Текст книги "Девушка нелегкого поведения"

Автор книги: Галина Полонская

Глава 27

Свое утро Любовь Эмильевна начала со сканворда, запивая его чаем и закусывая вишневым пирогом.

– Внученька, – попросила она Нику, – посмотри, пожалуйста, одно словечко в Большой Советской Энциклопедии. Ой, я же совсем забыла тебе похвастаться! Мне Боренька сделал потрясающий подарок – всю многотомную энциклопедию. Я о ней давно мечтала. Мало того, что вещь в быту исключительно полезная, так еще и жутко занимательная: полезешь иногда за каким-нибудь словом, а рядом с ним натыкаешься на что-то интересное и про всё на свете забываешь. А вручил он мне свой подарок пятого мая. Знаешь почему? Боренька сказал: «Сегодня праздник – День печати. Вот я и дарю тебе целых тридцать томов печатного слова». – Рассказчица грустно улыбнулась. – Энциклопедия дорогая, да и везти ее на машине пришлось, Бореньке грузчик из книжного магазина помогал… И где он только денег на такой подарок нашел – не знаю.

«А я, кажется, уже знаю», – подумала девушка. А потом спросила:

– Бабуля, ты уже все эти тома прочитала?

– Нет, Никуся. Я даже не успела к ним привыкнуть. Ведь Бореньки совсем скоро не стало, я попала в больницу… Да и сейчас пока не хочу в них заглядывать – боюсь, что реветь начну. А до больницы всего пару раз открывала, когда отгадывала кроссворды. Слова искала, на буквы «К» и «X».

– Не помнишь, какие слова?

– Помню, конечно: «Хабнарфьордур» и «криманчули»…

Ника не стала пытать бабулю о значении этих непонятностей. Сейчас ее интересовало совсем другое… Она поспешила в гостиную, взяла из шкафа четыре увесистые синие книги и тихонько, не привлекая внимания Любови Эмильевны, прошмыгнула к себе.

Она начала листать том номер пятнадцать – на букву «Л». На сто второй странице были помещены фотография «Фонтана словенских рек» в югославском городе Любляна и статья, объясняющая непонятливым читателям, что же такое есть «Любовь». Ника заинтересовалась. Автор статьи утверждал: «Любовь необходимо включает в себя порыв и волю к постоянству, оформляющиеся в этическом требовании верности…»

Вздохнув, девушка перевернула страницу и сразу увидела небольшой листок бумаги… Неужели?! Да! На листке почерком Бориса Сергеевича Романова было написано:

Люба, наконец-то ты нашла тропинку к нашему свадебному подарку. Поздравляю! Ищи дальше. Ищи быстрее. Я жду твоего звонка.

Почти не дыша, Ника открыла том на букву «Ю». На странице со статьей, объясняющей, что «юань» – это «денежная единица Китая», лежал лотерейный билет! Значит, Борис Сергеевич не успел получить выигранных денег. Она поднесла билет к глазам… И, внезапно охнув, села прямо на пол. Как же она, глупая, об этом совсем не подумала?.. На билете было написано: «Последний день выплаты выигрышей – 31 июля»! Если бы она догадалась обо всем две недели назад…

Борис Сергеевич был счастлив, а счастливым людям не свойственно задумываться о смерти. Он был уверен: если Любовь Эмильевна сама не найдет сюрприза в положенный срок, он сумеет направить ее поиски в нужную сторону… Ника чуть не разрыдалась вслух – от несправедливости судьбы, которая так жестоко обошлась с людьми, нашедшими свое позднее счастье. И решила ничего не рассказывать бабушке. Ведь она ужасно расстроится, и не из-за денег, конечно, а от жалости к любимому, от того, что их общие мечты так и не сбылись, хотя могли бы…

Ника с тоской смотрела на желтую в сиреневую полосочку бумажку. Она могла бы стать для несостоявшихся молодоженов-пенсионеров пропуском в незнакомый мир, увидеть который они так мечтали. Но живя в Стране Советов, они не имели права путешествовать по свету, а перебравшись в страну Россию, не имели для этого денег. А теперь желто-сиреневая бумажка стала просто макулатурой…

Отупевший от огорчения взор Лосовской-младшей внезапно приобрел некоторую осмысленность. Она что-то вдруг поняла… Вернее, она опять ничего не понимала.

На билете были зачеркнуты совсем не те числа, которые она за последние сутки запомнила наизусть! На душе у девушки даже полегчало. Выходит, она ошиблась, Борис Сергеевич зачеркнул иные номера и, следовательно, ничего не выиграл. А ее хваленая интуиция не проснется уже никогда! Но что же тогда Романов предлагал искать бабуле?!

Ника взяла том Большой Советской Энциклопедии на букву «Б» и потрясла его над ковром. Из книги выпало новое послание! Девушка схватила его и быстро прочла:

Милая! Гоша перед отъездом подарил мне лотерейный билет. Он, представь себе, выиграл. И этот выигрыш я дарю тебе на нашу свадьбу. А в придачу к нему, по начатой моим сыном традиции, дарю тебе новый билет (смотри в предыдущем томе). Надеюсь, что он тоже выиграет. Правда, призы там очень скромные.

Изучив записку, Ника утешилась тем, что приз по просроченному лотерейному билету, даже если этот билет и выиграл, был небольшим. Кроме того, она убедилась, что ее предположения изначально были верными. Надо продолжать поиски, настоящая удача ждет ее впереди.

Зря она сомневалась в своей интуиции! Окончательно поверив в нее, Ника уже догадывалась, что найдет в томе на букву «А». И не ошиблась. Из книги выпала сберкнижка на предъявителя.

Глава 28

Пролетела неделя. С трудом пережившая шок по поводу свалившегося на нее нежданного богатства, Любовь Эмильевна объезжала фирмы ритуальных услуг в поисках самого лучшего – «элегантного и непременно светлого» – памятника для Бориса Сергеевича Романова, чтобы установить его там, где пока стояла унифицированная металлическая пирамидка.

А еще она внимательно изучала проспекты туристических фирм. Когда Ника принесла ей первый, Любовь Эмильевна была возмущена:

– Никуля?!

– Бабуля!

– Как же я одна, без него, поеду?

– Очень просто. Сядешь на самолет, теплоход, или поезд и отправишься туда, куда вы мечтали. И не одна, а вместе с ним. Ведь ты же с ним не рассталась. Ты ему обо всем рассказываешь, я знаю…

– Подслушиваешь, негодница, – тихо сказала Любовь Эмильевна и вздохнула. – Ну, хорошо, я подумаю. Если бы Боренька сейчас видел меня, наверное, твоя идея ему бы понравилась…

Теперь Ника была за бабушку относительно спокойна. Любовь Эмильевна начала строить планы на будущее, а это в ее возрасте, да еще после такой тяжелой потери, что-то да значило.

А вот сама Ника заметно скисла. Пока ее голова была занята расследованием, она не так уж часто думала о Вовке. Но оставшись не у дел, девушка затосковала всерьез. А Вовка не писал и не звонил – неизвестно почему.

Заметив, что внучка уже не подскакивает, как раньше, при каждом телефонном звонке и не спускается по десять раз на дню к почтовому ящику, Любовь Эмильевна забила тревогу:

– Ника, давай съездим сегодня на озеро. Смотри, погода какая замечательная!

– Ой, Ба, мне что-то не хочется…

– А в лес за грибами?

– Не-а-а…

– Никушонок, а тетя Муза зовет нас к себе на дачу клубнику собирать. Ты же ее так любишь.

Но и от этого заманчивого предложения девушка отказалась. Бабуля поняла, что пора менять тактику…

– Так, гражданка Лосовская, – сурово скомандовала она в один прекрасный полдень. – Вставай со своего лежбища и марш в ванную. Через час мы отправляемся в магазин покупать тебе самое красивое, самое модное, самое дорогое платье. А потом мы посетим кафе-мороженое, чтобы отпраздновать День вещего сна.

Ника уже третий час после пробуждения валялась в постели, обводя пальцем причудливые фигурки, украшавшие настенный ковер.

– Какого вещего сна, Ба?

– На меня сегодня снизошел вещий сон, – вдохновенно начала Любовь Эмильевна, никогда не отличавшаяся хорошей памятью на свои сновидения. – Снилось мне, что я звоню Бореньке и жалуюсь ему на твои настроения. А он внимательно выслушал мои причитания и посоветовал: «Вытащи свою красотку из постели и засунь под контрастный душ. Напои крепким чаем, отвези в магазин, купи ей новый наряд, а потом своди в кафе. Побеседуй там с нею о греховности уныния и о добродетельности терпения. А муж ее скоро вернется».

Выслушав бабулю, Ника скептически хмыкнула. «Правда, вставать все-таки придется, – подумала она. – Нужно, наконец, пожалеть бабулю и поднять настроение – хотя бы ей, если уж себе не получается».

– А еще мне позвонила наша дорогая экстрасенсша Маргарита. Она поведала мне, что у нее тоже был пророческий сон. Она в нем твоего Вовку видела, с двумя кошками на руках.

– А кошки у него на руках наверное китайские были, – сказала Ника, спуская ноги с постели.

– Маргарита сказала, что самые обычные – «помоечного» окраса…

– То есть цвета давно опавшей осенней листвы, с темными пятнышками и полосочками? – уточнила Ника, внезапно оживившись. – Ура! Значит, это мои коты – Просто Мария и Луиза-Фернанда. А в каком они были интерьере, то есть Вовка и они?

– Наша ясновидящая знакомая уверяет, что за спиной твоего мужа висела картина с дамой, одиноко гуляющей по лесу, – важно ответила бабушка.

– Нет в нашем питерском жилище такой картины, – вздохнула девушка. – Или Маргарита завирается, или Вовка ласкает, подлец, чьих-то чужих котов… Да и как она могла Вовку-то узнать? Ведь она даже его фотографий не видела.

– Как это не видела? – возмутилась Любовь Эмильевна. – Я же сама ей те снимки показывала, что ты мне присылала. А на них вы вместе.

– Ладно, Ба, верю, – примирительно пробормотала Ника, отправляясь в ванную и думая о том, что контрастными душами пусть сам Борис Сергеевич в следующей земной жизни балуется – она-то холодной воды терпеть не может…

Через пару часов бабушка и внучка Лосовские сидели в кафе под названием «Пингвин». Любовь Эмильевна была неотразима как всегда. Ника была неотразима непривычно: полупрозрачное кружевное мини-платьице намертво приковывало к ней все мужские взгляды. Дамы поедали вкуснейшее мороженое с коньяком и беседовали о добродетелях.

– Есть такие человеческие достоинства, – говорила Лосовская-старшая, – которые являются идеальным фоном для развития всех других хороших качеств. Боренька одно время интересовался философией индийских йогов и рассказывал мне, что в этой философии есть понятие «сантоша».

– А что это такое? – спросила Лосовская-младшая.

– Сантоша – это, попросту говоря, довольство жизнью. То, что позже на Западе назвали оптимизмом. Бореньке нравились люди, умеющие во всем увидеть светлые стороны. Ведь умучивать себя самого и близких – дело нехитрое. А вот разглядеть в жизни радость – это уже искусство. Помни, что удача любит неунывающих…

На обратном пути Ника убеждала себя в том, что она всем довольна. Вот только бы еще обнаружилось в почтовом ящике долгожданное письмо от Вовки…

Ящик был пуст, но девушка не позволила себе впасть в уныние. «Письмо обязательно будет завтра», – сказала она себе.

– Ничего не понимаю, – недовольно проворчала Любовь Эмильевна. – Сегодня утром по дну ванны ползал мой дружок-паучок – а это верная примета к письму.

Когда они вошли в квартиру, Ника полюбовалась на себя в большое зеркало, в очередной раз пожалев, что сейчас ее не видит Вовка…

Зазвонил телефон. Она сняла трубку, и мужской голос сразу окутал ее хорошо знакомым родным теплом.

– Никошечка, а мы тут с кошечками сидим, без тебя скучаем!

«Знаем мы этих кошечек…» – пронеслось в голове у девушки, и она ощутила, что радостное чувство вот-вот потухнет.

– Ну и сиди со своими узкоглазыми кошками! Мне-то ты зачем звонишь? – вскипела она.

– Милая моя, мы – это я, Просто Мария и Луиза-Фернанда. Мы ждем тебя ужасно. Прилетай скорее, если, конечно, бабушка уже поправилась…

Ника буквально задохнулась от радости, представив, что Вовка уже в Питере, сидит в их уютной квартирке на Садовой и ждет ее…

– А я тут без тебя по хозяйству хлопочу, – гордо сообщил ее муж на прощание. – Повесил наконец на стену репродукцию Анри Руссо, которую ты давно просила повесить. Ну ту, где дама по лесу идет в одиночестве…

Глава 29

Ника любовалась в иллюминаторе раскинувшимся внизу белоснежно-облачный ковром, который сверху золотило солнце. Потом стюардесса разносила сок и минеральную воду, а потом Ника вынула из рюкзачка книгу стихов, которую Любовь Эмильевна дала ей почитать в дорогу. Книга сама собой раскрылась на странице, заложенной новым, подаренным бабулей лотерейным билетом.

Улыбнувшись, Ника приблизила ее к глазам, и в ее ушах зазвучал Вовкин голос. Он читал для нее «Стансы о невозможном» старинного французского поэта Амадиса Жамена:

 
Скорее средь зимы придет внезапно лето,
Тяжелым станет воздух, и свинец утратит вес,
А рыбы полетят в голубизне небес,
И запоёт немой, как птицы в час рассвета,
Скорей окажется вода огнем или огонь водой,
Чем я когда-нибудь отдам любовь другой.
 

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.