Текст книги "Темное божество из СССР 3 (СИ)"

Автор книги: Карим Татуков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 21 страниц)

Глава 4
Луч

На хищном лице потусторонней шла ожесточенная борьба. В ней смешались презрение к смертным, жажда жизни, ненависть к мучителю, и здравомыслие. Воительница чувствовала омерзение от одного лишь факта, что человечишка смеет выдвигать требования. Но к своему глубокому несчастью не могла просто плюнуть низшему созданию в лицо, указав на его место.

Немые стенания растянулись на десять минут, за которые Паша успел убрать овощную смесь с огня, оставив на конфорке только мясо. Он бы и дальше продолжал готовить, если бы не разошедшийся по палатке шепот:

– Освободи меня, и можешь задавать свои вопросы. Смертный… – Наконец, произнесла Пленница, согласившись на непростую сделку. В первую очередь, с собственным достоинством.

Не говоря ни слова Паша высвободил глефу из жетона на запястье. Острые изогнутые лезвия на двух концах грозно сверкнули, прежде чем со свистом прорезать воздух, и разрубить цепи.

Элементальный абсорбатор не почувствовал сопротивления толстой кованной стали, что снова заставляло задуматься о прочности бирюзовой энергии великанши.

Оружие быстро вернулось обратно под контролем кремния, хранящегося внутри. Оно сжалось до размеров зубочистки, исчезнув в жетоне.

– Совсем не боишься меня?.. – Потирая запястья, закованные в наручники из темного металла, потусторонняя нахмурилась. – Ты странный.

Она подняла недоумевающий взгляд на человека, ненормального во всех смыслах. Необычайно крупный по меркам смертных, он выделялся массивной мускулатурой, не уступающей в силе и прочности таковой у элинов. Мог контролировать песок, создавая из него опасные конструкты. Источал энергию, родственную паразитам эмантир, но с явными отличиями. Обладал чрезвычайно разрозненным духовным запахом, что косвенно свидетельствовало о полном хаосе внутри головы. Однако при этом умел мгновенно стабилизироваться, как дюжину минут назад, при раскрытии своей цели. Если бы такой индивид родился в их племени, урода бы наверняка сбросили в пустоту. От него буквально несло неправильностью.

– Конечно странный. – Паша фыркнул, вытаскивая из казана подрумянившийся кусок мяса, с которого обильно стекали капли жира и оливкового масла. – Это же у меня по три пальца на конечностях, волосы-тентакли, и четыре пары клыков в минетной зоне… Для меня ты, и тебе подобные куда страннее, чем я для тебя. Уж поверь. По крайней мере, ты о людях знаешь в разы больше, чем я о потусторонних. И это нужно категорически тотально срочно исправлять, андерстенд?

С наигранным возмущением выдав речь, Паша засунул в рот большущий стейк, и начал с наслаждением жевать. По квадратному подбородку потек горячий сок, при виде которого у потусторонней в очередной раз скрутило живот в приступе голода.

– Что ты хочешь знать? – Спросила пленница, сглатывая слюну, и скорбно провожая исчезающий кусок мяса.

– Все, что можешь рассказать о Зуу’эр… Хотя начнем с насущного. – С легкой улыбкой Паша достал из шкафа две большие металлические тарелки, после чего принялся накладывать тушеные овощи и мясо. – Как избавиться от запаха души? Да и вообще, скрыть себя от восприятия подобных тебе.

Оценив приготовленное блюдо, он без удовольствия отметил, что даже в школьной столовке стряпня приличней. А ведь на Гордона Рамзи замахивался.

– Смертные ничтожества разучились мыться? – Скривила губы пленница, собираясь принять протянутую тарелку с едой. Однако рука человеческого юноши остановилась на полпути, в то время как на лицо наползла тень досады. – Какой обидчивый… Нужно омыться кипящей водой Зуу’эр. Собьет след чужой крови. Для смертных в самый раз, но тебе такой способ не поможет. Омерзительный сот’ха эмантир… их запах, въелся в твою плоть и кости.

Помедлив, Паша все же передал тарелку. Как оказалось, напрасно. Неблагодарная гадина широко распахнула рот, и забросала мясо, а тушеные овощи демонстративно вывалила прямо на пол.

– Не подавись. – У юноши дернулось веко, и одновременно появилось дикое желание влепить иномирной твари по роже. Желательно с ноги. А то и с двух. Но как ей приходилось мириться ради выживания, так и ему требовалось идти на уступки ради информации. – И как, скажи на милость, мне подавить свой запах?

Потусторонняя перешагнула через кучу овощей, с которой поднимались облачка пара, оказавшись напротив юноши.

– Я отвечу на вопрос, если дашь съесть троих людишек. – Бросила она с хитрым блеском в глазах.

Атмосфера в палатке мгновенно накалилась. Казалось, даже штормовые порывы ветра, пытающиеся содрать палатку с земли, утихли.

– Так не делается, дамочка. – Паша отложил тарелку, и высвободил глефу, непрозрачно намекая на недружелюбный настрой. – Мы уже обговорили цену. Ты отвечаешь на вопросы. Взамен – жизнь. Хочешь людей жрать? Что ж… не вопрос. Спущу штаны, и накидаю к мяску особой приправы. Там этих людей, ух… заколебешься сглатывать.

На треклятом острове из людей только его подчиненные. Паша не стал бы скармливать с трудом найденные кадры прожорливой твари.

– Наглый смертный! За кого ты меня принимаешь⁈ – Потустороння рыкнула, не испугавшись странного копья с изогнутыми лезвиями на двух концах. – Когда я отвечу на все вопросы, то стану не нужна. Ты убьешь меня. Гарантировать жизнь мне можно только одним способом, позволив восстановить силы. Либо так, либо…

Вдруг мощный толчок из-под земли прервал ультиматум пленницы. Ослабевшие ноги не удержали высокое тело, и она рухнула на колени. Что там, даже Паша зашатался, широко расставив ноги, и воткнув глефу в землю.

Удар оказался настолько мощным, что немногочисленная мебель, включая газовую плиту с казаном мяса, перевернулась.

Палатку затрясло, осветительные приборы слетали с крепежей. А газовый баллон, с которого сорвало шланг, опасно зашипел.

– Куэс’каталь… – В бирюзовых глазах потусторонней зажегся первобытный ужас. Она поползла к выходу из палатки, пытаясь устоять на четвереньках во время непрерывных толчков. – Бежать… Смертный, мы должны бежать!

Разодрав когтями водонепроницаемую ткань, и оказавшись под дождем, потусторонняя почувствовала хватку на шее. Павел появился позади, и массивной ладонью сжал затылок беглянки. Однако в это же время, в нескольких десятках километров впереди, произошло нечто невероятное. В небо ударил мощный луч изумрудного света, за которым поднимались клочья земли и камня. Луч накренился, словно пизанская башня, и толчки усилились.

– Какого?.. – Паша недоверчиво смотрел на то, как луч начал быстро двигаться по странной траектории. А когда он прошел всего в десяти километрах от палаточного лагеря, стало ясно, почему потусторонняя так напугана. Луч, бьющий из-под земли, словно словно лазерный резак рассек горный хребет. К счастью, он двигался в сторону от лагеря, деля остров напополам.

Глава 5
Огненный портал

Изумрудный луч исчез, так же быстро, как появился. Однако уже через пару секунд за горизонтом вспыхнула новая энергетическая флуктуация. Ничем не уступающая всеразрушающему лучу.

Бирюзовый столб, взметнувшийся в небеса, сопровождал возвышение колоссального существа. Горбатый, с седыми остроконечными волосами, волнующимися во всполохах силы, и длинными мускулистыми руками. Явно родич пленницы, но размеры… размеры поражали. Он возвышался вдали, за пределами пустоты, но даже так выглядел с гору.

– Сделай что-нибудь смертный… Или мы здесь умрем… – Несмотря на появление соплеменника, потусторонняя не выглядела радостной. Напротив, страх на бледном лице усугубился. – Нужно бежать…

Хрипло произнесла она, даже не пытаясь встать. Паша понимал положение пленницы так как и сам чувствовал ужасающее давление. Не на тело, на душу…

Выбежавшие из палаток бойцы крепко сжимали пулеметы и гранатометы, вглядываясь в даль. Где изумрудный луч обрушился на великана, покрытого бирюзовой энергией. Вслед за этим промеж его лба влетела огромная стрела, со сложными узорами на стержне, и ярко зеленым оперением.

Великан начал заваливаться назад, вынуждая обескураженного юношу прийти в себя.

– Тащите кровь и бензин! Быстро! Быстро! Быстро! – Рявкнув на потерявших ошеломленных подчиненных, чьи руки непроизвольно опускались при виде божественной мощи потусторонних, Паша отпустил шею пленницы. Он высвободил еще две глефы, и заставив вращаться, срезал палатку под основание.

Пока переполошившиеся бойцы вытаскивали из холодильников пакеты с кровью, юноша, контролируя частицы кремния и кальция, поднял края рухнувшей палатки. Те заколыхались от штормового ветра, но вскоре успокоились, так как брезент начал быстро заполняться дождевой водой.

– Паша, что происходит⁈ – Расул, выбежавший в дождь в одних трусах, с пулеметом наперевес, окликнул начальника.

– А по моей охреневшей роже видно, что я в курсе⁈ – Огрызнулся юноша, кивнув на еле поднявшуюся потустороннюю. Сам при этом продолжая набирать воду. – У нее спросите.

Через минуту бойцы, наконец, опустошили все запасы крови, и притащили аж пять немецких канистр с бензином.

– Че замерли, суицидальники⁈ Поджигайте блядь! – Паша не смог сдержать гневного крика. Апатичные сотрудники мнутся вокруг кучи красных пакетиков, а за горизонтом появляются все новые и новые серокожие гиганты.

Собрав достаточно воды, с помощью серого песка юноша соединил края брезента. Он обвязал их тросами, ранее служившими стабилизаторами палатки, после чего потащил в сторону меланхоличного собрания.

Поняв, что от них требуется, бойцы немедленно приступили к делу. Канистры с бензином были откупорены, и перевернуты на пакетики.

Испарения горючего вещества смешивались с брызгами дождя, создавая удивительную игру света. Но никому не было дела.

Евгений, покопавшись в карманах, выудил коробок охотничьих спичек, завернутых в целлофан. Он зубами разорвал упаковку, и пару раз чиркнув, бросил загоревшуюся палочку в лужу бензина.

Пламя взметнулось вверх, распространяя удушливый запах, и черный дым. Вид уродливого кострища, в отличие от красоты нефтяных брызг, сделал бойцов по-настоящему счастливыми. И вовсе не из-за первобытных инстинктов.

Парни давно выяснили, что, разлагаясь на мелкие частицы, не только сверхъестественные существа, попавшие на землю, образуют брешь в пространстве. То же самое верно и для земных существ, оказавшихся здесь. Причем брешь ведет ровно в то место, откуда существо попало в неродной мир.

Главное условие, как понял Паша – наличие духовных частиц в разлагающейся материи. В отличие от деревьев, растений, и даже камней в Зуу’эр, на земле духовные частицы в достаточной концентрации имелись только у людей.

Под предлогом оказания первой помощи в случае тяжелых ранений, юноша вынудил бойцов сдавать по сто миллилитров крови раз в неделю.

Без доступа к местному воздуху она не испарялась. А хранясь в кремниевых сундуках, наполненных энергией Павла, духовные частицы не рассеивались.

Благодаря превентивным мерам сейчас на земле находится более восьми литров спасительной жидкости.

Несмотря на проливной дождь, огонь делал свое дело. Полиэтиленовые упаковки плавились, выпуская кровь. Последняя из-за высокой температуры, и неприветливой среды Зуу’эр, начала стремительно испаряться.

Полотно реальности начало трещать по швам, открывая брешь. В ярко оранжевых всполохах стали виднеться пейзажи заснеженного соснового бора.

– Не верю… наконец то… – У Богдана Сладко из глаз полились слезы счастья. Казалось, отнятые проклятым миром силы возвращаются в ослабевшее тело.

То же самое чувствовали остальные бойцы, но начальник не разделял общего энтузиазма.

– Тащите все, что можете в портал! – Не сводя глаз с битвы за горизонтом, где великанов выкашивали изумрудные лучи и гигантские стрелы, Паша рыкнул. Подавая пример, он забросил сочащийся влагой брезент в гигантский костер, и свернутая палатка с водой исчезла. – Алан, Никита, с пленницы глаз не спускайте. Дернется, гасите.

Отдав приказ ближайшим подчиненным, Паша побежал к огромным палаткам, служившим складами и ангарами. Он принялся забрасывать в кузова массивные морозильники, в которых хранилось мясо потусторонних. В то время как бойцы эвакуировали богатый арсенал оружия.

Менее чем за восемь минут, пока горел портал, парни перетащили большую часть имущества.

Паша, оставшийся с Евгением, Расулом, Никитой, Аланом, и пленницей, в последний раз взглянули на чудовищных существ вдали.

Небеса ревели во вспышках энергетических бурь. Остров раскалывался на куски, не выдерживая мощи столкновения двух сил. Если бы эти твари оказались на земле, то за час стерли бы даже самые крупные города со всем населением…

– Уходим. – Со сложными эмоциями, высеченными на упрямом лица, Паша шагнул в догорающий портал. Наконец, исчезнув из проклятого мира.

Глава 6
Не до тебя

В мгновение ока сменить тропический климат на суровую зиму, будучи насквозь промокшими – безумное решение. Несмотря на это, бойцы, с тел которых поднимались клубы пара, чувствовали себя счастливее всех на свете.

Еще бы, родное солнце вместо огромных звезд на темном полотне небес. Вековые сосны вместо светящихся великанов. И никаких тебе грибов с многоэтажку. Кто-то даже припал на колени к снегу и целовал его, обливаясь слезами.

Полуголый Расул возносил мольбы всевышнему. А ведь буквально пару секунд назад стал свидетелем сражения по-настоящему божественных существ.

Лишь Павел не поддавался ласковым объятиям родного мира. Хотя испытывал необъяснимую легкость в сердце.

Он высвободил весь кремний и кальций в элементарных абсорбаторах. Облако серых частиц сжималось в огромные шестилопастные вентиляторы, с гулом начавшие набирать скорость.

Порывы морозного ветра мгновенно привели охранников в чувства, заставив хвататься за плечи и жмуриться.

Всего за несколько секунд на бойцах образовалась наледь, превратившая камуфляжную форму в негнущиеся деревяшки.

– П-п-п-паш-ш-а… ос-с-с-станов-в-в-ись… – Расул, сжавшийся в одних трусах, взмолился.

На густых бровях, ресницах, и нагрудном ковре тренера, образовались снежные кристаллики.

Несмотря на жалкий вид Абдулрашидовича, Паша, сам подставившийся под холодный поток, не внял просьбе.

Вместе со снегом и здоровьем бойцов, ледяной ветер выдувал пары потустороннего дождя, размывающего ткань реальности.

Портал в Зуу’эр не успевал формироваться благодаря тому, что частицы разлетались по воздуху, без возможности стабилизироваться в одной области высокой концентрации.

Когда бойцы уже начали падать, не выдерживая мороза, Паша развеял пропеллеры. Но песок не вернулся в глефы. Он собрался в тонкие диски с полуметровым диаметром, разлетевшиеся в разные стороны.

Вращаясь на высокой скорости, они без особого сопротивления срезали десятки сосен.

Грохот падения деревьев всего в нескольких метрах от них не повлиял на бойцов. Они отчаянно жались друг к другу, с сосульками на носах, и белым кристаллическим ворсом по всему телу. Еще немного, и бедолаг ждет смерть от переохлаждения.

– От вас помощи не дождешься, так хоть не скулите под руку. – Раздраженный Павел, не сводя взгляда с озирающейся по сторонам потусторонней, стащил деревья в кучу.

Возросшая физическая сила, позволяющая без особого напряжения поднимать более двадцати тонн, в купе с контролем песка, значительно упрощали работу. Уже через минуту он поливал деревья, превращающиеся в щепки жерновами вращающихся глеф, бензином.

Частицы кальция, интенсивно трущиеся друг о друга в сером вихре, начали высекать ярко оранжевые искры. Хватило лишь одной, попавшей в пары бензина, чтобы зажечь пламя.

«Как же с ними сложно…».

Поняв, что бойцы сами передвигаться не в состоянии, Паша перетащил всех поближе к костру.

Земля, после обильного обдува, освободилась от снежного покрова. Но даже так под ногами начала образовываться лужа, и слякоть. Неприятно, но не смертельно.

– Ч-что это было? – Евгений, немного отогревшись, и придя в себя, обиженно уставился на начальника.

То ли дело в пагубном влиянии потустороннего мира на рассудок, то ли в шоке от последних событий… Никто из бойцов не понял, зачем вообще злоедраному Коновалову устраивать пытку холодом. Неужели несчастий, обрушившихся на них в Зуу’эр недостаточно?

Тяжело вздохнув, Паша покачал головой, и направился к потусторонней. Его, на самом деле, интересовал тот же вопрос. Но немного в ином контексте.

– Объясниться не хочешь? – Вернув в руку глефу, юноша присел подле оголодавшей и ослабшей пленницы.

Та не пыталась убежать, так как прекрасно осознавала собственное состояние и положение. Даже если каким-то чудом избежать преследования людей, выхода все равно нет:

Пустит кровь, чтобы открыть портал в Зуу’эр – окажется на одном из островов могильного цветения. А там сейчас битва, которая камня на камне от этих островов не оставит. Простой элинке выжить вариантов нет.

Сама по себе на просторах Эр’зуу она тоже скоро загнется. Мир смертных уже начал обволакивать душу разъедающей пленкой. Без способностей паразитов эмантир, вселяющихся в тела местных, или без постоянного питания, она загнется через день-два.

– Война. – Безрадостно ответила пленница, опустив бирюзовые глаза в снег. Хищная особа выглядела растерянной и подавленной. – Радуйся смертный, война пришла в мой дом.

Глава 7
Война царств

– Слушай, я в состоянии догадаться, что пущенные во лбы великанов стрелы – не уникальный способ приветствия вашего мира. Типа йоу бро, кулачок в кулачок. И ссаному гуманитарию ясно, что там война. – Павел сделал вдох-выдох, негодуя из-за того, что приходится каждое слово вытягивать из пленницы, как мазок из уретры. – Может, все-таки, поподробнее? Что за война, с кем война, где война, почему война? Если не заметила, смертные не сильно то погружены в контекст ваших псевдобессмертных делишек.

Присев на образовавшееся позади кресло из кремния и кальция, Павел положил глефу на колени. Всем видом показывая, мол вот он – идеальный слушатель.

Бойцы, едва разморозившиеся под теплом пожарища, тоже обратились в слух. Мозги еще не отошли от воздействия потустороннего мира, но даже в таком состоянии они желали узнать, кто черт возьми те богоподобные твари?

– Это война между… самое близкое слово на вашем языке – царства. Война между царствами. – Элинка говорила с неохотой, однако осознавая бедственное положение филейной части, была вынуждена просвещать грязного смертного. – Зуу’эр – Несмертные земли – то, где мы были, и Куэс’каталь – Дикие леса – те, кто напали. Они – обладатели атмы жизни, мы – носители атмы смерти. Той самой энергии, что ты каким-то образом перенял у паразитов эмантир. Нашим народам предначертано сражаться. Но эта война… иная. Царства вступают в битву в определенное время, в определенных местах, и по определенным правилам. Чтобы не уничтожить друг друга, и не предоставлять возможностей другим царствам. До следующего сражения Зуу’эр и Куэс’каталь почти двести лет. И я почти уверена, что древолюбы затеяли войну, чтобы побороться за Эр’зуу… За твой мир, смертный.

В голосе элинки явно слышалось злорадство.

Паша не обратил внимания на тон пленницы, переваривая услышанное.

«Атма? Так они называют потустороннюю энергию? Похоже, несмотря на отличия цветов, плотности, и свойств, у элинов, эмантир, и Куэс’каталь, она едина? Только атрибуты отличаются? Типа как атрибут стихии земли, который во мне обнаружил элементальный абсорбатор? Так, ладно, хрен с ней с атмой. Что действительно важно…».

– Чего вам надо от нашего мира? – Заданный Евгением вопрос волновал и Павла.

Разве недостаточно проблем здесь? С другими людьми? Какого лешего лезут еще и потусторонние твари?

То же самое хотели спросить и возмущенные бойцы.

«Что значит ведут войну за наш мир? Нас кто-то спрашивал вообще?».

– Зуу’эр нужны души, как и всегда. Вы – наша еда, мы – ваше посмертие. Это называется баланс. – Элинка усмехнулась.

– Это называется хуянс. Жопа не треснет, на наши души претендовать? – Острое лезвие глефы уперлось в шею элинки, рассекая ороговевший слой эпителиальной ткани. Еще немного, и темная кровь начнет просачиваться наружу. А в условиях Земли, где обитатели Зуу’эр превращаются в пыль за считанные минуты, это верная гибель. Тем не менее, единственная реакция на смертельную угрозу – высоко поднятый подбородок, и поджатые губы. – Допустим, резоны своих ты обозначила, а кетцалькоатли на че претендуют?

– Куэс’каталь, смертный. И я не знаю. – Ощутив, как лезвие плотнее прижалось к шее, высокомерие пленницы тут же улетучилось. – Я правда не знаю. Я лишь слышала, что это из-за ангелов небесного царства Аис’элен. Их владыка искал исходный смертный мир, населенный людьми. Так называемую Землю.

Бойцы почувствовали себя невероятными. Едва речи потусторонней начинали обретать хоть какой-то смысл, она вдруг закидывала новую порцию информации. И каждая последующая новость хлеще предыдущей. Приспособиться просто невозможно. В их головах роилось что-то вроде:

«Ангелы? Ангелы из библии? А че сразу не лепреконы с драконами, и Винни пух с ними?».

У ребят закрались справедливые сомнения в искренности трехпалой.

– Ангелы, да?.. вроде ровные ребята. – Убрав глефу, Паша попытался вспомнить, что там было с пернатыми воинами бога. Ничего такого, что нельзя списать на жестокость времен, когда иудейская книжка была написана.

Юноша не стал высмеивать сомнительные истории элинки. Зачем придумывать третью сторону, когда Зуу’эр с Куэс’каталь более чем достаточно для подтверждения, виденного ими в ином мире? Чтобы скрыть мотивы врагов? Бред. Она про своих-то наговорила достаточно, чтобы лишиться головы. Чужим помогать смысла особо нет. Да и в отличии от обычных потусторонних, о которых он раньше вообще ничего не слышал, порхатые хотя бы существуют в еврейских сказках.

– Да что ты знаешь, смертный! – Элинка почувствовала себя смелее, когда оружие убрали. – Ангелы – чудовища. Каждый из них – монстр, вселяющий ужас. В своем походе они уничтожили тысячи царств, миллионы миров. Цивилизации, о могуществе которых твой смертный мозг и помыслить не способен, обращались в ничто под тенью их крыльев. А владыка ангелов – Элиот, в одиночку низверг Шок’ра – царство демонов. Одно из пяти великих царств. Он буквально сжег сам ад! Даже мой Зуу’эр… Из девяти великих народов, остались лишь два: Элины, и эти грязные паразиты Эмантир, трусливо прячущиеся в своих гробах. Наши земли были разбиты в клочья, и теперь медленно погружаются в бездну. Ангелы – кто угодно, но не «ровные ребята».

В голосе потусторонней, выпучившей глаза на собеседника, улавливалась дрожь. Впервые она показала, что может испытывать не просто страх, но ужас.

– Погибель Сущего Элиот искал ваш мир. Смертный, никому не нужный, непримечательный мирок. – Элинка продолжила, немного придя в себя. – Он созвал свои легионы, прошерстил все царства. И никто не знает, почему. Около двух тысяч лет назад, ангелы исчезли без следа, как и их родной мир. Долгое время никто ничего не предпринимал, страшась возвращения Аис’элен. Но постепенно другие царства осмелели, и тоже начали поиски исходной Земли. Все хотели выяснить, за каким сокровищем охотился Элиот. Немногочисленных оставшихся ангелов отлавливали, пытаясь выяснить всю подноготную. Особенно старались демоны, жаждущие отмщения. Но все что они находили – тени, отбрасываемые вашим миром на другие измерения. Жалкие копии Земли.

Паша вздрогнул на последних словах.

«Копии земли? Она ведь не имеет ввиду Землю, с которой прибыл я?».

Сердечный ритм участился. Юноша не понимал, как попал в странный Советский союз, наполненный сверхъестественными существами. И даже предполагал, что до сих пор видит предсмертный сон. Что на самом деле, в той игре за черную карту он не выжил, и медленно умирает, истекая кровью.

А теперь тварь говорит, что и правда существуют другие версии Земли, но они – всего лишь тени? Копии? И что демоны, о которых он часто в шутку размышлял, действительно имеют место быть. Они ищут некую «исходную» землю, и возможно, именно рогатые переправили его душу⁈

– Только Зуу’эр преуспели в поисках. Мы обнаружили исконный мир людей, дали имя Эр’зуу, и связали вас с несмертными землями. – Пленница не скрывала гордости за успехи своего царства. Еще бы, самые могущественные существа во всем древе пустоты – ангелы, не смогли. Другие великие царства тоже. А они – да. – Мы искали ответ на вопрос, почему владыка ангелов заинтересован в вас долгое время, но так и не смогли найти. Мы лишь обнаружили, что ваши души очень вкусны. Но на этом все. Земли Эр’зуу были закрыты несмертными небожителями, чтобы не привлекать внимания других царств. И долгое время, вы умирали, ваши души попадали к нам, сохранялся баланс. Пока кто-то не стал бездумно прорывать грань миров, навлекая войну на мой дом! Куэс’каталь, должно быть, заметили твои перемещения, смертный.

Элинка свирепо смотрела на огромного человеческого юношу, словно пытаясь прожечь в нем дыру.

– Значит это мы вызвали войну?.. – Неожиданно раздался вопрос Евгения. Он подошел, склонился над пленницей, пристально глядя в бирюзовые глаза. Та не ответила, но слов и не требовалось. – Ха… аха… АХАХАХАХАХАХА!

Распрямившись, и запрокинув голову назад, Фуницын безумно рассмеялся. Однако под ладонью, прикрывающей верхнюю часть лица, прокатились две дорожки слез.

– Так и надо! – Резко прекратив смеяться Евгений с размаху ударил потустороннюю прикладом по лицу. Она лишь чуть скривилась. – Гребаная тварь! Чтоб вас всех в этой войне перебили!

Евгений направил автомат в голову Элинки, однако попытка пристрелить гадину провалилась. Паша молниеносно просунул мизинец под курок, не позволяя тому откинуться назад.

– Давай убьем мразь! – Фуницын явно пребывал не в лучшем расположении духа. – Ты же сам слышал! Эти гады жрут человеческие души! Души наших близких! Наших мам… пап… пацанов, что в Афгане остались! Всех погибших! И души детей наших жрать будут!

Бойцы, осознав услышанное, встали и направили оружие на пленницу. Та, какой бы презрительной ни была по отношению к смертным, ощутила легкую дрожь, пробегающую вдоль позвоночника.

Паша легонько потянул вниз, нагружая лямку автомата и заставляя Фуницына упасть на колени.

– И что решит ее убийство, истеричка с ПТСР? Вернет сожранные души? Предотвратит дальнейшее пожирание? – Паша отпустил автомат, однако Фуницын так и остался на коленях в снегу. – Ценой огромных усилий мы схватили единственный живой рот. И за пару минут разговора узнали больше, чем за месяц самостоятельных поисков. Никто ее не тронет, понял? А если заняться нечем, иди технику и оружие маскируй. Дел полно.