Текст книги "Королевство на руинах"

Автор книги: К. Брин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 28 страниц)

Глава 37

Финли

НАЙФЕЙН ОТВЕЛ прядь волос от моего лица и заправил их за ухо.

– Я люблю тебя всем своим существом, – сказал он. – Похоже, проблема в том, что я не люблю себя. И мне трудно поверить, что меня может любить кто-то другой. Я больше не принадлежу к драконам. Я ни к какому виду оборотней не принадлежу. Пусть даже я хочу тебя так, что это можно назвать нездоровым влечением, но… я борюсь с этим желанием, потому что не желаю обрекать тебя на неполноценную жизнь со мной.

Мое сердце сжалось, а затем разорвалось пополам. Я наклонилась к Найфейну и прикоснулась лбом к его лбу. Если бы я не видела его битву с Микой, то по-настоящему бы не поняла всей серьезности слов Найфейна.

Но я все видела и все поняла. Я осознавала его страдания и страх перед будущим.

Я обвила руками его шею и легонько провела подушечкой пальца по одному из его шрамов.

Найфейн вздрогнул, когда я произнесла:

– Ты принадлежишь мне. И вот что я скажу: не только ты странный в нашей паре. Я никогда не вписывалась ни в одну компанию и не собираюсь теперь даже пытаться, потому что у меня есть чешуя, пара крыльев и эта засранка-драконица, которая вопит у меня в голове.

«Пошла ты», – тут же откликнулась она.

– Это я выделяюсь среди других, а не ты, – продолжила я. – Я выросла, ничего не зная о драконах. И до сих пор многого не знаю. Я не веду себя, как они, и Уэстон уже указал мне на это. Он считает, что это хорошо, но я уверена, что другие драконы с ним не согласятся. Найфейн, я даже не знала имен членов королевской семьи! Вот насколько далекими мы были от дворян. Я буду выделяться на каждом официальном ужине, общественной встрече элиты и… на всех остальных важных мероприятиях. В плохом смысле. В том, что наиболее важно в этом мире, ты будешь соответствовать, а я буду не на своем месте. Люди скажут: «Вон идет тот могущественный дракон со своей странной парой», – и при этом будут указывать не на меня.

– Это можно изменить. Ты можешь всему научиться.

Я погладила Найфейна по лицу и провела пальцем по шраму возле губы. Он не отстранился.

– И, гордо нося свои шрамы, ты поведаешь другим о страданиях, которые тебе пришлось пережить. Это покажет им: несмотря ни на что, ты одержал победу. Они увидят шрамы там, где у тебя на спине были оторваны крылья, и узнают силу и упорство принца, который не склонился перед тираном. Они увидят собственными глазами, через какую боль ты прошел, чтобы защитить свой народ. В этом мы с тобой похожи.

Я оттолкнула Найфейна и повернулась, показывая ему шрамы, оставленные кнутами на моей спине. Боль и ярость наполнили нашу связь.

Когда я снова повернулась и забралась к Найфейну на колени, он измученно покачал головой. Я прижалась к нему и положила голову на его широкое плечо.

– Помнишь, что ты сказал мне, когда был в моей комнате?

Я вновь медленно провела пальцами по шрамам на спине Найфейна. Он содрогнулся от физического удовольствия, смешанного с внутренней болью. Это было противоположно тому, что я испытала в подземельях, но не менее разрушительно.

– Ты сказал: «Я вижу тебя, Финли. Я вижу всю тебя, и я в восторге». Я влюбилась в тебя в тот момент. Тогда я этого не понимала, но теперь знаю. А потом ты продолжал терзать мое сердце своими письмами и поступками, пока нам не пришлось расстаться. Пока ты не погубил меня, как и обещал. Только все было не так, как ты обещал. Ты погубил меня лишь для других мужчин. Потому что я вижу тебя, Найфейн. Я вижу всего тебя. Я вижу шрамы, которые ты носишь, и те, что скрываешь. Я вижу твой темперамент, и ярость… и твою преданность, и любовь. Я вижу твою силу и твердость, твою доброту и нежность. Я все это вижу.

– Другие увидят лишь мое уродство. – Пальцы Найфейна впились в меня, потому что в этот момент его захлестнула боль.

Я крепко обняла его.

– Это не уродство, если только ты сам не воспринимаешь его так. Это знак гордости за то, что ты не сдался. Это доказательство твоей силы.

Какое-то время мы сидели молча, пока я продолжала поглаживать его шрам, заглушая боль удовольствием.

– Я люблю тебя, несмотря на все твои попытки оттолкнуть меня, – тихо проговорила я. – И буду любить тебя вечно. Так что не спеши, постарайся привыкнуть к тому, кто ты есть и кем стал. Я подожду. Я уже все решила. Дело не в связи наших драконов и не в проклятии – я выбрала тебя. И я буду выбирать тебя. Всегда.

Найфейн отстранился, глядя на меня блестящими глазами, полными недоверия. Он покачал головой и поцеловал меня. Любовь и страстное желание наполнили нашу связь.

– У тебя ноль здравого смысла, – наконец сказал он.

– Хэннон тоже иногда так говорит. Итак, ты обещал мне первый раз. – Я перекинула волосы через плечо и повернулась, показывая ему две полоски чешуи у себя на спине. – Погладь меня, пожалуйста.

Вместо этого Найфейн провел пальцем посередине моей спины, и я поняла, что он трогает один из моих шрамов.

– В скором будущем я хочу услышать подробный рассказ о том, как ты проводила время вдали от меня. – Он провел пальцем по другому шраму. – И, клянусь жизнью, я заставлю Долиона заплатить так, как никто никогда не платил за всю мировую историю.

– Думаю, тебе придется встать в очередь. Он похищал оборотней со всего мира для своих подземелий. И фей тоже. Они захотят отомстить. Даже некоторые демоны настолько ненавидят своего короля, что восстали против него.

– Я поговорил с Тамарой и остальными. Не ожидал их увидеть. Хотя… наверное, мне не стоило удивляться. Вполне логично, что король демонов жаждал их силы. Впрочем, мы поговорим об этом позже. Мы поговорим обо всем этом позже.

Найфейн явно знал, что ему не понравятся подробности услышанного.

Его губы коснулись моего затылка, а руки опустились мне на плечи. Он развернул меня и мягко подтолкнул вперед.

– Возьми подушку, – пробормотал он, а когда я выполнила его просьбу, забрал у меня ее и подложил под мои бедра так, чтобы немного приподнять попку.

Затем Найфейн развел мои ноги в стороны и провел пальцем вниз по моей киске. Я поерзала, укладываясь на живот, а затем сделала глубокий вдох и закрыла глаза, когда Найфейн повторил языком путь своего пальца.

– Я бы предпочел, чтобы ты не пила особый чай, и, очевидно, наши драконы согласны.

Его голос был низким и хрипловатым, и яростная дрожь пробежала у меня по спине, а внизу живота свернулся тугой узел. Найфейн не возражал против того, чтобы сделать мне ребенка. Даже приветствовал эту идею.

Мое сердце застучало чуть быстрее, а драконица замурлыкала от восторга.

– Хорошо, – ответила я хриплым шепотом.

– И все же я должен тебя предупредить. – Найфейн еще немного раздвинул мои бедра, чтобы провести языком по моему клитору и ритмично пососать его. – Скрепление союза часто вызывает у дракона любовную горячку. Если я смогу отвлечься от своих мрачных мыслей и скрепить наш союз, что, я думаю, больше не будет проблемой, это может завести тебя не на шутку. Ты захочешь спариться со мной. Не потрахаться, не заняться любовью, а жестко спариться. – В его голосе зазвучала улыбка. – Я знаю, как сильно тебя смущает использование такого рода выражений.

Но в тот момент меня ничто не смущало. Я хотела этого. Очень сильно. Я хотела, чтобы его член оказался глубоко внутри моей киски. Эта перспектива вызывала во мне какой-то безумный трепет. Это казалось правильным. Все это казалось очень правильным. Мы боролись за это и заслужили свое счастье, черт возьми.

– Найфейн! – взмолилась я, когда он лизнул мою киску, засунул в нее два пальца и начал двигать ими туда-сюда.

– Ты захочешь, чтобы я уничтожил тебя, – сказал он, идеально сгибая пальцы. Я застонала и вцепилась в матрас, готовая умолять его вонзить в меня член. – Это желание будет настолько сильным, что ты не сможешь перед ним устоять. И я не смогу. Я знаю это лишь понаслышке, но, похоже, все так считают. Наши драконы сойдут с ума. Я сойду с ума, наверное. Обычно в результате рождается ребенок. Если ты не готова… тогда сейчас неподходящее время отказываться от чая.

Найфейн умолк в ожидании моего ответа, и я сделала глубокий вдох.

– Я готова. Возможно. Я не знаю, но…

«Ты еще как готова, мать твою! – вмешалась моя драконица. – Ты, черт возьми, уже давно готова. Давай уже приступим к делу, и пусть нас трахнут, разрушат, уничтожат или что там еще, черт побери, пообещал нам этот дракон. Вперед и с песней!»

– Не думаю, что моя драконица позволит мне не быть готовой, – сказала я с нервным смешком. Почему меня вдруг охватила такая нервозность? Казалось, будто мне предстоит заняться сексом первый раз в жизни.

«Потому что ты поняла, что он наконец-то готов, – ответила моя драконица. – И ты готова. Самое время для вашего гребаного счастья, я считаю. Давай уже начнем. Богиня небесная, как бы мне хотелось, чтобы дракон мог летать! Мне хотелось бы покувыркаться с ним в небе. Хочу, чтобы дракон сделал мне ребенка, а не мужчина. Впрочем, все в порядке: мы наверняка придумаем, как сделать это в прыжке или что-то типа того».

– Продолжай, Найфейн. Моя драконица начинает… перебарщивать.

«Тебе это нравится», – парировала она.

Он снова лизнул мою киску и провел ладонями по моей попке и по талии.

– Мне уже хочется трахнуть тебя снова, – пробормотал он, покрывая поцелуями мою спину. – Хорошо, что я могу делать это и одновременно гладить твои чешуйки. Я никогда ни с кем этого не делал, так что тебе придется научить меня тому, что тебе больше нравится. Я не уверен, смогу ли инстинктивно догадаться…

Я была такой мокрой, что чувствовала, как влага вытекает из меня вместе с соками нашего совместного удовольствия. Найфейн приятно и медленно вошел в меня, едва ощутимо прикасаясь к правой полоске моих чешуек.

– Святые… – Я подавила крик удовольствия, такого чистого, что даже не знала, как это описать. – Как приятно, – сказала я, снова прижимаясь к нему.

– М-м-м, мне это нравится, – ответил Найфейн, подавая бедра вперед и глубоко входя в меня. – Я трахну твою киску так, чтобы из нее вылилась моя сперма, а потом снова наполню тебя.

Его слова были такими порочно-грязными, и мне это, черт возьми, нравилось.

– Да, Найфейн! – простонала я, отстраняясь и вновь толкаясь бедрами навстречу ему.

Найфейн резко притянул меня к себе и вошел в киску с влажным шлепком. Он застонал, а затем легким прикосновением приласкал другую полоску чешуи.

– Нет, святые…

Он снова вышел, а затем резко вошел, и его член врезался в мою влажную киску, а зубы слегка царапнули по чешуе.

– Черт! – Я рассыпалась на части, взорвалась от удовольствия, и мелкие кусочки меня, наверное, разлетелись по всей комнате.

Я содрогнулась, когда Найфейн снова вонзил в меня свой член, потом еще раз, сильно и быстро, явно выходя из-под контроля.

– Да, Финли, еще! – позвал он, проводя ногтем по одной чешуйке.

– Нет… Нет! Это слишком… хорошо. Ох, мать твою, слишком! Слишком… Че-е-ерт! – Последние слова я прокричала, когда удовольствие пронзило меня насквозь. – Это… Это всегда… так ощущается… для тебя?

– Нет. – Найфейн тяжело дышал, врезаясь в меня и придерживая за бедра, чтобы делать это сильнее. Резче. Теряя голову.

И я не отставала от него. Казалось, я покинула свое тело и превратилась в чистое удовольствие, сотканное из трения его кожи о мою и его члена внутри меня.

– В истинной. Паре. Где взаимно. Заявлены. Права. Все. Ощущения. Усиливаются. – Каждое слово Найфен сопровождал толчком своего неумолимого члена. Он тяжело дышал. Я стонала так громко, что едва могла его расслышать. – Скрепление союза – это… О черт!

Оргазм пронзил мое тело, и на этот раз Найфейну не понадобилось даже трогать мои чешуйки. Он выкрикивал неразборчивые слова, содрогаясь и толчками наполняя меня.

И тут меня охватило новое чувство. Нет… Оно охватило нас. Ощущение покоя и связи, более глубокой, чем раньше. Казалось, мы почти слились воедино. Одно сердце, одна душа, одно существо.

Найфейн отстранился, сдернул подушку, перевернул меня, а затем снова вошел молниеносным движением и страстно поцеловал, заключив в объятия.

– Все получилось, – прошептал он и провел языком по моим губам, а потом переплел его с моим.

Мне казалось, что сама богиня благословляет наш союз.

– Но сейчас в виде исключения я хотел бы, чтобы мы были похожи на волков и слиплись при спаривании, – пробормотал Найфейн мне в губы, крепко обхватив меня как руками, так и узами связи.

Я читала об этом, но бегло, и сомневалась, что хочу разбираться в этом физиологическом процессе. По крайней мере, сейчас.

И тут магия обвилась вокруг нас, крепко затягивая свои кольца и сразу же разрывая их. Казалось, в воздухе собралась какая-то странная грязь, вытягиваемая из всего, что находилось в комнате, а затем она улетучилась, отчего все стало каким-то образом светлее. Прозрачнее. Словно воздух был начисто вымыт свежим дождем.

Найфейн отстранился, чтобы посмотреть на меня. Его глаза были полны удивления и гордости. Он улыбнулся.

– Мы сделали это, – прошептал он. – Мы сняли проклятие. – Он рассмеялся с облегчением. – Если у тебя были какие-то сомнения в том, что ты – моя настоящая пара, то теперь ты знаешь наверняка. Ты – моя.

Найфейн снова поцеловал меня, вложив в это действие всю свою радость. Я растворилась в его прикосновениях, испытывая облегчение и благодарность, не думая ни о чем, кроме того, что чувствовала в этот момент.

Спустя то ли секунду, то ли час мне кое-что пришло в голову.

– Твои чешуйки? – Я потянулась к Найфейну, чтобы посмотреть, вернулся ли их истинный цвет, но не успела, так как стук в дверь отвлек мое внимание.

– Сир… Господин… – Тише, как бы в сторону, Адриэль добавил: – Я даже не знаю, как, черт возьми, его называть…

– Он серьезно? – пробормотал Найфейн. Он произнес это таким тоном, будто уже смирился с тем, что Адриэль не дает ему покоя, и я невольно рассмеялась. – Он хочет умереть?

– Теперь надо называть его «сир», так ведь? – прошептала Лейла по ту сторону двери, но недостаточно тихо для наших ушей. – Проклятие снято… Мы сделали это! Или мы помогли это сделать. В любом случае оно снято, так что он снова стал принцем.

– Он всегда был принцем.

– Я имею в виду… Теперь нам не нужно это скрывать, потому что демоны ушли. Мы снова настоящее королевство!

– Дорогуша, сейчас не время визжать и сходить с ума. Мы прерываем господина… Мать твою! Я сейчас все испорчу. Мы прерываем сеанс секса, вероятно очень страстного, и господин наверняка захочет убить меня. Снятие проклятия не сделает его волшебным образом более покладистым.

– Ясно. Ладно, давай.

Адриэль снова повысил голос.

– Сир! – Он постучал. – Сир, я знаю, что вы там. Я вхожу. Это срочно.

– О боже… – Я проползла по кровати и быстро забралась под одеяло, чтобы он не увидел меня еще не отошедшей от оргазма. Я постепенно привыкала разгуливать обнаженной перед людьми, но это было уже слишком.

Адриэль просунул голову в дверь и увидел меня на кровати, а затем – Найфейна, который поднялся на колени, не скрывая эрекцию.

– Убирайся, Адриэль! – приказал Найфейн с такой злобой, что я почувствовала, как по мне пробежала дрожь, за которой последовала еще одна волна вожделения. Я перестала считать странным, что он мог одновременно пугать и возбуждать меня.

Адриэль не разделял моего мнения. Он дернулся, стукнувшись головой о дверной косяк, и у него заметно затряслись колени.

– Да, госпо… сир, – ответил он дрожащим голосом. Я увидела, как Лейла за его спиной немного попятилась. – Буквально в любом другом случае я бы так и поступил, сир. Похоже, я немного обмочился из-за ваших криков, так что с этим надо что-то делать, но сейчас вам нужно пойти со мной. Вы захотите это увидеть. С этим вопросом надо срочно покончить.

– Я и так собираюсь кончить, Адриэль. Убирайся и не мешай мне.

– Смешно, господин… сир. Ха-ха. – Он скорчил гримасу. – Но сначала крайне важно, чтобы вы пошли со мной. Вас ждут, и вы действительно не простили бы нас, если бы мы вас не позвали. И вы захотите… – Он вытянул трясущуюся руку и описал круг в воздухе указательным пальцем. – Вам понадобится одежда, сир. Вам не захочется демонстрировать эту… довольно впечатляющую, извините за дерзость… эрекцию. Только не ей.

– Кому? – зарычал Найфейн.

– Ну… – Адриэль кашлянул в кулак. – Вашей матери, сир. Королеве. Похоже, она жива, и она здесь. Теперь, когда проклятие снято, ее односельчане узнали, кто она такая. Они просто вспомнили, как будто всегда знали это. Поэтому они рассказали об этом бывшим дворянам из замка, которые разыскали ее… Сейчас царит полная неразбериха. Потому что теперь возник вопрос о том, кто правит, и…

Адриэль умолк, и его пристальный взгляд становился все напряженнее по мере того, как он наблюдал за лицом Найфейна. Растерянность и нарастающее раздражение наполнили нашу связь, вероятно исходя от нас обоих.

– Адриэль, я никогда не ценил твой юмор, – проговорил Найфейн низким и грубым голосом.

– Да, сир. Я прекрасно это осознаю. Но… – Адриэль вскинул руки в знак поражения.

– Мой отец лично сообщил мне, что она умерла, – продолжил Найфейн. – Он обвинял в ее смерти меня. Его горе было очевидным. Такое горе не могло быть притворным. Я присутствовал на похоронах.

– Я… – Адриэль покачал головой. – Я не знаю, что сказать, сир. Это был закрытый гроб. Она умерла почти за неделю до того, как вы вернулись в замок. Никто не видел ее тела – приказ короля.

– Но как же его горе! – закричал Найфейн.

Адриэль подпрыгнул.

– Да, сир. Я помню, он был очень расстроен. И вокруг ее смерти царило много неразберихи. Затем проклятие вступило в силу, и… – Он приоткрыл дверь чуть шире. – Сейчас она здесь. Я видел ее собственными глазами. Увидел ее перед тем… – Его взгляд метнулся ко мне, и на лице проступила вина. Печаль. Еще одно безмолвное послание заставило мое сердце забиться быстрее: прощание. – Тамара и остальные поклонились ей. Это она.

Найфейна захлестнул гнев. Разочарование. Горе.

Он встал с кровати и, словно спохватившись, протянул мне руку. Я откинула одеяло и приняла ее, все еще пребывая в состоянии неверия. Как королева могла выжить и оказаться здесь?! Как она сумела сбежать тогда? И как ей удалось вернуться? Кроме фей, мы все плыли на двух кораблях. Я бы ее не узнала, но другие дворяне наверняка узнали бы. И если не на корабле, то хотя бы в бою.

– Подождите, сэр. Сир. – Лейла торопливо вошла, сделала извиняющийся реверанс и направилась к гардеробу. Она достала для меня комбинацию, ничем не лучше ночной рубашки, и поношенные джинсы для Найфейна. – Мы просто прикроем самую малость, как сказал Адриэль. Совсем чуть-чуть, ничего особенного. Вы еще поблагодарите нас, сир. А скоро мы сможем открыть торговые пути и приобрести современные вещи и даже несколько лампочек. Нам ведь следует снова провести человеческое электричество через порталы, верно? – На ее лице появилась улыбка. – Магия, которая позволяет нам воровать подобные вещи из мира людей, должна снова активизироваться. Нам просто нужно восстановиться, вот и все. Почему мы разбили все лампочки в шестой год, выше моего понимания…

– Лейла, дорогуша, ты несешь чушь, – пробормотал Адриэль.

– Да. Извините, – ответила она.

Я ощутила в нашей внутренней связи беспокойство, но Найфейн не показал этого на своем лице. Он влез в джинсы. Я накинула кусочек ткани, а Адриэль вышел в коридор и вновь устремил на меня взор своих больших и печальных глаз.

– Что случилось? – спросила я его, проходя мимо. Он вел себя не так, как обычно.

Может, возвращение королевы грозит чем-то плохим для меня? Почему Адриэль ведет себя так, будто это все из-за меня и он больше меня не увидит?

Он покачал головой, пропуская нас вперед. Найфейн босиком пошел рядом со мной по лестнице.

– Она у входа, сир, – сообщил Адриэль, когда мы спустились на площадку второго этажа. – Она хотела соблюсти все формальности, учитывая обстоятельства.

– Если это какая-то шутка, Адриэль… – В Найфейне нарастал гнев, горе накатывало волной.

– Я бы никогда не стал шутить на эту тему, сир, – ответил Адриэль. – Я знаю, что бы вы со мной сделали.

У входа поджидал Уриен в отглаженном костюме, с одним лишь небольшим пятнышком грязи на шее. Он пристально посмотрел на Найфейна, прежде чем подойти к двери и взяться за ручку.

– Я буду ждать дальнейших указаний, – сказал он, открывая дверь.

Волна нервозности прокатилась по нашей связи. Гнев закипал в ней. Найфейн не знал, что и думать.

Мое сердце забилось быстрее. А потом, когда мы вышли на крыльцо и я увидела, кто там ждет, мое сердце подпрыгнуло к горлу.

Перед нами стояла Эми в сопровождении Клодиль и Гундуина. Видимо, она не старела последние шестнадцать лет, иначе была бы слишком молода, чтобы выносить Найфейна. Должно быть, время остановилось для нее, как и для всех в замке.

Но как это возможно, если она жила не здесь? А она здесь не жила, потому что я была у нее дома.

Я была у нее дома!

Когда я увидела, что Эми держит в руке, у меня скрутило желудок.

Она держала мой – свой – меч.

Внезапно мне вспомнилось многое. Эти трое всегда странно реагировали на меч, постоянно поглядывали на него, спрашивали о нем. И все же так и не забрали его. Не попросили отдать.

Они никогда не упоминали, что Эми – моя гребаная королева! Я же не забыла ее, как другие в той деревне. Я бы не пропустила такую информацию.

– Найфейн, – произнесла Эми с высоко поднятой головой и прямой осанкой. Она выглядела царственной даже в помятой одежде и с растрепанными волосами.

Меня охватила неуверенность.

В деревне Эми часто держалась очень холодно со мной. Отстраненно. А Клодиль вела себя так, словно не доверяла мне. Они наверняка почувствовали на мне запах Найфейна и узнали его. Черт, я же сама сказала им, чей это запах! Я посвятила их почти во все.

Они осуждали меня все это время. Очевидно, сочли меня алчной.

И теперь они пришли, чтобы вернуть свою прежнюю жизнь. Жизнь, в которую я не вписывалась. Роль, которую уготовила мне судьба вместо моего семейного происхождения.

– Мама, – ответил Найфейн, переводя дыхание. Так много эмоций бурлило в нашей связи, что я не могла уловить их все. Его голос звучал сурово. – Как это возможно?

Чувство вины промелькнуло на ее лице прежде, чем она смогла взять его под контроль. В этот краткий миг она потеряла бдительность. Она показала правду о своей ситуации.

И Найфейн это заметил.

Теперь через связь ощущалась одна эмоция.

Горечь предательства.

Приложила ли она руку к проклятию? Если нет, то как избежала его?

Все думали, что она умерла. Король погрузился в горе, а затем проклял королевство, обвинив своего сына за то, что он уехал.

Так или иначе, сейчас она здесь. Она пряталась от своего народа, но теперь стояла перед всеми, царственная, как будто никогда и не уходила.

Мы наконец-то освободились от проклятия, но лишь для того, чтобы столкнуться со старыми призраками. Призраками, которые по-прежнему пользовались уважением при дворе, не говоря уже о деревнях. Призраками, которые могли бы превратить мою жизнь в ад. И не только мою – всех нас. Потому что фактически она все еще была королевой, правящей этим королевством, которое мы только что освободили.