Текст книги "Между рейсами (ЛП)"

Автор книги: К. В. Торн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 29

Глава 29

Сэм

Три дня спустя

ㅤㅤㅤㅤㅤ

Я проснулась в день своей свадьбы с тем самым чувством безмятежности, которое кажется почти преступным. Внутри не было ни тени тревоги, ни пресловутого страха перед алтарем, о котором так часто твердят невесты. Я не терзала себя лишними мыслями и не ощущала внезапного желания сбежать из страны под вымышленным именем. Я просто чувствовала абсолютный покой.

Но это умиротворение бесследно исчезло, когда Роуз ворвалась в мою квартиру, словно отряд ФБР во время облавы.

– Просыпайся! – закричала она, рывком распахивая шторы. – Сегодня день свадьбы!

Я подскочила в кровати так резко, что душа едва не покинула тело.

– Господи Иисусе, Роуз! Я уже не сплю, а если бы и спала, поверь, после такого пробуждения это было бы невозможно.

Она уже сжимала в руках два стаканчика с кофе и чехол для одежды, ведя себя так, будто руководила сложной тактической операцией. Впрочем, так оно и было. Вся моя жизнь прежде напоминала одну сплошную спецоперацию.

Следом за ней в комнату неспешно вошла Елена с бутылкой шампанского в девять утра, выглядя при этом как французская вдова с тайным любовником. Я знала, что ее будущее будет именно таким – ярким и интригующим.

Харпер следовала за ними, не выпуская из рук планшет с зажимом. Кто бы сомневался. А Наоми зашла последней с таким выражением лица, будто присутствовала на судебном заседании. Ничего необычного. Она окинула взглядом мой халат и растрепанные волосы, а затем едва заметно улыбнулась.

– Ты выглядишь счастливой, – произнесла она.

– Это одна из самых приятных вещей, которые ты мне когда-либо говорила.

– Я только учусь быть сестрой, – ответила она. Это заставило меня улыбнуться, ведь она действительно искренне старалась сблизиться со мной.

Роуз энергично хлопнула в ладоши.

– Так! Сверяем график! У нас по плану прическа, макияж, платье и эмоциональный срыв, запланированный на...

– У меня не будет эмоционального срыва, – перебила я ее.

Наоми иронично выгнула бровь.

– Не лги в день своей свадьбы, это дурная примета.

– Это вовсе не примета. Я на самом деле не лгу. Я в полном порядке.

Елена тем временем без лишних раздумий разлила шампанское в кофейные кружки, явно не питая уважения к правилам раннего утра.

– За Саманту! – провозгласила она, поднимая чашу в торжественном тосте. – За женщину, которая на самом деле украла сердце моего брата и благодаря которой у меня появилась еще одна сестра. Прости, Наоми, теперь она принадлежит мне.

Мы все рассмеялись, и я услышала, как Наоми негромко пробормотала где-то на фоне: «Забирай».

Харпер, не отрывая взгляда от своего планшета, добавила:

– Я рада, что теперь он в надежных руках.

– Харпер, это было по-настоящему мило! – ахнула я.

Она наконец подняла голову, сохраняя абсолютное спокойствие на лице.

– Я умею быть милой.

Роуз скептически фыркнула.

– Ладно. Всем дышать ровно. Сэм, клятвы при тебе?

– Да.

– А что-то чужое, взятое взаймы?

– Я одолжила эмоциональную стабильность Наоми.

Наоми даже глазом не моргнула.

– Это не считается. Вот, держи, – она протянула мне пару изящных и невероятно элегантных сережек. – Верни их мне в целости и сохранности. Они стоят больше, чем все наши трастовые фонды вместе взятые.

– Что?

Она негромко рассмеялась.

– Это шутка.

Мы снова засмеялись, и в этот миг я осознала нечто пугающее.

Я была счастлива.

И это не было притворным счастьем для камер, не попыткой соответствовать статусу семьи Хейс или просто желанием казаться «нормальной».

Это было настоящее, глубокое чувство.

И всё это благодаря ему.

Пока мне наносили макияж, Роуз комментировала каждый шаг так, словно снимала документальный фильм под названием «Как выйти замуж за генерального директора компании твоего отца». Наоми сидела на диване, потягивая кофе и наблюдая за царящим хаосом с видом присяжного заседателя.

– Ты сегодня тихая, – заметила я.

Она лишь пожала плечами.

– Я наблюдаю.

– То есть осуждаешь?

– Всегда.

Елена перегнулась через спинку дивана, демонстрируя безупречные локоны и сияющий взгляд.

– Ну что, – протянула она, – мы в предвкушении?

Я сглотнула, невольно вспоминая руки Тео, его голос и его непоколебимое спокойствие. Он поддерживал меня сотнями способов, о которых я даже не подозревала.

– Я... да, я действительно в предвкушении.

От этих слов Роуз мгновенно прослезилась.

– О боже мой.

Харпер тяжело вздохнула, словно ее раздражало любое проявление чувств.

– Пожалуйста, только не начинайте плакать. У нас нет времени переделывать макияж.

Взгляд Наоми заметно смягчился.

– Это хорошо, – тихо произнесла она. – Именно в такой атмосфере я и должна находиться.

Мы готовились вместе, и наши наряды выглядели безупречно. Я не собиралась быть капризной невестой, поэтому позволила подругам самим выбрать платья.

Наоми предпочла темно-зеленый наряд с декольте, способным разжечь пожар в любом зале заседаний. Харпер выглядела потрясающе в цвете бордо. Роуз всегда обожала розовый, поэтому мы остановились на его глубоком темном оттенке. А Елена выбрала золотисто-горчичное платье, в котором она смотрелась просто великолепно.

Я искренне любила этих женщин.

Спустя несколько часов мы оказались в небольшом саду на крыше, украшенном теплыми огнями и нежными цветами. Город позади нас замер, превратившись в безмолвного свидетеля. Никакой излишней пышности, никакой прессы и никакой игры на публику. Только мы и те люди, которых мы действительно ценим и любим, не считая моего отца и Сьюзан.

Родители Тео тоже были здесь. Его мать сжимала в руках платок, едва сдерживая слезы, а отчим выглядел по-особенному гордым в своем молчаливом достоинстве. Они были радушны и открыты. Когда его мама увидела меня, она ласково взяла мои руки в свои и прошептала: «Ты прекрасна, дорогая», так, будто знала меня целую вечность. Я часто заморгала и улыбнулась в ответ.

– Спасибо вам.

Тео ждал впереди.

И в ту секунду, когда я увидела его, весь остальной мир просто перестал существовать.

Он был в темном костюме, без галстука, как я и просила, и он охотно согласился. Всё выглядело так просто, он казался таким расслабленным и по-настоящему счастливым – именно таким, каким он бывал только наедине со мной.

Я была несказанно рада, что люди наконец смогли увидеть того человека, в которого я влюбилась.

Его глаза встретились с моими, и мне показалось, что весь город погрузился в тишину. Исчез гул машин, смолкли звуки улиц – осталась лишь звенящая тишина.

Роуз слегка сжала мою руку, прежде чем пойти вперед.

– Не вздумай бежать, – прошептала она.

– Я не собираюсь бежать, – так же тихо ответила я.

– Ты бегала от обязательств целых двадцать шесть лет.

– Это вовсе не... ладно, ты права.

Наоми подошла ближе с другой стороны, ее голос звучал низко и уверенно.

– Ты справишься.

Я кивнула, чувствуя, как в горле встает комок.

– Я справлюсь.

Несмотря на то что я ценила присутствие своего отца, я не хотела, чтобы он вел меня к алтарю. И дело было вовсе не в наших непростых отношениях, которые всё еще находились в стадии налаживания. Просто я хотела пройти этот путь сама. Я была независимой всю свою жизнь, и если уж я собиралась вступить в брак, будучи без памяти влюбленной, я хотела сделать этот шаг самостоятельно.

Когда я начала идти, взгляд Тео ни на секунду не покидал моего лица. Когда я подошла к нему, он взял мои руки так бережно, словно ждал этого мгновения всю свою жизнь. И, возможно, так оно и было. Я видела, как блестят его глаза, и втайне надеялась, что он не заплачет, иначе я окончательно потеряю самообладание.

Церемония была скромной и романтичной, но без лишней приторности, свойственной дешевым мелодрамам. Никаких пафосных речей или напыщенных метафор.

Когда пришло время произносить клятвы, я чувствовала себя уверенно и радостно, но затем Тео произнес:

– Я выбираю тебя в этой жизни и в любой другой, что последует за ней.

Его голос слегка дрогнул, и мое сердце окончательно растаяло. От былого спокойствия не осталось и следа.

Когда наступила моя очередь, мои руки заметно дрожали, но я не выпускала его ладоней.

– Большую часть жизни я провела в бегах, – произнесла я тихим, прерывистым голосом. – И не потому, что не хотела любви. Просто я не верила, что заслуживаю того, кто останется со мной навсегда.

Глаза Тео светились такой нежностью, что мне хотелось одновременно плакать и смеяться от переполнявших меня чувств.

– Но ты, – прошептала я, – ты не кажешься мне ловушкой. Ты кажешься мне домом.

Его большие пальцы нежно поглаживали мои костяшки, когда он едва слышно ответил:

– Ты и есть мой дом, Саманта.

Когда мы слились в поцелуе, вся крыша взорвалась восторженными криками, будто мы не совершили только что нечто самое сокровенное в присутствии близких нам людей.

Всё было идеально, и я только что стала женой мужчины своей мечты.

Когда мы вошли в зал для приема, я была поражена тем, насколько теплой была атмосфера. И речь шла вовсе не о температуре в помещении.

На каждом столе мерцали свечи, гостей ждала изысканная еда и великолепное вино, а музыка играла достаточно тихо, чтобы люди могли свободно общаться и наслаждаться вечером.

Я решила сменить наряд, потому что, несмотря на камерность свадьбы, мне хотелось заявить о себе через стиль. Мое новое платье было коротким, шелковым и невероятно дорогим, но я чувствовала, что заслужила его, а он заслужил то, что скрывалось под ним.

Я уже допивала второй бокал шампанского, когда заметила Нико. Он прислонился к барной стойке с многообещающей улыбкой и наблюдал за Наоми так, словно решил, что она станет его новым увлечением. Я вполне могла себе это представить.

Что ж, удачи ему.

Наоми, разумеется, выглядела так, будто предпочла бы проглотить битое стекло, чем начать флиртовать на моей свадьбе.

Нико плавно подошел к ней, излучая уверенность.

– Ты выглядишь прекрасно сегодня.

Наоми даже не удостоила его взглядом.

– Я выгляжу дорого. Есть большая разница.

Нико усмехнулся.

– А я люблю дорогие вещи.

Она наконец повернула голову, одарив его тем самым взглядом, который обычно заставляет мужчин капитулировать.

– Ты что, клеишься ко мне на свадьбе моей сестры?

– Я выражаю свое восхищение, – поправил ее Нико. – Есть большая разница.

Уголок губ Наоми едва заметно дрогнул.

– Это дерзко даже для тебя.

Я прикрыла рот рукой, чтобы скрыть смешок. В этот момент позади меня появился Тео, нежно обвив руками мою талию.

– Над чем ты смеешься? – промурлыкал он мне на ухо.

– Твой лучший друг пытается совершить самоубийство, – прошептала я в ответ.

Тео понимающе хмыкнул.

– Нико ищет смерти еще с двенадцатого года.

Наоми произнесла что-то настолько острое, что этим можно было бы резать алмазы. Нико лишь рассмеялся, явно получая от этого удовольствие. Я мысленно сделала пометку, потому что знала, что это значит. Между ними пробежала искра. Но сейчас это не было моей заботой.

Я начала обходить столы, благодаря гостей за то, что они разделили с нами этот праздник. К счастью, столов было всего шесть. Его мама обняла меня так крепко, что я снова едва не расплакалась.

Этот вечер был именно таким, о каком я мечтала.

Вернувшись в квартиру, Тео окончательно утратил свое самообладание, стоило двери за нами закрыться. Его руки мгновенно оказались на моем теле, а губы прижались к моим с такой жадностью, будто он весь день сдерживался из чистого уважения, а теперь эти границы пали.

Я рассмеялась сквозь поцелуй.

– Привет, муж.

Тео негромко застонал.

– Не говори это так.

– Как именно? – поддразнила я его.

– Так, будто хочешь, чтобы я окончательно потерял над собой контроль.

Я медленно повела руками по его груди, расстегивая пуговицу за пуговицей на его рубашке.

– О, именно этого я и хочу.

Его взгляд мгновенно потемнел.

– Саманта.

Я потянула его на себя.

– Теодор.

Я почувствовала спиной холодную поверхность столешницы, когда он шагнул ко мне, заставляя меня широко раздвинуть ноги.

– Вы подходите слишком близко, сэр.

– Теперь тымоя , Саманта. Тымоя жена.

Я утвердительно кивнула и снова поцеловала его. Я почувствовала, как он задирает мое платье, обнажая чулки, а его ладони ложатся мне на талию. Он коснулся края моего дорогого, тщательно подобранного белья, собираясь снять его, но я тут же остановила его руку.

– О нет, сэр. Это белье стоило целое состояние, и оно заслуживает должного внимания.

Он вскинул руки и рассмеялся.

– Хорошо, тогда повернись.

Я подчинилась, и он расстегнул молнию на моем платье, позволяя шелку соскользнуть на пол. Я перешагнула через него и снова повернулась к нему лицом.

– Дай мне на тебя посмотреть, Сэм.

Я замерла в своем белоснежном сияющем белье под пристальным взглядом мужа. Он начал медленно очерчивать контуры моего бюстгальтера, бретельки соскользнули с плеч, едва не обнажив грудь. Он покрывал поцелуями мое лицо, шею, плечи, спускаясь всё ниже к животу, и замер прямо у края белья.

Он поднял на меня взгляд и, подхватив одну из моих ног, устроил ее у себя на плече. Его губы касались моего колена, бедра, пока он не добрался до того самого места, заставив меня судорожно сжать мышцы. Я почувствовала, как по телу прошла волна жара. Он перехватил и вторую мою ногу, устраивая меня именно так, как ему хотелось.

Он дразнил меня прикосновениями и укусами.

– Ты портишь мое белье.

– Я куплю тебе новое.

Я негромко рассмеялась, когда он усадил меня на столешницу и отступил на шаг.

– Что? – спросила я, видя, как он смотрит на меня взглядом голодного человека.

– Ты выглядишь невероятно сексуально, Сэм.

Я почувствовала, как к щекам прилила кровь. Было удивительно сознавать, что этот человек может обладать мной в любой момент, и я буду только рада, но стоит ему посмотреть на меня вот так, и я окончательно теряю волю.

– На тебе всё еще слишком много одежды,муж .

Он молча кивнул и начал раздеваться под моим пристальным взглядом. Когда он остался в одних боксерах, я ясно увидела, насколько он жаждет меня.

Свою жену.

Я соскользнула со столешницы и направилась в сторону спальни. Он последовал за мной без единого слова.

Я опустилась на кровать и широко развела ноги.

– Помнишь, в Париже ты говорил мне, что любишь контроль, подчинение и когда женщина прямо говорит о своих желаниях?

– Помню, – ответил он, не сводя с меня глаз.

– Тогда действуй. Возьми надо мной контроль, делай всё, что когда-либо хотел совершить со мной. Я полностью в твоей власти, – я продолжала дразнить его, искренне желая увидеть ту его сторону, которую он до сих пор скрывал.

– Ты сама не понимаешь, о чем просишь, Саманта.

Его глаза стали совсем темными.

– Тогда покажи мне.

Он глубоко вздохнул, и я заметила, как изменилось выражение его лица.

– Раздвинь ноги еще шире и не двигайся.

Я послушно замерла, наблюдая, как он подходит к ночному столику. К моему удивлению, он взял мой вибратор.

– Открой рот, – скомандовал он, подходя к кровати и заставляя меня подчиниться его воле. – Ласкай его и не отводи глаз от меня.

В этот момент я поняла, что мое белье действительно безнадежно испорчено. Он начал ритмично поглаживать меня свободной рукой, пока я выполняла его приказ.

– Сейчас будет глубоко, – предупредил он, продвигая игрушку глубже. Я почувствовала легкий спазм, но продолжала подчиняться. – Умница.

Он извлек предмет, отодвинул край моих трусиков и медленно ввел его внутрь. С моих губ сорвался тихий стон, и я попыталась свести ноги.

– Нет, откройся мне.

Он играл со мной, доводя до предела. Другой рукой он расстегнул мой бюстгальтер, освобождая грудь, и тут же прильнул губами к одному из сосков, слегка прикусывая его ровно настолько сильно, чтобы доставить мне сладкую муку.

Я чувствовала, что нахожусь на грани.

– Тео, возьми меня, пожалуйста.

– Нет, – ответил он с поразительным спокойствием, продолжая терзать меня ласками.

Он включил игрушку на максимальную мощность, и мне показалось, что мир вокруг взорвался миллионом искр. Оргазм накрыл меня с головой. Я стонала, задыхалась и выкрикивала его имя.

– Я сделал то, что ты просила. Показал тебе то, что ты хотела увидеть. Теперь я могу сказать, чего хочу я?

Я лишь судорожно кивнула в ответ.

– Я хочу провести эту ночь, занимаясь любовью со своей женой.

Я невольно рассмеялась.

– После того как ты довел меня до такого состояния?

Он кивнул и начал целовать меня медленно, глубоко, и я окончательно растаяла в его объятиях. На этот раз он не спешил. Мне казалось, что он запечатлел поцелуй на каждом сантиметре моей кожи, изучил каждый шрам и сосчитал каждую веснушку. Он буквально боготворил меня. И я никогда в жизни не чувствовала ничего подобного.

– Теперь я могу снять это белье?

– Ты уже всё равно его испортил, так что да, – со смехом ответила я.

Я ощутила электрический разряд, когда он стянул шелк с моих ног. Он обхватил мои лодыжки, уложив их себе на плечи, и медленно вошел в меня. Его движения стали совсем другими – размеренными, контролируемыми и даже нежными.

Я потеряла счет позам и тому, сколько раз это повторялось за ночь.

– Знаешь, когда я впервые увидел тебя, то подумал, что тебя подослали, чтобы отвлечь меня. Мне как раз нужна была какая-то встряска, и жизнь словно знала, что мне необходима именно такая сексуальная и необычная стюардесса.

– Я действительно отвлекла тебя, но это была исключительно твоя вина.

– Почему же? – спросил он с неподдельным любопытством.

– Ты не переставал со мной разговаривать, а потом пригласил разделить бутылку вина и едва не предложил присоединиться к третьему лишнему.

Он громко и искренне расхохотался.

– У меня есть один вопрос по этому поводу.

– Да, я бы согласилась той ночью.

– Правда? – он удивленно вскинул бровь.

– Послушай, когда с тобой флиртует такой привлекательный мужчина, а горячий бармен намекает на определенные возможности в чужой стране, ты думаешь, что больше никогда не увидишь этих людей. Поэтому ты говоришь «да».

– Похоже, ты весьма опытная женщина, Саманта.

Я рассмеялась. Было так здорово иметь возможность говорить с ним обо всём на свете без всякого стеснения.

– Это была далеко не первая моя остановка в Париже, Теодор.

– Ты полна сюрпризов, не так ли? – он притянул меня ближе и начал нежно целовать кожу за ухом.

– А сколько подобных приключений было у вас, мистер Джонс?

– Разве такие вопросы не должны задаваться на первом свидании, а не в первую брачную ночь? – он снова поцеловал меня, и я почувствовала, как его рука скользит вниз по моему позвоночнику.

– Справедливо, но мы ведь никогда не соблюдали правильный порядок действий.

Я услышала его негромкий смех, его дыхание опалило мою шею.

– У меня было несколько таких случаев.

– С мужчинами или женщинами? – я начала медленно вести рукой по его бедру.

– И с теми, и с другими, – прошептал он мне на ухо.

Я картинно ахнула.

– Теодор Джонс, какой же вы грязный тип.

– Мы все были друзьями, нам хотелось экспериментов, и мы это сделали.

Я продвинула руку чуть выше, подбираясь к самому сокровенному.

– И ты целовался с тем парнем?

Я сжала его ладонью и начала медленные, дразнящие движения.

– Вынужден тебя разочаровать, но нет, я его не целовал.

Я на мгновение прекратила свои ласки и шутливо изобразила плач.

– Какое разочарование.

Он лишь рассмеялся, продолжая ласкать меня в ответ.

– А ты не хочешь спросить о моем опыте?

Он даже не вздрогнул.

– Мне всё равно. У тебя была жизнь до меня, и я уверен, что ты отлично проводила время.

Я снова начала дразнить его своими прикосновениями.

– У меня было больше двух раз, и однажды это было с двумя мужчинами одновременно.

– Какая жадность. Так вот почему тебе так нравится, когда я использую игрушки?

Он обхватил меня за талию и повернул к себе. Я подтвердила это кивком. Он снова потянулся за вибратором.

– Что ж, проверим. Тебе нравится это?

Он прижал его ко мне, и я почувствовала, как мощная пульсация проходит сквозь всё мое тело. Я лишь судорожно закивала.

– А это?

Он ввел один палец внутрь, продолжая воздействовать на меня игрушкой. Я не сдержала стон.

– А как насчет этого?

Он ввел игрушку глубоко внутрь, а один из своих пальцев, который он только что ласкал губами, направил туда, где я этого совсем не ожидала. Это заставило меня вскрикнуть и выгнуться в его руках.

– Да, мне это нравится.

Он продолжал свою игру, переключаясь на мою грудь.

– А это ты выдержишь? – спросил он, направляя себя к входу, при этом не вынимая игрушку. – Ты примешь меня?

Я жаждала его всем своим существом и только кивнула в ответ. Его вхождение было настолько полным, что я невольно ахнула. Ощущение было на грани боли и высшего наслаждения. Я чувствовала его палец, вибрацию и его самого.

– О боже, Тео...

– Ш-ш-ш, расслабься, – прошептал он, начиная медленные, тягучие движения.

Он взял мою руку и положил ее на игрушку, давая мне возможность самой контролировать часть процесса. Он начал наращивать темп, и я следовала за ним. Каждое его движение отзывалось во мне невероятным жаром.

– Сейчас я ускорюсь.

Когда он перешел на быстрый ритм, комната вокруг меня поплыла. Всё казалось таким правильным и совершенным.

– Ты так потрясающе меня принимаешь.

Он отложил игрушку и начал входить в меня еще глубже.

– Я сейчас... я на грани, Тео.

– Давай же, сделай это для меня.

И я сделала.

Мы лежали в тишине, всё еще тяжело дыша, чувствуя дрожь в теле, но абсолютно счастливые.

– Ты всё еще хочешь когда-нибудь это повторить? – внезапно спросил он, глядя в потолок. Я видела, что он о чем-то напряженно думает.

– Что именно? Это? Безусловно.

– Я имею в виду приключения с кем-то третьим.

На этот раз он не смотрел на меня.

– Я не знаю. Возможно, я была бы открыта для этого. А ты хочешь?

– Честно говоря, нет. Я не хочу ни с кем тебя делить, особенно с другим мужчиной. Но я понимаю, что ты еще молода и, возможно, есть вещи, которые ты хотела бы попробовать.

Он выглядел слегка раздраженным, но при этом готовым пойти на это ради меня. Я ни за что не позволила бы ему чувствовать себя так только ради того, чтобы угодить мне.

– Эй, посмотри на меня, – я ласково взяла его лицо в свои ладони. – Мне больше ничего не нужно пробовать. Того, как ты обладаешь мной каждый день, более чем достаточно. Это в тысячу раз лучше всего, что было у меня в прошлом. Так что нет, спасибо.

Он облегченно рассмеялся и поцеловал меня.

– Это хорошо, потому что если какой-то парень еще хоть раз коснется тебя, мне придется его убить, а это погубит и компанию, и наш брак.

Я весело рассмеялась.

– Ты никого не убьешь и ничего не погубишь, кроме меня самой в этой постели.

– И еще кое-что, что мне придется погубить – это остаток ночи, – он внезапно сел на кровати.

– Почему? Что случилось?

– Ну, сейчас четыре часа сорок восемь минут утра, а наш самолет вылетает в семь сорок пять. Так что если мы хотим на него успеть, нам нужно в душ и собираться прямо сейчас.

Я недовольно заворчала на него.

– Теодор Джонс, ты забронировал рейс в свадебное путешествие на раннее утро после свадьбы?

Он посмотрел на меня так, будто я сказала величайшую глупость в мире.

– Именно так обычно и устроены медовые месяцы: свадьба заканчивается, и вы улетаете.

– Ну да, в теории это так, но ты вообще нас видел? – я поднялась с кровати, кутаясь в одеяло. Мои ноги всё еще подкашивались, и я была уверена, что мой макияж и прическа превратились в нечто неописуемое.

– В этом и был смысл свадьбы на закате, дорогая.

Я театрально закатила глаза.

– Да, но спорю, ты не рассчитывал, что мы будем заниматься сексом шесть часов кряду. Верно?

– Ну, в этом исключительно твоя вина, – со смехом ответил он, шлепнув меня по ягодицам на пути в ванную. – Ты идешь со мной?

– Если ты действительно хочешь успеть на этот рейс – ни в коем случае.