![](/files/books/160/oblozhka-knigi-homyachok-na-lezvii.-dilogiya-si-381345.jpg)
Текст книги "Хомячок на лезвии. Дилогия (СИ)"
Автор книги: Ива Лебедева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 23 страниц)
– Ну? – Ждать у ворот мне надоело, и я грозным взглядом посмотрел на сопровождающих. Из всей компании попрошаек и манипуляторов при мне остались кот и цапля, в смысле, парень с трижды проклятыми пушистыми ушами и девица, похожая на цаплю. Такая же длинноногая и длинноносая.
Остальные разбежались кто куда с заверениями, что будут собирать моих детей в кучку, чтобы предъявить, как договаривались. Сразу в комплекте с операторами и их опекунами.
– Ну, это, конечно, поместье одного из наших союзников, но… – начал было мяться артефакт.
– Что «но»? – поторопил я парня. Опять что-то темнят. И вот эти хотят, чтобы я их «возглавил»? Даже лгать нормально не умеют, а все туда же, в большую политику да спасателей мира.
– Гатто странный, – доложила девица. – Детям он плохого не сделает, не волнуйтесь. Но сам по себе он не очень симпатичная личность. И своеобразный артефакт. На нашу сторону перешел недавно, до этого был… м-м-м… с теми, кто хотел жить как раньше. Говорят, у него гарем из операторов, а одну девушку даже до самоубийства довел. Она спрыгнула в огромную тварь мры, лишь бы не оставаться рядом с этим артефактом. И наверняка погибла.
– Эту заразу лопатой не убьешь, – так приятно было это сказать! Выживаемость у моего Мастера просто феноменальная, что значительно упрощает наше дальнейшее взаимодействие. Вот только отобрать ее у Гатто – и все дела.
– В смысле? – удивленно поднял уши кот.
– Эта девушка выжила и стала моим оператором. – Я с удовольствием пронаблюдал, как вытягиваются две юные физиономии. – У нас привязка. По всем правилам. А ваш «союзничек» раскрыл свою меховую пасть на чужое. Так что или мой хомяк сейчас спустится сюда и вы пнете похитителя под хвост, или я пну его сам, а дальше за результат вообще не отвечаю.
– Пожалуйста, не надо! – вдруг взвыл ушастый артефакт, но натолкнулся на мой взгляд. – Он, конечно, заслуживает наказания, – сразу стушевался парнишка, – но именно семья Гатто сейчас обеспечивает всех наших. Если вы его «пнете», – тут он и вовсе перешел на шепот, – некоторые дети могут и на улице остаться. Или без мры. У Гатто самые большие шушпанчиковые фермы в Зеленой долине. Хотя это мало кто знает.
– Не дети, а несчастье. – Пнуть мне хотелось всех подряд, и очень сильно. – Нормально надо охотиться, а не червей жрать!
– Но мы же не можем, – повесила нос цапля.
Я пожал плечами и с силой заколотил в ворота, игнорируя кнопку электронного звонка.
– Не умеете – научим, не хотите – заставим. Или проваливайте в свою ржу, раз такие самостоятельные. То, что я не прибил вас на месте и даже готов выслушать, не значит, что я простил вам похищение детей и готов копаться в ваших помоях. В лучшем случае просто дам вам направляющий пинок под зад, не более. Кто еще пикнет про Прародителя, тому вообще хвост оторву! Ну?! Мне эти ворота снести ко ржам, что ли?
– Кр-р-р? – из пустоты с готовностью материализовался куцыр… Тьфу, я уже начал называть зверя этим дурацким словом. От Лали заразился.
– Ты чего буянишь? – из-за угла вывернула Аола в сопровождении Крыкса и с интересом стала разглядывать всю композицию: поместье, ворота, занесшего лапу для пинка сэвена, притихших и смешно спрятавшихся за моей спиной зачинщиков безобразия. – О, дети. Откуда тут дети? Когда ты успел?
– У них спрашивай. Это вообще главные виновники случившегося. А времени и так в обрез. Лали в поместье. Зверь, бей, – приказал я сэвену атаковать, и тот в мгновение ока выбил казавшиеся монументальными железные ворота. Причем сделал это так, что бедные бронированные створки отлетели в сторону и проломили одну из стен поместья. А за стеной, похоже, располагалась купальня, где именно сейчас мылась стайка обнаженных девушек с детьми.
– Ты перестарался, – покачал я головой и слегка прикрыл глаза ладонью. Опомнившись за пару секунд, девушки-операторы дружно завизжали и разбежались в стороны, не забыв подхватить малышню.
– Все-таки надо было позвонить, – тяжело вздохнула цапля, смотря на масштаб разрушений. – Теперь точно мры не получим. А у нас дети…
– Да вы сами еще… – Я поморщился. – Пороть и воспитывать. В угол поставить и учебниками огородить, чтобы носа не высовывали во взрослые дела.
– А что делать, если взрослые ничего не хотят видеть, слышать и только убивают себя и всех вокруг? – вдруг серьезно и грустно спросил кот. – Мы хотя бы попытались что-то спасти.
Глава 21
Лали
Где-то сбоку и снизу раздался дикий грохот. Дом затрясло как при нехилом землетрясении. А потом по снова воскресшей ментальной связи с моим персональным чудовищем прилетел отголосок стыда. Это Мез там, что ли, так развлекается? Так нечестно, тоже хочу.
– Пришел, значит. Быстро, – недовольно фыркнул Гатто и агрессивно поджал уши. А затем резко подпрыгнул, доставая откуда-то пульт управления и вводя код. – Для начала активируем-ка систему защиты. Посмотрим, как он попляшет под шквальным огнем!
– Ошалел?! – Я сама не поняла, как это у меня получилось, но через секунду Гатто взвыл, схватившись за укушенное ухо, а я попыталась нажать на пульте ту кнопку, которую тискал паршивый енот, но в пылу сражения промахнулась, только выбила черную коробочку у гада из лап. Она отлетела к стене и с размаху грохнулась о нее. Ну… капец пульту. Надеюсь, системе тоже…
– Дура! – зло рявкнул Скай. – Идиотка! Там ведь не только твой артефакт, но и другие… теперь всем конец!
– Чернуха тебе! – зло огрызнулась я, лихорадочно соображая, что делать дальше и что я уже натворила. Кажись, все же привязка плохо влияет на мозги, они очень странно начинают работать. – Сломалось твое оружие!
– Ты серьезно поверила? Странно, вроде была догадливей, – внезапно засмеялся енот. – Если честно, я ожидал от тебя этого вероломного нападения. Столько лет прошло, а ты все не меняешься, моя маленькая Лали, – самодовольно улыбнулся Скай и позвал прислугу. – Принесите запасной пульт и отправьте остальных охранников в комнату управления. На всякий случай. А то у меня тут завелись милые и прекрасные… вредители. – Гатто подошел ближе к стене и активировал один из электронных проекторов. – Это был пульт от экрана видеонаблюдения, моя родная. Турелями и прочим оружием управляю не я. Было бы странно делать это, не видя врага.
– Скотина ушастая, а я еще, дура, решила, что ты изменился. – Обидно было до мры, но больше страшно. Не то чтобы я не верила в Меза, но этот гад ведь готовился. Плазменные пушки он видел, значит, какое-то представление о противнике имел. А вдруг что-то совсем убойное в загашнике имеет?! – Сам ведь сказал, что мой артефакт там не один. И что, передумал других щадить?!
– Не волнуйся, турели скорее для отвлечения. А вот снайперы уже работают на результат. – Экран проектора загорелся, и я увидела до боли знакомую фигуру, скачущую по всему двору от выстрелов разного калибра. Мез, казалось, не испытывал по этому поводу какого-то страха, скорее демонстрировал презрение и раздражение.
– Хм, а он достаточно интересный артефакт. Я еще не встречал настолько… боевых. – Гатто буквально прильнул к экрану, взволнованно мотая хвостом. Как я удержалась, чтобы не прыгнуть и не выдернуть из него это пушистое недоразумение, – чудо просто. Наверное, все же мозги включились, испугалась, вдруг я его за хвост, а он как пальнет изо всех своих «бутафорских» стволов от неожиданности…
– Куцыра только тронь! – Пернатое нечто сунулось в ворота и плюнуло… ой… чем он плюнул в стреляющих?!
– То есть артефакта твоего можно продолжать расстреливать?
– В него ты все равно не попадешь, – позлорадствовала я, – а вот он тебе точно хвост оторвет!
– Возможно. Похоже, встречаться с ним лицом к лицу действительно не стоит. Ты говорила, он из древнего клана? Бред, Лали. Абсолютный бред. Ты только посмотри на эту живучесть, ни в одном клане такому не учат. Что ж, похоже, придется заходить с козырей. – Енот неуверенно потянулся к пульту, а потом вдруг пристально посмотрел на меня. – Если оставить тебя одну, сбежишь же, вишенка.
– Сам такой, – машинально огрызнулась я, глядя на енота с почти прежней ненавистью. Близость собственного артефакта кружила голову, била по нервам огнем и холодом, растекалась в крови пьяным желанием близости. Не сексуальной даже – то есть и оно там было, но не главным. Больше всего я хотела схватить, обнять, прижаться… вдохнуть его запах. И порыдать от души. – Даже не сомневайся, Скай. Я не твоя и твоей никогда не буду.
– Ну, это не тебе решать, хомячок. Пусть даже этот мир разваливается на части, им все еще правят артефакты. – Гатто вытащил откуда-то из-под кровати бутылку дорогого хереса и заставил слугу принести два бокала. – Посмотрим представление? Сейчас еще приготовят твои любимые ягоды в сахаре в качестве закуски.
Он разлил напиток по бокалам и протянул один мне.
– Ты рехнулся?! – уточнила я, с недоверием глядя на разворачивающееся представление. Вот мра, этот енот стал еще более сумасшедшим, чем был! И это я говорила, что он более предсказуем? Да щаз! Вообще непонятно, что там в лохматой голове замкнет в следующий момент.
– Для храбрости мне и от нервов – тебе, – почти ласково пояснил Гатто, протягивая мне бокал. И видя, что я даже не собираюсь употреблять эту подозрительную жидкость, потерял терпение: – Пей! Быстро!
– Не буду! – Все, теперь точно не стану пить, больно уж настойчиво он пытается запихнуть в меня спиртное. Аж оскалился, совсем как в старые времена, когда строил из себя крутого древнего артефакта, дрессирующего строптивого оператора.
– Хорошо, тогда конфету. – Скай явно старался держать себя в руках, хотя они у него прямо заметно дрожали от желания схватить, скрутить и запихнуть.
– Не хочу! – Может, пока мы тут глупо препираемся, Мез проломит еще пару стен и вытащит меня уже?!
– Ну, по старинке – значит, по старинке. – Уши артефакта дернулись, а я почувствовала едва заметный укол в шею. Отскочив от артефакта, обнаружила в его руке тонкий и, увы, пустой инъекционный шприц. – Жаль, снотворное в конфетах было мягче. Но зато теперь ты точно заснешь в течение трех минут.
– Скотина, – коротко и зло прошипела я, а потом заорала во все горло, что вслух, что в ментале:
– МЕ-Е-ЕЗ! Я ЗДЕСЬ! ВЫТАЩИ МЕНЯ!
– Глупости. Мы в другом конце поместья. Хоть оборись, никто тебя не услы... Хм?! – тут енот обратил внимание на происходящее на экране, где Мез одним рывком достиг турели и буквально пробил ее насквозь когтями.
– Иду, Лали, – улыбнулось мое чудовище прямо в камеру и побежало в нашу со Скаем сторону. Ну, я думаю, что в нашу – так-то он просто исчез из поля зрения камер.
– Мра, – выругался артефакт. Точно в нашу. – На это я абсолютно не рассчитывал. Что ты сделала?
– Позвала, ты же слышал, – злорадно улыбнулась я. – Буду спать на руках своего артефакта, а ты иди в чернуху, скот ушастый!
– Нет. – Гатто тоже зло оскалился. – Даже не надейся. Сиира!
И он еще что-то сделал. От чего я мгновенно потеряла сознание…
Глава 22
Мез
– Иду, Лали! – Я услышал зов своего Мастера как в ментальном, так и в материальном спектре. Благо мои чувства многократно усилились во время битвы. Обстрел велся со всех сторон, но я специально вышел на открытое пространство, чтобы ржавый енот сосредоточился только на мне. Защищать еще и мелких артефактов с Коброй я не собирался.
Мы со зверем уже заранее думали о плане штурма. И пока я отвлекал, сэвен проникал в достаточно допотопную систему управления защитой особняка. Мой зверь уникален. Прародитель напихал в него буквально все и еще немного сверху, чтобы я точно смог выполнить миссию.
Вот только ментальный вопль Мастера звучал со слишком уж отчетливыми паническими нотками. Пришлось в разы ускориться, мысленно пнув куцыра, чтобы тоже пошевеливался и быстрее взламывал все, что можно и нельзя взломать.
К тому же зов доносился с той стороны, куда я пока не думал прорываться. Самое защищенное здание поместья, в котором я раньше почувствовал своего Мастера, яростно отстреливалось. Но Лали, судя по связи, уже находилась совсем в другой стороне. Где-то вон в тех низеньких постройках, которые я принял за служебные помещения или дома слуг.
Ну, так даже лучше. Быстрее будет.
– Кр-р-р! – ликующий вопль зверя совпал с прекращением огня, но я уже не обращал внимания на такие мелочи. Походя разбросав выскочивших навстречу артефактов и странных мелких роботов, похожих на ищеек с Горгонзолы, я целенаправленно двигался к своему Мастеру. Она согласна прибить енота! Она снова этого хочет. Кто я такой, чтобы отказывать?!
И вдруг все кончилось. Связь словно мигнула и… нет, не прервалась, но стала такой эфемерно тонкой, что у меня на мгновение остановилось сердце. Заснула? В такое время?! Нет, скорее всего, без сознания! Эта мразь вырубила Лали!
Еще один отголосок неясного движения – и Мастер будто пропала с радаров. Я все еще ощущал, что она жива, но больше не мог угадать направление. Да что за?! Нет, так не пойдет.
Мой яростный рык совпал с боевым кличем ящера, и мы вдвоем пошли громить поместье. Туда, где я в последний раз засек Лали. Надо быстрее, надо помешать еноту снова ее унести, надо…
– Э, погодь! Не надо всех подряд крошить! – Откуда-то из-за моей спины вынырнул Крыкс и замахал руками. – Слышь?! Хэй! Они сдаются!
– Плевать. Мне надо найти Лали! Она без сознания, и я ее не чувствую! – Мои глаза затянула красная пелена. Сдаются? А чего ж они не сдавались, как только зверь стену проломил?! Как будто не знали, кого украл их «хозяин».
Крики с трудом пробивались сквозь мою ярость, которую подпитывала злость сэвена. Не знал, что он вообще может впадать в такое неистовство, он же даже не живой. Вроде бы… Чего они все орут? Мне нужна только Лали!
– Рамзес! Рамзес! Прародитель!
От дружных громких воплей звенело в голове, заглушая и без того эфемерный отголосок ауры моего Мастера. Я поневоле остановился, развернулся и рявкнул:
– Заткнулись все!
Вокруг стало оглушительно тихо. Исчезли не только назойливые голоса союзников, но и прочие звуки вроде шума листвы. А я увидел в одном из входов в поместье его. Жалкую тварь, которой надо свернуть шею. И его лицо… нет, морда! Его морда полностью отражала мое желание убить соперника, покусившегося на святое. Он не убегал. Стоял уверенно, держа в руках что-то вроде местного огнестрельного оружия. И это подобие пистолета он медленно, будто в замедленной съемке, навел на меня. Не знаю, что на меня нашло. Но внезапно все эмоции как отрубило.
Так же медленно я выпустил когти и спокойно, шаг за шагом, начал приближаться. С каждым исчезающим между нами метром я более детально рассматривал своего врага. Странно. Был бы он Оружием из нашей вселенной, я сказал бы, что у него голод. И ломка. Пальцы Гатто, затемненные к кончикам, мелко подрагивали. А взгляд выдавал безумие. Вкупе с темными кругами вокруг глаз и общим телосложением он был похож на заядлого наркомана.
– Моя… моя… – расслышал я шепот, как только приблизился на достаточное расстояние.
Убожество. И это кто-то считал хозяином и опасным врагом? Да тут нужны санитары.
«А ты не лучше», – вдруг прилетела мысленная оплеуха от зверя, и в моей голове появилась картинка такого же психа. Только сверкающего зелеными глазами, полными гнева, и кровожадно скалящего ядовитые клыки на слуг-операторов. А уж когда запись дошла до того момента, когда я увидел Гатто... м-да.
Я подошел уже слишком близко, но енот все не стрелял. Пуля, лазер, плазма? Без разницы, увернусь раньше, чем он сможет нажать на спуск. И чем спокойнее становился я, тем больше тряслись руки у артефакта.
– Приш-шлый, – едва слышно сорвалось с чужих пересохших губ. – Неважно... Неважно! Ради нее… все равно убью!
– Где она? – спросил я почти спокойно. Лали жива. Да, ее невозможно отследить, но раз этот ушастый трясущийся придурок здесь, то и она неподалеку. По нему же видно, что не отпустил бы. И спрятал тоже где-то рядом, чтобы иметь возможность быстро добраться самому.
– Ты ее не получишь, – оскалился чокнутый енот. – Ты ее не найдешь!
И пошатнулся, стреляя. Не попал. Мне даже особо уворачиваться не пришлось.
Если кто-то думал, что я пожалею недобитка, он ошибался. Он еще не такого заслужил, поэтому с размаху в челюсть – это, считай, милосердие с моей стороны. И коленом под дых, и ногой по почкам, и…
– Хватит. – Ладонь Аолы на плече была твердой и теплой.
– Где Лали? – Я стряхнул чужую руку и снова пнул гаденыша, скорчившегося у меня под ногами. Вот интересно, до того, как я начал его бить, чего он так трясся?
– Убей меня, и тогда ты ее вообще не найдешь, – засмеялся окровавленным ртом енот-суицидник.
– Надейся. Как только очнется, по-любому найду. А так – процентов девяносто пять, что найду именно я, и сто – что найдет зверь. Он чувствует след даже месячной давности.
Ну а в крайнем случае… сам покажешь, не вытерпишь без Мастера. – Я зло и насмешливо прищурился, внимательно вглядываясь в ауру недосоперника.
Нет, привязки не появилось. Лали его не захотела и, соответственно, никакой эмоциональной связи создавать не стала. Ее чувства – ну максимум жалость к недоделку. И к его ушам! Отрежу ко рже.
Я хотел было пнуть урода еще раз и оставить его Крыксу – у брата моего Мастера тоже явно кулаки чесались. А мне нужно найти Лали и…
Неожиданно для всех под ногами дрогнула земля. Да так сильно, что я едва удержался на своих двоих. Где-то в дальнем углу поместья расцвело огненное дерево.
Енот с неожиданным проворством вскочил на ноги и уставился на происходящее ошалелыми глазами. Я еще успел подумать, что сволочь хорошо притворялась обессиленной и тянула время. Надо было сразу добить. Ничего, сейчас исправлю.
И вдруг Гатто завыл так страшно, что у меня волосы встали дыбом. Крик был похож больше на звериный, чем на человеческий.
– Опять, Лали! Опять! Ты не оставишь меня! Не умрешь!
Мое сердце пронзила ледяная игла страха. Взорвались… те самые низенькие постройки, в которых я ощущал моего Мастера в последний раз.
Глава 23
Мез
Даже пнуть это оруще-воющее нечто под ногами уже не хотелось. Что возьмешь с ненормального? Плевать на него! Там мой Мастер!
Такого напряжения всех энергетических планов я не переживал даже во время облав на Горгонзоле. Даже когда резал охранников в лаборатории. Даже когда вытаскивал своих из-под завалов и огня…
Сейчас я весь превратился в один большой радар, беспрерывно сканирующий пространство в поисках одного-единственного отклика. Он не мог совсем исчезнуть! Не мог!
Мимо сознания, почти не задевая разума, скользили тени людей вокруг, их разговоры и прикосновения. Лесс, Аола… недоразумения с ушами… воющий на земле енот… какая-то всклокоченная девка со злой ухмылкой, появившаяся вроде бы из ниоткуда и остановившаяся прямо над хозяином всего этого бардака.
– Вот теперь хорошо, – сказала она, глядя на Гатто сверху вниз. – Теперь тебе больно? Очень?
Артефакт не слышал ее, задыхаясь от собственного поскуливания.
– И мне было больно, мразь! И мне было больно, когда ты полосовал мне спину! – Девушка разорвала на себе подол и так потрепанного платья, оголяя бедра. – А помнишь, как ты оставил мне этот шрам? – Она показала на круглый шрам от ожога. – А этот? – прикоснулась к лицу, а затем и вовсе начала пинать не сопротивляющееся тело. – Мне, – удар, – было, – еще удар, – больно!
Я был настолько потрясен этой сценой, что ненадолго замер. Казалось бы, женщину надо пожалеть. Дать ей отрыдать на чьем-то плече свое горе, избить обидчика и успокоиться, но… меня от этой девчонки буквально подташнивало. И интуиция на грани сознания била во все колокола. Слишком уж сильно воняло от нее злорадством, высокомерием и жестокостью. Вся в хозяина.
Одно хорошо – от этих пинков чокнутый енот немного пришел в себя. Получив носком туфельки в челюсть, он мотнул головой, открыл глаза и неверяще всмотрелся в женщину.
– Сиира?! А где… ты же… где ОНА?!
Откуда только силы взялись, Гатто взвился, словно его вторым взрывом подбросило. И вцепился в психопатку обеими руками, начал трясти.
Но та только смеялась как ненормальная. Хотя почему «как»? По-моему, они все здесь давно проржавели на всю голову. Коллективно! И моего Мастера еще старались свести с ума, даже сама Лали это заметила.
– Она там! – Все еще хохочущая истеричка размахнулась и залепила еноту пощечину. – А ты идиот! Ты доверил мне увести ее! Конечно, я воспользовалась случаем!
Если я не ошибаюсь в сути их разговора, то эта девушка и взрыв имеют прямую взаимосвязь. Она решила взорвать Лали?!
– Я убью тебя, – озвучил мои мысли енот и попытался свернуть обезумевшей шею. Если честно, первые доли секунды я был с ним полностью солидарен и даже не хотел мешать. Но еще один взгляд на торжествующее выражение девушки-оператора заставил меня передумать.
– Стой, – я едва успел перехватить яростно скалящегося артефакта за шкирку, – она ведь этого и добивается.
А в голове промелькнула еще одна мысль. Если она действительно убила Лали, то мне станет плевать на все ее причины. Страдать она будет долго. За компанию с ненавистным хозяином.
– Почему?! – прохрипел между тем Гатто, все еще не отпуская шею девицы, но все же позволяя той дышать.
– Почему?! – У меня от ее истеричного смеха зудящие мурашки по спине побежали. – Почему?! Ты еще спрашиваешь?! Потому что ты должен страдать так же, как все остальные! Потому что я тебя ненавижу, тварь!
– Так убила бы его, при чем тут Лали? – как ни странно, логичный вопрос почти спокойным голосом задал не кто иной, как Крыкс. Он опять был ни капли не похож на разгильдяя с помойки, но держался стойко.
– Нет, так легко он не отделается, – прохрипела ненормальная. – Смерть – это всего мгновение. А он должен мучиться долго! Так же, как мы! Как я! Пусть почувствует, мразь, что значит боль! Что значит никогда не получить то, без чего не можешь жить!
– А Лали? – настаивал Крыкс, которого сейчас как никогда хотелось называть настоящим именем – Лесс. – При чем тут она?
– Ни при чем. – Ненормальная умудрилась пожать плечами даже в захвате хрипящего от боли и ненависти енота. – Ничего личного… хотя нет, жалеть ее я тоже не стану. Дура, не понимающая своего счастья и влияния. Были б мозги, она бы как сыр в масле каталась и за ухом его чесала еще до побега. А ей приспичило на волю, кретинке. Свобода дороже жизни? Ну вот, я исполнила ее желание. Все равно Гатто никогда не отпустил бы свою ненаглядную дуру. А теперь она ему точно не достанется! И душа свободна!
Безумный вой оглушил и заставил зажать уши руками. Кажется, енот заорал не столько голосом, сколько в ментале. И снова попытался убить девицу, но на него напрыгнули со всех сторон и чокнутую отобрали. Она все смеялась, а потом вдруг выкрикнула:
– Даже ее паленые кости ты без меня не найдешь! Хочешь убить? Давай! И никогда не узнаешь, как именно умерла твоя девка!
Я понял, что с этим дурдомом пора заканчивать. Но… Честно говоря, если бы я хоть на секунду поверил в смерть Мастера, эту тварь, как и Гатто, не спасло бы ничто.
Но я уже больше минуты отчетливо чувствовал колебания в ментале. Лали оставалась без сознания, но она была жива. Именно потому, глядя на все эти эмоции и трагикомедии, я уже был почти спокоен.
«Зверь? Что-нибудь чуешь?» – спросил я куцыра.
«Этот. Громко. Мешает. И огонь. Запах сильный. Не чую!»
Впервые сэвен не просто ментально транслировал образы, но и сопроводил их вполне внятными словами. Меня предупреждали, что система самообучающаяся, но чтоб настолько… хотя это к лучшему.
– Заткнись, придурок. – Я в два шага подошел к бьющемуся в руках ушастых недорослей еноту и от души влепил ему пару оплеух. – Она жива. А ты мешаешь мне почувствовать, где именно.
Теперь уже и артефакт застыл. Судорожно вздохнул. И поднял на меня быстро прояснившийся взгляд, полный такой жаркой надежды, что она почти обжигала. На хрен. И во ржу. Это не его надежда и не его Мастер.
Но убить уже рука не поднимается. Как больному бешенством животному шею свернуть – вроде надо, но слишком… Не знаю. Я, наверное, слишком размяк. Или эмоции Лали влияют.
– Кр-р-р-р! – оживился сэвен, разворачивая морду куда-то вправо.
– Двигается? Но все еще без сознания… – Я так сосредоточился на ощущениях, что говорил вслух и сам того не замечал. – Это странно. Но сейчас поправим. Зверь?
– Не успеешь, – прилетело в спину хриплое карканье. – Я приняла меры. И я была не одна! Найдется, кому довести дело до конца, раз эта сучка не сгорела сразу!
Глава 24
Мез
– Ну что? Что нибудь выяснили? – Я с удивительным для себя спокойствием поинтересовался о допросе Сииры у Кобры. Изначально этим хотел заняться я, но местная древняя категорически это пресекла.
«Женщина лучше поймет женщину. А уж как причинить той боль, физическую или моральную, тем более», – сказала она тогда и утащила свихнувшуюся в одно из уцелевших подвальных помещений.
– Нет еще, видишь, за инвентарем пришла, – фыркнула девушка и, буквально выдрав несколько перьев у артефакта-цапли, снова скрылась в импровизированной допросной. Щекотать она ее, что ли, собралась? Наверное, придется потому еще самому… вспомнить былые навыки.
После такого обращения мелкие ушасто-хвостатые вредители опять разбежались, остался только я с Крыксом да сильно помятый енот. Не самая приятная компания. В воздухе скопились агрессия и напряжение.
– Почему не добиваешь? – прохрипел с пола Скай. После его отчаянного воя и истерики из него будто выкачали все силы. В принципе, наверное, так и было. Скверны в нем совсем с каплю.
Мне на него даже смотреть было противно.
– Добивать? Зачем? – Я бы не стал отвечать, но этот псих явно не оставит в покое. – Ты сам себя добьешь успешнее. Причем совсем скоро, если продолжишь вести себя как идиот.
Дожили. Поучаю какого-то паршивого енота. Да пусть сдохнет, мне же лучше. Раньше я только и думал о том, чтобы свернуть ему шею, а сейчас творится что-то непонятное.
– А ты умный. – В голосе придурка слышалась усталая ненависть. – Почему она выбрала тебя? А?
– Потому что я ее не бил? – Добивать животное не хочу, зато пнуть в больное – с превеликим удовольствием. – Не мучил? Ни к чему не принуждал? Не запугивал? Не строил из себя хозяина? А вообще, заткнись. Ты мешаешь мне слушать.
– Что слушать? – спросил не енот. Тот заткнулся, словно понял и послушался, даже удивительно. А затем и вовсе подкатился ближе, так и не вставая с пола.
Спросил Лесс, в смысле Крыкс. Почему-то чем дальше, тем чаще у меня в голове всплывает его настоящее имя, а не кличка.
– Лали. Если бы она умерла, я бы, наверное, тоже сейчас либо крушил все вокруг, либо безвольно катался по полу, как вот этот облезлый коврик. – Я не удержался и слегка пнул хвост Гатто. Пушистая конечность вздрогнула, но ее хозяин будто не обратил на это внимания. Он навострил уши и тщательно вслушивался в наш разговор.
– Так, может, ты сразу спросишь, где она? – Лесс, судя по всему, за мной следил внимательно. А еще он умный и тоже сопоставил некоторые факты. Раз я спокоен – его сестра жива. Вот и не отходит теперь ни на шаг. Еще и вопросы задает по делу.
– Не могу. Я не чувствую даже отголоска ее эмоций, не то чтобы устраивать какое-то ментальное общение. То ли она далеко… то ли в коме, как Ланселот. Но она точно жива, связь плотная и стабильная. Жаль, что это единственное, что можно сейчас понять. – Я вздохнул и откинулся в потрепанном кресле, которое мелкие артефакты вынесли мне буквально из руин.
Тихий смех с пола прозвучал уж очень неожиданно. Первым порывом было пнуть как следует в морду этого весельчака. Просто так, для профилактики и за все хорошее. И потому, что его хихиканье мне реально мешает. Словно помехи по каналу привязки.
– Даже не надейся. – Я все же ткнул носком ботинка в енота, правда, не в морду, а в задницу. – Ты даже вторым Оружием под меня не годишься. Мой Мастер не для тебя.
– Вторым оружием? Под тебя? Звучит настолько же невозможно, насколько и по́шло. – Скай подкатился ко мне совсем близко, а потом и вовсе одной рукой схватил меня за лодыжку. Я понимал, что он не сможет мне ничего сделать, а потому не стал его лягать. Во всяком случае, сразу. – Значит, у вас может быть несколько артефактов у одного оператора?
– В правильной раскладке у Мастера может быть столько Оружий, сколько он сам захочет, – злорадно просветил его я. – Но тебя Лали не захочет совершенно точно, поэтому мне не о чем беспокоиться.
– В правильной раскладке? – Последнюю мою фразу енот проигнорировал и заинтересованно дернул ушами на первую.
– Сам подумай. Даже один человек может пользоваться как пистолетом, так и ножом. А если поднять свой зад и еще чему-то научиться, то и вовсе любым видом оружия. А вот зачем одному Оружию много хозяев? Для меня это до сих пор главная загадка вашего прогнившего мирка. Абсолютно нерационально же. – У меня начал слегка дергаться глаз, потому что облезлый недозверь до сих пор держал меня за ногу.
– Ваши операторы сражаются вами? – опять вопрос задал не енот. Лесс успел первым.
– Ну а почему мы называемся Оружием? – Я пожал плечами. – Мастер и Оружие – боевой симбиоз. И главный в нем опять же Мастер. Его рука и его воля направляет Оружие, его аура принимает поток скверны, перерабатывает, очищает и возвращает в том виде, в котором Оружие может ее усвоить. А с какой стати вы свою связь так извратили – вон у придурка надо спросить.
– Нами не сражаются. Нас доят. Вернее, доили, – поправил вышеупомянутый придурок. – Мы артефакты. Существа, способные перерабатывать мраа в эликсир бессмертия для операторов.
– Идиот. – Я пожал плечами. – Ну и как вы эликсир могли потреблять до того, как он через оператора пройдет?
Енот просто пожал плечами и наконец разжал свои культяпки.
– Скажи, пришлый. У меня есть возможность стать… оружием? – удивительно серьезно спросил он.
– Делать мне больше нечего, смотреть в твою гнилую ауру. – Я даже фыркнул и передернул плечами от отвращения, но все же удовлетворил скорее свой интерес. – Не сможешь. След у тебя есть от чего-то метательного… но будто затертый. Как истлевшее изображение на старой пленке. Даже если накачать тебя скверной, то есть мраа, по самые гланды, ты не обернешься. Впрочем, насколько я понял, не ты один. Все артефакты в этом недобитом мире потеряли свою способность быть настоящим оружием. И сами в этом виноваты.
Отреагировать на мои слова енот не успел, потому что за спиной послышались шаги. Я резко обернулся:
– Ну?!
– Не было у этой сумасшедшей никаких сообщников. – Кобра вытерла руки салфеткой и не глядя уронила ее куда-то на енота. – Фу… очень неприятно. Так вот. Она не знает, где Лали. Она даже взрыв толком не устраивала, только повредила энергогенератор. Думала, дом загорится, а не взорвется. Очень эмоциональная девушка, а еще врет как дышит, быстро подстраиваясь под ситуацию. Кстати, про беременность она тоже врет.