Текст книги "Шадар. Сокровище мира (СИ)"

Автор книги: Эвита Май

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 34 страниц)

Глава 110

Аарун зачем-то оглядывается, а потом, повышая голос, обращается к Маарте.

– Я к тебе позже зайду, Маарта, и мы поговорим. А сейчас мне нужно человечку в её комнаты проводить… – и мы с хардом поспешно ретируемся.

То есть он ретируется, а я на буксире. До наших комнат добираемся всего за один переход и сразу в холле Аарун накидывает противоподслушивающий щит. А потом смотрит так строго, что невольно ежусь.

– Ты что это задумала вообще? У гролов… все к таршам разнести?

– Очень бы этого хотелось. Одним махом – и все гнездо это осиное… того…

– Какое гнездо?

Я только головой качаю. Да уж, нашлась терминаторша. Приду, принесу в себе заряд высокой мощности и расфигачу там все… И дайте мне еще про запас самозаряжающийся огнемет и пару пулеметов… Вот прямо по стопам Иржи и пойду. Клин клином, так сказать…

Увязаю тут в нездоровых фантазиях и самообмане, а, между прочим, Аарун – единственный, к кому я за помощью обратиться могу! – завтра отбывает к Северным, чтобы “не щадя живота своего” попытаться справиться с тем, что принёс на Шадар мой соплеменник.

МОЙ соплеменник!

Моей вины нет, но… этот мир решил, что разгребать мне. Я расходный материал или Шадар так “верит” в меня? Учитывая, что никакой “помогалки на черный день” во мне не осталось, склоняюсь к первому варианту.

Аарун уже смотрит на меня задумчиво и с некоторой опаской.

– Это не так работает, Ника.

– Так объясните – как?!

– Магия Шадара просто нейтрализует черную. Это как химическая реакция – происходит… “схлоп” и на выходе ноль!

– То есть одно ликвидирует другое и… ничего не остается? Но почему тогда нельзя магией всю эту… гроллию одномоментно накрыть и обезвредить?

– Потому что у нас нет столько силы! – отчаянно припечатывает Аарун. – Даже если сейчас все существа нашего мира опомнятся и сплотятся. Даже если мы соберем все крохи и объединим источники…

На этой пафосно-трагической ноте Аарун вдруг понимает, как он жестко прикололся.

– И поэтому… поэтому туда – меня?!

Я, конечно, чуяла большую ж… подставу во всей это истории, но не настолько. У них, значит, всей магии не хватает это ликвидировать, а одной человечке-камикадзе это, значит, по силам?!

Сжимаю переносицу не зная, что мне сейчас делать – то ли безнадежно разрыдаться, то ли истерично расхохотаться.

– Ты дитя другого мира. С другим мышлением и логикой…

– Угу. Креативлю, как могу…

– И Шадар…

– Аарун, давайте уже без этих высоких материй. По-простому. Раз уж выбора у меня нет, то хотя бы информацию дайте! Всё, что возможно…

– Как знал… – бормочет Аарун и вытаскивает из карманов хламиды горсть разноцветных кристаллов.

Он это… серьезно? Поможет?! И не успеваю от первого удивления отойти, как меня ждет новый сюрприз: Аарун стаскивает свой огромный уродливый колпак-шлем – а вместе с ним лет эдак триста возраста! – и оказывается… моложавым кудрявым блондином. Вполне себе… Эмм… Симпатичным?!

Медленно оседаю на какую-то горизонтальную поверхность, подвернувшуюся под попу.

– Вот об этом я и говорил. Не зацикливаешься на ужасах, а постоянно переключаешься. Только что истерила и тут же отвлеклась... Нравлюсь?!

– Очень, – бурчу я, насупившись, – надеюсь, Маарта оценит.

На тонких губах Ааруна мелькает слабая улыбка, а потом он засучивает рукава и берет в каждую ладонь по кристаллу желтого цвета.

– Ну что, приступим?

– Приступим, – соглашаюсь я, не совсем понимая, что сейчас будет.

Аарун приближается вплотную, прикладывает ладони с кристаллами к моим вискам и сильно нажимает.

Секундная боль и голова наполняется шипением и “пузырьками”, словно внутрь шампанского налили. Ошалело моргаю. Ааурун, стоящий напротив, сначала двоится и дрожит, а потом зрение приходит в норму.

–Это что? – запоздало интересуюсь я.

– Методика, по которой обучаются маги. В “ручном” режиме это гораздо жестче, но в транс-капсулу я тебя уложить не могу. Да и не пропустит она столько информации, там ограничитель. Ну, что… тестовое ты нормально прошла, потенциал хороший. Двигаемся дальше?

– Двигаемся…

– Хорошо… – и Аарун берет следующую пару кристаллов. Голубую.

Периодически мне кажется, что хард на мне испытание проводит – на какой именно раз мои мозги поджарятся.

Ох, знал бы Дар, прося хардов о крове для своей Нисы, что мне тут краткий курс молодого бойца невидимого фронта пытаются в голову впихнуть! Хотя, что там “боец” какой-то! Чем дальше – тем больше чувствую себя шадарской версией Джеймса Бонда, потому как половина информации явно не для общего пользования. Аарун там хардинскую службу безопасности не хакнул, чтобы все это изъять и сюда притащить?

Да все равно! Потому что наконец-то я чувствую себя не утлым суденышком, которое по воле волн туда-сюда болтает, а… суденышком, которому все-таки какие-никакие навигационные карты вручили и компас заодно!

К концу “обучения” я нахожусь в состоянии желе, да и Аарун выглядит… не очень.

В голове откровенная каша, да такая, что мысли с трудом проворачиваются.

– Пару часов потерпи, потом все должно в норму прийти.

– Ага, и ключевое слово здесь “должно”...

– Хорошая адаптация. Язвишь уже уверенно, человечка, – хмыкает Аарун.

Приоткрываю один глаз и подтягиваю непослушное тело, садясь удобнее. Аарун молча протягивает стакан с какой-то желтой жижей, которую я покорно глотаю.

В голове чуть проясняется, но только для того, чтобы вновь “перемолоть” то, что первых же кристаллов стало ясно: источники Шадара иссякают.

Магии едва хватает на поддержку жизнедеятельности “прикрепленных” к территориям народов и на сдерживание черных, чья злая сила, как коррозия, разъедает основы мироустройства.

И без магии жить, просто развивая технологии – по земному типу – для шадарцев тоже не вариант. Потому что магия Шадара – это основа их жизнедеятельности, а её утрата равнозначна тому, что на Земле исчезнет… Кислород!

И страшнее всего то, что до недавнего времени надежда еще была. По прогнозам светлых умов пара-тройка столетий, за которые они обязательно должны были бы найти способ “исцеления” от черной нечисти, в запасе оставались...

А потом призвали Иржи, принесшего чуждые технологии, и мир кубарем покатился в бездну…

Было что-то еще, что едва заметно зарапнуло в голове и тут же бесследно пропало.

– И откуда вообще черная магия взялась?! Гролы смогли как-то… “очернить” свой источник? – Откуда еще в этом мире взяться равной по силе мощи с… “противоположным вектором”? Это же не происки инопланетных пришельцев! – И как… Нейтрализация Иржи сможет этот процесс обратить?

Аарун с минуту молча таращится в стену.

– Я не знаю, – наконец, тихо произносит он и нахлобучивает свой колпак обратно. – У Сомуна есть парочка безумных теорий, но, по-моему, они слишком… “за уши притянуты”. Нас всех ведет воля Шадара.

Разговор увядает. Аарун сделал все, что мог. И даже больше.

Я снова всем существом чувствую нависший над головой дамоклов меч.

Все ближе тот момент, когда ситуация разрешится, так или иначе. В какую сторону – неизвестно, но это хрупкое равновесие почти исчерпало себя.

Осознание тянущими спазмами сжимает все внутри. Да уж, на волне драйва и эмоций я была куда смелее! А сейчас моя выдержка летит к таршам. Я элементарно боюсь “исполнения долга” так, что выть хочется: до отрицания очевидного, до позорного желания забиться в какую-нибудь нору…

– Твои страхи и сомнения, человечка – это нормально. Каждый из нас чувствует это. Даже те, чьи силы кажутся безграничными. А ты всего лишь слабая самка… – хрипло вторит Аарун моим мыслям и я даже разозлиться за “прослушку” на него не могу. – Я только сейчас понимаю, на что обрек тебя, человечка.

– Это не вы, это… Шадар! – Мотаю я головой. – Большое вам… человеческое спасибо, Аарун. И если вы еще подсказочку мне дадите, как с полученными знаниями к гролам пробраться… То я вообще век… свой вам благодарна буду. Дар ведь границы северных для меня закрыл.

Наглеть – так наглеть. И вообще – они мне тут безопасность обещали и на переход это обещание тоже распространяется!

Качели моих эмоций раскачиваются все сильнее. Хотя, о чем я волнуюсь… Мне стоит просто подвернуться под руку какому нибудь гроллскому берсерку и цель вроде бы достигнута… Но от этой мысли внутри все на дыбы встает. Не имею я права умирать! Ради Дара! А еще… Если бы все так просто было – меня бы давно прибили по-тихому!

– Завтра утром, до своего ухода, во время пересменки я смогу порталом отправить тебя к гролам. В самое безопасное место, какое смог найти. Там тебя встретит мой человек… – заставив меня вздрогнуть, глухо говорит Аарун.

– Свой человек в стане врага?

– И такое бывает, человечка… Возможности его ограничены, но он поможет всеми ресурсами, что у него имеются. А сейчас отдыхай. Скоро принесут ужин. Ты должна хорошо поесть и выспаться.

– Хорошо… То есть спасибо… А Дар… – внутри буквально режет от боли, но Аарун понимает, что я хочу спросить.

– Твои приготовления он не почувствует. Да и не до того ему. А, оказавшись у гролов, вы окажетесь отрезаны друг от друга охранным куполом Северных. Он пока действует. Как это повлияет на ваше… восприятие, я не знаю. Так что просто выживи, человечка. А потом мы уже все с радостью огребем от твоего дракса… за игру в молчанку и за все остальное...

– Я поняла. – Обессиленно приваливаюсь к стене. – Значит, завтра утром?

– Да. Я пришлю вестника.

Аарун поворачивается, чтобы уйти, а я внезапно чувствую, как поддается, размягчаясь, за спиной стена. И не просто поддается, а плотно обхватывает плечи, зажимая в крепкие тиски.

– Аарун, снова ваши штучки?

– Что? – оборачивается хард и на его лице проявляется такой ужас, что я давлюсь воздухом. – Нет!!!

Хард бросается ко мне, я успеваю только дернуться – все происходит за пару секунд! – а потом светлую гладкость стены прорывают черные руки с огромными когтями, смыкаются на моем животе и меня вдергивает в жалящую болью темноту…

Глава 111

Наверное, хорошо, что я не успела полностью прийти в себя.

Затуманенному перегрузками мозгу оказалось… легче воспринять “замес”, в который я угодила.

Просто была какая-то отстраненная констатация, что тащат по бугристому полу за шкирку, как нашкодившего котенка. И полный спектр физических ощущений от такого перемещения… тоже фиксировался. Но все это остается на каком-то другом уровне, не взрывая болью мозг и помогая прочувствовать чужую яростную агрессию, которая ждет малейшего повода, чтобы выплеснуться на меня. Инстинкт самосохранения просто вопит, чтобы я забыла о сопротивлении!

И я… “забываю”, вялой тряпочкой болтаясь в чужой хватке.

Рычащий голос, от которого внутри все в ужасе поджимается…

Грохот подкованных сапог…

Лязганье железа и душераздирающий визг несмазанных петель.

Нос забивает такая вонь, что желудок выкручивается в жесточайшем спазме, а из глаз буквально брызжут слезы.

Меня швыряют вперед, как кусок мяса, и инстинкты заставляют тело скрутиться в плотный комок… Так что даже несколько “пересчитанных” ступенек не в счет.

Дверь захлопывается с пронзительным лязгом, как врата ада, и наступает абсолютная глухая тишина.

Конечная…

Отличное исполнение плана – я у гролов! – даже напрягать никого не пришлось! Жаль, не знаю, кому выразить “благодарность"!..

Именно сейчас все “отложенные прелести” перемещения накрывают с головой: от боли взвывает каждая мышца, каждая косточка в моем бедном теле! Походу, моя спина и попа запомнили все лестницы и коридоры в отстойнике гролов.

Стиснув зубы, я пытаюсь сесть.

Пол ледяной и склизкий… Очередной спазм подкатывает к горлу, и я мелко-мелко дышу, держась изо всех сил.

В полумраке удается разглядеть что-то типа деревянного топчана. Ухватившись за край, подтягиваю непослушное тело и неловко взгромождаюсь на жесткую поверхность, припорошенную тонким слоем гнилой соломы. А потом поднимаю голову, пытаясь разглядеть источник света в этом царстве вонючей тьмы…

Светильник обнаруживаю сразу – прямо посередине “решетчатой” стены напротив. И тут же невольно с испуганным хрипом отшатываюсь… Неверные блики высвечивают кошмарную рожу, вжимающуюся в стальные прутья, разделившие общую камеру на два клетушка.

Твою мать! Так не только поседеть, но и окочуриться можно!

–Человечка! – голос “соседа” похож на скрежет пилы по бетону. – Умргрхр…

Грол!!!

Это он здоровается или обед предвкушает?

Моя душа в очередной раз обмирает от ужаса, а из горла вырывается пара булькающих звуков.

Безумная… “улыбка” искажает кошмарное лицо, а потом грол отшатывается и уходит вглубь своей половино-камеры и вытягивается на топчане-близнеце моего “ложа”.

Это он очень вовремя делает, потому что еще пара секунд – и…

Подтягиваю ноги, обхватываю их руками и утыкаюсь лбом в колени.

“Грол-лишенец. Владел, ориентировочно, третьим уровнем магии. Не агрессивен.” – от “механического” голоса, неожиданно прозвучавшего в голове, я невольно подпрыгиваю.

Это что за нахрен “справочная” в мозгах завелась?!

“Определение “нахрен справочная” не поддается расшифровке. Для адаптации репициента и синхронизаций баз данных требуется перезагрузка.” – так же холодно информирует меня тот же голос.

– К-к-какая перезагрузка? – мой дрожащий голос вспарывает ватную тишину камеры. Кажется, я все-таки спятила…

“Сон, – просвещают меня “внутри”. – Мозг носителя перегружен и вошел в “красную зону”. Опасность вступления в конфликт памяти реципиента и внесенных баз данных.”

– Вот тарш! – вырывается у меня.

Аарун же сказал: поесть и спать! Поесть – оно бы неплохо. Но еще больше пить хочется… Облизываю сухие губы и упираюсь затылком в стену.

Сон – самое проблематичное. Как я могу уснуть, если здесь… такое?!

Но моя “справочная” как-то сама договаривается с “мозгом в красной зоне” и стоит просто закрыть глаза, как меня тут же вырубает.

Просыпаюсь от тишины. Она такая глухая, словно в камере абсолютная звукоизоляция.

Огонек светильника также едва подрагивает, грол снова прилип лицом к решетке.

На этот раз я не ору, лишь слегка вздрагиваю. “Справочная” молчит. Надеюсь, перезагрузка – чем бы она не была! – закончилась.

– Человечка! – “пила по бетону”.

–Да-да, человечка… А другие слова ты знаешь? – хриплю я и пытаюсь сменить позу.

О, Дхары великие, как же хреново! Тело словно заржавело и любое движение причиняет неимоверную боль. Голова гудит так, словно меня чёрной магией приложили. Не светлой же?!

– Знал… когда-то… Не боишься?

–Тебя? А должна? – Да, и смелая я только потому, что нас решетка разделяет!

Чудовище откидывает голову и начинает дико хохотать. Эти звуки еще более стремные и мое воображение при попытке идентификации сбоит… Рев оленя в брачный гон на фоне работающей лесопилки?!

– Смелая… человечка… Посмотрим, что дальше будет…

И словно в ответ на эти слова гаснет свет. Совсем.

Все чувства мгновенно выкручиваются на максималку: сердце заводится бешеным метроном, мышцы стягиваются узлами, глаза бессмысленно таращатся в темноту, а уши внезапно решают, что я – летучая мышь, пытаясь уловить любой звук, вплоть до движения молекул в воздухе…

Вспыхнувший вновь огонёк просто режет глаза яркостью света. Грол по-прежнему отделен от меня решеткой.

– Что это было?

– Сутки прошли. Так дни отмеряются. Забирай свою еду. – Грол кивает на пол и, опустив глаза, я обнаруживаю по две миски с каждой стороны от решетки.

Грол подхватывает свои посудины и уходит на топчан, после чего я тоже осмеливаюсь подойти. Рассматриваю содержимое мисок и понимаю, что я не настолько голодна: вода выглядит так, словно её из болота зачерпнули, а содержимое второй вообще трудно опознать. Но что это не еда – точно. Вряд ли я вообще смогу… “соблазниться” содержимым. Даже умирая от жажды и голода!

– Я не буду это есть. Если хочешь – возьми мою порцию.

Чавканье на топчане затихает. Грол, как молчаливая тень проявляется возле решетки. Совершенно бесшумно. Лишь усилием воли я удерживаюсь от того, чтобы не отшатнуться.

– Ты уверена? Сегодня еды больше не будет!

– Да. Бери. Отдаю добровольно! – зачем-то добавляю я.

Грол приближается ещё на шаг и я впервые могу подробно рассмотреть его внешность.

Про такие лица говорят: “черти цепом зерно молотили”... Хотя на его, может, и молотили… И не черти, а скорее… местные тюремщики!

– Что с твоим лицом? Что с тобой сделали? – вырывается у меня.

Спину продирает морозом, а живот начинает противно ныть. В моей гудящей голове начинают появляться вполне логичные вопросы, каждый из которых ввергает меня в животный ужас.

Как меня похитили?

Как сумели пробраться сквозь все заслоны и щиты в цитадель хардов? Да еще после магической чистки?

А главное – зачем?! Щелкнуть по носу хардов? Ослабить Дара?..

О, Дар!!!!

Пока я стою в ступоре, грол осторожно вытягивает из моих рук миски и отступает на шаг. Так, словно я их сейчас отнимать буду. Но я лишь бездумно киваю и жадно смотрю на светильник. Это просто глиняная плошка с фитилем, плавающем в масле.

– Ты.. не против, если я возьму его ненадолго? Хочу осмотреться… – мой голос противно дрожит.

– Бери. Добровольно.

Хватаю светильник и, ковыляя на полусогнутых и стараясь не стонать от боли, обхожу свою часть по периметру. В монолитных стенах, покрытых бурыми потеками и пятнами лохматой плесени от черной до ядовито-зеленой, ни одного стыка, ни малейшей трещины… Потолок теряется в черноте. Сдерживая рвотные позывы, обнаруживаю дыру в полу, явно предназначенную для справления естественных нужд, а в противоположном – черную склизлую кучу, из которой торчит что-то белое. Она и является источником смрада. Я отшатываюсь, зажимая свободной рукой рот. Я не хочу-не хочу-не хочу знать, что это такое!

Почти бегу в противоположном направлении, в спешке ударяясь бедром о топчан, взлетаю на три ступени и… цепенею, обнаруживая тупик!

Я помню визг петель! Как меня зашвырнули через проем! Мои ребра запомнили каждую таршеву ступеньку…

Поставив светильник на пол, лихорадочно прощупываю стену пальцами… Дверь, здесь точно была дверь! Из этого каменного мешка должен быть выход!!!

– Человечка… – замираю и поворачиваюсь к гролу, который едва заметен в темноте. – Иди сюда и поставь светильник на место. Ты обещала.

Что-то в его голосе, звучащем сейчас почти нормально, заставляет меня послушаться.

Беру светильник и как зомби иду назад. Ставлю его на место. Наши глаза встречаются.

– Это каземат Забвения, человечка… Отсюда нет выхода…

Глава 112

В моей голове молнией пролетают похожие эпизоды: вот я в лабиринте Тары колочу по стене и появляется дверь в мой подъезд; вот мы с Даром вываливаемся в кусты тазары; мое путешествие в “сумраке”, когда я дракса из каземата вытаскивала и малыш Эльк, запросто, сквозь все преграды, вместе с нами шагнувший в лес …

– Нет… – я трясу головой, отказываясь принять это утверждение. – Всегда есть выход!

– Отсюда – нет. Это особая магия. Пространственный карман. Знаешь, что это такое?

– Знаю, что такие сумки есть…

–Это почти то же самое. Никто, кроме владельца такого “кармана”, не сможет ни открыть, не проникнуть… Понимаешь? Магия бессильна! Даже не поймут, где искать! Для всех ты просто… исчезла! Тебя больше нет!

Зачем он это сказал?

Зачем ему угрюмо поддакнула моя так не вовремя проснувшаяся “справочная”?!

Еще пару секунд я смотрю в страшное, искаженное лицо грола, словно ища подтверждение тому, что уже ЗНАЮ, а потом мир просто гаснет.

И я падаю в бесконечно глубокую черную яму…

Безумно долго…

И вот-вот достигну дна!..

–...Нет, так просто ты отсюда не выбереш-ш-ш-ш-шься!.. Никто не покинет это место без доз-с-с-с-с-воления хоз-с-с-с-с-сяина!..

Мое тело встряхивает так, словно шибанули дифибрилятором на максимальной мощности. Если бы при этом еще и бетонную плиту сверху сняли!..

Едва дышу от тяжести тела, всей массой распявшего меня на полу. С трудом открываю глаза и с пугающим меня саму безразличием рассматриваю нависшую надо мной… пасть: беспорядочно натыканные и острые, как иглы, ослепительно белые зубы, ярко-алая бугристая глотка; синий, тонкий, извивающийся как червяк, язык…

Рядом с моим ухом падает капля слюны твари, порождая противное шипение и начинает жутко вонять горелыми волосами.

–Что… ты… такое?! – задыхаясь, хриплю я. – Убери… морду… Из пасти… воняет… просто… жуть…

Не знаю, что со мной случилось за мгновения, пока я была в бессознанке, но все берега я точно успела попутать… А, заодно, страны и материки!

Тварь резко наклоняется ниже и теперь я вижу её – или его – морду полностью: дыру вместо носа и багровые угли глаз, в которых читаю свой смертный приговор.

Но в самый последний момент, когда иглы-зубы уже готовы сомкнуться на… даже не на шее, а на всей голове полностью! – тварь начинает дергаться и хрипеть.

А потом происходит и вовсе невозможное: она пружиной взвивается вверх, вставая на задние лапы и освобождая меня от непомерной тяжести, поднимает морду к потолку и ревет так отчаянно и оглушительно, что меня отрикошетившей звуковой волной снова к полу припечатывает.

–Да твою ж… – я обессиленно вытягиваюсь на ледяной поверхности.

Безразличие, охватившее меня, какое-то… фатальное. Абсолютное… Меня, действительно, как будто больше нет…

Накатывает жуткая сонливость.

– …Когда она последний раз ела? – гремит тварь и ей отвечает робкий голос грола:

– Она вообще не ела, Хранитель… Ни разу…

– Мерзкая человечка!!!

Меня, и так не оказывающую никакого сопротивления, хватают и стискивают, обездвижив полностью… И, прежде чем успеваю сообразить, что происходит, зажимают нос, вливают мерзкое месиво из миски и следом зажимают еще и рот…

Это очень странный способ удушения, но он, кажется, сейчас сработает! Потому что эту отраву я глотать не намерена! Лучше просто прибейте!

Но у твари какие-то личные методы, наверняка запатентованные в местном Управлении пыток. И глотнуть меня заставляют.

Итог предсказуем…

К тому времени, как меня выполоскало начисто, я готова уже испустить дух, тварь в отчаянии мечется по клетушке, а грол забился в самый дальний угол своей половины каземата.

А потом недоделанная смесь мини-диплодока с головой морского дьявола просто исчезает, растворяясь в воздухе.

– Человечка… А, человечка? – в благословенной тишине шепчет грол, мешая мне проваливаться в нирвану. – Ты там жива?.. Не вздумай помирать! Помрешь, так из местного хранителя жаркое сделают…

– Поделом ему! – едва слышно хриплю я. Не отвяжется же вредный грол!

– Ага. Только местный каземат до выбора другого хранителя схлопнется. А я тут.

Действительно…

– Это очень эгоистично с твоей стороны… напоминать мне сейчас об этом… – едва шевеля губами от жуткой слабости, шепчу я.

– Понимаю… Только, знаешь… Жить-то все равно охота. Я ж хоть и страшный, да не старый еще… Мож, выберусь когда-нибудь, жену себе найду, детишек настрогаем… Ты, почитай, целую ветвь гролов сейчас своим необдуманным решением обрубаешь!

– Да, тарш!!!! – вместо отчаянного крика у меня вылетает только слабый стон, а тут еще эта тварь с новой миской в лапах…

Нет-нет-нет!..

Из меня сейчас даже вяленькой гусеницы не получается и содержимое миски живо оказывается в моем желудке.

Я застываю, готовясь к новому раунду очищения, которое точно станет последним… И с нездоровым изумлением осознаю, что влили в меня… мясной бульон!

Не знаю, из кого его варили и даже думать об этом не буду, но он крепкий, наваристый, с какими-то до боли знакомыми приправами и едва заметной остротой перца, которая разливается по жилам огненным согревающим бальзамом.

Вытаращив глаза смотрю на неприступно-злобного Хранителя.

– Ну что, назад не попрет? – рявкает тварь.

– Нет, – выдавливаю я и монстр, провыв что-то нечленораздельное, но очень экспрессивное, исчезает.

– Никто и никогда не мог довести хранителя до такого состояния, – задумчиво бормочет грол, подползая к решетке. – Можешь себя поздравить.

– Было бы с чем… Долго я была в отключке?

– Три дня. И отключкой я бы это точно не назвал! Что за таршева сущность в тебя вселилась, человечка?

– Сколько? – я пытаюсь подпрыгнуть, но тело такое вялое, что максимум, что у меня получается – это вцепиться пальцами в зашевелившиеся от ужаса волосы. – Три дня?!

– Только не начинай сначала!!! – взвывает грол.

Сначала?..

Какие-то воспоминания пробиваются сквозь мутную завесу. Словно кто-то… “добрый” прикрыл неприглядные картинки из прошлого.

Мелькающие перед глазами окровавленные кулаки, пытающиеся сокрушить – несокрушимое… Мои кулаки!

Пол и стен, постоянно меняющиеся местами.

Перекошенное лицо грола, который что-то шепчет, вцепившись в решетку пальцами…

Вытягиваю перед глазами ладони. Они… Грязные, но без ран и ссадин, разве что ногти обломаны.

–Хранителю пришлось подлечить… После того, как он тебя вырубил.

– Я и… эта туша? – на автомате спрашиваю я, потому что… просто надо что-то сказать.

В горле комок, который никак не получается сглотнуть. Даже зарыдать не могу! Там, за этими стенами наверняка все кончено… А я… А мне отсюда не выбраться. И умереть не дадут… до решения какого-то хозяина!

– Эта туша и маленький берсерк, не знающий пощады, – пытается неумело пошутить грол.

Он ведь и правда меня подбодрить пытается, а я даже не знаю, как его зовут!

– Как твое имя?

– Гурграх, – после паузы отвечает грол и качает головой. – Я почти забыл его.

– Сколько времени ты здесь?

– Не знаю… Долго… Слишком долго. Эта тюрьма создана для самого изощренного наказания из существующих.

– И что в ней такого особенного… Кроме отсутствия дверей?

– Эта тюрьма крадет время… Крадет жизнь!