![](/files/books/160/oblozhka-knigi-homyachok-na-lezvii.-dilogiya-si-381345.jpg)
Текст книги "Хомячок на лезвии. Дилогия (СИ)"
Автор книги: Ива Лебедева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 23 страниц)
– Ну ты-то не строй из себя дурочку. – Мне слегка поднадоело играть по их правилам. – Просто ради интереса посмотри на хронометраж программ в его компе. На что спорим, когда тебя тут нет и ты шаришься по внешнему миру, этот твой фанатик игр ни одного уровня не проходит? Видимо, сидит по уши в камерах и отслеживает каждый твой шаг. И трясется, как бы с тобой чего-нибудь не случилось. Бдит.
– Ты правда так думаешь?! – Сью аж привстала и уронила одеяло.
– Зараза ты, – мрачно прокомментировал наш обмен мнениями Бельфегор. При этом он даже не обернулся.
– Кто из нас? – любезно осведомилась я, не скрывая ехидной улыбки. Тоже, знаете ли, не зря зовусь хомяком и умею выпускать ядовитые колючки в цель, а эти двое заслужили несколько уколов за свою инициативу с шантажом. Правда, с Пушишки все как с Крыкса вода, да и вообще она довольна моими разоблачениями. Ну, пусть ее оператор отдувается за двоих, мне не жалко.
– Да обе.
– Ах вот как… Пушишка, ты проиграла, а я угадала. Выберусь от вас к Мезу, ты времени не теряй, вали и насилуй. Он только меня и стесняется, а так вы б тут уже устроили сексуальные игрища наивысшего самоубийственного уровня.
– Надо тогда хоть кровать сделать. Ты можешь помочь? А то насиловать в гамаке я не умею, а на этой полочке мы вдвоем не поместимся.
– Глупая, постели что-нибудь на пол и не парься. Ронять, то есть валить, еще удобнее будет.
– О! Точно! Спасибо… Что ты хочешь взамен?
– Взамен ценного совета? Хм. Хочу знать, кто вы вообще такие и как тут оказались. Откуда взялась нора, почему сверху сидит чернуха. Ну и все такое прочее, сопутствующее.
– Ну… – Пушишка с вопросом посмотрела на своего оператора. Тот, не поворачиваясь, пару раз щелкнул манипулятором, и девочка снова взглянула на меня.
– Вообще-то, я родилась в достаточно зажиточной семье. Если быть точнее, то в семье Крайт, если тебе это еще о чем-то говорит, – начала Сью.
– Серьезно? – Говорит. Еще как говорит. Ведь именно эта семья ранее, до апокалипсиса и пришествия чужих, была правящей. Типа как императорская в древности. А еще, несмотря на довольно хищную и звериную фамилию, души животных ее представители ели редко. Очень редко. Потому что питались они исключительно душами операторов и других людей. А еще в питомнике ходили слухи, что самой изысканной трапезой Крайты считают души таких же, как они, артефактов.
– Ну вот да. Родилась я как Сюизанна Крайт, но особой выгоды мне это не принесло.
– Младшая? – предположила я, припомнив скупые официальные новости перед самой катастрофой.
– Ага. Ты, наверное, слышала, что в нашей семье, – последнее слово она выдохнула с отчетливой долей брезгливости, – царил культ силы и считалось, что наследник всегда должен был быть лишь один. А потому, если в семье внезапно рождалось два артефакта, сильный съедал слабого. Чтобы стать еще сильнее. На самом же деле, такое практиковалось не всегда, но мне не повезло. Родилась я с талантом, и нас с братом начали стравливать… а душами не кормили, потому что по обычаю до того, как определится сильнейший, искусственно стимулировать развитие нельзя. Короче, так и жили до тридцати лет, до возраста выбора судьбы. Циан готовился к решающему поединку и съел-таки парочку операторов в обход правил, несмотря на юный возраст. Мамаша ему притащила, она его всегда любила. А мне их не положено было, вот и не давали. Короче, поединок, арена, трансляция, все дела. И тут хлобысь – всё рухнуло, все умерли, и я осталась одна. Ты прикинь, как обалдела?
– Угу. – Я мрачно кивнула, соглашаясь. Обалдеешь тут. Смертельный поединок с братом в тридцать лет – они б еще младенцев заставили погремушками драться до победного конца. Слава чудищам, как говорится, сгинули наши императоры вместе со своими идиотскими обычаями.
– А вот мне с родителями повезло больше, – буркнул от экрана Гор, отвлекая нас с Пушишкой от невеселых мыслей. – Они оба были артефактами, молодыми, влюбленными и сентиментальными. Очень долго пытались зачать, в итоге, наконец, вышло. Но вместо желанного младенца-артефакта родился я. Убить или превратить в раба своего долгожданного первенца они не смогли. Потому меня просто спрятали. Надежно. Сначала это было только небольшим изолированным домишком. Но постепенно, благодаря чувству вины моих предков, этот домик стал превращаться в настоящее убежище. А затем и бункер. Выходить в грязный и жестокий мир мне не разрешали, но вот смотреть на него – сколько угодно. С учебой тоже не ограничивали.
– Но сами они питались душами, – угадала я.
– Угу. Поэтому в день катастрофы я тоже остался один. Это было…
– Неприятно, – закончила за него Пушишка. – Но недолго. Потому что потом его нашла я, и началось сплошное счастье.
Бельфегор оглянулся на нахалку и скорчил рожу, пытаясь выразить свое отношение к «сплошному счастью».
Но Сью только хихикнула. Да и правда, кого этот дурак пытается обмануть?
Глава 30
Лали
– Вот так просто шла и нашла? – спросила я Пушишку. – Почему-то мне кажется, что это должна быть более эпичная история.
– Кто кого нашел еще, – непримиримо фыркнул от экрана Бельфегор и нахохлился, как куцыр на жердочке. – Она пищала и бегала от мелких чернух минут двадцать по всем развалинам, как попомим от привидений.
А, «попомимы» – это его компьютерные питомцы так называются, Пушишка говорила. Ругалась, точнее.
– Да ты гонишь! – Сью уронила одеяло с полки и села на ней столбиком, как никогда напоминая свою боевую ипостась: у нее даже колючки в волосах поднялись. – Не от чернух, а за чернухами! Я охотилась! Это тебя чуть не съели!
– Бункер был непроницаем до того, как ты пришла! Если б одна дура не взорвала все ко мре, никто бы мне не угрожал! – шикнул на нее Гор.
– Между прочим, это ты меня на те бомбы навел. Сам голосок расправлял и еще и ржал. Весело тебе было!
– Я тебя спас и привел к складу боеприпасов через динамики, чтобы ты от чернух избавилась. А ты дверь сломала, идиотка!
– Ну все, – кровожадно заявила артефакточка, окончательно расправила иголки и прицельно прыгнула прямо с полки на своего оператора. – Йё-о-о-о! Ща за жопу укушу!
– Уйди, ненормальная! – почти взвизгнул Гор, пытаясь укатиться в угол вместе с креслом и джойстиком от игрушки. – Брысь! Ай!
– Понятно, подробности вы рассказывать не хотите, – резюмировала я это представление. Впрочем, оба придурка явно получали от него одинаковое удовольствие. Пушишка пыталась исполнить свою угрозу, Бельфегор, забыв о своей меланхолии, бодро отбрыкивался, а на аурном уровне их привязка возбудилась и активно пульсировала. Если секса у ненормальной парочки до сих пор не было, то, похоже, вот так вот они свою привязку и получили – нечаянно. Во время веселой и бурной игры.
Собственно, чему удивляться? Пушишка, несмотря на свое происхождение и воспитание в правящем гадюшнике, в момент катастрофы была ребенком. А Бельфегор, если внимательнее присмотреться и прислушаться, не так далеко от нее ушел. Максимум до подростка дотянул под родительским крылышком. Два одиноких, испуганных и брошенных ребенка нашли друг друга. И предсказуемо слиплись.
– А чернуха на пол-Перепечек над головой откуда взялась? – Поскольку эти чудики слегка запыхались и на пару секунд притихли перед новым раундом, я сумела вставить вопрос в общий бардак.
– Да тут проще показать, чем рассказать, – подпрыгнула на коленях оператора Пушишка, сползла с него, побежала к одному из больших кранов и попыталась так же резво его открыть. Именно что попыталась. Кран и с места не сдвинулся. – Го-о-о-ор!
– Иди сюда, неугомонная, – пропыхтел оператор, направляя кресло на колесиках обратно к своему суперкомпьютеру. – Сейчас разблокирую. Будешь знать, как без спросу чужим людям главные секреты рассказывать.
– Да ладно. Ну покажу я ей пару секретных коридоров. Не все же. – Дверь перед Сью открылась, и перед нами возник длинный узкий проход. – Пошли!
– Мы вроде спать собирались, – очень недовольно пробухтел оператор, отрываясь, наконец, от своего сиденья. – Пошли уже… свалились на мою голову, ни поиграть спокойно, ни отдохнуть. То лепешки им, то за жопу, то секс…
– На второе и третье не претендую. – Честное слово, я чувствовала себя спецагентом, который вместо вражеского лагеря нежданно-негаданно попал в детский питомник. Но такой питомник, своеобразный. С секретами.
– Давай быстрее уже, Лали. Покажу тебе наше вытворение. – Хомячишка от энтузиазма даже подскочила, в воздухе превращаясь в свою боевую форму. Бухтящий себе под нос всяческие недовольства Гор тут же подхватил ее на руки, стиснул и, как мне показалось, слегка ревниво покосился на меня. Чего это он?
Мы петляли по коридорам и отноркам минут пятнадцать, не меньше. Гор шел впереди со своим артефактом на руках. Всю дорогу Сью довольно пыхтела и пофыркивала, уткнувшись носом в шею оператора. Тот постепенно как-то расслабился и больше не косился на меня как на врага человечества. Я хмыкнула, согласившись с собственной догадкой: кажется, мальчик не привык, что его подруга уделяет внимание кому-то, кроме него самого и чернух. И теперь чувствует себя не в своей тарелке, вдруг обнаружив, что ее могут «увести». Ну или как минимум занять Пушишкино внимание, отвлекая от него, единственного и неповторимого. Судя по всему, Гору это очень не нравилось.
– Пришли, – почти хором прервал мои на их же счет мысли странный дуэт. – Вот, смотри. Это наша общая фигня. Талисман и свисток.
Я подняла голову и тоже аж присвистнула.
– Вы нормальные вообще?! Это что?!
– Берешь его вот так и дуешь. – Сью снова стала человеком, вскарабкалась на плечи Гора, дотянулась и действительно подула в огромный горн, который расположился посреди круглой комнаты.
И тут земля затряслась. Все вокруг заходило ходуном. А из всех щелей полезли тонкие струйки чернухи.
– Во! Прикольно? Как собачка на свисток! Ее позвали, и она пришла! – непонятно чему обрадовалась Сью, а потом весело взвизгнула и укусила один из жгутиков, прямо так, в человеческом облике. И так же весело ее прожевала, будто какую-то сладость на палочке.
Я, если честно, едва удержалась, чтобы не заорать и не упасть на пол, закрыв голову руками. Но выражение лица, видимо, сказало о моем желании очень четко.
– Ну ты чего! – возмутилась Сью. – Ты ж не первый раз! Вы знакомые. Бурушка тебя не съест. В прошлый же раз не съела.
– З-знакомые?! Не съест? Да с чего ты взяла? – запаниковала я, когда одно из небольших щупалец чуть не мазнуло меня по щеке.
– Так ты нами пахнешь. И вообще. Ну, Ла-а-али! Не тупи!
– Да ладно, чего уж теперь, – вздохнул Гор, посмотрев на мое лицо. – То, что у тебя память отшибло, мы уже поняли. Но логику же не отшибло, нет? Ты тут уже была. Точнее, не тут, а там. – Он ткнул пальцем в потолок. – Свалилась на голову с неба. И как давай там шороху наводить! Мы ж тебя еле выпинали.
– Я хотела тебя себе оставить, – насупилась Сью. – Но Гор сказал – нет. Приревновал, не иначе.
– Она от одного такого собственника сбежала аж насмерть, а ты хотела ее второй раз захомутать, вот и все, – пожал плечами оператор.
– Да кто тут еще собственник! – возмутилась Пушишка.
– Вы о чем? – Я действительно уже сильно запуталась.
– Лали. Ты помнишь, как ты выжила в чернухе? – чуть более серьезно спросила Сью, что совсем не вязалось с кусочком чернухи, пытающимся сбежать у нее изо рта.
– Я… Да, я помню, как прыгала. Помню, как меня поглотила тьма. Но я сопротивлялась, долго. А потом… Я уже слышала.
Этот горн!
– Ага, пришлось отозвать Бурушку. Ты даже без артефакта в руках умудрилась сделать ей больно. Нас трясло как шушпанчика, попавшего в вентилятор.
Глава 31
Мез
– Давно тут не был, – протянул енот, с интересом осматривая окружение. Хотя что может быть интересного в горах песка и мусора, я не знал. – Много лет прошло с тех пор, как я искал тут своего маленького хомячка.
Даже поправлять его не стал. Действительно, слегка достало изображать из себя заевший приемник. Как бы мы с Крыксом его ни лупили или оскорбляли, Скай все равно считал Лали своей судьбой, единственной и неповторимой. И даже наличие у «судьбы» официального избранника его не останавливало.
«Сам же сказал, что в вашем мире нормально иметь несколько артефактов у оператора», – вернул он мне мои же слова, за что сейчас красовался более отчетливым темным ореолом у одного глаза. Порой я задавал себе закономерный вопрос: может, он мазохист? И еноту просто в кайф, что его мордой в грязь макают?
Даже сэвен и тот испытывал по поводу полосатой сволочи смешанные эмоции. Если бы пернатый мог, он бы явно покрутил лапой у виска.
– Хомячок сделает из тебя коврик для ног, – буркнул Крыкс, удобнее устраиваясь в любезно предоставленном нам Скаем антиграве. Настоящем, а не кустарного производства типа «Рамзес и Ко» на куцырьей тяге. – Может, Лали уже вернулась домой? Направление практически совпадает.
– Тогда я бы ее слышал. Что-то упорно блокирует сигнал, и это точно не ее нора.
– Может, и хорошо. Сеструха не обрадуется, если мы притащим к нашему тайному убежищу этот караван недоумков, – пробухтел Лесс, оглядываясь и передергивая плечами.
А я удержался и поворачиваться не стал. Что я там нового увижу? Кортеж из двух десятков антигравов разной степени убитости, напичканный местными ушастыми и клювастыми малолетками? Спасибо, насмотрелся.
Эти ржавые засранцы те еще ушлые сволочи. «Ах, прародитель! Ах, мы готовы на все, спасите нас!» Но при этом ни ржи не слушаются и все время мельтешат на заднем плане с какими-то своими явно подозрительными инициативами. И не отлипают! Хотя я прямым текстом уже во ржу послал, в смысле гнал на хрен, детей собирать и вообще!
Угрозы в их действиях я не чувствую, иначе плюнул бы на возраст и умильные морды – перебил бы. Но в том-то и дело, что эти гаденыши ведут себя точь-в-точь, как если бы я их добровольно усыновил. А перед этим еще долго гонялся за ними по пустыне, чтобы уговорить. То есть покорно опускают голову на мое возмущение и втихушку за спиной поступают по-своему!
Хотя детей всех нашли, обозначили их присутствие. Насчет Ланселота побеспокоились и успокоились, узнав, что тот на Аолином балансе. Даже сгоняли в город и приволокли Кайдена, ошалевшего от таких новостей и внимания.
Но все равно! Этот детсад серьезно бесит!
– Мы такой толпой все чернухи соберем! – застонал Лесс. – Это по одному мы могли быстро пересекать пустыню, и на нас не обращали внимания. А такая орава откормленной мелюзги для них как хорошо сервированный стол с деликатесами!
– Я устал всем все объяснять. Пусть делают что хотят. – Я не нянька. Не психолог. Не психоаналитик. И даже не политик. И не родитель! Пра… – А потому… прости, Лесс. Оставляю их всех на тебя, – заявил я, быстро вставая и перескакивая с брони на спину сэвена.
– Что… – начал было Крыкс, но подавился своим возмущением.
«Зверь, врубай маскировку – и ходу. Детсад, психбольница и колония по делам несовершеннолетних – все подождут. Спасаем Мастера, – обратился я к сэвену, который в ту же секунду стал невидимым. Вместе со мной в седле. – Побежали».
– Кры-ы-ы… – отчего-то грустно ответил зверь, послушно делая что велели. Нет, один он меня понимает. Только почему так недоволен? И почему его кренит вбок?! Ржа!
– Ты придурок?! Тьфу! О чем я спрашиваю.
На хвосте куцыра, вцепившись в перья насмерть, висел паршивый енот. Его тоже накрыло маскировкой, потому-то я не сразу понял величину проблемы.
– Я… тьфу… – отплевался Гатто от перьев, подтягиваясь выше, – я с вами.
– Сбрось, – сказал я сэвену, хоть и понимал, что мы уже солидно отбежали от основной компании.
«Прилип, – так же грустно транслировал звероящер. А потом добавил: – Птичку жалко».
– Какую еще птичку?! – всерьез и вслух испугался я, решив, что нам на хвост упала еще и недокормленная цапля из моих новоявленных «деточек». За ней, к ищейке не ходи, весь остальной дурдом подтянется.
«Шутка, – успокоил сэвен. – Это вещь Мастера. Нельзя потерять».
– С каких пор?! – почти взвыл я, оборачиваясь к наглому гаду, уже устраивающемуся у меня за спиной верхом на звере. Нет, нет там привязки, о чем я вообще? Нет и быть не может.
«Мез – Оружие Мастера. Енот – вещь Мастера, – пояснил свою мысль сэвен, не снижая скорости бега. – Связь только с Оружием».
«Я не понимаю твоей извращенной логики», – тяжело вздохнул я про себя, украдкой покрывая шипами тот бок, за который Скай попытался меня ухватить.
– Держись за перья, меня не лапай. Раз зверь позволил тебе остаться, пусть сам и страдает, – недовольно фыркнул я.
– Спасибо, – поблагодарил Скай… сэвена. – Ты хоть примерно представляешь пункт нашего назначения? – это уже мне.
Если честно, я едва удержался от неуместного сарказма и просто указал по прямой вдаль.
– Точно? – как-то тревожно уточнил енот. – Видишь ли, там находится та самая дрянь, в которую Лали прыгнула… – Голос его прервался, будто у Гатто резко перехватило горло. Я буквально спиной почувствовал волну запоздалого морозного ужаса. Невольно представил, как Мастер прыгает с антиграва в гигантскую тварь, и тоже передернулся. – Я это проклятое место до последнего камня изучил. Мы точно двигаемся к нему.
Гигантская тварь. Аномалия. Чернуха. Казалось, что-то буквально ускользало у меня из-под носа. Какая-то мысль.
– А как она спаслась в первый раз? – Я даже слегка притормозил куцыра, чтобы обернуться и посмотреть в глаза енота.
– Я не знаю. До недавнего времени я даже не знал, что она выжила. – Его голос будто бы помертвел. Глаза стали пустыми и слегка безумными, пробирая своим выражением до нутра. Ржа! Не хватало еще проникнуться сочувствием к уроду. Он сам в своих проблемах виноват! – А когда увидел, она уже с тобой. – Гатто стал говорить уже совсем бессвязно. – Эйфория. Отчаяние. Хочу здесь и сейчас.
– Эй! – Я влепил придурку увесистый подзатыльник, приправив его отрезвляющей порцией скверны. – Хватит. Или скину во ржу, Лали вполне обойдется без лишних «вещей».
Даже куцыр рыкнул что-то согласное и в подтверждение своих намерений тряхнул хвостом, едва не уронив енота на песок. Тому пришлось оперативно возвращаться в сознание и цепляться сразу за перья и за меня.
– Не лапай, сказал же. Тьфу… ну что ж ты за выродок такой на нашу голову, – вполне искренне посетовал я. – Ненормальный мир чокнутых малолеток.
– А что ты хотел? – вдруг хохотнул Гатто. – Так и есть. Все взрослые погибли во время катастрофы. Остались только дети. Которых не успели накормить или сожрать в силу возраста.
И я вдруг с ужасом понял, что он прав! Реально взрослых существ в этом континууме единицы. А все остальные только притворяются, а на самом деле… ржа!
– Мои вон тоже сдохли, когда я еще игрушечный антигравчик по комнате катал. Поместье осталось. И куча озлобленных малолетних сук, из тех, кому не перепало эликсира бессмертия от родителей. Он ведь тоже был добыт из душ. Так что… Нет хозяина хуже, чем бывший раб, слышал об этом? Заба-а-авное было время…
– Заткнись, Скай, – тоскливо рыкнул я сквозь зубы, понимая, что не хочу знать подробности. Не хочу, и все!
– Ты даже пахнешь по-другому, – внезапно выдал этот ненормальный и все же схватил меня за плечо. – Смотри! Вон эта дрянь.
С пригорка, на который вынесло зверя, идущего чуть ли не на реактивной скорости, действительно открывался вид на гигантскую долину, заполненную тьмой.
Глава 32
Лали
– Твои явились, – абсолютно буднично сообщил мне Гор, хрустя какими-то закусками, сидя на качающемся кресле и уже привычно пялясь в экран мониторов. Крошки за ним подбирал какой-то маленький причудливый робот, забавно загребая их лапками в «пасть». Я от сомнительных закусок отказалась, хотя пахли они заманчиво.
– Мои? – обрадовалась я, подскакивая. – Мез и Крыкс?
– С первым угадала, со вторым нет, – еще раз показал свою полную осведомленность парень. Вот же сталкер недоделанный. – За тобой пришли только твои артефакты на большой куцырице. – На самом широком экране внезапно сменилась картинка. Теперь там отображалась знакомая с детства, практически бескрайняя пустыня и… Мра, вот этого я точно не ожидала…
– Видео с одной из вертушек. Впечатляет? – самодовольно хмыкнул Бельфегор и увеличил изображение.
– Впечатля-а-ает, – протянула я, только вот мое впечатление относилось совсем не к технической составляющей. А к самой, так сказать, картинке.
Я много повидала в этой жизни. И в принципе, всегда считала, что еще больше в ней осталось неизведанного, удивительного и, вполне возможно, ненормального.
Но к тому, что верхом на куцыре по пустыне будет скакать Мез, а за его спиной, чуть ли не вжимаясь носом в чужое плечо, Гатто, я оказалась не готова.
– Стоят, таращатся, – прокомментировала картинку Пушишка. – Бурушку хотят обидеть.
– С чего ты взяла? – Я слегка встревожилась.
– Да ты на рожи ихние погляди, там все написано, – пожала плечами снова укутанная в одеяло девчонка. Сью подсела ближе ко мне, разглядывая мужчин на экране крупным планом. – И плевать бы на Гатто, он даже обращаться не умеет. А вот твой отравленный пришелец со своей зубастой птичкой даже нашей кормилице могут дать прикурить, если сильно захотят.
– И это мы еще не знаем точных сил пришлых, – добавил Бельфегор. – Судя по тому, что я уже видел, свой хахаль явно сильнее того, что в городе поселился.
– Вы и про Кайдена знаете?
– И про Кайдена, и про Кобру, которая Аола. Мы все-все про вас зна-а-аем, – протянула Пушишка, – потому и решили тебя спасти. Ну, я решила, – вдруг смутилась Сью, – а Гор уже придумал гениальный план, как оправдать мою дурость.
– Вот рассказывать об этом точно не стоило. – Парень ненадолго оторвался от потока данных и, подумав, выдал: – Она тебе просто зубы заговаривает. Не верь хомяку.
– А Бурушку все равно обижать нельзя. Она их съест, – внезапно вспомнила Сью. – Тебе которого не жалко? С полосатым хвостом? Без слов понятно.
– Эй! Погоди! – Я аж соскочила с полочки, на которую меня усадили после впечатляющей экскурсии к свистку мры. Усадили, дали большую кружку с горячим сладким напитком и лепешку с мрой. Откачали, короче. – Обоих жалко! Нельзя есть!
– Ну, так не интересно, – надула губы Пушишка. – Они к тому же сами лезут! Вон, вон! Щас как укусит отравленными зубами мою Бурушку! А вдруг она потом заболеет и вся станет ядовитая?
– Не станет. А идут они сюда потому, что мой артефакт меня чует и хочет найти.
– И что? – это уже забухтел от экрана Гор. – Превратить наше убежище в проходной двор? С чего бы мне их сюда пускать?
– Ты определись, хочешь оставаться отшельником или хочешь выход в большой мир с новыми игрушками. – Я решительно стряхнула с плеч одеяло и потребовала: – Не пускаешь их сюда – значит, дай мне выйти к ним.
– Ну не знаю. – Бельфегор опять нахохлился, как куцыр на жердочке. И лицо у него стало точь-в-точь как у Пушишки. Во! Теперь прямо видно, что артефакт и оператор – одна мра. – Так просто тебя отпустить? Нельзя. Ты же заложник. Не положено без условий отпускать!
– Вы свои условия мне уже озвучили. – Я выдохнула как можно терпеливее. Грустно как, неужели у нас и правда не мир, а чокнутый питомник для сосунков?
– Не держи нас за идиотов. Мы тебя выпустим, а он не выполнит. Да и не тебе же решать, ты путь в чужой мир точно не знаешь, – снова замотал головой парень.
– Го-о-ор! Думай быстрее! Они уже что-то решили и разгоняются. Мы сейчас либо дармовой еды лишимся, либо шанса на спасение мира, – запищала Сью.
– Действительно, трудный выбор.
Я же с ужасом смотрела на то, как дурной Гатто, мотая башкой так, что уши на ветру колышутся, сползает с куцырьей спины, намереваясь прыгнуть прямо в чернуху с пригорка. А Мез, явно матерясь последними словами, ловит этого идиота за пушистый хвост и держит практически на весу. Куцыр под ним перебирает лапами на месте, как старый колесный транспорт в мультике, прежде чем рвануть с места в карьер.
– Запускаю горн. Дистанционно, – внезапно решил Бельфегор и нажал самую обыкновенную большую красную кнопку. Она, кстати, так и была подписана: «Большая красная кнопка». Явно Сью постаралась.
Снова раздался знакомый уже рев, ознаменовавший собой начало землетрясения: чернуха двигалась и собиралась в более компактную форму.
Оба артефакта на экране одинаково недоуменно уставились на резко убегающую от них тьму. И, что было ожидаемо, поскакали за ней.
– Так, а теперь нам нужна связь. Тащи ретрансляторы, – махнул рукой Пушишке оператор.
– Тогда, чур, говорить буду я! – весело подпрыгнула Пушишка, держа в руках странной конструкции трубку с одним расширенным концом. Вся эта фиговина походила на чудной музыкальный инструмент.
– Открываем кран! – Дети меня не слушали, откручивая тот самый люк, где вываливалось щупальце, впоследствии ставшее нашим обедом. Впрочем, это же щупальце оттуда и показалось, только вместо зубов Пушишка всадила в него ту самую трубку, расширенным концом к себе.
– Эй, вы! Стоять, бояться! А то укушу! Ой… тьфу. Что-то не то… А! Правее забирайте, а то мимо двери промажете! У нас заложник, вы должны нас слушаться!
– Сью! Ну с какой мры ты сразу с козырей пошла? Надо было мистики нагнать, напугать, запутать, а потом уже что-то требовать. – Гор отобрал у нее инструмент и с тяжелым вздохом снял с того… предохранитель. – Вот как знал, что понадобится. Молчи, мелкая. Ради всех компьютеров и игр во вселенной, молчи.
А затем сам приблизился к трубе и сказал:
– Вам не пройти!
Сказал-то он обычным голосом, а вот запись с экрана прозвучала с потусторонним зловещим шипением. Да еще и на несколько тонов ниже.
– Вот. Я ж говорила. Чернуха знает. Тут только через нее и можно общаться, – подытожила Сью. – Эй! Что он делает! Фу! Прекрати! Псих чокнутый! А-а-а-а-а!
Глава 33
Мез
– Ржа! Ты, сумасшедшее животное! Куда лезешь вперед лезвия в тварь! – Я буквально поймал артефакта за хвост, когда тот собирался сигануть с сэвена прямо во тьму.
– Лали! Там, внутри, Лали! Мой хомяк! Я чую! – взревел Скай практически по-звериному, скаля небольшие клыки и пытаясь дотянуться до твари короткими когтями. Постой, у него руки в лапы превратились, что ли? Не совсем, но что-то с ними не так.
– Б***дь! – от души сказал я новое, выученное на Земле слово. – Твою хвостатую душу мать, скотина ты ушастая, чтоб тебя три раза кверху задом и за хвост об забор! – Кажется, это тоже не моя фраза. – Без тебя чую! Но…
Тут чернуха вдруг отхлынула от наших ног, и Гатто повис не над опасной концентрацией скверны, а над обнажившейся песчаной прогалиной. Уф-ф-ф… я выдохнул и отпустил хвост. И только потом понял, что зря. Ржавый енот сначала благополучно шлепнулся на землю, но потом резво вскочил на ноги и рванул пешком догонять отступающую черноту.
– Прародитель, ну за что мне это? – по привычке было застонал я. – Хотя да, именно Прародитель это все и организовал. Чтоб его так же и туда же. Вперед! – это я уже скомандовал сэвену. Потому что догонять сумасшедшего, но внезапно ставшего очень резвым енота пешком – верх идиотизма. Тут и без меня придурков полна планета. Две.
Тьма откатывалась по долине, словно стена облаков под порывами ветра. Слава всем здешним предкам или не знаю еще кому, Гатто так и не смог ее пока догнать. Внезапно из самой середины чернухи раздался пробирающий до костей, шипящий нечеловеческий голос.
– Вам-ш не-с пр-р-ройти-ш-ш-ш!
Я слегка встряхнул головой, на всякий случай проверяя воздух и окружение на галлюциногены и яды. Ничего.
Даже зверь невольно замедлил бег и усиленно принюхался, стараясь найти источник голоса.
Тем не менее я не растерялся, подтолкнул сэвена мысленным приказом, и мы в три прыжка настигли притормозившего енота. Мой понятливый зверь щелкнул клювом, пытаясь поймать этого психа за хвост.
Увы, промазал. Гатто, похоже, совсем слетел с катушек, потому как с победным кличем бросился куда-то в самый центр черноты.
– Люк! – проорал ненормальный, махнул полосатым хвостом и исчез во тьме.
– Люк?! – недоуменно переспросил я, всматриваясь в то место, где утонул проблемный артефакт. Возможно, даже с концами. Радоваться? Гатто с сэвена, мне легче. Но почему-то не получалось ликовать по этому поводу, тянуло прыгнуть следом, вытащить и таки оторвать лишнюю конечность придурку. Вот куда он полез опять?
Хм. Действительно, похоже на железный круглый люк. Только вот он полностью покрыт аномалией! Суицидник ржавый.
Нет. Я не полезу его вытаскивать. Не… не полезу же? А-а-а! Ржа. Я спасу его только для того, чтобы потом лично открутить все звериные конечности. А хвост пришью себе на зимнюю шапку, пусть это и выглядит ужасно глупо.
Облачко ядовитых игл сорвалось с наручника, пронзило тьму и воткнулось в тот самый люк. Мне показалось или чернуха взвизгнула, отпрянув от разъедающих ее колючек? Нет, не показалось. Потому что эта тварь продолжила визжать, но при этом вырвавшиеся из мглы щупальца сгребли енота и потащили куда-то в сторону и вглубь.
– Не трош-ш-шгай Бур-р-руш-ш-шку-с-с-с! – внезапно запищала тьма более высоким голосом, явно паникуя.
– Иди в задницу! – ласково ответил я, соскакивая с сэвена и командуя ему: – Выноси ко ржам!
Я имел в виду люк, за которым, как никогда ясно, ощущал Лали. Теперь, когда эта огромная аномалия, оказавшаяся мутировавшей тварью скверны, не покрывала все пространство, я чувствовал. Ничто больше не блокировало нашу связь. И… я на долю секунды расплылся в блаженной улыбке. Мой Мастер в порядке. Волнуется, переживает, но жива, здорова и полна сил. Хлынувшие эмоции стали настоящим бальзамом на больную душу и сняли большую часть напряжения.
Но, сбросив пелену эйфории, я тут же недовольно выматерился. Потому что Лали переживала не только за меня, но еще и за хвостатую гадину! Меньше, чем за свое родное Оружие, что приятно, но все же.
Ладно, с люком зверь справится. А мне придется спасать паршивого енота, потому что чернуха его не просто тащит, но еще и жрет! Прямо на бегу… и, как сказал сэвен, «птичку жалко». Не мне жалко, Лали. Любят же женщины тащить всякую «бедную» мерзость в дом.
Стоп! Если я это вот животное сейчас спасу, оно что, постоянно будет с нами жить?! Шевелить ушами, соваться под руку, выдавать свои ядовитые сентенции, отнимать у меня внимание Мастера. Претендовать на привязку! Лезть в постель! Ржа!
Я даже притормозил. И это сыграло роковую роль. Кажется, я услышал хруст костей. И отчаянно взвывший Скай исчез в месиве щупалец. В это же время сэвен, наконец, частично пробил люк.
– Нет! Бурушка, плюнь! – раздалось из глубины паникующим детским голосом. – Плюнь гадость! Плюнь! Отравишься! Или тебя отравят!
Грохот заполнил долину. Это сэвен примерился и со всей дури пнул уже искореженную бронированную дверь в склоне холма, приложив к удару не только свою немаленькую физическую силу, но и мощный заряд скверны.