Текст книги "(Не)спящая красавица или Ох уж эти сказки! (СИ)"

Автор книги: Катерина Кравцова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

9.

После демонстрации своих возможностей я величественно проследовала к стоящей у ворот карете. Что ж, средств у семейства де Бриссар явно хватало.

Экипаж покрывала позолота, внутри он был обит голубым бархатом, к тому же мягко покачивался на рессорах (а это значило, что мое путешествие будет приятным). В упряжке кареты красовалась шестерка гнедых лошадок в позолоченной кожаной упряжи и с белыми плюмажами на головах.

Котики поглядывали на карету с уважением, а Жакетта и вовсе ахнула от восторга:

– Сударыня, неужели мне тоже будет позволено ехать в этой… в этом чудесном экипаже?!

– Если хочешь, можешь бежать следом, – увидев, как вытягивается ее личико, я поспешно добавила: – Это шутка, дорогая моя. Конечно, ты поедешь со мной. Путешествовать в одиночестве мне было бы ужасно скучно.

Девушка снова разулыбалась, отворила дверцу и деловито полезла внутрь. Тут же выглянула и восторженно сообщила:

– Ах, мадемуазель, тут внутри повсюду бархат и подушечки! Под сиденьем есть жаровня, на стоянке ее можно будет наполнить горячими углями. И мы не замерзнем от ночной прохлады.

Я забралась следом на горничной и моментально оценила доставшееся мне средство передвижения. В моем мире это был бы лимузин представительского класса. Никак не меньше.

Выглянув из окошка, я увидела, как компания Вилларе вскакивает в седла и как кони их рысью минуют замковые ворота. За ними тронулись и мы. Ход у кареты оказался плавный, она только чуть покачивалась на дорожных ухабах, и впервые с начала «попаданства» я почувствовала себя спокойно.

Раз уж деваться все равно некуда, можно было расслабиться и плыть по течению. Авось вынесет само, без моего постоянного участия. «Помни о нашей сказке! Она должна получиться неповторимой!» – раздался в моей голове ехидный голосок феи-крестной.

– Уж это я обеспечу. Только потом пусть никто не жалуется, – еле слышно проворчала я себе под нос.

Некоторое время мы молча созерцали проплывающие мимо нас поля, холмы и перелески. А потом Жакетта деловито спросила:

– Чем я могу развлечь вас, сударыня?

– А что ты можешь предложить? – удивилась я.

Я ожидала, что девица извлечет откуда-нибудь вышивку, книгу или, на худой конец, кости или карты. Но Жакетта хитро улыбнулась.

– Мы можем раскинуть руны. Только, ради Единого, сударыня, не говорите Его слугам, что в нашей семье помнят древние игры с судьбой!

– Не скажу, – решительно пообещала я. – Игры с судьбой – это именно то, что требуется мне сейчас больше всего. Не знала, что здесь в ходу рунная ворожба.

– О, – девушка взмахнула рукой, – руны достались мне от бабки. Она жила на берегу Северного моря, была одной из Янтарных сестер. А после вышла замуж, да перебралась в здешние края.

Я и не предполагала, что мне достанется такая интересная спутница. Дорога обещала быть совсем нескучной.

– А кто такие Янтарные сестры? – я не могла упустить случай узнать что-то новое о мире, в котором оказалась.

У Жакетты загорелись глаза.

– Это были могущественные женщины, – гордо объявила она. – Раз в столетие они выходили прямо из морских волн, селились на берегу и хранили равновесие между миром смертных и другим… ну, понимаете, Той стороной.

Я кивнула – конечно, что тут непонятного? Раньше я бы только посмеялась на такие рассказы. Но теперь поневоле начала относиться к ним куда серьезнее.

– Ну вот, стало быть, – дождавшись от меня понимающего кивка, девушка продолжила рассказ. – Сестры ворожили для людей на янтарных рунах. А еще могли сделать став… ну, сложить заклинание на что угодно. На здоровье, на удачу, достаток или любовь. А ежели надобно, – то и на смерть. Такое тоже бывало. Бабка, как помирала, передала мне руны. Велела беречь пуще глаза, почем зря не гадать. Но у нас с вами такое дело, что узнать волю судьбы не повредит.

С этими словами Жакетта запустила руку в карман юбки и достала оттуда небольшой кожаный мешочек. Развязала шнурок, помешала в нем пальцами (я в это время завороженно слушала глухой стук рунных плашек) и велела:

– Доставайте по одной три штуки и кладите… ну, вот хоть на сиденье. Поглядим, что там выходит.

Я послушно запустила руку в мешочек, и достала одну руну, из темного, почти черного янтаря. Потом еще одну – рубиново-красную. И третью – белую, как песок на Рижском взморье моего прежнего мира.

Разложила руны на сиденье и молча посмотрела на Жакетту. Личико ее выражало крайнее смятение.

– Ну, что скажешь? – еще до того, как она заговорила, мне отчего-то стало неуютно.

– Верно бабка рассказывала, – со вздохом созналась моя ворожея, – что руны не врут и попусту ничего не говорят. Вот и у вас выходит…

– Да что выходит, говори толком?! – я нервничала все сильнее, хотя ничего плохого мне пока не обещали.

Жакетта подумала, почесала носик и наконец решилась:

– Первая руна – перевернутая Хальс. Это, стало быть, опасности вас ждут, и нешуточные. Но раз руна перевернута, вы, может, статься, сумеете их избежать. Вторая, Кен, лежит прямо. Любовь к вам придет, такая, что только в сказках и бывает (тут я не сдержалась, скептически хмыкнула). А третья, – видите, – пустая? Это Верда, она говорит о том, что вы над собой не властны. Над вами нынче воля высших сил, они испытания дадут, но они же и в трудный час охранят.

– Интересная у нас выходит сказочка, – страх куда-то делся, вместо него меня разобрал азарт и даже некоторая злость. – И опасности, и любовь, и воля высших. Ты помнишь, – Бусик то же самое нам напророчил. Держись, девочка, крепче, нам предстоит много крутых поворотов.

Словно услышав мои слова, карета резко свернула с дороги на большую поляну. К нам подъехал котик Вилларе.

– Сударыня, мне нужен ваш совет, – серьезно проговорил он.

10.

Смотрел Морис при этом в точности как знаменитый кот из мультика про Шрека – жалобно и умильно. Ни одна женщина устоять перед таким взглядом по определению не может. Не смогла и я.

– Говорите, в чем дело, сударь, – велела я как могла строго, – и я попробую вам помочь. Но если моих знаний окажется недостаточно – не обессудьте.

Жакетта тут же высунулась из окошка и велела кучеру остановить карету. Я была ей очень благодарна: хотя мы ехали с достаточным комфортом, но размяться уже хотелось, и весьма.

Пока я выбиралась из экипажа, Вилларе спешился и подошел ко мне.

– Дело вот в чем, – начал он вполголоса. – Уже вечереет, и нам надо бы остановиться на ночлег.

Я поморщилась. Ночевка у костра нисколько не казалась мне привлекательной. Конечно, по молодости лет в своем прежнем мире я ходила в походы и даже очень любила посидеть у огня, послушать песни под гитару и отведать туристической еды с дымком.

Сейчас, однако, мне вспомнились только жесткие еловые ветки, которые укладывали под спальник, чтобы не лежать на голой земле, изобилие комаров и отсутствие возможности лишний раз вымыть руки.

– А что, – капризно поинтересовалась я, – поблизости нет никакой гостиницы… или хоть трактира с комнатами, что ли?

Котик развел руками.

– Ничего такого поблизости, к несчастью, нет, сударыня. Но в часе езды находится одно селение… там можно было бы переночевать, если бы только…

Тут он замялся и опять взглянул на меня этак… просительно. Словно я должна была как-то разрешить всеобщее затруднение.

– …но с этим селением что-то не так, верно? – я была уверена, что попала в цель.

Так оно и оказалось.

Помявшись еще немного, Вилларе поведал мне о селении, где очень неохотно пускают на ночлег проезжих путников. При этом рассказывают, будто тех, кого туда все-таки пустили, потом больше никто не видел – ни живыми, ни мертвыми.

Ничего себе репутация сложилась у населенного пункта.

Услышав, что за место котик предлагает для ночлега, я испытала смешанные чувства. С одной стороны, было страшно любопытно разгадать, отчего это селяне так строги к проезжающим. Но с другой стороны, если путников там и правда ждет какая-то опасность – стоит ли рисковать?

Ведь впереди нас ожидает другое, гораздо более важное, дело.

Я поразмыслила и решила рискнуть. Хоть и боязно, но лишний поворот сюжета нам не повредит, тем более такой нестандартный. Со мной банда котиков и бойкая Жакетта. Да и сама я себя не на помойке нашла.

– Едемте в ваше село, – заявила я. – Только предупредите своих парней, чтобы были настороже.

Морис почему-то обрадовался, весело улыбнулся, кивнул и отправился отдавать приказания. А я вернулась в карету.

– Что там, госпожа? – Жакетта вся извертелась от любопытства.

– Едем в странное село. Будем проситься на ночлег, – мой строгий голос и морщинка между бровями нисколько не испугали горничную.

– Отчего же оно странное? – все любопытничала она.

– Понятия не имею, – честно созналась я. – Вот приедем, и узнаем.

Селяне и в самом деле не ждали никаких гостей. Ворота были заперты, кругом тишина.

Вилларе подъехал поближе и громко заколотил кнутовищем в створку.

– Отворяйте! – потребовал он грозно.

За оградой зашебуршалось, послышались тихие голоса, а потом кто-то громко крикнул:

– Не ждем мы никого! Проезжайте себе мимо, храни вас Единый!

По всему судя, селяне были решительно настроены гнать от себя любых посетителей.

Вилларе замялся, не зная, какие доводы привести, чтобы нас пропустили в село.

Я поняла, что должна вмешаться, не то котики сейчас просто поворотят коней, и мы будем ночевать под ближайшим кустом. А я рассчитывала на более комфортный ночлег.

Решившись, я полезла из кареты наружу.

– Куда вы, сударыня? – встревоженно застрекотала Жакетта. – пусть эти… коты разбираются, негоже даме в такое встревать.

– Ничего, – пробурчала я, – дамы – они, может, даже лучше договариваться умеют.

И пошагала к переговорщикам.

– Эй, там, за забором! – свирепо рявкнула я, выступая перед группой котиков. – Спящую деву Илларию знаешь? Одно из трех чудес города Мерама?

– Слыхали, – ответил несколько удивленный мужской голос.

– Ну так вот она перед тобой. Дева Иллария. Отворяй, нам ночевать негде.

– Так она же… того, – за забором удивились еще явственнее. – Спит же она.

– Проснулась я! – от моего крика с ближних деревьев вспорхнули птицы. – Узнала вот, что в вашем селе вежество не блюдут, путников гоняют. Приехала лично убедиться.

– И что, – окончательно изумились селяне, – никакого другого дела не имеете? Токмо чтобы, значит, обчество наше пристыдить?

– Ну как не имею? – принялась я рассуждать вслух. – Ежели в селе вашем колдуны либо ведьмы какие водятся – можем конференцию устроить. По обмену магическим опытом.

– Чего?! – по-моему, селяне решили, что я их оскорбляю. – Не знаем мы никаких этих… кофенций!

Мы могли бы так препираться до бесконечности. Но тут мужские голоса перекрыл женский – как и мой, вполне громкий и решительный.

– Отворяй, мужики! – скомандовала незнакомка. – Ежели требуют, значит, надо им. А вы заезжайте, господа. Потолкуем, раз вам так желательно.

11.

Наш небольшой караван медленно втянулся за сельские ворота. Я оглянулась и скомандовала:

– Жакетта, выходим. Будем знакомиться с дамой, которая составила нам протекцию.

Горничная закивала – должно быть, ей и самой было любопытно. И надо сказать, любопытствовали мы с ней не напрасно.

Посреди улицы прямо перед нами стояла очень живописная персона. Женщина трудно определимого возраста (на глаз от тридцати до пятидесяти), стройная, рыжеволосая, кареглазая, с умным и насмешливым лицом. Подол ее платья, шелкового, изумрудно-зеленого, был несколько запылен. В руках женщина держала посох – не похоже, чтобы для опоры, скорее как символ власти.

Выглядела она, словно королева в изгнании. Мне прямо захотелось склониться перед ней в низком, учтивом поклоне. А Жакетта и думать не стала, присела низко-низко.

– Добро пожаловать, дамы и… кхм… господа, – нас «королева» оглядела благожелательно, а котиков – с некоторым скепсисом.

– Благодарю вас за разрешение переночевать в селе, – я все-таки поклонилась, не слишком низко, но со всей вежливостью. – Ставить лагерь в лесу нам очень не хотелось. Я Иллария де Бриссар, а это мой спутник Морис Вилларе и его товарищи.

– Меня здесь зовут дамой Маржери, – представилась «королева». – Мужчины разберутся с ночлегом сами, а вас, сударыня, и вашу горничную я приглашаю к себе.

Можно было подумать, что где-то здесь у дамы есть собственный замок, и нам оказана честь ночевать в нем. Я даже заоглядывалась, высматривая каменные стены, башенки и прочие украшательства. Но напрасно.

Никакого замка, конечно, не было.

Дама привела нас в обычный деревянный дом – крепкий, ладный, но совершенно деревенский. По-хозяйски распахнула калитку и приглашающе взмахнула рукой.

– Прошу вас, сударыни. Входите. Здесь нам никто не помешает побеседовать.

Вот оно. Так я и знала: все странности здешних мест связаны с дамой Маржери. Интересно, куда она девает пропадающих путников? Использует для магических опытов? Приносит в жертву? Ест на ужин?

Мы прошли в горницу (обычную, с печью в углу и пестрыми половиками, укрывающими доски пола), уселись возле стола, получили по кружке горячего травяного отвара и приготовились слушать хозяйку дома.

Она осмотрела нас острым взглядом, меня – чуть дольше, чем Жакетту, и спросила:

– Как тебя звали там, где ты была раньше?

Вот что значит зоркий глаз. Дама тут же различила во мне нечто необычное. Странно, что кроме нее этого до сих пор никто не замечал. Верно, полагали, что особа, продрыхнувшая два десятилетия подряд, имеет право на любые странности и чудачества.

– Ирина, – послушно представилась я во второй раз.

– А я Марго, – подмигнула дама. – Рыбак рыбака издалека видит, точно?

– Ну да, – от неожиданности я рассмеялась.

Вот уж кого я не ожидала встретить в нашей удивительной и неповторимой сказке, так это вторую попаданку. Да еще, как видно, со стажем.

– Ты давно здесь? – решилась я спросить.

Марго вздохнула.

– Да уж порядочно. Как приставили меня за точкой перехода следить, так и кантуюсь. Направляю и указую.

– Мадам, – не стерпела Жакетта, – ради Единого, объясните мне, о чем вы говорите с моей госпожой? Я девушка простая, необразованная, и боюсь, что совсем вас не понимаю.

Я не успела шикнуть на бойкую горничную, как Марго терпеливо ответила ей:

– Видишь ли, дитя, мы с твоей госпожой обе попали из одного мира в другой. Я – давненько, а она, судя по всему, совсем недавно. Вот и рассказываем друг другу, для чего силы Мироздания забросили нас сюда.

– Мы едем спасать какого-то графа от злого чародейства, – отчиталась я. – А ты? Для чего сюда попала ты?

– Понимаешь ли, – Марго отхлебнула отвара и неспешно приступила к рассказу, – у меня редкий дар. Я проводник. Открываю двери из одного мира в другой… вообще открываю двери. Видно, здесь нужен был маг с такой способностью.

Не успела я очнуться в своем доме посреди этого села, как пожаловали гости. Младший сынок маркиза не знал, куда ему податься. Имения никакого, способностей, как будто, тоже. Вот разве что воинственен был юноша сверх всякой меры.

Ну я и растолковала ему, что могу открыть дверь в мир, где он окажется на своем месте. Этот новый мир не будет самым комфортным. Но самым подходящим – вне всякого сомнения.

Юноша согласился. И я открыла ему дверь в какую-то жаркую битву. Он бросился через порог, словно его тянула туда неведомая сила.

– А… другие? – мне отчего-то стало страшно.

Мало ли, что тебе кажется подходящим. Даже если ты веруешь в свои склонности от всей души. Сумеешь ли ты выжить в этом подходящем мире – вот вопрос

Жакетта только глазами хлопала, слушая наши откровения. Молчала, молчала, и наконец взмолилась:

– Мадемуазель Иллария, я в самом деле не сплю? Мне все кажется, что я уснула, и вижу удивительный сон…

Дама Маржери на это фыркнула и поднялась.

– Пойдемте, – предложила она. – Я покажу вам свои врата. Убедитесь сами. А если захочется – переступите порог и уйдете отсюда к бесовой матери.

Мы одновременно кивнули, и Марго отвела нас на задний двор, где под сенью огромного старого дуба стоял… туалет типа «сортир».

Он был в точности таким, какие ставили на шести сотках в садоводствах моего прежнего мира.

– Вот, – указала на него дама. – Знаю, выглядит смешно. Но это и есть моя точка перехода. Действует без осечки, проверено много раз.

12.

Мы с Жакеттой одинаково хлопали глазами, осознавая, что врата в другой мир могут быть и такими…эм… утилитарными.

– Мадам, но это же нужник! – первой отмерла моя горничная.

– Он самый, – хмыкнула Марго. – Но это просто… оболочка. Дверь открывается совсем в другие места. Да вот, хотя бы… смотрите сами.

Она распахнула дверь… и никакого сортира за ней не оказалось. Вместо сиденья для отправления естественных нужд за дверью вихрился мелкий красноватый песок, от души жарило солнце, а чуть поодаль высился вытесанный из крупных каменных плит храм. Или святилище. Одним словом, какая-то религиозная постройка.

Я уже хотела было вежливо покивать, сказать, что показанный нам мир выглядит интересным, и на этом закончить экскурсию к точке перехода.

Но тут на моей груди зашевелился фамильяр. Его глазки распахнулись, тельце завибрировало, и Бусик едва слышно простонал:

– О, да хранит Озирис благословенные земли Кемт!

Я изумленно оглядела фамильяра.

– Бусечка, что с тобой? Вон там, за дверью, – это твой мир?

– Да, госпожа, – печально подтвердил Бусик. – Душа моя будет вечно стремиться туда.

Думать долго я не стала. Жалко животинку. Глядишь, хотя бы он окажется дома.

– Если хочешь, я отпущу тебя. Всего-то и надо, что через порог перебросить. Там песок, с той стороны, – не ушибешься.

Вздох бывшего жреца Бусириса мог бы растопить и самое каменное сердце.

– Благодарю за щедрость, госпожа. Но в этом мире меня удерживает не только ваша воля. Еще и мой долг перед вами.

– Ты что… отказываешься? – вот ведь дурачок, ему на блюдечке с каемочкой преподносят возвращение домой, а он не желает?

– Я вынужден, – снова, но уже тише вздохнул фамильяр. – Вас ждут непростые времена, и я не смею оставить вас без поддержки.

– Тогда не буду напрасно соблазнять твоего жучка, – решила Марго, и захлопнула дверную створку. – Вот завершите свои важные дела, привезешь его снова. Открою ему дверь на родину, пусть радуется.

– Спасибо тебе, – от души поблагодарила я. – Это хорошее предложение, мы им воспользуемся… попозже.

А Бусика просто поцеловала в гладкий золотой лобик. Надо запомнить, что он выбрал меня. С таким и в разведку можно, и вообще.

– Спасибо, – ласково улыбнулась я фамильяру. – Без тебя нам не справиться, что верно, то верно.

– Конечно, госпожа, – уже нормальным, ворчливым тоном произнес Бусик. – Я принесу вам много пользы в свой черед.

Марго наблюдала за нашими нежностями со снисходительной улыбкой.

– Идемте, я устрою вас на ночлег, – распорядилась она, и направилась обратно к дому.

Кто бы спорил! Я так очень даже не возражала как следует отдохнуть. Кто знает, что ждет нас завтра? Сказочник не дремлет, мало ли, что он там может придумать, в порыве вдохновения?

Спальное место мне досталось роскошное: широкая кровать в мехах вместо одеяла и мягких подушках. Вспомнив, как мне не понравилось собственное ложе в Шато Бриссар, я тихо фыркнула. Поистине, все познается в сравнении. После целого дня в карете кровать в доме Марго казалась мне пределом мечтаний.

Жакетту положили рядом на лавке. Ее матрас был пожиже моего, и подушку ей выдали всего одну, да и одеяло обычное, шерстяное, но она тоже осталась довольна.

Спали мы, что называется, без задних ног. До тех самых пор, пока к нам не поднялась хозяйка.

– Вставайте, путешественницы! – велела она. – Накормлю вас завтраком, да пойдете своих юношей реанимировать.

Я нахмурилась. Что это успели устроить котики Вилларе всего за одну ночь? Взяли какой-нибудь замок по соседству? Или перепортили всех девиц в селе? К рассвету как раз управились?

Как старшая, я чувствовала ответственность за эту разгильдяйскую компанию, а потому завтрак проглотила во мгновение ока. Подхватилась, и вылетела на улицу. За мной бодро семенила Жакетта, дожевывая на ходу кусок хлеба.

А вслед нам во весь голос хохотала дама Маржери. И в ее хохоте явственно слышались демонические ноты.

Ничего непоправимого, впрочем, не случилось. Традиционные мужские развлечения, не более того.

Оказалось, что местные парни усердно задирали моих сопровождающих. Котики не остались в долгу, и вскоре за околицей состоялась битва, что называется, «стенка на стенку». Молодежь увлеченно мерялась силушкой, не до смертоубийства, а так, «на интерес».

Когда Гаспар намял бока старшему сынку сельского старосты, стороны пошли на мировую. Примирение решили закрепить распитием местного самогона. Напиток оказался заборист на диво, а потому поутру Морис и его юноши пребывали в страшном похмелье.

Вилларе с трудом согнал их в кучу, и теперь они дожидались нас. Оглядев зеленоватые физиономии оборотней, я произнесла реплику из своей прошлой жизни:

– Что, пред жгучей жаждой опохмелки все остальные чувства мелки? Доброе утро, господа.

Ответом мне было невнятное, но полностью согласное мычание.

– Морис! – позвала я. – Идите сюда, я дам вам хороший совет.

Вилларе смотрел с надеждой. Возможно, он рассчитывал на магическое излечение от утреннего недуга, но я его разочаровала.

– Ступайте к любому из хозяев, – скомандовала я, – и попросите как можно больше огуречного или капустного рассола для поправления здоровья. Думаю, хозяева вас поймут. Особенно если вы им немного заплатите.

В глазах Мориса забрезжила надежда. Он тут же отправил одного из котиков по названному мной маршруту. И спустя полчаса несколько посвежевшее воинство готово было продолжать путь.

– Эк вы их ловко наладили, госпожа! – восторженно отметила Жакетта, влезая вслед за мной в экипаж. – Будто вам уж не раз приходилось похмельных трезвить.

Я неопределенно покачала головой. Не объяснять же было девице, что это мой личный студенческий опыт. Заработанный собственной печенью.

Однако с дисциплиной котиков надо было что-то делать. Не то мы не сумеем добраться к заколдованному графу вовремя. А если и сумеем – растеряем по дороге часть союзников.