Текст книги "Реальность фантастики №01-02 (65-66) 2009 (СИ)"

Автор книги: Ираклий Вахтангишвили

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 24 страниц)

Операторы подняли его на смех, а Ромка-джи возьми, да и ляпни, что, мол, операторы уже которое поколение из года в год одни и те же кнопки нажимают, а на это большого ума не надо!

За что и был оттаскан за уши… а чуть позже выпорот муллой-батюшкой.

«Ты, Ромка-джи, подстерегайся такие слова говорить, – напоследок ска-зал ему, распаляясь, мулла-батюшка. С таких разговоров ересь и начина-ется. А неймётся – гони в Челябинск самоходом, не заплачем. Там каждой твари по паре: и крестоносцы, и лунатики, и хунхузы… одни еретики-гяуры-блядь… вот и составят тебе компанию пошёл!» и, взяв дурака за ухо, по-волок к выходу… на ночь-то глядя!

Ромка-джи представил себе, как в пустыне его, одинокого, пожирают ог-ромные карачи и взвыл так, что Мама-Галя подумала – всё! – ее приёмно-го сына мулла-батюшка насмерть засёк. Влетела в комнату и на священ-ника! И норовит в глаза вцепиться…

– А палатка у них тоже генетически изменённая? – спросила Маринка. – Палатка – это нанотех, тут ума большого не надо. – А компьютер? Ты его в глаза видел? Почему у Зии прямо из ладони

все схемы и картинки в воздухе показываются? Это было действительно чудо. Всё такое яркое, объёмное… живое просто.

Старики за пришельцами по городу не бродили. Из гордости и для со-лидности. Зато молодёжь и ребятня им проходу не давали, лезли с воп-росами что, мол, да как, там на белом свете? А правда, что в Москве на Луну летают? Кто-то даже клялся, мол, видел своими собственными глазами новые блестящие пятна на Луне… дескать, только что добави-лись к старым.

А правда, что в морях демонские корабли в воду карачи запускают? А правда, что в Москве тоже карачи есть? ..

Все сразу притихли, а Зия неохотно сказал, что карачи – они везде есть, но в Москве их не в пример меньше. И всем стало почему-то неловко…

Но ребятня не унималась. А правда, что у президента-эмира такой компьютер есть, что всё-всё на свете видно? А правда, что в Челябе Москву не признают? А правда, что в Москве все-все могут в Сеть входить, а не только старосты и муллы-батюшки? А правда, что…

Зия смеялся и отвечал охотно. Савва, тот всё больше хмурился и что-то бормотал на ходу. «Соображения свои записываю… а то память дыря-вая», – ответил он на вопрос и все засмеялись.

А теперь, вот, никому не спалось. «Ну и денёк!» – подумал Егор, плотнее заворачиваясь в дышащее прохладой одеяло.

– Компьютер у него в теле зашит, – разглагольствовал тем временем Ромка-джи. Или где-нибудь в заднице…

Маринка прыснула. Егор нахмурился.

– А вот мне другое интересно, – воодушевлённо продолжал Ромка-джи, не замечая, что из-под одеяла уже видать исподнее. Он размахивал руками и то и дело зверски ерошил шевелюру, невидящими глазами глядел на пустую ладонь, и снова запускал её в густые чёрные волосы. – Они же так и не ска-зали, куда после нас пойдут! Егорка, спорим, что им в Эко-терем-бург надо?

– Там в песке всё, неохотно ответил Erop. Желание спорить у него пропало. Ишь, как Маринка на Ромку-джи уставилась, аж глаза сияют.– Люди говорят, только у Шарташа нормальная власть есть. Почти, как наш город. А по пескам вокруг одни еретики-гяуры-блядь мудохаются. Хунхузы там… полевские, лунатики… Верблюдов угоняют, людей воруют.

Неподалёку заорал какой-то младенец. В стену с той стороны со злостью стукнули.

Потише говори! сказала Маринка. Перебудишь все ясли.

К орущему младенцу тотчас присоединился другой.

– Ну, завели… – проворчал Ромка-джи и улёгся на бок, подперев голову рукой.

– Я спать пошла. Мальчики – пока! – и Маринка грациозно помахав ру-кой, удалилась.

Малыши продолжали орать. Эх… угомон вас возьми, мокрозадые! Пос-корее бы в другое место перебраться, как взрослым. Эти ясли кого хочешь с ума сведут. Опять же, как без них?

Известное дело – храни грудного до полутора лет. Если карачи его у лю-дей не украли – молись Господу-Аллаху пронесло! Дед говорил, в раниш-ные времена целые битвы происходили. Ромкина семья, например, отбилась, не отдала сына. Мать его только пострадала… при взрыве глушилки. Болела долго и умерла. А отец Ромку-джи выходил… укрыл от карачи… уберёг…

Мысли стали путаться. Перед Егором вдруг прошла Маринка… кокетли-во завёрнутая в одеяло, как в плащ… потом пошёл дождь и Егор удивился-вроде, не время для дождя… лето в разгаре… а потом карачи рылся в песке и вдруг рассыпался на целую кучу маленьких муравьёв… «Нет, не муравьев-маленьких карачи!» спокойно подумал Erop…

И уснул. Как в чёрный ил провалился.

Ничего хорошего не сказал им мулла-батюшка при встрече. Вызверился только на пришельцев, мрачно головой кивнул на их приветствие. Огром-ный, заросший бородой по самые глаза, он был выше даже Саввы… да и в плечах пошире. Странный его комбинезон армейский, но какого-то зеле-ного цвета с жёлтыми и тёмными пятнами, не песчаной раскраски, каза-лось, был ему тесен. Хотя, как может быть тесной нано-ткань?

– Мы пришли поговорить о Комбинате, – спокойно сказал Зия.

Мулла-батюшка повернулся и махнул рукой куда-то внутрь храма.

Егору до смерти хотелось зайти, но он боялся. Сзади переминался с но-ги на ногу Ромка-джи, а чуть в стороне стояла Мама-Галя. Платок на ней был повязан на мужской манер сзади. Выбитый глаз прикрыт… веко за-пало. А так, если привыкнуть, она всегда была красивой. Маринка вся в неё – и волосы такие же буйные, чёрные. Только Маринка их в хвост заби-рает, а Мама-Галя всегда распущенными носит… чёрная комета, как однаж-ды назвал её дядько Саша. И выбитый глаз, и мужской комбинезон её не портят, и даже самодельные мягкие сапоги из верблюжьей шкуры – всё равно, на зависть всем женщинам города, все мужики на неё поглядывают.

Николай, – позвала она муллу-батюшку и тот тяжело обернулся в дверях. – Мы тоже все зайдём, ладно?

– Зачем? – помедлив, спросил мулла-батюшка

– А вот там и узнаешь, – с вызовом ответила Мама-Галя.

Мулла-батюшка засопел, насупился, а потом отвернулся, буркнув:

– Двери Храма для всех открыты. Денно и нощно, – и прошёл внутрь.

Храм в городе был хороший. Егор сказал бы даже – знаменитый Храм. Ежели кто в город приезжал все восхищались. Далековато стоял, на от-шибе, но «путь к Господу-Аллаху коротким не бывает», говорил мулла-ба-тюшка.

Войдёшь в Храм мозаика бликами тонкими, огоньками живыми льнёт. Люди какие-то… планеты… флаг красный…

Из древневерского только одна надпись и понятна: «Кино». Вот, поди, компьютер-то здоровенный здесь стоял! Ромка-джи говорит, что тогда фильмы с запахом показывали. Врёт, конечно, но здесь, перед красотой та-кой поневоле поверишь…

Один молельный зал чего стоил! Огромный, красивый! Со сценой-алта-рём для избранных; с белым экраном во всю заднюю стену алтаря, с неболь-шой комнаткой за противоположной экрану стеной, два небольших окошка которой выходили прямо в зал над головами молящихся, рассаживающих-ся на вытертых добела креслах, стоящих строгими ровными рядами.

Бывало, как включит священник энигму – просто плакать хочется. А на экране святые картины плывут: Москва, космос со звёздами и планетами, Господь-Аллах на серебряном облаке руку Адаму протягивает, Иисус на го-ре проповедует, Давид-Микеланджело хмурится, Святая Мона-Лиза улыба-ется, Великомученик Тагил-мэр-бай Танк Веры-Истины пламенем объят, Имам-отступник на ветке, иуда, болтается, Гагарин-шайтан весело смеётся…

Егору всегда его жалко было – чего, вот, к солнцу стремился? Хотя, в прин-ципе, всё хорошо закончилось. Господь-Аллах строг к дерзким… но милостив. Вот, погиб Гагарин-шайтан, а ведь вся Земля оплакивала! И дал ему Вседержи-тель место у трона своего… за красоту душевную, и простил прегрешение… только молиться Гагарину-шайтану людям запретил. Сам-то он за путешест-венников и странствующих молится, а вот ему помолиться – не положено…

А ведь мог Гагарин-шайтан жить да жить… президентом-эмиром России стать, да?

А вот и святая картина Эмира-Казань. Смеётся… прямо, как живой! В од-ной руке крест, а в другой полумесяц. Это его Господь-Аллах живым на не-бо взял… за Великое Прозрение Веры-Истины.

Ромка как-то сунул любопытный нос в комп муллы-батюшки. Тот его на урок принёс, да что-то заговорился с родителями после вечернего намаза. Там, в компе, все святые картины были… ох, и много же! Пацаны с девчонка-ми до этого и половины не видели, оказывается! И мученики, и демоны (только и отличишь от людей, что надпись «демон» внизу), и какие-то горо-да и храмы. Не иначе Град Небесный, сказала тогда Маринка. И Мария-Мать красавица, и Иисус на кресте, и зверо-демоны – глаза разбегаются!

А в отдельных файлах – энигма-псалмы. Не просто так, а подписанные все не русским, а демонским компьютерным языком: Enigma-Voyager, Enigma-Remember The Future, Enigma– Metamorphosis… А по-русски нет ни одного названия. Бессмыслица какая-то… но до чего же красиво звучит энигма, когда её слушаешь!

Когда энигму поёшь, на душе светлее. А иногда тревожно так становится… хоть плачь, пусть и не понимаешь ни слова… Мулла-батюшка, когда вернул-ся, на удивление не рассердился. Дал Ромке подзатыльника и сказал, мол, подрастёшь, всё сам в Храме и увидишь. Энигму пойте, хоть до утренней за-ри, а в святые картины пока нечего любопытный нос совать не доросли ещё. А надписи, мол, хоть и демонские, но не злобные. Господь-Аллах может и демонов на службу поставить – не пикнут, будут повиноваться.

Разговора взрослых ребятам послушать не удалось. Мулла-батюшка сра-зу же попросил их принести воды, – водопровод в Храм так и не протянули, далеко! – и пока они брели к ближайшей колонке, да там ещё пережи-дали небольшую очередь, да ещё и обратно тащили бурдюки с водой, как верблюды, по жаре на собственных горбах…

Егор услыхал только, как мулла-батюшка закончил разговор:

– … мало ли, что было раньше! Раньше, вон, холодно было, а сейчас до сороковых широт жарко. Глобальное потепление – спасибо Господу-Алла-ху – вовремя закончилось, дав нам возможность жить в Вере-Истине.

– Не похожи вы на простого деревенского священника, – вкрадчиво, как показалось Егору, сказал Зия. – Армейская заквасочка, знаете ли… Быв-ший десант-сполох?

– А я не бывший. Я и сейчас на войне. Только война эта – за путь пра-ведный, – отрезал мулла-батюшка, а Мама-Галя тихо сказала:

– Николай у нас и опора, и защита, и утешение. Уж и не знаю, что было бы, если бы не он был священником… и вдруг положила руку на огром-ную ладонь.

Егору стало неловко и он, отвернувшись, преувеличено громко заорал:

– Пошустрее, задохлики! Маринка! У тебя воды всего-ничего, не копайся!

– Блин, бугай какой, – пропыхтел Ромка-джи, затаскивая в Храм свой бурдюк с водой. – Тебе-то легко говорить…

– Эй, молодёжь! – поднялся мулла-батюшка, – тащите всё, сами знае-те куда. И пошустрее обратно! Разговор есть!

Грузовик дяди Ахмата так и валялся неподалёку от Совета. Скрыт побе-гами ген-саксаула только кабина торчит и суставы лап.

– А что лап-то… всего пять? – спросил, морщась, Савва.

– Таким и был… изначально таким! – отозвался старый Ким. – Ахмат его пригнал сюда году этак в восьмидесятом… так он уже и был на пяти ла-пах… да! На пяти, точно помню, на пяти! Староста ему говорит…

– Спасибо, господин Ким, – прервал его Зия. – Мы тут сейчас повозим-ся немного, авось, удастся взбодрить, а? А вы пока удалитесь… э-э-э… на время. Если что мы вас позовём, хорошо?

И не дождавшись ответа Кима, он раскрыл рюкзак.

Серёжа-слесарь с женой и сыном Егором-вторым принесли свои сумки. Егор-второй важно достал нано-тестер.. важничает, засранец, как будто что понимает…

– Эх! – воскликнул Серёжа-слесарь. – Фирман-Москва… что не сдела-ешь для президента-батюшки!

Егор и Ромка-джи переминались с ноги на ногу в двух шагах. С одной стороны было ужасно любопытно… а с другой – Зия честно предупредил их о том, что, скорее всего раскуроченный пятилапый грузовик ремонту не подлежит. Ребятам не терпелось вернуться в Храм, где староста и мулла-ба-тюшка перед намазом обещали москвичам прокрутить файл с новостями о мире, и где Маринка обещала им занять лучшие места.

То, что староста обычно показывал, было как правило, непонятным и до ужаса ненужным: какие-то войны на окраинах России, а то и пуще – в не-понятных местах… почти у самой Стены-Европа. А то заставлял их смот-реть ежегодные обращения президента-эмира к народу… причём говорил тот всегда о делах закрученных, московских… иногда упоминал о Казани… а об Урале – ни слова! Как-то раз обмолвился о Пермском-буфер-кагана-те… так это тоже далековато! Нет, конечно, Урал граница, но всё-таки!

Зия с Саввой сказали, что файл свежий, – только-только из Москвы.

– Так мы пойдём? – не выдержав, спросил Ромка-джи.

– Валяйте! – рассеянно сказал Зия и улыбнулся. – Вечером, после на-маза встретимся.

Егор хлопнул Ромку по плечу и они наперегонки рванули к Храму, пет-ляя лабиринтом ген-саксаула. Егор на ходу сорвал веточку карагача и крик-нул отставшему Ромке:

– Кто последний – тому в задницу!

Ромка пыхтел, но упорно старался догнать.

У самого Храма сидел староста Володя. Он что-то бормотал себе под нос, прикрыв глаза. Старенький молитвенный коврик был аккуратно расстелен в тени козырька над входом в Храм. Неподалёку важно стояли несколько ста-риков из Совета. Запыхавшийся Егор перевёл дух и вежливо поздоровался.

Староста приоткрыл глаза и кивнул. Подбежавший Ромка-джи сложил руки на груди и поклонился. говорить он всё равно не мог – бежал шибко быстро. Ребята уже попытались обойти старосту по длинной дуге и проб-раться в храм, как староста, закряхтев, поднялся и негромко сказал:

– Егор, ты мне нужен. Поговорить надо. А ты, давай, шуруй в Храм… на-чалось уже всё.

Егор чуть не взвыл вот тебе, здрасьте! А как же просмотр файла… и Маринка… и лучшие места в Храме?!

Ромка-джи довольно хихикнул и пулей умчался внутрь.

– Пошли, Егор. Присядем в Храме… только не в зале… чтобы не мешать никому…

Когда они уселись в маленькой комнате с двумя недействующими руко-мойниками на стене, староста долго молчал. Вот, ведь, как издевается… ста-рый хрыч! Отец его недолюбливал… не зря видно!

– Москвичи провожатого требуют, – вдруг сказал староста. – Я-то тебя хотел в Челябинск направить. В охране. Караван собираем… шкуры пове-зём, ген-кумыс, двухлеток погоним. В этом году с верблюдами у нас хоро-шо. Ромка-джи был там, а теперь и тебе вместе с ним пора…

– А кто в дозоре останется?

Староста Володя прикрыл глаза и нехотя пробормотал:

Я-то тебя сроду бы не отпустил… кроме, как в охрану до Челябы. Но москвичи – еретики-гяуры-блядь – Ромку-джи не хотят в провожатые.

Любопытен он без меры… глуп. А ты им подходишь… да и с калашом ты уп-равляешься лучше других…

Э-э-э… ну… спасибо… А куда идти-то? Не в Челябу что ли? А куда?

– На Комбинат им надо, – прошептал староста и вдруг остро глянул прямо в глаза Егора. – На Комбинат они хотят, понял?

– Так там же атомы и радиация?

Староста перестал прожигать Егора взглядом и снова закрыл глаза. Пос-ле долгого молчания он сказал:

– Печень болит. Болит и болит… вот уже два года скоро. Сдохну, поди. Рано или поздно все мы перед Вседержителем предстанем – кроме демо-нов. Денно и нощно Господа-Аллаха молю о народе нашем, под сенью Ве-ры-Истины пребывающем…

Издалека еле слышно донесся многоголосый смех… город смотрел файл…

– Сдохну… ответ буду держать. За всех. За всех, понял?! За весь город! И простит мне Господь-Аллах этот грех – простит! Ибо отправляю я тебя с этими лукавыми, сам не ведая – куда. И отправляю я тебя, надеясь, что Ве-ра-Истина в тебе… и ты с нею. И что спасёт она тебя от путей ложных, от соблазнов неверных…

Староста Володя замолчал. Егор перевёл дух. Ни хрена себе… на Комби-нат идти Да ещё и с Саввой и Зией! Да ещё и с молитвенной помощью старосты! Ох…

Староста открыл глаза и буднично спросил:

– Грузовик они починят? Как ты считаешь? – И видя, что Егор опешил от того, что с ним советуются, как с равным, прикрикнул: Чего рот отк-рыл? Починят или нет?

– А ваш мулла-батюшка тот ещё фрукт! – крикнул Зия.

Сидеть на месте водителя было неудобно и Зия весь скособочился, дер-жась за джостик-штурвал управления.

Грузовик заметно хромал на две лапы из оставшихся пяти и скрежетал при каждом шаге. Дело было не в нано-смазке – скрежетали мышцы грузо-вика… и тут, уж, поделать ничего было нельзя. Во всяком случае, в городе… и с такими помощниками, как Серёжа-слесарь и его благочестивое семей-ство, сказал сердитый Савва.

– Очень загадочный мужик! – продолжал Зия.

Грузовик оступился и Егор с размаху ударился лбом о ствол собственно-го калаша.

– Ё-о-о-о! – промычал сзади Савва, прикусив язык.

Именно в этот момент перед кабиной и справа от неё возникли тёмно-ко-ричневые стены…

…и не успел Егор удивиться, как в уши туго ударил взрыв.

География России (учебник для детей).

Вводная глава «История нашего мира».

Так было. Так мы должны знать. Так мы будем рассказывать детям своих детей.

Земля наша, сотворённая Господом-Аллахом, не всегда была такой, какой ты видишь её на картах. Когда-то на месте пустынь зеленели ле-са и текли полноводные реки. И полушария Земли назывались просто Восточным и Западным.

И разгневался Господь-Аллах на грешных, и напустил на Землю Вели-кую Сушь, которую учёные называют глобальным потеплением. И отс-тупила жизнь в те места, где ранее стояли трескучие морозы.

Так было. Так мы должны знать.

И начались войны между людьми за право жить и растить детей.

И начались войны за землю и воду.

И начались религиозные войны.

И верили люди во что угодно, и убивали друг друга христиане-кресто-носцы и мусульмане-лунатики, идолопоклонники Будды-предтечи и Кон-фуция-лжепророка.

И было Откровение, которое принёс нам навеки Эмир-Казань о единой всеобьемлющей Вере-Истине, крылами своими покрывающей и ислам, и христианство, и Господе-Аллахе Вседержителе, безграничной милостью своею давший миру последний шанс.

И прошёл он огнём и мечом, устанавливая единое, низвергая раздроб-ленное, искореняя нечестивое. И был установлен священный мир по всей России, и принял бразды правления Эмир-Казань, став первым президен-том-эмиром.

Закончился Святой Джихад за Веру-Истину великой победой право-верных.

И началась эра мира и благоденствия.

Так было. Так мы должны знать.

Тем временем Демонское полушарие вело свои войны, приняв сторону христиан-крестоносцев. И не было мира в демонских землях.

И в гордыне своей отделились демоны от человечества, укрывшись за океанами.

И Господь-Аллах сделал так, чтобы всякие контакты между Полуша-рием Веры-Истины и Демонским полушарием прекратились до Страш-ного Суда.

И теперь Россия мирно и счастливо процветает под крылом Веры-Ис-тины!

Так было. Так мьс должны знать. Так мьс будем рассказывать детям

своих детей.

… перед кабиной и справа от неё возникли тёмно-коричневые стены… и не успел Егор удивиться, как в уши туго ударил взрыв.

Нано-плёнка, натянутая Зией ещё в городе вместо выбитых стёкол каби-ны, вогнулась внутрь и мгновенно покрылась налётом песчинок и мелких осколков, вдавленных снаружи ударной волной. Раскалённый ржавый гвоздь на треть длины пробил плёнку и застрял в ней, блеснув под содран-ной ржавчиной сизым отливом. Егор ударился головой о дверцу и на мгно-вение ослеп…

Савва что-то орал, выкручивая джостик-штурвал, Зия судорожно тыкал локтем в бок Егора, поправляя монитор, висящий перед ним. «Комары» пе-реориентировались на ходу, показывая теперь бородатых людей в песчаных комбинезонах, торопливо выбирающихся из открытого схрона. Экран дро-жал, изображение прыгало. В левом углу паучком копошился грузовик, раскорячив лапы… изображение пошло полосами и смылось, грузовик наискосок метнулся через весь экран. В кадр рывком въехала чья-то боро-датая потная физиономия в защитных очках.

«Напоролись… – мелькнуло в голове, – ничего, раз не под грузовиком фу-гас грохнули значит просто грабить… шайтан, где же эта чёртова ручка?!!»

Егор наконец-то нащупал ручку дверцы и вывалился наружу. Зия схва-тил его за плечо, что-то крича. Егор рванулся, рука Зии соскользнула, дёр-нув его напоследок за рукав, и Егор упал не на живот, а на спину.

Зия! Балбес-шайтан! ..

Так, на живот, за лапу грузовика… ага, вон они откуда высовываются. Спокойно… главное – чтобы Ромку-джи в фургоне не задело… Нет! Вон он, лупит очередью с борта… молодец! Патроны только не жалеет, засранец…

Ах ты… гадёныш… сковырнулся… теперь второго… ага! Перекатываемся…

Слева от нас из песка наверняка вылезло несколько… но это уже Саввы забота… его сторона!

Др-р-р… прогрохотало по борту над головой. Не страшно… Взвизгнуло, срикошетировав от лапы… ничего-о-о! Это нам по фигу… мы умные… А те-перь, суки, глушилка…

Егор, не глядя, привычно вдел пальцы левой руки в кольца кастета-глу-шилки. неподалёку грохнуло… осколки дробно пробарабанили по кузову. Ничего… ничего! Там тоже нано-плёночка напылена… А мы, вот, хоп! под этим дымком и перебежим… перекатимся..

Из-за бархана вывалились двое и очумело запрыгали вниз по склону. Наркоты, поди, под самые уши приняли… морды поганые! Егор снял их глушилкой, только брызнуло… а заодно и третьему снесло полголовы, кото-рые он успел высунуть из-за бархана. Самый гребень бархана мгновенно сдуло, как пыль… хорошо бы по глазам этим тварям… Эх…рука заныла, кисть онемела… ничего, заживет до свадьбы!

Осторожненько… ага, вот и верх… горячо, блин, после глушилки… давай-давай, пока не очухались! Ромка-джи, милый, ты, главное, прикрывай меня!

Сзади зашипело. Егор не успел обернуться, потому что чуть ли не нос к носу столкнулся с людьми, корчившимися на песке. Ага! Глушилочкой вскользь задело – это страшное дело, сволочи! Вдали чернел вход в схрон и в угольном проёме бился злой огонёк. Боковым зрением Егор видел нес-колько человек, нерешительно топтавшихся поодаль.

Шипение нарастало. Егор успел выпустить короткую очередь, пытаясь загасить огонёк, как внутри схрона что-то оглушительно лопнуло… и на месте схрона вымахнул чёрный дым. С размаху ударило по ушам. Егор не-ловко упал ничком, открыв рот и воткнулся мордой в раскалённый песок.

Спасибо Господу-Аллаху, в глаза ничего не попало! Егор перекатился в сторону и смахнул с век горячие песчинки. Бой, похоже, подходил к концу. Подоспевший Ромка-джи с гребня уже выкашивал уцелевших. Слева ко-роткими очередями поддержал Зия. Из воронки на месте бывшего схрона валил дым и метался красный лоскут пламени, выпрастываясь и снова ис-чезая в дыму, как человек, отчаянно борющийся за жизнь. Господь-Аллах! Чем это их Савва шарахнул?

Егор метнулся к одному из уцелевших, тянущих вверх руки. Калаш тот откинул в сторону. На грязном лице блестели безумные глаза. Из носа ручьями текла кровь. На груди болталась пыльная стеклянная призма, внутри которой темнел отрезанный человеческий член.

Ага… держим на мушке… ларинги на режим переводчика – быстрее же1.. Главное короткими фразами…

– Кто такие? Кто?! Говори быстро! Быстро говори, гад1!! Говори и я сох-раню тебе жизнь! Кто вас послал? Комбинат?! А?!! Говори!! !

– Господин, не убивайте меня, господин!.. – захрюкал в ушах моно-тонный перевод. – Мы просто хотели дань взять… мы люди из клана Прокопа-аги… Прокоп-ага, он… не стреляйте, господин, клянусь, я буду служить вам…

Прокоп-ага с вами? Говори! Жизнь сохраню! Говори!!!

– Он был в схроне… господин… господин!… Не надо!!! Ненадоненадо-нена! ..

Егор выстрелил ему в лицо.

И пошёл добивать раненых и собирать трофеи. Слава Господу-Аллаху, простая шатун-банда…сброд.

– Говно твои «комары»! – хмуро сказал Савва. – Старье. Прошлый век.

Они сидели в фургоне грузовика. Мерцали экраны компьютера, выведен-ные на стены. «Комары» болтались над барханами в радиусе полукиломет-ра, оглядывая окрестности. На одном из экранов длинной полосой чадила воронка. Любопытные ген-тушканчики прыгали где-то на пределе видимос-ти «комаров», не решаясь подойти ближе. В небе к трупам уже приглядыва-лись, нарезая круг за кругом, три здоровенных стервятника. Савва возился с печью, раздражённо пытаясь настроить её на оптимальный режим.

– Саввушка, и где же я тебе возьму что-то поновее? весело ответил Зия, обрабатывая Егорову физиономию. – Схрон есть схрон. На то он и придуман на этой дороге. Не надо было кругаля давать – пёрлись бы из го-рода напрямую, на Комбинат!

Я к тому, что у «комаров» твоих только и есть, что видео…

– А нюхалку мы им настраивать не можем, Саввушка… не та модель.

– Вот я и говорю – старьё!

– А что, есть и с нюхалкой?! – живо заинтересовался Ромка-джи, терпе-ливо дожидающийся своей очереди на врачевание, – расшиб о борт колено, когда с грузовика слетел на помощь Егору.

– А как же! Конечно, есть! – весело ответил Зия. – Однако, Егор… ну ты, блин, и десант-сполох! на кой чёрт было шатуну ухо отрезать, а?

– На память, – зашипев от боли, ответил Егор. – Все так делают.

– Не шипи, сейчас закончу… Ухо-то, поди, Маринке подаришь? – с не-понятной интонацией спросил Зия.

Ещё чего! Кто же девушкам такое дарит? удивился Егор. Нет… хранить буду… на воинскую память…

– И много их у тебя? – прогудел Савва.

Три… это четвёртым будет.

– А у меня два… вместе с нынешним! – похвастал Ромка-джи.

– Эх… ниндзя Господа-Аллаха… – проворчал Савва. – Озверел наро-дишко… пустыня!

Да, идеи гуманизма здесь не в ходу! пробормотал Зия, осторожно ощупывая онемевшую кисть руки Егора.

– Почему не в ходу? Просто они действуют в пределах рода… города, на-конец! – возразил Савва., – Так, готово! Через три-четыре минуты можно ужинать Долго вы там ещё возиться будете?

– А почему у «комаров» нет иглы с ядом? – жадно спросил Ромка-джи, – Я бы их снабдил жалами… раз! – и готово!

Егор вздохнул. Кисть здорово ныла, да ещё и пальцы начали покалывать неприятные тонкие иголочки… онемение проходит. Блин, Ромка-джи сей-час начнёт донимать Савву…

– Нету и нету. И хрен с ними! – пропел Зия, смазывая Егору пальцы ка-кой-то приторно пахнущей дрянью. Зачем нам это? У нас Егор-шайтан сам-один всех врагов поразгоняет… только покажи!

Егор против воли улыбнулся. Зия всё-таки хороший мужик… и от мази

его легче становится, да! Позвонить надо, кстати… успокоить муллу-батюшку, мол, у нас всё в

норме и всё цело… даже трофеи есть!

«Кругаля» они, конечно, дали немалого. А всё староста Володя умо-лил-таки Зию пройти по старой дороге вместе с караваном как можно доль-ше. Оно и верно – чем ближе к Челябе, тем больше порядка, хоть и дви-жешься на юг. Отмахать до тракта километров двадцать, пройти по нему ещё столько же, а потом оставить караван в относительно безопасных мес-тах и забирать вправо и вправо, делая круг, стараясь идти пустыней – пра-во, это выгоднее!

Да и к комбинату подходить с юго-восточной стороны удобнее, не надо будет петлять между могильниками, – вот уж где сплошные атомы, шайтан их дери! Да и Карачай там рядом, вместе с комбинатовской шайтан-уста-новкой… уж лучше обойти.

Но и предлагал староста немало: грузовик берите, Егора впридачу, еды-воды… короче, размахнулся! Только обратно всё пригоните – и будет над вами тогда полное благоволение всех святых и угодников впридачу. Мало ему, стяжателю, того, что Савва помог операторам наладить несколько ба-рахлящих режимов на Установке… мало, что Зия насовсем оставил ему че-тыре следящих камеры в Каслях, – да ещё и подключил их к компу муллы-батюшки… мало, что накачал файлов свежих, а ребятишкам несколько иг-рушек-стрелялок подарил, – только попроси и в школе после урока можно до одури наиграться… так он ещё нано-плёнку выклянчил! Осталось-пшик! А ведь она не самовоспроизводящаяся! Регенерирует, конечно, вон, как гвоздь из себя выталкивает, а песчинки да мелочь уже почти все осыпались, – но только в пределах места, куда натянута или набрызгана. А в баллончике она не растёт… не может.

Самое смешное Зия с Саввой отдали полный баллончик! Оставили се-бе уже траченный. И заначил староста Володя заветное сокровище… поди, теперь до самой смерти хранить-скопидомничать… и одарил гостей «на ра-достях» ещё двумя бурдюками с ген-кумысом.

Нет, ну, обязательно надо людям руки выкручивать и последнее отнимать!

Впрочем, Зия и Савва особенно-то и не торговались. Наверное, им тоже не шибко улыбалось в Комбинат с его атомами и радиацией соваться. Од-нако, они, хоть и учёные, а не солдаты, но приказ президента-эмира и Свя-той Академии Наук – это не шуточки! Гоу-гоу, и не жужжи.

Конечно, в таких случаях за компанию – всегда веселей! Вот и выпроси-ли себе Егора.

Маринка ревела – куда Егора чёрт несёт, в самую радиацию к этим диким комбинатовским? Да они же там совсем чокнутые, язвами все покрытые, с моз-гами, как у шатунов! Не успокоило её даже то, что Савва показал ей на своём компьютере радиационные поля – оказывается, и это берут его датчики! Мол, не бойся, дорогуша, обойдём мы все зловредные места! Не успокоило её и то, что мулла-батюшка выдал ей хороший калаш. Мужики, де, уходят с карава-ном так у нас теперь в городе каждый ствол на счету владей, красавица!

А ведь, Маринка с детства мечтала в дозоры ходить. Маму-Галю вконец замучила ещё маленькой – покажи, да расскажи где чего у калаша… и неп-ременно стрельнуть дай.

В общем, грустные вышли проводы… даже Русланчик, Маринкин бра-тишка, заревел под конец…

Общая молитва староста всё просил Господа-Аллаха простить им грех общения с неверными, «которых гнездо нечестивое в Челябинске обрело себе демонскую поддержку» – долгая возня с погрузкой на верблюдов бур-дюков со стерилизованным мясом и сублимированным молоком, возня с верблюдами-двухлетками, которых вели на продажу… словом, вместо радо-стной суеты, о которой мечталось Егору, вышло нечто почти похоронное…

Даже и вспоминать не хочется.

Правда, Маринка на прощание поцеловала Егора прямо в губы. Но, как на грех, губы у него были пересохшими… волновался тоже, чего уж там! А Маринкины – горячие, мокрые…

Эх! .. Так бы и остался!

А после Куяша, когда простились они с караваном, полдня уж прошло… обнаруживается в фургоне Ромка-джи… да ещё врёт напропалую, что, мол, староста его сам отпустил… шайтан-врунишка…

Господь-Аллах его надоумил, это точно! Иначе сегодня, – вполне воз-можно, – схлопотал бы Егор пулю в лоб…

Ну, созвонились – чёрт с ним, радиомолчанием – утрясли…

Нет, хорошо, что он с нами!

Егор улыбнулся, засыпая… скатываясь по широкой спирали… туда, где прохладные руки Маринки легли ему на плечи… и светило незлое солнце…

А на экранах размеренной тенью, гуськом след в след прошли трое кара-чи… остановились на секунду около одного из трупов… и снова пошли. И видел их только Ромка-джи, дежурный с 02-00 до 03-30.

А Егору снились озёра.

Савва, – храни его Господь-Аллах за это! – вечером видео показывал… три прекрасных сестрёнки: Иртяш-озеро и два озера поменьше – Малая и Большая Наноги полтораста лет назад… и белые какие-то нереально прекрасные штуки – «яхты» – на их синих-синих волнах…