Текст книги "Жена главного советника. Клинок Мугунхва (СИ)"
Автор книги: Ирина Ардо
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)
Больше ничего не было, но стало ясно, что брат предлагал мне сделать выбор.
– И как же вы скрывали пропажи своего брата по ночам? – ухо обдало горячим воздухом, а сама я дёрнулась прочь.
Вглядываясь в сообщение, я не заметила, как супруг встал из-за стола и приблизился ко мне на непозволительное расстояние.
Наверное, пришлось бы лечить ушиб, но мужчина оказался проворнее, ухватив меня одной рукой за талию, другой – за запястье. Что-то внутри дрогнуло от нахлынувших воспоминаний. Я будто снова вернулась в тот вечер, когда мы с братом едва не погибли.
Сердце застучало ещё быстрее, когда я столкнулась с напряжённым, практически изучающим взглядом. В голове Бён Чхоля словно мелькали обрывки, складывавшиеся в единую картину, но что-то всё же не давало ему прийти к нужному выводу.
– Я полагал, что это рука мальчишки, – он принялся поглаживать чувствительную кожу большим пальцем, не переставая размышлять вслух. – Ещё думал, какой же он хрупкий, пусть и очень способный. Могло ли случиться так, что вторым бойцом была… женщина?
А вот теперь точно всё.
Чёрт!
– Так получилось, – я пожала плечами, не разрывая зрительного контакта.
– Я мог тебя убить, дикий цветок, – муж нахмурился и теперь уже смотрел на меня с укором. – Чем ты думала, когда бежала за вооружённым мужчиной?
– Так получилось, – мой голос больше напоминал тихий шелест осенней листвы, чем твёрдый ответ.
Мне было страшно. Я ведь и понятия не имела, как Бён Чхоль отреагирует, узнав правду.
Внезапно он развернул меня так, чтобы я прижималась к нему спиной и задрал рукав, под которым крылась уже почти зажившая рана. Совсем скоро от розоватой полосы останется лишь небольшой и тонкий шрам.
Не двигаясь, я особенно остро ощущала, как напрягся мужчина. Он медленно провёл пальцами по повреждённому участку, вызывая у меня неизвестное до этих пор волнение.
Такое просто движение показалось слишком интимным, и я поспешила отстраниться, пока в голову не начали лезть странные мысли, не относящиеся к делу.
– Запомнил, значит, – буркнула, поправляя рукав.
– Запомнил, – не стал отрицать, и на том спасибо. – Получается, моя жена – тот самый враг короны?
Я бы напряглась, если бы не насмешливость в голосе Бён Чхоля. Он не сердился, не ненавидел. Даже одобрял.
Казалось, большее удивление просто невозможно, но человек, за которого я вышла замуж, каждый раз доказывал, что это не предел. Он быстро понял, что перешёл грань и вернулся на своё место.
– А что же тогда говорить о брате короля?
– И о самом короле.
– И о самом… что?!
Слышите грохот? Это корка моих убеждений треснула и раскрошилась под натиском открывшейся правды. В это можно было легко поверить, если вспомнить, как слаженно действовали те двое. Годами отработанная синхронность. Поразительно!
И как до меня сразу не дошло?
– Через три дня у нас встреча с твоим братом в доме нашего друга. Мне трудно представить себя, сражающимся плечом к плечу с женщиной, но потом я вспоминаю, что уже это делал, – казалось, сложившаяся ситуация его забавляла.
– И? Ты предлагаешь мне присоединиться к вам?
– Как твой супруг я категорически против этого. Но как главный советник не могу не признать, что твои способности впечатляют. Так что выбор за тобой.
И он действительно предполагал, что я откажусь?
ГЛАВА 17: Дикий цветок
«Спустя время всё вокруг человека может поменяться,
как и его чувства…»
©Дьявол рядом с тобой
Вечер того же дня
Бён Чхоль
Знал, что согласится.
Понял в ту же секунду, когда до меня дошла простая истина – моя жена и тот мальчишка всегда были одним человеком.
Совладать с собой было непросто, учитывая, что мне и в страшном сне не могло присниться, будто я поднимаю руку на женщину. Никогда бы не вступил в бой, если бы знал.
Не предложи я ей присоединиться к нам, она бы вылезла сама и точно нарвалась бы на неприятности, как в тот раз. Слишком импульсивная при своей хрупкости. Погнаться за мужчиной, который сильнее неё, вступить в неравный бой со множеством соперников, не глядя по сторонам… Дикая.
Готов поспорить, что глава семьи не знает о её ночных вылазках, уж больно дочь любит. Точно не отпустил бы. А мне пришлось присоединить её к нам, так она хотя бы будет под присмотром.
В чём-то Мён Су превосходила многих воинов, но ей везло, ведь на сбор податей отправляли сильных идиотов. Умная и юркая девочка легко обводила их вокруг пальца, чего ей явно не удастся, если она в определённый момент столкнётся с настоящей стражей одного из советников или же с королевской.
– Я готова! – она была одета в рубаху и штаны, смотрела прямо, сдерживая рвущуюся наружу радость.
Мы договорились встретиться во дворе на закате. Женская половина была окружена особенно высоким забором, так что никто снаружи не смог бы нас увидеть, не попавшись при этом мне на глаза. Мён Су всё же были нужны тренировки с более опытным бойцом.
Впервые я видел её такой оживлённой и счастливой. Никогда прежде она не улыбалась мне так открыто.
– Держи, – протянул ей один из мечей. – Сейчас будешь учиться нападать.
– Я и так умею, – тут же ощерилась она. – Сам видел!
– Тогда для тебя не составит труда напасть на меня снова. Бей в полную силу.
Девушка с подозрением посмотрела на меня, но всё же примирилась к мечу и, схватившись за него поудобнее сделала первый выпад, от которого я легко увернулся. Пара таких мелких неудач и Мён Су уже пыхтит от злости и теряет самообладание.
Я понимал, что это связано со мной и тренировочной обстановкой, но ей нужно учиться держать себя в руках при любых обстоятельствах. Когда-нибудь неосторожный порыв может стоить ей и её союзникам жизни.
– Помнится, передо мной был более умелый воин, – намеренно провоцировал и, наконец, добился своего.
Мён Су зарычала и бросилась ко мне с небывалой скоростью, рубанув мечом снизу вверх. Этот удар мне всё пришлось увести в сторону, задействовав свой клинок, что вызвало у моей супруги настоящее ликование.
Почувствовав азарт, она снова и снова пыталась заставить меня обнажить меч, но продолжала терпеть неудачи. Тогда, в первый раз, она застала меня врасплох, дальше я примерялся, пытаясь понять, чем владеет странный юнец, теперь же бой шёл на моей территории и по моим правилам.
– Давай, моя дорогая супруга. Ну же, попади по мне. Помнится, один раз тебе это всё же удалось.
В её глазах вспыхнула неприкрытая ярость. Шпилька давно валялась где-то на земле и длинные чёрные волосы разметались по её плечам. Отдельные прядки то и дело прилипали к взмокшим шее и вискам, но казалось, что она совершенно не замечала этого.
Дикий цветок редчайшей красоты. По слухам дочь Хван Ки Ёна была красива, но не настолько, чтобы слагать о ней песни. Ошибались. Они просто не видели эту женщину в бою, полыхающую огнём праведного гнева и сжимающую кулаки. Уставшая и обессиленная Мён Су всё равно рвалась в бой.
Но выжимать из неё все соки нельзя, иначе завтра она просто не встанет, а ведь у нас впереди ещё несколько занудных наставлений.
Резко выдохнув через рот, моя жена нанесла размашистый нисходящий удар, и я остановил её лезвие своим мечом. В гневе она совершенно забыла о том, что вес противника можно использовать против него самого, хоть мне и доводилось быть свидетелем того, как она проворачивала подобный трюк.
Надавив посильнее, я заставил её отступить и, схватив за руку, одним движением развернул к себе спиной. Меч Мён Су упал на землю с глухим стуком, пока моя жена рычала и пыталась вырваться из захвата.
– Можешь даже не пытаться, – хмыкнул я, крепко удерживая её одной рукой. – Ты слишком слабая для меня.
Я не хотел её унизить или как-то оскорбить, просто озвучил факт. Младше меня на тридцать один год, ниже на две головы – в прямой схватке у неё против меня ни единого шанса. Возраст лишь добавлял мне преимуществ. Не знаю, какой идиот решил, что в девятнадцать-двадцать лет женщина уже считается старой девой. Могу судить по себе, что у обычного человека в этом возрасте ни единой умной мысли в голове не рождается, а что уж говорить про магически одарённого…
Мён Су пришлось рано повзрослеть, но природу всё же не обманешь.
– А ты и рад, – всё же выпуталась она, стоило мне ослабить хватку.
– Был бы удивлён, имей ты силу равную моей, – потрепал её по макушке, чем заслужил ещё один гневный взгляд. – Ничего, сейчас расскажу всё. Вставай напротив и бери меч.
Жена удивлённо хлопала глазами, но всё же сделала так, как я сказал.
– И что теперь?
– Ты безусловно хороша, брат хорошо тебя натренировал, но есть нюанс – ты бросаешься вперёд, не оценивая риски, даёшь волю эмоциям и допускаешь ошибку за ошибкой. Даже сейчас ты злишься и готова снова пойти в атаку. Скажи на словах, какие твои дальнейшие действия?
– Ударю под левую руку…
– И подставишь свою. Сейчас я просто уворачивался, но дальше нам предстоит сталкиваться с людьми, владеющими оружием в совершенстве. Ты это понимаешь?
– Не совсем.
– Никогда не надейся на свою скорость. До этого ты сталкивалась со слабыми соперниками. Твоя подготовка выше среднего, но всё же не на должном уровне. Медленно покажи мне, как ты замахиваешься и наносишь удар, а я докажу тебе, что прав.
Мён Су выполнила всё, как надо, но за своей злостью не заметила лезвие, замершее аккурат под её левой рукой.
– Это будет выглядеть как-то так.
С удовольствием я наблюдал, как марево ярости спадает и больше не загораживает обзор моей супруге. Теперь она превратилась в настоящую ученицу, готовую усваивать всё, что ей скажет мастер.
Никогда прежде я не видел женщин в боевом искусстве, однако всё случается впервые.
– И что тогда делать? – Мён Су отстранилась и внимательно посмотрела на меня.
– Будем разбираться.
И разбираться пришлось действительно вместе, потому что мужчину тренировать гораздо проще. Эмоции уходят и не затмевается сознание, девичьему разуму нужна эта подпитка, и здесь приходится думать, как обернуть её на пользу.
Излишняя порывистость только вредит и способна дать сопернику неоспоримое преимущество. Но что, если научиться задавать ей нужное направление? Такое вообще возможно в этом случае?
Выбившись из сил, жена выронила меч и легла на землю. Мы упражнялись до наступления темноты и теперь в её глазах отражались звёзды, загоревшиеся на небосводе. Удивительная картина, достойная руки лучшего художника Чонгхона.
Неожиданно она расхохоталась и закрыла лицо ладонями.
– Давно меня так не отделывали! – выпалила она, не справившись с эмоциями.
Я же едва поперхнулся воздухом, услышав подобное из уст благовоспитанной девушки.
Сколько же в тебе сюрпризов, моя дорогая супруга?
– Может, выпьем чаю? – спросил, так и не найдя более подходящих слов.
Она посмотрела на меня сквозь пальцы и кивнула, продолжая смеяться. Что-то внутри меня дрогнуло, всколыхнув давно забытую нежность. Разметавшиеся по траве волосы, вольное поведение… на всё это я даже не обращал внимания, постепенно осознавая, что, похоже, впустил в свою жизнь не только нового человека, но и глоток свежего воздуха.
Именно в эту секунду мне казалось, что прежде я жил в закрытой комнате, воздух в которой был спёртым и затхлым, и кто-то решил распахнуть окно.
Хорошо, что мои планы на супружескую жизнь не сбылись. Другая не согласилась бы оттачивать со мной мастерство меча и не валялась бы в траве, безудержно хохоча после этого.
– Надо найти шпильку, – вспомнила Мён Су. – Не помню, когда и где её потеряла.
– Сообщу слугам, – подал ей руку, чтобы помочь подняться, и забрал хвандо. – Идём.
Она охотно приняла помощь и быстро отряхнула штаны от грязи.
– Я переоденусь, если ты не против, – протараторила, отправляясь в сторону дома. – Где встречаемся? На твоей половине или на моей?
– На моей.
Над ответом даже не раздумывал. Сейчас мне не хотелось возвращаться в свои покои и оставаться там одному. Впервые в жизни я почувствовал что-то похожее на рассвет после самой тёмной ночи и хотел продлить это ощущение. Возможно, завтра она продолжит смотреть на меня исподлобья, словно дикий зверёк, а я буду искать подвох в каждом её жесте, но то будет лишь завтра.
– Тогда до встречи. Я быстро.
– Постой! Какой чай ты любишь?
Мён Су замерла на мгновение и задумалась.
– Не знаю, – впервые видел её такой растерянной, хотя, казалось бы, простой вопрос. – Как-то никогда не задумывалась об этом. А можешь сам выбрать?
– Вот уж не думал, что это окажется для тебя настолько сложно. Хорошо, решу сам.
– Спасибо!
Глядя ей вслед, я невольно усмехнулся. Красивая. И в чём-то по-детски наивная. Возможно, мне даже не придётся её отсылать, и мы сможем ужиться.
И Мён Су действительно долго не задерживалась. Она прошла в мои покои сразу же, как только слуги принесли чайник. Сейчас волосы девушки были заплетены в тугую косу, что лишало её образ прежней лёгкости, но нисколько не портило его.
– Извини, хотела надеть что-то потеплее.
– Ночи действительно становятся холодными, не стоит извиняться.
Слуги быстро покинули комнату, оставляя меня с женой наедине.
Смесь мяты и зелёного чайного листа способствовала успокоению. Признаюсь, надеялся сохранить расположение супруги подольше.
– Вкусно, – шепнула она, пригубив напиток. – Признаться, я несколько удивилась, когда ты спросил про мои предпочтения.
– Раньше не спрашивали?
Ответ был не нужен. И без того ясно, что нет. Да и никто не будет. Возможно, клан Ён сослужил нам с братом службу, показав, как может быть. В семьях аристократов теряется человеческое взаимоотношение, поскольку вперёд выступают долг и честь рода.
– Как-то не до этого было. Поддерживали моё увлечение клинками – уже замечательно. Иначе росла бы я, как Её Величество и множество других женщин.
– Общение с королевой прошло хорошо? Для чего она тебя вызвала?
На долю секунды Мён Су задумалась, словно решала, рассказывать ли мне всё.
– Сначала я думала, что ей просто одиноко, – жена поставила чашку на стол и сделала глубокий вдох. – Но оказалось, что ей нужен союзник.
– Союзник? – не стал скрывать напряжения.
Мой брат почему-то решил, что Её Величество не имеет никакого отношения к собственной семье и действует самостоятельно, и я почти ему поверил после покушения. Так филигранно всё обставить мог лишь её собственный клан, но причины?
– Она говорила, что вашей жизни угрожают, но это ты и сам знаешь. Я отказалась ей помогать, потому что перестала понимать, кто какую роль выполняет в этих политических играх. Нет, серьёзно, у вас действительно всё так плохо?
– Её Величество что-то знает?
– Понятия не имею, – Мён Су нервно дёрнула плечами. – Как-то не до расспросов было. Но, полагаю, вдовствующая королева обозначила ей свою позицию, как и королева-мать. Королева сказала, что они обе объединились с левым советником.
Не новость. Хотя, от королевы-матери я такого не ожидал, поскольку она является сердцем противоборствующего клана Нам. Во всяком случае, что одни, что вторые – коррупционеры, разоряющие страну и привыкшие жить за счёт обнищания простого народа.
Если всё так, как говорит супруга моего брата, то всё ещё хуже. Два враждующих клана объединились, чтобы устранить королеву держать под контролем короля. Мы достигли дна этого озера, полного крови и слёз.
– Полагаешь, она говорит правду?
– Уверена, – на этот раз жена смотрела на меня с полной решимостью в глазах, и даже, можно сказать, с немым укором. – Поверь мне, она точно не причинит вреда ни одному из вас.
– Почему мне кажется, что ты меня в чём-то обвиняешь?
– Её Величество сказала, что король приставил ей меч к горлу. Хочешь сказать, что обошлось без твоего участия?
– Грешен.
Тогда это казалось единственно верным решением. Однако по какой причине брат передумал, я до сих пор не знаю.
– Бороться со слабой женщиной – низко.
– Хочешь сказать, что с тобой тоже бороться низко?
– Ты прекрасно понимаешь, о чём я, – в голосе Мён Су были едва различимы нотки раздражения, но мне это даже нравилось.
Чжэ Сан узнает – точно решит, что я из ума выжил, но он и не мог знать, как идут моей жене различные проявления эмоций. И не узнает.
– Не злись, я просто пошутил.
– Неуместные шутки, – буркнула она и снова сделала глоток уже немного остывшего чая.
Несколько минут мы просто молчали. Супруга делала вид, что рассматривает комнату, а я пытался понять, что в ней особенного. Удивительно, что раньше мне не встречались женщины, способных без страха и раболепия смотреть в глаза мужчинам. не может же она быть уникальной?
Хотя, не удивлюсь, если эта натура проявляется лишь дома, за закрытыми дверями. Но бойцы из них явно хуже, чем Мён Су.
Духи решили пошутить, поселив в хрупкое тело душу воина. Для женщин это чужеродная стихия, неестественная. Тогда почему у меня не получается представить свою супругу тихой и покорной, если это так естественно?
Стоит представить, как из её глаз исчезает азартный блеск, сразу холод сковывает грудь. Хорошо, что Джи Мин поддерживал её стремления и позволил этой искре разгореться ярче.
– Что-то не так? – жена заметила столь пристальное внимание и с подозрением посмотрела на меня. – Почему ты так смотришь?
– Любуюсь, – ответил шутливым тоном, из-за чего она фыркнула и закатила глаза.
Не поверила.
А ведь я не лгал.
Было на что засмотреться, причём не только в эту минуту.
Когда у меня будет сын, то я обязательно скажу ему, что с женой должно быть комфортно молчать, и что она должна вызывать у мужчины восхищение. Испытав эти чувства однажды, на меньшее уже не согласишься.
Сильная, смелая девочка. И всё же слишком нежная для дворцовой жизни. Как только мы всё закончим, я сделаю так, что ей придётся обнажать клинок лишь во время тренировок.
Эта мысль пришла мне за секунду, как и многие предыдущие. Но в них я был уверен больше, чем в решениях, которые порой принимал днями и часами.
ГЛАВА 18: По острию клинка
«Если ты жертва, это не значит,
что ты можешь причинять страдания другим»
©Дьявольский судья
Мён Су
Три дня пролетели незаметно, и с Бён Чхолем мы практически не виделись. Он целыми днями пропадал во дворце, а я невольно раздумывала, кто там может быть.
Нет, я не о женщинах. Просто после того, как муж решил рассказать мне всё, я дёргалась от каждого шороха, ожидая подвоха от кого-то ещё. Королева была права, наши мужчины в бедственном положении, если решили не утаивать ничего от своих жён.
Служанки заплетали мне волосы и помогали одеться, пока я, не замечая их, раздумывала над всевозможными способами закончить со всем этим ужасом побыстрее. Да, кое-что всё же изменилось.
Я не желала зла главному советнику. Похоже, что и он не строил никаких коварных планов на мой счёт. Просто был вынужденно скрытен, но и это можно понять.
– Госпожа, – Вон Ён зашла в комнату, обеспокоенно глядя на меня. – Вам пришло сообщение.
– Правда? – спросила, поправляя рукава блузки-жакета. – От господина Муна?
– Нет.
– От Джи Мина?
– Нет. Я не знаю… Это передали через слугу из дворца. Ни имени, ни каких-либо печатей нет.
– Все вон, – процедила сквозь зубы. – Сидите тихо и сразу сообщите мне, если заметите кого-то подозрительного.
Записка перекочевала ко мне в руки, но там не было ничего примечательного на первый взгляд. Скорее написанное походило на запоздавшее поздравление со свадьбой. Но какие-то части текста были сильно больше по размеру, и я решила прочесть только их:
«Мой человек ждёт вас у противоположной от вашего мужа стены».
Лучше бы это был брат. От его весточек не холодеют руки и сердце не падает куда-то вниз, не достигая дна. Не возникает ощущение приставленного к горлу меча. Не кажется, что одно движение – и ты больше не увидишь этот свет.
– Госпожа, вы побледнели…
– Вон Ён, заставьте всех слуг остаться дома. Пусть никто не выходит и даже не смеет смотреть на улицу, пока я не вернусь.
– Но…
– Это приказ. Выполняй.
Я, как глупая рыбёшка, клюнула на крючок левого советника и теперь должна была пожинать плоды своей недальновидности. Бён Чхоль был прав, когда говорил, что нужно кричать так громко, как только это возможно.
Но мы же благопристойные, бесстрашные, с мечом наперевес. Что нам какой-то советник, а?
Духи, и ведь даже не подумала о таком варианте спасения ни на секунду!
А теперь придётся идти навстречу одному из демонов дворца, лишь бы сохранить свою жизнь и сберечь всех, кто мне дорог.
– Вам нужно сообщить об этом господину Муну, – дама Хон нагнала меня, когда я уже практически вышла из дома.
– Что?
– Если вам кто-то угрожает, госпожа, то вы должны непременно рассказать ему.
– Это посыльный от брата, – постаралась улыбнуться, чтобы выглядеть убедительно, но даже без зеркала понимала, насколько ужасная вышла рожа. Перекошенная, похожая на безумный оскал.
– Вам нельзя рисковать, госпожа, – тихо промолвила женщина и неспешно удалилась.
Разумеется, она поняла, что никакой брат ничего мне не писал, но и останавливать не собиралась, за что я была ей очень благодарна. Бён Чхоль не только тренировал меня, но и успевал рассказывать, кто и за что во дворце отвечает.
Левый советник железной рукой держит всех министров, собрав на каждого компромат. Все незаконные сделки совершаются лишь с его позволения. Он хитёр и умён. Все всё понимают, вот только доказать ничего не могут.
Каким-то образом этот мужчина сумел обезопасить себя лучше, чем какой-либо из королей, когда-либо правивших Чонгхоном.
В тени деревьев стоял наёмник с полностью закрытым лицом. На нём была диковатая маска, которая и днём вызывала оторопь, а ночью… Страшно представить.
Мужчина не проронил ни слова, лишь вручил мне странный свёрток, развернув который я увидела небольшой пузырёк.
– Что это? – спросила и почувствовала, как горло сдавило спазмом.
Неприятное тянущее ощущение под рёбрами заставило зайтись в бешеном ритме и без того учащённо бьющееся сердце.
Незнакомец ничего не ответил. Лишь кивнул на переданное, чтобы я смотрела дальше. В тряпице также была записка:
«Держите его при себе, госпожа Хван. Ваш муж вот-вот пересечёт черту, за которую заходить не следует».
Вот почему он молчал… Чтобы я не узнала его по голосу.
С открытым ртом и округлившимися глазами я смотрела на «гонца» и пыталась привести себя в чувство. Он ждал ответа, который я не могла дать.
Как же это всё… Перед свадьбой я испугалась, что Джи Мин передал мне яд, и теперь мои опасения сбылись, пусть и получено всё было от другого человека.
Сглотнув образовавшийся ком, я кивнула. Похоже, наёмнику было достаточно этого и он перепрыгнул через забор, оставив меня наедине с отравой, которая сквозь стекло и ткань обжигала мне кожу.
Не знаю, сколько я так простояла, глупо таращась на каменную стену, но в какой-то момент оцепенение схлынуло, оставляя после себя сильную дрожь. До того были напряжены все мои мышцы.
Однако всё равно оставалось какое-то странное ощущение… Будто за мной кто-то следил. С левого советника станется приставить ко мне человека, я бы на его месте никому не доверяла с таким-то послужным списком.
Быстро завернув яд в тряпки и спрятав его за пазуху, как какая-то воровка, я ринулась в дом.
Вон Ён и дама Хон хотели было что-то спросить, но я просто не позволила им это сделать, сдвинув двери прямо перед их носами.
В панике закрыла все окна и убедилась, что точно никого нет. Снова взяла в руки склянку. Прозрачная. Казалось, она наполнена обычной водой, однако можно было не сомневаться – смесь там гремучая.
И что мне делать?
Сказать, что выдохлась?
Случайно разбилась?
Хороший вариант, да только советник Ён уже меня раскусил и точно не поверит в эти сказки. Но и ослушаться нельзя. Папа и Джи Мин в руках у этого негодяя.
Женщина должна верить в своих мужчин – мужа, отца, брата. Просто должна и всё. Но я не могла.
Конечно, они искусные воины, бесспорно, но готова поспорить, что они не знали даже половины того, что происходит вокруг них. Если скажу про яд и угрозы, мои родные точно не останутся в стороне, и тогда я уже ничем не сумею им помочь.
– Нужно молчать, – пробормотала себе под нос. – Нужно просто молчать.
Очень хотелось просто сесть и не делать ничего. Как-нибудь само рассосётся.
Но нет.
Абсолютное бездействие в данном случае лишь усугубит наше положение, а значит нужно торопиться. Признавать поражение я не собиралась, а потому спрятала отраву за ширмой на случай, если приспешники левого советника до того обнаглеют, что решат обыскать дом.
Погубить Бён Чхоля я не смогу. Поняла это лишь держа в руках самое мощное и незаметное оружие. В день свадьбы я просто испугалась, а теперь…
Когда всё успело так запутаться?
Словно ответ на эту загадку, в голову ударило воспоминание:
– Постой! Какой чай ты любишь?
Помню, как застыла на месте. Такой простой вопрос пригвоздил меня сильнее, чем все предыдущие.
Парадокс.
Хотелось понять, зачем ему эта глупая информация и какая вообще разница, но в то же время стало как-то тепло на душе. Обыкновенная мелочь, капля в озере, а приятно. Словно водоём без этой самой капли не был полным и не понимал, что ему нужно совсем немного, чтобы почувствовать себя уникальным, единственным.
И называл он меня весьма точно… Дикий цветок.
Служанки, тайком читавшие романы, млели от «луны моего сердца», «света моей жизни» и прочих, но мне это всегда казалось слишком приторным. Наверное, потому что подсознательно я понимала, что такое не для меня.
А оказалось, что просто не нашёлся человек, который смог бы разглядеть мою суть. И прятать её больше не было ни малейшего желания.
Дикая.
Раньше мачеха ставила мне это в упрёк, называя дикой лошадью. Не лучшая характеристика для женщины. И стыдно признаться, но в какой-то момент я действительно думала, что это мой недостаток.
Бён Чхоль же произносил это слово иначе. С нежностью и даже каким-то восхищением. Словно это было именно то, что больше всего ему во мне нравилось.
Не злить мачеху, не расстраивать отца, не разочаровывать брата. Пусть я безумно любила последних, но даже рядом с ними мне приходилось стараться изо всех сил. А с мужем – нет.
Отправляясь в клетку, я вкусила больше свободы, чем в стенах родного дома рядом с человеком, которого мечтала уничтожить. Но всё это было будто в прошлой жизни. Не со мной.
Забота, с которой относился ко мне супруг, в последние дни была слаще любого нектара. Я больше не вспоминала о доме отца, как о единственном месте, куда мне хочется возвращаться. Более того, он практически перестал быть таковым.
В этом поместье мне уже была знакома каждая трещинка. Я знала, сколько шагов мне следует пройти от спальни, чтобы оказаться в кухне или во дворе. Мне не запрещалось выходить на улицу и проходить на мужскую часть.
Бён Чхоль не говорил прямо, но поступками давал понять, что всё здесь принадлежит мне так же, как и ему.
И Ён Кан Дэ предлагал мне отплатить ему за это ядом?
Пусть подавится! Не бывать этому!
Как только я отошла от импровизированного тайника, который легко обнаружит любая ищейка, в комнату вошла дама Хон.
– Госпожа, вас желает видеть господин Мун. Мне передать ему, что вам нездоровится?
– Нет, – от волнения сердце подскочило к горлу. – Нет, не нужно. Пусть войдёт.
Оказавшись в покоях, Бён Чхоль не скрывал своего удивления по поводу открывшейся его глазам обстановки.
– Головные боли? – предположил он. – Мне позвать лекаря?
– Всё хорошо, – улыбнулась я и приблизилась, чтобы обнять. – Теперь всё хорошо.
Ранее недопустимый и вызывавший неприятные мурашки порыв сейчас стал настоящим спасением. Муж и не думал отстраняться, лишь прижал меня к себе ещё крепче и провёл ладонью по спине, окончательно успокаивая.
– И всё же?
– Я видела на забое наёмника, – решила сказать полуправду. – Мне кажется, за домом следят.
– Это безусловно, но раньше никогда так близко не подходили. Левый государственный советник, похоже, совсем перестал видеть границы.
Граница,
Черта,
Вздрогнула от настолько схожих формулировок.
– Не бойся, напасть на тебя он не посмеет, – Бён Чхоль улыбнулся, неверно трактовав мой посыл, чем только усилил протяжный вой в груди.
Не посмеет, потому что считает меня своим агентом, а на тебя запросто, дурак ты самоуверенный!
– Просто будь осторожен, – попросила, глядя мужчине в глаза. – Я очень тебя прошу. Если он что-то подозревает, но одним духам известно, что будет дальше.
– Переживаешь? – с самодовольной ухмылкой спросил он.
Действительно, очень смешно.
– Переживаю, – не стала отпираться. – Очень.
– Значит я точно выберусь откуда угодно, зная, что ты меня ждёшь. мой дикий цветок.
И этого обещания мне было более, чем достаточно, потому что я знала, что Бён Чхоль его сдержит.
– А ты зачем пришёл?
– Нам пора отправляться к Джэ Ёну.
– Ой! – я совершенно об этом забыла. – У меня есть немного времени?
– Поторопись, он ждёт нас в час коня.
Быстро переодевшись в одежду слуги и подвязав волосы на мужской манер, я выскочила к мужу, готовая к приключениям и полному погружению в ситуацию.
– И тебя не хватятся во дворце?
– Собрание совета прошло, так что мне там больше нечего делать. Клан Ён больше удивится, если я весь день пробуду там, если брат занят очень важными делами, – последняя фраза была сказана с неприкрытой иронией.
– Тогда идём.
