Текст книги "Доникейское христианство (100 — 325 г. по P. Χ.)"

Автор книги: Филип Шафф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 63 (всего у книги 63 страниц)

§201. Коммодиан

(I.) Commodianus: Instructions adversus Gentium Deos pro Christiana Disciplinaи Carmen Apologeticum adversus Judaeos et Gentes. Instructionesбыли обнаружены Сирмондом и впервые изданы Rigault,Toul 1650; более позднее издание – Fr. Oehler,в Gersdorf, «Biblioth. P. Lat.», vol. XVIII, Lips. 1847 (p. 133–194), и Migne, «Patrol.», vol. V, col. 201–262.

Второй труд был обнаружен и опубликован кардиналом Питрой,в «Spicilegium Solesmense», tom, i, par. 1852, p. 21–49, и Excurs. 537–543, и с новыми исправлениями текста в Тот. IV (1858), р. 222–224; лучшее издание – Rönsch,в «Zeitschrift für hist. Theol.», 1872.

Оба произведения вместе издавали Е. Ludwig: Commodiani Carmina,Lips. 1877, 1878; и В. Dombart, Vienna.

Английский перевод первой поэмы (в прозе) – R. Е. Wallis в Clark, «Ante–Nicene Library», vol. III(1870, pp. 434–474).

(II.) Dodwell: Dissert, de aetate Commod.Prolegg. в Migne, V. 189–200. Alzog: Patrol.340–342. J. L. Jacobi β Schneider, «Zeitschrift für christl. Wissenschaft und christl. Leben», 1853, pp. 203–209. Ad. Ebert, в приложении к его очерку об отношениях Тертуллиана и Минуция Феликса, Leipz. 1868, pp. 69–102; в его Gesch. der christl. lat. Lit.,I. 86–93; также его статья в Herzog ²III. 325 sq. Leimbach, в пасхальной программе, посвященной Carmen apol. adv. Gentes et JudaeosКоммодиана, Schmalkalden 1871 (проясняет много моментов). Hermann Rönsch, в «Zeitschrift für historische Theologie», 1872, no. 2, pp. 163–302 (представляет пересмотренный латинский текст с филологическими пояснениями). Young в Smith and Wace, I. 610–611.

Коммодиан, вероятно, был священником из Северной Африки [1612]1612
  В рукописях второй поэмы он назван епископом. Коммодиан не указывает на свой статус в церкви, но некоторые выводы можно сделать из его учености. В последнем разделе второй поэмы он называет себя Gazems.Эберт воспринимает это в географическом плане, как указание на город Газа в Сирии. Но в таком случае автор писал бы по–гречески или по–сирийски. Предпочтительнее более древнее толкование, от γάζα, сокровище,или gazophylacium(γαζοφυλάκιον), сокровищница,что указывает либо на обладание сокровищем спасительной истины, либо на то, что он отвечал за хранение церковной казны.


[Закрыть]. Он был обращен из язычества через изучение Писания, особенно Ветхого Завета [1613]1613
  Эберт полагает, что он был прозелитом–иудеем, но во вступлении к первой поэме Коммодиан говорит, что ранее поклонялся богам (deos vanos),которых, присоединяясь к большинству отцов церкви, он считает бесами.


[Закрыть]. Примерно в середине III века он создал два произведения на вульгарной африканской латыни, отличающиеся неуклюжим стихосложением и варварским гекзаметром, без внимания к долготе звука и зияниям. С поэтической и богословской точки зрения они не имеют никакой ценности, но важны для истории христианской практики; под грубой оболочкой скрываются как множество суеверных представлений, так и смиренное и пылкое сердце христианина. Коммодиан был патрипассианином в плане христологии и хилиастом в плане эсхатологии, поэтому папа Геласий отнес его к апокрифическим авторам. Его вульгарная латынь знаменует в истории латинского языка и поэзии переход к романской литературе средних веков.

Первая поэма Коммодиана называется «Наставления в христианской жизни», она написана около 240 г. по P. X. или ранее [1614]1614
  Автор упрекает язычников в том, что они упорствуют в неверии, в то время как христианство существует уже 200 лет (VI. 2). Эберт относит «Наставления» к 239 г. Альцог считает их написанными намного позже.


[Закрыть]. Она была задумана для обращения язычников и иудеев, в ней есть также увещевания, адресованные новообращенным, верующим и кающимся. Поэма состоит из более тысячи двухсот стихов и поделена на восемьдесят строф, каждая из которых представляет собой акростих (начальные буквы строк образуют заглавие или тему раздела). Первые 45 строф – апологетические и обращены к язычникам, остальные 35 – назидательные и обращены к христианам. В первой части автор призывает неверующих покаяться ввиду приближающегося конца света и отдает предпочтение хилиастическим представлениям об антихристе, возвращению двенадцати колен, первому воскресению, тысячелетнему царству и последнему суду. Во второй части он наставляет новообращенных и разные группы христиан. Последний акростих, вновь напоминающий читателю о конце света, называется «Nomen Gazœi» [1615]1615
  См. примечание выше.


[Закрыть], если же читать его от конца к началу, то получается имя автора: Commodianus mendicus Christi [1616]1616
  Вот последние пять строк (см. Migne V, col. 261, 262):
Ostenduntur Ulis, et legunt gesta de coeloMemoria prisca debito et mérita digno.Merces in perpetuo secundum facta tyranno.Omnia non possum comprehendere parvo libello.Curiositas docti inveniet nomen in isto.

[Закрыть].

2. Второе произведение Коммодиана, обнаруженное только в 1852 г., – «Апологетическая поэма против иудеев и язычников», написанная около 249 г. Автор призывает их (как и в первой части «Наставлений») без промедления покаяться ввиду приближающегося конца света. Она также написана неуклюжим гекзаметром, и в 47 ее разделах изложено учение о Боге, человеке и Искупителе (ст. 89 – 275); значение имен Сына и Отца в отношении к промыслу спасения (276 – 573); препятствия на пути распространения христианства (574 – 611); призыв к иудеям и язычникам, чтобы они оставили свою религию (612 – 783); описание последних времен (784 – 1053).

Самая интересная часть второй поэмы – ее заключение. Она содержит более полное описание антихриста, чем первая поэма. Автор ожидает, что конец света наступит скоро, вместе с седьмой волной гонений; готы завоюют Рим и спасут христиан, но появится Нерон как языческий антихрист, отнимет Рим и будет свирепствовать, преследуя христиан, три с половиной года; потом его победит настоящий антихрист с востока, иудейский, который после победы над Нероном и сожжения Рима вернется в Иудею, будет совершать ложные чудеса и принимать поклонение от иудеев. Наконец появится Христос, Который есть Сам Бог (с монархианской точки зрения автора), и Он вместе со Своей армией, двенадцатью потерянными коленами, которые жили в Персии в радостной простоте и добродетели, с помощью поразительных чудес победит антихриста и его войско, обратит все народы и овладеет святым городом Иерусалимом. От заключительного описания суда сохранились лишь отдельные фрагменты. Идея двойного антихриста основана на упоминании двух зверей в Апокалипсисе, в ней иудейское представление об антимессии сочетается с языческой легендой о Нероне. Примечательно, что второй антихрист представлен как иудей, который наносит поражение язычнику Нерону, но в свою очередь оказывается побежден Христом. Та же идея двойного антихриста появляется и у Лактанция [1617]1617
  Inst. Div.VII. 16 sqq.


[Закрыть].

§202. Арнобий

(I.) Arnobii (oratoris) adversus Nationes (or Gentes) libri septem.Лучшее издание – Reifferscheid, Vindob. 1875 («Corpus Scriptorum Ecclesiasticorum Latinorum», издание Венской академии, vol. IV).

Другие издания: Faustus Sabaeus,Florence 1543 (ed. princeps); Bas. (Frobenius) 1546; Paris 1580,1666,1715; Antw. 1582; Rom. 1583; Genev. 1597; Lugd. Bat. 1598,1651; Orelli,Lips. 1816; Hildebrand,Halle 1844; Migne,«Patrol. Lat.», v. 1844, col. 350 sqq. Fr. Oehler [вGersdorf, «Bibl. Patr. Lat.»), Lips. 1846. о тексте см. вступления к Oehler и Reifferscheid.

Английский перевод – A. Hamilton Bryce и Hugh Campbell, в Clark, «Ante–Nic. Libr.», vol. XIX (Edinb. 1871). Немецкий перевод – Benard (1842), Allerer (1858).

(II.) Иероним: De Vir. ill.79; Chron.ad ann. 325 (xx. Constantini); Ep.46, 58, ad Paulinum.

(III.) Ученая Dissertatio praeviaбенедиктинца Le Nourry в Migne, ν. 365–714. Neander: I. 687–689. Möhler (католик): Patrol.I. 906–916. Alzog (католик): Patrologie(3 ^rded.), p. 205–210. Zink: Zur Kritik und Erklärung des Arnob.;Bamb. 1873. Ebert: Gesch. der christl. lat. Lit.I. 61–70. Herzog в Herzog ²1. 692 sq. Moule в Smith and Wace, I. 167–169.

Арнобий, пользовавшийся успехом учитель красноречия, у которого было много учеников (один из них – Лактанций), сначала был врагом, а потом стал защитником христианства. Он жил в Сикке, важном городе на Нумидийской границе к северо–западу от Карфагена, в конце III – начале IV века. Он был обращен в христианство взрослым, как и его выдающиеся соотечественники–африканцы Тертуллиан и Киприан. «О слепота! – восклицает он, описывая эту великую перемену. – Только недавно я поклонялся образам, вышедшим из кузницы, богам, форму которым придали наковальня и молот… Видя гладкий камень, пахнущий елеем, я молился ему и обращался к нему, как будто в нем обреталась живая сила, и умолял бесчувственный пень о благословении. И я тяжко оскорблял даже богов, которых считал таковыми, принимая их за дерево, камень и кость или воображая, что они живут внутри подобных вещей. Теперь великий учитель наставил меня на путь истины, я знаю, что все это такое, думаю достойно о Достойном, не оскорбляю Бога и воздаю всем должное… Разве Христос не должен считаться Богом? Разве Тот, Кто во всех остальных отношениях может почитаться величайшим, не должен быть почтен поклонением как Бог, от Которого мы уже при жизни приняли такие великие дары и от Которого в день грядущий мы ожидаем даров еще больших?» [1618]1618
  Adv. Nat.1, 39, ed. Reifferscheid, p. 26.


[Закрыть]

Контраст был поистине разительным, если мы вспомним, что Сикка носила эпитет Veneria,как место грешного поклонения богине похоти, в храмах которой девы приносили в жертву свое целомудрие, подобно жрицам Афродиты в Коринфе. Поэтому Арнобий особенно сурово обличает сексуальный разврат, связанный с поклонением языческим богам, среди которых сам Юпитер подавал пример разнообразных порочных действий [1619]1619
  В книге V.22 он подробно описывает преступления Юпитера, который лишил Цереру, Леду, Данаю, Европу, Алкмену, Электру, Латону, Лаодамию и «тысячу прочих дев и тысячу матрон, а вместе с ними мальчика Катамита, чести и непорочности» и который сочетал в себе «все виды лицедейской скверны».


[Закрыть].

Мы ничего не знаем о последующей жизни Арнобия и смерти. Иероним, единственный древний автор, его упоминающий, добавляет к рассказу подробности, вызывающие сомнение: например, что он был обращен посредством видений или снов, что сначала епископ Сикки не хотел принимать его в церковь и ему пришлось быстро писать свою апологию в доказательство своей искренности. Но эта книга, хоть и написана вскоре после обращения, вероятнее, представляет собой следствие сильной внутренней потребности и убежденности, нежели порождена внешними обстоятельствами.

От Арнобия до нас дошла апология христианства в семи книгах разной длины, адресованная язычникам. Она была написана в 303 г. по P. X. [1620]1620
  Автор говорит, что христианство существует уже триста лет (I. 13) и что возраст города Рима – тысяча пятьдесят лет (II. 71). Последняя дата показывает, что речь идет о промежутке с 296 по 303 г., в зависимости от того, ведем мы отсчет по системе Варрона или Фабия.


[Закрыть], в начале гонений Диоклетиана, ибо автор упоминает о пытках, сожжении священного Писания и разрушении молитвенных домов, что было характерными особенностями этих гонений [1621]1621
  IV. 36; см. также I. 26; II. 77; III. 36, etc. См. также Евсевий, Η. Ε.VIII. 2.


[Закрыть]. До нас дошла только одна рукопись (IX или X века), содержащая также «Октавия» Минуция Феликса [1622]1622
  В Национальной библиотеке в Париже, по. 1661. Копия в Брюсселе – транскрипт. Рукопись, хоть и хорошо написанная, сохранилась не очень хорошо, поэтому допускает много вариантов прочтения. Рейффершейд тщательно выверил текст в Париже в 1867 г.


[Закрыть]. Первые две книги – апологетические, остальные пять – в основном полемические. Арнобий демонстрирует близкое знакомство с греческой и римской мифологией и литературой, он свободно цитирует Гомера, Платона, Цицерона и Варрона. Он умело опровергает возражения против христианства начиная с популярных обвинений в том, что христиане навлекли на Римскую империю гнев богов и множество общественных бедствий. Он подробно изобличает нелепость и аморальность языческой мифологии. Он считает богов реальными, но злыми сущностями.

Утверждающая часть апологии слаба и неудовлетворительна. Представляется, что Арнобий так же слабо знает Библию, как и Минуций Феликс. Он ни разу не цитирует Ветхий Завет и только раз – Новый [1623]1623
  «Разве никогда не слышали вы известных слов (illud vulgatum)о том, что мудрость человеческая – безумие для Бога?» (II. 6; см. 1 Кор. 3:19).


[Закрыть]. Он ничего не знает об иудейской истории, о поклонении по закону Моисея, путает фарисеев с саддукеями. Однако он достаточно знаком, либо из евангелий, либо из устного предания, с историей Христа. Часто он в возвышенных выражениях говорит о воплощении, распятии и вознесении Иисуса. Он представляет Его как Высшего Учителя, Который явил людям Бога, Подателя вечной жизни, – именно как Бога, хотя и рожденного человеком, Бога Всевышнего, Бога по самой Его природе, как Бога Спасителя и объект поклонения [1624]1624
  Сильнейшие места в поддержку Божественности Христа – I. 37, 39, 42, 53. В последнем из этих мест Арнобий говорит (Reifferscheid, р. 36): «Deus ille sublimis fuit [Christus], deus radiée ab intima, deus ab incognitis regnis et ab omnium principe deo sospitator est missus».


[Закрыть]. Только Его последователи могут спастись, но Он предлагает спасение даже Своим врагам. Его божественная миссия подтверждена Его чудесами, которые были уникальны, просты, прилюдны и совершались на благо. Он исцелял одновременно сотню или больше больных, страдавших от разных болезней; Он успокаивал бури; Он ходил по воде, не замочив ног; Он внушал изумление даже волнам; Он накормил пять тысяч человек пятью хлебами и наполнил двенадцать корзин остатками пищи; Он поднимал мертвых из могилы. Он явился после воскресения «среди бела дня бесчисленному количеству людей»; «Он является и сейчас праведникам с неоскверненным сознанием, которые любят Его не в мечтах, но в облике чистой простоты» [1625]1625
  «Per purae speciem simplicitatis», I. 46. Это место противоречит истории о том, что Арнобий был обращен вследствие видения.


[Закрыть].

Учение Арнобия о Боге соответствует Писанию и являет резкий контраст с нелепой мифологией. Бог – Творец и Правитель всего сущего, нерожденный, безграничный, духовный, вездесущий, бесстрастный, пребывающий в свете, даритель всякого блага, пославший Спасителя.

Что касается человека, то Арнобий говорит о его свободной воле, но также о его невежестве и грехе и отрицает его бессмертие. Душа не умирает вместе с телом, но вечную жизнь ей может даровать только Бог. Грешники попадают в огонь геенны и в конечном итоге уничтожаются. Он учит воскресению плоти, но в туманных выражениях.

Арнобий не доходит до стандартов католической ортодоксии даже доникейского периода. Это не должно нас удивлять, если принять во внимание явно недостаточное знакомство с Библией и позднее обращение. Иероним то хвалит Арнобия, то критикует его неровный, многословный и путаный слог, метод и учение. Папа Геласий в V веке отнес его книгу к апокрифам, и потом она была почти забыта, пока ее не обнаружили снова в XVI веке. Современные критики согласны с тем, что автор успешнее опровергает заблуждения, чем отстаивает истину.

Но честность, смелость и энтузиазм обращенного в новую веру так же очевидны, как и недостатки его богословия. Если он не знал и недостаточно полно понимал учение Библии, то уловил его нравственный смысл [1626]1626
  Я вынужден не согласиться с Эбертом (р. 69), который говорит, что христианство не совершило моральных изменений в сердце Арнобия. «In seinem Stil ist Arnobius durchaus Heide, und auch dies ist ein Zeugniss für die Art seines Christenthums, das eben eine innere Umwandlung nicht bewirkt hatte. Das Gemüth hat an seinem Ausdruck nirgends einen Antheil».


[Закрыть]. «Мы усвоили, – говорит он, – из учения Христа и Его законов, что на зло нельзя отвечать злом (см. Мф. 5:39), что лучше пострадать от зла, чем навлечь его, что лучше нам пролить собственную кровь, чем запятнать наши руки и совесть кровью другого. Неблагодарный мир сейчас давно уже наслаждается благами христианства, ибо под влиянием Христа ярость дикой свирепости смягчилась и воздерживается от пролития крови братьев. Если бы все научились внимать Его здравым и мирным законам, мир отказался бы от использования булата, обратился бы к мирным занятиям и жил в благословенном согласии, не нарушая святости договоров» [1627]1627
  I. 9.


[Закрыть]. Он с негодованием спрашивает язычников: «Почему наши писания заслуживают сожжения в пламени, почему наши общения жестоко прерываются? На них мы возносим молитвы высшему Богу, молим о мире и прощении для властей, для воинов, царей, друзей, врагов, для живущих и освобожденных от уз плоти. Все, что говорится на них, делает людей человечными, кроткими, скромными, добродетельными, целомудренными, щедрыми по сути своей, неразрывно связанными со всеми, кто входит в наше братство» [1628]1628
  IV. 36.


[Закрыть]. Он смело свидетельствует перед лицом последних и самых жестоких гонений, и вполне вероятно, что сам он стал одной из их жертв.

Труд Арнобия – богатая сокровищница античных и мифологических сведений и образец африканской латинской литературы.

§203. Викторин из Петавы

(I.) Operaв «Мах. Biblioth. vet. Patrum», Lugd. Tom. III, в Gallandi,«Bibl. PP.», tom. IV; и в Migne, « Patrol. Lat.», V. 281–344 (De Fabrica Mundiи Scholiaв Apoc. Joannis).

Английский перевод – R. Ε. Wallis, в Clark, «Ante–Nicene Library», vol. III, 388–433; N. York ed. VII. (1886).

(II.) Иероним: De Vir. ill,74. Кассиодор: Justit. Div. Lit.,с. 9. Cave: Hist. Lit.,1.147 sq. Lumper, Proleg.,в Migne, V. 281–302. Routh: Reliq. S.I. 65; III. 455–481.

Викторин, вероятно, греческого происхождения, сначала был профессиональным оратором и стал епископом Петавиума, или Петавы [1629]1629
  Vict. Petavionensisили Petabionensis;не Pictaviensis(от Пуатье), как написано в Римском мартирологе и у Барония. Считается, что первым исправил эту ошибку John Launoy (умер в 1678 г.).


[Закрыть], в древней Панонии (Птуй, в современной австрийской Штирии). Он погиб как мученик во время гонений Диоклетиана (303). От его произведений до нас дошли только фрагменты, не очень важные, важна разве что эпоха, к которой они принадлежат. Иероним говорит, что Викторин знал греческий язык лучше, чем латинский, и что труды его превосходны по содержанию, но несовершенны по стилю. Иероним причисляет Викторина к хилиастам и утверждает, что он написал комментарии к Бытию, Исходу, Левиту, Исайи, Иезекиилю, Аввакуму, Песни песней, Апокалипсису, а также книгу против всех ересей et multa alia. Ему приписывают также несколько поэм, но без веских на то оснований [1630]1630
  Carmina de Jesu Christo Deo et Homine; Lignum Vitae;также гимны De Cruceили De Paschate,в трудах Тертуллиана и Киприана. Рут (Routh, III. 483) отрицает их подлинность; то же делает Лампер в Migne. V. 294.


[Закрыть].

1. Фрагмент «О сотворении мира» представляет собой ряд замечаний о сотворении, вероятно, часть комментария к Книге Бытия, упомянутого у Иеронима. Дни воспринимаются буквально. Сотворение ангелов и архангелов предшествует сотворению человека, как свет был сотворен раньше, чем небо и земля. Семь дней предвещают семь тысячелетий; седьмое из них – тысячелетняя суббота, когда Христос будет править землей вместе с избранными. Это те же самые хилиастические представления, которые мы находим в Послании Варнавы, с той же самой оппозицией иудейскому субботствованию. Викторин сравнивает семь дней с семью очами Господа (Зах. 4:10), семью небесами (см. Пс. 32:6), семью духами, которые почиют на Христе (Ис. 11:2,3), и семью этапами человеческой жизни: рождением, детством, отрочеством, юностью, зрелостью, старостью, смертью. Это прекрасный образец аллегорических игр благочестивого воображения.

2. Исследования Апокалипсиса Иоанна небезынтересны для истории толкования этой загадочной книги [1631]1631
  См. Lücke, Einleitung in die Offenb. Joh.,pp. 972–982 (2 ^nded.); также Bleek, Vorlesungen über die Apok.,p. 34 sq. Люке и Блик соглашаются в том, что считают этот комментарий трудом Викторина, но с более поздними интерполяциями. Блик предполагает, что изначально в нем был более заметен хилиазм.


[Закрыть], но они не свободны от более поздних интерполяций V или VI века. Автор относит Апокалипсис к правлению Домициана (тем самым соглашаясь с Иринеем) и сочетает исторический и аллегорический методы толкования. Он считает также видения синхронными, а не последовательными. Он комментирует только самые трудные отрывки [1632]1632
  Кассиодор замечает: «Difficillima quaedam loca breuiter tractavit».


[Закрыть]. Мы выбрали несколько наиболее впечатляющих моментов.

Женщина в Отк. 12 – это ранняя церковь пророков и апостолов; дракон – это дьявол. Женщина, сидящая на семи холмах (в Отк. 17), – город Рим. Зверь из бездны – Римская империя; Домициан считается шестым, Нерва – седьмым, а Нерон – восьмым римским царем [1633]1633
  Это объяснение Отк. 17:10,11 основано на ожидании возвращения Нерона в качестве антихриста, от которого позже справедливо отказались Андрей и Арефа, но которое было возрождено снова, хотя и с другим исчислением императоров, современными сторонниками гипотезы о Нероне. См. обсуждение в т. I, §37.


[Закрыть]. Число 666 (Отк. 13:18) указывает на греческое Teitan [1634]1634
  Т=300; Е=5; 1=10; Т=300; А=1; N=50; итого 666. Если опустить последнее п, мы получаем Teita=616, что соответствует другому прочтению Отк. 13:18, упоминаемому Иринеем. Тит разрушил Иерусалим, неосознанно исполняя пророчество Христа; он не был гонителем церкви и был одним из лучших римских императоров.


[Закрыть](это объяснение предпочитал Ириней) и латинское Diclux.Оба имени означают антихриста, в соответствии с числовым значением греческих и римских букв. Но Dicluxотносится к антихристу по контрасту, ибо, «хоть он и отсечен от высшего света, он притворяется ангелом света, осмеливаясь называть себя светом» [1635]1635
  D=500; 1=1; С=100; L=50; V=5; Х=10; всего 666. «Id est quod Graece sonatτειτάν, петре id quod Latine dicitur DICLUX, quo nomine per antiphrasin expresso iltelligimus antich–ristum, qui cum a luce superna abscissus sit et ea privatus, transfigurât tamen se in angelum lucis, audens sese dicere lucem. Item invenimus in quodom codice Graecoάντεμος». Последнее имя, возможно, представляет собой искаженное "Αντειμος, встречающееся на монетах из Мёзии для обозначения правящей династии, или же может быть указанием на характер: honori contrarius.См. Migne, V. 339; Lücke, p. 978.


[Закрыть]. К этому примечательному объяснению добавляется, очевидно, рукой другого, более позднего автора, что мистическое число может указывать на царя вандалов Гейзериха (γενσήρικος), который в V веке опустошил католическую церковь Северной Африки и разграбил город Рим.

Объяснение Отк. 20:1–6 – не очень хилиастическое, как и объяснение соответствующего отрывка в комментарии к Книге Бытия, поэтому многие сомневаются в авторстве Викторина. Первое воскресение объясняется духовным образом, со ссылкой на Кол. 3:1, и автор не говорит, следует нам понимать тысячу лет как неограниченный или ограниченный период. Далее он рассуждает об аллегорическом значении чисел: десять символизирует десять заповедей, сто – венец девственности; ибо тот, кто полностью соблюдает обет девственности, исполняет десять заповедей и прогоняет нечистые мысли из своего сердца, есть истинный священник Христа и правит вместе с Ним; «воистину, в его случае дьявол скован». В конце примечаний к Отк. 22 автор критикует грубый и чувственный хилиазм еретика Керинфа. «Ибо царство Божье, – говорит он, – сейчас вечно в святых, хотя слава святых будет явлена после воскресения» [1636]1636
  «Nam regnum Christi nunc est sempiternum in Sanctis, cum fuerit gloria post resurrectionem manifestata sanctorum»(Migne V. 344).


[Закрыть]. Это похоже на более позднее добавление и указывает на изменение в идеологии церкви в том, что касается тысячелетнего царства, произошедшее в правление Константина. С тех пор оно стало исчисляться от воплощения Христа [1637]1637
  Cm. §188.


[Закрыть].

§204. Евсевий, Лактанций, Осий

О Евсевиb см. т. III. § 161; а также исчерпывающую статью епископа Лайтфута в Smith and Wace, II. (1880), p. 308–348; доктора Сэлмона, о Chron.Евсевия, ibid. 354–355; также Semisch в Herzog ²IV. 390–398.

О Лактанциb см. т. III. § 173. Также Ebert: Gesch. der christl. lat. Lit.I (1874), p. 70–86; и его статья в Herzog ²VIII. 364–366; E. S. Ffoulkes в Smith and Wace, III. 613–617.

Об Осии см. §55, также т. III. §120–121. а также P. Bonif. Gams (католик): Kirchengesch. υ. Spanien,Regensb. 1862 sqq., Bd II. 137–309 (большая часть второго тома посвящена Осию); W. Möller в Herzog ²VI. 326–328; T. D. С. Morse в Smith and Wace, III. 162–174.

В конце рассматриваемого периода мы встречаем трех представительных богословов, тесно связанных с первым императором–христианином, совершившим политико–церковную революцию, известную как союз церкви и государства. Их общественная жизнь и деятельность относятся к следующему периоду, но мы вкратце упомянем их здесь.

Евсевий, историк, Лактанций, оратор, и Осий, государственный деятель, образуют связующее звено между доникейской и никейской эпохами. Их долгая жизнь – двое дожили до восьмидесяти лет, а Осий до ста – делится почти поровну между двумя периодами, и в ней отражаются светлые и теневые стороны обеих этих эпох [1638]1638
  Евсевий умер в 340 г.; Лактанций – между 320 и 330 г.; Осий – между 357 и 360 г.


[Закрыть]. Евсевий был епископом Кесарийским, человеком, получившим разностороннее и полезное образование, либеральным богословом; Лактанций – преподавателем красноречия в Никомедии, человеком высокой культуры; Осий – епископом Кордовы, человеком вдумчивым и деятельным [1639]1639
  Осий не оставил литературных трудов. Единственный документ, дошедший до нас и принадлежащий его перу, – послание к Констанцию, императору–арианину; оно сохранилось у Афанасия (Hist. Arian.44). См. Gams, I.e.II. 215 sqq. Начинается послание со следующих благородных выражений: «Я исповедовал веру задолго до того, как ваш дед Максимиан преследовал церковь. Если вы будете преследовать меня, я готов пострадать, как угодно, только бы не проливать невинную кровь и не предавать истину». К сожалению, в весьма преклонном возрасте Осий уступил физическому насилию и подписал арианский символ веры, но горько раскаялся в этом перед смертью. Афанасий говорит (I.e.45), что «при приближении смерти, как бы в качестве последнего завещания, он осудил арианскую ересь и строго заповедал, чтобы никто не принимал ее». Неизвестно, действительно он умер в Сирмии в 357 г. или ему было позволено вернуться в Испанию и он умер там около 359 или 360 г. Сообщается только, что ему было сто лет и что он более шестидесяти лет был епископом. Афанасий, I.e.;Сульпиций Север, Hist.II. 55.


[Закрыть]. Таким образом, они были представителями соответственно Святой Земли, Малой Азии и Испании. Мы можем добавить сюда Италию и Северную Африку, так как Лактанций, вероятно, был родом из Италии и учеником Арнобия из Сикки, а Осий в некоторой степени являлся представителем всей Западной церкви на восточных соборах. С ним Испания впервые вышла из сумрака предания на свет церковной истории; это была западная земля, в которой, должно быть, благовествовал Павел, которая дала языческому Риму философа Сенеку и императора Траяна и которой суждено был дать церкви Феодосия Великого, решительного защитника никейской веры.

Евсевий, Лактанций и Осий были свидетелями жестокостей в ходе гонений Диоклетиана и видели начало императорского покровительства. Они внесли моральные силы века мученичества в век победы. Евсевий со своим писательским искусством сохранил для нас бесценные памятники первых трех веков существования церкви до Никейского собора, Лактанций завещал потомству на латинском языке Цицерона объяснение и оправдание христианской веры против угасающего идолопоклонства Греции и Рима, а также скорбные воспоминания об имперских гонениях, тогда как Осий духовно председательствовал на соборах в Эльвире (306), Никее (325) и Сердике (347), был другом Афанасия – вместе с ним защищал ортодоксию и разделил с ним изгнание.

Все трое были тесно связаны с Константином Великим: Евсевий был его другом и восхвалял его; Лактанций был наставником его старшего сына; Осий – его доверенным советником, вероятно, подсказавшим ему идею созыва первого вселенского собора (в течение нескольких лет он был, если можно так выразиться, его церковным премьер–министром). Они были, каждый по–своему, главными советниками и помощниками императора в великих переменах, которые дали религии креста право морального контроля над обширной Римской империей. Эта победа была заслужена тремя сотнями лет несправедливых гонений и героической стойкости, но повлекла за собой испытания и искушения, не менее опасные для чистоты и мира церкви, чем огонь и меч.