Текст книги "Встреча (СИ)"

Автор книги: Инди Видум

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

Ага, а остаток будет отложен в тот самый неприкосновенный валероновый запас, с которым он собирается отбыть в родной мир, где станет одним из самых богатых демонов, особенно если начнет продавать курсы «Как правильно воспитывать призвавшего для максимальной эффективности по получению энергии». Успех курсов гарантирован. Конечно, не всем повезет воплотиться в виде маленькой невинно выглядящей собачки, при взгляде на которую каждому хочется пожалеть и подкормить, а не гаркнуть погромче и запустить ботинком в наглую хитрую морду.

– Половину, я сказал. Оставаться без энергии нельзя. Эх, хорошо бы было порасспрашивать тех, что в засаде у Камнеграда сидят…

– Могу их сюда притащить. Вдруг кто-то выживет, – сразу предложил Валерон. – Сильные скверники дохнут без посторонней помощи плохо. Там могут быть сильные.

– Давай попробуем, – согласился я. – Только не вываливай без предупреждения. Подожди, пока мы подготовимся.

– Остальных просто выбрасываю из наблюдательных пунктов?

– Именно. Там мелкие сошки, которые вряд ли в курсе дел.

Валерон энергично кивнул, вытянул из меня половину энергии и испарился. Энергия сразу же начала восстанавливаться, но во сне она восстанавливается быстрее и качественнее. Скоро начнет светать, но это не повод не ложиться. Но сначала – в купель, чтобы смыть даже следы Скверны, которые я мог нахвататься от арестованных.

Спалось отлично, а утром, которое у меня началось ближе к обеду, я сначала плотно позавтракал, а потом, под кофе, перешел к разбору корреспонденции, где внезапно нашлось антошино письмо. Кузен в привычной ему манере, мешая французские и русские слова в одном предложении, удивлялся, что я до сих пор не прислал ему причитающиеся с княжества деньги, поскольку он ближайший наследник покойного князя и должен получать все доходы для распределения дальше. Я не без удовольствия ему написал, что расходы в настоящий момент намного превышают доходы, но даже если бы это было не так, то, поскольку он женится со сменой фамилии, то теряет всякие права на вороновское наследство.

Но это письмо заставило меня задуматься о Марии Алексеевне. Что будет, когда она вынужденно покинет свой нынешний особняк? Антоша остался без недвижимости, а Куликов вряд ли будет рад еще одной нахлебнице.

Глава 22

Пребывание внутри каменных стражей произвело на последних захваченных бандитов нужное впечатление. Один даже умудрился удобрить свою тюрьму изнутри обоими доступными ему типами удобрений. Каменный страж порадовался, но пленника не отпустил. Действительно, зачем удовлетворяться частью, если можно получить всё? Так что подкуп тюремщика однозначно не удался. Мне об этом сразу стало известно, поэтому выбор, с кем пообщаться первым, был очевиден – с тем, кто уже дозрел и готов к общению даже без использования моего ментального навыка. Навык я всё равно применил, но больше для страховки, а не из необходимости – бандит разливался соловьем, стремясь выкупить если не жизнь, то свободу. А врал он или нет, проверим потом, по количеству совпадений при допросе следующего бандита.

Планы по созданию в Озерном Ключе искажений были подтверждены – этот тип как раз оказался одним из тех, кто должен был активировать артефакт. Защитное зелье у него при себе было, о чем он тоже сразу рассказал и даже пояснил, какое из тех, что обнаружили при нем, отвечает за то, что твари считали бы его своим и не приставали бы с желанием поужинать за его счет.

Слушал я его со всеми удобствами на принесенном из основного здания стуле, как положено главе административного округа, почти князю. Первый раз участвовал в допросе исключительно как зритель. Разве что навыком пару раз придавил, но основные функции были взяты на себя дружинниками. Как допрос, так и записи велись по определенной системе.

Честно говоря, я бы вообще предпочел при допросах не присутствовать, но уже понял, что чистым в борьбе за власть не останусь, да и давление навыком на разум допрашиваемого был нелишним. Как сказал Маренин:

– Очень у вас полезный навык, Петр Аркадьевич. Истинно княжеский.

Поэтому я сидел, слушал, давил навыком и молчал. Если появлялись идеи, записывал на листочке. Идеи появлялись редко, потому что допрашивали бандита тщательно, аккуратно подводя к нужным нам темам.

Удалось узнать примерное место базы за Камнеградом. Он даже план нарисовал, когда правую руку освободили из каменного плена. Но стоило спросить, где находится база в княжестве Куликовых, как бандит, уже полностью открытый для диалога, задергался и сдох.

– Вот ведь, – расстроенно сказал Маренин, – даже до Базанина не сумели дойти.

Каменный страж жрать не торопился, сначала спросил разрешения. Я его дал: всё с тела было уже снято, дополнительный обыск проводить не будем, а активно участвующих в защите поместья нужно поощрять.

– Издержки допроса. Допустимые, – повторил я Маренину его же слова. – На самом деле мы от него узнали много полезного, а на Базанина мы рано или поздно выйдем. Предлагаю разве что выяснить у следующего: Базанин – главный или над ним есть кто-то еще, а таких, как Базанин, с этой стороны границы несколько. Это точно не должно попасть под клятву.

– Так-то да. Про базу рассказал подлюга. Зелья все определили и артефакты, – признал Маренин. – Жаль, что использовать мы не сможем.

– Почему не сможем? Артефакты с открытием искажений использовать может любой, сродство к Скверне не нужно. Более того, там можно активировать дистанционно.

И это открывало неплохие возможности. Разве что оставалось придумать, как сделать так, чтобы непричастные люди не пострадали. Я всё-таки не Базанин, меня сопутствующие жертвы волнуют.

Потом мы так же – со стулом для меня и столом и стулом для того, кто вел записи – перешли ко второму. Я задумался о том, что неплохо было бы устроить производство по раскладным столам и стульям из легкого металла, чтобы удобней было перетаскивать. Не только для полевых допросов, но и для других целей.

– Может, вам поменьше давить навыком? – предложил Маренин. – Чтобы бандит границу видел и не помер от простого вопроса, а ответил, что не может рассказать? Нам всё равно фактически подтвердить нужно то, что узнали от первого. В первую очередь – расположение их базы под Камнеградом. Выносить ее надо и чистить земли.

От второго мы узнали, что Базанин – не самая большая шишка Скверны в нашей империи и что над ним кто-то стоит, а сам он регулярно встречается с соратниками. Информация, полученная от первого бандита, подтвердилась, как и местоположение базы под Камнеградом. Разве что добавились ориентиры.

Умер он на невинном вопросе, где предпочитает ужинать Базанин. И это при том, что я в этот раз вовсе не давил навыком на его разум и бандит не был мне подконтролен, мог полностью осознавать риски. То есть обходные пути выяснить местоположение твари тоже не прошли. Какая-то хитровыделанная клятва, которую никак не получается обойти.

– Третьего нужно будет расспросить об агентуре, – предложил я Маренину. – То есть о тех, кто стоит с ним на одном уровне и не попадает под клятву. Попробуем проследить. Допросом мы на Базанина не выйдем.

– Похоже на то, Петр Аркадьевич, – мрачно согласился Маренин. – Пойдемте к третьему. Тоже пока не давите, может, хоть у этого удастся обойти.

В последнем я усомнился сразу, как увидел, насколько у того оказался хорошо развит иммунитет к воздействию на разум. Проверять, будет ли он работать в Каменном страже, я не стал, хотя теоретически сработать мог – навык пассивный, по идее блокироваться не должен.

Этот тип сопротивлялся до последнего, уверяя, что он всего лишь скромный коммивояжер. Очень убедительно уверял, так что если бы я не владел Божественным взором, непременно бы ему поверил и с извинениями отпустил. Но Скверна, в которой ни у одного из навыков не было меньше пятидесятого уровня, однозначно намекала, что этому человеку приходилось и по зоне ходить, и людей убивать. Да и найденные при нем артефакты прямо говорили, что человек это отнюдь не мирный. На артефакты ему и указали.

– Да что вы? Это не мое, – с совершенно честным лицом уверял он. – Подбросили, чтобы ввести вас в заблуждение. Сами посудите, ваше сиятельство, откуда у нищего коммивояжера возьмутся такие дорогие предметы? Это же целое состояние, а у меня нормальной рубашки нет. Приходится обходиться воротничком и манжетами. И носки все заштопанные. Кроме тех, что на продажу. Кстати, не хотите купить? Есть прекрасные шелковые, как раз для такого элегантного господина. Можно сказать, княжеские. У меня их только высокопоставленные особы берут.

Грубая неприкрытая лесть и жалобный тон – казалось бы, что могло пойти не так в деле освобождения из пасти каменного стража? Последний лишь сильнее сжал челюсти – еще бы, ему потом обещали этот труп на сладкое.

– Сударь, вас сдали свои же, – холодно сказал я. – От вас смердит Скверной, так что заканчивайте вешать нам лапшу на уши.

– Какую еще лапшу? Что вы несете? – возмутился он. – Какая еще Скверна? Нет у меня никакой Скверны. В княжестве Вороновых всегда была проблема с законностью. Что при Константине Александровиче, что при Максиме Константиновиче, что теперь при вас. Семейное, наверное. Меня не впервые задерживают, но всегда отпускали, потому что на таких, как я, зиждется торговля. Следующий торговый агент к вам не поедет, если узнает, что здесь небезопасно. А я на вас даже жаловаться не стану, понимаю, что ошибки у всех бывают. Могу вам скидочку сделать на все товары, ваше сиятельство. Скажем, десять процентов, а? Мои проценты при этом безбожно просядут, но чего не сделаешь для хорошего человека. И ради взаимопонимания с ним.

Открытое дружелюбное лицо, располагающая улыбка, полное отсутствие проявления страха – я мог понять дружинника, так и не пересилившего себя, чтобы приступить к допросу. Мне и то временами казалось, что с этим типом мы ошиблись, хотя я видел все его навыки. Прекрасный актер. Ему бы в театре выступать – был бы необычайно популярен. Но увы, призвание у него оказалось другим.

– У вас навык «Свой в зоне» шестьдесят третьего уровня, – улыбнулся я ему с самым добрым видом, на который оказался способен. – Вы тварям тоже скидочку предлагаете?

Изменился бандит прямо на глазах.

– С-сука, – выдохнул он с перекосившимся лицом. – Откуда только узнал?

– На лбу написано. И остальные ваши навыки тоже. Думаете, почему ко мне никто со Скверной попасть не может? Потому что я ее вижу. Поэтому сколько бы вы ни лицедействовали, конец будет один. Разве что помучаетесь посильнее перед смертью, а потом вас эта же каменюка схарчит, в которой вы сидите. Она, кстати, очень хочет есть, и ей совершенно не нужны носки.

Как сказал бы Валерон, носки мы вообще заберем бесплатно в качестве компенсации. Но мне с этого типа ничего не хотелось брать. Теперь, когда я видел его истинное лицо, не удивился бы, узнав, что в носки перед продажей он засыпает яд или еще чего похуже.

– Всё равно сдохнешь, с-сука, – с ненавистью сказал он. – Тебе легкую смерть запланировали, а зря. Лучше бы ты помучился. Долгие часы в зоне с вырванным языком, когда ты только мычать можешь, а тебя едят заживо, отрывают от твоего тела по куску, смакуют, дробят кости, чтобы ты не мог уползти. Вот что было бы идеально.

Говорил он так, что пробирало до самых внутренностей: этакая неприкрытая жажда убивать и получать от убийства удовольствие. Передо мной сейчас находился маньяк, который до этого успешно притворялся нормальным человеком. Но стоило понять, что я вижу то, что под маской, – и та слетела как шелуха, обнажив гнилую натуру.

– Себе такую хотите? Устроим, – усмехнулся я.

– Нет, с-сука, моя смерть будет быстрой, пусть не самой легкой. Хочешь знать, где Базанин? В с…

Из его рта полилась пена, он задергался и умер, немного перед смертью всё же помучившись. Но недостаточно. Считать, что название города, где находился Базанин, начиналось на букву С, было бы глупо, так как, если бы последний тип собирался сказать «в старом доме на улице Садовой», клятва бы это тоже засчитала за нарушение.

– Нужно было всё же попробовать задействовать воздействие на Разум, – запоздало сказал Маренин. – Но кто знал. Сдается мне, база эта – основной рассадник скверников в нашем княжестве. Чистить ее надо.

– Сдается мне, что там сидят не самые слабые люди, – ответил я. – Георгий Евгеньевич, чует мое сердце, что нам эта база еще боком вылезет.

– Нужно у них внутри активировать один из тех артефактов, что хотели открыть у нас искажение.

– А если они просто откроют дверь и выпустят наружу? У высокоуровневых скверников с тварями зоны хорошее взаимопонимание.

Хотя того же Дмитрия Резенского схарчили, но только после помощи Валерона. Но вообще с базой, конечно, разобраться нужно, но осторожно, не торопясь, с тем чтобы она перешла к нам в целости и сохранности. Разве нам будет лишней база с наполнением? Это я и сказал Маренину.

– Смотря какое там наполнение, – скептически ответил он. – Если вы не заметили, Петр Аркадьевич, то большинство из трофейных артефактов мы использовать не можем, требуется сродство к Скверне.

– Там может быть алхимическая линия, – напомнил я. – Алхимии у них хватает, и везут не издалека. А любая алхимическая линия в зоне – это повышенное качество зелий.

Разве что если она с привязкой к владельцу, как было в случае с имуществом Павлова, использовать ее выйдет, только если эту привязку снять, а я до сих пор понятия не имею, как это делается. Максимальный уровень Божественного взора не подарил мне никаких нужных для этого навыков.

– У нас и без того прекрасное качество зелий, – возразил Маренин. – В лавке уже заказы на две недели вперед. Фактически сейчас привозят зелье и раздают по записи.

Об этой проблеме мне уже сказал Аниканов, контролирующий все денежные потоки. С его точки зрения, с этой стороны поток можно и нужно было увеличивать. Регулировалось это просто – поднятием цены. С точки зрения коммерции – прекрасный вариант, а вот с точки зрения репутации – хуже некуда. Нет, на зелья цены можно было поднять, но не на все, а только на редкие. На обычные цена должна держаться на уровне чуть ниже, чем в лавке, торгующей товарами для зоны. Или как вариант: на редкие по записи оставить ту же цену, что была, а в свободную продажу отправлять с наценкой. И вообще, если в Озерном Ключе пошла торговля, имеет смысл увеличивать ассортимент. Необязательно добавлять зелья. Можно малый сундук Макоши для пробы выставить. Входит в него не так много, как в большой, но намного больше, чем в обычный аналогичного размера, плюс стазис.

Из нейтрального можно добавить Флягу бездонной глубины и Сапоги Водного шага – предметы полезные, но не стратегические. Оставалось только найти артефактора, который будет этим заниматься, не самому же мне клепать предметы в лавку на продажу? Мне еще маменьке купели для ее личного предприятия делать. Теоретически на артефакторику можно напрячь Прохорова, но только в случае, если найдем алхимика. Да и, как мне казалось, алхимия Прохорова привлекает куда сильнее. Артефакторикой он занимался по необходимости – чтобы хоть как-то вылезти в люди, а когда речь пошла об алхимии – глаза начали по-настоящему гореть.

Этого бандита я не отправил сразу на съедение, сначала попросил выплюнуть, и мы его осмотрели на предмет тайных знаков на теле. Явно же птица полетом повыше, чем остальные. У него, к будущей радости Валерона, даже паспорт при себе имелся – и наверняка настоящий, с настоящим адресом, где можно будет провести обыск. Хотя мне казалось, что это не тот человек, который будет держать компрометирующие вещи при себе. Скорее всего, у него должен был быть тайник вне жилища, и не один. Валерона попросить, что ли, побегать в окрестностях Озерного Ключа? Мало ли, вдруг найдет захоронки?

Валерона я ждал с нетерпением, а дождался… Демина. Честно говоря, я уже решил, что он не появится: Матвей вполне определенно говорил, что Егор Ильич решил завязать с походами в зону и осесть с семьей. И хотя письмо ему отправили, я был полон скептицизма, что тот приедет, тем более что ответа не было. И вот Демин появился сам. Меня увидел – обрадовался, хотя и постарался этого не показать, даже нахмурился специально.

– И зачем я вам понадобился, Петр Аркадьевич? – сразу спросил он, давая понять, что нынче главный уже не он. Хотя и раньше в его речи неуважения не было, но и отчество никогда не звучало.

– Нужен мне хороший человек, Егор Ильич, – не стал юлить я. – На все закупки и продажи. Другого такого не знаю, чтобы мог настолько успешно это делать.

– Дык, Петр Аркадьевич, размаху у вас нетути, – заметил он. – Поболе, чем у артели, но ненамного. Да и клятву требуете.

– Клятву требую. Но и размах будет на всё княжество. Автомобиль будет личный, чтобы везде успевать.

– Про эти ваши автомобили мне уже рассказали, Петр Аркадьевич. Да токмо всё равно в них меньше, чем в простую телегу, входит.

– Эти автомобили, про которые рассказали, они нужны, чтобы людей перевозить. Для груза будут большие, грузовики называются, в них несколько телег войдет. А ездят они куда быстрее. Соглашайтесь, Егор Ильич – перспективы вон какие, как раз для вас.

– Я человек маленький, – начал он прибедняться.

– Как раз вырастете, большим станете.

– Глянуть бы на эти ваши грузовики, Петр Аркадьевич, чтобы уж наверняка определиться.

– Не сделал я пока ни одного, Егор Ильич. Вас ждал. Вдруг чего полезного присоветуете. Разве что семью пока не стоит сюда перевозить, до следующего года. Зато в следующем году сразу в Камнеград привезете.

– Умеете вы уговаривать, Петр Аркадьевич… Токмо просьба у меня будет. Брательника хочу к себе взять. Не прям сейчас, а когда нужда в людях появится.

– С моей стороны – никаких возражений, Егор Ильич.

Глава 23

Валерон задержался не просто так. Как он пояснил сразу, в засаде у Камнеграда как раз проходила пересменка, поэтому он решил сначала проследить за теми, кто уходит, а уже потом решать вопрос с теми, кто остается.

– Чтобы, если чего забудут и вернутся, не насторожились, – пояснял он мне в промежутках между едой. Коротких промежутках. Он уже успел сдать на склад всё, полученное в качестве компенсации (как с наблюдательных пунктов, так и с убежища, где сидела группа в расчете на то, что я рискну идти в Камнеград летом) и сейчас просто передо мной отчитывался. – И знаешь, что я нашел? У них там целая база подземная. Вход не так-то просто найти, но я запомнил.

– И что там, на этой базе? – заинтересовался я сразу. – Нам про нее рассказали, даже с ориентирами. Но точное местоположение – очень ценная информация.

– Понятия не имею, мне туда хода нет, – ответил Валерон. – Там защита такая, что меня не пускает, а прыгать с кем-то я не рискнул – кто знает, когда они наружу выйдут. Артефакт, дающий доступ к входу, вот этот.

Он придвинул ко мне лапой артефакт, похожий на вычурный старинный ключ. Разве что магией от него шибало так, как не шибало ни от одного старинного ключа.

– Группу, что в убежище была, я в Камнеграде выплюнул. Двое были живых и не особо интересных для тварей. Пришлось к ним внимание привлечь, немного поплевав. После чего ими наконец заинтересовались и прибили. Съели всех.

После этих слов Валерон широко зевнул, свернулся на столе перед пустой миской и задрых с чувством полностью выполненного долга.

– Что делать будем, Георгий Евгеньевич? – спросил я Маренина, присутствовавшего при отчете. – Похоже, они уровней высоких. Валерон же не зря сказал, что не подохли в нем. Значит, со Сродством к Скверне, скорее даже двойным, а это говорит о высоких уровнях навыков.

– А что делать? Лезть туда всё равно нужно, – мрачно ответил он.

– А если там окажется больше человек, чем мы с собой возьмем?

– У вас хорошие артефакты, справимся.

– А если у них тоже хорошие артефакты?

Разбираться с захваченными артефактами от скверников было некому. Я иной раз даже не мог сказать, что они делали и как работали. Полученные при допросах сведения, с одной стороны, не противоречили друг другу, а с другой – у скверников могла быть общая инструкция по тому, что говорить, когда попадаешь в плен. Использовать их вещи, не разбираясь в принципах работы, я бы не рискнул. Да даже тот же отпирающий артефакт может быть настроен на конкретного человека и в руках другого при попытке использования взорвется.

– И что вы предлагаете, Петр Аркадьевич? Пусть следит за ними ваш помощник? Он долго не сможет. Ему тоже отдых нужен.

Маренин с нежностью посмотрел на сопящего Валерона и даже руку протянул, чтобы погладить того по голове, отдернул в самый последний момент и смутился от проявления своей сентиментальности.

– Иметь такое под боком – все равно что сидеть на бочке с порохом – никогда не знаешь, не рванет ли, – продолжил он. – Нужно их превентивно того. – Он покрутил руками, как будто скручивая кому-то шею. – Иначе опять злоумышлять начнут.

На знакомое слово Валерон дернул носом и лапами, но не проснулся – видно, сильно вымотался. С Марениным я был согласен: иметь такое под боком было опасно. Но еще опасней было лезть в логово врага без разведки. Мы не знаем ни сколько их там, ни какие возможности они имеют. Я помню возможности Резенского (а ведь у него наверняка еще что-то в загашнике оставалось) и могу вполне определенно сказать, что не уверен, что смог бы с ним справиться со всеми моими нынешними усилениями. И если там таких Резенских пачка, да еще добавятся особенности самой базы, то мы просто тупо поляжем, порадовав Базанина, что в мои планы не входило.

– Предлагаю пока периодическое наблюдение и прореживание, – решил я. – Иметь такое под боком плохо, согласен, но и лезть, не зная, сколько там человек и с какими умениями, – тоже не самый хороший вариант.

– И долго вы предлагаете выжидать, Петр Аркадьевич?

Я прикинул, сколько мне времени осталось до встречи с богом, но ответить не успел. В дверь коротко постучали, и вошла Наташа.

– Наталья Васильевна, – обрадовался Маренин. – Вы-то нам и нужны. У нас здесь под боком базанинская база, а Петр Аркадьевич говорит, что мы с ней можем не справиться. А вы как думаете?

Не дожидаясь, пока она использует навык, я подскочил из кресла, чтобы в случае чего поддержать. На Маренина я посмотрел без особой приязни. Если бы что-то нам серьезно грозило, Наташа и без того почувствовала бы, а так ей лишнее напряжение, которое отражается на здоровье.

– Где находится база, Георгий Евгеньевич? – уточнила Наташа.

– За Камнеградом, Наталья Васильевна, – ответил Маренин. – Сколько человек там – не знаем даже приблизительно. Одно понятно – там враги, которых нужно убирать. Хотелось бы понять, терпит это или нужно срочно идти и выбивать.

Наташа кивнула, показывая, что поняла серьезность задачи, и прикрыла глаза. Чуть побледнела, но даже не покачнулась и ответила:

– Терпит. С большой вероятностью они к нам сейчас не полезут. База им для другого нужна, не для слежки и диверсий. Не захотят выдавать. Месяца через два это может измениться, но не раньше.

– Петр Аркадьевич, так сколько, по-вашему, нам нужно выждать?

– Полтора месяца, Георгий Евгеньевич. За это время нужно улучшить всё, что можно.

– Консервы, – неожиданно тявкнул Валерон, не просыпаясь. – Нам нужны консервы.

– Это он про сгущенное молоко с сахаром, – задумчиво сказал Маренин. – Очень уж ваш помощник его уважает. Нужно будет не забыть купить в Озерном Ключе. Его туда периодически завозят. Запишу себе, чтобы из головы не вылетело.

– Демину поручите купить пару коробок, – предложил я альтернативу.

Хотя мне казалось, что намекает Валерон совсем на другое: на той базе куча скверников, которых можно использовать в качестве жертвы при активации реликвии. Мы ж с последних трупов опять не догадались сцедить даже стаканчик.

Так что пусть пока хранятся в целом виде, пока не придумаем, как их доставить в Камнеград при необходимости. Может, и сами дойдут, если решат мне помешать.

– Точно, Петр Аркадьевич. Зачем покупать с наценкой в Озерном Ключе, если можно купить на складе, – обрадовался Маренин. – С транспортом только пока проблемы.

– Будем решать, – ответил я. – Планирую первым сделать грузовичок.

Всё равно ведь обещал Демину. Идеи были, а артефактный двигатель настолько мощный, что и поезд потащит при необходимости. Единственное, что меня не удовлетворяло, – это отсутствие нормальных колес. Не уверен я был, что колеса от механизмусов выдержат такую тяжесть. Разве что их по четыре штуки ставить на ось? Лихачевская артель теперь таскала нам детали от механизмусов в большом количестве, так что восемь одинаковых колес можно подобрать.

Разумеется, это лишь временное решение. Не делать же грузовики гусеничными? Гусеничный транспорт имеет меньшую скорость и более высокие затраты энергии. С гусеницами можно сделать вариант облегченной маленькой машинки для зоны на пробу, но такой вариант будет куда менее скоростным, чем снегоход, на нем в Камнеград не сунешься. Поставить Незаметность, руны легкости, тишины и прочности…

Нет, всё же первым сделаю грузовик. Самый простенький, с деревянными бортами. Будет еще один образец продукции. Жаль только, что опять премиальный – делать-то придется из металла механизмусов.

– И всё же, Наталья Васильевна, не лучше ли разобраться с базой немедленно? – засевшая в голове у Маренина идея требовала срочного воплощения.

– Георгий Евгеньевич! – уже зло рявкнул я.

Наташа сделала останавливающий жест в мою сторону и прикрыла глаза. От ее лица опять отхлынула кровь, и она стала совсем бледной, почти прозрачной. В этот раз прорицание далось ей тяжелее, пришлось поддержать, чтобы не упала, и ответ был дан не обычным голосом, а тем, который у нее бывает в трансе.

– Сначала нужно найти Базанина. Базанин – ключ.

Потом она очнулась и сказала уже обычным голосом:

– Если нападать сейчас, успешных вариантов не вижу.

Маренин скомканно поблагодарил, косясь на меня, и ушел, а Наташа сказала:

– Ты зря злишься на Георгия Евгеньевича. Чем чаще я обращаюсь к дару, тем лучше им владею. А об опасности стоит знать заранее, а не тогда, когда она вот-вот нагрянет. Додумайся мы провести сеанс предсказания по базанинским соратникам раньше, можно было и вычислить, и проследить до него.

– Мне не нравится, как на тебе отражается использование твоего дара.

– Мне всё равно надо учиться обращаться к дару правильно, – ответила она. – Держать под контролем то, что касается нас. Хорошо бы где-то найти учебник по развитию дара. Мама говорила, что такие есть, но в армии. Обращаться туда – это всё равно что во всеуслышание заявлять о моем прорицании. Поэтому до всего приходится доходить самой. Но знаешь, после того как у меня появилось целительство, с этим стало проще. До некоторых вещей я дошла интуитивно.

– Учебник постараемся найти. Кстати, в тех, что мы у скверников забрали, ничего по твоей теме нет?

– Нет, – вздохнула она. – Я их тщательно просмотрела. Там много интересного, но не на эту тему.

– У твоего отца в княжестве тоже эти типы засели. Ему можно как-то передать?

– Он меня не послушает, – покрутила она головой. – Я ему сказала, что пока он не перестанет строить в отношении тебя козни, я с ним не буду работать. И не работаю. Он очень злится.

– Но всё равно хочет оставить тебя вдовой.

– Я ему уже сказала, что с высокой вероятностью этого не случится. Но он считает, что если вероятность есть, то за нее можно и нужно уцепиться.

– Ничего, скоро ему будет не до нас. Как только твоя сестра выйдет замуж, он поймет, что вдовой нужно делать не ту дочь. Кстати, я говорил, что мне Антон написал? Требует собранные с княжества деньги пересылать ему, чтобы он их распределял.

Наташа рассмеялась.

– А ты?

– А я ему написал, что он скоро станет Куликовым, так что к нашим деньгам отношения не имеет. Пусть с тестя требует.

– Сомневаюсь я, что он с отца много получит.

– Василий Петрович не считает оплату карточных долгов делом чести?

– Не считает, – подтвердила Наташа. – У нас в последние годы с деньгами было вообще плоховато. Жили в режиме жесткой экономии. Сейчас ситуация к лишним тратам тоже не располагает.

– Твоей сестре нужно было искать не столь любящего транжирить деньги супруга.

– Это была уступка Марии, как я поняла. Ее очень разозлил наш брак. Вот и…

– Она тоже решила выйти замуж за Воронова?

– Но так как самый лучший уже достался мне, ей пришлось брать то, что осталось.

– Зачем они вообще подбирают Антона?

– Не знаю. Мой дар иногда сбоит на них. Наверное, из-за моего отношения. Или их? Я уже не могу понять, семья ли они мне или враги?

Ее глаза наполнились слезами, но ситуацию разрядил Валерон, о котором мы напрочь забыли. Он громко всхрапнул и начал перебирать лапами. От первоначальной каральки, в которую он сворачивался для удобства, уже давно ничего не осталось – теперь Валерон инстинктивно искал положение, в котором будет спать мягче.

– Этак он со стола свалится, – сказала Наташа и сразу же переложила его в мое кресло. – Ты же всё равно уходишь?

– Ухожу, – согласился я. – Дел много. Нужно обещанным грузовиком заняться. Схему я уже продумал, осталось реализовать.

С мысли о транспорте я сразу перескочил на мысли о дорогах, которые оставляли желать лучшего. В Вороновском княжестве не было даже мощёных дорог, разве что некоторые были подсыпаны гравием. И то, это наверняка делалось не централизованно, не за счет княжества. А ведь дороги – это и логистика, и оживление торговли.

Появились мысли построить маленький асфальтовый завод для личного пользования. Опять же, рабочие места для тех, кто выбрался из заварзинской зоны и не может никуда приткнуться. Единственно, что княжеские земли я использовать не мог из-за своего неопределенного статуса, а значит, нужно было что-то выкупать, причем желательно уже со строением. Выкупить можно было достаточно дешево, поскольку собственники в местах рядом с границей зоны стремились от собственности избавиться побыстрее, чтобы получить хоть что-то.

Этим я решил озадачить Аниканова – конечно, не совсем его профиль, потом заведем отдел под недвижимость, но сейчас найти на не такой большой территории продающееся производственное здание – не такая сложная задача. Главное, чтобы оно было подальше от жилых районов.

Поэтому, прежде чем идти в кузню, я завернул к нашему финансисту и попросил заняться, обозначив примерные требования, а уже потом пошел заниматься ковкой.

Конечно, уровень огромных грузовозов мне был недоступен, да и не проедут они по тем дорогам, что у нас сейчас, поэтому грузовичок я запланировал довольно компактный, но с нормальной кабиной. Зачем заставлять водителя страдать от погодных неприятностей, если этого можно избежать?