Текст книги "Жена главного советника. Клинок Мугунхва (СИ)"
Автор книги: Ирина Ардо
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 19 страниц)
Ирина Ардо
Жена главного советника. Клинок Мугунхва
ПРОЛОГ
«Нет коня —
и осёл сгодится…»
Корейская пословица
День свадьбы
Мён Су
– Нет! Нет, не может быть! – я металась из стороны в сторону, в поисках выхода.
Но его не было.
Если он меня узнает… А если уже узнал?!
Я думала, что выхожу замуж за мягкотелого простачка, прикидывающегося сильным и властным. Нужно было не слушать брата и проверить его.
Если главный советник не тот, за кого себя выдаёт, тогда и король… Во что же я вляпалась?!
Язычки пламени на свечах подрагивали от моих суетливых движений и искажали отбрасываемые тени. Каждый мой шаг эхом отдавался в сердце, которое стучало, как бешеное. Ещё немного и сердечный приступ не за горами!
От воспоминаний о его взгляде на церемонии кровь стыла в жилах. Бён Чхоль выглядел, как истинный хозяин положения. Тигр подобрался к глупой пташке, вот как это было.
Глупая, наивная. На что я надеялась?
Нет, это не ими управляют коррупционеры. Они сами и есть коррупция. Жестокость, рабство, непомерные для простого народа налоги. Это они делают из должников инвалидов, прикидываясь слабыми и немощными.
Похоже, это не я стану вдовой, а ровно наоборот. Если Бён Чхоль узнал меня, то… Он снесёт мне голову.
Двери разъехались в стороны, пропуская в комнату моего мужа. Высокий, статный. Чёрные, как ночь, глаза смотрели прямо в душу. Этот взгляд вызывал во мне оторопь.
Руки похолодели, по спине пробежала капля пота. Грудную клетку сдавило от предчувствия надвигающейся беды.
Бён Чхоль медленно подходил ко мне, оглядывая меня с головы до ног.
– А моя жена всё на ногах, – ухмыльнулся и сел на пол.
На маленьком столике стоял чайник, только в нём было вино. И пить умирать, и не пить умирать. Лучше пить умирать.
– Так сильно переволновалась сегодня? – продолжил он с той же усмешкой.
Припомнил то, как я уронила ритуальные пиалы? Молодец, ничего не скажешь.
– Да, – опустила глаза в пол и постаралась выглядеть кроткой.
– Чем увлекаешься, жена моя? Какие таланты развиваешь?
Надо было дослушать до конца! Мало ли что отец с братом ему там наплели.
– Талантов у меня немного, господин. Каллиграфия и изобразительное искусство.
– Целых два. Это уже больше, чем один.
К чему эти разговоры? С каждым его словом у меня всё сильнее дрожали руки. Я взглянула на свои пальцы и заметила, что они посинели. В доме было тепло, пол подогревался, так что же не так?
Страх.
Животный страх отзывался адреналином, поступающим в каждую мышцу, и подстёгивал бежать отсюда без оглядки. Бежать так быстро, как только можно.
Подняв глаза на мужа, я не увидела в его взгляде ничего, что говорило бы о том, что он узнал во мне девчонку, сорвавшую с него маску. Готова поспорить, вчера он принял меня за парня.
Но вчера и я поняла, что этот мужчина не так прост. У него хватит ума рано или поздно сопоставить все факты.
Он точно не оставит в живых человека, сорвавшего ему несколько операций. А за мной и отец с братом пойдут. Волна ужаса захлестнула меня с новой силой. Нельзя допустить, чтобы они пострадали…
Я решила разлить по чашкам вино, чтобы хоть чем-то занять руки. Бён Чхоль же отвернулся, чтобы покрепче завязать узел на ханбоке.
Вот он! Тот самый момент!
Рука сама потянулась к карману, вышитому в моём платье, и нащупала склянку, переданную братом. Шанс на спасение.
Пара капель и всё…
ГЛАВА 1: Бутон гибискуса
«Кошка никогда
не станет коровой»
Корейская пословица
Неделя до свадьбы
Мён Су
– Негодная девчонка! – надрывалась мачеха. – Чему я тебя учила?! Ещё раз!
С трудом удержалась от раздражённого вздоха и закатывания глаз.
Каждый день в нашем доме начинался примерно вот так. После утренних процедур и завтрака госпожа Ри Хе Вон бралась за моё образование. Она из раза в раз, с самого детства, заставляла меня повторять главные постулаты местного общества.
Я старалась быть терпеливой. Если бы я не умерла на Земле десять лет назад, то сейчас мне было бы уже сорок. Банальщина – надела наушники, не посмотрела по сторонам на пешеходном переходе. Сама виновата, что уж тут говорить…
Каково же было моё удивление, когда я оказалась в теле девятилетней девочки, словами не передать. Оказывается, несчастную малышку отравили, а я вселилась в её тело и нарушила планы тех, кто планировал добавить седых волос её отцу.
Не исключаю, что попытка убийства исходила от мачехи. В то время она мучила падчерицу с каким-то особенным остервенением, по всему телу были синяки.
Пришлось заново обучаться грамоте, учить эти странные иероглифы, восстанавливать почерк, достойный дочери аристократа и учиться говорить. Мышечная память ускорила процесс, но у меня всё равно нет-нет, да вылетали привычные русские слова и выражения. Далеко не всегда печатные.
Вот и сейчас приходилось сжимать зубы и строить из себя кроткую овечку.
– Прошу меня простить, матушка. Я исправлюсь.
– Каждое твоё движение должно быть легче лепестка, летящего на ветру, – женщина продолжала меня отчитывать. – Твой отец слишком много тебе позволяет! Какой позор на нашу семью ляжет, когда все узнают, что мы не дали тебе должного образования? Добродетельная женщина не носится, где попало, с мечом на перевес, она…
Старая песня.
Добродетельная женщина или, как её тут называют, ёльнё – это мечта мужчины, живущего по законам патриархата. Глаза лишний раз не поднимает, ведёт хозяйство, мужа ублажает и уважает, ни в чём ему не перечит.
Как только я научилась читать и писать, то изучила всё, что можно, чтобы понять, как устроен этот мир. Тогда я впервые ощутила ужас от происходящего, ведь женщина здесь была абсолютно бесправной. Она получала какие-то привилегии только в случае рождения ребёнка. Желательно сына, разумеется.
– Я поняла, матушка.
– Да, помогут нам духи. Хорошо, что ты не попала на королевский отбор. Такой позор! Молись, чтобы твоё замужество состоялось, и этот благородный человек не отказался от тебя!
– Какое замужество?! – я подняла голову и смазала иероглиф, который старательно выводила.
– К тебе пришёл свататься один из главных членов совета, – с гордостью проговорила мачеха. – Заслуги твоего отца оценены по достоинству. Этот благородный господин даже не посмотрит на твоё происхождение, – последние слова она выплюнула, будто какую-то редкую гадость.
Мён Су, прежняя владелица этого тела, была дочерью актрисы, развлекавшей знать. И нет, кисэн проституцией не занимались, но все благовоспитанные жёны считали иначе.
В любом случае, у госпожи Хе Вон был повод. На её месте я бы вообще мужа убила, мне кажется. Сложно представить её состояние, когда она увидела, что любимый мужчина притащил домой орущий свёрток и прямо заявил, что это результат регулярной связи на стороне. А мачеха ведь действительно любила отца, но в ответ получала лишь холод.
Не то чтобы это повод оторваться на ребёнке, но здесь уже ничего не поделаешь. Всё закономерно.
– Не отвлекайся. Он даже готов закрыть глаза на твой возраст, девочка! Сиди и переписывай, а я пока проверю, достойно ли накормят гостей.
Ну, да. Девятнадцать лет – старая дева, что уж тут скажешь.
Как только двери за ней закрылись, я поднялась со своего места и прислонилась ухом к тонкой стене, чтобы убедиться в том, что эта женщина ушла и не побеспокоит меня в ближайшие часа два.
Теперь можно было тихо пробраться в мужскую часть дома и подслушать отцовский разговор. Пока госпожа Хе Вон будет делать всё для того, чтобы гостям понравилось в нашем доме, и они не отказались от идеи забрать меня к себе, я смогу понять, что за человек явился к нам на порог.
Оставалось надеяться, что отец и брат не допустят ту же ошибку, что и в прошлый раз. У нас были все шансы приблизиться к королю и вывести всех коррупционеров на чистую воду, но они решили, что дворец для меня слишком опасен.
Пусть семья и заметила изменения в поведении дочери и сестры, но всё же родственники решили списать это на потерю памяти, а потому все продолжал видеть во мне нежный цветок, пусть и с шипами.
Ну, кроме брата, пожалуй. Заметив мой интерес к мечам, он начал обучать меня и восхищался тем, как быстро я всё схватываю. Талант. Ему не обязательно знать, что в прошлой жизни я была актрисой и преподавателем по сценическому бою, а потому мне приходилось изучать основы всех боевых искусств, чтобы передавать всё максимально достоверно.
Спустя какое-то время мужчины начали посвящать меня в свои дела втайне от прислуги и мачехи. Потом Джи Мин брал меня на вылазки, во время которых мы собирали информацию и защищали простой народ от недобросовестных стражников. Об этом мы не говорили даже отцу, иначе бы его удар хватил.
– Вы не имеете права! – раздался голос брата. За ним последовал звук, похожий на грохот разбившейся посуды.
– Сын, – господин Хван Ки Ён был недоволен его поведением, но ничем не выдал своего отношения к происходящему. – Сядь и успокойся. Однако я согласен, по какому праву вы ставите нам подобные условия?
– Из соображений безопасности, – глубокий бархатный голос заставил меня вздрогнуть от проскользнувших в нём властных нот.
Как бы я ни старалась, не смогла разглядеть его лица. Гость сидел ко мне спиной, но даже так я чувствовала исходящую от него силу. Маг с немаленьким резервом. Таких видно за версту.
– То есть вы просите руки моей дочери при условии, что ей может что-то угрожать? Почему вы решили, что я соглашусь?
– Потому что я её единственный вариант.
Чего?!
Я едва воздухом не подавилась от возмущения. Да, я по местным меркам была редкой красавицей, с какой стати этот индюк… Прав был отец. Он один раз мне сказал, что нынешние молодые люди обладают сильно завышенным самомнением, считая, что они на вершине мира, раз родились в обеспеченных семьях. Палец о палец не ударили, а ходят, как короли мира. И этот такой же.
Хотя, по голосу не скажешь, что сильно молодой. Маги в этом мире жили долго, нужна была хотя бы маленькая искра, чтобы прожить лет триста. Этому, судя по всему, около пятидесяти. Гордый, знающий себе цену, невозмутимый.
Ещё бы повод для этих чувств к себе любимому был.
– Господин Хван, – вкрадчиво произнёс гость. У меня же волоски на руках встали дыбом от беспокойства, – неужели вы полагаете, что я не способен обеспечить защиту своей семьи?
Хорошо поставил вопрос, змей. Либо идёшь на попятную, либо будешь обвинён в оскорблении. Неужто действительно один из ведущих членов королевского совета? Больно хорошо он разбирался в том, как воздействовать на человека словом. О, да, интриги у этих людей в крови. Они впитывают способность выходить сухими из воды с молоком матери.
– Ни в коем случае, – отец тоже понял, к чему всё идёт. – Для нашей семьи честь породниться с вами.
Ох, папа.
Да, он не знал, что в теле его дочери от любимой женщины душа иномирянки, но он любил меня даже с моим характером и заботился, как мог. Оставайся я хрупкой и нежной, он никогда бы не согласился отдать меня в лапы этим чудовищам. Лишь моя просьба не отказываться от предложения, если таковое поступит, и способность себя защитить заставили его переменить решение.
Нежность, которую я испытывала по отношению к отцу и брату была несравнима ни с чем. Родные, любимые. Я наблюдала за показным спокойствием в глазах родителя, за братом, который разве что не скрежетал зубами, желая испепелить сидевшего напротив него мужчину, и понимала, что они останутся моей семьёй вопреки всему. Если этот человек занимает достаточно высокую должность, тогда у нас всех будет шанс.
Пришлось уйти в свои комнаты, чтобы не попасться. Я уже знала исход этого разговора. Совсем скоро меня выдадут замуж за этого незнакомца, а значит пора готовиться. Нельзя допустить, чтобы рано или поздно семьи Мун и Ён разрушат это государство, но перед этим обобрут до нитки всех, кто не согласен с их политикой.
Наша семья еле держится, но всё же ещё может дать отпор, хотя последние кражи редких тканей из Драконьей Империи знатно навредили. Не нужно даже гадать, кто организовал этот набег, как и многие другие.
– Госпожа, где вы были?! – служанка встрепенулась, стоило мне вернуться в комнату, где проходили мои занятия. – Снова убегали на тренировку с мечами? А если бы вас увидели?!
– Нет, Вон Ён. Всё в порядке, – я села на место и принялась начисто переписывать качества добродетельной жены.
Обмакивая кисть в тушь и выводя иероглифы, я немного успокаивалась и могла подумать о том, что действительно важно. Например, о грядущем замужестве и перспективах.
– Почему вы так печальны, госпожа?
– Я не печальна, Вон Ён. Я думаю.
– В доме уже все шепчутся, что совсем скоро вам придётся выйти замуж за одного из советников, – шепнула девушка.
– Вот как? – быстро у нас распространяются слухи. – А не говорят за кого именно?
– Никто его не видел. Он пришёл, обернув своё лицо в ткань и шляпе с полями, закрывающими глаза.
Странно. Я не заметила никаких узлов и креплений. Возможно, он снял эту импровизированную маску, когда понял, что остался наедине с главой семьи и его наследником. В любом случае, интрига нарастала.
– Я пыталась подсмотреть, но тоже не увидела его лица. Они вообще сидят там в полумраке, так что я только голос смогла услышать.
– Девочки говорят, что он высокий. И в плечах…
– Давай не будем о нём?
Знатный господин решил связать свою жизнь с дочерью кисэн. Интересное решение. Обычно такие, как он проверяют всю родословную до седьмого колена как со стороны отца, так и со стороны матери.
Пожив в этом мире я поняла, что мне очень повезло. Обычно бастарды вроде меня не имеют никаких прав в доме, девушки не могут удачно выйти замуж, если не принимают участие в отборе, ненавидимы всеми членами семьи. Меня же любили.
Местное общество точно относилось ко мне с предубеждением. Увидеть этого я не могла, ведь выходить на улицу мне запрещалось. Если и нужно куда-то ехать, то приходилось закрывать лицо и перемещаться в паланкине, где меня никто не увидит. Однако правила едины для всех, а жители этого мира просто на них помешаны.
Спустя полтора часа мачеха сказала, что на сегодня я свободна. Сидя на коленях, я поклонилась ей, вытянув руки вперёд, и поблагодарила за науку.
Страшно представить, какой кошмар бы я здесь устроила, если бы попала в это тело, будучи двадцатилетней. Тогда застрелиться хотели все, кто находились рядом со мной.
Хорошо, что мне хватало ума и выдержки, чтобы не перечить главной женщине в доме. Уверена, у неё были все возможности сделать мою жизнь ещё более невыносимой.
– У вас не закончено вышивание, – напомнила Вон Ён, когда мы зашли в небольшую комнату, где я отдыхала, если было время.
– Ты же знаешь, что я никогда не доделаю этот ужас, – я взяла в руки несчастный отрез ткани.
Если бы он мог говорить, то точно заплакал бы. Просто перевод материалов.
Отодвинув корзины со всякими безделушками, я достала свой любимый меч. Лезвие вышло из ножен с характерным звуком, который был лучше любой музыки для моих ушей. В последние годы для меня не было подарка лучше, чем хороший клинок.
– Госпожа, вы почти замужняя дама…
– «Почти» не считается, – я подмигнула служанке и вернула меч в ножны. – Ладно тебе, не начинай нудить. Ты же знаешь, что ничего путного из этого не выйдет.
– Попробовать-то стоило.
Мне оставалось лишь понимающе хмыкнуть. Вон Ён была со мной с раннего детства, если верить её рассказам. Она была старше меня на год и попала в рабыни из-за долгов её отца. После замужества я планировала дать ей свободу. Захочет остаться рядом – пускай, захочет уйти… Держать тоже не буду. Эта трудолюбивая девочка заслужила хорошую жизнь.
Наспех переодевшись, я выскочила на улицу, ожидая, что брат уже ждёт меня там. Не ошиблась.
Джи Мин сразу заметил меня и широко улыбнулся. Вот только улыбка эта была вымученной и какой-то… Виноватой?
– Что случилось? – спросила, как только подошла ближе. – Ты сам не свой. Это связано с моим скорым замужеством?
– Ты уже знаешь? – он вскинул брови в удивлении.
– Матушка проговорилась. Так что? Что-то не так?
– Всё не так, – брат со всей силы кинул ножны о землю. – Этот человек силён.
– Кто он?
– Лучше тебе не знать заранее. Знаю я тебя, сразу попробуешь влезть к нему в дом или ещё чего похуже. Я пытался уговорить отца не делать этого, но…
– Джи Мин… – рыкнула, обнажив меч.
– Это главный советник короля.
Я замерла и уставилась на него во все глаза.
Это не просто один из членов совета. Это человек, в чьих руках, по идее, должна находиться вся власть. Только, насколько мне известно, он был таким же, как и король.
– Брат короля? – уточнила на всякий случай.
– Верно. Мун Бён Чхоль.
– Тоже мне проблема, – из груди вырвался вздох облегчения. – Всё будет нормально, братец. Давай, нападай!
От радости во мне снова проснулся азарт, которого давно не было из-за привычки к тренировкам. Братья Мун были марионетками в руках остальных членов совета. О них все говорят, как о слабейших представителях правящей династии за всю историю Чонгхона.
Такого я запросто вокруг пальца обведу. Даже стараться не нужно.
Звон металла уносил прочь мои тревоги, а быстрые и выверенные движения окончательно вернули мои мозги на место. Этот главный советник просто хорошо притворялся, вот и сложилось впечатление, что с отцом вёл переговоры кто-то внушительный.
Теперь нужно подготовиться к сегодняшней ночи, чтобы ничего не сорвалось. Джи Мин узнал, что совсем скоро ожидаются новые казни. Ну, я их так всегда называла, потому что по-другому этот кровавый сбор налогов не назовёшь. Детей и женщин забирали в рабство, мужчин калечили.
Если рабство ещё можно оправдать, хоть и со скрипом, или провести аналогию с исправительными работами, то второе не что иное, как издевательство и желание поглумиться над теми, кто слабее. Удовлетворить свою жажду крови.
Задумавшись о предстоящей вылазке, я пропустила удар и, неправильно наступив на ногу, повалилась на землю.
– Ау! – выронила меч и потёрла ушибленный бок. – Ты бы хоть полегче ногами орудовал! Тебе даже слон позавидует!
– Сколько лет с тобой живу, – расхохотался брат, протягивая мне руку, – а всё никак к твоей речи не привыкну. Где ты берёшь все эти фразы?
Да, русского человека просто так не вытравишь, даже если нарядишь в кучу странных юбок и утяжек. Хорошо, что медицина здесь на низком уровне и лекарь в какой-то момент решил, что девочка немного повредилась головой. Он сказал, что на грани смерти люди меняются, но даже не представлял, насколько ощутимо.
Буквально другой человек.
– Не знаю, – привычная отговорка, – оно как-то само вылетает.
– У тебя всё само, – Джи Мин помог мне отряхнуться, поставив на ноги. – Странные предпочтения в еде сами собой появились и вообще…
– Ой, не начинай! Каждый раз нудишь.
Брат приобнял меня за плечи и легонько встряхнул. Я долго не могла принять, что технически у нас одна кровь, пусть и наполовину, но со временем полюбила его больше, чем других членов семьи.
Джи Мин всегда заботился обо мне, приносил мне сладости, когда мачеха меня наказывала, учил обращаться с мечом, радовался моим успехам, гордился. Этот человек был моим крепким тылом. Пока он рядом, мне ничего не страшно и всегда тепло.
– А зачем ещё нужен старший брат? Иди отдыхай, сегодня дело будет серьёзное.
– Они у нас все серьёзные.
– В этот раз отправлены не просто сборщики податей, а подготовленные бойцы. Тебе нужно быть особенно внимательной.
Я кивнула и быстро поцеловала брата в щёку перед тем, как убежать к себе. Такое тоже не принято в местном обществе, но мои домашние привыкли. Уже все смирились с тем, что юная госпожа со странностями.
Ничего, ещё немного, и я стану спокойнее. С такой семьёй у меня точно получится изменить этот прогнивший до основания мир!
А брак только ускорит процесс...
ГЛАВА 2: Твоё истинное лицо
«Знаешь дорогу – обгоняй»
Корейская пословица
Мён Су
– Госпожа! – Вон Ён тщетно пыталась отговорить меня от дурной, на её взгляд, затеи. – Так нельзя, госпожа!
Льзя-нельзя… Кто это вообще решает?
Разумеется, живя в России, я не предполагала, что мне придётся не просто заново учиться обращению с мечом, так ещё и для того, чтобы наносить вред своим врагам с его помощью. Всё-таки махать шашкой на сцене – это несколько иное.
В любом случае, жизнь, смерть и перерождение заставляют меняться, так или иначе. Мне повезло попасть в обеспеченную семью, тронуть которую практически невозможно, но были и те, кто страдал от сволочей у верхушки власти.
Затянув волосы в тугой узел на макушке, я надела повязку и потуже завязала пояс.
– Госпожа, все благородные дамы сейчас готовятся ко сну, а вы оделись по-мужски и опять… Опять все эти сабли!
– Это не сабля, а меч, – привычно поправила её, любуясь на своё оружие, зачарованное одним из провинциальных кудесников.
Отец подарил мне его на День Рождения, когда брат сообщил ему о том, что я готова. Это лезвие могло не только рассекать неугодных, но и противостоять плетениям, выбрасываемым в мою сторону. Чудо, а не оружие.
– Какая разница? – служанка насупилась.
– Центр тяжести разный, – хмыкнула в ответ. – А где кусок ткани, который я как маску использовала?
– Госпожа Ри Хе Вон нашла его в вашей комнате и выбросила.
– Она Рылась в моих вещах?! – взвизгнула я, гневно озираясь по сторонам. – Какого чёрта ей было надо?!
– Не знаю. Но после договорённости о вашем браке она велела проверять каждый уголок.
– И ты говоришь мне об этом только сейчас?!
Хорошо, что я сделала тайник в полу и никто, кроме меня, брата и Вон Ён о нём не знал. Даже отец. Не нужно волновать его лишний раз, пусть думает, что все мои подарки подобного рода хранятся у Джи Мина.
Мы не говорили ему о наших ночных делах. Просто внимательно слушали, что говорит папа, а потом радовались, когда он счастливо говорил нам о вселенской справедливости и спасителях народа простого.
Несколько раз я порывалась признаться ему во всём, но брат чуть ли не за шкирку меня оттаскивал. Чёртовы подростковые гормоны, будь они неладны. Может, головой я была старше этого тела, но природа часто спускает всех с небес на землю. Хорошо, что у Джи Мина голова была на месте и он понимал, что такие новости доведут нашего родителя до сердечного приступа.
– Простите, госпожа, но вы весь день были заняты.
И то правда.
– Хорошо, не так важно, – вынула меч из ножен и отрезала ткань от одного из своих тёмных платьев.
– Госпожа!
Вот же заладила…
– Вон Ён, действуем, как обычно. Ложись в мою постель и не шевелись, если кто-то войдёт.
– Но это…
– Оно мне всё равно никогда не нравилось. У госпожи Ри отвратительный вкус.
Закрыв лицо, я выскочила во двор, где меня уже ждал брат. Он нетерпеливо переминался с ноги на ногу и чертыхался себе под нос.
– Почему так долго?
– Потому что твоя мать решила покопаться в моих вещах. Чего возмущаешься?
– Опоздаем.
– А ты пессимист.
Перескочив через забор, мы оказались на пустой улице. Теперь нужно было побыстрее убираться отсюда, чтобы не оказаться пойманными какой-нибудь служанкой, вышедшей наружу по приказу своей госпожи.
Несмотря на темноту, именно по ночам я чувствовала себя живой и могла изучить город, а не добираться в паланкине до поместья какой-нибудь вдовы, принимавшей у себя гостей.
Ноги несли меня по уже знакомому маршруту – в квартал бедняков. На этот раз мы с Джи Мином неслись во весь опор, даже лёгкие жгло от перенапряжения, но останавливаться было нельзя.
Пусть я и обвинила брата в упаднических настроениях, всё равно понимала, что сейчас каждая секунда на счету. В отличие от нас военные офицеры передвигались по городу верхом и сто процентов могли оказаться на месте раньше положенного срока.
– Чёрт! – выкрикнул брат одно из моих любимых ругательств. – Мён Су, быстрее!
– Поняла, – я тоже услышала душераздирающие крики.
Всё-таки опоздали.
Проскочив очередной переулок и растолкав людей, бегущих в панике в обратную сторону, мы замерли, глядя на то, как маленькая девочка плачет рядом с матерью. Обе стояли на коленях перед офицером и умоляли мужчину остановиться.
Опустив глаза вниз, я ужаснулась – отец семейства лежал на земле и яростно пытался скинуть с себя одного из военнослужащих с кинжалом в руке.
– Эй, ты! – рявкнул Джи Мин. – Не хочешь побороться с равным?
Все присутствующие моментально подняли головы и уставились на нас.
Вот теперь точно начнётся веселье!
Пришлось отступить на несколько шагов, чтобы дать брату пространство для манёвра и обойти эту толпу сбоку. Земледелец, погрязший в долгах, воспользовался ситуацией и скинул с себя вооружённого противника.
Вот моя цель.
Я успела прежде, чем стражник добрался до опешивших матери с дочерью, чтобы сделать их заложниками.
Взмах меча. Увод вражеского клинка в сторону с характерным металлическим скрежетом. Остервенелый взгляд противника.
– Уйди с дороги, щенок! – процедил мужчина.
Я же просто хмыкнула и немного отступила, принимая боевую стойку и закрывая собой несчастную семью. Её глава быстро понял, что к чему и начал уводить родных в дом. Это ещё сильнее распалило гнев одного из королевских воинов, который тут же ринулся в атаку.
Широким размашистым ударом он явно намеревался снести мне голову, но я оказалась проворнее и успела увернуться. Лезвие со свистом рассекло воздух в сантиметре от моего уха.
Медлить было нельзя.
Коротким движением я полоснула по локтю мужчины, заставив того взвыть от боли и выронить оружие. Режущий край хвандо был удобен для того, чтобы вторым взмахом повредить сопернику колено и дать себе время на увод оного в бессознательное состояние ударом ноги.
Ничего, сослуживцы заберут, он очнётся и оправится.
Никогда никого не калечила до такой степени, что человек не смог бы дальше нормально существовать. Брат ещё мог, а мне было тяжело. Сразу начинала ассоциировать себя с этими мерзавцами.
Чутьё взревело хуже разъярённого тигра в следующую же секунду. Развернувшись, увидела перед собой ещё одного воина, намеревающегося атаковать. Парализующее плетение уже летело в мою сторону на огромной скорости. Я успела нейтрализовать его отработанным до автоматизма жестом в последний момент. Два быстрых вращения меча активировали выкованные на лезвии руны и теперь клинок мог рассечь подобные заклинания.
– Кого обокрал, бандит?! – мой соперник смотрел на меня с долей опаски.
Парень был молодой, но, видимо, достаточно умный, чтобы понять простую вещь – абы кто такое оружие не раздобудет. Либо знатный господин, либо крайне талантливый вор.
Пришлось молчать, как и всегда, хотя на языке вертелось большое количество крайне язвительных фразочек, в том числе и непечатных.
Кровь кипела от разгоревшейся потасовки. Я знала, что Джи Мин там тоже от души развлекается. За спиной раздавались ругательства и яростные крики, говорившие о том, что большинство проигрывает, несмотря на явное преимущество.
Адреналин окончательно отключил мой инстинкт самосохранения, и я решила, раз не могу подключить голос, немного подёргать тигра за усы. Вернувшись в боевую стойку, поманила этого дурачка свободной рукой. Ладонь была направлена вверх.
Да, здесь подзывали жестом, когда пальцы направлены вниз. Привычный любому русскому человеку воспринимался, как жутчайшее оскорбление. Меня всегда это забавляло.
– Ты труп! – выпалил мой противник и вынул хвандо из ножен.
Воспользовавшись заминкой, напала первой, чтобы не давать парню времени на раздумья. В отличие от предыдущего бойца он был более расторопным, поэтому сумел блокировать удар.
Так даже интереснее!
Попыталась зайти офицеру за спину, но он умудрился вывернуться и сделать резкий выпад. Если бы не моя реакция, то в теле точно появилась бы сквозная дыра.
Встав полубоком, приготовилась к следующей атаке, поскольку не успевала сделать следующий шаг. Теперь я лишь отступала и держала дистанцию, стараясь выявить хоть какие-то слабости у этого талантливого человека.
Вот уж кто точно не зря просиживает штаны в военном ведомстве.
Со временем мне всё же это удалось – у парня были проблемы с правой ногой. Он едва заметно прихрамывал. Полоснула по повреждённой ноге с наскока и поняла, что оказалась права. Дальше поступила практически так же, как и с первым – выбила оружие из руки противника и ударом рукояти о голову дезориентировала его. У меня было недостаточно сил, чтобы отключить его, поэтому я просто приложила своё колено о стратегически важное у мужчин место. Сильно приложила. С чувством!
Наверное, этого парня постигла бы участь сослуживца, если бы не нож, пролетевший в опасной близости от меня и воткнувшийся в стену ближайшего дома.
Я подпрыгнула на месте и обратила внимание на место, откуда его метнули и увидела мужскую фигуру на крыше. Точно не воин короля… Однако одежда и кат, специфичная шляпа, говорили сами за себя – янбан.
Дворянин, и точно работает на правящую верхушку.
Настолько сильно боятся простых людей, что даже наёмников подослали?!
Сама не заметила, как бросила стонущего офицера на земле и ринулась за незнакомцем. Он спрыгнул с крыши и оказался на другой стороне улицы, но мне был известен каждый закоулок, так что догнать этого человека не составило труда.
Я гналась за ним, чувствуя, как мышцы гудят от напряжения. Дыхание сбилось, но темп не сбавлялся. Держала его на чистом упрямстве.
Он резко остановился и повернулся ко мне. Луна освещала его лицо, но из-за такой же ткани, как у меня, я не смогла его разглядеть. Лишь глаза, смотревшие на меня, как на главного врага. Уверена, мой взгляд ничем не отличался.
Наёмник был готов к бою.
На этот раз не было времени просчитывать ходы. Всё шло на инстинктах и привычках. Две секунды – на моей левой руке образовался порез, ещё секунда – и я срезала эту проклятую ткань с его головы, зайдя со спины.
Мужчина закрыл лицо рукавом, но кое-что я всё же усмотрела.
Прямой нос, острый подбородок и цепкие чёрные глаза с хищным прищуром – не такой уж качественный портрет, но многое на скорости и не разглядишь. Этот персонаж обладал молниеносной реакцией.
Руны на моём мече были по-прежнему активированы и источали слабый голубоватый свет, привлёкший внимание незнакомца. Заметила это, когда он перестал двигать пальцами свободной руки.
Мастер. Я даже не сразу поняла, что на меня готовится атака магического характера.
Непрошенное восхищение заставило моё успокоившееся дыхание участиться. Конечно, я понимала, что Джи Мин далеко не главный профессионал в сфере боевых искусств, но и людей лучше него я не встречала. Этой ночью всё изменилось.
Мягкая поступь хищника завораживала меня. Я запоминала всё до мельчайших деталей, чтобы отработать всё увиденное на тренировках. Перехватив хвандо поудобнее, сделала шаг вперёд и нацелилась на руку соперника, в которой он держал оружие, как на самое уязвимое место, но меня отвлёк грохот, раздавшийся за спиной.
