столик. – Прости. Я знаю, что он твой друг, но он хам.
Лиам вздохнул.
– Знаю, первое впечатление он произвел не лучшее. Но он ведь извинился.
– О да. Просто невероятно искренне.
Лиам потер шею сзади и продолжил:
– Послушай, ему пришлось нелегко. Его бывшая очень сильно его подставила. Сделай мне одолжение и дай ему еще один шанс.
Я прикусила уголок губы.
– Ладно.
На самом деле мне до смерти хотелось спросить, что именно сделала бывшая Остина, если после нее он превратился в такого озлобленного засранца.
– Спасибо. Он должен приехать с минуты на минуту.
– Супер, – отозвалась я.
– Обожаю твой энтузиазм.
Я показала ему язык.
Потому что я взрослая и серьезная женщина.
Минут через пятнадцать Остин вышел на террасу, и это было просто нечестно. В спортивных шортах и старой футболке, облепившей его широкие плечи и рельефную грудь, он выглядел до неприличия хорошо.
Вот же черт.
Увидев меня, он сбился с шага, и его челюсть тут же напряглась.
Внезапно в своем бикини я почувствовала себя ужасно раздетой.
Я быстро поднялась и обернула вокруг тела полотенце, на котором до этого лежала.
– Я схожу за водой. Тебе что-нибудь принести, Лиам?
– Нет, спасибо.
Я поспешила мимо них.
– Привет, – тихо бросила я, проходя мимо Остина.
Разумеется, он ничего не ответил. Только смерил меня таким взглядом, будто я только что переехала его щенка.
Какой же, блядь, придурок.
Раздвинув стеклянную дверь, я прошла на кухню и достала «Перье» из совершенно неприлично дорогого холодильника.
Через огромное окно над раковиной была видна терраса, и я заметила, что парни о чем-то ожесточенно спорят. Лиам уже стоял и раздраженно махал рукой в сторону дома, а Остин только качал головой.
Прекрасно.
Через несколько напряженных мгновений Остин что-то сказал и направился внутрь.
Мне пришлось бороться с желанием сползти на пол кухни или найти кладовку, где можно спрятаться.
Вот же черт в квадрате.
Я услышала, как открылась дверь, и через секунду он уже стоял в проеме, заполняя собой почти все пространство – огромный, злой и похожий на какого-то дикого горца.
– Привет.
Слово прозвучало низко и отрывисто.
– Привет.
Разумеется, мой голос сорвался на писк.
Остин вцепился в дверной косяк, мышцы на предплечьях напряглись, а я поймала себя на мысли, что он, наверное, способен вырвать этот косяк голыми руками.
Руки у него были очень большие.
– Слушай, – начал он.
Я оторвала взгляд от его рук и заставила себя посмотреть ему в лицо.
– Извини, что в клубе вел себя как мудак. Просто у меня сложилось неправильное впечатление из-за того, как ты была одета.
Сердце споткнулось, а кровь мгновенно закипела.
– Прошу прощения?
– Да ладно тебе, – усмехнулся он. – На тебе была одна из этих обтягивающих мини-юбок и каблуки как у шлюхи. Я должен был решить, что ты мать Тереза?
Я двинулась раньше, чем успела осознать, что делаю, и через секунду уже тыкала пальцем в его каменно-твердую грудь.
– Ты редкостный женоненавистник, ты в курсе? Если бы какой-нибудь мужик меня облапал, ты бы тоже сказал, что я сама напросилась?
Усмешка тут же исчезла с его лица, а глаза стали темными и грозовыми.
– Из-за таких, как ты, у всего мужского пола плохая репутация. Хотя теперь мне понятно, что ты просто пытаешься компенсировать какие-то очень серьезные недостатки.
На последних словах я выразительно посмотрела ему между ног.
И прежде чем он успел ответить, обошла его и рванула к входной двери.
4
Остин
– Чувак, какого, мать его, хрена? Что ты ей сказал? – Лиам краснел с каждой секундой все сильнее, а я просто стоял, разинув рот. Я вовсе не хотел, чтобы мои слова прозвучали именно так. Я лишь пытался объяснить, почему мог принять Картер за фанатку. Но было в этой девушке что-то такое, что неизменно вытаскивало наружу моего внутреннего мудака.
Прочистив горло, я выпрямился.
– Прости. Я просто пытался объяснить, почему в баре у меня сложилось о ней неправильное впечатление. Я извинился, она просто не так меня поняла.
– Просто не так поняла? Дай угадаю: к тому, что она тебя не так поняла, совершенно не имеет отношения тот факт, что ты каким-то образом ее оскорбил.
Я поморщился.
– Да ладно тебе, она выглядела как фанатка! Я видел, как она покачивала бедрами в твою сторону, и сделал неверный вывод.
Лиам впился в меня взглядом.
– Да что с тобой происходит? У тебя в голове и правда настолько все через жопу? Ты считаешь, что каждая девушка только и ждет момента выпустить когти, пустить в ход все свои уловки, чтобы заполучить мужика, а потом ободрать его как липку?
– Не каждая женщина. Просто большинство. Я не говорю, что Картер такая, но и не знаю наверняка, что она не такая.
– Картер – одна из самых добрых и искренних людей, которых я когда-либо знал. Ты вообще знаешь, зачем она сюда переехала?
Я пожал плечами.
– Ты сказал, что она нашла работу.
– Ага. Работу, за которую платят сущие гроши, – учить маленьких детей в неблагополучном районе.
Я сглотнул, чувствуя, как в животе начинает укореняться чувство вины.
– За всю свою чертову жизнь у нее был один парень, и я почти уверен, что она до сих пор девственница. Может, она немного наивная, зато у нее доброе сердце. А ты заставил ее почувствовать себя собачьим дерьмом, прилипшим к подошве твоего ботинка.
Я глубоко вдохнул и отвел плечи назад, пытаясь снять накопившееся напряжение.
– Я облажался. Прости.
Похоже, призрак Хейли все еще был жив, здоров и продолжал портить мне жизнь. Я понимал, что после ее измены и того, как по-королевски она разъебала мою жизнь, мое отношение к женщинам изменилось. Я больше не хотел подпускать кого-то настолько близко, чтобы этот человек снова смог причинить мне такой ущерб, особенно учитывая, как надолго тогда выбило меня из бойцовской формы. Но это не оправдывало того, что я вел себя как последний мудак с совершенно невиновной девушкой. Я был засранцем.
– Я все исправлю.
Лиам шумно выдохнул сквозь стиснутые зубы.
– Лучше бы тебе действительно все исправить. И поскорее.
С этими словами он направился наверх, оставив меня наедине с моей виноватой совестью.
* * *
Я вытер ладонь о джинсы, другой рукой удерживая три коробки с капкейками. Три коробки – это перебор? Наверное. Но в кондитерской, которую Лиам назвал любимой у Картер, было что-то около пятидесяти двух разных вкусов. Откуда мне было знать, какие ей нравятся? Я решился, протянул руку и постучал в ее дверь.
Она жила в приличном районе, но с безопасностью в ее доме все было паршиво. Я смог спокойно подняться прямо к ее двери, не звоня ни в домофон, ни на ворота – вообще ничего. Не слишком умно для девушки, которая живет одна. Я услышал приглушенные шаги, и дверь распахнулась. На пороге стояла Картер в каких-то жутко уродливых пушистых штуках, похожих на носки, чертовски коротких шортах, свободной футболке, сползавшей с одного плеча, с очками на носу и клубнично-русыми волосами, собранными на макушке. Я постарался не думать о том, как мой взгляд задержался на ее ногах, которым, казалось, не было конца.
– Тебе не стоит открывать дверь, не проверив сначала, кто там, – выпалил я.
Картер обхватила себя рукой за талию и заглянула мне за спину, словно ожидала увидеть там кого-то еще. Не обнаружив никого, она выпрямилась и снова подняла на меня изумрудные глаза.
– Эм… привет.
– Привет. Извини, что лезу не в свое дело, просто тебе стоит быть осторожнее. Лос-Анджелес не самое безопасное место на свете.
– Ну… спасибо, наверное.
Ее взгляд скользнул по моему лицу, а потом она слегка покачала головой, словно одергивая саму себя.
– Что ты здесь делаешь?
– Я, эм… принес тебе капкейки.
Она поправила очки на переносице и уставилась на меня.
– Они отравлены?
Я неловко усмехнулся.
– Я знаю, что вел себя с тобой как мудак, но ты правда думаешь, что я бы тебя отравил?
Она смущенно пожала плечами.
– Не знаю. Может быть.
Я обернулся на звук открывшейся двери и увидел пожилую женщину, выглядывающую из соседней квартиры. Картер помахала ей, в ответ женщина нахмурилась, после чего Картер снова повернулась ко мне. На мгновение замешкавшись, она глубоко вдохнула.
– Слушай, почему бы тебе не зайти?
Отступив в сторону, Картер пропустила меня внутрь.
Меня тут же обдало прохладным воздухом, и я огляделся. Квартира Картер была оформлена в этом стиле «потертый шик»: белый мягкий диван, заваленный миллионом декоративных подушек, и новенький деревянный журнальный столик, который специально состарили и поцарапали. Я всегда считал такой стиль глупым, но ей он почему-то подходил. Еще я заметил, что повсюду валялись бумага, клей, блестки, ножницы и прочая подобная ерунда.
– Извини за бардак, я делаю украшения для класса.
Она наклонилась, пытаясь разобрать последствия своего творческого взрыва, а я старался не пялиться на ее задницу. Взгляд Картер метался между бумагами, которые она пыталась сложить в стопки, мной, капкейками и снова ее стопками.
– Можешь поставить их сюда, наверное, – сказала она, кивнув на коробки. – Хочешь один?
Я прочистил горло.
– Эм, нет, спасибо. Завтра я снова начинаю тренироваться, так что мне нельзя рафинированный сахар.
Она резко повернула голову в мою сторону и уронила несколько листов из стопки.
– Тебе вообще нельзя сахар? Совсем?
Она выглядела так, будто я только что признался, что убиваю маленьких пушистых котят.
– Пока тренируюсь.
– Какой ужас. Давай я отнесу их на кухню, чтобы запах тебя не мучил.
Она забрала коробки из моих протянутых рук, старательно избегая прикосновения ко мне. Немного повозившись, она все же благополучно донесла их до кухонной стойки.
– И, кстати, спасибо. В «Спринклс» делают мои любимые капкейки. Садись, пожалуйста.
Я опустился на ее девчачий белый диван и мысленно помолился, чтобы ничем его не испачкать.
– Да, Лиам так и сказал. Он еще кое в чем вправил мне мозги.
Я прочистил горло и быстро выпалил следующие слова, не встречаясь с Картер взглядом.
– Слушай, мне правда жаль, что я вел себя с тобой как мудак. У меня сложилось совершенно неправильное представление о том, какая ты, но это была моя проблема. Ты здесь вообще ни при чем.
Картер вернулась с двумя бутылками воды. Протянув одну мне, она плюхнулась на другой конец дивана и подозрительно прищурилась.
– И кем именно ты меня считал?
Я почувствовал, как по спине скатилась капля пота. Открутив крышку бутылки, сделал глоток, выигрывая время и пытаясь придумать правдивый ответ, который при этом не выставлял бы меня тем осуждающим мудаком, которым я, безусловно, являлся.
– Я вижу много девушек, которые крутятся возле Лиама. Большинство из них ищут кого-нибудь с толстым банковским счетом, чтобы он покупал им дизайнерские шмотки. Или кого-нибудь, кто сделает их знаменитыми. А еще лучше – того, кто может и то, и другое.
Картер слегка нахмурилась, внимательно меня изучая. Почему у меня возникло ощущение, будто она видит меня насквозь, до самой глубины души? Я неловко поерзал.
– Такое чувство, что это еще не вся история, – сказала она.
Я издал нечто среднее между смешком и кашлем.
– Ну…
Я начал отдирать этикетку от бутылки.
– Ты еще немного напоминаешь мне кое-кого.
На губах Картер заиграла едва заметная улыбка.
– Бывшую?
– В точку.
Признавать, что я вел себя как полный мудак с девушкой, которая вполне могла оказаться матерью Терезой в невероятно сексуальном теле, только потому, что что-то в ней напоминало мне Хейли, было неприятно. Господи, каким же я был придурком.
– Она тебя жестко подставила?
Я замешкался с ответом, потому что взгляд снова зацепился за чертовски длинные ноги Картер, переплетенные так, словно она была долбаным кренделем. Кожа у нее была молочно-белая, и мне вдруг захотелось протянуть руку и проверить, такая ли она гладкая, какой кажется. Когда я наконец оторвал взгляд от ее ног и посмотрел ей в лицо, щеки Картер уже заливал румянец. Я заставил себя вернуться к разговору.
– Да. Подставила.
– Боже, только не надо так много рассказывать, а то я устану слушать.
Я усмехнулся ей в ответ, но в моей улыбке было что-то слегка хищное.
– Я не люблю об этом говорить. И, если честно, особо рассказывать нечего. Она мне изменяла. Не один раз. Я все закончил. И теперь держусь от подобного дерьма подальше.
Между бровями Картер пролегли складочки.
– От какого подобного?
Она даже слово «дерьмо» не могла произнести. Я подавил рвущийся наружу смех.
– Я не хожу на свидания.
У нее отвисла челюсть.
– Вообще? Как с сахаром?
На этот раз я не сдержался и рассмеялся. Она выглядела так, словно ей только что сообщили, что Санта-Клауса не существует.
– Именно как с сахаром. Никаких девчонок во время тренировок. Ну, разве что чтобы немного снять напряжение.
Щеки Картер вспыхнули.
– Эм… ну, главное, чтобы тебя устраивало.
Я ухмыльнулся. Она была такой чертовски невинной, что я очень надеялся: этот город ее не испортит.
– Слушай, мне правда жаль, и я бы очень хотел, чтобы мы могли начать сначала.
– Начать сначала? – Она произнесла это так, будто говорила на иностранном языке и не до конца понимала значение этих слов.
– Да, с чистого листа. Ты Лиаму почти как сестра, и, думаю, для него много значило бы, если бы мы с тобой ладили.
Картер задумчиво прикусила нижнюю губу, молча меня разглядывая и словно решая, можно ли мне доверять. Похоже, дело шло не в мою пользу, поэтому я протянул руку и неловко похлопал ее по ладони. Черт, ее кожа оказалась еще мягче, чем я представлял. Ее глаза тут же метнулись к моим.
– Пожалуйста, дай мне шанс. Обещаю, обычно я не настолько большой мудак.
– Ладно, – едва слышно прошептала она.
– Отлично.
Я заставил себя убрать руку с ее теплой кожи.
– Тогда почему бы мне в качестве первого жеста доброй воли не научить тебя самообороне?
Картер склонила голову набок.
– Самообороне?
– Ага. Лиам сказал, что ты будешь работать не в самом благополучном районе, так что лишним не будет.
Я произнес это небрежно, хотя на самом деле собирался обязательно научить ее защищаться. Район, где находилась ее школа, был совсем не шуточным.
– Эм-м-м…
Она снова принялась покусывать нижнюю губу, а ее взгляд скользнул по моим плечам и торсу. Член тут же дернулся в ответ. Надо было срочно угомонить этого ублюдка. Картер явно не была девушкой на одну ночь, а только на такие отношения у меня сейчас и оставалось место в жизни.
– Я правда не думаю, что это необходимо, – продолжила она.
Я слегка наклонил голову, заставляя ее посмотреть мне в глаза.
– Пожалуйста. Это хотя бы то, что я могу для тебя сделать, чтобы загладить вину за то, каким придурком был.
Ее плечи едва заметно опустились.
– Ладно, хорошо. Но предупреждаю сразу: с координацией у меня не очень.
– Она тебе и не понадобится. Большинство приемов совсем простые.
– Ладно.
Она все еще грызла краешек губы, и мне пришлось удержаться, чтобы не вытащить ее из-под зубов собственными пальцами.
– Будет здорово, вот увидишь, – попытался я ее успокоить. – Первая неделя тренировок у меня всегда адская, так что как насчет следующего четверга?
– Да, думаю, подойдет. Занятия начинаются в понедельник, поэтому только после школы.
– Без проблем. Встретимся в моем зале.
Я достал из кармана телефон и протянул его Картер. Когда наши пальцы соприкоснулись, по руке словно прошел электрический разряд. Находиться так близко к этой девушке определенно означало играть с огнем.
– Запиши свой номер, а я скину тебе адрес.
– Хорошо. И спасибо… за капкейки, извинения и за то, что научишь меня надирать задницы, – сказала она, набирая что-то на экране моего телефона.
– Только больше никогда не называй это «научить надирать задницы», и всегда пожалуйста.
Картер вернула мне телефон.
– Договорились. – Она снова покраснела. – И прости, что оскорбила размер твоего мужского достоинства. Я тогда очень разозлилась.
Я сдавленно рассмеялся.
– Забыли, Зажигалка.
– Зажигалка? – переспросила она, снова склоняя голову набок в этой своей до чертиков милой манере.
– По-моему, тебе подходит. В тебе есть огонь.
Уголки ее губ поползли вверх.
– Зажигалка. Мне нравится.
Пока я шел к машине, вдруг понял, что щеки болят от того, сколько я улыбался. И я уже не мог вспомнить, когда такое случалось со мной в последний раз.
5
Картер
Музыка в машине прервалась, когда через динамики раздался звонок телефона. Я бросила взгляд на экран и нажала кнопку ответа.
– Привет, Лиам.
– Привет. Как сегодня прошел день в школе?
Я улыбнулась, хотя Лиам, конечно же, не мог этого видеть. Первые несколько дней занятий оказались одновременно невероятно захватывающими и ужасно выматывающими, и мне нравилась каждая их секунда.
– Отлично. Кажется, я начинаю втягиваться. По крайней мере, перед уроками мне больше не хочется бежать блевать.
Лиам рассмеялся.
– По-моему, это уже победа. Чем сейчас занимаешься? Может, встретимся и выпьем после работы?
Я поморщилась, радуясь, что Лиам не видит моего лица. Мне не хотелось, чтобы он устраивал из-за моих уроков самообороны с Остином целое событие, поэтому я ему ничего не рассказывала. Но теперь отвертеться от признания было невозможно.
– Вообще-то я еду в зал. Остин обещал показать мне несколько приемов самообороны.
В ответ повисла тишина. Секунд через тридцать Лиам прочистил горло.
– Остин? Остин Лайонс?
– Он самый.
Я свернула на парковку, к которой меня привел навигатор моего «Приуса», и заняла свободное место.
– Насколько я помню, в последний раз между вами прямо-таки искрило взаимной неприязнью.
Я забарабанила пальцами по рулю.
– Так и было. Но на прошлой неделе он появился у меня дома с миллионом капкейков и извинился за то, что неправильно обо мне подумал. Полагаю, ты с ним поговорил?
– Возможно, перекинулся парой слов.
– Эти слова случайно не сопровождались угрозами причинить ему телесные повреждения?
– Черт возьми, нет! Он боец ММА. Я люблю тебя как родную сестру, но жить мне все-таки хочется.
Я не удержалась от смешка.
– Пожалуй, разумно.
Теперь, когда Лиам уже знал, что происходит, я не смогла устоять перед искушением разузнать об Остине побольше.
– Так что там с его бывшей?
– Он рассказал тебе о ней? – В голосе Лиама отчетливо прозвучало удивление.
– Немного. Сказал, что она ему изменяла и что я ее ему напомнила. Поэтому он так по-свински со мной себя вел.
Лиам задумчиво хмыкнул.
– Эта девица знатно по нему прошлась, так что я могу понять, откуда это берется. Но ему пора перестать позволять человеку из прошлого портить ему настоящее.
Я крепче сжала руль. Теперь мне просто необходимо было узнать подробности.
– Что случилось?
Несколько мгновений Лиам молчал.
– Я расскажу, чтобы ты понимала, почему он такой.
– Хорошо, – неуверенно ответила я, потому что совесть тут же начала со мной спорить. Одна половина меня умирала от желания узнать всю историю, а вторая твердила, что я бесцеремонно лезу в чужую личную жизнь.
– Остин вырос в довольно бедном районе. Денег у него почти не было, но он экономил на всем, откладывал каждую копейку и пахал как проклятый, чтобы накопить достаточно и перевезти себя и Хейли в Лос-Анджелес. А когда приехал сюда, продолжил вкалывать. Брал ночные смены в охране, чтобы днем иметь возможность тренироваться.
– Это достойно уважения.
– Еще как. А вот Хейли работать не стала. Говорила, что хочет стать моделью, но я ни разу не видел, чтобы она действительно хоть что-то для этого делала. Однажды вечером у меня была вечеринка. Остин прийти не мог – как обычно, работал, – а Хейли появилась. Сначала я не придал этому значения. Но потом она пошла за мной в спальню и начала ко мне клеиться. Причем очень настойчиво. Я тут же вышвырнул ее и сразу позвонил О.
У меня вырвался тихий вздох.
– Вот ведь стерва. Ты же его самый близкий друг здесь.
– Знаю.
Голос Лиама звучал подавленно, и, если я не ошибалась, в нём слышалась вина.
– Он немного покопался и выяснил, что она спала с другими практически все время, пока они были вместе. Остин так много работал, что просто не замечал признаков. А когда он с ней расстался, она подчистую опустошила их общий банковский счет, забрала его деньги на черный день и вынесла из квартиры все, что, по ее мнению, можно было продать. А еще она оформила кучу кредитных карт на их обоих, выжала лимиты до последнего цента и ничего не выплачивала. В итоге его кредитная история оказалась уничтожена.
– Какой ужас, – прошептала я.
От осознания того, насколько мерзко с Остином обошлись, меня слегка замутило. Теперь я определенно гораздо лучше понимала его отношение к женщинам.
– Его это здорово подкосило. Он справился по-своему: будто отключил часть эмоций, перестал подпускать к себе новых людей. Особенно женщин.
Мое сердце еще сильнее смягчилось по отношению к этому сердитому горцу. И если добавить к этому то, как мое тело начинало покалывать от одного присутствия Остина рядом, сегодняшняя тренировка обещала стать настоящей катастрофой.
Лиам продолжил:
– Я рад, что вы начали общаться. Думаю, ты пойдешь ему на пользу. Поделишься с ним хоть немного своим картеровским солнышком.
Я тихо рассмеялась.
– Не знаю. Я скорее случайно поставлю ему фингал. Ты же знаешь, насколько я хороша во всем, что связано с физической активностью и требует хоть какой-то координации.
– О господи.
– Вот именно. Так что мне лучше идти.
– Ладно. Поговорим позже.
– Пока, Лиам.
Я заглушила машину и направилась через парковку. Чем ближе подходила, тем сильнее порхало у меня в животе. Подняв глаза, я увидела выцветшую вывеску, на которой облупившейся краской было выведено: «Боксерский зал».
Значит, я пришла куда нужно.
Поправив сумку на плече, я толкнула дверь. Я совершенно не была уверена, что именно так стоит укреплять нашу зарождающуюся дружбу. А ударивший в нос запах застарелого пота точно не помогал убедить меня в обратном.
Я осторожно сделала несколько шагов вперед и огляделась. Вдоль зала раскачивались ряды боксерских мешков, а вспотевшие мужики с глухими выкриками били по ним перчатками.
Это определенно был не тот модный зал в Западном Голливуде, куда я записалась пару недель назад. Здесь все было по-настоящему. И в своем учительском наряде – юбке-карандаше, блузке и туфлях на каблуках, я чувствовала себя здесь более чем неуместно.
Это была ужасная идея. И почему я вообще решила, что она хорошая?
Ах да. Потому что Остин с его виноватой улыбкой, извинениями, капкейками и историями о разбитом сердце оказался чересчур милым.
Уф. Отступать уже поздно.
Резкий свист прорезал ровный ритм ударов по мешкам.
– Мамасита, ты заблудилась? Или я умер и попал в рай библиотекарей?
Ко мне развязной походкой направился вспотевший, но весьма симпатичный парень, на ходу облизывая губы и стягивая перчатки.
Он приближался – я отступала.
Одна часть меня хотела рассмеяться, а другая все-таки начинала слегка нервничать.
– Отстань от нее, Карлос. Она ко мне.
Стоило услышать голос Остина, и меня тут же накрыло облегчением.
– Да ладно, чувак, зачем так жестоко разбивать мои мечты? Клянусь, это будущая миссис Родригес!
Остин выхватил у Карлоса одну перчатку и хлопнул его ею по голове.
– Иди тренируйся, Казанова.
– Да-да. Пока, женушка! Я буду скучать!
Карлос с широченной ухмылкой вернулся к своему мешку, все так же самодовольно вышагивая.
– Извини за него. Он действует напролом, но на самом деле безобидный.
Я нервно рассмеялась.
– Ничего страшного. И еще раз спасибо, что предложил мне помочь.
– С удовольствием. Если научишься защищаться, у тебя появится уверенность в подобных ситуациях.
Я застонала и переступила с ноги на ногу.
– Вообще-то я не очень люблю насилие.
– Ничего, Зажигалка. Приучим тебя применять силу, когда это действительно необходимо. Ты взяла одежду переодеться?
Его взгляд медленно прошелся по моему телу, и это ощущалось почти как прикосновение.
Ой-ой.
Это очень плохо.
– Потому что, как бы мне ни нравился образ сексуальной учительницы, для того, чем мы будем заниматься, он не очень подходит.
Я с трудом сглотнула.
– В сумке, – пискнула я.
– Пойдем, покажу, где можно переодеться.
Пока мы шли через зал, я вертела головой, стараясь рассмотреть все вокруг. За мешками стоял ряд беговых дорожек и лежали маты, на которых мужчины и одна женщина с таким видом, будто способна надрать задницу любому здесь, прыгали через скакалки. Дальше располагались два боксерских ринга, где шли спарринги.
На самом деле здесь было довольно круто.
И мой нос уже почти привык к запаху старого пота.
– Женщин у нас тренируется немного, поэтому раздевалка – это, по сути, просто уборная с несколькими шкафчиками. Но за час, пока мы будем заниматься, с твоими вещами ничего не случится, – сказал Остин, останавливаясь у двери.
– Отлично. И снова спасибо.
Он улыбнулся.
– Можешь перестать меня благодарить.
– Точно.
Я потянулась к дверной ручке и тут же запнулась о собственные ноги.
Остин тихо рассмеялся, и этот звук отозвался во мне совсем не там, где должен был, если речь шла о почти-друге и исключительно платонических отношениях.
– Осторожнее. Не хватало еще, чтобы ты покалечилась до начала тренировки.
Я шумно сглотнула и быстро захлопнула за собой дверь.
Вот же черт.
Это очень, очень плохо.
Мне срочно нужно было мысленно перевести Остина в категорию «друг, почти как брат». Немедленно.
Почему я не могла смотреть на него так же, как на Лиама? Или Форда? Я ведь прекрасно понимала, что они привлекательные мужчины. Но они были моими друзьями. От них у меня не сводило живот так, будто я несколько дней не ела, и не начинали дрожать руки, словно я резко отказалась от кофе.
Положив сумку на скамью, я несколько раз стукнула себя ладонью по лбу в надежде, что здравый смысл каким-то чудом вернется на место.
Я быстро сняла юбку и блузку, переоделась в укороченные спортивные легинсы, спортивный бюстгальтер и ярко-розовую майку, все это время убеждая себя, что справлюсь.
Я просто реагировала на красивого мужчину.
Вот и все.
Как только привыкну к тому, насколько он горяч, все эти ощущения пройдут.
Я взяла бутылку воды, запихнула сумку в свободный шкафчик, морально приготовилась снова встретиться с Мистером Невероятно Горячим и толкнула дверь.
Остин стоял, прислонившись к стене напротив раздевалки, и выглядел так, будто только что сошел с обложки Men’s Health.
Я сдержала вздох.
Похоже, привыкать придется долго.
Я подняла глаза и поймала момент, когда Остин окинул взглядом мое тело. По коже пробежала приятная дрожь, которую я поспешила подавить.
– Готова?
– Ага.
Звучало совершенно неубедительно.
Остин повел меня по коридору в комнату, похожую на отдельный тренировочный зал.
– Обычно здесь проходят групповые занятия, но по четвергам вечером помещение свободно. Так что, пока ты только начинаешь, сможем заниматься без зрителей.
Он подошел к шкафчику в углу, достал пару полотенец и бросил одно мне.
– Спасибо. Я не самый спортивный человек в мире, поэтому предпочла бы, чтобы целый зал идеально натренированных людей не наблюдал, как я раз за разом падаю на задницу.
Остин ухмыльнулся.
– Для начала расскажи, какой у тебя вообще есть опыт.
– В смысле спортивный?
– Спорт, тренировки, йога – что угодно.
Я опустила взгляд и принялась крутить кольцо на крышке бутылки.
– Ну, настоящего спортивного опыта у меня нет. Если не считать того раза, когда родители заставили меня играть в футбол в четвертом классе. После трех поездок в отделение неотложной помощи: двух со мной и одной с девочкой из моей команды, которую я случайно снесла, они очень пожалели о своем решении. Как я уже говорила, с координацией у меня не очень. Я хожу в зал и заставляю себя появляться там хотя бы два раза в неделю. Но в основном это пилатес для начинающих и эллипс.
Я глубоко вдохнула.
Остин явно изо всех сил пытался не рассмеяться и вместо этого кашлянул.
– Тогда будем двигаться медленно. Начнем с легкой растяжки, потом немного поработаем над общей выносливостью, а после, возможно, перейдем к нескольким базовым упражнениям.
Я совершенно не была уверена в этом плане.
Вот вообще.
С моей удачей я либо устрою ему сотрясение, либо навсегда лишу его возможности иметь детей.
Так. Не думать о его способности иметь детей.
Щеки тут же вспыхнули.
– Конечно. Да. Звучит отлично.
Остин показал мне несколько простых упражнений на растяжку, а я старалась глубоко дышать, чтобы хоть немного успокоить бешено колотящееся сердце.
Потом он взял из стопки в углу мат и принес его к нам.
– Ложись.
– Что? – поперхнулась я.
Он усмехнулся.
– Ложись на мат. Мне нужно растянуть тебе заднюю поверхность бедер, а потом сможем начать.
