![](/files/books/160/oblozhka-knigi-homyachok-na-lezvii.-dilogiya-si-381345.jpg)
Текст книги "Хомячок на лезвии. Дилогия (СИ)"
Автор книги: Ива Лебедева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 23 страниц)
– Заткнись уже, – зашипела на него девушка. Нет, девочка. Да, совсем молоденькая. Теперь видно, что под взрослую женщину она просто талантливо загримировалась. Кстати, кажется, она не кошка, а змея. Что там Лали говорила про их гаремы? С каких пор гарем наполняют младенцами, да еще такими борзыми и невоздержанными на язык?
– Сама!.. – начал было пацан. Но получил пинок связанными ногами от своей змеючки и как-то неожиданно замолчал.
– Хомяк? О чем они, детка? – Мне, если честно, уже поднадоел этот спектакль. Нет, Лали я бы еще немного потискал, но желательно без столь разговорчивых свидетелей.
– Да ладно, можете не играть, – как-то устало выдала молодая змейка. – Вы такие же артефакт с оператором, как мы с ним – мамаша и сынок. Че надо, Хом? Сойдемся в цене, если что.
– Хм… – Я чуть зажал своего запасливого грызуна в объятиях и улегся поперек сиденья, подперев голову рукой, из которой медленно вылезли железные когти. – Какое самоуверенное мясо. Уверена, что они меня развлекут?
Ржа! Забыл, что и у Лали это зрелище… не вызывает доверия. Она прямо ощутимо напряглась в моих объятиях и через секунду расслабила мышцы явным усилием воли.
– Заткнитесь. Прошу, оба заткнитесь! Еще слово – и даже я не смогу! – Если бы я не мониторил с помощью сэвена ее чувства, то серьезно решил бы, что девушка впала в истерику.
– Кажись, мы куда-то не туда влезли, – констатировал мелкий Мастер, тревожно заерзав. Что его проняло, интересно, мои когти или старательно демонстрируемый страх Лали?
– Только дошло? – фыркнула змеючка. – Все, мы молчим. И ждем, чего скажете вы.
– Один миленький грызун нашептал мне на ушко, что вы руководите местным рассадником всякой заразы. И можете предоставить информацию. – Для создания атмосферы я опустил коготь на оголенное бедро Лали и начал медленно выводить на нем узоры, выделяя на самом кончике свою кровь. А потому казалось, будто я на самом деле режу девушку наживую. – Только это и спасает вас от перерезанного горла. Но я все больше склоняюсь к тому, что информацию мне может поведать и кто-то один из вас.
Глаза у пацана расширились, он таращился на это действо, будто завороженный. И опять же стало понятно, что он ненамного, но старше демонстрируемого поначалу возраста. Да, еще не подросток, но уже и не младенец. Просто недокормыш, тощий и на редкость плюгавенький.
Лали очень выразительно посмотрела мне в глаза, но подыграла, чувственно застонав.
Змеючка смотреть представление не стала, зашипела, словно ей наступили на хвост, и вдруг забилась в путах, в прямом смысле извиваясь. В следующую секунду мне пришлось бросать игру и действовать. Не думал, что кто-то так легко способен пусть даже частично выскользнуть из энергетического захвата. Но девица оказалась на редкость способной. Самое поразительное, что она кинулась… на меня. То есть это нормально, ненормально другое:
– Скотина, оставь ее! Гад! Падаль! – Злобный рык перемежался яростным шипением, а изо рта милой девочки полезли самые натуральные ядовитые клыки.
Мне пришлось перехватить ее сзади за шею и прижать головой к сиденью. Иначе ненормальная меня в самом прямом смысле покусала бы.
А тут еще ее младенцевидный Мастер очнулся от кровавого гипноза и тоже каким-то образом вывернулся в путах так, что все же дотянулся и впился зубами мне в бедро. Даже через комбинезон чувствовалось! Вряд ли, конечно, их парный яд на меня подействует. Еще непонятно, кто кем отравится в итоге.
Но тут Лали надоел этот цирк, она одернула задранный подол и рявкнула на весь антиграв:
– А ну, тихо все! Хватит!
Глава 24
Лали
М-да. Отпаивать связанную змею энергетическим напитком под злобным взглядом ее дружка – то еще занятие. А что поделать? Я тоже не ожидала, что зверообразная носительница крови хозяев настолько ненавидит пращуров и аж трясется при одном виде того, как кто-то строит из себя хозяина по отношению к живому человеку. Тут мы маленько сами себя переиграли, увлеклись. Бывает.
– Я все же советую их если не прирезать, то хотя бы вырубить. Если ударить в определенное место, можно даже обеспечить им кратковременную амнезию. – Мез все так же лежал на сиденьях антиграва, соскабливая ногтем с обивки яд в непонятно откуда взявшуюся пробирку.
– Давай попробуем все же договориться, а если не выйдет – тогда и по месту можно. В смысле, амнезию. – Я устало вытерла лоб и поморщилась – стразы на рукаве царапнули кожу. Одно неудобство от этой красоты.
– Отдай Кобру, тогда и поговорим, – буркнул мелкий, глядя на нас с пола с большим подозрением.
Я хмыкнула, пожала плечами и за шиворот подтащила засранца поближе, чтобы он мог лежать на ногах своей подружки. Развязывать этих детей воровства и наглости до того, как будет заключен договор о намерениях, – ищите другую дурочку. Даже то, что змея за меня заступилась, не гарантия, что через пять минут она собственнозубно не откусит мне голову.
– Кобра, значит? – как-то задумчиво произнес пришелец и внезапно лизнул испачканный в яде палец. – Да, похоже.
– Е***ть! – отреагировал малец. – Если он сдохнет, то мы не в ответе! Ты сама видела!
– Мой яд сильнее, – констатировал Мез и улыбнулся, а сам в это время слегка ущипнул меня за спину. – Повезло тебе, шибздик, что комбинезон не прокусил, не откачали бы. И придержи язык на будущее. При дамах не стоит так похабно выражаться.
– Эти дамы сами умеют так, что мне и не снилось, – непримиримо и очень смешно выпятил губы пацан.
– Они могут уметь все что угодно, это их дело, – пожал плечами пришелец из прошлого. – А ты мужчина и как минимум должен уметь себя сдерживать так же, как это сейчас делают они. Хотя, конечно, куда тебе… тут до мужчины еще лет двести, не меньше.
И добавил мне на ухо, щекоча теплым дыханием волосы на шее:
– Таких зверенышей всегда лучше брать на «слабо» и приводить очевидно-оскорбительные сравнения. По-другому без физического воздействия их не приструнить.
– Угу, – согласилась я. Посмотрела на наших пленников и вздохнула: – Ладно, шутки в сторону. Хочу от вас слово. Потом будем обсуждать все остальное.
– А сама дашь? – моментально прищурился пацан, в очередной раз теряя свою детскость. Вообще, эта парочка была странной. Что по рассказам Крыкса (по ним я их и опознала), что вживую. При том, что змеюка по идее старше и должна быть главной в силу крови, все несколько сложнее. Нет, она не в подчинении у мелкого, скорее, они равны и в каждой конкретной ситуации лидерство перехватывает тот, кто лучше может отреагировать и знает, куда бежать.
– После вас, – ухмыльнулась я. – Так уж сложилось, что на этот раз вы влетели и сила на нашей стороне. Так что и условия наши. Справедливо?
– Угу, – неохотно кивнула Кобра. – Ладно. Слово. Не вредить, не подставлять, честно выполнять то, за что заплатили.
– Слово, – тут же кивнула я. – Не вредить, не подставлять, честно платить за то, что выполнено.
– И всё? – хмыкнул пришелец. – Давай я лучше напою их одной вариацией яда, который медленно убивает в течение месяца-двух. И буду выдавать им каждую неделю по малой дозе противоядия. Так мы точно будем уверены в их лояльности.
– Нет необходимости. – Я слегка поморщилась, гадая – это он все еще в русле игры и маскировки или всерьез такой кровожадный? – Яд еще тратить. Слово на дне – это не просто слова, прости за тавтологию. Если его нарушить, то уж лучше самому отравиться, быстрее выйдет и безболезненнее.
– Как будто кто-то узнает, что они… ну, или мы его нарушили. – Мез все еще недовольно осматривал нежеланных попутчиков.
– Узнают. – Плечи сами передернулись. – Ты, что ли, не почувствовал колебания мры?
– М-м-м, – удивился Мез. – Почувствовал что-то.
– Ну вот. Слово и почувствовал.
– Ясно, что ничего не ясно. Объяснишь позже, – это было опять сказано мне на ухо.
– Откуда он взялся, такой злющий? – проворчал мелкий змеиный дружок. – Может, развяжете уже? По-любому тебе, Хомяк, что-то от нас нужно, иначе не стала бы слово давать. Ну так за нормальную плату нормально и договоримся. Зачем лишние сложности?
– Я все еще считаю, что ты слишком добра, Лали, – фыркнул Мез и втянул обратно свои странные нити, а затем снова прошептал мне на ухо: – Если бы это было только твоим делом, я не стал бы вмешиваться. Но мне собственная природа не дает доверять людям, которые мало того, что напролом лезут в антиграв к артефакту, так еще и матерят его.
– Ошиблись маленько, – с легким смешком пояснила я. – Приняли тебя за пижона из верхнего города. Они там порой играют в прежнюю жизнь, но по-кукольному. Голодными никогда не сидели, за мру зубами не грызли, вот это все. Поэтому и операторов своих на куски не режут, и вообще «добрые господа». Такого лоха грех не развести. Кто ж знал, что ты такой зубастый… а меня они в этих блестяшках и без загара на морде не узнали попервой. Когда сообразили – поздно стало. И это нам на руку.
– Чем? – коротко поинтересовался Мез.
– Две трети сплетен дядька Жук получает от таких вот уличных банд. А конкретно эта – самая пронырливая в наших гребнях. И инфу сливает после фильтра, может зажать то, что продаст на сторону подороже. Теперь будет продавать нам. Кроме того, лучших соглядатаев и проныр во всей пустыне не сыскать. Если где мелькнет хвост твоих куцырят – они заметят.
Пока мы обменивались мнениями, Кобра, отпущенная на свободу, ощупывала своего подопечного и напарника. Он на нее шипел и брыкался, но не сильно. Потом, убедившись, что подружка тоже в порядке, хмуро посмотрел на меня:
– Попить дадите? – И добавил с некоторым сомнением в голосе, словно через силу: – Пожалуйста.
Я ненадолго задумалась: а в антиграве вообще есть вода? Мы как-то не особо задумывались о еде, когда выезжали из норы. А я с этим платьем и вовсе чувствовала себя голой: ни одного кармана! Позор всем хомякам.
Мез снова смерил мальца уничижительным взглядом и постучал снизу по боковой стенке нашего транспорта. Панель отъехала вбок, предъявляя всем на обозрение целый набор разных… сосудов.
– Ну ни черна себе! – с восторгом выдал мелкий, облизываясь. – Кобра, кажись, мы слово взяли у кого надо!
– Не радуйся раньше времени. Поверь, ты всё это отработаешь, – улыбнулся им Мез. Улыбнулся как этот… древний… каркадил, вот.
Глава 25
Мез
Планы изменились. В лучшую или худшую сторону, пока непонятно. Но, пусть я достаточно доверял суждениям Лали, все же настоял на том, чтобы продублировать запрос профессионалу. Зато потом можно будет сравнить два отчета и поймать на нестыковках. Благо здешней валюты в виде обычных кубов у меня было достаточно.
С предводителями местных ворюг мы договорились встретиться после того, как стемнеет, на какой-то только им известной помойке. Хорошо, что моя спутница тоже знала, где эта дыра.
Лали с моими аргументами согласилась. Вообще, я не ожидал, что этот независимый на первый взгляд хомячок, которому так и хотелось мысленно пририсовать иголки вдоль хребта, как какому-нибудь дикобразу, окажется на деле таким покладистым и… ласковым, что ли. Особенно странно было это видеть после того, как я слушал их перепалки с Крыксом.
У местного авторитета мы также обменяли несколько кристаллов. Так что теперь одна из запасных пространственных сумок зверя была заполнена плоскими прозрачными камушками, что здесь считались деньгами.
Дядька Жук оказался тот еще жук. В который раз удивляюсь, что местные имена так отчетливо отражают действительность. Или это мой внутренний переводчик барахлит, воспринимая скорее эмоциональный посыл, чем набор звуков?
Я даже с некоторым восхищением слушал, как Лали ругается с этим типом, причем используя как в высшей степени почтительные выражения, так и самые отвратные матерные обороты.
Точнее, это я думал, что они ругаются, а оказалось, что здесь просто так торгуются. И судя по тому, что глаза сверкают у обоих, получают от торговли искреннее удовольствие.
Никогда не понимал такого поведения (и тут болезненные воспоминания об Ивановых) и только порадовался, что теперь у меня есть тот хомячок, что умеет генерировать сразу сто слов в секунду, причем строго по делу. Да еще рожи в процессе корчит такие, что непонятно сначала, спасать, тащить или смеяться.
На этом, правда, положительные новости закончились. Местный сборщик сплетен ничего не знал о детях, даже намека нигде не слышал. Все, что он мог сообщить, это то, что мы уже знали от Крыкса: несколько фракций зверомордых начали вялотекущую войну. Причем войну скорее идеологическую, чем за какие-то материальные ресурсы.
Я еще раз тяжело вздохнул про себя, предполагая самое худшее. Будь то очередной временной сдвиг или смерть детей сразу после появления. Но следы-то были! Они не могли появиться из ниоткуда.
Оставалась еще надежда на Кобру и ее подзмееныша. В смысле, ее малолетнего Мастера. Возможно, эти двое вечером принесут хоть намек на какой-то след. Если они, конечно, действительно придут на встречу. Колебание скверны, на которое намекала Лали, когда говорила о «слове», я почувствовал. Но все равно не слишком надеялся на его действие.
К моему удивлению, после того как мы ушли из довольно чистой забегаловки с отдельными кабинетами, в которой вели переговоры с Жуком, и прошлись по рынку, больше всего похожему на торговлю мусором с помойки, мы действительно дождались темноты. А затем проехали почти через весь город и вылезли из антиграва возле здоровенной ямы, целого карьера, на дне которого я увидел нечто, больше всего похожее на врезавшийся в грунт планетарный катер.
– Что здесь было? – осторожно спускаясь по осыпающемуся склону, поинтересовался я. – Кратер такой, что от машины должна была остаться только атомная пыль. Но, судя по дюзам и обшивке, он совсем целый. И это после того, как воткнулся в грунт больше чем наполовину?
Лали почему-то захихикала, ловко спускаясь следом и придерживая звероящера за крыло. Словно боялась, что тот упадет.
– Похоже, да? Неплохо ребята потрудились, креативно. Это ты такой глазастый и по обшивке видишь, а все остальные думают, что там все всмятку, да еще и реактор фонит. Никто и близко не суется, боятся излучения и возможного внезапного «бадабум»! А эти хитрые морды настроили визжалку, чтобы она на все счетчики радиации сигнал посылала, и сидят словно в колпаке невидимости чуть ли не у всех на виду. А ямищу они сами и выкопали, прикинь. И катер воткнули.
– За нами следовало достаточно народа. Антиграв слишком заметный, разве мы сейчас не разоблачим твоих «знакомых»?
– А их еще в третьем проулке отсюда сняли, ты не засек? Кажись, Кобра на дротики наплевала, потому что только ядовитыми иголками можно объяснить, отчего все падают и наутро ни фига не помнят, как с бодуна, – с непонятной жизнерадостностью пояснила Лали. Впрочем, следующие ее слова слегка прояснили ситуацию: – Даже Крыкс пару раз так попадал за свой длинный нос. Я думала, просто нажрался, мы ж сюда ехали через квартал борделей и кабаков самого низкого пошиба. Я еще тогда удивлялась, обычно-то он почище гулять любит, а тут занесло. И вынесло потом в хламину. Вон оно в чем дело-то было.
– Она умеет регулировать смертельность яда? – Не слишком приятно терять свою исключительность. С другой стороны, будь Кобра Мастером… наверное, мы были бы идеальной парой. Но она Оружие, мутировавшее Оружие. Как, в принципе, и я. Только мои мутации вызваны искусственным путем, а ее – врожденные. Бывают же в жизни совпадения. Обычно в таких ситуациях два Оружия делят одного Мастера. Но даже легкая мысль о связи с младенцем-матершинником и пьяницей выворачивает меня из себя.
– Умеет, – подтвердила Лали и вздохнула: – Эта красотка старше, чем кажется. Она родилась сильно до чудовищной катастрофы, мне дядька Жук только сегодня по большому секрету сказал, за целый страз с рукава. А ему можно верить в этом вопросе, он сам... многое помнит, короче. Но душами Кобра не вскормленная, и вообще… странная она.
– Очень интересная девушка, – задумчиво кивнул я, вспоминая вкус яда гадюки. Слегка сладковатый. – Да, думаю, ты была права, когда попросила закинуть их в антиграв. Даже если у них пока нет информации, связать долгом такое существо точно было не лишним. И вообще, стоит познакомиться поближе.
– Ну да… стоит-стоит…
Сначала я не понял, отчего моя спутница слегка отстала и замолчала. Только сердитое сопение и было слышно. А потом мне в голову осторожно и вежливо постучал звероящер. И когда я открыл ему ментал, наглый сэвен обозвал меня глупым бессовестным яйцом без капли умения обращаться с женщинами.
Глава 26
Лали
А чернухи его знают, почему мне стало так неприятно, когда Мез взялся расхваливать Кобру. Неприятно, и все! Нет, это не ревность…
Р-р-р!
Ревность. Она и есть. Я, получается, за пару дней привыкла, что это мой найденыш, мой куцыр и вообще все мое. И взгляды его, сдержанно-одобрительные, тоже только на меня.
А теперь чего получается? Сама ему притащила какую-то постороннюю змею, на которую он станет так смотреть?
Р-р-р!
Один только куцыр меня и понимает. Мез как топал впереди и вниз по склону кратера, так и топает, чернух бесчувственный, один звероптиц на меня дует теплым и утешающе курлыкает где-то внутри моей головы. Хорошо курлыкает, мне даже слегка легче стало. С чего я взяла, что Кобра запросто отберет моего пришельца? Я отдам, что ли? Фигушки-чернушки.
Мы уже почти спустились на самое дно, когда я поняла, что куцыр мурлычет не только мне. Почему-то вдруг показалось, что он что-то укоризненное гудит в мозги своему напарнику. А тот слушает, и у него вся спина выражает одно сплошное ошарашенное недоумение.
Даже приостановился на секундочку, подпустил нас с куцыром вплотную и как обернется!
Я «мра» сказать не успела, а меня уже поймали за талию, притянули и… э… ой.
Поцеловали.
Так поцеловали, что аж чуть стразы с трусов не осыпались… тьфу ты, с платья! С платья не осыпались! И туфли уронила. Ну, я их в руках несла, спускалась босиком, потому что хочу целые ноги, а не переломанные ходули.
– Так лучше? – после того как я слегка отдышалась, спросил Мез.
– Ага, – осоловело кивнула я, не делая даже попытки отстраниться. Совсем мозги набекрень. Ай!
– Ты чего?!
– Не ходи босиком, с ума сошла, что ли? Надо было просто сказать. – Голос пришельца стал обычным, строгим и словно бы чуть-чуть недовольным.
Дальше он спускался, усадив меня себе на плечо. Причем шел так, словно ему не приходилось балансировать на крутом осыпающемся склоне телом худой, но вполне взрослой девахи, которая еще и пищит от неожиданности. А, ну да, ну да, он же балки металлические пальцами гнул, что ему какой-то худосочный хомячок. Хомячок, который непонятно почему все больше превращается в лужу.
– Была б у меня нормальная обувь, я б сама пошла…
– Конечно. Порой мне кажется, что женщины создали высокий каблук именно с этой целью – больше времени проводить на руках у мужчин, – пошутил пришелец.
– А туфли-то! – спохватилась я, намеренно игнорируя эти самые… как их… инсинуации, вот! Всякие. – Туфли уронила, они там валяться остались. Кто найдет, решит, что ему древние силы клад подбросили.
– Не найдет, – пожал плечами Мез, отчего меня слегка подбросило. – Я втянул.
– А! – Хомячья натура успокоилась и даже довольно заурчала внутри меня. Прямо как куцыр. – Тогда хорошо. Нечего добром разбрасываться. Стой! Отпусти… Вот сюда стучи.
– В камень? – уточнил Мез, даже не думая ставить меня на землю. – До катера еще шагов пятьдесят.
– Это обманка же. Не знаю, как устроено, но видишь – зеленым у самого грунта светится? Типа пугашка для любопытных – радиация. А на самом деле дверь.
– Умно, – кивнул пришелец и… отправил нажать на кнопку куцыра. Камень втянуло внутрь, и перед нами открылся темный лаз. На первый взгляд – без дна.
– Прыгать? – не слишком уверенно спросил Мез.
Я недоверчиво принюхалась. Не, мы заключили с Коброй слово, и вредить нам нарочно она не будет. А вот если сами по глупости или неосторожности куда влипнем, встрянем или еще как убьемся… может, даже и спасет. За дополнительную плату и пункты к слову.
– Не, – решила я наконец. – Ждем. Сами придут встречать.
– Хорошо. Проголодалась? – внезапно спросил Мез. Куцыр присел рядом с нами и приподнял крыло.
– Что? – Мне, честно говоря, в голову не пришло даже задуматься, голодна я там или еще чего. Еда – это в норе, в безопасности. Это отдых, релакс. А на вылазке отвлекаться нельзя. Но… вообще-то, если все же задуматься – ели мы мициков двадцать назад.
Мез снял с куцыра очередную непонятно откуда взявшуюся сумку и вытащил оттуда несколько контейнеров.
– Вот, держи, пока поедим, эти конспираторы устанут ждать и действительно сами явятся.
Я кивнула и взяла кусочек… чего-то. Оно было похоже на сухую галету из каши с мясом. О! Так это и есть каша с мясом! Моя! Когда Мез успел изготовить из остатков сухие галеты и разложить по контейнерам?! Он же двигатель разбирал ночью…
– Вы совсем офонарели, есть у входа чужого дома, когда уже постучались в дверь? – Из черной дыры показалась знакомая нам детская рожица младенца-матершинника.
– Ну кто ж виноват, что пока дождешься гостеприимных хозяев – умрешь с голода, – пробормотала я, принимая из рук Меза бумажный платок. Платье замарать не хотелось, но, наверное, придется. Слишком уж лаз узкий.
– Забирайся мне на спину, – сказал пришелец, поворачиваясь ко мне тылом.
– Ну ты еще скажи мне за рога держаться в качестве руля! – хмыкнула я, но на Меза все-таки залезла. И почему мы не взяли другую обувь? Или взяли, но мне не говорят. Не верю, что этот продуманный туманный парень не догадался о запаске. А то и вовсе – как втянул, так и создать может.
– Хозяин, а хозяин? Сапог из кристалликов у тебя случайно не найдется? – подозрительно спросила я.
– Создать-то можно, но носить такое будет еще неудобнее, чем босоножки. Материал непластичный, ступни будут как в камне заточены. Но если хочешь, чуть позже сделаю тебе хрустальные туфельки. – Мез обернулся через плечо и подозрительно улыбнулся.
С этими словами мы вдвоем и прыгнули в лаз, который оказался совсем не глубоким. Просто темным, как отъевшаяся чернуха.
– Ох, мы забыли куцыра! – внезапно вспомнила я.
– Кр-р-р, – благодарно проскрипело что-то за спиной. А потом зашуршали перья по стенам. Честно говоря, я офигела: даже сложившись пополам, зверь все равно не смог бы протиснуться в эту узкую дыру. Она ж не проход, а натуральная кишка. Как он это сделал?! Превратился в змею в перьях?! Ужался в размерах?!
– Зверь наверху, – внезапно ответил Мез, ставя меня в тупик.
– А перьями кто шуршит? – осторожно и на ухо спросила я. Но Мез спокойно ответил вслух:
– Это он не в проходе, это у тебя в голове.
Объяснил так объяснил. Ничего не поняла. Но отложила до попозже, а то сейчас по сторонам важнее смотреть, чем выяснять куцырью дислокацию.
Сзади самодовольно фыркнули. И все-таки что-то тут не так.
Глава 27
Мез
Хорошие катакомбы. Явно остались от какой-то военной организации. Местные шайки его разве что подлатали в меру возможностей, а вот каркас делали профессионалы. Мы уже несколько минут плавно продвигались вниз, причем по широкой спирали. Кое-где виднелись останки былого освещения и аварийных ламп, под потолком висели обрывки проводки. Но все это уже заросло местными мхами, проржавело, а кое-где даже окаменело или превратилось в сталактиты. Времени с момента постройки прошло изрядно, надо отдать должное бывшим хозяевам.
Нынешние тоже были не промах. Во всяком случае, маскировались они хорошо. Если бы не аурное зрение и ощущение чужого взгляда, я бы и не заметил скрытых комнат и ниш. А такие встречались как минимум три раза за наше небольшое путешествие.
Причем автоматика, судя по всему, работала не намного хуже, чем в норе моего хомячка. Нет, сравнивать, конечно, не стоит. В доме Лали почти хирургическая чистота и подчеркнутая минималистическая гармония. Здесь же хозяева явно перестарались с наворотами, а еще, похоже, каждый прикручивал на свой лад. Вот зачем тут эта смешная ловушка с копьями из пола? Особенно если они расположены так далеко друг от друга. Я такое разве что в развлекательных головидео у Ивановых видел. И требуется такое приспособление только для того, чтобы показать удачу главного героя. Неэффективно, в общем.
Еще интересно, что встречать нас вылез именно младенец. Ведь, судя по всему, он далеко не рядовой член шайки воришек. Он Мастер… тьфу, оператор предводительницы.
Определенная сложность с мыслями на эту тему усугублялась горячим дыханием в шею. Лали так и ехала на мне, потому что идти босиком по неизвестной подземной поверхности с ловушками я ее не пустил бы. Да она и не пыталась слезть, войдя во вкус и играя с моими бутафорскими хозяйскими рогами в «руль». Забавно. Но, увы, мешало трезво мыслить. И мелкий матершинник подозрительно косился, чуть ли не вертя пальцем у виска.
Ладно, главное, коридор с ловушками закончился вполне нормальной бронированной дверью, в которой я без труда угадал носовой люк планетарного катера. Да, именно этой частью корабль воткнут в грунт, хитро. И распознавание по биометрическим параметрам настроено толково. Смешно, конечно, что мелкий картинно махнул рукой, вроде как повелевая дверям открыться. И покосился с чуть высокомерным любопытством, как на дикарей.
Ну да, ну да. Мы, конечно, «впечатлились».
– На движение реагирует или удаленно управляется? – из вежливости поинтересовался я. Все-таки местные аборигены потеряли тысячелетия как научного, так и энергетического прогресса. А меня гримировали под местного, пусть и зверомордого.
– Пф-ф-ф! – мелкий поганец нырнул в люк, мотнув неопрятным хвостом, в который были собраны его грязноватые лохмы. Надо потом спросить у Лали, он физически неполноценный или просто другой расы?
– Шуганец он, – словно услышав мои мысли, шепотом пояснила девушка. – Тут дальше пол гладкий… – А сама даже не шелохнулась, чтобы слезть. Даже наоборот – прижалась к моей спине теснее.
– Кто? – Намеки я понимаю хорошо, потому и не подумал ее отпускать. Понес дальше.
– Шуганец. Ну… короче, они взрослеют иначе. Как водные клопы типа. Личинка-личинка, потом кокон, а потом оппа – уже покрупнее особь. И так несколько раз. Их хозяева в свое время вывели. Типа как маленьких зверушек, для развлечения. Дальше второго окукливания не держали. Так что полностью взрослые особи были только на фермах, где их культивировали. Если честно, ни одного вживую не видела, а во что именно они вырастают – тоже не знаю. – Девушка склонилась ниже и прошептала мне на самое ухо: – А с этим и вовсе какая-то беда. Он по их меркам давно уже должен был вырасти. Но… никак.
– Тебе и не надо знать. – Коридор завернул, и мы оказались в просторной рубке. Там, сидя в пилотском кресле, на подлокотнике которого вальяжно устроился мелкий шу… – как его там? Шибздик? Неважно… – так вот, в кресле сидела Кобра. И сейчас она не была похожа ни на потертую жизнью тетку, продающую своих детей с голодухи и бодуна, ни на тощую малолетку.
– И чего она так вырядилась?! – еле слышно буркнула Лали мне в волосы, и ее хватка на мне стала сильнее.
– Какой… теплый прием, – улыбнулся я девушке, которая буквально восседала на своем месте в черном обтягивающем платье с глубоким вырезом и неприлично коротким подолом.
Интересно, что о ее родстве со змеями сейчас напоминали только едва заметные перламутровые чешуйки на скулах и у висков. И то я не уверен, что это не макияж.
– Было бы стыдно появляться перед такими нарядными гостями в рванине, – ответила Кобра, полностью копируя мою фальшивую улыбку. И по ней одной я четко понял, что этому Оружию очень много лет. Возможно, так же много, как некоторым древним… А точно ли их трюк с попыткой ограбления в городе был ошибкой? Или мы просто оказались замешаны в какую-то мгновенно рассчитанную комбинацию? Наверное, во мне говорила излишняя подозрительность. Но как говорится, если у вас паранойя, это совсем не значит, что за вами не следят.
– Спасибо за прием. Но мы достаточно сильно устали, потому предлагаю сразу приступить к делу. – В комнате было еще одно кресло, попроще. И стояло оно практически посередине помещения. В него я и усадил Лали, а сам пошел «расслабленно» рассматривать окружение, медленно обходя Кобру по кругу. – Вы же не против конструктивного разговора?
– Абсолютно… нет. – Девушка ответила с такой интонацией, будто мы говорили совершенно о других, более интимных вещах. Не понимаю, она хочет меня соблазнить или обескуражить? – Мои люди сейчас принесут всю информацию, которую нам удалось собрать. Но перед тем позвольте мне утолить свое небольшое женское любопытство.
– Вы можете попытаться, – кивнул я. Я догадывался, что она хочет узнать, и мы с Лали уже обговорили несколько приемлемых вариантов моей более подробной истории.
– Мез. Это же не ваше настоящее имя. Больше похоже на какой-то обрубок, уж извините за сравнение. – Слова хозяйки катакомб прошлись как ржой по свежему сколу. Я едва подавил дрожь. Да, я ведь всего лишь часть Оружия. Сломанный обрубок.
– Настоящее. Просто неполное.
– И как же вас зовут? – последовал закономерный вопрос. Но интерес Кобры цеплял меня не так глубоко, как загоревшиеся от волнения глаза одного мелкого грызуна.
Глава 28
Лали
– Рамзес, – ответил Мез, почему-то глядя мне в глаза. – Мое полное имя – Рамзес.
Я мысленно покатала имечко в голове. Не, ни на что не похоже. Но красиво. Величественно как-то звучит. Но просто «Мез» мне нравится больше.
– Хорошее имя, – одобрила с какой-то стати расфуфыренная, словно на съем, змеюка. Ее шуганец, имени которого нам так до сих пор никто и не назвал, вдруг посмотрел на меня понимающим взглядом из-под лохматой челки и сморщил нос.
– Да, мои родители думали так же. – Взгляд парня чуть дрогнул, словно он вспомнил что-то, но тут же отодвинул это воспоминание вглубь разума.
А у меня внутри мозга куцыр вдруг встрепенулся и ласково сказал: «Сессу».
«Чего?!»
Мез очень недовольно зыркнул на меня и отчего-то вздохнул. Потом отвернулся к Кобре:
– Мы все еще ждем информацию.
– Вы за нее еще не заплатили, – усмехнулась Кобра. Обольстительно так перекинула ногу на ногу. У-у-у! Так бы и… пнула. Каблуком. Тем, который Мез всосал. Попросить, что ли, пусть выплюнет? – Ты удивительно симпатичный зверочеловек, – продолжила тем временем эта… змея! – Чешуя и рога прекрасно гармонируют, глаза и вовсе завораживают. А твоя способность к ядам так похожа на мою. Никогда не думал о создании сильной, чистой змеиной линии? Наши дети точно не будут похожи на тех зазнавшихся уродцев.
– Этим я не плачу, – спокойно, словно его не рассматривают как кусок мяса на прилавке, пожал плечами Мез. – Но возможно, тебя устроит…