Текст книги "Девушка нелегкого поведения"

Автор книги: Галина Полонская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

Глава 17

Поднявшись с кровати, Ника вышла на кухню. Георгий сидел, уставившись в телевизор с почти выключенным звуком.

– Давай сделаем погромче, – предложила девушка.

– Не поможет, – отозвался Романов-младший и нажал кнопку на пульте. Так вот в чем дело! Местные новости шли на бурятском языке. Прислушиваясь к незнакомой речи, Ника в который раз подивилась тому, насколько по-разному говорят люди, живущие на нашей планете не так уж и далеко друг от друга.

В качестве дополнения к непонятным новостям Гоша подал необыкновенно вкусный чай с шоколадным кексом. Кекс испекла накануне Любовь Эмильевна, а привезла сюда Ника.

– Что ты добавляешь в чай? – поинтересовалась девушка. – Никогда такого не пробовала.

– Это растение по-научному называется рододендрон Адамса, – объяснил Гоша, – а по-бурятски – сагандайля, что значит «белое крыло». Достаточно два-три маленьких листочка в чайник положить, чтобы потом целый день носиться, как лошадь, без устали. Буряты утверждают также, что это растение повышает мужскую силу и снимает похмельный синдром. Насчет последних достоинств не знаю – специальными наблюдениями не занимался…

Когда чай был допит, а кекс доеден, Георгий поднялся из-за стола и скомандовал:

– Ну, собирайся, гостья, на прогулку, – а сам стал укладывать в заплечную сумку пластмассовые стаканчики.

Заметив вопрошающий взгляд девушки, Гоша сказал:

– Попробуешь аршанскую минеральную воду. Ее не только больные из здешнего санатория потребляют, но и все, кто сюда заглядывает.

Сначала Ника честно осилила почти полный стакан «благоухавшей» сероводородом воды в специальном павильоне. А позже, когда Гоша привел ее в лес, попробовала той же воды «в диком варианте» – из источника, бившего прямо из-под земли. Здесь запах сероводорода был уже совершенно невыносимым.

По местной традиции Ника умыла этой водой глаза, а потом бросила на дно текущего из источника ручейка мелкую монетку – чтобы никогда не болеть, как объяснил девушке ее провожатый.

На деревьях возле источника висели узкие лоскутки ткани. Было заметно, что некоторые из них висят уже очень давно.

– Что это за тряпочки тут болтаются? – спросила Ника.

– Буряты исповедуют буддизм, – ответил Гоша. – А у буддистов принято так обозначать святые места. В основном эти тряпочки оставляют люди, которые приезжают сюда лечиться от самых разных болезней. А сейчас я тебе местный буддийский храм покажу, дацан называется.

Они неспешно шли, и Никин провожатый все время что-то рассказывал. Впереди открылся неширокий, но бурный поток.

– Это река Кынгарга, – сказал Гоша. – Она даже в самые лютые зимы не замерзает.

Они постояли на мостике через прозрачную Кынгаргу, полюбовались россыпями белых камней и камушков, устилавших ее дно и берега. Потом пошли дальше и вскоре добрались до маленького буддийского храма. Он был деревянным, выкрашенным в желтый и зеленый цвета. Дверь дацана оказалась запертой.

– Говорят, что здешний лама со своими учениками-хувараками все лето в Саянских горах проводит. Они собирают там лекарственные растения.

Вокруг дацана было необыкновенно красиво. За низким храмовым заборчиком росла шелковистая трава, из нее поднимались мощные кедры. Тут и там были установлены побеленные ритуальные ступы с позолоченными фигурками Будды в нишах. Тишину не нарушало даже пение птиц.

Полюбовавшись, Ника с Георгием углубились в лес. Такого множества грибов Лосовская не встречала никогда! Но Гоша сказал, что он уже насобирал столько, что не знает теперь, как с ними поступить. Поэтому девушка просто бродила по полянам, трогала руками высокие травы и цветы и жадно впитывала в себя их незнакомые запахи.

Вскоре она потеряла Гошу из виду. Позвала его негромко, но никто не откликнулся. Ей показалось, что в лесу стало быстро темнеть. Девушка подняла глаза вверх: лучезарный совсем недавно небосвод уже стал сизоватым. А потом раздался первый оглушительный раскат грома… Что же ей делать? «В первую очередь – не психовать!» – сказала себе Ника.

Она сидела на корточках под развесистой многовековой елью, писала и размышляла. Когда-то она читала, что охотники иногда выбираются из тайги по своим следам. Но как их найти? Девушка опустила глаза, но не увидела ничего, кроме собственной струйки. Задумчиво глядя на нее, она вдруг заметила, что струйка похожа на вертикальную спираль, слегка закрученную по часовой стрелке. «Что за мысли дурацкие лезут в голову?» – в сердцах выругала себя Ника, и тут же подумала, что, может, эта мысль была не такой уж и дурацкой…

На нос девушки упали первые дождевые капли. И вдруг где-то совсем рядом раздался тревожный крик Георгия:

– Ника, ау-у-у!!!

– Ау, Гоша, – как можно приветливее улыбнулась она, выбравшись из своего убежища.

Спасаясь от грозы, молодые люди дружно мчались по лесу. Обрушившийся на них ливень словно бы предвещал очередной сорокадневный потоп. В небе то и дело сверкали молнии, а в Никиной голове тоже происходили периодические вспышки какой-то очень важной догадки. Но что-то мешало им перейти в победоносное озарение. Было ясно лишь одно: пружина, висевшая на стене сгоревшего дома Романова-старшего, висела там совсем не случайно…

В помещениях пансионата после грозы резко похолодало. Перед сном Гоша предложил девушке все тридцать имевшихся в наличии шерстяных одеял, но Ника поскромничала и взяла пять. Закрывшись всеми пятью сразу, она быстро заснула, но предчувствие близкого открытия не покинуло ее и во сне.

* * *

С утра пораньше что-то толкнуло ее изнутри. Она вспомнила ту струйку, которой орошала вчера аршанскую землю… Подпрыгнув на кровати, девушка сбросила на пол груду разноцветных одеял. Она ощущала себя гениальным ученым накануне получения Нобелевской премии!.. Быстро закинув в рюкзачок немногочисленные пожитки, сложила одеяла аккуратной стопкой и постучала в комнату к Георгию.

– Гоша, проснись, я хочу с тобой попрощаться! Мне нужно срочно бежать на автобус!

– Я ничего не понял, – раздался из-за двери сонный голос Георгия. – Зачем бежать?

– Я возвращаюсь в Ангарск! – крикнула Ника.

– Но мы же собирались с тобой на Пик Любви взобраться. И на водопады сходить…

Взъерошенный молодой человек появился на пороге комнаты. Он выглядел опечаленным и очень одиноким. Ника быстро чмокнула его в колючую щеку и хотела уже бежать, но вдруг остановилась.

– Ой, чуть не забыла! – воскликнула она и достала из рюкзачка металлическую шкатулку с фигурными перламутровыми вставками. – Возьми, это ваша семейная реликвия. Твой отец в ней дневник хранил.

– Да, я помню ее, – глухо отозвался Гоша, принимая шкатулку из рук девушки. – Подожди, я хоть до автобуса тебя провожу.

Глава 18

Наскоро ответив на вопросы успевшей соскучиться бабушки и пощекотав пузико требовательной Илюши, Ника понеслась в свою комнатку.

С волнением взяв в руки лежавшую на письменном столе аквамариновую тетрадь, она начала торопливо перелистывать страницы. Где же, где это было?

Вот! Запись от двадцать второго апреля:

Сегодня Люба рассказывала мне, как ездила два года назад в Германию к своему сыну-физику. Он там по контракту в Техническом университете работает.

Люба не избежала шока, обычного для русских, впервые попадающих на запад. Шока от уровня бытовой культуры. Она восхищалась цветами в горшочках в чистых подъездах жилых домов, входными дверьми из лакированного дерева и стекла. С ней приветливо здоровались в лифте незнакомые люди, и за три месяца, проведенные в Германии, ей никто ни разу не нахамил.

А когда она вернулась в Ангарск, то в первую же ночь не смогла сомкнуть глаз. Местные подростки до трех часов утра орали и жгли прямо под ее окнами костер, разломав на дрова последнюю во всем дворе скамейку. Что им были Любины просьбы пожалеть людей, которым завтра на работу, и ни в чем не повинную скамейку! А кроме нее, никто из соседей не решился призвать охламонов к совести…

Остро пожалев бабушку, Ника прервала чтение и поспешила на кухню. Любовь Эмильевна мыла вазу – с орнаментом, как будто скопированным из учебника по первобытному искусству.

– Вот, полюбуйся, Никуся. Это чудо вчера целый день возле нашего дома валялось. Никто не подобрал, а я польстилась: ничего подобного раньше не встречала!

Ника засмотрелась на воду, текущую из крана и упруго окатывающую бок вазы. Потом чмокнула Любовь Эмильевну в темечко, вернулась к себе и снова взялась за чтение.

Сейчас, перемывая посуду после завтрака, я воспроизвел в памяти наш последний диалог:

– Ты опять подошла к тому, о чем спорила когда-то со своим третьим мужем, – сказал я.

– О чем это я с ним спорила? – Люба посмотрела на меня подозрительно.

– О ваших философских пристрастиях, – успокоил ее я. – Ты ведь, помнится, недолюбливала Конфуция…

– Ну и при чем тут Конфуций, когда я рассказываю, как оплакивала последнюю скамейку в нашем дворе? – не поняла меня Люба.

– Очень даже при чем, – ответил я. – К сожалению, большинство людей пока не может жить без строгих законов. Получив свободу, они немедленно впадут в свинство – именно об этом говорил Конфуций. И именно это свинство мы и наблюдаем сейчас по всей нашей стране. То, что произошло в твоем дворе, – еще одно маленькое доказательство того, что Конфуций до сих пор актуален, хоть я и не являюсь большим его поклонником.

…Вот что значит столько лет проработать школьным учителем! Никогда не могу обойтись без нравоучений, даже в разговорах с Любой. Расстроенный воспоминанием о нашей беседе, я продолжал мыть посуду. Мыть теперь приходится дольше – вода в мое новое жилище поступает тоненькой струйкой. Я смотрел, как она течет, эффектно закручиваясь против часовой стрелки…

– Стоп! – чуть не закричала Ника. – Почему «против часовой стрелки»? Ведь, согласно эффекту Кориолиса, который в школе проходят, должно быть – «по часовой стрелке»…

Возбужденная, Ника вернулась на кухню.

– Ба, познакомь меня, пожалуйста, со своей экстрасеншей Маргаритой, – попросила она.

– А зачем она тебе? – поинтересовалась Любовь Эмильевна.

– Да так, – проговорила девушка. – Почему-то вдруг любопытно стало.

– Я бы с радостью, Никуся, но наша общая знакомая сказала мне, что Маргарита недавно в другой район города переехала.

– А эта знакомая ее нового адреса случайно не знает?

– Может быть, и знает. Но она сама недели на три в деревню к родственникам укатила.

И тогда Ника решила вновь побеспокоить Аркадия Зефирова. Он узнал ее по телефону и живо поинтересовался результатами ее самодеятельного расследования. Она поведала ему о поездке в Аршан и встрече с Романовым-младшим, а еще о том, во что бывший милиционер «въехал не сразу»:

– Не сочтите меня ненормальной, Аркадий, но меня ужасно заинтриговало вот что. В своем дневнике Борис Сергеевич упомянул, как однажды наблюдал за струйкой воды, текущей из крана у него на кухне. В том самом доме, где потом произошел взрыв. И, представьте себе, эта струйка закручивалась против часовой стрелки!

– Ну и что? – спросил слегка обалдевший Зефиров.

– А то, что это противоречит известному эффекту Кориолиса! – воскликнула девушка. – Струйка должна закручиваться ПО часовой стрелке.

Зефиров немного помолчал, а потом неуверенно спросил:

– А что это такое – эффект Кориолиса?

– Это реально существующий физический эффект, – затараторила Ника. – Его в школе проходят, но я никак не могла его понять, поэтому мой дядя, он физик, все мне про него объяснил. А называется он в честь французского физика, Гюстава Гаспара Кориолиса, который в девятнадцатом веке жил и этот эффект открыл. Он связан с вращением Земли вокруг своей оси…

Про свое собственное созерцание означенного эффекта Лосовская упоминать не стала, хотя именно оно подтолкнуло ее к догадке.

После паузы Зефиров сказал:

– Подождите, Ника, пожалуйста, минутку, я сейчас кое-что проверю. У меня тут есть одно интересное издание…

«Минутка» затянулась едва ли не на полчаса, в течение которых в трубке раздавался только шелест переворачиваемых страниц. Наконец снова послышался голос Зефирова:

– Вынужден огорчить вас, Ника. Я ваш эффект в интернетовском справочнике «Желтые страницы» нашел. В разделе «Псевдонаука».

«Приехали», – вздохнула девушка, а вслух спросила:

– И что же там написано?

– Эффект Кориолиса, – стал рассказывать бывший милиционер, – описывается здесь как один из примеров псевдонауки. Когда автор справочника, его имя Харли Хан, учился на медицинском факультете университета, то поспорил с однокашником, который утверждал, что, согласно эффекту Кориолиса, вода в ваннах северного полушария стекает в отверстие по часовой стрелке, а южнее экватора – против нее. Потом Харли побывал в южном полушарии. И внимательно наблюдал там, куда закручиваются струйки воды в ванных комнатах. И подтверждения эффекту Кориолиса не обнаружил. Так что он до сих пор мечтает встретить того своего однокашника, чтоб получить у него пять долларов выигрыша. Ну, а если серьезно, Хан считает, что эффект Кориолиса в природе существует, но заметен он лишь при определенных условиях. А вращение утекающей воды в ваннах в разных направлениях в зависимости от полушария – это миф.

Ника удрученно молчала. Точные науки никогда не были ее коньком.

– Понятно, – растерянно пробормотала она. – Вы знаете, Аркадий, тогда у меня будет к вам другая просьба. Не могли бы вы узнать телефон и домашний адрес Маргариты Юрьевны Шапиро? Эта дама недавно переехала…

– Маргариты Юрьевны Шапиро? – переспросил Зефиров. – Нет проблем. Я вам перезвоню. Только вот никак в толк не возьму: какое отношение имеют ваши физические изыскания к взрыву в доме пенсионера Романова?!

Вечером того же дня перед Никой лежали координаты ангарской экстрасенши. Любовь Эмильевна позвонила Маргарите и сосватала к ней в гости внучку.

Глава 19

На следующий день Ника Лосовская сидела в квартире, расположенной на последнем этаже ангарского «небоскреба» – новенькой зелено-белой десятиэтажки. Более высоких домов в Иркутской области не строили, поскольку рядом был Байкал с его повышенной сейсмичностью.

За чаем выяснилось, что с экстрасеншей Нику объединяет пылкая любовь к котам – в квартире Шапиро их тоже было двое. Пушистые Маргаритины питомцы сидели у стола, не сводя четырех пронзительных глаз с обожаемой хозяйки и ее гостьи.

– А почему вы их так назвали? – подивилась Ника.

Маргарита Юрьевна улыбнулась:

– Я их обоих на улице подобрала. Среди прочих бездомных они выделялись необычной смелостью. В нашем доме живет грозный пёс по кличке Гиппарх. Когда хозяин выводит его на прогулку, все окрестные кошаки сразу по подвалам разбегаются. А вот мои не хотели признавать этого наглого тирана. Так на него шипели и спины выгибали, что он сам стал обходить их стороной – от греха подальше. А как зима наступила, я их к себе домой взяла и в честь древнегреческих борцов с тиранией назвала Гармодием и Аристогитоном. Ну, а попросту – Гармошей и Аристошей.

Со слов бабушки, Ника знала, что Маргарите уже за пятьдесят, но выглядела она очень моложаво. Девушка рассказала ей немного о себе и не удержалась от вопроса:

– А как вы стали экстрасенсом, Маргарита Юрьевна?

– Честно говоря, Ника, я себя и не считаю экстрасенсом. Просто открылись однажды способности чувствовать то, чего раньше не ощущала. Так ведь они у всех могут проявиться, если сознательно их развивать, а не ограничивать образование таблицей умножения и поваренной книгой. Я всю жизнь в технической библиотеке проработала, заводная была, компании шумные любила. Ни в бога, ни в черта не верила и о сверхъестественных силах никогда не задумывалась… А несколько лет назад положили меня в больницу – операцию на щитовидке делать. Уже на операционном столе обнаружилось, что в больнице нет расширителя для моей трахеи – она нестандартно узкой оказалась. Перенесли операцию на другой день. Вставили подходящий расширитель, а он в трахее не удержался, выскочил оттуда да еще и зуб мне передний сломал…

Девушка сочувственно покачала головой.

– Да, – вздохнула Маргарита. – Пришлось операцию второй раз отменять, а меня домой выписывать – для восстановления душевного равновесия… Некоторое время прошло, и я на третью попытку решилась. За день до операции выползаю на улицу сигарет в киоске купить, – при этих словах Никина собеседница вытянула сигарету из лежавшей перед нею пачки «Мальборо», – а навстречу мне одна моя старая знакомая идет. Сообщаю ей, что ложусь в больницу, а она так уверенно заявляет: «Не нужна тебе, Маргоша, никакая больница. Давай лучше ко мне. Я тебя сама вылечу, без операции!» В общем, провела я у нее дома трое суток, – закурив, продолжила рассказчица. – Она надо мной всё руками махала. Это называется у экстрасенсов энергетические пассы. И стали мне на третий день какие-то голоса странные слышаться. Они мне настойчиво предлагали то из окна без парашюта выпрыгнуть, то в зимней проруби на Ангаре утопиться. В общем, самоубийство совершить – якобы это высшим силам так нужно.

– Ужас какой! – впечатлительная Ника поежилась.

– Да, ужас был настоящий, – кивнула Маргарита, выпуская кольцо дыма. – Щитовидку-то мою, как ни странно, знакомая действительно вылечила. Тьфу-тьфу-тьфу, который год не жалуюсь. А вот с головой определенно нелады начались, я от этих голосов чуть совсем умом не тронулась. И на работе, и дома был один сплошной кошмар безо всякой улицы Вязов. В конце концов, решила я к психиатру пойти – чтобы меня в больницу положили. Страшно, конечно, было, но делать-то нечего… В конце концов, всё там оказалось не таким уж и ужасным. Только трудотерапия мне не нравилась – на машинке трусы мужские семейные в цветочек строчить. Но я сразу врачу заявила, что я – директор библиотеки и трусами заниматься не буду. Никто и не настаивал. Вместо этого стала я порядок в больничной библиотеке наводить, а заодно книжечки почитывать, которых раньше никогда не открывала: очень меня теперь паранормальные явления интересовали…

– Как раз по этому поводу я к вам и пришла, – сказала Ника, прервав словоохотливую хозяйку. – Хочу одно место на окраине Ангарска проверить. Оно мне не совсем нормальным кажется. – И она поведала Маргарите о взрыве в доме Романова и о своих подозрениях. – А вы, Маргарита Юрьевна, умеете определять паранормальные зоны? – спросила девушка.

– Да, – кивнула головой Шапиро, – я умею. Именно поэтому в новостройку и перебралась. В прежнем моем жилище единственная комната вся была сплошной аномалией – хоть на кухню или в прихожую кровать выставляй! А я в последние годы стала очень чувствительной к неблагоприятной энергетике… От «голосов»-то я после больницы почти полностью избавилась. А если они и возникали, то я придумала, как их перехитрить. Я когда-то музыкальную школу закончила, чувство ритма у меня в крови. Вот я и заметила, что у этих «голосов» свой определенный ритм есть, и стала его перебивать другим ритмом. Взяла у подруги том с частушками и, как только «голоса» в голове появятся, я начинаю частушки громко распевать. Вот эти, например:

 
Мине милый изменил
Под железным мостиком.
Я иду, а он стоит,
Как мартышка с хвостиком,
 

– неожиданно пропела она задорным голосом. – А еще полюбила песни боевые распевать. Вот так и справлялась, а когда я эти «голоса» окончательно прогнала, так и для светлых сил место во мне освободилось. Стала писать стихи, рисовать картины… Даже в журналистике себя попробовала. Но охота к этому занятию у меня быстро пропала – после того, как в нашей местной газете мою лирическую статью напечатали впритык к бесстыжей исповеди какой-то особы под названием «Мой первый оргазм».

Светло-дымчатые очки Маргариты отразили возмущенный блеск ее глаз. Ника взглянула на спавших в обнимку Гармошу и Аристошу и подумала, что поступила очень дальновидно, не сообщив их хозяйке о том, что одноименные древнегреческие герои были не только борцами с тиранией, но и влюбленными друг в друга геями.

– А что касается того сгоревшего домика, то мы можем прямо сейчас туда отправиться, – предложила Маргарита. – Это ведь недалеко… А вообще, паранормальную зону определить не так уж сложно. Это и ты, Ника, при желании можешь освоить. Кстати, ты фотографию этого человека, который погиб, принесла?

– Да, – сказала девушка. – Я даже фотографию домика, в котором случился взрыв, принесла. – Она действительно прихватила с собой любительский снимок «дачи» Романова, который нашла между страницами дневника. Наверное, снимок был сделан самим хозяином незадолго до смерти.

– Так я прямо при тебе их и проверю, – заявила Маргарита и попросила заинтригованную Нику положить снимки на столе изображением вниз – «для чистоты эксперимента», как она выразилась. Сама же удалилась на кухню, чтобы покормить заволновавшихся котов.

Ника позаботилась о «чистоте эксперимента» по-своему. Она положила «лицом» к полированной поверхности стола снимки Бориса Сергеевича с бабушкой, его дома и весьма удачную фотографию бабушкиной бульдожки Илюши.

– Готово! – провозгласила девушка. Она была возбуждена, как ребенок на цирковом представлении перед появлением фокусника.

Маргарита вернулась в комнату и достала с книжной полки камешек полупрозрачного янтаря. В нем была дырочка, в дырочку была продета плотная шелковая нить. Правой рукой экстрасенша взяла нить за конец и стала по очереди держать янтарь над каждой фотографией.

– Ага… На этой фотографии двое людей. С одним все в порядке, а другой уже покинул этот мир. Наверное, это и есть хозяин того дома. Следующий снимок… Ну ты, Ника, и шутница! Здесь какое-то животное, собачка, наверное. С ней тоже все в порядке. А это, – Маргарита некоторое время подержала камешек над третьей фотографией, – и есть тот самый дом, о котором ты рассказывала. Знаешь, здесь действительно что-то не в порядке. Видишь, как лихо вращается нить над этой фотографией? Над первыми двумя такого не было. Похоже, ты права. Дело в самом доме, а не в его хозяине.

Ника перевернула фотокарточки и изумленно выдохнула: Маргарита все увидела правильно…

* * *

Подходя к полусожженному домику на улице Весенней, Маргарита вынула из сумочки уже знакомый Нике «индикатор паранормальных явлений» и взялась за свободный конец нити. Повисший над землей камешек резво закачался перед экстрасенсшей вперед-назад.

– Здесь всё в порядке, – объявила та. – Я дала индикатору установку двигаться именно так, если состояние этого места в норме.

Затем обе женщины осторожно ступили внутрь домика. Ника сразу заметила, что гвоздь и висевшая на нем пружина исчезли без следа.

Маргарита вошла в бывшую кухню Бориса Сергеевича – как установило следствие, эпицентр взрыва, унесшего жизнь хозяина домика, был именно здесь – и «подвесила» янтарь в воздухе. Нить сразу же закрутилась – как над фотографией домика при проверке в квартире у экстрасенши, но чуть менее беспокойно.

– На этом участке земной поверхности есть геомагнитная аномалия, такая же, что порождает иногда полтергейста и всяческих барабашек, – важно пояснила Маргарита. – И я бы никому не посоветовала здесь жить. Немудрено со временем заполучить какую-нибудь болезнь. О конкретной причине взрыва я ничего пока сказать не могу. Но ты, Ника, все же оставь мне эти фотографии. Я еще над ними помедитирую и, если что-то узнаю, то тебе сообщу.