Текст книги "Встреча (СИ)"

Автор книги: Инди Видум

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

– Валеронушка, в этом случае и на Беляева, и на нас ополчатся все наследники княжеств с разбитыми реликвиями, а может, и не только они. Поскольку сообразят, что под ударом окажутся все. Такого давления мы не переживем, – намекнула Наташа.

– Довод, – вздохнул он. – Ладно, уговорили. Ни в кого не плюю. Разве что Базанина проглочу, если увижу. Всё равно не сдохнет.

На этой позитивной ноте мы расстались, и я наконец пошел к отчиму. Прорываться к нему не пришлось, он до кабинета не дошел, беседовал с кем-то в коридоре у двери в кабинет.

– Петя? – удивился он. – Какими судьбами?

– К вам приехал, Юрий Владимирович. С деловым разговором.

Он хмыкнул, но предложил пройти в свой кабинет, господину же, с которым беседовал, сказал, что они договорят позже. Семья, мол, главнее. Тот понимающе покивал и ушел.

– Итак, слушаю тебя, Петя, – сказал отчим, когда мы устроились в его кабинете.

– Не буду ходить вокруг да около, Юрий Владимирович. Я хочу вам предложить заварзинское княжество.

Он рассмеялся.

– Так-таки предложить?

– Именно так.

– Петя, люди без магии не могут быть князьями.

– Если это единственный довод против, то сразу скажу: это решаемо. У меня есть возможность открыть магический источник трем людям. По поводу двоих я определился – это вы и Лёня. Что касается третьего, возможны варианты. Я хотел бы Ниночке, но Наташа говорит, что нужно Щепкиной, если Лёня намерен на ней жениться.

У отчима натурально отвисла челюсть. В таком состоянии удивления я его еще ни разу не видел.

– Петя, ты серьезно? – охрипшим голосом спросил он. – Ты можешь открыть источник магии?

– Плата от бога, – ответил я. – Не бог весть что, но я решил, что вы – мои союзники, а союзников нужно усиливать.

– Мы союзники, – твердо сказал отчим. – Но княжество? Целое княжество?

– Юрий Владимирович, чтобы выполнить договор, мне всё равно придется еще одну-две реликвии собрать, так лучше я соберу для своей семьи, чем для посторонних людей.

– Это опасно, – сказал отчим. – Если хватит одной реликвии, лучше освобождай только свое княжество.

– То есть вам княжество не нужно? – уточнил я.

– Я бы, разумеется, не отказался, – ответил он, недолго подумав. – Но если риск будет слишком велик… Возможно, хватит только магии для Лёни. Ему это принципиально. Но княжество… – Он покрутил головой. – Умеешь ты, Петя, озадачивать…

– Юрий Владимирович, что поделать, – вздохнул я. – Мне в последнее время кажется, что придется восстанавливать все разбитые реликвии. Что касается заварзинской, у меня пока даже осколков нет, но есть наметки, где они могут быть. Есть собранные реликвии, которые можно активировать, но там есть наследники.

– Это однозначно нам не подходит, – ответил отчим. – Не удержу. Против меня выступят и остальные князья, и император. А с заварзинским возможны варианты. Но денег туда уйдет прорва.

– Отбивать начнем сразу, поставив автомобильный завод на границе.

Он захохотал.

– Кто о чем, а Петя о своих автомобилях. Как будто это самое важное.

– Конечно, самое важное, – удивился я. – Без своего княжества нам не дадут нормально работать, вот и приходится выкручиваться. Вон, Болдырев тридцать процентов запросил за имя. Это же грабеж чистой воды.

– Грабеж, – согласился отчим. – Была бы от него хоть какая-то польза, а то ведь деньги берет за то, что не будет создавать проблемы.

– Итак, вы согласны на княжество, Юрий Владимирович? Да или нет? Работать мне в этом направлении?

– Куда же я денусь, – вздохнул он. – Угораздило же Лёню влюбиться в столь неподходящую личность… А с магией – это точно?

– Берете сына и приезжаете к нам в поместье. Сразу и проверим, – предложил я. – В поместье, потому что нужен целитель, а у нас там Даньшина опытная и под клятвой.

– Но в случае если всё сложится, третий источник действительно придется открывать Щепкиной, – решил Юрий Владимирович. – Твоя супруга права. Но только после свадьбы, чтобы избежать в дальнейшем возможных коллизий. И хотя мне, разумеется, Нина куда ближе, но она рано или поздно уйдет в чужую семью.

И унесет свою магию с собой, в то время как магия, выданная Щепкиной, в семье останется. Довод, как сказал бы Валерон, сейчас храбро караулящий нас на улице.

Глава 28

Отчим предложил пообедать у него дома, но я отказался, потому что хотели сохранить визит в тайне, что было бы невозможно, узнай о нем маменька. Ну и само по себе плотное с ней общение в мои планы не входило. Нет, я ее однозначно люблю, но предпочитаю делать это на расстоянии. Большом расстоянии, потому что на маленьком ее сразу оказывается слишком много.

– Мотя спрашивала про свои улучшения, – намекнул отчим, который после ночного происшествия стал относиться к моей поделке с куда большим уважением.

– Не до этого пока, – признался я. – Немного разгребу проблемы, приеду к вам ставить защиту, тогда и ее улучшим тоже. А пока вы с Лёней в ближайшее время должны приехать ко мне.

– Честно говоря, Петя, мне продолжает казаться, что это розыгрыш. Это слишком… невероятно звучит.

– Пока не приедете – не узнаете. Официально вы едете смотреть нашу экспериментальную мастерскую по производству автомобилей. Лёня тоже может по этому же поводу приехать. Идеальное прикрытие.

– Щепкина может увязаться. Ее очень интересует автомобильное производство.

– Ее будет где разместить. Наверное.

Я начал вспоминать, сколько у нас осталось нормально меблированных комнат для размещения гостей, и пришел к выводу, что нам бы не помешало нападение кого-то с хорошо обставленным домом. Похоже, поведение Валерона заразительно.

– В любом случае Щепкину разместим, – решил я. – Но без особых удобств, сразу предупреждайте, что у нас почти полевые условия. Может, и передумает.

Разговор получился не слишком долгим, потому что я постоянно держал в голове, что Наташа с Валероном – на улице, а скверники очень заинтересованы в том, чтобы со мной разобраться до того, как я вернусь в защищенное поместье. Да и принципиальное согласие отчима было уже получено, за чем в принципе я и приезжал. Не тот это разговор, который можно проводить по телефону, а нужного артефакта, пока нет.

По всей видимости, Наташа с Валероном обсуждали этот же вопрос о нападениях, потому что стоило мне выйти, как помощник тявкнул:

– Мы подумали, что неплохо было бы пожить неделю в Святославске. На тебя непременно кто-то попытается напасть, и мы со всех сторон окажемся в плюсе.

– Он за Хикари переживает, – пояснила Наташа.

– А ты не переживаешь? Она же на голодном пайке. У нее так скоро все запасы энергии выйдут.

– В принципе… – я задумался. – У нас ничего особо срочного нет. Хотя алхимический рецепт я бы опробовал.

– Это можно и в Святославске сделать, – обрадовался Валерон. – Все условия есть.

До вечера, когда отправлялся дирижабль до Святославска, мы сняли номер в гостинице, чтобы не светить физиономиями на улицах, потому что знакомых у нас в городе хватало: кто-то заметит, скажет маменьке, а та обидится. Не поверит, что это был кто-то похожий. Так что и пообедали мы тоже, не выходя из номера, а к причальной башне ехали не по центральной улице, а закоулками.

Чужого внимания я не чувствовал, но это говорило только о том, что мной не интересуются добропорядочные граждане, поскольку внимания скверника, запланировавшего на меня нападение, я не ощущал. Скорее всего, у него был скрывавший это навык.

В дирижабле первым делом Валерон проверил всех на предмет Скверны и, к своему огромному огорчению, не нашел никого подходящего для ограбления.

Перед вылетом я купил пачку газет и сейчас, в ожидании чая, начал просматривать. Было интересно, обнаружили ли пропажу пассажира на дирижабле. Но все заметки выглядели на редкость мирно. Если не считать выявления подпольной алхимической лаборатории, при захвате которой были жертвы. Что производила лаборатория, указано не было, но мне казалось, что зелья по типу тех, что не так давно добыл Валерон. Церковь выступила против Скверны, а значит, ее сейчас начали планомерно вычищать отовсюду. Если такие зелья под запретом, их все равно станут производить, разве что цену задерут.

У того же Базанина непременно должна быть и своя лаборатория. На базе под Камнеградом? Там не вскроешь с наскока, да и вообще нескоро найдешь. Не там ли и сам Базанин? Отбивающие нюх порошки на Валерона, похоже, тоже действуют.

– От вчерашнего скверника Базаниным не пахло? – спросил я Валерона, когда нам уже наконец принесли чай, а помощнику я выделил огромный кусок яблочного пирога со сладкой посыпкой.

– Нет, я бы сразу сказал, – оскорбился он. Немного невнятно оскорбился, потому что пасть была занята.

– Нужно нам придумать, где и как его искать. Он нам даже не сам нынче интересен, а выход на осколки заварзинской реликвии. А то я отчиму практически пообещал заварзинское княжество, а наводок как не было, так и нет. Наташа?

Она покрутила головой.

– Он для меня скрыт. Я уже неоднократно пыталась выяснить, где его искать, но единственное, что могу сказать: он не очень далеко от нас. В пределах пары дней на пролетке.

– А обломки реликвии?

– Божественные предметы, – напомнила Наташа. – Не возьмусь даже пробовать. На моем уровне можно запросто сгореть, это я точно знаю. Мама мне накрепко вбила вещи, на которых нельзя испытывать навык.

«Вбила» прозвучало так, что я сразу представил Анну Александровну с розгами и зверским выражением лица. Хотя она мне и казалась самой адекватной представительницей Куликовых, но методы в их семье были приняты такие, что я не исключал ничего. Наташа же пояснять не стала, что именно имелось в виду. Я настаивать не стал – как бы то ни было, лучше, если она не ошибется с направлением, на которое направит навык. А Анна Александровна – всего лишь прошлое, которое можно воспринимать исключительно как обучение и подготовку к будущему.

– Нужно искать скверника без клятвы Базанину, – предложил Валерон. – Потому что те, кто с клятвой, сразу дохнут при вопросе о нем.

– А те, кто с клятвой не ему, могут вообще об этом типе не знать, – заметил я. – Пока самое перспективное – база под Камнеградом. Лезть туда не надо, а вот проследить пару дней желательно.

– Если что, я могу скверника, который выйдет, захватить и потом его в каменного стража выплюнуть. Если сильный – не помрет, – оживился Валерон. – Но сначала – отдых в Святославске. То есть отдыхать будете вы, а я попытаюсь взять след, когда на вас кто-то нападет.

– Какой отдых? У нас же скоро начинаются занятия, – внезапно вспомнил я. – Так что сидеть в Святославске будем долго и безвыездно. Все успеют напасть.

– Ой, – забеспокоилась Наташа. – Мы же документы не подали…

– Именно. Хорошо, что вообще об этом вспомнили с нашей беготней. Вот как раз и подадим. Потом ненадолго вернемся в поместье.

Подумалось, что, может, и зря я не стал обновлять данные в Лабиринте – солиднее бы выглядело. Хотя с другой стороны, зачем показывать, что я зачастил в Лабиринт? У приемной комиссии, как я уже узнал, есть артефакт для проверки навыков, так что нужно еще подумать, что стоит показать, а что нет.

На том мы и порешили: подать документы и уезжать в поместье, а не сидеть в Святославске в расчете, что кто-то проявится, если уж на этот дирижабль мощностей скверников не хватило. Конечно, они не рассчитывали, что я спокойно доберусь до конечной точки с учетом мощностей типа, которого отправили на мое устранение. Но вообще я бы на их месте заподозрил, что люди, отправленные меня убивать, исчезают не потому, что в них внезапно проснулась совесть, и готовился бы получше: по команде на каждую точку, если уж им столь принципиально меня убить. А то по одному их приходится слишком долго устранять.

Перейдя в свою каюту, я первым делом начал обдумывать, что стоит показывать, а что нужно будет прикрыть Сокрытием сути. Сродства я решил сделать доступными для посторонних все, кроме алхимии, разве что Тень для других будет обычной, не усиленной, а вот Огонь оставил усиленным, потому что о взятии мной второго сродства было уже известно.

Просмотрел магические навыки и решил добавить Парение в доступные для посторонних, только уменьшил его уровень до девятого. Тип развития получился перекошенным в боевой, что при моем образе жизни было нормально.

Что касается профессиональных навыков, то над ними пришлось подумать. Разумеется, всё, относящееся к алхимии, я сразу скрыл, но и без того навыков оказалось многовато. А еще я внезапно обнаружил навык «Изготовление артефактов», который не просто появился, но и был уже второго уровня. Еще выросли Модифицированная удача до тридцать четвертого уровня и Интуиция до тридцатого. Скорее всего, это было следствием встречи с богом. Хотя я не исключал, что подросли они раньше, а я давно не изучал собственные навыки.

Мастеров я тоже сразу убрал всех – не нужно нервировать преподавателей, у которых подобных навыков могло не быть. По словам Коломейко, это большая редкость. Но поскольку я уже был известен как артефактор, то оставил два артефакторских навыка – Зачарование артефактов и Изготовление артефактов, разве что понизив их до первого уровня. И три навыка механики – Изготовление механического изделия, Ремонт механического изделия и Часовщик, тоже сделав видимым только первый уровень из всех. Навыки Кузнечного дела я решил не показывать, чтобы не выглядеть чересчур перекачанным.

Набор получился великоватым, но я подозревал, что прятать профессиональные навыки совсем не стоит, иначе вызову подозрение качеством изделий. Первый уровень подобных навыков вполне возможно заполучить упорным трудом, а я, нельзя сказать чтобы не трудился упорно.

Чтобы уж окончательно разобраться с навыками, перед сном я решил испытать трансформацию навыка. Как выяснилось, слить я могу по курсу один к одному, если навык не собирается из нескольких кристаллов. Если собирается – то по курсу «сколько кристаллов – столько уровней». В результате четыре уровня Ядовитого плевка и пять уровней Ядовитого укуса я слил на три уровня Удушающей тени, получившей пятнадцатый уровень. Полезный навык, прекрасно зарекомендовавший себя еще при битве с Астафьевым. Когда выбирал, я раздумывал еще над Жар-птицей инженера, поскольку последний использовался часто, Портальным перемещением и Парением, но остановился всё-таки на Удушающей тени, поскольку это был навык боевой, атакующий, а моя проблема со скверниками никуда не делась.

Навыки Ядовитый плевок и Ядовитый укус из общего списка никуда не делись, только уровень у них стал нулевым. Если вдруг мне придет в голову потратить кристаллы на их восстановление и прокачку, я всегда смогу это сделать.

Остальные навыки мне стало сливать жалко, поскольку все они, на мой взгляд, имели ценность и в перспективе могли развиться до чего-нибудь интересного. Над Мимикрией еще подумал, но решил оставить – она себя тоже прекрасно зарекомендовала. То есть использовать ее я буду дальше. А вот плеваться и кусаться – вряд ли. Разве что совсем в безвыходной ситуации, когда магию заблокируют? Но в этом случае и эти навыки не сработают.

Честно говоря, я остался несколько разочарованным навыком, поскольку был уверен, что смогу серьезно усилиться за счет перекачки ненужных навыков в нужные. Кто знал, что ненужных навыков будет так мало? Вот если бы этот навык можно было использовать на других, это открывало весьма заманчивые перспективы. Даже не при перетаскивании к себе, а при перетасовывании навыков у противника. Было у него мощное Дыхание Скверны, а стал мощный Колокольчик. Прекрасно же? Оглушение и пережить можно, особенно если оно будет у обоих.

Ни ночью, ни утром на нас никто не попытался напасть. Валерон бурчал об упущенной выгоде и предлагал поругаться хоть с кем-то. Даже был согласен на роль обычной собаки, которая тяпнет одного из пассажиров. Побогаче который. Пришлось ему указать, что если он кого-то тяпнет, нам придется тратиться на штраф, а вовсе не пострадавшему – на компенсацию нам.

В Святославске мы заехали домой за документами и немного задержались на разговор с Николаем Степановичем, вывалившим на нас все свежие сплетни. Как оказалось, уже была даже назначена дата бракосочетания Антоши и Марии Куликовой. Причем не абы где, а в главном столичном храме.

В свете брак не одобряли, поскольку со смерти Софии прошло слишком мало времени. Что касается Симукова, то его считали лицом пострадавшим, несмотря на то что Антошу из дома он выставил. И вообще, выставил ему счет за потраченное приданое сестры. Жалкие оправдания, что она тратила на себя, в расчет не были приняты, Симуков требовал всё, что было отдано с сестрой.

– Мне кажется, Антон Павлович рассчитывает, что со сменой фамилии с него свалятся и все обязательства, – понизив голос, доверительно сообщал Николай Степанович.

– А как к этому относится Мария Алексеевна?

– Она говорит, что всегда была уверена, что Антон Павлович станет князем, а с какой фамилией – это неважно.

– Живет он сейчас у нее?

– У нее, – согласился Николай Степанович. – Только слухи ходят, что с Марии Алексеевны собираются взыскивать долги и будет признана она банкротом.

Честно говоря, эта мысль меня уже тревожила давно, поскольку Мария Алексеевна совершенно точно не уживется даже с Анной Александровной, а если к ней прибавить еще Марию Васильевну, то княгиня Воронова вылетит из их дома куда быстрее, чем мне бы этого хотелось. Конечно, у нее есть еще дочь, но княгиня предпочтет жить в столице – к гадалке не ходи.

Поэтому, прежде чем идти в университет, я позвонил отчиму. По времени он должен был находиться уже в конторе, там я его и застал.

– Юрий Владимирович, я бы хотел попросить вас об одолжении.

– О каком?

– Выкупить закладные на дом княгини Вороновой. У меня в данный момент нет на это средств (подслушивающий меня Валерон сразу тявкнул: «Слушал бы меня – появились бы»), но я непременно всё вам компенсирую.

– Теоретически это может оказаться неплохим вложением, – задумчиво сказал отчим, – если ты впоследствии не станешь претендовать на этот особняк.

– Честно говоря, он меня беспокоит только в плане, не захочет ли княгиня вселиться к нам.

Потому что, даже если Хикари сделает невыносимым пребывание княгини у нас в доме и дражайшая бабушка удерет отсюда сама, всё равно пойдут слухи, что я ее выгнал, что не очень хорошо. И последствия потом исправить будет очень и очень сложно. В этом плане оставить ей собственный дом и положить небольшое содержание было не таким уж плохим вариантом. Разумеется, если дом ей не дарить.

– Хорошо, Петя, я отдам распоряжение, – сказал отчим. – Выезжаю через два дня.

– В таком случае Леонид может поехать с нами, – предложил я.

– Да, у него уже закончились занятия пару дней как.

В словах отчима был намек, что задерживается Лёня только ради Щепкиной. В особняке его уже не было, как сказал Николай Степанович, ушел рано утром. Но даже если он поедет не с нами, с ним требовалось переговорить. Еще был Алексей, у которого тоже закончились занятия, и мы могли бы взять его с собой, но его мать, наша алхимичка, боялась его нахождения так близко к зоне. Так что придется парню каникулы торчать здесь.

Забрав документы из кабинетного сейфа, мы поехали в университет. Наташа собиралась поступать на факультет общего целительства, я – на факультет военных артефактов, с деканом которого Захарьиным Петром Валерьяновичем я уже был знаком.

В приемной комиссии его, разумеется, не было, но моя бумажка об окончании школы Коломейко произвела впечатление.

– Вам повезло быть личным учеником столь талантливого артефактора, – заметила дама, принимавшая документы. – Кстати, вы вскоре встретитесь. Фрола Кузьмича удалось уговорить прочитать курс для всех потоков. Правда, он дорого запросил, но мы уверены, что результат того стоит. Очень, очень талантливый артефактор.

Глава 29

Пока мы находились в Святославске, я попросил Валерона сбегать до дома княгини Вороновой и посмотреть у нее в сейфе конверт с предсказаниями моего деда. Я подозревал, что бумага уже уничтожена, но проверить следовало. Мало ли что взбрело княгине в голову. Валерон вернулся быстро и выплюнул передо мной целый ворох разных бумаг.

– Так будет быстрее, – тявкнул он. – И точно ничего не пропустим. Это все бумажки, что были в сейфе. Не думаю, что княгиня стала бы хранить предсмертное письмо супруга в месте, где до него может добраться любой желающей.

– Я тоже не думаю, – согласился я, приступая к изучению валероновой добычи.

Первой мне попала в руки тоненькая брошюрка, непонятно как затесавшаяся в кучу документов. Но когда я прочитал название, то надолго завис, размышляя, что делать.

– Оставим себе? – ткнул меня Валерон носом.

– Это воровство… – неуверенно сказал я.

– Ее уже до нас украли. Видишь следы размытого штемпеля? Хорошая краска, до конца не смогли убрать, только смазали, чтобы не нервничать, когда в руки берешь. И вообще, у Вороновых она никому не нужна.

В этом он был прав, поскольку в моих руках сейчас как раз находилась книга по основам предсказания, изданная еще до моего рождения крошечным тиражом по заказу министерства обороны. И это было сейчас как раз тем, что необходимо Наташе.

– Старая княгиня даже не заметит пропажи, – продолжал настаивать Валерон.

– А если заметит? Настрожится…

– Давай с Наташей посоветуемся?

Валерон исчез, а я принялся просматривать остальные бумаги, заодно выяснил, что дела у вдовствующей княгини идут не очень хорошо, поскольку большая часть документов – это были закладные под фамильные ценности. И у нескольких сроки уже скоро истекали. Будь я любящим внуком, непременно бы выкупил хотя бы часть вороновских семейных реликвий. Но любящим внуком я не был, вороновские реликвии не имели для меня ценности, и ко всему прочему я прекрасно понимал, что все выкупленные вещи опять окажутся в закладе для спонсирования безбедной Антошиной жизни. Даже княгиня волновала меня постольку, поскольку была опасна для моей репутации, а уж Антоша не волновал вовсе. Вскоре он вообще будет головной болью Куликовых.

– Ох, – сказала Наташа, увидев брошюрку. – Она мне нужна.

– А я о чем говорил? – радостно тявкнул Валерон, делая вид, что именно за этим он и бегал. – Берем компенсацией?

– Обворовываем бабушку?

– Снимем копию и вернем, – предложила Наташа. – За пару дней можно переписать. Книжка совсем тоненькая.

Супруга прижала брошюрку к груди. Отобрать у нее столь нужную вещь будет невозможно, поэтому я махнул рукой и сказал:

– Ладно, пока оставим, но перепишем и вернем, потому что штемпель размыт, а метка всё равно наверняка стоит. И если в сейфе княгини такая вещь может находиться потому, что покойный супруг не успел сдать, а она про книгу не знала, то у нас таких материалов быть не может.

– Во мне сохраним, – предложил Валерон. – Вообще никто ничего не найдет и никогда не увидит.

Что решила Наташа, мы не узнали, потому что она испарилась со скоростью, с которой раньше исчезал только Валерон.

– Остальное оттащи обратно, – попросил я Валерона. – Заодно глянь, на месте ли княгинины охранники и, если на месте, не воняет ли от них Базаниным.

– Письма князя нет, как я понял?

– Нет, – признал я. – Но я сразу думал, что княгиня его уничтожила. Теоретически о его содержимом может знать дочь княгини, моя тетя, если письмо читалось при ней. Но я не исключаю, что княгиня прочитала его в одиночестве и ни с кем не делилась. Но тетю всё равно стоит найти – у нее может быть другая полезная информация.

– Гляну в корреспонденции. Может, адрес увижу.

Валерон испарился, а я наконец добрался до лаборатории и выяснил, что мне для проверки рецепта не хватает нескольких ингредиентов. Алхимию пришлось отложить и перейти к артефакторике. К тому времени, как Валерон вернулся, не хватало только кусков склизняка, которые были в одном из контейнеров в помощнике.

– С дочерью княгиня не переписывается. Теперь охранники. Один при княгине, Базаниным не пахнет, – отчитался Валерон. – Второго нет. Я по их комнатам прошелся, там тоже Базаниным не пахнет, но пахнет Скверной. Зелья в ассортименте. Вычистить?

– Пока не надо. Вычищать будем обоих.

– И это правильно, – согласился Валерон. – Только нужно это сделать как-то так, чтобы они сняли деньги со счетов. Потому что ценностей у них кот наплакал. Артефактные вешалки есть у обомиих, но даже две вешалки – это несолидно. Мы вешалки не коллекционируем. Или это для тебя символ уничтоженных врагов?

Дались ему эти вешалки! Я про них даже ни разу не упоминал.

– Для нас сейчас главная ценность – информация.

– Другие ценности нам тоже не помешают, иначе бы ты не просил отчима выкупить особняк княгини.

– Дело не в деньгах, а в возможностях. Юрию Владимировичу это проще сделать незаметно, – пояснил я. – И к тому же, если выкуплю я и она это узнает, наверняка потребует закладные себе, чтобы опять заложить дом. Поскольку я не дам, начнет кампанию против меня в обществе. Так что сам понимаешь, отчим – идеальный вариант. А для него это в перспективе – свой дом в Святославске.

– Довод, – недовольно сказал Валерон.

– Так. Давай-ка ты мне контейнер со склизняком выдашь, чтобы я сделал пару стражей для этого дома.

– Точно, – обрадовался Валерон. – По одному на каждого охранника. Тогда и допрос можно будет вести нормально.

В эту сторону я не думал, просто у меня как раз материалов здесь хватало только на двоих стражей, но кивнул я важно – пусть Валерон восхищается моей прозорливостью. Восхищаться он не стал. Выдав контейнер, умчался к Хикари – наверняка консультировать, как правильно снимать компенсацию.

Когда я собирал первого стража во дворе, пришел Лёня. Ради разнообразия, один.

– О, Петя, здравствуй, – обрадовался он. – Ты когда приехал?

– Утром. Завтра уезжаю. Предлагаю тебе со мной поехать. Через два дня там будет и твой отец.

– Даже не знаю.

– Чего это ты не знаешь? Посмотришь на зарождающийся автомобильный гигант.

Он захохотал.

– Петь, ты уверен, что себе не льстишь?

– Лёнь, я уверен. А еще я уверен, что тебе нужно быть там вместе с отцом, это важно для тебя, – подчеркнул я голосом. – Если ты действительно хочешь быть рядом с Анастасией.

– А поконкретнее?

– Поконкретнее расскажу там. Это реально нужно тебе, а не мне. Одно могу обещать: ты очень удивишься.

Он вздохнул и спросил:

– Это надолго?

– Максимум на пару дней, – ответил я, вовсе не ощущая такой уверенности.

Если божок сказал, что потребуется целитель, состояние пациента может оказаться весьма тяжелым. Всё же это внедрение источника во взрослое тело, совершенно неподготовленное к данной операции.

– А едем мы как?

– Завтра утром поездом. На станции нас встретят – и дальше на автомобиле.

– А Алексей?

– Одно из условий его матери было то, что сын находится далеко от зоны, так что он останется здесь.

– Вот это-то и плохо, – вздохнул Лёня. – У него все друзья разъехались. Никто в такую жару не хочет оставаться в столице. Я ему помогаю коротать время.

– Лучше бы ты ему учителя по магии или фехтованию нашел, – неодобрительно сказал я, досадуя, что сам об этом не подумал. В самом деле, что делать скучающему школьнику на каникулах в жару? Здесь даже бассейнов нет, а ведь можно было создать хотя бы мужской спортивный клуб с бассейном, тренажерами, сауной и… Я потряс головой, выгоняя разыгравшееся воображение. В ближайшее время учитель по магии понадобится не только Алексею, но и Лёне. И даже Юрию Владимировичу. – Я бы оплатил. Всё лучше, чем развлекаться в компании студентов. Ну и ты всё равно вскоре вернешься, если не поедешь с отцом в Верх-Иреть.

– Может, и поеду, – вздохнул он.

– А что Анастасия? – уточнил я, удивленный его спокойной реакцией.

– Она с семьей на две недели уехала, – пояснил он, тяжело вздохнув. – Не смогла отказаться.

– Значит, завтра выезжаем все вместе, – решил я. – За билетами кого-нибудь отправлю.

– Я сам съезжу, – предложил он. – Право слово, скучно здесь так, что впору на стену лезть и выть.

– Ничего, скоро тебе будет не до скуки.

– Звучит угрожающе.

– Ну, прости. – Я развел руками, отчего чуть не развалил хлипкую конструкцию собираемого артефакта. – Вот черт. Лёнь, доделаю и переговорим.

– Да я зайду с Наташей поздороваюсь и поеду на вокзал, – решил он и быстро скрылся за дверью.

Я же проверил все соединения, поправил где нужно и наконец нанес завершающие заклинания. Каменный страж собрался и сразу же закопался в землю, оставив наверху только небольшую каменную макушку. Я посмотрел, как он удачно встал, и решил не дожидаться Лёню для разговора, а сразу поставить второго Каменного стража, чем и занялся в отдалении от первого. Для полноценной сети нужно будет еще одного собрать – в контейнере с кусками склизняка должны находиться и другие нужные ингредиенты.

Поэтому, запустив второго Каменного стража, я вернулся в дом и смог собрать заготовку даже не одного, а трех артефактов. Пять – это полноценная сеть для такой небольшой площади. Теперь дом будет прикрыт полностью.

Времени ушло прилично, пока я активировал всех Каменных стражей, соединял их в единую сеть и давал доступ к ней Хикари. По-хорошему, надо бы кому-нибудь из людей дополнительно дать контроль, но магов в доме не оставалось, если не считать Алексея, а он слишком юн для такого ответственного поручения, да и никак мне не подчинен. У Хикари, конечно, мораль близка к Валероновой, но в стражей попадут только реально те, кто проберется сюда с недобрыми намерениями. Я не буду переживать, если с ними что-то случится. В то же время я постарался внушить Хикари, что если в такой артефакт попадет проказливый ребенок, его надо освободить и вывести за пределы нашей территории.

– Будет сделано, добрый господин, – прозвенел колокольчик Хикари в конце моих пояснений. – Я чувствую намерения пришедших людей – никто с хорошими мыслями не пострадает. Но могу я выпивать магию до донышка из плохих?

Вопрос прозвучал всё тем же звонким голоском, но было в нем нечто хищное, не позволяющее забыть, что Хикари – не ребенок, а дух, который может быть очень жестоким.

– Если не будет возможности его допросить, – пошел я ей навстречу.

В конце концов, когда на одной чаше весов рост и развитие твоего личного духа, а на другой – те, кто приходят тебя убить, разве может быть иной выбор?

Но узнать, как пройдет взаимодействие между частями этой пока еще не пригнанной друг к другу системы, в этот раз было не суждено. Ночью к нам никто не полез. Но вовсе не потому, что у скверников закончились желающие меня убить, а потому что они решили: в поезде это будет сделать куда проще.

Потому что когда мы утром заняли купе в поезде и Валерон проверил вагон, оказалось, что четыре купе занимают как раз сильные скверники. Поскольку занимали мы оставшиеся два, то численный перевес был явно не на нашей стороне.