Текст книги "Между рейсами (ЛП)"

Автор книги: К. В. Торн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 17 страниц)

Глава 18

Глава 18

Тео

ㅤㅤㅤㅤㅤ

Понедельник обрушился на меня подобно многотонному грузовику.

К девяти утра я успел поглотить две чашки крепкого кофе и теперь сидел напротив троих инвесторов, координируя прогнозы на третий квартал и обсуждая международное партнерство. Ближе к одиннадцати в моем кабинете материализовался Нико. Он всё еще не снимал солнечные очки и держал в руке стакан с напитком с таким невозмутимым видом, будто это место уже принадлежало ему. Впрочем, так оно вскоре и будет, если он ответит согласием.

– Я до сих пор не могу понять, как тебе удалось меня на это подбить, – проговорил он, бесцеремонно плюхаясь в кресло напротив.

– Всё потому, что ты обожаешь деньги, статус и дорогой кофе, – отозвался я, не отрываясь от изучения файлов. – А еще потому, что мне нужен человек, которому я могу безоговорочно доверять во главе команды по технологической стратегии. «Hayes International» в этом плане безнадежно отстает от современных реалий.

Он лишь пожал плечами.

– В этом ты прав. Но имей в виду, мои услуги влетят тебе в копеечку. Я привык к перелетам первым классом, внушительному жалованью и социальному пакету, который подобает сотруднику многомиллиардной корпорации.

Я бросил на него мимолетный взгляд.

– Ты получишь всё, что пожелаешь.

Нико расплылся в довольной улыбке, словно только что выиграл крупный куш.

– В таком случае, рад иметь с тобой дело.

После краткого совещания с Максом, который, к моему удивлению, сразу поддержал эту идею, мы пригласили в дискуссию Наоми. Она вошла в конференц-зал с такой уверенной грацией, будто была полноправной владелицей этого здания – безупречная, острая на язык и совершенно нечитаемая.

Нико поднялся, протягивая ей руку для приветствия.

– Наоми Хейс, вы официально самая привлекательная и пугающая женщина из всех, кого я когда-либо встречал.

Она даже глазом не повела.

– А вы самый несносный и малоквалифицированный кандидат для этой должности.

Я поспешил прочистить горло, прежде чем это напряжение вспыхнуло настоящим пожаром.

– Нико приглашен в качестве консультанта технологического подразделения.

Наоми скрестила руки на груди.

– Консультант, значит? Что ж, ладно. Но если он обрушит наши внутренние системы, ответственность будет лежать исключительно на тебе.

– Я тебя услышал, – ответил я.

Мы собрали Кэмерона и Сэм в зале заседаний, чтобы поставить финальную точку в голосовании.

– Кто за? – поинтересовался я.

Вверх взметнулись все руки, включая руку Саманты, хотя ее взгляд, устремленный на меня, оставался загадкой. Когда зал опустел, я попросил Харпер зайти.

Она молча протянула мне папку.

– Всё еще раздумываешь над кадровой политикой?

– Просто взвешиваю все имеющиеся варианты.

Харпер не проронила ни слова. В этом и не было нужды. Она была моим верным соратником в трех стартапах, свидетельницей моего брака и нервного срыва в тридцать два года. Она понимала меня без лишних пояснений.

Как только дверь за ней закрылась, я открыл календарь Саманты, нашел свободное окно и напечатал сообщение.

Я: Ужин сегодня в семь вечера, ресторан «Tulips». Если хочешь, я пришлю за тобой машину. И, пожалуйста, накрась губы той самой красной помадой.

Отправлено.

Позже в тот же день в квартире воцарилась непривычная тишина. Сумка Елены уже ждала у двери.

– Ты уверена, что не хочешь, чтобы тебя отвез водитель? – поинтересовался я.

– Тео, я вполне в состоянии пережить поездку на обычном такси, – ответила она с понимающей усмешкой.

– Напиши мне, когда приземлишься.

Она согласно кивнула, а затем ее взгляд внезапно смягчился.

– Постарайся на этот раз ничего не испортить.

Уголок моего рта невольно дернулся.

– Я не подведу.

Елена лишь подмигнула мне, подхватила вещи и скрылась за дверью. Я еще какое-то время стоял у окна, провожая взглядом машину, которая быстро затерялась в плотном потоке городского транспорта. Развернувшись, я увидел Нико, который уже вовсю уничтожал протеиновый батончик, сосредоточенно листая что-то в телефоне.

– Она классная, – пробормотал он, продолжая жевать.

– Она лучше нас двоих, вместе взятых.

– Планка и впрямь задрана высоко.

Мы провели в гостиной около часа. Он делал вид, что погружен в работу, в то время как я действительно ею занимался. Мы просмотрели планы его вступления в должность, набросали несколько тезисов по стратегии интеграции технологий и обменивались колкостями, как в старые добрые студенческие времена.

Около без пятнадцати шесть Нико посмотрел на меня поверх края своего стакана.

– Ну так что. Сегодня свидание?

Я оторвался от ноутбука лишь на мгновение.

– Да.

Я продолжил печатать, стараясь сохранять невозмутимый вид.

– Нервничаешь? – он отставил напиток в сторону, полностью переключив внимание на меня.

– Нет.

– Ой, да брось, ты весь на взводе.

Я закатил глаза.

– Вовсе нет.

Нико расплылся в ехидной улыбке.

– А яйца побрил?

– Убирайся отсюда.

– Я просто напоминаю. Первое официальное свидание это совсем другой уровень. Тут нужна идеальная гладкость.

Это стало для меня сигналом. Я поднялся и направился в сторону спальни.

– Я в душ. И смотри не сожги тут всё дотла.

Пока горячие струи воды били по коже, я позволил себе полностью погрузиться в мысли о ней. Саманта Хейс. Острая на язык, проницательная и чертовски невыносимая. Она унаследовала всё обаяние и опасность своего отца. И сегодня вечером я добровольно шагал прямо в эпицентр этого пламени.

Когда я вышел из ванной, зеркало полностью запотело. Я протер его рукой и вгляделся в собственное отражение. Перед собой я видел мужчину, которого уже очень давно не заботило так сильно то, как он выглядит и какое впечатление произведет на женщину.

Я застегнул темно-серую рубашку, небрежно закатав рукава и оставив ворот распахнутым. Выбор пал на тот самый одеколон, который она похвалила еще в Париже. Я бросил последний оценивающий взгляд в зеркало. Пульс был ровным, а вот мысли далеко не такими спокойными.

Я отправил короткое сообщение Харпер:

Я: Ушел на вечер. Пересылай только самое срочное.

Затем я еще раз сверился с календарем. Семь вечера, ресторан «Tulips». Саманта так и не ответила, но и не прислала отказ.

Игра началась.

Зал в глубине ресторана «Tulips» встретил меня тихой и доверительной атмосферой без лишнего пафоса. Именно то, что нужно для сегодняшнего вечера. Я уже сидел за столиком в ожидании ее прихода. Мои руки то и дело переставляли бутылку с места на место, пока я бессмысленно перечитывал этикетку, лишь бы не выдать своего волнения.

Когда она вошла, я почувствовал, как пальцы предательски задрожали.

Хостес едва успела указать направление, как Сэм уже стремительно шла ко мне. На ней было темно-зеленое платье – достаточно короткое, чтобы приковать мой взгляд, но оставляющее простор для воображения. Волосы рассыпались по плечам мягкими волнами, а ее глаза ловили свет так ярко, что мое сердце на мгновение пропустило удар. Но никакой красной помады на ее губах не было.

Я поднялся, чтобы помочь ей сесть.

– Значит, без красной помады, – констатировал я, когда она подошла к столу.

Саманта одарила меня своей фирменной, колкой и в то же время пленительной улыбкой.

– Сегодня у меня не было настроения выполнять приказы.

Я негромко рассмеялся, отодвигая для нее стул.

– А я-то наивно полагал, что тебе по душе четкая структура.

– О, это так, – подтвердила она, изящно опускаясь на сиденье. – Но еще больше мне нравится нарушать границы. Впрочем, ты это и так уже знаешь.

Она бросила взгляд на бутылку.

– Уже сделал заказ?

Я согласно кивнул.

– Шампанское, от которого ты сначала демонстративно откажешься, но в итоге допьешь до самого дна.

– Смелое заявление.

Я наполнил бокалы.

– Я просто успел тебя изучить.

Она приняла бокал, вопросительно выгнув бровь.

– Как это мило.

Официант исчез так же незаметно, как и появился. Мы потягивали напиток, обстановка постепенно становилась всё более непринужденной. Внезапно возникло ощущение, будто мы снова в Париже – всё было легко и игриво, словно последние недели в душных офисах и залах заседаний были лишь плодом нашего коллективного воображения.

– Ну так что, – начала она, намеренно закинув ногу на ногу. – Это свидание... или просто очень пафосная рабочая встреча один на один?

Я отставил бокал и слегка склонил голову набок.

– А ты хочешь, чтобы это было свиданием?

Саманта подалась вперед, бесстрашно вздернув подбородок.

– Да.

Это единственное слово, произнесенное так твердо и искренне, заставило что-то теплое и щемящее сжаться в моей груди.

Я улыбнулся.

– Значит, это свидание.

Ее взгляд скользнул к вину, а затем снова вернулся ко мне.

– А десерт к нему прилагается?

– Только если ты будешь очень хорошей девочкой.

Она шутливо закатила глаза и рассмеялась, и на мгновение всё остальное перестало иметь значение.

– Дай определение понятию «очень хорошая», – наконец проговорила она. Тон оставался будничным, но глаза выдавали напряжение.

Я оперся локтями о стол, не скрывая усмешки.

– Ты надела это платье. Считай, полпути уже пройдено.

Саманта притворно изобразила возмущение.

– То есть ты судишь о моей «хорошести» исключительно по внешнему виду?

– Я лишь выражаю свое восхищение, – поправил я.

– Вау, ты сегодня просто мастер очарования, – заметила она, делая очередной глоток.

– Разве это плохо?

– Совсем наоборот, – улыбнулась она. – Твое обаяние слишком интенсивное. Ты входишь в комнату, и кажется, будто законы гравитации слегка смещаются. Это... дезориентирует.

– Пожалуй, приму это за комплимент.

– Тебе стоит так и сделать. Даже раздражает насколько сильно ты мне нравишься.

Между нами повисла уютная пауза, но я не мог перестать улыбаться.

– Признаться, я не думал, что мы окажемся здесь, – честно сказал я. – После той нашей последней встречи в Париже я был уверен, что больше никогда тебя не увижу.

Она задумчиво обвела пальцем край бокала.

– Я тоже. Думала, что Париж останется лишь воспоминанием. Я не ожидала того, что сейчас происходит между нами. Более того, не была уверена, что хочу этого. Я не в плохом смысле, просто...

– Просто? – я внимательно посмотрел на нее. – Просто хотела поужинать за чужой счет?

– Именно.

Ее смех был особенным, но затем выражение ее лица стало серьезнее.

– Если отбросить шутки, я согласилась, потому что пытаюсь во всём этом разобраться. Пытаюсь понять тебя. Я знаю, что мы не можем сделать этого в офисе, под прицелом десятков пар глаз и вечным давлением дел. И... мне действительно нравится то, что с нами происходит. Но я не понимаю, к чему это ведет.

Я понимающе кивнул.

– Я тебя понимаю, и, честно говоря, сам нахожусь в таком же замешательстве.

Она встретилась со мной взглядом.

– После развода я запретил себе что-либо чувствовать к кому бы то ни было. Я полностью сосредоточился на карьере и на самом себе, не оставляя места ни для чего лишнего. Мне не нужны были потрясения, а уж тем более человек, который заставит меня поставить под сомнение всё, чего я так старательно избегал последние восемь лет.

Появившийся официант прервал нас, чтобы принять заказ. Мы негромко озвучили свои предпочтения, рассмеявшись тому факту, что случайно выбрали одинаковые основные блюда. Когда он удалился, Саманта снова склонила голову.

– Официант тебя спас, но давай продолжим. Расскажи мне что-нибудь настоящее, – попросила она. – Что-то, что существует вне Парижа, офиса, секса и гостиничных номеров. Скажи, что ты на самом деле чувствуешь по отношению ко всему этому. По отношению ко мне.

Я часто заморгал от неожиданности.

– Прямо сейчас?

– Да, Теодор, именно сейчас.

Я помедлил, глядя на нее, и, отбросив в сторону всякое благоразумие и контроль, произнес.

– Ты мне нравишься, Сэм. Намного сильнее, чем следовало бы.

Я видел, как ее мозг пытается обработать услышанное. Ее брови слегка приподнялись, она приоткрыла рот, но слова не шли.

– Я знаю, что всё происходит слишком быстро, – продолжил я уже тише и хриплее. – Знаю, что мы начали совсем не по правилам.

Она хотела что-то сказать, но я еще не закончил.

– Но ты не выходишь у меня из головы целый день. Ты сводишь меня с ума, Саманта. В самом лучшем и худшем смыслах одновременно. Я не могу сосредоточиться, когда ты рядом, и мне трудно дышать, когда тебя нет. И я думаю...

Я непроизвольно провел рукой по волосам, внезапно почувствовав неуверенность. Я ощущал себя семнадцатилетним мальчишкой. Что, черт возьми, со мной происходит?

– Думаю, я в тебя влюбляюсь.

Она смотрела на меня в упор, и на этот раз я не спешил нарушать тишину. Я позволил этому признанию повиснуть в воздухе. Саманта откинулась на спинку стула, изучая меня так, словно решала, совершаю я сейчас подвиг или величайшую глупость.

– Ладно, – тихо выдохнула она, всё еще переваривая мои слова.

– Просто «ладно»?

– Я тоже не знаю, во что это может перерасти, – ее голос теперь звучал осторожно. – Ты мой босс. Это компания моей семьи. И у нас всё... сложно, мягко говоря. Но, – добавила она медленно, будто эти слова могли ее ранить, – я не переставала думать о тебе с той самой минуты, как ты впервые рассмешил меня в самолете. И я уж точно не прыгала к тебе в постель, на стол в кабинете или в номер отеля просто ради мимолетной интрижки.

– Значит, ты хочешь сказать...

Она кивнула.

– Я хочу сказать, что, кажется, тоже влюбляюсь.

От этих слов в груди разлилось такое тепло, к которому я не был готов.

– Я не хочу, чтобы ты говорила это только потому, что...

– Тео, замолчи. Я знаю, что чувствую, и уверена в этом. Мне страшно, но я готова дать нам шанс, потому что ты тоже доводишь меня до безумия.

Мы оба рассмеялись – над собой, над ситуацией, над всем миром. Я понятия не имел, как позволил себе так привязаться к ней, но был чертовски рад, что это взаимно.

Мы вышли в прохладу ночного города под неумолчный гул мегаполиса. Я, не задумываясь, взял ее за руку. Она посмотрела на наши переплетенные пальцы, а затем подняла на меня взгляд с лукавой улыбкой.

– О, так ты из тех, кто любит держаться за руки?

Я улыбнулся в ответ.

– Только с женщинами, которые пьют красное вино и воруют весь хлеб из корзинки.

Саманта рассмеялась, и этот звук отозвался в моем сердце приятной сладостью.

– Ну что ж, – она крепче сжала мою ладонь, – похоже, теперь ты от меня не отделаешься.

Она выглядела расслабленной и буквально сияла. Я поймал себя на мысли, что никогда еще не видел ее такой здесь, в Нью-Йорке. Она всегда была начеку, с готовой шуткой или колким ответом. Но сейчас она была мягкой.

– Ты всегда водишь своих сотрудников на свидания? – внезапно спросила она.

– Нет. Но я известен тем, что нарушаю протоколы ради женщин, которые знают четыре языка и опасно хороши в шелковых платьях.

– Ого, так ты бунтарь. Это впечатляет.

– Контролируемый бунтарь.

Мы свернули на тихую улочку, и шум трафика остался позади. Ее большой палец нежно погладил мои костяшки.

– Спасибо тебе, – тихо произнесла она.

– За что?

– За то, что видишь меня. По-настоящему.

Мы остановились на углу. В кино такие моменты обычно заканчиваются либо посадкой в такси, либо поцелуем. Я не хотел торопить ни ее, ни события.

– Я не хочу это испортить, – признался я.

– Тогда просто не порть.

Ответ был предельно простым – без страха и условий.

Я наклонился и коснулся губами ее виска.

– Позволь мне проводить тебя до дома.

Она помедлила лишь мгновение, а затем посмотрела на меня с той самой многообещающей улыбкой.

– Вообще-то... – ее пальцы крепче сжали мои. – Можем мы поехать к тебе?

Я отстранился, чтобы заглянуть ей в глаза.

– Ты уверена?

Она уверенно кивнула и мы направились к моему дому, пока городская суета стихала где-то внизу.

Огни зданий мерцали, пока лифт поднимал нас на нужный этаж. Саманта прислонилась к стеклянной стене, и ее отражение слилось с панорамой ночного неба.

Как только двери открылись, я услышал ее насмешливый голос.

– Всё еще слишком пафосно, – заметила она, скидывая туфли прямо у двери и снимая пальто.

Я ослабил узел галстука.

– А ты всё еще слишком придирчива.

Ее смех эхом разнесся по коридору.

– Тебе ведь это и нравится во мне.

Но она ошибалась. В ней было гораздо больше вещей, которые я любил.

Саманта подошла к окну. Ее волосы каскадом рассыпались по плечам, силуэт четко выделялся на фоне городских огней. Я бросил пиджак на кресло у стола и подошел к ней со спины. Притянув ее к себе, я обхватил ее талию руками. Она развернулась в моих объятиях, положив ладони на воротник моей рубашки.

– Спасибо за этот вечер.

– О, вечер еще далеко не закончен.

Я провел большим пальцем по ее нижней губе, и она невольно приоткрыла рот. Я склонился к ней, целуя медленно и глубоко. Не прерывая поцелуя, я начал распутывать бант на спинке ее платья. Бретельки соскользнули с ее плеч, она судорожно вздохнула, и я воспользовался этим, чтобы перейти к ее шее. Саманта запрокинула голову, открывая мне больше пространства.

Мои губы ласкали ее ключицы и плечи, пока я стягивал платье вниз, обнажая ее грудь. Она слегка приподняла мой подбородок, направляя мои губы к соску. Стоило моему языку коснуться его, как она обхватила мое лицо руками и вовлекла в страстный поцелуй.

От прежней мягкости не осталось и следа. Она целовала меня так, будто нуждалась во мне как в воздухе. Честно говоря, я чувствовал то же самое. Как бы ни старался быть романтичным, я весь вечер только и думал о том, как она окажется в моей постели.

Платье соскользнуло на пол, и она перешагнула через него, не разрывая зрительного контакта. Я потянулся к пуговицам рубашки, но она остановила меня.

– Позволь мне.

Она раздела меня полностью. Ее движения были порывистыми и быстрыми, но в них всё еще чувствовалась нежность. Когда мы добрались до спальни, мне показалось, что мы оба окончательно утратили остатки самообладания.

Я уложил ее на кровать. Саманта смотрела на меня так, словно я был пределом всех ее желаний. Ее руки сплелись на моей шее, притягивая меня ближе. Ноги обвили мою талию, замыкая нас в кольцо.

Больше не было нужды в дразнящих жестах или ожидании. Я приподнял ее тело и скользнул губами вниз, оказываясь между ее бедер. Я зацепил пальцами ее белье, и она слегка приподнялась, позволяя мне снять его. Как только препятствий не осталось, она раскрылась передо мной, приглашая войти.

Почувствовав мои губы на себе, она вскрикнула и непроизвольно дернулась. Я удерживал ее бедра, продолжая ласку.

– Такой десерт мне нравится гораздо больше всего, что было в ресторанном меню.

Она рассмеялась и сильнее прижала мою голову к себе. Она была уже на пределе. Когда я втянул ее клитор в рот, она окончательно потеряла контроль. Ее бедра ритмично вздрагивали, рот был приоткрыт, но она не кричала, а просто позволяла мне наслаждаться ею.

Я чувствовал ее дрожь. Понимая, что она совсем близко, я не сбавлял темпа. Она вцеплялась в мои волосы, в простыни – во всё, до чего могла дотянуться. Ее тело жаждало трения, и я удерживал ее до тех пор, пока она не взорвалась в мощной разрядке.

Я поднялся выше, покрывая поцелуями ее живот и грудь, пока не достиг ее губ. Без предупреждения я вошел в нее медленно, но на всю глубину. Саманта ахнула, ее ногти слегка впились в мои плечи, а дыхание сбилось.

Мир вокруг замер. Я не думал ни о работе, ни о компании, ни о том, к чему всё это приведет. Единственной реальностью было то, как она прижимала меня к себе, словно ждала этого всю жизнь. Наши тела двигались в идеальном унисоне.

С каждым моим толчком она подавалась навстречу. Мое имя срывалось с ее губ сначала шепотом, а затем отчаянной мольбой. Я искал ее губы, желая целовать ее бесконечно глубоко. Она стонала мне в рот, и я чувствовал, как внутри меня что-то окончательно надломилось. Всё, что было до нее, внезапно стало неважным.

Я не планировал, что это будет значить так много. Но сейчас, когда она сжимала меня в объятиях, я осознал, что увяз слишком глубоко. Это не было случайностью. Это не было ошибкой или интрижкой. Это было чувство, пугающе похожее на настоящую любовь. И впервые за долгие годы я не хотел этому сопротивляться.

– Тео, черт, я уже близко...

Я начал двигаться быстрее и глубже, чувствуя, как она сжимается вокруг меня. Мы совершенно потеряли счет времени и количеству ее оргазмов. В какой-то момент сам секс перестал быть главной целью – важнее была она и время, проведенное вместе.

Наконец мы бессильно рухнули на подушки. Какое-то время в комнате царило молчание.

– Ты там как, в порядке? – тихо спросила она. В ее голосе слышалась привычная ирония, но за ней скрывалось любопытство и легкая нервозность.

Я посмотрел ей в глаза.

– Да, – я убрал непослушную прядь с ее щеки. – На самом деле, более чем.

Она едва заметно улыбнулась.

– У тебя такой вид, будто ты напряженно о чем-то размышляешь и уже начинаешь сомневаться в том, что мы только что сделали.

Я негромко рассмеялся.

– Ты права насчет раздумий, но я никогда не стану сомневаться ни в одном мгновении, проведенном с тобой.

– Не желаете ли поделиться мыслями с аудиторией, мистер Джонс?

Я помедлил, а затем признался.

– Я не совсем понимаю, как это делать.

Она удивленно вскинула бровь.

– Делать что? Если ты про секс, то поверь мне на слово – ты прекрасно знаешь, как меня трахнуть и довести до оргазма.

Мы оба рассмеялись над ее шуткой, но я понимал, что это лишь ее защитная реакция. Она чувствовала то же самое, что и я.

– Я имел в виду нас. Тебя. Меня. Я не могу перестать думать о том, как сильно я тебя хочу, даже когда ты уже рядом. В буквальном смысле. И я всё пытаюсь понять, не самое ли это безумное, но верное решение в моей жизни.

Она приподнялась на локте, глядя на меня так, словно читала книгу, которую не хотелось закрывать.

– Нам не обязательно решать всё прямо сегодня, – мягко произнесла она.

Я нашел ее ладонь.

– Саманта, ты изменила мою жизнь.

Ее пальцы переплелись с моими.

– Тогда перестань всё усложнять и просто позволь этому случиться.